НИКОЛАЙ ПАВЛОВ:

«САМЫЙ БОЛЬ­ШОЙ НЕДО­СТА­ТОК ДЛЯ ТРЕ­НЕ­РА – ВЫСЛУШИВАТЬ ЧУЖИЕ ПРОПОВЕДИ. САМАЯ БОЛЬШАЯ СМЕЛОСТЬ – НЕ СЛУШАТЬ НИКОГО»

Football (Ukraine) - - УКРАИНА ИНТЕРВЬЮ - Ва­ле­рий При­гор­ниц­кий

На днях Николай Пет­ро­вич Павлов объ­явил о за­вер­ше­нии тре­нер­ской ка­рье­ры. Пол­то­ра го­да он не да­вал «лич­ных» ин­тер­вью. Пол­то­ра ча­са, а это ров­но 90 ми­нут, счи­тай, пол­ный фут­боль­ный матч, длил­ся этот раз­го­вор. Пах­ло овер­тай­мом, да Николай Пет­ро­вич спе­шил к Вик­то­ру Вац­ко на ра­дио «Ве­сти».

Встре­ти­лись мы в го­сти­ни­це «Русь». В пер­вый его ра­бо­чий день в но­вом амплуа. Николай Павлов с кол­ле­га­ми-эн­ту­зи­а­ста­ми со­здал «Все­укра­ин­ское объ­еди­не­ние тре­не­ров по фут­бо­лу», где ему до­ве­ри­ли пост пре­зи­ден­та. Николай Пет­ро­вич меч­та­ет сде­лать что-то хо­ро­шее для ки­ев­лян и укра­ин­цев, со­здать усло­вия для дет­ских тре­не­ров, ко­то­рые ищут пу­ти раз­ви­тия на­ше­го фут­бо­ла.

Но го­во­ри­ли мы су­гу­бо о тре­нер­ской ка­рье­ре Пав­ло­ва. По­вод обя­зы­вал.

С Ни­ко­ла­ем Пет­ро­ви­чем я впер­вые столк­нул­ся на вы­ез­де «Вор­ск­лы» в Бел­фа­сте. И там же сра­зу под­ме­тил од­ну его осо­бен­ность – Павлов из тех, кто в один миг мо­жет взо­рвать­ся буй­ны­ми эмо­ци­я­ми, но че­рез несколь­ко се­кунд воз­вра­ща­ет­ся чуть ли не к нор­ди­че­ско­му спо­кой­ствию и до­во­дит на­ча­тое до по­бед­но­го кон­ца. Он уме­ло ба- лан­си­ру­ет от од­ной край­но­сти к дру­гой, не уста­вая шо­ки­ро­вать окру­жа­ю­щих то эмо­ци­я­ми, то уни­каль­ны­ми про­яв­ле­ни­я­ми чув­ства соб­ствен­но­го до­сто­ин­ства, умно­жен­но­го на по­ни­ма­ние и ду­шев­ность. У него все­гда све­жие мыс­ли и ори­ги­наль­ный под­ход. Он зна­ет, как гре­сти по жи­тей­ско­му мо­рю так, что­бы не уто­нуть в его во­до­во­ро­тах.

В каж­дой иг­ре свои пра­ви­ла. Павлов бле­стя­ще изу­чил пра­ви­ла ЭТОЙ иг­ры и стро­го ими ру­ко­вод­ство­вал­ся, хо­тя на ка­ком­то эта­пе стал че­ло­ве­ком, спо­соб­ным из­ме­нять пра­ви­ла под се­бя и свое пред­став­ле­ние об иг­ре и жиз­ни. Ес­ли Павлов чу­ял неспра­вед­ли­вость, он не за­кры­вал гла­за, не пря­тал го­ло­ву в пе­сок, не опус­кал ру­ки – бо­рол­ся и ве­рил в то, что его про­ти­во­дей­ствие в ко­неч­ном ито­ге в со­сто­я­нии спа­сти по­ло­же­ние. Ко­ро­че, хва­тит па­фо­са – за де­ло! И так, чтоб за­де­ло.

МАКСИМОВ УЕХАЛ В МОСКВУ, И Я ПОНЯЛ, ЧТО ТЕРЯЮ КОНТРОЛЬ

– Николай Пет­ро­вич, вы пред­по­чи­та­е­те быть луч­шим или пер­вым?

– Смот­ря в чем. Быть пер­вым важ­но в со­рев­но­ва­тель­ном мо­мен­те, луч­шим нуж­но быть му­жем, по­ва­ром. В фут­бо­ле у ме­ня был толь­ко один шанс стать пер­вым, и я его ис­поль­зо­вал. Но в то вре­мя это бы­ло неслож­но сде­лать. Ни один тре­нер, ра­бо­тая в «Ди­на­мо» или «Шах­те­ре», ес­ли не ста­нет ни­че­го вы­ду­мы­вать, ни­же вто­ро­го ме­ста не опу­стит­ся. А я ра­бо­тал в та­ких ко­ман­дах, в ко­то­рых, ес­ли что­то по­лу­ча­лось, то ре­зуль­тат был ви­ден сра­зу. Мне это все­гда бы­ло на­мно­го при­ят­нее, чем ра­бо­та в «Ди­на­мо» или «Шах­те­ре».

– В 1993-м «Дне­пр» был луч­ше «Ди­на­мо», но пер­вым не стал…

– Ес­ли бы не про­изо­шли из­ме­не­ния по­сле пер­во­го кру­га, я имею в ви­ду при­ход Гри­го­рия Ми­хай­ло­ви­ча Сур­ки­са и его парт­не­ров, ес­ли бы не из­ме­ни­ли ре­гла­мент, а за­дей­ство­ва­ли тот, ко­то­рый су­ще­ству­ет сей­час во всех ци­ви­ли­зо­ван­ных стра­нах, то «Дне­пр» был бы чем­пи­о­ном!

– От­ку­да взя­лась ис­то­рия с из­ме­не­ни­ем ре­гла­мен­та по хо­ду пер­вен­ства?

– От­ве­тить мо­гут толь­ко трое – Гри­го­рий Ми­хай­ло­вич Сур­кис, Вик­тор Мак­си­мо­вич Бан­ни­ков и се­рый кар­ди­нал ФФУ Ев­ге­ний Пет­ро­вич Ко­тель­ни­ков. Я мо­гу до­га­ды­вать­ся, но ис­ти­ну зна­ют толь­ко они.

– Фе­но­мен той ко­ман­ды «дет­ский сад Пав­ло­ва» за­клю­чал­ся в Пав­ло­ве или в чем-то дру­гом?

– Я сам был мо­ло­дым по воз­рас­ту. Мне по­вез­ло, что в ко­ман­де со­бра­лись фут­бо­ли­сты, ко­то­рых под­го­то­ви­ли дет­ские тре­не­ры в Дне­про­пет­ров­ске. От­ме­чу, что эти фут­бо­ли­сты бы­ли со­бра­ны не со всей Укра­и­ны, а по­чти все из Дне­про­пет­ров­ской об­ла­сти. Ес­ли вы помни­те, то Про­та­со­ва и Ли­тов­чен­ко вос­пи­тал та­кой тре­нер, как Игорь Вет­ро­го­нов. Он же вос­пи­тал По­лу­ни­на, Ди­ряв­ку, Ко­но­ва­ло­ва, Фи­ли­мо­но­ва и так да­лее. Этот дет­ский тре­нер знал, как рас­тить фут­бо­ли­стов в опре­де­лен­ный пе­ри­од их ста­нов­ле­ния. У него был опыт Про­та­со­ва и Ли­тов­чен­ко, он ви­дел, как пар­ни со­зре­ва­ли с 12-ти до 15-ти лет. Имея та­кой опыт, он лег­ко уже мог опре­де­лить, ка­кие фут­бо­ли­сты бу­дут иг­рать, а ка­кие нет. Ко­гда мы со­зда­ва­ли «Дне­пр» по­сле раз­ва­ла СССР из иг­ро­ков дуб­ли­ру­ю­ще­го со­ста­ва, мы так­же со­зда­ли «Дне­пр-2», ко­то­рый иг­рал на пер­вен­ство об­ла­сти, этой ко­ман­дой ру­ко­во­дил Сер­гей Лео­ни­до­вич Ти­гип­ко. По боль­шо­му сче­ту, этих мо­ло­дых фут­бо­ли­стов я не знал, мне да­вал ре­цен­зию на каж­до­го из них Вет­ро­го­нов. Я ему бес­пре­ко­слов­но до­ве­рял как тре­не­ру, ко­то­рый вос­пи­тал Про­та­со­ва и Ли­тов­чен­ко.

