Мой боль­шой сек­рет

Сей­час мне нра­вит­ся смот­реть на се­бя в зер­ка­ло. А еще год на­зад ста­ра­лась про­скольз­нуть ми­мо от­ра­жа­ю­щих вит­рин, втя­нув го­ло­ву в плечи, что­бы толь­ко не видеть сво­е­го те­ла

Istorii Iz Zhizni - - В Украине -

Зря ре­ши­ла встре­тить­ся с Ма­рин­кой в обе­ден­ный пе­ре­рыв. Лю­дей в зоне фуд-кор­та тор­го­во­го цен­тра на­би­лось бит­ком. В ос­нов­ном офис­ный планк­тон рас­по­ло­жен­ных по­бли­зо­сти фирм. Наш с Ма­ри­ной бу­тик мод­ной одеж­ды то­же на­хо­дит­ся непо­да­ле­ку, по­то­му я вы­бра­ла это ме­сто, что­бы уви­деть­ся с по­дру­гой. Она обе­ща­ла от­про­сить­ся на обед. Я раз­вер­ну­ла на­прав­ле­ние из по­ли­кли­ни­ки, пе­ре­чи­та­ла и до­ста­ла те­ле­фон. — Ой, Ли­доч­ка, это ты? — Я ото­рва­лась от экрана и по­смот­ре­ла на жен­щи­ну, воз­ник­шую воз­ле мо­е­го сто­ли­ка. Га­ли­на. — А я смот­рю ты — не ты… Те­бя слож­но узнать! — взгляд быв­шей кол­ле­ги оце­ни­ва­ю­ще про­шел­ся по мо­ей фи­гу­ре, ощу­пал ли­цо, снова опу­стил­ся вниз. За­дер­жал­ся на ко­рот­кой лет­ней юб­ке, про­шел­ся по но­гам к бо­со­нож­кам на шпиль­ке и снова удив­лен­но-ис­пу­ган­но мет­нул­ся вверх. — Э-э… Ты ста­ла пря­мо как мо­дель! Она при­се­ла на кра­е­шек сту­ла за мой сто­лик. Ее груз­ное те­ло не поз­во­ля­ло про­тис­нуть­ся и сесть нор­маль­но: стул под­пи­ра­ла ко­лон­на. — Ес­ли не сек­рет, как те­бе это уда­лось? — Здрав­ствуй­те, Га­ли­на Пет­ров­на. Я то­же ра­да вас видеть. Ли­цо зна­ко­мой рас­плы­лось в бла­го­душ­ной улыб­ке. — Да-да, при­вет, Ли­доч­ка. Про­сти, я так уди­ви­лась, что за­бы­ла да­же по­здо­ро­вать­ся. Так в чем твой сек­рет, рас­ска­жешь? — Да нет ни­ка­ко­го сек­ре­та, — до­сад­ли­во по­жа­ла я пле­ча­ми, — си­жу на ди­е­тах, вот и все. Жен­щи­на при­под­ня­ла брови и с кри­вой ух­мыл­кой по­смот­ре­ла на блю­до с пиц­цей, ко­то­рая уже на­ча­ла осты­вать, за­тем уста­ви­лась на мою та­рел­ку. — Это для Марины, она сей­час по­дой­дет, — пе­ре­хва­ти­ла ее взгляд. — Я толь­ко по­про­бо­ва­ла. — Не хо­чешь, зна­чит, де­лить­ся сек­ре­том, — скри­ви­лась быв­шая со­труд­ни­ца. — Ну лад­но, по­ка. Я по­смот­ре­ла ей вслед. А ведь это она при­ло­жи­ла ру­ку к тому, что­бы я уво­ли­лась, по­то­му что, ви­ди­те ли, не со­от­вет­ство­ва­ла кру­тым стан­дар­там их ма­га­зи­на. А те­перь, зна­чит, сек­рет ей от­крыть… Су­дя по ее рас­плы­вав­шей­ся фи­гу­ре, ско­ро и она не будет им со­от­вет­ство­вать… К сто­ли­ку, сму­ща­ясь, по­до­шел па­рень. Блин, ну где же Ма­рин­ка? Сей­час по­про­сит убрать сум­ку, что­бы мог сесть. При­дет­ся на­гру­бить, а жаль. Очень ин­те­рес­ный мо­ло­дой че­ло­век… — Де­вуш­ка, я за со­сед­ним сто­ли­ком обе­дал. Вот до­ждал­ся, по­ка ва­ша зна­ко­мая уй­дет... Вы мне очень по­нра­ви­лись. У ме­ня, к со­жа­ле­нию, обед за­кон­чил­ся, нуж­но бе­жать, у нас с этим стро­го. Возь­ми­те ви­зит­ку, ме­ня Игорь зо­вут, про­шу, по­зво­ни­те ве­че­ром… Я по­вер­те­ла пря­мо­уголь­ник. — Ок, мо­жет, и по­зво­ню… Ес­ли не бу­ду за­ня­та, — улыб­ну­лась. — То­гда до ве­че­ра. Очень бу­ду ждать ва­ше­го звон­ка. А ведь еще недав­но и пред­ста­вить не мог­ла, что мной мо­жет

