Де­воч­ка в кру­жев­ном кор­се­те

По­ли­на, 26 лет С фо­то­гра­фии в «Фейс­бу­ке» на ме­ня смот­ре­ла моя три­на­дца­ти­лет­няя пле­мян­ни­ца в от­кро­вен­ном на­ря­де...

Istorii Iz Zhizni - - В Украине -

Кра­ем уха слу­ша­ла Жень­ки­ну бол­тов­ню и за­ва­ри­ва­ла чай. Вз­дох­нув, рас­пе­ча­та­ла при­не­сен­ную ко­роб­ку с пи­рож­ны­ми, ста­ла вы­кла­ды­вать сла­до­сти на та­рел­ку. — Ме­сяц до пляж­но­го се­зо­на, а ты пы­та­ешь­ся ме­ня рас­кор­мить. Же­ня по­смот­ре­ла скеп­ти­че­ски: — Да лад­но, па­роч­ка пи­рож­ных фи­гу­ру не ис­пор­тят, те­бе с этим во­об­ще по­вез­ло, — она тя­же­ло вздох­ну­ла. — Со мной бо­жень­ка был не так щедр. В чем-то по­дру­га пра­ва. Сколь­ко се­бя пом­ню, ни­ко­гда не на­би­ра­ла лиш­ний вес. А да­же ес­ли что-то и от­кла­ды­ва­лось на бо­ках, па­ра недель в фит­несс-клу­бе быст­ро ис­прав­ля­ли си­ту­а­цию. — Не ной, — по­ста­ви­ла пе­ред Жень­кой чаш­ку с мят­ным ча­ем, — у те­бя то­же все нор­маль­но. Я сей­час по­ка­жу, что та­кое по­на­сто­я­ще­му про­блем­ная фи­гу­ра. Об­ло­ко­тив­шись на край сто­ла, я до­ста­ла из кар­ма­на те­ле­фон и за­шла в «Фейс­бук», вспо­ми­ная, ко­го из сво­их ин­тер­нет-френ­дов мож­но сде­лать на­гляд­ным при­ме­ром бо­жьей неми­ло­сти. Ев­ге­ния на­вис­ла на­до мной, за­гля­ды­вая в те­ле­фон. Так, эта нет, эта то­же нет. Стоп. А это кто? С од­ной из ава­та­рок на ме­ня смот­ре­ло зна­ко­мое ли­цо. Бог мой, Ма­рин­ка, что ли? Я от­кры­ла про­филь пле­мян­ни­цы, что­бы луч­ше рас­смот­реть фо­то. Со сним­ка мне улы­ба­лась вось­ми­класс­ни­ца Ма­ри­на, един­ствен­ная дочь мо­ей стар­шей сест­ры. Но де­ло не в этом — стра­нич­ки в соц­се­тях сей­час есть прак­ти­че­ски у всех под­рост­ков. Де­ло бы­ло в са­мих фо­то, ко­то­рые де­воч­ка вы­ло­жи­ла на стра­нич­ке. Уж очень они бы­ли от­кро­вен­ны­ми — ко­рот­кая юб­ка, ни­че­го не скры­ва­ю­щий про­зрач­ный топ и яр­кий вы­зы­ва­ю­щий ма­ки­яж. — Ни­че­го се­бе, — при­свист­ну­ла по­дру­га. — Сколь­ко ей лет? — Три­на­дцать, — вы­дох­ну­ла я. — А на стра­ни­це ука­за­но, что сем­на­дцать, — по­дру­га ткну­ла паль­цем в уго­лок экра­на. — Ме­ня бы

