Как за ка­мен­ной сте­ной

Ан­на, 20 лет Мои ро­ди­те­ли узна­ли, что Ми­ша од­но­му из пар­ней сло­мал ру­ку, и по­тре­бо­ва­ли, что­бы я с ним рас­ста­лась...

Istorii Iz Zhizni - - В Украине -

Ко­гда вы­шли из душ­ной марш­рут­ки, я зяб­ко по­ежи­лась. В по­след­ние дни осе­ни бы­ло мок­ро, про­мозг­ло и хо­лод­но. Под­тя­нув шер­стя­ной шарф по­вы­ше к ли­цу, об­хва­ти­ла обе­и­ми ру­ка­ми Миш­кин ло­коть, при­жа­лась креп­че. — Ань, да­вай со­кра­тим до­ро­гу, пой­дем че­рез парк, ты со­всем за­мерз­ла, — пред­ло­жил он. — Не-а, страш­но, — мот­ну­ла го­ло­вой, но под­со­зна­тель­но по­ня­ла, что же­ла­ние по­ско­рее ока­зать­ся под теп­лым оде­я­лом, на­вер­ное, возь­мет верх. — Тру­сиш­ка зай­ка се­рень­кий… И со мной то­же страш­но? — мой па­рень раз­вер­нул ме­ня ли­цом к се­бе, чмок­нул в нос. Я неуве­рен­но по­жа­ла пле­ча­ми, скольз­нув гла­за­ми свер­ху вниз по его фи­гу­ре. Неболь­шо­го ро­ста, все­го на несколь­ко сан­ти­мет­ров вы­ше ме­ня, ху­день­кий, гиб­кий, Миш­ка несколь­ко лет за­ни­мал­ся во­сточ­ны­ми еди­но­бор­ства­ми, по­том, ко­гда ма­ма за­бо­ле­ла, при­шлось бро­сить. Не до­ждав­шись от­ве­та, на­хму­рил­ся. — Лад­но, Миш, пой­дем че­рез парк. Толь­ко… — при­ку­си­ла гу­бу. — Что? Хо­те­ла ска­зать, что в слу­чае опас­но­сти луч­ше по­ско­рее убрать­ся, но пе­ре­ду­ма­ла, что­бы не оби­деть. По­след­ние лет пять об этом ме­сте хо­ди­ла нехо­ро­шая мол­ва — то из­на­си­лу­ют ко­го-то, то по­бьют, а то и труп най­дут. Днем там со­би­ра­лись стай­ки под­рост­ков, боль­шие раз­но­шерст­ные ком­па­нии, пи­ли пи­во и не толь­ко, ку­ри­ли трав­ку, и не все­гда ти­ней­дже­ры бы­ли мир­но на­стро­е­ны по от­но­ше­нию к про­хо­жим. По­след­ний улич­ный фо­нарь остал­ся по­за­ди. На ас­фаль­ти­ро­ван­ной до­рож­ке под туск­лым све­том ноч­но­го го­ро­да бле­сте­ли

На­силь­ник от­влек­ся, и я, ис­хит­рив­шись, уку­си­ла его, но сра­зу по­лу­чи­ла за­тре­щи­ну

чер­ные хо­лод­ные лу­жи. Окайм­ляв­шие до­ро­гу ство­лы и вет­ви на­по­ми­на­ли чьи-то мрач­ные си­лу­эты. Мы свер­ну­ли на бо­ко­вую до­рож­ку и под но­га­ми за­хлю­па­ла во­да. Тем­но­та, на­пи­тан­ная вла­гой, ка­за­лась угро­жа­ю­щей. По­ка­за­лось, что воз­ле ку­стов впе­ре­ди что-то ше­вель­ну­лось. — Опань­ки! — про­зву­ча­ло над са­мым ухом, ко­гда мы про­хо­ди­ли по­до­зри­тель­ные за­рос­ли. Ка­кое про­тив­ное сло­во! По­сле него в филь­мах про бан­дю­ков обыч­но что-то не­пре­мен­но слу­ча­ет­ся. — Ка­кая цы­поч­ка! И по­чти од­на. Яр­ко вспых­нув­шее пят­но фо­на­ри­ка осле­пи­ло и за­ста­ви­ло за­крыть гла­за, а ко­гда оно мет­ну­лось в сто­ро­ну, по­ня­ла, что мы сто­им в окру­же­нии трех при­дур­ков в чер­ных курт­ках и три­ко­таж­ных шап­ках. Чет­вер­тый, ма­те­рясь, про­ди­рал­ся к ним че­рез ку­сты. Серд­це гул­ко стук­ну­ло и за­тре­пы­ха­лось где-то в рай­оне сол­неч­но­го спле­те­ния, а те­ло мгно­вен­но ско­вал про­тив­ный лип­кий страх. — За­мерз­ла? Что, ка­ва­лер не гре­ет? А мы сей­час это ис­пра­вим. От пар­ней ра­зи­ло вод­кой. Они яв­но ра­до­ва­лись, что се­го­дня раз­вле­кут­ся, вот та­кая вы­па­ла удача. Двое из них на­ча­ли от­тес­нять Ми­шу с до­ро­ги в на­прав­ле­нии ку­стов, один из остав­ших­ся, обой­дя ме­ня сза­ди, рез­ко уда­рил под ко­лен­ки, и я как под­ко­шен­ная рух­ну­ла на мяг­кие пре­лые ли­стья. Чьи-то хо­лод­ные ру­ки ста­ли ша­рить у ме­ня под курт­кой, рва­ну­ли кноп­ку на джин­сах и рыв­ка­ми ста­ли их стя­ги­вать. По­ка один тя­нул джин­сы, вто­рой за­жал мне рот, и несмот­ря на то, что я бры­ка­лась, пе­ре­вер­нул ли­цом вниз и тя­же­ло на­ва­лил­ся свер­ху. Ко­гда он немно­го от­влек­ся, пы­та­ясь од­ной ру­кой осво­бо­дить­ся от сво­их шта­нов, я ис­хит­ри­лась и цап­ну­ла его зу­ба­ми за ру­ку. Он бро­сил во­зить­ся с одеж­дой и от­ве­сил мне за­тре­щи­ну, от ко­то­рой в го­ло­ве за­гу­де­ло. Я за­дох­ну­лась и по­чти пе­ре­ста­ла со­об­ра­жать. А по­том вне­зап­но ста­ло лег­че ды­шать. По­ня­ла, что тя­жесть ис­чез­ла вме­сте с те­лом, и под­ня­ла го­ло­ву.

