Из­ви­ни­те, это ограб­ле­ние

Istorii Iz Zhizni S Yumorom - - Cодержание -

сть та­кая по­го­вор­ка: ста­рость не ра­дость. Оно пра­виль­но, ко­неч­но, но из каж­до­го пра­ви­ла бы­ва­ют ис­клю­че­ния. Вот я, к при­ме­ру, сво­ей жиз­нью до­воль­на. Са­ми по­су­ди­те: шесть­де­сят че­ты­ре го­да, а бо­ляч­ки (ть­футь­фу-тьфу, чтоб не сгла­зить!) по­чти не бес­по­ко­ят. Жи­ву с се­мьей стар­шей доч­ки. У ме­ня своя ком­на­та – кра­си­вая и свет­лая. С зя­тем от­но­ше­ния пре­крас­ные, и с вну­ком Игорь­ком мы боль­шие дру­зья. Млад­шая доч­ка с му­жем и детьми то­же ря­дом, в со­сед­нем до­ме, ви­жу их каж­дый день. Так что моя ста­рость как раз в ра­дость! Но от непри­ят­но­стей (или, как их на­зы­ва­ет Иго­рек, форс-ма­жо­ров) ни­кто не за­стра­хо­ван. Один та­кой форс-ма­жор слу­чил­ся в мае. Но чтоб все бы­ло по­нят­но, сна­ча­ла предыс­то­рия. В про­шлом го­ду мой стар­ший внук окон­чил уни­вер­си­тет. Окон­чить-то окон­чил, толь­ко вот устро­ить­ся на ра­бо­ту не смог – юри­стов сей­час как со­бак нере­за­ных. Ме­сяц про­хо­дит, вто­рой, тре­тий, а воз и ныне там. Я Игорь­ку го­во­рю: «Ну что ты, здоровый лоб, без де­ла си­дишь! Не мо­жешь юри­стом устро­ить­ся, иди, ку­да бе­рут – хоть груз­чи­ком. Не бу­дешь же у ро­ди­те­лей на шее си­деть!» А доч­ка как раз до­ма бы­ла, услы­ша­ла, при­бе­жа­ла: – Мам, ты за­чем Иго­рю ерун­дой го­ло­ву за­би­ва­ешь? Для че­го он пять лет над учеб­ни­ка­ми кор­пел? Что­бы груз­чи­ком ра­бо­тать?! – Я же ска­за­ла: по­ка! – Вот со­сед­ская Лен­ка то­же в свое вре­мя ра­бо­ту по про­фес­сии не на­шла, ре­ши­ла «по­ка» на рын­ке по­тор­го­вать. И что?! Уже де­сять лет тор­гу­ет. Нет, пусть уж Игорь по спе­ци­аль­но­сти ра­бо­ту ищет. А по­ка мы с Са­шей уж как-ни­будь его на­кор­мим-оде­нем-обу­ем. Да, ко­неч­но, кор­ми­ли, одеж­ду по­ку­па­ли, но ведь мо­ло­до­му пар­ню хо­чет­ся и с дру­зья­ми по­гу­лять, и де­вуш­ку на сви­да­ние при­гла­сить. Каж­дый раз у ро­ди­те­лей про­сить нелов­ко, вот пе­ри­о­ди­че­ски и при­хо­дил ко мне: Поскре­бет­ся в дверь: – Буль, я к те­бе по де­лу… – Сно­ва за день­га­ми? – Се­год­ня с Олей хо­чу в ки­нош­ку схо­дить… – Пол­тин­ни­ка хва­тит? – Один би­лет – трид­цать пять гри­вен... – Лад­но, дам сотку. – Ну буль! А поп­корн? А ко­фей­ку по­пить?

С вну­ком Иго­рем мы все­гда бы­ли дру­зья­ми. Но тут он со­врал мне, и очень за­хо­те­лось его на­ка­зать...

