По­ка люб имая имая в ко­ман­дир ов­ке

Istorii Iz Zhizni S Yumorom - - Братья Наши Меньшие -

Вла­дик, — Анеч­ка при­жа­лась ко мне, при­под­ня­ла го­ло­ву, за­гля­ды­вая в гла­за. — У ме­ня есть к те­бе од­на прось­ба. Толь­ко по­ду­май, преж­де чем от­ве­тить. Это се­рьез­но. Я по­це­ло­вал ее в кон­чик но­са: — Все, что по­про­сишь. — Ты не мог бы по­жить у ме­ня? «Ура-а! — за­во­пи­ли мои гор­мо­ны. — На­ко­нец-то!» Жить вме­сте с Анеч­кой я меч­тал уже... неко­то­рое вре­мя. Но все ни­как не мог ре­шить­ся пред­ло­жить ей съе­хать­ся. К это­му ша­гу я еще не был го­тов. А тут лю­би­мая са­ма пред­ла­га­ет! Од­на­ко пыл гор­мо­нов осту­ди­ла сле­ду­ю­щая фра­за Ани. — По­ни­ма­ешь, ме­ня в ко­ман­ди­ров­ку от­прав­ля­ют, в наш го­лов­ной офис. Дней на пять, от вы­ход­ных до вы­ход­ных. А за мо­им Ма­ри­ком при­смот­реть неко­му. Обыч­но я его к ма­ме от­прав­ляю, но сей­час ма­му­ля уеха­ла от­ды­хать. Я об­зво­ни­ла всех по­друг... все вне­зап­но ока­за­лись за­ня­ты. Вы­ру­чай, Вла­дю­ся... То, что Ани­ны по­друж­ки «ока­за­лись за- ня­ты», узнав, что на­до неде­лю «па­сти» Ма­ри­ка, ме­ня ни­сколь­ко не уди­ви­ло. «Ка­жет­ся, я то­же на этой неде­ле за­нят...» — уже от­крыл рот, что­бы про­из­не­сти эту фра­зу, но взгля­нул в гла­за Анеч­ки, пол­ные слез от­ча­я­ния, и мыс­лен­но скрип­нув зу­ба­ми зу­ба­миб и пе­ре­кре­стив­шись, ска­зал: — О чем речь? Ко­неч­но! Без­мер­ная бла­го­дар­ность лю­би­мой ре­а­ли­зо­ва­лась в еще од­ной се­рии страст­но­го сек­са. Засту­пить на пост де­жур­но­го по обо­жа­е­мой Ани­ной так­се я дол­жен был в вос­кре­се­нье ве­че­ром. Что­бы, так ска­зать, пе­сик успел при­вык­нуть ко мне в при­сут­ствии хо­зяй­ки. Ма­рик, он же Мар­кус Аль­берт Эбен­гоф, встре­тил нас с Аней у по­ро­га. С про­ни­зи­тель­ным тяв­ка­ньем пси­на при­ня­лась на­ре­зать кру­ги по хол­лу квар­ти­ры. Я на­кло­нил­ся, что­бы раз­вя­зать шнур­ки бо­ти­нок. С ра­дост­ным виз­гом «Гейя-гейя!» со­ба­ке­вич под­прыг­нул, весь­ма чув­стви­тель­но клю­нул ме­ня в ску­лу острой мор­дой и по­мчал­ся ку­да-то вглубь квар­ти­ры. Я чуть не вы­ру­гал­ся. Не хва- та­ло еще, что­бы у ме­ня под гла­зом рас­цвел фин­гал. — Сей­час при­ло­жу лед, — невоз­му­ти­мо «успо­ко­и­ла» ме­ня Анюта. — Это он так свою ра­дость вы­ра­жа­ет. Ма­ме ММа­ме один раз в глаз по­пал. При­шлось ехать к оку­ли­сту. Вот, дер­жи мя­со. — За­чем мне мя­со? — Глу­пень­кий! — она неж­но ме­ня по­це­ло­ва­ла в ушиб­лен­ное ме­сто. — За­мо­ро­жен­ное. По­мо­га­ет от уши­бов. Я на се­бе опро­бо­ва­ла. Су­пер! Я что, так и бу­ду весь ве­чер си­деть с кус­ком го­вя­ди­ны под гла­зом? И в по­сте­ли мы ока­жем­ся втро­ем? Аня, я и мо­ро­же­ная го­вя­ди­на? А лю­би­мая тем вре­ме­нем вы­да­ва­ла мне ин­струк­ции: чем кор­мить, как гу­лять, что псине мож­но и че­го нель­зя. — Ань, по­го­ди... Я уже не пом­ню, что ты го­во­ри­ла в пер­вой фра­зе. Мо­жет, со­ста­вишь ин­струк­цию? — Влад, но это же так про­сто! На зав­трак — тво­ро­жок, ко­то­рый на­до немно­го по­до­греть на крыш­ке ко­фе­вар­ки, по­ка ты се­бе ко­фе де­ла­ешь. Пе­ред ухо­дом за-