– Что слу­чи­лось в 1994 го­ду, что за­ста­ви­ло вас с груп­пой вед у щи­хигр оков­по­ки­нуть «Дне­пр» ра­ди глав­но­го кон­ку­рен­та?

– Мне очень при­ят­но чи­тать ин­тер­вью тех иг­ро­ков из «дет­ско­го са­да», ко­то­рые се­го­дня ра­бо­та­ют тре­не­ра­ми. Они все до еди­но­го под­дер­жи­ва­ют ре­ше­ние, ко­то­рое я при­нял вме­сте с ни­ми. В то вре­мя «Юж­маш» уже не имел воз­мож­но­сти фи­нан­си­ро­вать ко­ман­ду. Мы со­зда­ва­ли от­дель­ные ком­мер­че­ские струк­ту­ры, что­бы пы­тать­ся удер­жать «Дне­пр» на пла­ву. В те труд­ные вре­ме­на с по­мо­щью мо­е­го дру­га Фи­ру­за Ибра­ги­мо­ва мы со­зда­ли фонд по­мо­щи гла в но­му тре­не­ру ФК «Дне­пр». Пре­зи­ден­том это­го фон­да стал глав­ный тре­нер Николай Павлов. Он же был глав­ным юри­ди­че­ским ли­цом, ко­то­рый имел пра­во под­пи­сы­вать все до­ку­мен­ты, в част­но­сти, ма­те­ри­аль­но­го ха­рак­те­ра, неся за это от­вет­ствен­ность. Ини­ци­а­то­ром со­зда­ния фон­да вы­сту­пил Ку­ли­чен­ко Иван Ива­но­вич, то­гдаш­ний за­ме­сти­тель мэ­ра Дне­про­пет­ров­ска. За то вре­мя, что он за­ве­до­вал жи­лищ­ным хо­зяй­ством в го­ро­де, он вы­де­лил 25 квар­тир для ФК «Дне­пр».

Ку­ли­чен­ко знал воз­мож­но­сти всех пред­при­я­тий в го­ро­де. Мы со­став­ля­ли пись­ма с мо­ей лич­ной под­пи­сью, я сам ез­дил на эти пред­при­я­тия, пы­та­ясь за­ин­те­ре­со­вать вла­дель­цев по­мо­гать ФК «Дне­пр» – ко­му-то де­лал по­дар­ки, ко­го-то при­гла­шал на ба­зу, с кем-то вы­пи­вал по чар­ке в бане – и все эти лю­ди по­том пе­ре­чис­ля­ли опре­де­лен­ную сум­му де­нег в мой фонд, из ко­то­ро­го я мог уже сам каж­дый ме­сяц вы­пла­чи­вать фут­бо­ли­стам день­ги. Кро­ме это­го, мой фонд по­мо­гал се­мьям Ем­ца и Жиз­ди­ка и дру­гим лю­дям, ко­то­рые по тем или иным при­чи­нам не мог­ли обес­пе­чить се­бе ста­рость. Я все­гда го­во­рю «я», по­то­му что ру­ко­во­ди­те­лем это­го фон­да был я, и сам же эти ре­ше­ния при­ни­мал. Плюс этот фонд с по­мо­щью «При­ват­бан­ка» за­ни­мал­ся в т орой к оман­дой «Дне­пра», в ко­то­рую вхо­ди­ли 16–17 лет­ние За­кар­лю­ка, Ры­кун, За­до­рож­ный, Пла­то­нов и еще че­ло­век пять-шесть, ко­то­рые поз­же иг­ра­ли в выс­шей ли­ге. Я вер­нул в Дне­про­пет­ровск Пет­ра Ку­ту­зо­ва, ко­то­рый остал­ся не у дел в Мол­да­вии из-за во­ен­но­го кон­флик­та, и Ива­на Виш­нев­ско­го из Тур­ции. Ку­ту­зов стал глав­ным тре­не­ром, Виш­нев­ский – на­чаль­ни­ком ко­ман­ды. Фи­нан­си­ро­вал вто­рую ко­ман­ду «Дне­пра» Ти­гип­ко. Пол­но­стью.

Но в ка­кой-то мо­мент один за од­ним ста­ли раз­ру­шать­ся пред­при­я­тия. Фи­нан­си­ро­ва­ние «Дне­пра» по­шат­ну­лось. Я в свою оче­редь устал од­но­вре­мен­но быть и глав­ным тре­не­ром, и ме­не­дже­ром. И за «дет­ским са­дом», как вы го­во­ри­те, устро­и­ли охо­ту. В Ял­ту за Ко­но­ва­ло­вым и По­хле­ба­е­вым при­е­хал Ген­на­дий Ко­сты­лев, ра­бо­тав­ший тре­не­ром юно­ше­ской сбор­ной Рос­сии, по ду­шу Ми­хай­лен­ко при­ле­тел Ку­че­рев­ский, ко­то­рый воз­глав­лял мо­ло­деж­ную сбор­ную Рос­сии. И так по каж­до­му фут­бо­ли­сту. Я по­ни­мал, что удер­жать их в «Дне­пре» уже невоз­мож­но.

В ки­ев­ском «Ди­на­мо» из­ме­ни­лась власть. Я хо­ро­шо пом­ню зна­ком­ство с Гри­го­ри­ем Сур­ки­сом. Зи­мой мы про­во­ди­ли кон­троль­ную иг­ру с «Ди­на­мо». Ме­ня кто-то при­об­нял со спи­ны, я обер­нул­ся. «Здрав­ствуй­те, ме­ня зо­вут Гри­го­рий Ми­хай­ло­вич Сур­кис». Мы быст­ро на­шли об­щий язык, ста­ли тес­но об­щать­ся. Сур­кис за­го­во­рил о мас­штаб­ных пла­нах, о пла­нах по­стро­ить ба­зу «Ди­на­мо» (Ки­ев). И пред­ло­жил мне пе­ре­ехать в Ки­ев. Я взял па­у­зу. Но ко­гда Максимов по­ехал в Москву под­пи­сы­вать кон­тракт с «Ди­на­мо» (Москва), я понял, что теряю контроль в «Дне­пре». И по­зво­нил Сур­ки­су с во­про­сом, оста­ет­ся ли в си­ле его пред­ло­же­ние. Сур­кис от­ве­тил по­ло­жи­тель­но. Я пе­ре­ехал в Ки­ев и стал на­чаль­ни­ком ко­ман­ды «Ди­на­мо». (Сур­кис и Пав лов­су ме ли­уго­во­рить Мак­си­мо­ва пе­ре­ме­нить ре­ше­ние, и он в на­ча­ле 1995-го при­со­еди­нил­ся к «Ди­на­мо» ки­ев­ско­му, под­пи­сав 2-лет­ний кон­тракт. – Ред.)