Я до­ста­ва­ла три ку­пю­ры по пять­де­сят гри­вен: – Дер­жи, гра­би­тель! – Я от­дам! – за­ве­рял внук. – Нач­ну ра­бо­тать и от­дам. – Мо­жешь не от­да­вать. По­хо­ро­нишь за свои. – Все­не­пре­мен­но! По выс­ше­му раз­ря­ду! С пол­ко­вым ор­кест­ром!!! – от­зы­вал­ся внук уже из при­хо­жей. – И с са­лю­том! – кри­ча­ла я вдо­гон­ку. Мы с ним оба лю­бим чер­ный юмор. В фев­ра­ле Иго­рек на­ко­нец устро­ил­ся юрис­кон­суль­том в ка­кую-то фир­му. За ужи­ном доч­ка учи­ни­ла ему на­сто­я­щий до­прос с при­стра­сти­ем: что за ком­па­ния, сколь­ко пла­тят и т. п. Офис вну­чок рас­пи­сы­вал ми­нут де­сять: все, мол, очень кру­то и «по-взрос­ло­му» (это его вы­ра­же­ние) – ре­монт, кон­ди­ци­о­не­ры, тех­ни­ка. Пла­тить, прав­да, по­ка бу­дут все­го три ты­ся­чи… – Не страш­но, – пе­ре­би­ла его доч­ка. – За­то пер­спек­ти­ва ро­ста есть! Ви­дишь, как хо­ро­шо,

Внук на­ко­нец-то устро­ил­ся на ра­бо­ту юрис­кон­суль­том

что не по­слу­шал­ся ба­буш­ку. До­ждал­ся-та­ки, че­го хо­тел. Ты у ме­ня ум­нич­ка, я то­бой гор­жусь! На этом предыс­то­рия за­кан­чи­ва­ет­ся, и я пе­ре­хо­жу к май­ско­му форс-ма­жо­ру. Два­дца­то­го чис­ла млад­ше­му вну­ку ис­пол­ня­лось шесть лет. Я по­зво­ни- ла Ан­дрю­ше и спро­си­ла, что он хо­чет по­лу­чить в по­да­рок. Ма­лыш тут же вы­дал пол­ный спи­сок: – Ве­ло­си­пед, мас­ку и ла­сты для ны­ря­ния, на­столь­ный фут­бол и пи­сто­лет. – А раз­ре­ше­ние на но­ше­ние ору­жия у те­бя есть? – по­ин­те­ре­со­ва­лась я. – Ба­буш­ка, ка­кая ты смеш­ная! Я же иг­ру­шеч­ный пи­сто­лет хо­чу. Но что­бы был как на­сто­я­щий! По­го­во­рив с вну­ком, ста­ла раз­мыш­лять: «Ве­ло­си­пед Ан­дрю­ше ро­ди­те­ли ку­пят. На­счет мас­ки и ласт сво­им на­мек­ну – пусть пле­мя­ша по­ра­ду­ют, а фут­бол и пи­сто­лет са­ма по­тя­ну…» По­еха­ла в «Дет­ский мир». Ку­пи­ла все, что пла­ни­ро­ва­ла, по­ло­жи­ла в па­кет, вы­шла на ули­цу… А там сол­ныш­ко све­тит, де­ре­вья мо­ло­ды­ми ли­сточ­ка­ми ше­ле­стят, не хо­лод­но, не жар­ко, не вет­ре­но. В об­щем, ре­ши­ла пеш­ком пройтись, но­ги раз­мять. По пу­ти по­пал­ся ма­га­зин­чик, тор­гу­ю­щий мо­биль­ны­ми те­ле­фо­на­ми. Я слу­чай­но бро­си­ла взгляд в стек­лян­ную вит­ри­ну и... гла­зам сво­им не по­ве­ри­ла. Па­рень, си­дев­ший за кас­сой, бо­ком к ок­ну, был как две кап­ли во­ды по­хож на мо­е­го стар­ше­го вну­ка. Хоть на шоу двой­ни­ков от­прав­ляй! По­до­шла по­бли­же, при­гля­де­лась. Ни­ка­кой это не двой­ник, ра­зу­ме­ет­ся, а наш Иго­рек соб­ствен­ной пер­со­ной. Вспом­ни­ла его рас­ска­зы о кру­том офисе и слож­но­стях юрис­кон­сульт­ско­го тру­да… С од­ной сто­ро­ны, хо­ро­шо, что маль­чик все-та­ки устро­ил­ся на ра­бо­ту, а с дру­гой – со­врал ведь.И тут ме­ня, что на­зы­ва­ет­ся, бес по­пу­тал. Дай, ду­маю, под­шу­чу над Иго­ре­шей. Он столь­ко вре­ме­ни ме­ня «гра­бил», те­перь моя оче­редь отыг­рать­ся. За­гля­ну­ла еще раз – в ма­га­зине, кро­ме Иго­ря, ни­ко­го. По­лез­ла в па­кет, на­щу­па­ла ма­лень­кую ко­роб­ку, до­ста­ла от­ту­да пи­сто­лет. За­бе­жа­ла в ма­га­зин с кри­ком: «Из­ви­ни­те, это ограб­ле­ние!», по­вер­ну­лась к кас­се… – Что?! – взвизг­ну­ла де­вуш­ка за кас­сой. Гал­лю­ци­на­ции у ме­ня, что ли? Обо­знать­ся без оч­ков, по­ло­жим, мог­ла, но вот что­бы Иго­ря с ба­рыш­ней пе­ре­пу­тать?! – Ограб­ле­ние, – по­вто­ри­ла я ма­ши­наль­но. Де­вуш­ка ста­ла то­роп­ли­во вы­кла­ды­вать на при­ла­вок пач­ки де­нег. – Из­ви­ни­те, – рас­те­рян­но про­бор­мо­та­ла я. – Здесь па­рень толь­ко что си­дел. – В т-т-туа­лет в-в-вы­шел, – за­и­ка­ясь от ис­пу­га, от­ве­ти­ла де­вуш­ка.