Шко­лу вспо­ми­наю, как страш­ный сон, од­но­класс­ни­ки ме­ня драз­ни­ли и оби­жа­ли

за­ин­те­ре­со­вать­ся та­кой па­рень. Я всегда бы­ла плот­нень­кой — и в дет­стве, и в шко­ле. Мои од­но­класс­ни­цы ху­де­ли, вы­тя­ги­ва­лись и пре­вра­ща­лись в пре­крас­ных ле­бе­дей. Я то­же вы­тя­ги­ва­лась, но во все сто­ро­ны. На­вер­ня­ка в каж­дой шко­ле най­дет­ся пара-трой­ка коз­лов от­пу­ще­ния, ко­то­рых веч­но гно­бят. Над ни­ми сме­ют­ся, из­де­ва­ют­ся, их драз­нят. Я ве­си­ла при­мер­но в два ра­за боль­ше других де­тей. Еще в млад­шей шко­ле ни­кто не ста­но­вил­ся со мной в пару, ко­гда мы шли в сто­ло­вую или на про­гул­ку. Мир де­тей бо­лее же­сток, чем мир взрос­лых. Ча­сто в шко­лах ре­бят­ня драз­нит друг дру­га: из-за оч­ков, пол­но­ты или немод­ной одеж­ды. Ме­ня об­зы­ва­ли Жир­т­ре­стом, пор­ти­ли мои учеб­ни­ки и тет­ра­ди, бро­са­ли по все­му клас­су мой портфель. Бы­ло горь­ко и обид­но. Я ста­ра­лась ма­ло есть, тер­пе­ла до ве­че­ра, а по­том на­е­да­лась и ло­жи­лась спать. К 11 клас­су мой вес до­стиг 100 ки­ло­грам­мов. Ни о ка­ких за­бо­ле­ва­ни­ях организма и гор­мо­наль­ных сбо­ях речь не шла — это имен­но то, что на­зы­ва­ют али­мен­тар­ным ожи­ре­ни­ем. То есть ожи­ре­ние от пе­ре­еда­ния. Да, я лю­би­ла по­есть. У нас в се­мье все лю­би­ли, а мама хо­ро­шо го­то­ви­ла. Я ни­ко­му не жа­ло­ва­лась, но чув­ство­ва­ла се­бя по­дав­лен­ной, на­ча­ла да­же нена­ви­деть се­бя. Са­мо­оцен­ка до та­кой сте­пе­ни упа­ла ниже плин­ту­са, что я про­сто пе­ре­ста­ла уха­жи­вать за со­бой. За­то на­учи­лась драть­ся, что­бы за­щи­щать­ся. С тех пор шко­лу вспо­ми­наю, как страш­ный сон. На дис­ко­те­ках маль­чиш­ки ни­ко­гда не при­гла­ша­ли тан­це­вать. И пар­ня у ме­ня не бы­ло из-за пол­но­ты. Я, ко­неч­но, стес­ня­лась, пы­та­лась на ди­е­тах си­деть, но по­ху­деть так и не смог­ла. А ко­гда устро­и­лась в ма­га­зин­чик трен­до­вой одеж­ды, тра­вить ме­ня ста­ла та же Ли­дия: мол, та­кой сло­ни­хе не ме­сто в мод­ном бу­ти­ке, я, ви­ди­те ли, покупателей им рас­пу­ги­ваю. При­шлось уво­лить­ся. А по­том… За по­след­ний год я по­ху­де­ла на 30 кг. Ко­гда спра­ши­ва­ют: «В чем твой сек­рет», отве­чаю, что ста­ла мень­ше есть. Но это не совсем так. Как го­во­рят в народе, не бы­ло бы счастья да несча­стье по­мог­ло. Я за­бо­ле­ла грип­пом, причем силь­но. По­сле пе­ре­ста­ла чув­ство­вать за­па­хи и, со­от­вет­ствен­но, вкус еды. Хо­ди­ла к раз­ным вра­чам. Ди­а­гноз по­став­лен — анос­мия. Док­тор ска­зал, что это по­след­ствия пе­ре­не­сен­но­го неду­га. Ослож­не­ние при­ве­ло к по­ра­же­нию ре­цеп­то­ров в ор­га­нах обо­ня­ния и про­во­дя­щих пу­тей. Врач убеж­дал прой­ти об­сле­до­ва­ние и ле­чить­ся, говорил, обо­ня­ние необ­хо­ди­мо, что­бы в пол­ной ме­ре оце­ни­вать вкус пи­щи. А я да­же не знаю, стоит ли. Я те­перь хо­ро­шо вы­гля­жу, на ули­це муж­чи­ны обо­ра­чи­ва­ют­ся, у ме­ня ста­ли про­сить те­ле­фон незна­ко­мые пар­ни... С од­ной сто­ро­ны, вкус еды и удо­воль­ствие, с дру­гой — мне на­ко­нец нра­вит­ся видеть се­бя в зер­ка­ле. Го­раз­до лег­че ды­шать, дви­гать­ся, об­щать­ся с людь­ми. По­ме­ня­лось внут­рен­нее ощу­ще­ние по от­но­ше­нию к се­бе, бо­лее ком­форт­но жить в сво­ем те­ле. Не бо­лят но­ги, я мо­гу но­сить об­тя­ги­ва­ю­щие и про­сто кра­си­вые ве­щи... Да, неред­ко за­бы­ваю по­есть, по­то­му что веч­ная про­бле­ма «по­жрать бы» уже не пре­сле­ду­ет ме­ня. Вся еда ста­ла без­вкус­ной, и я мо­гу спо­кой­но

