КАК ВЫЛЕЧ ИТЬ ЛЕКАРЯ

Istorii Iz Zhizni S Yumorom - - Не Верь Глазам Своим -

Хо­ро­шо про­во­дить вре­мя на да­че, вда­ли от го­ро­да, да­же ес­ли по­го­да уже не со­всем лет­няя. Доч­ке пять лет, она с удо­воль­стви­ем и по лу­жам шле­па­ет, и в сол­неч­ный де­нек сре­ди за­ро­с­лей по­ми­до­ров пря­чет­ся. — Вот по­ло­ма­ет стеб­ли, — че­шет в за­тыл­ке хо­зя­ин до­ма, — и оста­нем­ся без по­ми­дор­чи­ков. Я не те­ря­юсь ни на се­кун­ду: — Пет­ро­вич, вы луч­ше пе­ту­ха про­го­ни­те, ко­то­рый в ва­шем ого­ро­де ша­ста­ет. А то он с ку­ра­ми тут устра­и­ва­ет бои без пра­вил, ни­ка­кие по­ми­дор­чи­ки не вы­дер­жат. Нече­го на ма­лень­кую де­воч­ку на­го­ва­ри­вать! Пет­ро­вич слу­ша­ет рас­се­ян­но. Он во­об­ще ма­ло слу­ша­ет, что ему го­во­рят, за­то са­мо­го се­бя — с удо­воль­стви­ем. Та­кой вот нам по­пал­ся хо­зя­ин: пти­ца го­во­рун. На са­мом де­ле он счи­та­ет се­бя вра­че­ва­те­лем, зна­то­ком при­род­ной ме­ди­ци­ны. Толь­ко ле­чит не тра­ва­ми или рас­те­ни­я­ми, а со­бой. При­чем ле­чит и че­ло­ве­че­ские от­но­ше­ния. — Мо­ло­дая жен­щи­на с ре­бен­ком, но без му­жа? Непра­виль­но это, — ска­зал он при зна­ком­стве. — Муж име­ет­ся, про­сто ему ра­бо­тать на­до. — Как же он без же­ны? И вы тут то­же... Нет, я же ви­жу: от­но­ше­ния ис­пор­ти­лись. Мо­гу их вы­ле­чить! Оша­ра­шен­ная, я не­ко­то­рое вре­мя от­мал­чи­ва­лась. А Пет­ро­вич все хо­дил за мной и уго­ва­ри­вал. На рын­ке я осто­рож­но рас­спро­си­ла мест­ных, так вот: мно­гие при упо­ми­на­нии мо­е­го хо­зя­и­на ша­лов­ли­во хи­хи­ка­ли. Да, он вро­де зна­ха­ря, но слиш­ком свое­об­раз­ный. Од­на­ко его бол­тов­ня ме­ня до­ста­ла, и я от­ве­ти­ла пря­мым тек­стом: — Пет­ро­вич! Наши от­но­ше­ния с му­жем — они толь­ко наши! Ни­кто в них свой нос со­вать не бу­дет. Я ду­ма­ла, оби­дит­ся. Но этот чу­дак да­же не от­стал, про­сто пе­ре­клю­чил­ся на дру­гую те­му. — Жен­щи­на, у те­бя в ор­га­низ­ме за­ве­лась пе­чаль­ка, — объ­явил он, окон­ча­тель­но пе­ре­хо­дя на «ты». — На­до ле­чить, а не то она те­бя сгры­зет. — Ме­ня так про­сто не сгры­зешь, — от­ве­ти­ла я, на­блю­дая за доч­кой вот дво­ре. — Ли­се­нок! От­пу­сти ко­ти­ка, не

