Без пра­ва на лю­бовь

Али­са, 23 го­да Это страш­но, но ме­ня ни­кто и ни­ко­гда не лю­бил, у ме­ня нет близ­ких дру­зей, по­хо­же, я в этой жиз­ни ни­ко­му не нуж­на

Istorii Iz Zhizni - - В Украине -

Вы­ход­ные про­па­ли: по­езд­ка за го­род в спа-отель на­кры­лась мед­ным та­зом. Еще вче­ра Ва­лен­тин обе­щал ска­зоч­ный от­дых на лоне при­ро­ды, шаш­лы­ки, про­гул­ки по ле­су и про­чие удо­воль­ствия, а уже се­го­дня раз­бу­дил ме­ня в шесть утра с ка­ки­ми-то ду­рац­ки­ми от­маз­ка­ми: — Же­на за­бо­ле­ла… не смо­гу вы­рвать­ся… — бле­ял он. — Но­мер опла­чен, дет­ка: ты мо­жешь взять с со­бой по­друж­ку, — и с яв­ным об­лег­че­ни­ем за­кон­чил: — Це­лую, ли­се­нок, до по­не­дель­ни­ка! — Ко­зел, — разо­зли­лась я, бро­сив труб­ку, — мог бы и не бу­дить в та­кую рань! Но сон как ру­кой сня­ло. Я вста­ла и от­пра­ви­лась на кух­ню ва­рить се­бе ко­фе — впе­ре­ди ме­ня жда­ли дол­гие бес­смыс­лен­ные вы­ход­ные. Ехать за го­род од­ной не хо­те­лось, а под­хо­дя­щей по­друж­ки не бы­ло: Ир­ка, с ко­то­рой мы ту­со­ва­лись в ин­сти­ту­те, год на­зад вы­шла за­муж, а с кол­ле­га­ми от­но­ше­ния на­тя­ну­тые. Они ме­ня сра­зу невзлю­би­ли — и за то, что мест­ная, и за то, что ра­ди ка­рье­ры не со­би­ра­юсь про­ги­бать­ся под на­чаль­ство, но боль­ше все­го за то, что Ва­лен­тин, ру­ко­во­ди­тель от­де­ла, сра­зу по­ло­жил на ме­ня глаз. Му­жик он непло­хой: доб­рый, щед­рый, ве­се­лый. Но у него же­на, двое де­тей — по­это­му он ни­че­го мне не обе­щал. — Я же свя­зан по ру­кам и но­гам, дет­ка, — убеж­дал Ва­лик, не крас­нея, — по­это­му все мои обя­за­тель­ства по от­но­ше­нию к те­бе — это су­ма­сшед­ший секс и мо­ре неж­но­сти. По­ми­мо это­го, Ва­лик, ко­неч­но, про­те­жи­ро­вал ме­ня на ра­бо­те и немно­го по­мо­гал фи­нан­со­во. Хо­тя по­след­нее бы­ло не обя­за­тель­но: несмот­ря на невы­со­кую зар­пла­ту, я в день­гах осо­бо не нуж­да­лась — пред­ки еже­ме­сяч­но бро­са­ли мне на кар­точ­ку неко­то­рую сум­му. Ва­лен­тин ни­ко­гда не го­во­рил мне о люб­ви — по от­но­ше­нию ко мне та­кое сло­во в его лек­си­коне от­сут­ство­ва­ло. Ес­ли чест­но, то я са­ма не знаю, за­чем со­гла­си­лась на эти от­но­ше­ния — то ли для то­го, что­бы еще боль­ше по­злить дев­чо­нок на ра­бо­те, то ли от оди­но­че­ства, то ли про­сто что­бы ото­мстить быв­ше­му бой­френ­ду Оле­гу. Олег — мое боль­шое разо­ча­ро­ва­ние. Мы зна­ли друг дру­га еще с ин­сти­ту­та, учи­лись в од­ной груп­пе, да­же бы­ли, мож­но ска­зать, при­я­те­ля­ми, но стра­сти в на­ших от­но­ше­ни­ях ни­ко­гда не на­блю­да­лось. Она по­яви­лась го­раз­до поз­же — ко­гда при­ем­ные ро­ди­те­ли, меч­тая на­ко­нец ме­ня сды­хать­ся, от­да­ли мне квар­ти­ру, до­став­шу­ю­ся им по­сле смер­ти тет­ки. Как толь­ко я ста­ла счаст­ли­вой об­ла­да­тель­ни­цей от­дель­но­го жи­лья, ин­те­рес Оле­га ко мне мно­го­крат­но воз­рос. Я, есте­ствен­но, не пол­ная ду­ра и до­га­ды­ва­лась об ис­тин­ных при­чи­нах его на­стой­чи­вых уха­жи­ва­ний, но… Мне так хо­те­лось люб­ви, че­ло­ве­че­ско­го теп­ла, на­сто­я­щей се­мьи… На­сто­я­щей — а не та­кой, в ко­то­рой вы­рос­ла я са­ма. Не знаю, ка­кие ис­пы­та­ния вы­па­ли на го­ло­ву мо­ей род­ной ма­те­ри, но она не смог­ла пе­ре­жить их и вы­нуж­де­на бы­ла от­ка­зать­ся от ме­ня еще в род­до­ме. Я го­во­рю «вы­нуж­де­на», по­то­му

