Фея с то­по­ром

Ари­на, 29 лет – Ты кто? – Доб­рая фея! – А по­че­му с то­по­ром? – Да что-то на­стро­е­ние не очень... (анек­дот)

Istorii Iz Zhizni S Kriminalom Edition - - Не верь глазам своим -

Мой Се­воч­ка — слов­но боль­шой ре­бе­нок: ми- ми - лый, доб­рый, ве­се­лый, ин­тел­ли­гент­ный, но при этом со­вер­шен­но ин­фан­тиль­ный. Мно­го­чис­лен­ные по­пыт­ки сде­лать из него «на­сто­я­ще­го муж­чи­ну» так и не увен­ча­лись успе­хом. По край­ней ме­ре, на се­го­дняш­ний день. Но я не при­вык­ла опус­кать ру­ки... При­крыв на мгно­ве­ние гла­за, я при­слу­ша­лась: дождь все уси­ли­вал­ся, ве­тер ярост­но рас­ка­чи­вал вет­ки де­ре­вьев, ба­ра­ба­нил по кры­ше упав­ши­ми недо­зре­лы­ми яб­ло­ка­ми и гру­ша­ми. «Вот черт! — мыс­лен­но за­ки­па­ла я. — Ну, сей­час уж точ­но теп­лич­ку за­ва­лит…» Да­чу мы при­об­ре­ли все­го па­ру лет на­зад — по­ве­лись на жи­во­пис­ный сад во­круг неболь­шо­го до­ми­ка. А по­том ока­за­лось, что де­ре­вья слиш­ком ста­рые, пло­до­но­сят как-то неубе­ди­тель­но, толь­ко тень со­зда­ют да на­се­ко­мых раз­во­дят. Учи­ты­вая, что и я, и Сев­ка — за­кон­чен­ные ур­ба­ни­сты, ра­нее не имев­шие аб­со­лют­но ни­ка­ко­го от­но­ше­ния к зем­ле и сель­ско­му хо­зяй­ству, на­ши нече­ло­ве­че­ские по­ту­ги воз­ро­дить дрях­лые гру­ши, яб­ло­ни и сли­вы так и не да­ли ви­ди­мых ре­зуль­та­тов. Соб­ствен­но, мой Се­воч­ка в про­цес­се «воз­рож­де­ния» прак­ти­че­ски не участ­во­вал: об­ло­жив­шись де­тек­ти­ва­ми, вя­ле­ной воб­лой и пи­вом, от­ды­хал под се­нью до­жи­ва­ю­щих свой век де­ре­вьев, пе­ри­о­ди­че­ски раз­гла­голь­ствуя о ма­лень­ких ра­до­стях жиз­ни в об­щем кон­тек­сте по­ис­ка ее смыс­ла. Я же, за­ка­тав джин­сы, про­но­си­лась ми­мо то с сап­кой, то с гра­бель­ка­ми, скри­пя зу­ба­ми от зло­сти и пы­та­ясь раз­бу­дить в се­бе язы­че­ские кор­ни, что­бы вра­с­ти ими в эту зем­лю... В кон­це кон­цов мно­гие де­ре­вья в са­ду при­шлось по­про­сту сру­бить и вы­кор­че­вать. На осво­бо­див­шей­ся по­лян­ке муж с го­рем по­по­лам со­ору­дил неболь­шую теп­лич­ку. Пе­ред этим Се­воч­ка неде­лю вы­на­ши­вал идею, ри­со­вал ка­кие-то чер­те­жи, про­во­дил мно­го­ча­со­вые кон­суль­та­ции с со­се­дя­ми и дру­зья­ми. На­ко­нец, про­во­зив­шись несколь­ко ча­сов кря­ду в са­ду, он пред­ста­вил мне свое де­ти­ще… Ну, что вам ска­зать: в се­мье не без уро­да! Но я лю­би­ла его тво­ре­ние. Это был мой ма­лень­кий рай: неж­ные пу­пыр­ча­тые огур­чи­ки, раз­но­ли­кие по­ми­дор­чи­ки и вся­кие осталь­ные пер­цы встре­ча­ли ме­ня ра­дост­но, слов­но цып­ля­та на­сед­ку. Я, не жа­лея сил, по­и­ла их из ар­те­зи­ан­ской сква­жи­ны, опрыс­ки­ва­ла ду­ши­стые ли­сточ­ки и как ре­бе­нок ра­до­ва­лась креп­ну­щим с каж­дым днем пло­дам. Это бы­ла про­сто сказ­ка! И, со- глас­но за­ко­нам жан­ра, в этой сказ­ке, как и в лю­бой дру­гой, долж­на бы­ла при­сут­ство­вать злая си­ла. В ее ро­ли успеш­но вы­сту­па­ла ста­рая гру­ша, рас­ки­нув­шая свои по­ко­ре­жен­ные, по­лу­су­хие ла­пы пря­мо над теп­лич­кой. — Сру­би, — тре­бо­ва­ла я. — Ни за что, — со­про­тив­лял­ся Се­воч­ка. — Гру­ша — са­мый по­лез­ный фрукт из все­го то­го, что здесь рас­тет. — Здесь ни­че­го не рас­тет, кро­ме мо­их огур­чи­ков! Все дав­но оди­ча­ло, в том чис­ле и эта урод­ли­вая гру­ша, ко­то­рая каж­дый раз, как толь­ко под­ни­мет­ся ве­тер, на­халь­но по­ку­ша­ет­ся на мою теп­лич­ку! Спи­ли хо­тя бы су­хие вет­ки — они же вот-вот об­ло­ма­ют­ся! Од­на­ко Се­воч­ка, по­стро­ив теп­лич­ку, по­хо­же, ре­шил, что свой долг на этой зем­ле он бла­го­по­луч­но вы­пол­нил, и немед­лен­но по­те­рял вся­кий ин­те­рес к даль­ней­шей сель­хоз­де­я­тель­но­сти. — Твои огур­чи­ки, меж­ду про­чим, под кол­па­ком — им ни­что не угро­жа­ет, — муж слад­ко зев­нул. — Очень да­же угро­жа­ет! — про­дол­жа­ла на­се­дать я. — Ты бы ви­дел, как она ата­ку­ет их сво­и­ми недо­зре­лы­ми сна­ря­да­ми… — Ну что ты, — Се­воч­ка с ви­ди­мым удо­воль­стви­ем вы­тя­нул­ся на ди­ване и за­крыл гла­за, — не вол­нуй­ся: пус­кай се­бе ата­ку­ет — на­ступ­ле­ния пе­хо­ты все рав­но не на­ме­ча­ет­ся, — и спо­кой­нень­ко за­со­пел. «Вот ведь гад, — ми­ро­лю­би­во по­ду­ма­ла я и тяж­ко вздох­ну­ла. — И как быть? Хоть са­ма за то­пор бе­рись…» Вы­шла в сад. Струи до­ждя тот­час за­ли­ли ли­цо. Осто­рож­но сту­пая, обо­шла дом и при­бли­зи­лась к теп­ли­це: тон­кие план­ки кар­ка­са рас­ка­чи­ва­лись то впра­во, то вле­во, по­лу­про­зрач­ный по­ли­эти­ле­но­вый по­то­лок про­ви­сал под дож­де­вы­ми по­то­ка­ми. Я обес­по­ко­ен­но за­гля­ну­ла внутрь: все бы­ло су­хо, и толь­ко на­пу­ган­ные непо­го­дой