КУЧМА БОЛЕЛ ЗА «ДНЕ­ПР»

– У ве­ду­щих иг­ро­ков «Дне­пра» бы­ли пред­ло­же­ния, в том чис­ле из-за ру­бе­жа. «Дне­пр» мог их про­дать и за­ра­бо­тать, а вы от­пу­сти­ли их бес­плат­но в Ки­ев. Мо­ти­ви­руя это тем, что­бы со­хра­нить их для укра­ин­ско­го фут­бо­ла. Не­уже­ли вы счи­та­ли, что в дру­гих чем­пи­о­на­тах они бы бы­ли бы по­те­ря­ны для на­ше­го фут­бо­ла?

– В мой ад­рес по­ли­лось очень мно­го кри­ти­ки, в част­но- сти, в тот мо­мент, ко­гда ста­ло из­вест­но, что я ухо­жу. Гри­го­рий Ми­хай­ло­вич по­со­ве­то­вал мне по­ехать от­дох­нуть за гра­ни­цу на вре­мя, по­ка утря­сет­ся. Весь этот шквал прес­сы и те­ле­ви­де­ния я про­пу­стил.

По по­во­ду про­да­жи фут­бо­ли­стов. Де­ло в том, что в «Дне­пре» иг­ро­ки не име­ли про­фес­си­о­наль­ных кон­трак­тов.

Рас­ска­жу при­мер Ген­на­дия Мо­ро­за. Ме­ня окле­ве­та­ли – мол, я про­дал Мо­ро­за в «Бо­ри­сфен», при­сво­ив день­ги. Но си­ту­а­ция об­сто­я­ла ина­че. Сам Мо­роз за­хо­тел пе­рей­ти в «Бо­ри­сфен» по­сле то­го, как пе­ре­го­во­рил с пре­зи­ден­том Зло­бен­ко и глав­ным тре­не­ром Фо­мен­ко. У ме­ня вро­де как бы­ли до­го­во­рен­но­сти и кон­тракт с Мо­ро­зом, но юри­ди­че­ски я ни­че­го не мог сде­лать. Это мо­гут под­твер­дить Ко­тель­ни­ков и те лю­ди, ко­то­рые за­ни­ма­лись пе­ре­хо­дом Мо­ро­за. В ту по­ру удер­жать или про­дать иг­ро­ка бы­ло невоз­мож­но. Как ре­шат в Фе­де­ра­ции Ко­тель­ни­ков с Бан­ни­ко­вым, так и бу­дет. Я из ра­бот­ни­ков Фе­де­ра­ции той по­ры пом­ню толь­ко Бан­ни­ко­ва, Ко­тель­ни­ко­ва и Клав­дию Ива­нов­ну. Пе­ре­хо­да­ми иг­ро­ков за­ни­ма­лись они. Ка­лен­да­рем – они. Назна­че­ни­ем ар­бит­ров – они.

– Лео­нид Кучма от­кры­то при­знал­ся, что болел за ки­ев­ское «Ди­на­мо», да­же ра­бо­тая в Дне­про­пет­ров­ске. При­хо­ди­лось ли вам стал­ки­вать­ся с тем, что­бы ру­ко­во­ди­тель ко­ман­ды, в ко­то­рой вы ра­бо­та­е­те, от­кры­то болел за кон­ку­рен­та?

– Лео­нид Да­ни­ло­вич Кучма неод­но­крат­но при­ез­жал на ба­зу «Дне­пра» и па­рил­ся в бане с Ев­ге­ни­ем Ме­фо­дье­ви­чем Ку­че­рев­ским. Я был ря­дыш­ком, но в про­цес­се еще не участ­во­вал. По­сле бань­ки они под­ни­ма­лись в но­мер к Ку­че­рев­ско­му. Я про­сил де­во­чек, что­бы на­кры­ва­ли стол. Они по па­ру рю­мок ко­нья­ка в ыпи­ва­ли, в ыку­ри­ва­ли «Маль­бо­ро». Я не ку­рил в то вре­мя и не пил, по­то­му что это обыч­но про­ис­хо­ди­ло за день до иг­ры. Мы об­ща­лись, но я ни­ко­гда не слы­шал от Лео­ни­да Да­ни­ло­ви­ча, что­бы он болел за ки­ев­ское «Ди­на­мо». Ска­жу боль­ше, ко­гда я уже был тре­не­ром «Дне­пра», а на­зна­чал ме­ня как раз Кучма, еще бу­дучи ди­рек­то­ром «Юж­ма­ша», я убе­дил­ся, что он бо­ле­ет за «Дне­пр»! По­сле на­шей по­бе­ды над «Ди­на­мо»

1:0 я от­пра­вил­ся празд­но­вать это со­бы­тие. Мо­биль­ных те­ле­фо­нов то­гда не бы­ло, но ме­ня как-то на­шли и при­вез­ли в при­ем­ную «Юж­ма­ша». К то­му вре­ме­ни Кучма уже за­ни­мал пост пре­мьер-ми­ни­стра. Око­ло де­ся­ти ча­сов ве­че­ра он ме­ня лич­но по­здра­вил, по­сле че­го ме­ня от­вез­ли об­рат­но в то ме­сто, где я от­ме­чал по­бе­ду.

КАК ЛОБАНОВСКИЙ ЦИТИРОВАЛ ПАВ­ЛО­ВА – Луч­шее вос­по­ми­на­ние о «Ди­на­мо»?

– Во-пер­вых, как ко­рен­ной ки­ев­ля­нин я да­же меч­тать не мог о том, что ко­гда-то бу­ду ра­бо­тать в од­ной упряж­ке с Са­бо. (В том смыс­ле, что толь­ко ки­ев­ля­нин мог осо­зна­вать недо­сти­жи­мость и в то же вре­мя же­лан­ность та­ко­го по­во­ро­та со­бы­тий! – Ред.) Не го­во­ря уже о том, что в мой ка­би­нет, вни­зу на пер­вом эта­же, ко­то­рый я обо­ру­до­вал на ме­сте быв­шей кап­тер­ки, по­се­лит­ся Ва­ле­рий Ва­си­лье­вич Лобановский. Мо­жет, по­это­му мы и дру­жи­ли по­том с ним близ­ко. Зна­ком­ство с та­ки­ми людь­ми – это пер­вое.

Я не за­бу­ду 20 июня 1995 го­да, день мо­е­го рож­де­ния, ко­гда по­сле чем­пи­он­ства у Гри­го­рия Ми­хай­ло­ви­ча в клу­бе собра- лись чле­ны прав­ле­ния ФК «Ди­на­мо», ку­да за­гля­нул и Лобановский, к то­му вре­ме­ни ра­бо­тав­ший в Кувей­те. Он рас­ска­зы­вал, ка­кой ви­дит ра­бо­ту в ки­ев­ском «Ди­на­мо», за­од­но по­здра­вил ме­ня с зо­ло­ты­ми ме­да­ля­ми. До это­го у ме­ня с Са­бо по­яви­лась воз­мож­ность по­бы­вать у Ва­ле­рия Ва­си­лье­ви­ча до­ма. Он лич­но за­хо­тел пе­ре­го­во­рить с на­ми тет-а-тет. Уже то­гда пред­по­ла­га­лось его воз­вра­ще­ние в «Ди­на­мо», но не срос­лось. Сна­ча­ла к Ло­ба­нов­ско­му я дол­жен был по­ехать, по­том Са­бо. Но Йо­жеф Йо­же­фо­вич по­про­сил­ся по­ехать пер­вым. Че­рез час при­шел мой че­ред. Я страш­но вол­но­вал­ся. И пред­ставь­те, мы с Ло­ба­нов­ским про­си­де­ли пять ча­сов! Пи­ли чай и всё вре­мя о чем-то го­во­ри­ли. Я бо­ял­ся, чтоб он мне не на­лил. По­то­му что я не был ис­ку­шен­ным в этих де­лах и пе­ре­жи­вал, что на эмо­ци­ях вы­пью боль­ше по­ло­жен­но­го и на­го­во­рю вся­ких глу­по­стей. За эти пять ча­сов я рас­ска­зал обо всем, что мне не нра­ви­лось в ки­ев­ском «Ди­на­мо». Он не со­гла­шал­ся, но и не от­ри­цал. Про­сто слу­шал.

