Юр

Istorii Iz Zhizni S Yumorom - - Чудеса Случаются! -

кош­мар», — мыс­лен­но ска­за­ла се­бе и са­ма не по­ве­ри­ла это­му. Сно­ва осто­рож­но при­от­кры­ла гла­за... Все вер­но: ни­ка­кой это не сон и да­же не гал­лю­ци­на­ция. Это кош­мар­ная ре­аль­ность! Глав­ный ат­ри­бут ко­стю­ма Сне­гу­роч­ки — го­лу­бой кам­золь­чик — по-преж­не­му ле­жал на крес­ле... но в ка­ком ви­де?! Весь ис­по­ло­со­ван­ный ко­ша­чьи­ми ког­тя­ми, с ото­рван­ной во мно­гих ме­стах опуш­кой, из­гва­з­дан­ный кро­вью и нестер­пи­мо во­ню­чий. По­верх него воз­ле­жа­ла Ни­коль (кош­ка стар­шей сест­ры) и неж­но вы­ли­зы­ва­ла тро­их но­во­рож­ден­ных ко­тят. — Ты что на­тво­ри­ла, ско­ти­на?! — взвы­ла я. — Ка­ко­го ко мне ро­жать при­пер­лась? У Тань­ки ведь то­же крес­ло есть! Ки­са по­смот­ре­ла на ме­ня так мно­го­зна­чи­тель­но, что я за­ткну­лась. «Моя хо­зяй­ка еще но­чью ку­да-то уеха- ла, а ва­шу ма­му под утро вы­зва­ли на ра­бо­ту — у них там ка­кой-то слож­ный боль­ной. Ко­гда у ме­ня на­ча­лись схват­ки, до­ма бы­ла толь­ко ты. Я при­шла сю­да, на­де­ясь на твою по­мощь и со­чув­ствие, а ты вме­сто это­го кри­чишь и об­зы­ва­ешь­ся!» — го­во­рил оби­жен­ный вз­гляд Ни­коль. — Лад­но, не сер­дись, — ска­за­ла я с тяж­ким вздо­хом. — По­здрав­ляю с по­пол­не­ни­ем. Но ты все-та­ки ско­ти­на! У нас с Прош­ки­ным за­ка­зы аж до один­на­дца­то­го! И в чем мне те­перь сне­гу­рить?! Кош­ка за­кон­чи­ла вы­ли­зы­вать по­след­не­го ко­тен­ка и при­кры­ла гла­за — вид­но, то­же уста­ла. Я за­мол­ча­ла, но неве­се­лые мыс­ли про­дол­жа­ли дят­лом дол­бить мозг: «Хо­ро­шо, что это мой лич­ный ко­стюм... был, и за него пла­тить не при­дет­ся. Но и ежу яс­но, что ре­ани­ма­ции он не под­ле­жит. По­ло­жим, дру­гой я до­ста­ну — подъ­еду в те­атр, бро­шусь в но­ги ко­стю­мер­ше Лю­се, и та по друж­бе под­бе­рет в сво­их за­кро­мах что-ни­будь бо­лее-ме­нее под­хо­дя­щее. Од­на­ко это бу­дет толь­ко ве­че­ром, а сей­час что де­лать? У нас с Вась­ком на се­го­дня три «квар­тир­ных» за­ка­за, при­чем раз­вле- кать при­дет­ся де­ток-ма­жор­чи­ков, по­то­му что опла­тить вы­зов Де­да Мо­ро­за и Сне­гу­роч­ки пер­во­го ян­ва­ря мо­гут толь­ко ну очень со­сто­я­тель­ные ро­ди­те­ли. А все эти бо­га­чи, как пра­ви­ло, та­кие при­ве­ред­ли­вые! Тут по­ток мо­е­го со­зна­ния был пре­рван звон­ком мо­биль­но­го. — Ва­рю­ха, ты уже со­бра­лась? Да­вай че­рез два­дцать ми­нут спус­кай­ся... — про­ро­ко­тал в труб­ке Прош­кин­ский бас по­сле че­го раз­да­лись ко­рот­кие гуд­ки. Я за­ме­та­лась по квар­ти­ре, за­чем-то за­гля­ды­вая во все шка­фы. В Тань­кин то­же за­гля­ну­ла и за­сты­ла, как вко­пан­ная. Вот он — вы­ход!!! ...