сыпь... — она по­шла по вто­ро­му кру­гу. Я вы­звал на ли­цо вы­ра­же­ние глу­бо­ко­го вни­ма­ния и по­ни­ма­ния и от­клю­чил вос­при­я­тие. Все рав­но не за­пом­ню. — И са­мое глав­ное! — вос­клик­ну­ла Аня. — Ма­ри­ку нель­зя пры­гать! Вверх, ес­ли недол­го и невы­со­ко, то мож­но. А вниз — ни в ко­ем слу­чае! Так­сы обо­жа­ют пры­гать, но это вред­но для их по­зво­ноч­ни­ка. По­это­му ес­ли Мар­ку­сик за­прыг­нет на ди­ван, ты дол­жен снять его на пол сам. За­пом­нил? Но на ди­ван ему нель­зя. И на кро­вать то­же. У него в кухне есть соб­ствен­ный стуль­чик, под­са­дишь его, ко­гда ся­дешь ку­шать. — Он бу­дет есть со мной за од­ним сто­лом? — я чуть дар ре­чи не по­те­рял. Пер­спек­ти­ва про­жи­ва­ния с так­сой в од­ной квар­ти­ре да­же огра­ни­чен­ное вре­мя стре­ми­тель­но те­ря­ла свою при­вле­ка­тель­ность. Ан­на ве­се­ло рас­сме­я­лась: — Ну что ты! У Ма­ри­ка свой сто­лик. про­сто он лю­бит ком­па­нию. Ве­чер в при­сут­ствии хо­зяй­ки про­шел мир­но. Ма­рик де­мон­стри­ро­вал по­слу­ша­ние и вос­пи­тан­ность. Аня де­мон­стри­ро­ва­ла, как его на­до кор­мить, вы­гу­ли­вать и под­ни­мать-сни­мать со стуль­чи­ка, а так­же не пус­кать на ди­ван и на кро­вать. Я де­мон­стри­ро­вал глу­бо­кое по­ни­ма­ние важ­но­сти вос­пи­та­ния так­сы. В об­щем, ца­ри­ла пол­ная идил­лия, плав­но пе­ре­шед­шая в страст­ные объ­я­тия. объ­я­тия.б ММа­рик Ма­рик в объ­я­ти­ях,б объ­я­ти­ях, к сча­стью, не участ­во­вал. Псо мир­но и по­слуш­но со­пе­ло в го­сти­ной на сво­ем мат­ра­си­ке. Но за­тем при­шел ве­чер по­не­дель­ни­ка... Мой пер­вый ве­чер на­едине с так­сой. В со­от­вет­ствии с пред­пи­са­ни­я­ми мы от­пра­ви­лись на про­гул­ку. От­пус­кать Ма­ри­ка по­бе­гать я не риск­нул. Пес немно­го по­ры­чал на по­во­док и на ме­ня. Не уви­дев эф­фек­та, по­жал пле­ча­ми — мол, ты сам на­про­сил­ся, и при­нял­ся но­сить­ся во­круг ме­ня с огром­ной ско­ро­стью. Со­ба­ка не по­жи­ма­ет пле­ча­ми? Вы про­сто ма­ло об­ща­лись с со­ба­ка­ми... Три мет­ра по­вод­ка за­кон­чи­лись очень быст­ро. И все они бы­ли на­мо­та­ны на мои но­ги. Бе­гать в об­рат­ную сто­ро­ну Ма­рик от­ка­зал­ся. Усел­ся пе­ре­до мной и с лю­бо­пыт­ством на­блю­дал, как я вы­пу­ты­ва­юсь из тон­ко­го шну­ра. Мыс­лен­но по­ап­ло­ди­ро­вал мо­им успе­хам и... по­шел на­ре­зать вто­рую се­рию кру­гов по той же схе­ме. Тре­тью се­рию я пре­сек на пер­вом кру­ге и по­во­лок по­во­ло­ко­оо так­су так­суас до­мой­оой­до­мой ужи­нать. ужи­нать.