Клятва вер­но­сти

Алек­сандра, 23 го­да Ба­буш­ка на­ста­и­ва­ла, что­бы мы с Мак­сом непре­мен­но об­вен­ча­лись, а я ко­ле­ба­лась: ма­ло ли, а вдруг ко­гда-ни­будь за­хо­тим раз­ве­стись?

Istorii Iz Zhizni - - В Украине -

Мне не хо­те­лось со­об­щать ба­буш­ке и де­ду та­кую важ­ную но­вость по те­ле­фо­ну, по­это­му по­еха­ла к ним в се­ло. Ба­бу­ля си­де­ла за сто­лом под яб­ло­ней и лу­щи­ла фа­соль. Я неза­мет­но под­кра­лась сза­ди, за­кры­ла ей гла­за ла­до­ня­ми. Но ин­три­ги не по­лу­чи­лось. — Алеч­ка! — ра­дост­но вскрик­ну­ла ста­руш­ка. — Как ты до­га­да­лась, что это я? — А кто ж еще? — улыб­ка вдруг сполз­ла с ее ли­ца, а во взгля­де плес­ну­лась тре­во­га. — Что-то до­ма слу­чи­лось? — Слу­чи­лось. Но хо­ро­шее. Ба, по­здравь ме­ня, с по­за­вче­раш­не­го дня я — неве­ста! — Мак­сим сде­лал те­бе пред­ло­же­ние? — сно­ва за­улы­ба­лась она. — Да­же успе­ли уже в загс за­яв­ле­ние по­дать, — по­хва­ста­лась я. — Зна­ешь, мы с Мак­сом хо­тим... — По­го­ди рас­ска­зы­вать. Вот дед из ма­га­зи­на вер­нет­ся, ся­дем втро­ем, об­мо­ем на­ли­воч­кой ва­шу по­молв­ку, а по­том уже нас в свои сва­деб­ные пла­ны и по­свя­тишь... Од­ной на­ли­воч­кой не обо­шлось. Ба­буш­ка так ме­ня на­кор­ми­ла, что при­шлось рас­стег­нуть мол­нию на джин­сах. — Ко­гда тор­же­ство? — спро­си­ла она, убе­див­шись, что я уже не мо­гу ды­шать от об­жор­ства. — Тре­тье­го но­яб­ря. Це­ре­мо­ния в загсе на­зна­че­на на 14:30, по­том по­едем на фо­то­сес­сию, а с пя­ти ве­че­ра гу­ля­ем в ре­сто­ране. — Мно­го го­стей бу­дет? — по­ин­те­ре­со­вал­ся де­душ­ка, од­на­ко ба­бу­ля не да­ла мне от­ве­тить на этот во­прос. — Гри­ша, да по­го­ди ты с го­стя- ми, — раз­дра­жен­но одер­ну­ла его и по­вер­ну­лась ко мне: — А вен­чать­ся ко­гда со­би­ра­е­тесь? На вто­рой день? — Во­об­ще-то в наши пла­ны вен­ча­ние не вхо­дит... — По­че­му?! — ста­руш­ка ис­пу­ган­но округ­ли­ла гла­за. — Мак­сим что, про­тив? — Во­об­ще-то Мак­су по ба­ра­ба­ну. Он все рав­но в Бо­га не ве­рит, по­это­му как ска­жу, так и сде­ла­ет. Это я не хо­чу... Дед улыб­нул­ся, ба­бу­ля по­гро­зи­ла ку­ла­ком и про­дол­жи­ла «до­прос с при­стра­сти­ем»: — То­гда я со­всем ни­че­го не по­ни­маю, — на­су­пи­лась она. — Ведь са­ма­то ве­ру­ешь и долж­на по­ни­мать, что брак, не освя­щен­ный цер­ко­вью, — это... это гре­хов­ное со­жи­тель­ство! — по­след­нее сло­во она про­из­нес­ла с брезг­ли­вым вы­ра­же­ни­ем на ли­це. — Ба, вот толь­ко не на­до вклю­чать ре­ли­ги­оз­ную фа­на­тич­ку, — по­мор­щи­лась я. — Ты са­ма из мо­литв толь­ко «От­че наш» зна­ешь, а из празд­ни­ков — Рож­де­ство, Пас­ху, Тро­и­цу и Спас... — Сей­час речь не обо мне! — про­дол­жа­ла она гнуть свою ли­нию. — Объ­яс­ни, по­че­му ты не хо­чешь вен­чать­ся? — Я люб­лю Мак­са, а он лю­бит ме­ня. Но вдруг так бу­дет не всегда? Вдруг мы ко­гда-ни­будь раз­лю­бим друг дру­га? Или кто-то из­ме­нит­ся к худ­ше­му и дру­гой боль­ше не смо­жет с ним жить? Ес­ли у нас бу­дет обыч­ный брак, раз­ве­дем­ся, и все де­ла. А ес­ли я бу­ду знать, что да­ла клят­ву вер­но­сти пе­ред Бо­гом, то при­дет­ся тер­петь. Му­чит­ся, чув­ство­вать се­бя несчаст­ной, но тер­петь... — Во де­ла! — вкли­нил­ся дед в наш диа­лог. — Еще за­муж вый­ти не успе­ла, а уже про