Воз­вра­ща­ясь к то­му дню рож­де­ния. Пред­ставь­те мое удив­ле­ние, ко­гда Лобановский во вре­мя сво­ей ре­чи при­вел не- сколь­ко мо­их при­ме­ров, но от сво­е­го име­ни. Это ме­ня по­ра­зи­ло. Сам Лобановский со­гла­сил­ся с тем, что за­ме­тил я!

– Как вам ра­бо­та­лось с Са­бо и как два «мед­ве­дя» ужи­ва­лись в од­ной «бер­ло­ге»?

– Не ска­зал бы, что я мед­ведь. По срав­не­нию с Йо­же­фом Йо­же­фи­чем я боль­ше на ли­сич­ку по­хож. Йо­жеф Йо­же­фо­вич – вы­да­ю­ща­я­ся, ле­ген­дар­ная лич­ность. Ко­гда мы с ним встре­ча­ем­ся, то об­ни­ма­ем­ся и це­лу­ем­ся так, что чуть дес­ны не раз­би­ва­ем от то­го, как нам при­ят­но об­щать­ся! Ведь ко­гда я был мо­ло­дой, а Са­бо еще не со­всем взрос­лый, мы по-раз­но­му смот­ре­ли на ве­щи. К при­ме­ру, я ни­ко­гда не ез­дил на ста­жи­ров­ки, хо­тя все­гда ин­те­ре­со­вал­ся у По­лу­ни­на, Скрип­ни­ка, как ра­бо­та­ют в Гер­ма­нии. Я все­гда счи­тал, что лю­бую тре­ни­ров­ку или упраж­не­ние два че­ло­ве­ка по-раз­но­му про­ве­дут. По­это­му и не ви­дел необ­хо­ди­мо­сти за­им­ство­вать у «чу­жих». А вот вы­ска­зы­ва­ния фут­бо­ли­стов о том или ином тре­не­ре мне ин­те­рес­но знать. И те­перь, ко­гда мои под­опеч­ные са­ми вста­ли на тре­нер­ский путь, я на­по­ми­наю им о тех мне­ни­ях. И они ста­ли раз­ли­чать­ся. Ко­гда они бы­ли дей­ству­ю­щи­ми фут­бо­ли­ста­ми, им нра­ви­лись од­ни спе­ци­а­ли­сты, ко­гда ста­ли тре­не­ра­ми – со­вер­шен­но дру­гие.

В «Дне­пре» я за­пре­щал хва­лить глав­но­го тре­не­ра. Объ­яс­нял это тем, что как мож­но хва­лить глав­но­го тре­не­ра, ко­то­рый с вас тре­бу­ет? С пер­во­го дня ра­бо­ты в лю­бом ме­сте у ме­ня б ыли про­пи­са­ны штра­фы. Штра­фы я при­ду­мы­вал та­кие, ко­то­рые мне ме­ша­ли иг­рать в свое вре­мя. Штраф­ную си­сте­му я впер­вые опро­бо­вал в «Тав­рии» с За­я­е­вым. Се­кре­та­рей и ма­ши­ни­сток у нас не бы­ло, всё пи­са­ли от ру­ки. Сум­му штра­фов на­зна­ча­ли не на­о­бум, а от­тал­ки­ва­ясь от сум­мы зар­пла­ты кон­крет­но­го иг­ро­ка. На обыч­ной бу­ма­ге. Всё ос­но­вы­ва­лось на до­ве­рии и всё ра­бо­та­ло без кон­трак­тов.

– По­че­му пре­бы­ва­ние в «Ди­на­мо» вы­шло ско­ро­теч­ным?

– Долж­ность на­чаль­ни­ка ко­ман­ды как та­ко­вая уже из­жи­ла се­бя. На­чаль­ник ко­ман­ды по мо­е­му вос­при­я­тию – Ген­на­дий Афа­на­сье­вич Жиз­дик в «Дне­пре». Это пе­ри­од, ко­гда ком­мер­че­ских воз­мож­но­стей за­ра­ба­ты­вать не су­ще­ство­ва­ло. Жиз­дик умел убеж­дать ру­ко­во­ди­те­лей. Го­во­рил, что фут­бол – это тя­же­лая ра­бо­та, что фут­бо­ли­стам нуж­но пла­тить хо­ро­шую зар-

пла­ту, что фут­бо­ли­сты мно­го вре­ме­ни про­во­дят вне до­ма. До­бав­лю от се­бя, что в со­вет­ское вре­мя фут­бо­лист за­кан­чи­вал ка­рье­ру в трид­цать, по­сле че­го на­чи­нал жизнь с ну­ля. Его ро­вес­ни­ки в два­дцать лет за­кан­чи­ва­ли институт, за­тем шли ста­жи­ро­вать­ся, ра­бо­та­ли и к 30 го­дам име­ли воз­мож­ность стать на­чаль­ни­ка­ми це­ха, а кто-то да­же и ди­рек­то­ром за­во­да. При­ве­ду при­мер Лав­рен­ко Ни­ко­лая Ни­ко­ла­е­ви­ча, ко­то­рый был пре­зи­ден­том «Алек­сан­дрии». Он мне по­да­рил кни­гу, из ко­то­рой я узнал, что в свои 28 лет он стал ди­рек­то­ром за­во­да «По­ли­граф­тех­ни­ка»! Ес­ли бы он стал фут­бо­ли­стом, то ни за что не до­бил­ся бы та­ких вы­сот!

А ушел я по­сле па­мят­но­го по­ра­же­ния в Пол­та­ве (сен­тябрь 1996-го. «Вор­ск­ла», де­бю­тант выс­шей ли­ги, бла­го­да­ря дуб­лю Чуй­чен­ко и уда­ле­ни­ям Мак­си­мо­ва и Ва­щу­ка по­бе­ди­ла «Ди­на­мо» 4:3. – В. П.), ко­гда на эмо­ци­ях Са­бо в раз­де­вал­ке сло­жил с се­бя пол­но­мо­чия и на­зна­чил глав­ным тре­не­ром Де­мья­нен­ко. Йо­жеф Йо­же­фо­вич па­рал­лель­но ра­бо­тал в сбор­ной и сго­ря­ча за­явил, что и из сбор­ной ухо­дит. Я ему на­пом­нил, что не в его ком­пе­тен­ции при­ни­мать та­кие ре­ше­ния. Мы еха­ли в ав­то­бу­се, вы­пи­ли по сто грамм, мне пе­ре­да­ли труб­ку от Гри­го­рия Ми­хай­ло­ви­ча. Он за­явил, что ес­ли зав­тра Са­бо не явит­ся на тре­ни­ров­ку, без ра­бо­ты оста­нут­ся все. « Сла­ва Бо­гу, я бу­ду са­мым счаст­ли­вым че­ло­ве­ком», – про­нес­лась мысль в го­ло­ве. По­то­му что, ес­ли чест­но, я устал от этой ра­бо­ты.

На сле­ду­ю­щий день, в от­сут­ствие Са­бо, ко­то­рый от­был в рас­по­ло­же­ние сбор­ной, ру­ко­во­ди­те­ли клу­ба да­ли мне сло­во. При всех фут­бо­ли­стах я за­явил, что не ви­жу долж­но­сти на­чаль­ни­ка ко­ман­ды в та­кой струк­ту­ре, как «Ди­на­мо» (Ки­ев), по­это­му хо­чу уй­ти по соб­ствен­но­му же­ла­нию. Встал и ушел.