До­став из ко­роб­ки пи­сто­лет, я с кри­ком во­рва­лась в ма­га­зин

– Мо­же­те его по­звать? – С-с-сей­час. – Спа­си­бо, я по­до­жду. Дол­го ждать не при­шлось – она да­же подняться не успела, как в ма­га­зин во­рва­лись несколь­ко че­ло­век в ка­му­фля­же и мас­ках. Даль­ше все бы­ло как в ки­но: «Не дви­гать­ся! Бро­сай­те ору­жие! Ру­ки за го­ло­ву!» Спа­си­бо, хоть на пол ли­цом вниз, как в се­ри­а­лах про мен­тов, не по­ло­жи­ли... На ме­ня, как на на­сто­я­щую пре­ступ­ни­цу, на­де­ли на­руч­ни­ки, по­са­ди­ли в ма­ши­ну и по­вез­ли в от­де­ле­ние. Ми­нут трид­цать я рас­ска­зы­ва­ла двум сим­па­тич­ным пар­ням в штат­ском, как «до­шла до жиз­ни та­кой». Все вы­ло­жи­ла, без утай­ки. Один из них взял иг­ру­шеч­ный пи­сто­лет, по­кру­тил в ру­ках: – Ты смот­ри, как, сво­ло­чи, де­лать на­учи­лись. От на­сто­я­щей «бе­рет­ты» не от­ли­чишь! – Что же нам с ва­ми, ба­буш­ка, де­лать? – по­че­сал за­ты­лок вто­рой. Тут в ка­би­нет во­рвал­ся мой вну­чок с кри­ком: «Ба­бу­лень­ка, ты как?» – По­ка еще не пы­та­ли, – улыб­ну­лась я. – Да­же ча­ем го- ря­чим уго­сти­ли... – Буль, ты во­об­ще со­об­ра­жа­ешь, что… – он вдруг осек­ся и схва­тил­ся за жи­вот: – Ой, а где у вас тут туа­лет? Из от­де­ле­ния мы с Игорь­ком уеха­ли вме­сте. Преж­де чем от­пу­стить, один ми­ли­ци­о­нер стро­го на­пут­ство­вал ме­ня: – Вы, граж­дан­ка Полякова, впредь шу­ти­те как-ни­будь по­без­опас­нее и же­ла­тель­но в сво­ей квар­ти­ре, а не в об­ще­ствен­ном ме­сте!» Вер­нув­шись до­мой, по­ру­га­лись с вну­ком – впер­вые в жиз­ни, меж­ду про­чим.

Мы с Игорь­ком до­ма по­ссо­ри­лись – впер­вые в жиз­ни

– Ты ж ста­рая уже, – кри­чал он, – а та­кое от­че­бу­чи­ла! Гал­ку чуть до ин­фарк­та не до­ве­ла, она до сих пор, на­вер­но, за­и­ка­ет­ся! – А вот нече­го бы­ло свой бо­е­вой пост остав­лять! – ехид­ни­ча­ла я в от­вет. – Как же его не остав­лять, ес­ли ты ме­ня сво­им «На­по­лео­ном» вче­ра тра­ва­ну­ла! – То­же мне Бор­джиа на­шел! «На­по­ле­он» хо­ро­ший был! Про­сто не нуж­но бы­ло за раз пол­тор­та съе­дать! – Ма­ма, па­па, ска­жи­те ей! Но доч­ка с зя­тем ни­че­го ска­зать не мог­ли: по­виз­ги­вая и по­хрю­ки­вая, они хо­хо­та­ли, по­ва­лив­шись на ди­ван.

УЖЕ В ПРО­ДА­ЖЕ

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.