Моя стар­шая сест­ри­ца — то­п­ме­не­джер, и, в от­ли­чие от ме­ня, за­ра­ба­ты­ва­ет хо­ро­шо. По­след­ние пять лет она ко­пи­ла на ма­ши­ну, а в ито­ге вме­сто ав­то­мо­би­ля ку­пи­ла Я бе­реж­но сня­ла с пле­чи­ков еще ни ра­зу не но­шен­ную шуб­ку из стри­жен­ной го­лу­бой норки. Она бы­ла неве­со­мой, длин­ню­щей и сто­и­ла, как неболь­шой са­мо­лет. «Тань­ка те­бя убьет, — шеп­нул ин­стинкт са­мо­со­хра­не­ния. — При­чем смерть твоя бу­дет дол­гой и пре­дель­но му­чи­тель­ной!» — А на­до бы­ло за сво­ей кош­кой смот­реть! — мсти­тель­но за­яви­ла я и уво­лок­ла нор­ко­вое чу­до к се­бе в ком­на­ту. По­смот­ре­ла на ча­сы — до при­ез­да Прош­ки­на оста­ва­лось де­сять ми­нут. Успею... Долж­на успеть! Пять ми­нут ушли на чист­ку зу­бов и ма­ки­яж, еще три — что­бы на­тя­нуть са­пож­ки, па­рик, ко­кош­ник и шу­бу. Ко­гда Ва­ся ме­ня уви­дел, гла­за его ста­ли огром­ны­ми и круг­лы­ми, как у фи­лип­пин­ско­го дол­го­пя­та. — Ни­че­го се­бе... — при­свист­нул он. — Хо­ро­шо нын­че Сне­гу­роч­ки жи­вут! — Не очень хо­ро­шо, — воз­ра­зи­ла я. — По­еха­ли, по до­ро­ге все объ­яс­ню. ...Все три за­ка­за в тот день мы от­ра­бо­та­ли хо­ро­шо. Прош­кин, прав­да, слег­ка тор­мо­зил (ни­как не мог очу­хать­ся от по­тря­се­ния, вы­зван­но­го мо­им об­нов­лен­ным «лу­ком»), за­то я бы­ла в уда­ре. В шуб­ке сест­ры я ощу­ща­ла се­бя, как мисс Все­лен­ная, лю­би­мая же­на сул­та­на Бру­нея и глав­ный секс-сим­вол столетия в од­ном фла­коне. Свою роль отыг­ра­ла на та­ком подъ­еме, что ма­жор­чи­ки бы­ли в пол­ном вос­тор­ге. Их па­пы — то­же. Во вся­ком слу­чае, двое из тро­их, улу­чив под­хо­дя­щий мо­мент, по­пы­та­лись при­гла­сить ме­ня на сви­да­ние (я их пред­ло­же­ния гнев­но от­верг­ла — не мой уро­вень!). А вот все без ис­клю­че­ния ма­мы ма­лы­шей, а так­же их за­те­сав­ши­е­ся на се­мей­ный празд­ник по­дру­ги, взи­ра­ли на ме­ня с от­кро­вен­ной нена­ви­стью. Ин­те­рес­но, с че­го бы это?

Гла­за у Прош­ки­на ста­ли как ккакк у фи­лип­пин­ско­го ффи­лип­пин­ско­гок дол­го­пя­та – та­ки­ми же огром­ны­ми и круг­лы­ми...

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.