– Не жа­ле­ли по­том?

– Нет. Даль­ней­шая жизнь под­твер­ди­ла пра­виль­ность то­го ре­ше­ния. По­то­му что Са­бо ча­сто ухо­дил и при­хо­дил.

КАК «АРАРАТ» ПОСТРАДАЛ ИЗ-ЗА РЭМБО

– Что вам до­ро­же: зо­ло­тые ме­да­ли с «Ди­на­мо» с при­став­кой и. о. или по­бе­да в Куб­ке Укра­и­ны с «Вор­склой»?

– Ко­неч­но, по­бе­да с «Вор­склой»! По­то­му что в Пол­та­ве я на­чи­нал с чи­сто­го ли­ста. Я при­шел в ко­ман­ду, у ко­то­рой не бы­ло глав­но­го тре­не­ра. За свою ка­рье­ру я толь­ко раз при­хо­дил в но­вый кол­лек­тив, где был глав­ный тре­нер, но я оста­вил его в ко­ман­де. Это был Сер­гей Шев­чен­ко в «Тав­рии». Он был мо­им вос­пи­тан­ни­ком. Ко­гда ве­лись пе­ре­го­во­ры, я ему по­зво­нил и со­об­щил, что «Таврия» ве­дет со мной раз­го­вор. Я не хо­тел, чтоб это про­ис­хо­ди­ло за его спи­ной. Я по­обе­щал Шев­чен­ко, что со­гла­шусь толь­ко при од­ном усло­вии – ес­ли его оста­вят мо­им по­мощ­ни­ком.

В «Вор­склу» я при­хо­дил, где обя­зан­но­сти глав­но­го тре­не­ра ис­пол­нял Мо­мот. Его я оста­вил, но под­нял зар­пла­ту в два ра­за, чтоб у него бы­ла став­ка та­кая же, как у Ба­ла­на, луч­ше­го мо­е­го по­мощ­ни­ка по жиз­ни. Мне важ­но, что­бы тре­нер, на чье ме­сто я при­хо­жу, не был оби­жен хо­тя бы в ма­те­ри­аль­ном плане. У Шев­чен­ко в «Тав­рии» оста­лась та же зар­пла­та. В «Ильи­чев­це» ис­пол­ня­ю­щи­ми бы­ли по­пе­ре­мен­но Лео­нов или Ор­бу, их по­сто­ян­но та­со­ва­ли. Я ни­ко­гда не за­ни­мал чу­жое ме­сто.

– Повли­я­ла ли на по­бе­ду в фи­на­ле Куб­ка Укра­и­ны-2009 вклю­чен­ная ва­ми ис­то­ри­чес кая гол­ли­вуд­ская э по­пея « Храб­рое Серд­це » , где Мел Гиб­сон усерд­но про­ты­кал ме­чом ан­гли­чан? (Он их не толь­ко ме­чом мо­чил… – Ред.)

– В 1983 го­ду, ко­гда мы бо­ро­лись за чем­пи­он­ство, по­яви­лись ви­део­кас­се­ты «Рэмбо». Как-то в день иг­ры с «Ара­ра­том» нам по­ста­ви­ли это ви­део. И оно нас так вдох­но­ви­ло, что мы обыг­ра­ли «Арарат» 4:0. Я ни­ко­гда не бил пе­наль­ти, но в этот день, за­ве­ден­ный про­смот­ром «Рэмбо», схва­тил мяч и по­шел к «точ­ке», со мной ни­кто не спо­рил. И за­бил.

На­ка­нуне фи­на­ла с «Шахтером» мои по­мощ­ни­ки, а они у ме­ня в «Вор­ск­ле» бы­ли зо­ло­тые, по­со­ве­то­ва­ли фильм, рас­ска­зы­ва­ю­щий о борь­бе Шот­лан­дии за неза­ви­си­мость про­тив ан­глий­ско­го гос­под­ства – «Храб­рое серд­це». И я понял, что это луч­шее мо­ти­ва­ци­он­ное ви­део пе­ред ре­ша­ю­щим бо­ем.

– Лиш­ние пол­ки­ло­грам­ма ве­са Бе­з­у­са, ко­то­рые ока­за­лись у Ро­ма­на из-за вы­пи­той бу­тыл­ки ко­ка-ко­лы – при­чи­на для от­стра­не­ния иг­ро­ка от фи­на­ла?

– Для ме­ня – да! Он мог стать с а мым мо­ло­дым ма­сте­ром спор­та в ис­то­рии укра­ин­ско­го фут­бо­ла, хо­тя бы на од­ну ми­ну­ту, но я его по­ста­вил бы. Но я дал сыг­рать Лак­ти­о­но­ву, ко­то­рый как фут­бо­лист се­бя не про­явил. По­тен­ци­ал Бе­з­у­са был на­мно­го вы­ше. Ро­ман не вы­пол­нил мо­е­го тре­бо­ва­ния, осо­бен­но на­ка­нуне та­кой важ­ной иг­ры. Вз­ве­ши­ва­ния мы про­во­ди­ли каж­дый день. Я до сих пор знаю ра­бо­чий вес лю­бо­го фут­бо­ли­ста. На днях го­стил у ме­ня Де­нис Ку­ла­ков, так он со­знал­ся, что в «Ура­ле» все по­те­ша­ют­ся над ним. И всё по­то­му, что у него в каж­дой ком­на­те сто­ят ве­сы, Ку­ла­ков каж­дый день взве­ши­ва­ет­ся. По­сле то­го как Де­нис стал сле­дить за ве­сом, трав­мы об­хо­дят его сто­ро­ной. Я при­ве­ду лич­ный при­мер. На Осо­кор­ки (рай­он Ки­е­ва на ле­вом бе­ре­гу Дне­пра, где у Ни­ко­лая Пет­ро­ви­ча дом. А сам он с Шу­ляв­ки, ко­то­рая да­же зву­чит ку­да бо­е­ви­тее… – Ред.) я пе­ре­брал­ся в 2000 го­ду. За 17 лет мой вес ко­леб­лет­ся в диа­па­зоне с 73 до 75,8 кг.

– Ко­гда Бе­з­ус не про­яв­лял се­бя в «Дне­пре», Мар­ке­вич по­шел в бух­гал­те­рию и узнал, что Ро­ман по­лу­ча­ет 95 ты­сяч ев­ро в ме­сяц. Бо­г­да­ныч обо­млел. По­сле че­го понял, по­че­му Бе­з­ус не за­иг­рал ни в «Ди­на­мо», ни в «Дне­пре». День­ги сгу­би­ли пар­ня?

– В от­ли­чие от Ми­ро­на Бо­г­да­но­ви­ча и мно­гих дру­гих тре­не­ров, ко­то­рые не ле­зут в лич­ные кон­трак­ты иг­ро­ков, я ни в один кол­лек­тив не при­хо­дил, пред­ва­ри­тель­но не узнав, кто и сколь­ко за­ра­ба­ты­ва­ет. Как не знать?! Каж­дый ме­сяц я имел пра­во остав­лять зар­пла­ту преж­ней ли­бо ее по­вы­шать. Но ни­ко­гда не по­ни­жал. Мог ли­шить пре­ми­аль­ных. За ис­клю­че­ни­ем по­след­ней ра­бо­ты в Ма­ри­у­по­ле. Уже на­ча­лись бо­е­вые дей­ствия. Вре­мя не из лег­ких, по­это­му я от­ка­зал­ся от пре­ми­аль­ных.