на­до его за хвост дер­гать... Ну и что это за пе­чаль­ка та­кая? — Она у те­бя в лег­ких, — уве­рен­но за­явил Пет­ро­вич. — Я го­род­ских мно­го по­ви­дал, и у всех лег­кие пло­хие. — Как же вы их ле­чи­те? За­кли­на­ни­я­ми, что ли? — Ты ме­ня ди­ка­рем не счи­тай, жен­щи­на. На­до по­ды­шать над па­ром, ин­га­ля­ция на­зы­ва­ет­ся, в ки­пя­ток пет­ру­шеч­ки мож­но по­ло­жить. А по­том обя­за­тель­но пой­ти со мной в ба­ню. — Это еще за­чем? Пет­ро­вич по­смот­рел на ме­ня в упор по­хот­ли­вы­ми глаз­ка­ми. — Яс­но за­чем. Бан­ки по­ста­вить, что­бы от­тя­ну­ли. По­том сде­лать еще кой-че­го, и все прой­дет. Мне хо­те­лось рас­хо­хо­тать­ся в го­лос, но я сдер­жа­лась, толь­ко сле­зы вы­сту­пи­ли в угол­ках глаз. Ло­ве­лас на­шел­ся! Кста­ти, ин­те­рес­но, сколь­ко ему лет. Так на­вскид­ку и не по­нять: мо­жет быть и со­рок, и да­же все шесть­де­сят. — Зна­чит, так, — от­ве­ти­ла я ему как мож­но убе­ди­тель­нее. — Ес­ли да­же у ме­ня и есть пе­чаль­ка, то она моя, лич­ная и цен­ная. Мне с ней жить при­выч­но. По­нят­но вам? Он, как всегда, не от­ве­тил. Зна­чит, сно­ва бу­дет при­ста­вать и на­ме­кать, ко­бель ста­рый... Пет­ро­вич, впро­чем, те­му «пе­чаль­ки» в лег­ких под­ни­мать уже не ре­шал­ся, но в ба­ню ме­ня все же пы­тал­ся за­та­щить, вы­дви­нув глав­ный ко­зырь: мол, я дочь свою не люб­лю или люб­лю ма­ло­ва­то. «Не­до­ста­точ­ная», в об­щем, мать. И имен­но по­то­му долж­на пой­ти с ним в ба­ню, ле­чить­ся от недо­ма­те­рин­ства. Тут уж я не вы­дер­жа­ла и та­ки рас­хо­хо­та­лась, а по­том, вы­ти­рая сле­зы, от­ка­за­лась — по­ка еще в ди­пло­ма­ти­че­ских вы­ра­же­ни­ях. Шли осен­ние день­ки, то сол­неч­ные, то дожд­ли­вые. Пет­ро­вич не дре­мал: на­чал оку­чи­вать од­ну жен­щи­ну че­рез два до­ма от нас, то­же дач­ни­цу. — Вот она сра­зу со­гла­си­лась ле­чить­ся, — с упре­ком со­об­щил мне ве­че­ром. — Да? Ну, зна­чит, ум­ная да­ма по­па­лась, здо­ро­вье свое бе­ре­жет. И что, ско­ро с ней в ба­ню пой­де­те? Пет­ро­вич на мою иро­нию ни­как не от­ре­а­ги­ро­вал. С та­ким ли­цом ему бы в по­кер иг­рать, стал бы мил­ли­о­не­ром. — В ба­ню ско­ро, — кив­нул он. — А по­ка по ре­ке по­ка­та­лись, на ло­доч­ке. Зав­тра на ло­ша­ди по­ка­та­ем­ся. Несколь­ко дней он ко мне не при­ста­вал с пред­ло­же­ни­я­ми, и я по­чув­ство­ва­ла бла­го­дар­ность к незна­ко­мой жен­щине. Она со­вер­ши­ла чу­до: Пет­ро­вич от ме­ня от­стал! И вдруг эта да­ма яви­лась во двор. — Зря вы Ва­сень­ку пре­зи­ра­е­те, — ска­за­ла с упре­ком. Я и за­бы­ла, что мо­е­го хо­зя­и­на Ва­си­ли­ем зо­вут. — Он же вам столь­ко по­мо­гал, а вы! В неко­то­ром обал­де­нии я ска­за­ла, что у ме­ня есть муж и чу­жие му­жи­ки мне без на­доб­но­сти. Что там между ни­ми про­изо­шло, не знаю, но я уже вто­рую неде­лю от Пет­ро­ви­ча пря­чусь. На­до­ел он мне за­уныв­ны­ми раз­го­во­ра­ми, нра­во­уче­ни­я­ми и за­ме­ча­ни­я­ми. Я все ду­ма­ла о том, по­че­му к нему ни­кто не при­ез­жа­ет — ни дети, ни дру­зья. И мне на рын­ке тет­ки рас­ска­за­ли: за все ле­то при­ез­жал друг один раз, с де­вуш­кой, «ле­карь» увлек ее в ба­ню — и все! Друг и де­вуш­ку по­те­рял, и с хо­зя­и­ном раз­ру­гал­ся. Од­на­жды Пет­ро­вич ме­ня на­пу­гал: хо­дит, сам с со­бой раз­го­ва­ри­ва­ет, ме­ня уви­дел — по­пы­тал­ся ущип­нуть за грудь. — Пет­ро­вич, по­шли в по­греб, — шеп­ну­ла я. — Там тем­но, ни­кто не уви­дит... Шум­но ды­ша, он от­пра­вил­ся за мной, я его про­пу­сти­ла впе­ред — и дверь за­пер­ла. — По­си­ди, до­ро­гой хо­зя­ин, остынь! — крик­ну­ла я. День про­шел, ночь ско­ро, ста­ло мне жал­ко му­жи­ка. От­кры­ла дверь, он вы­шел. — Тем­но... Там... — вы­дох­нул. И упал. Да он мерт­вец­ки пьян! Весь сле­ду­ю­щий день ти­хий Пет­ро­вич пил во­ду, за­ку­сы­вая по­ми­до­ра­ми. И все остав­ше­е­ся вре­мя от­ды­ха ко мне боль­ше не при­ста­вал.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.