а И тут при­шлось в пол­ной ме­ре вку­сить всю зна­чи­мость двух глав­ных ки­тов, на ко­то­рых сто­ит бы­тие с этой по­ро­дой. Кит (он же пункт) пер­вый: так­сам пры­гать нель­зя. Кит вто­рой: так­сы пры­га­ют. Все­гда, вез­де, и пле­вать хо­те­ли на пункт пер­вый. Ма­рик пры­гал!!! На ди­ван и с оно­го. На спин­ку ди­ва­на и с нее на крес­ло... Со спин­ки... Я орал: «Стой! Не смей! Нель­зя!» и пы­тал­ся до­гнать это чер­ное быст­рое нечто. Де­мо­на на че­ты­рех ла­пах. От­ча­яв­шись, рух­нул на пол у ди­ва­на и с про­сто­нал: — Ма­рик, ты ис­пор­тишь се­бе по­зво­ноч­ник. Это очень опас­но. А я оста­нусь ста­рым хо­ло­стя­ком. По­то­му как Анеч­ка мне нра­вит­ся, но она не про­стит, что я не убе­рег ее со­ба­ку... Пес по­смот­рел на ме­ня с со­чув­стви­ем, влез на ру­ки и лиз­нул в нос. Мы по­ми­ри­лись и от­пра­ви­лись ужи­нать. Увы, идил­лия дли­лась недол­го. Насту­пи­ла ночь. Я ука­зал Ма­ри­ку на его мат­ра­сик и за­крыл за со­бой со­бой­бй дверь в спаль­ню. Не успел я бла­жен­но вы­тя­нуть­ся под оде­я­лом, пред­став­ляя, как ско­ро мы с Аней бу­дем ле­жать тут ря­дыш­ком, утом­лен­ные лас­ка­ми, как в дверь по­скреб­лись. И при­ят­ный со­ба­чий ба­ри­тон за­выл: «Ой, один я, один... Ой, пу­сти­те пе­ре­но­че­вать»... «Фиг те­бе!» — от­ве­тил же­сто­кий я. Усту­пить при­шлось по­сле то­го, как пол­ча­са спу­стя к ба­ри­то­ну пса при­со­еди­нил­ся стук по ба­та­рее. При­чем, и сни­зу, и свер­ху. — Учти, я храп­лю, — пре­ду­пре­дил Ма­рик, устра­ва­ясь по­удоб­нее ря­дом со мной под оде­я­лом. — Я то­же, — от­ве­тил я, по­гру­жа­ясь в сон. — А еще по­жа­лу­юсь Ане. — Да лад­но те­бе! Мы же дру­зья? — он лиз­нул ме­ня в под­би­тую ску­лу...

От­пус­кать Ма­ри­ка по­бе­гать на сво­бо­де я не риск­нул. То­гда пес стал но­сить­ся во­круг на по­вод­ке

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.