А день­ги, счи­таю, Бе­з­у­са не ис­пор­ти­ли. Па­рень не жад­ный. У него хо­ро­шая се­мья, я зна­ком с его от­цом, он то­же дет­ский тре­нер. Ро­ма­на вос­пи­та­ли по­ря­доч­ным че­ло­ве­ком. Бе­з­ус тре­бу­ет дру­го­го под­хо­да к се­бе. В Пол­та­ве мой день на­чи­нал­ся с Бе­з­у­са. Он был са­мым пер­спек­тив­ным. В «Ильи­чев­це» мой день на­чи­нал­ся с Ры­ку­на. Я с ни­ми бе­се­до­вал. По­том они шли на взве­ши­ва­ние. У обо­их, кста­ти, с ве­сом ни­ко­гда про­блем не воз­ни­ка­ло.

У ме­ня есть два кри­те­рия опре­де­ле­ния. Че­ло­век не мо­жет бе­жать 100 мет­ров за 9,8, ес­ли он не Усейн Болт. Фи­зи­че­ски не мо­жет. А вес сбро­сить мо­жет. Ес­ли че­ло­век не мо­жет сбро­сить вес, зна­чит, не хо­чет, ле­нит­ся.

Бе­з­ус пе­ре­шел в «Ди­на­мо», где та­ких, как он, уй­ма. Мо­жет быть, на ме­сте Бло­хи­на в «Ди­на­мо» я с Бе­з­усом то­же не раз­го­ва­ри­вал бы. Но в мо­ей ко­ман­де Бе­з­ус был од­ним из луч­ших, как и Ры­кун, по­это­му я уде­лял им осо­бое вни­ма­ние. А ес­ли им не уде­лять вни­ма­ние, они опу­стят руч­ки.

– Что ме­ша­ет Ар­те­му Гро­мо­ву рас­крыть­ся в «Ди­на­мо»?

– Он не лен­тяй. Ско­рост­но­си­ло­вые ка­че­ства у него на при­лич­ном уровне. Его про­бле­ма в го­ло­ве. Вы­со­кая кон­ку­рен­ция де­ла­ет силь­ных лю­дей силь­нее, а сла­бых она уби­ва­ет. И ес­ли он не вы­дер­жи­ва­ет кон­ку­рен­цию,

зна­чит, он про­явил сла­бость. В Пол­та­ве при мне он бил­ся, он уми­рал, он рос от зар­пла­ты к зар­пла­те. Ее я все вре­мя ему по­вы­шал. Он с Мар­кос­ки драл­ся! По­том они ста­ли дру­зья­ми. Ви­ди­мо, в ки­ев­ском «Ди­на­мо» у него со­всем дру­гие от­но­ше­ния – с иг­ро­ка­ми, тре­не­ра­ми, ру­ко­во­ди­те­ля­ми.

– Что сгу­би­ло Оле­га Ба­ран­ни­ка?

– Ба­ран­ни­ку сто­крат дру­гой под­ход ну­жен. Вот встре­чал­ся с ним неде­лю на­зад. Он ле­чит­ся у Ма­лю­ты в «Ди­на­мо». Го­во­рят о его неда­ле­ком ин­тел­лек­те. Не хо­чу это об­суж­дать, как и Хлё­ба­са, ко­то­рый то­же не рас­кры­ва­ет­ся так, как мог бы. Ба­ран­ни­ку я рас­ска­зал мно­го та­ких ве­щей, ко­то­рые, на­де­юсь, долж­ны его че­му-то на­учить.

Пер­вым де­лом я на­пом­нил ему Бу­ха­рест, ко­гда он за­бил два мя­ча и по­мог нам вый­ти в груп­пу Ли­ги Ев­ро­пы. На­пря­жен­ная иг­ра. За­кар­лю­ка и Сач­ко на ла­воч­ке. При та­ком скольз­ком ре­зуль­та­те Павлов вы­пус­ка­ет Ба­ран­ни­ка. За­кар­лю­ка и Сач­ко го­то­вы бы­ли ме­ня съесть. Они же за каж­дую пре­ми­ал­ку бьют­ся! В том мо­мен­те, ко­гда Ба­ран­ник по­шел го­ло­вой, ему чуть реб­ра не по­вы­би­ва­ли. Я уве­рен, что ни Сач­ко, ни кто-то дру­гой в той си­ту­а­ции так сло­мя го­ло­ву не по­нёс­ся бы. А Ба­ран­ник по­нёс­ся и за­бил.

По­сле иг­ры мне по­зво­ни­ли Ах­ме­тов и Ба­ба­ев. Раз­ные пре­зи­ден­ты, но оба по­здра­ви­ли. Ба­ба­е­ву я объ­явил, что­бы он квар­ти­ру го­то­вил Ба­ран­ни­ку, а ес­ли не даст, я сам ему куп­лю. И зар­пла­ту ему под­ня­ли. И зу­бы за­ста­вил вы­ле­чить – у него два клы­ка рос­ло, а он страш­но как бо­ял­ся ид­ти к сто­ма­то­ло­гу.

К нему ну­жен тон­кий под­ход. От­ца у него нет, мать жи­вет в Ка­на­де. Его вос­пи­ты­вал дед. Я при­е­хал к де­ду. При­вез ему вод­ки. Дед при­го­то­вил кар­тош­ку, ку­пил кол­ба­сы. Мы с де­дом вы­пи­ва­ли, а Ба­ран­ник за на­ми уха­жи­вал на соб­ствен­ном же но­во­се­лье.

– Вы­ступ­ле­ни­ем «Вор­ск­лы» на груп­по­вом эта­пе ЛЕ оста­лись удо­вле­тво­ре­ны?

– Ко­неч­но! Уро­вень ко­манд в груп­пе – с ума сой­ти. Тем бо­лее для нас это был пер­вый та­кой опыт. По­сле по­бе­ды в Куб­ке нам по­па­лась «Бен­фи­ка» с рос­сы­пью звезд, но ее мы из­на­чаль­но прой­ти не мог­ли. Хо­тя до­ма обыг­ра­ли 2:1. Эта по­бе­да ни­че­го не зна­чи­ла, но нам из Ки­е­ва при­вез­ли пре­ми­аль­ные. – По­че­му из Ки­е­ва?

– Ком­па­ния Же­ва­го в Ки­е­ве ба­зи­ру­ет­ся. ЕС­ЛИ НЕ МО­ЖЕШЬ ДОБИТЬСЯ РЕЗУЛЬТАТА, ИНОГДА НУЖ­НО ИД­ТИ ПРО­ТИВ ПРАВИЛ

– «Ска­жи-ка, Павлов, ведь не да­ром»… На­мёк ле­ген­дар­но­го пла­ка­та уль­трас «Ди­на­мо» уло­ви­ли?

– Ко­неч­но! Я на эту те­му уже вы­ска­зы­вал­ся. Сей­час умест­но спра­ши­вать фут­бо­ли­стов, а бы­ло это или нет? Ес­ли иг­ры про­да­ют, то им за это пла­тят. А ес­ли нет – ло­гич­но, что иг­ру не про­да­ва­ли. Это на­зы­ва­ет­ся – со­пер­ник был силь­нее. Мы мог­ли обыг­рать «Шах­тер» толь­ко в од­ном слу­чае из ста. И это был слу­чай в фи­на­ле, ко­гда «Шах­тер» взял Ли­гу Ев­ро­пы и че­рез три дня вы­нуж­ден был иг­рать фи­нал Куб­ка Укра­и­ны. Они празд­но­ва­ли один успех за дру­гим. Толь­ко в та­кой мо­мент мы мог­ли обыг­рать «Шах­тер». А ко­гда они бо­ро­лись за чем­пи­он­ство, ни Павлов, ни кто-то дру­гой не по­мог бы. Преж­де все­го мы ду­ма­ли о сво­их ин­те­ре­сах. О том, что­бы в по­сле­ду­ю­щих иг­рать до­быть оч­ки, за ко­то­рые нам бу­дут пла­тить пре­ми­аль­ные. И в той си­ту­а­ции, воз­мож­но, я дей­стви­тель­но дал сла­бин­ку, не на­стро­ив их как на­до.