Ока­за­лось, со­рок три го­да дед хра­нил в тайне от же­ны их «страш­ный грех»

раз­вод ду­ма­ешь... Или со­мне­ва­ешь­ся в сво­ем нена­гляд­ном? — По­ка не со­мне­ва­юсь, но жизнь — она ведь длин­ная, ма­ло ли как по­вер­нет­ся. И по­том, я же это ги­по­те­ти­че­ски, для при­ме­ра... — Очень пло­хой при­мер! — под­жа­ла гу­бы ба­бу­ля. — И мыс­ли непра­виль­ные. Вен­ча­ние же не про­сто та­ин­ство, оно... как обе­рег для семьи. Вот взять хо­тя бы нас с де­дом. Со­рок три го­да ду­ша в ду­шу про­жи­ли! Но еще неиз­вест­но, как бы все сло­жи­лось, ес­ли бы по мо­ло­до­сти лет лишь шлеп­ну­ли штам­пы в пас­пор­та, и все! — А раз­ве при со­вет­ской вла­сти вен­ча­лись? — уди­ви­лась я. — Это твоя ба­буш­ка сей­час та­кая шиб­ко на­бож­ная ста­ла, — ехид­но хмык­нул дед. — Мы то­гда, в семь­де­сят чет­вер­том, оба ком­со­моль­ца­ми бы­ли. Ну и ате­и­ста­ми са­мо со­бой... Но моя те­ща, цар­ство ей небес­ное, упер­лась ро­гом: ли­бо об­вен­ча­е­тесь, ли­бо за­пру Нюр­ку под за­мок, и ни­ка­кой сва­дьбы не бу­дет! Вот и при­шлось по­сту­пить­ся ком­со­моль­ски­ми прин­ци­па­ми... — И пра­виль­но сде­ла­ли! — вос­клик­ну­ла ба­бу­ля. — В на­ше вре- мя стар­ших во­об­ще слу­ша­лись. Не то что ны­неш­няя мо­ло­дежь... Ро­ди­те­ли пло­хо­го не по­со­ве­ту­ют. И ба­буш­ки с де­душ­ка­ми — то­же. Мы же добра же­ла­ем, а вы все по-сво­е­му но­ро­ви­те сде­лать! По­обе­щай, что ты и Мак­сим... Я по­ня­ла, что за­стря­ла в этой те­ме, как му­ха в лип­кой лен­те, и по­пы­та­лась ее сме­нить. — По­ду­маю на­счет вен­ча­ния, но при усло­вии, что не бу­дешь на ме­ня да­вить. А сей­час рас­ска­жи­те, ка­кая у вас бы­ла сва­дьба. — Не­обыч­ная! — хо­хот­нул дед. — В на­ше вре­мя в ре­сто­ра­нах бан­ке­ты не устра­и­ва­ли и на ли­му­зи­нах не разъ­ез­жа­ли. Мы с Аней со­би­ра­лись утром зай­ти в цер­ковь на... ммм... та­ин­ство, за­тем в загс, где нас долж­ны бы­ли ждать дру­зья, а по­сле рос­пи­си все вме­сте — к Аню­те, празд­но­вать. Но она на ули­це осту­пи­лась, упа­ла и сло­ма­ла но­гу. По­е­ха­ли в боль­ни­цу, там сде­ла­ли рент­ген, за­гип­со­ва­ли ло­дыж­ку. В загс и из него я нес лю­би­мую на ру­ках. А на сле­ду­ю­щий день по­про­сил ба­тюш­ку при­е­хать к нам на дом. ...Мы про­го­во­ри­ли до са­мо­го ве­че­ра, но к ще­кот­ли­вой те­ме в тот день боль­ше не воз­вра­ща­лась. Од­на­ко свое обе­ща­ние не да­вить на ме­ня ба­бу­ля не сдер­жа­ла: ста­ла каж­дое утро зво­нить и спра­ши­вать, что я ре­ши­ла. — По­ка ду­маю, — от­ве­ча­ла я. На сва­дьбе, улу­чив по­хо­дя­щий мо­мент, она от­ве­ла ме­ня в сто­рон­ку и за­пе­ла ста­рую пес­ню: «Ну что на­ду­ма­ли с вен­ча­ни­ем?» — Аня, не до­ста­вай ре­бен­ка! — рявк­нул неза­мет­но по­до­шед­ший дед. — Мы с то­бой и невен­чан­ные со­рок три го­да про­жи­ли, дай Бог каж­до­му! — То есть как это невен­чан­ные? — опе­ши­ла ба­буш­ка. — А вот так! Свя­щен­ник то­гда на­от­рез от­ка­зал­ся к нам до­мой ид­ти, по­это­му один мой при­я­тель до­стал где-то ря­су и сыг­рал роль ба­тюш­ки. По­ка ба­бу­ля хва­та­ла ртом воз­дух, де­душ­ка по­гла­дил ме­ня по го­ло­ве и до­ба­вил: — Клятва вер­но­сти, Са­шень­ка, да­ет­ся не в церк­ви и не в загсе, а вот здесь... — и при­ло­жил ла­донь к сво­ей гру­ди.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.