по­ми­дор­ные ли­а­ны как буд­то плот­нее при­жи­ма­лись к стой­кам. Вдруг пря­мо над мо­ей го­ло­вой раз­дал­ся гром­кий треск, и огром­ная вет­ка с нена­вист­но­го де­ре­ва сва­ли­лась на теп­ли­цу, ед­ва не раз­ру­шив ее. — Ну все, — я разо­зли­лась не на шут­ку. — Ес­ли это ни­что­же­ство (имел­ся в ви­ду, ра­зу­ме­ет­ся, Се­воч­ка) не в со­сто­я­нии да­же сру­бить ста­рые вет­ки, при­дет­ся все сде­лать са­мой! — и ре­ши­тель­но на­пра­ви­лась в дом. Уже схва­тив то­пор, в по­след­ний мо­мент ре­ши­ла все же дать сво­е­му лю­би­мо­му му­жу по­след­ний шанс и воз­звать к его со­ве­сти. Се­воч­ка, свер­нув­шись ка­ла­чи­ком, мир­но по­са­пы­вал на ди­ване под уба­ю­ки­ва­ю­щий шум до­ждя. Я по­до­шла по­бли­же и скло­ни­лась над спя­щим му­жем. «Все-та­ки он у ме­ня чу­до, — уми­ли­лась, гля­дя, как дро­жат его рес­ни­цы и по-дет­ски на­ду­ва­ют­ся гу­бы. — Без­дель­ник, ко­неч­но же, но за­то не пьян­ству­ет, и во­об­ще — мир­ный, доб­рый и до­маш­ний, а са­мое глав­ное — род­ной», — про­дол­жа­ла уго­ва­ри­вать са­му се­бя. Ру­ко­ять то­по­ра да­ви­ла на ко­сточ­ку и по­сто­ян­но съез­жа­ла с пле­ча. Я взя­лась за нее дву­мя ру­ка­ми, пе­ре­бро­си­ла то­пор на дру­гую сто­ро­ну, и в этот мо­мент Се­воч­ка неожи­дан­но от­крыл гла­за… Де­ся­тью ми­ну­та­ми поз­же, си­дя сре­ди сбе­жав­ших­ся на от­ча­ян­ные вопли му­жа со­се­дей, я от­па­и­ва­ла бла­го­вер­но­го ва­ле­ри­а­но­вым на­сто­ем, а он все еще икал и ежил­ся, но­ро­вя вы­рвать­ся из мо­их за­бот­ли­вых рук и про­дол­жая жаловаться: — Еще бы не ис­пу­гать­ся: от­кры­ваю гла­за и ви­жу, как на мою го­ло­ву опус­ка­ет­ся то­пор… — в ко­то­рый раз по­вто­рял мой нена­гляд­ный. — Ерун­да ка­кая-то! Бред! — по­жи­ма­ла я пле­ча­ми. — Как ты во­об­ще мог та­кое по­ду­мать? — Да, ат­ку­да я знаю, что те­бе в го­ло­ву стук­ну­ло? — ры­чал муж. — От­кры­ваю гла­за, а тут ты — с то­по­ром… — Гос­по­ди, я в со­тый раз по­вто­ряю, что при­шла по­про­сить те­бя сру­бить вет­ки на этой зло­счаст­ной гру­ше! — А то­пор-то за­чем?! — за­орал муж, яв­но тер­за­е­мый же­ла­ни­ем по­бить­ся го­ло­вой о стен­ку. — Ну, на­стро­е­ние бы­ло та­кое… — ис­кренне от­ве­ти­ла я.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.