– А эти жел­тые кар­точ­ки?

– В том чис­ле. Ес­ли мы обыг­ра­ем «Шах­тер», что нам бу­дет? Мы же не со­вер­шим ка­кой-то по­двиг. Но ес­ли мы не ре­шим за­да­чу по ито­гам чем­пи­о­на­та, с нас спро­сят, осо­бен­но с ме­ня. Лю­бо­го иг­ро­ка мож­но про­ве­рить в иг­ре с силь­ной ко­ман­дой. Ес­ли про­пу­стят Ре­бе­нок и Мар­кос­ки, а вый­дет Ба­ран­ник или кто-то дру­гой про­тив «Шах­те­ра», мо­жет, та­ко­го шан­са боль­ше и не бу­дет. По­это­му они по­лу­чи­ли кар­точ­ки. И ре­ша­ли на по­ле они, не я. И кар­точ­ки за­ра­бо­та­ли за 5–10 ми­нут до кон­ца, ко­гда ста­ло яс­но, что мы усту­па­ем «Чер­но­мор­цу». Бы­ло уже яс­но, что в Ев­ро­пу мы не по­па­да­ем, но по ито­гам чем­пи­о­на­та мы по­лу­ча­ли пре­мию за кон­крет­ное ме­сто. Эта си­сте­ма воз­на­граж­де­ния бы­ла внед­ре­на с са­мо­го на­ча­ла мо­е­го пре­бы­ва­ния в «Вор­ск­ле». Пер­вый год сто­я­ла за­да­ча не вы­ле­теть, мы за­ня­ли вось­мое ме­сто. На вто­рой год – пя­тое ме­сто и по­бе­да в Куб­ке. Та­ких игр в ис­то­рии каж­дой ко­ман­ды мож­но отыс­кать нема­ло, и трак­то­вать их мож­но по-вся­ко­му.

Из той же опе­ры – ко­гда по­сле од­ной из игр про­тив «Дне­пра» недоб­ро­же­ла­те­ли за­да­ли мне во­прос об «од­но­класс­ни­ках». Име­лись в ви­ду «Дне­пр» и «Шах­тер». Я про­ци­ти­ро­вал афо­ризм, что пра­ви­ло ра­зум­ных иногда ид­ти про­тив правил, ес­ли по-дру­го­му не мо­жешь добиться результата. Зал ап­ло­ди­ро­вал. Но за­тем ме­ня вы­зва­ли на ко­ми­тет по эти­ке и чест­ной иг­ре. Ре­бя­та, так не за­да­вай­те ненуж­ных во­про­сов! Я пря­мой че­ло­век.

Сей­час фут­бо­ли­сты иг­ра­ют на то­та­ли­за­то­ре. Са­ми ста­вят на ре­зуль­тат. Ко­гда я учил­ся в ВШТ, Бай­дач­ный спро­сил дет­ских тре­не­ров, чем дет­ский тре­нер от­ли­ча­ет­ся от взрос­ло­го. Они от­ве­ти­ли, что ес­ли бы име­ли всё то, что и взрос­лые – по­ля, усло­вия, фут­бол­ки – то и фут­бо­ли­стов под­го­то­ви­ли бы, и чем­пи­о­на­ми ми­ра ста­ли. Бай­дач­ный от­ре­зал: «У дет­ско­го тре­не­ра фут­бо­ли­сты не пьют, не ку­рят, не по­сы­ла­ют тре­не­ра. А у взрос­лых всё это де­ла­ют, и по­про­буй­те с ни­ми спра­вить­ся». От се­бя до­бав­лю – по дев­чон­кам та­кие мо­ло­дые ре­бя­та, как Ба­ран­ник, бе­га­ют. Раз. Ку­рят за­пре­щен­ное и на до­пин­ге по­па­да­ют­ся? По­па­да­ют­ся. Зна­чит, и нар­ко­ти­ки упо­треб­ля­ют. Два. И са­ми же на свои ре­зуль­та­ты ста­вят. Три. Как с эти­ми шестью пороками бо­роть­ся?

– Ка­кое вли­я­ние на вас ока­зы­ва­ет об­ще­ствен­ное мне­ние?

– Я боль­ше все­го пе­ре­жи­ваю, что­бы это не за­де­ло мо­их род-

ных и близ­ких – де­тей, вну­ков, же­ну. А осталь­ное не важ­но.

КАК РЫ­КУ­НА ПРО­ДА­ВА­ЛИ В «ДНЕ­ПР»

– На­сколь­ко ком­форт­но ра­бо­тать с та­ки­ми неор­ди­нар­ны­ми фут­бо­ли­ста­ми, как Алек­сандр Ры­кун? Как нуж­но вы­стра­и­вать от­но­ше­ния с та­ки­ми иг­ро­ка­ми, что­бы не уще­мить их, что­бы они при­но­си­ли поль­зу ко­ман­де, но при этом со сто­ро­ны дру­гих иг­ро­ков не воз­ни­ка­ло недо­воль­ства – мол, ко­му­то в ко­ман­де про­ща­ет­ся боль­ше чем дру­гим?

–А я ни­че­го ему не про­щал. К про­блем­ным иг­ро­кам я мо­гу до­ба­вить За­кар­лю­ку и Бе­же­на­ра. Они­щен­ко да­же не хо­тел брать Бе­же­на­ра на сбор с «Ди­на­мо». Счи­тал его пья­ни­цей. Я про­сил Они­щен­ко дать Бе­же­на­ру шанс. В том «дет­ском са­де», ес­ли кто-ни­будь на­ру­шал ре­жим, я был са­мым счаст­ли­вым че­ло­ве­ком. Я вы­зы­вал его на ко­вер и в кру­гу всей ко­ман­ды, по­вы­шая го­лос, на­чи­нал вос­пи­та­тель­ную бе­се­ду – что у Бе­же­на­ра нет па­пы, ма­мы, что его вос­пи­ты­ва­ла тё­тя из Ни­ко­по­ля, он не по­лу­чал лас­ки и не имел то­го, че­го име­ли вы, и ес­ли се­го­дня вы не от­да­ди­те за него ва­ши си­лы, я бу­ду счи­тать, что у нас не толь­ко нет кол­лек­ти­ва, но и лю­дей по­ря­доч­ных нет (Павлов это рас­ска­зы­вал чрез­вы­чай­но эмо­ци­о­наль­но! – В. П.). По­сле та­ких ти­рад «дет­ский сад» вы­но­сил всех. Мы толь­ко один матч до­ма вни­чью сыг­ра­ли в том чем­пи­о­на­те – с «Крив­бас­сом». И то лишь по­то­му, что на­ка­нуне иг­ры ко мне при­е­ха­ли пре­зи­дент « Крив­бас­са » и зам­ди­рек­тор «Кри­во­рож­ста­ли» и ста­ли уго­ва­ри­вать, пред­ла­гая ма­ши­ну, что­бы я им по­мог – они сто­я­ли в ша­ге от вы­ле­та. Я им ска­зал, что на это не пой­ду. Мы вы­пи­ли по сто грамм, но я не под­дал­ся их моль­бам. Вот толь­ко, ви­ди­мо, это рас­сла­би­ло и ме­ня, и мо­их фут­бо­ли­стов. Фут­бо­ли­сты ви­де­ли, что ко мне при­е­хал пре­зи­дент «Крив­бас­са» и мы о чем-то тол­ко­ва­ли…

За­кар­лю­ку, Ры­ку­на и Бе­же­на­ра в лю­бом кол­лек­ти­ве обо­жа­ли. Вне фут­бо­ла они уме­ли се­бя по­ста­вить так, что ста­но­ви­лись ав­то­ри­те­та­ми для ре­бят.