Ди­а­гноз мне на­ко­нец по­ста­ви­ли и да­ли на­прав­ле­ние, толь­ко стоит ли ле­чить­ся...

есть нелю­би­мые, за­то по­лез­ные блю­да. — Про­сти, за­дер­жал по­ку­па­тель, — по­дру­га плюх­ну­лась на стул. — О, пиц­ца! И ты столь­ко тер­пе­ла? — уста­ви­лась на мой осты­ва­ю­щий ку­сок. Я про­мол­ча­ла. Ма­ри­на то­же не знает о мо­ей про­бле­ме, ду­ма­ет, что-то спро­во­ци­ро­ва­ло уси­лен­ный об­мен ве­ществ, по­это­му и ста­ла стре­ми­тель­но ху­деть. Я не ис­пы­ты­ваю угры­зе­ний со­ве­сти от­то­го, что она в неве­де­нии. Я не об­ма­ны­ва­ла, лишь ута­и­ла. К сто­ли­ку по­до­шли пар­ни с под­но­са­ми. — Дев­чон­ки, мож­но с ва­ми? Смот­рим, вы ску­ча­е­те… — один из них за­ин­те­ре­со­ван­но по­гля­ды­вал на ме­ня. Нет, док­тор, в жиз­ни есть и дру­гие за­ме­ча­тель­ные ве­щи, по­ми­мо еды. И ле­чить­ся я не стану — толь­ко-толь­ко че­ло­ве­ком се­бя по­чув­ство­ва­ла…

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.