Ва­лен­тин сра­зу стал за мной уха­жи­вать, хоть я зна­ла: же­нат он дав­но и проч­но

что мне лег­че ду­мать, что толь­ко злой рок и ка­кие-то непе­ре­но­си­мые жиз­нен­ные об­сто­я­тель­ства мо­гут за­ста­вить жен­щи­ну бро­сить соб­ствен­но­го ре­бен­ка, вполне здо­ро­во­го и нор­маль­но­го. И я не ви­ню ее. Дет­ство я про­ве­ла в дет­до­ме. Все. Точ­ка. Вспо­ми­нать об этом не хо­чет­ся. Со­вер­шен­но. Ко­гда мне ис­пол­ни­лось один­на­дцать, ме­ня удо­че­ри­ли. Я пом­ню, как за­ды­ха­лась от сча­стья, по­ни­мая, что ко­му-то нуж­на, что в мо­ей жиз­ни по­явят­ся род­ные люди, ко­то­рые бу­дут ме­ня лю­бить. Го­то­ва бы­ла це­ло­вать им ру­ки толь­ко за то, что они есть. Пе­ред тем как я по­ки­ну­ла стены нена­вист­ной шко­лы-ин­тер­на­та, ди­рек­три­са при­гла­си­ла ме­ня в свой ка­би­нет и, что на­зы­ва­ет­ся, от­кры­ла гла­за. — Али­са, я по­ре­ко­мен­до­ва­ла те­бя на удо­че­ре­ние, по­то­му что же­лаю те­бе добра: ты де­воч­ка ум­ная, урав­но­ве­шен­ная и за­слу­жи­ва­ешь нор­маль­ной жиз­ни, — на­ча­ла она из­да­ле­ка. — Но и не хо­чу об­ма­ны­вать, что­бы по­том не бы­ло непри­ят­ных экс­цес­сов. Про­сто ты долж­на знать: те­бя возь­мут в се­мью, од­на­ко это бу­дет сво­е­го ро­да сдел­ка. Она го­во­ри­ла дол­го и слож­но. Я пло­хо по­ни­ма­ла ее, по­до­зре­вая, что мои но­вые ро­ди­те­ли уже хо­тят от ме­ня от­ка­зать­ся. — Нет, они не от­ка­зы­ва­ют­ся, — раз­ве­я­ла мои за­рож­да­ю­щи­е­ся со­мне­ния ди­рек­три­са. — Бу­дешь жить в се­мье, те­бя бу­дут кор­мить, оде­вать, ты смо­жешь окон­чить нор­маль­ную шко­лу и, мо­жет да­же, по­сту­пить в ин­сти­тут. Но они — эти люди, твои бу­ду­щие ро­ди­те­ли... В об­щем, не уве­ре­ны… как бы это ска­зать… — она нерв­ни­ча­ла, под­би­рая сло­ва, — не уве­ре­ны, что смо­гут те­бя по-на­сто­я­ще­му лю­бить. — Они смо­гут! Я бу­ду очень ста­рать­ся! — вы­па­ли­ла, дро­жа от нетер­пе­ния. Ди­рек­три­са вздох­ну­ла, про­сле­зи­лась и об­ня­ла ме­ня: — В лю­бом слу­чае, де­воч­ка, это твой шанс… И ты не­пре­мен­но долж­на его ис­поль­зо­вать. Немно­го поз­же все ста­ло по­нят­но: мой услов­ный дед по от­цов­ской ли­нии, уми­рая, оста­вил огром­ное на­след­ство, но сы­но­вьям вос­поль­зо­вать­ся им мож­но бы­ло толь­ко по­сле то­го, ко­гда в се­мье по­явит­ся ре­бе­нок. Мой при­ем­ный отец был юри­стом и пер­вым со­об­ра­зил, что в за­ве­ща­нии от­ца ре­чи о том, что ре­бе­нок не мо­жет быть усы­нов­лен или дол­жен быть опре­де­лен­но­го воз­рас­та и по­ла, не бы­ло. Мои при­ем­ные ро­ди­те­ли не пла­ни­ро­ва­ли в сво­ей жиз­ни та­кую «ра­дость», как де­ти, но че­го не сде­ла­ешь ра­ди де­нег. Ко­ро­че, они удо­че­ри­ли ме­ня для то­го, что­бы по­лу­чить до­ступ к на­след­ству. По су­ти, им бы­ло на­пле­вать на мою жизнь и на ме­ня. Они ни­ко­гда ею не ин­те­ре­со­ва­лись. Од­на­жды, в са­мом на­ча­ле мо­ей но­вой жиз­ни, я на­ча­ла рас­ска­зы­вать о ка­ком-то про­ис­ше­ствии, ко­то­рое слу­чи­лось в клас­се, но мать тут же оста­но­ви­ла ме­ня ка­ким­то ма­ло­важ­ным во­про­сом, а по­том ото­сла­ла в мою ком­на­ту. На ме­ня не кри­ча­ли, не ру­га­ли и ма­ло в чем от­ка­зы­ва­ли, но меж­ду ни­ми и мной все­гда бы­ла буд­то сте­на: мать ни­ко­гда ме­ня не це­ло­ва­ла и не го­лу­би­ла, как это обыч­но де­ла­ют ро­ди­тель­ни­цы со сво­и­ми детьми. Отец, прав­да, ка­зал­ся мяг­че и че­ло­веч­нее — ино­гда шу­тил со мной. Жаль, что он ча­сто бы­вал в разъ­ез­дах, и ви­де­лись мы ред­ко. На­до от­дать долж­ное мо­им при­ем­ным ро­ди­те­лям: они вы­пол­ни­ли все взя­тые на се­бя обя­за­тель­ства — я окон­чи­ла шко­лу и по­сту­пи­ла в ин­сти­тут. А ко­гда мне ис­пол­ни­лось во­сем­на­дцать, да­же по­лу­чи­ла соб­ствен­ное жи­лье. Но при всем внеш­нем бла­го­по­лу­чии ме­ня ли­ши­ли че­го-то са­мо­го глав­но­го: ро­ди­тель­ской люб­ви — неви­ди­мой ауры, «омо­фо­ра», за­щи­ща­ю­ще­го лю­дей до кон­ца их жиз­ни. Ме­ня не на­учи­ли лю­бить и на­все­гда ли­ши­ли пра­ва быть лю­би­мой. — Алис­ка, да­вай по­же­ним­ся, — пред­ло­жил мне как-то Олег. — Да­вай, — про­си­я­ла я. — И ро­дим ре­бен­ка! Его ли­цо вы­тя­ну­лось, в гла­зах мельк­нул ис­пуг. — Ты что, за­ле­те­ла? — ужас­нул­ся он. Го­лос бой­френ­да при этом дро­жал то ли от сдер­жи­ва­е­мой яро­сти, то ли от стра­ха. — Нет. Про­сто очень хо­чет­ся се­мью и мно­го де­тей… — Стран­ная ты, Алис­ка, — Олег от­стра­нил­ся. — У те­бя есть я, у ме­ня есть ты — за­чем нам еще эта обу­за? Сло­во про­зву­ча­ло, как по­ще­чи­на: на­ко­нец я по­ня­ла, кем бы­ла и для род­ной ма­те­ри, и для при­ем­ных ро­ди­те­лей, кем рискую стать и для Оле­га, ко­гда по­же­ним­ся — обу­зой. Не лю­бо­вью, не ра­до­стью, не сча­стьем, не смыс­лом жиз­ни, а тя­гост­ной обя­зан­но­стью, непри­ят­ной за­бо­той. Мы рас­ста­лись. С тех пор я од­на — без лю­би­мо­го, без на­деж­ды, без пра­ва на лю­бовь...

Ди­рек­три­са дет­до­ма по­зва­ла в ка­би­нет и про­све­ти­ла ме­ня по по­во­ду удо­че­ре­ния

При­ем­ные ро­ди­те­ли вы­пол­ня­ли взя­тые обя­за­тель­ства, но ни­ко­гда не лю­би­ли

В дет­до­ме все де­тиш­ки меч­та­ют най­ти се­бе ро­ди­те­лей

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.