Хо­тя ли­де­ром в кол­лек­ти­ве с на­тяж­кой был толь­ко За­кар­лю­ка. Ры­кун ни­ко­гда не был ли­де­ром, не го­во­ря уже о Бе­же­на­ре. Бе­же­нар – чи­стей­шей ду­ши че­ло­век. Толь­ко ес­ли вы­пи­вал, мог еще что-то рас­ска­зать, но не тре­не­ру.

– Мо­ло­дой Ры­кун («Ильи­че­вец») и Ры­кун на за­ка­те («Вор­ск­ла»). Что из­ме­ни­лось в про­цес­се эво­лю­ции иг­ро­ка?

– Ры­кун без­уко­риз­нен­но вы­пол­нял все мои тре­бо­ва­ния. У него не бы­ло про­блем с ве­сом. При мне во­об­ще ни у ко­го с ве­сом не воз­ни­ка­ло про­блем. Да­же у Ди­ряв­ки, ко­то­рый сей­час ве­сит 100 кг, – в иг­ро­вые го­ды он ста­биль­но ве­сил 76 кг. Ко­гда Ры­кун по­пал­ся на го­ря­чем в «Ильи­чев­це», я че­рез час знал, в ка­ком ба­ре он ку­тил, на ка­ком так­си ехал, что и сколь­ко пил. Од­на­ж­ды по слу­чай­но­сти мы ока­за­лись вме­сте в Дне­про­пет­ров­ске. Сам Ры­кун мне по­зво­нил и из­ви­нил­ся, что не смог ме­ня най­ти и пре­ду­пре­дить – он-то от­лу­чил­ся из-за то­го, что от­цу на­до бы­ло сде­лать опе­ра­цию. И мы вме­сте по­мо­га­ли его от­цу. Я пре­крас­но знал де­да Ры­ку­на, хо­ро­ше­го фут­бо­ли­ста в про­шлом. Он вме­сте с ма­мой по­ти­хо­неч­ку кон­тро­ли­ро­вал Ры­ку­на до­ма, а я на ра­бо­те. Ры­кун очень до­ро­жил на­ши­ми от­но­ше­ни­я­ми.

При­ве­ду ис­то­рию с его пе­ре­хо­дом в «Дне­пр». Ру­ко­во­ди­те­ли «Дне­пра» не зна­ли его зар­пла­ту в «Ильи­чев­це». Он мне пер­вым по­зво­нил и со­об­щил, что на него вы­шел «Дне­пр». Ах так, зна­чит… Ну, «Дне­пру» я ото­мщу. От­пу­щу, но ото­мщу. Зна­е­те, как? – Как?

– Они ста­ли на­зва­ни­вать Бой­ко и вы­яс­нять сто­и­мость транс­фе­ра Ры­ку­на. Кто-то шеп­нул о мил­ли­оне, так в «Дне­пре» чуть в об­мо­рок не упа­ли. Го­во­рят Са­ше, что вряд ли по­лу­чит­ся осу­ще­ствить транс­фер – мил­ли­он мно­го­ва­то. Са­ша спра­ши­ва­ет ру­ко­во­ди­те­лей «Дне­пра», с кем они раз­го­ва­ри­ва­ли. «С Бой­ко», – слы­шит от­вет. – «Пав­ло­ву зво­ни­те!» – го­во­рит. Зво­нит «Дне­пр» Пав­ло­ву. Я им сра­зу – де­скать, не­уже­ли не мог­ли спер­ва ме­ня на­брать, я ведь то­же из Дне­про­пет­ров­ска: «Па­рень сам хо­чет в «Дне­пр». Не­уже­ли не ре­шим? Ко­неч­но, ре­шим. Ка­кую сум­му мо­же­те за­пла­тить?». – И ка­кую?

– 300 ты­сяч дол­ла­ров. Иду к Бой­ко. Го­во­рю, так и так, нуж­но от­пу­стить Ры­ку­на. Все слы­ша­ли, что Ры­кун пья­ни­ца, но ни­кто не ви­дел его пья­ным в Ма­ри­у­по­ле. Бой­ко от­ка­зы­ва­ет­ся про­да­вать. «Хо­ро­шо, то­гда я ухо­жу. Ра­бо­тай­те са­ми с Ры­ку­ном, пья­ни­цей и гу­ля­кой. Я но­ча­ми не сплю. Или про­да­е­те Ры­ку­на, или я ухо­жу», – от­ве­чаю Бой­ко. – Убой­но!

– Убе­дил. Даль­ше, чем я мстил. Са­ша по­лу­чал в Ма­ри­у­по­ле две ты­ся­чи дол­ла­ров. «Ска­жешь, что по­лу­чал пят­на­дцать», – го­во­рю ему. Ры­кун на­пи­сал ве­до­мость от сво­ей ру­ки, я под­пи­сал. Идет в «Дне­пр». Клу­бы меж­ду со­бой до­го­во­ри­лись. То­гда в луч­шем слу­чае в «Дне­пре» один иг­рок по­лу­чал пят­на­дцать, осталь­ные – не боль­ше де­ся­ти. Ры­кун бе­рет сло­во и го­во­рит, что в «Ильи­чев­це» пят­наш­ку по­лу­чал. Как пят­на­дцать?! Пе­ре­зва­ни­ва­ют мне. Я под­твер­ждаю. Они недо­уме­ва­ют, как та­кое мо­жет быть. «Ну так у ме­ня один фут­бо­лист в ко­ман­де. Вот и пла­чу ему од­но­му», – ар­гу­мен­ти­рую. У ме­ня в «Ильи­чев­це» бы­ла зар­пла­та 8 ты­сяч дол­ла­ров. Ры­ку­ну вы­бил в два ра­за боль­ше. – Да­ли Ры­ку­ну пят­на­дцать? – Да! Зна­е­те, как Ры­кун мне долг воз­вра­щал? – Как?

– Учил уму-ра­зу­му ре­бят в Пол­та­ве. Мне же по­том в Пол­та­ве ста­ви­ли в укор, что са­мые худ­шие транс­фе­ры «Вор­ск­лы» это Ры­кун и Цих­мей­струк. Ре­бя­та, да это бы­ли луч­шие транс­фе­ры в ис­то­рии «Вор­ск­лы»! Объ­яс­ню. Цих­мей­струк ми­ни­а­тюр­ный и ху­день­кий, но был чем­пи­о­ном Рос­сии в со­ста­ве «Спар­та­ка». Он тру­дя­га, на каж­дой тре­ни­ров­ке па­шет, каж­дую се­кун­ду от звон­ка до звон­ка уби­ва­ет­ся. Его при­мер впи­ты­ва­ли Ба­ран­ник, Чес­на­ков и др. А Ры­кун, имея та­лант, всё про­са­дил. Он мог быть мил­ли­о­не­ром, а кем стал? Ес­ли бы я не про­тя­нул ему ру­ку по­мо­щи в по­след­ний год, он не по­ху­дел бы на 10 ки­ло­грамм и не был та­ким строй­ным, как по­след­ние два ме­ся­ца в «Вор­ск­ле». Я на кон­тра­сте ста­вил в при­мер Цих­мей­стру­ка и Ры­ку­на – кто и че­го до­бил­ся, по­ни­ма­е­те? (Окон­ча­ние сле­ду­ет)

1983 г. С при­зом Гри­го­рия фе­до­то­ва

«Дет­ский сад» Пав­ло­ва: «Дне­пр» в се­зоне‑92/93

На тре­нер­ской ска­мье «Ди­на­мо»: Ана­то­лий Де­мья­нен­ко, Николай Павлов, йо­жеф Са­бо

Чем­пи­он­ский со­став «Ди­на­мо»‑95

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.