мать точ­но при­би­ла. Ин­те­рес­но, а ее мать это ви­де­ла? Мне и са­мой бы­ло ин­те­рес­но. Как Оль­га мог­ла поз­во­лить до­че­ри де­лать на­столь­ко от­кро­вен­ные сним­ки, еще и вы­кла­ды­вать их на все­об­щее обо­зре­ние. Как толь­ко за Жень­кой за­кры­лась дверь, я на­бра­ла сест­ру. — Что-то позд­но­ва­то зво­нишь, — по­слы­шал­ся в труб­ке сон­ный Олин го­лос. — Слу­чи­лось что? — Я се­го­дня за­хо­ди­ла на стра­нич­ку Ма­ри­ны в соц­се­тях и ви­де­ла там ее от­кро­вен­ные фо­то. — Что зна­чит от­кро­вен­ные? — пе­ре­спро­си­ла сест­ри­ца. — То и зна­чит. Яр­кий ма­ки­яж, со­всем ко­ро­тю­сень­кая юбоч­ка. А еще она на­пи­са­ла, что ей 17 лет. — И это вес­кая при­чи­на для то­го, что­бы ме­ня раз­бу­дить? — на­чи­на­ла злить­ся Оль­га. — Ну за­хо­те­лось де­воч­ке по­кра­со­вать­ся, под­рост­ко­вый воз­раст, она же ни­че­го страш­но­го не де­ла­ет. На этом раз­го­вор за­кон­чил­ся. Ес­ли сест­ре все рав­но, что де­ла­ет ее дочь, кто я та­кая, что­бы ука­зы­вать ей, как вос­пи­ты­вать ре­бен­ка. С та­ки­ми мыс­ля­ми от­пра­ви­лась спать, твер­до ре­шив боль­ше не лезть со сво­и­ми со­ве­та­ми. Не по­лу­чи­лось. Че­рез неко­то­рое вре­мя я опять за­шла на ста­нич­ку пле­мян­ни­цы и уви­де­ла, что она вы­ло­жи­ла фот­ки с по­дру­гой, на ко­то­рых од­на по­зи­ру­ет в лиф­чи­ке и тру­сах, вто­рая — в чер­ном кру­жев­ном кор­се­те… Го­ло­вой по­ни­ма­ла: са­мая вер­ная тактика — не вме­ши­вать­ся. Оля — мать, ей вид­нее. Но сле­дить за Ма­ри­ной в со­ци­аль­ных се­тях не пе­ре­ста­ла. Пуб­ли­ку­е­мые ею фо­то каж­дый раз вы­ле­за­ли у ме­ня в но­во­стях «Фейс­бу­ка», по­ра­жая все боль­шей от­кро­вен­но­стью и взрос­ло­стью. «Са­мые го­ря­чие де­воч­ки го­ро­да» — гла­си­ла под­пись к од­ной из фо­то­гра­фий, где Ма­рин­ка в от­кро­вен­ном би­ки­ни си­де­ла в об­ним­ку с пар­нем лет два­дца­ти на пля­же... — Оль, при­вет, — я не зна­ла, как на­чать, — со­би­ра­юсь в парк про­гу­лять­ся, за­тем в ка­фе. Хо­те­ла по­звать вас с Ма­рин­кой. —Яс удо­воль­стви­ем, а Ма­ри­ши сей­час нет. У них с клас­сом экс­кур­сия в со­сед­ний го­род. — Да? Мо­жет, я что-то пу­таю, но ка­жет­ся, она сей­час не там. — Не мо­жет быть, — Оль­га на­ча­ла нерв­ни­чать, — сей­час я ее на­бе­ру. Че­рез два­дцать ми­нут се­ст­ра бы­ла у ме­ня. — По­ка­жи мне ту фо­то­гра­фию, — она взя­ла мой те­ле­фон и ста­ла ли­стать. — Ма­лень­кая за­сран­ка! А ме­ня толь­ко что по те­ле­фо­ну уве­ря­ла, что гу­ля­ет с клас­сом. — Не по­хо­же, что это­му пар­ню то­же три­на­дцать, — за­ме­ти­ла я. — Где этот пляж на­хо­дит­ся? Се­ст­ра вни­ма­тель­но рас­смат­ри­ва­ла сни­мок. — Мы несколь­ко раз ез­ди­ли ту­да от­ды­хать. Там без­люд­ное ме­сто. Со­би­рай­ся, Поль, по­еха­ли. Че­рез пол­ча­са мы бы­ли на вок­за­ле, а еще спу­стя час — в неболь­шом про­вин­ци­аль­ном го­род­ке, ко­то­рый Оль­га опо­зна­ла по фо­то. По­след­ние ми­нут со­рок те­ле­фон пле­мян­ни­цы был недо­сту­пен, и се­ст­ра за­мет­но нерв­ни­ча­ла. — Мы по­чти на ме­сте. По­ка­за­лось неболь­шое озе­ро, воз­ле ко­то­ро­го, су­дя по фо­то, от­ды­ха­ла на­ша де­воч­ка. — Ма­ри­на! — Оль­га уви­де­ла блуд­ную дочь пер­вой. Та си­де­ла на бе­ре­гу в ком­па­нии школь­ной по­дру­ги и тро­их ре­бят, яв­но стар­ше де­во­чек. В од­ной ру­ке Ма­рин­ка дер­жа­ла по­чти до­пи­тую бу­тыл­ку пи­ва, вто­рой об­ни­ма­ла од­но­го из пар­ней. — Ма­ма? Что вы здесь де­ла­е­те? — она ис­пу­ган­но та­ра­щи­лась на при­бли­жа­ю­щу­ю­ся Оль­гу. — При­е­ха­ла за­брать те­бя с экс­кур­сии! — се­ст­ра вы­хва­ти­ла из рук до­че­ри бу­тыл­ку. — Это что? — Мам, я… мы про­сто от­ды­ха­ли, — оправ­ды­ва­лась пле­мян­ни­ца. — А твои ро­ди­те­ли в кур­се, где ты и что де­ла­ешь? — Оль­га об­ра­ти­лась к по­дру­ге Ма­рин­ки, ко­то­рую зна­ла, по­сколь­ку та не­од­но­крат­но бы­ва­ла в го­стях у доч­ки. — Нет, — опу­сти­ла гла­за де­воч­ка. — Марш за мной! Обе! — ско­ман­до­ва­ла Оля и раз­вер­ну­лась к ни­че­го не по­ни­ма­ю­щим пар­ням. — Вы в кур­се, что они ма­ло­лет­ки? Им обе­им по три­на­дцать лет! Па­рень, ко­то­ро­го до это­го об­ни­ма­ла Ма­ри­на, за­мо­тал го­ло­вой. Всю до­ро­гу еха­ли мол­ча. Я по­ни­ма­ла, что до­ма пле­мяш­ке по­па­дет. И не ошиб­лась. От­пра­вив од­но­класс­ни­цу до­че­ри до­мой и по­об­щав­шись с ее ро­ди­те­ля­ми, Оль­га взя­лась за соб­ствен­ное ча­до. Ли­шив Ма­ри­ну не толь­ко кос­ме­ти­ки, ко­то­рую та по­ку­па­ла на кар­ман­ные день­ги, но и но­ут­бу­ка, на ме­сяц по­са­ди­ла дочь под жест­кий до­маш­ний арест, по­обе­щав про­длить его на все ле­то, ес­ли де­воч­ка не пе­ре­осмыс­лит свое по­ве­де­ние. Не уве­ре­на, по­мо­жет ли это пле­мян­ни­це осо­знать свой про­сту­пок, но од­но знаю точ­но — те­перь се­ст­ра го­раз­до луч­ше бу­дет сле­дить за до­че­рью.

Се­ст­ра раз­дра­жен­но вор­ча­ла, ко­гда я ей рас­ска­за­ла про фо­то Ма­ри­ны негли­же

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.