Кто-то непо­движ­ной гру­дой ле­жал ря­дом. Но­ги не слу­ша­лись, вы­вер­ну­тая ру­ка, на ко­то­рую я опер­лась, ото­зва­лась рез­кой бо­лью, при­шлось при­сло­нить­ся к де­ре­ву. Не­по­вре­жден­ной ру­кой на­тя­ну­ла тру­сы и джин­сы, огля­ну­лась. Двое на­силь­ни­ков, взяв под ру­ки тре­тье­го, ло­ма­ну­лись в ку­сты. Один из них при­во­ла­ки­вал но­гу, вто­рой со­гнул­ся и хри­пел что-то нечле­но­раз­дель­ное. — Анюта, с то­бой все нор­маль­но? — ря­дом на кор­точ­ки при­сел Ми­ша. — Я же го­во­рил, что со мной не страш­но. — Он по­мог под­нять­ся, на­ша­рил в тра­ве мою су­моч­ку, по­ве­сил се­бе на пле­чо. — Во­об­ще-то нам луч­ше убрать­ся от­сю­да, от­мо­роз­ки мо­гут вер­нуть­ся с под­креп­ле­ни­ем. Ру­ки дро­жа­ли, я ни­как не мог­ла за­стег­нуть мол­нию на курт­ке, и от это­го рас­пла­ка­лась. Хо­тя по­ни­ма­ла, что пла­чу от пе­ре­жи­то­го ужа­са. Парк кон­чил­ся, мы боль­ше ни­ко­го не встре­ти­ли. Ми­ша всю до­ро­гу со­сре­до­то­чен­но мол­чал. Я то­же. Воз­ле подъ­ез­да, про­ща­ясь, уткну­лась ему в пле­чо и за­бор­мо­та­ла сло­ва бла­го­дар­но­сти. — Ты что, Ань, — удив­лен­но от­стра­нил ме­ня Ми­ша, взяв за пле­чи. — Ты моя де­вуш­ка, я обя­зан те­бя за­щи­щать. Как бы я жил, ес­ли бы с то­бой что-ни­будь слу­чи­лось? — он осто­рож­но по­це­ло­вал мои раз­би­тые гу­бы. До­ма я, ста­ра­ясь не шу­меть, сня­ла гряз­ную одеж­ду, за­су­ну­ла ее в шкаф в при­хо­жей и на цы­поч­ках на­пра­ви­лась в ван­ную. — Аня? По­че­му так позд­но? Ты со­всем не ду­ма­ешь о мо­ей нерв­ной си­сте­ме. Я же про­си­ла… — ма­ма воз­ник­ла в двер­ном про­еме, как все­гда, неожи­дан­но. — Бо­же, что с то­бой? — ис­пу­ган­но уста­ви­лась на мое ли­цо. — Пе­тя! Пе­тя, иди ско­рее сю­да. Из спаль­ни по­ка­зал­ся встре­во­жен­ный отец. При­шлось вкрат­це рас­ска­зать ро­ди­те­лям о на­шем при­клю­че­нии. Ма­ма мор­щи­лась и хва­та­лась за серд­це. — Мо­ло­дец, па­рень! — ре­зю­ми­ро­вал па­па и, спо­хва­тив­шись, по­вер­нул­ся к жене: — Да, Юля? Та по­мор­щи­лась: — Ко­неч­но, но я уве­ре­на, что это он на­ра­зил на­шу дочь на опас­ность. Вот ска­жи, по­че­му вас по­нес­ло этой страш­ной до­ро­гой? Под­став­лять лю­би­мо­го я не ста­ла, про­бор­мо­та­ла, что оба хо­те­ли по­ско­рее ока­зать­ся в теп­ле. Еще че­рез несколь­ко дней Ми­ха­и­ла вы­зва­ли в по­ли­цию. Его дол­го до­пра­ши­ва­ли и в кон­це объ­яви­ли, что за­во­дят на него уго­лов­ное де­ло за на­не­се­ние тяж­ких те­лес­ных по­вре­жде­ний и до су­да он бу­дет на­хо­дить­ся под под­пис­кой о невы­ез­де. Ока­зы­ва­ет­ся, один из по­дон­ков ме­ня узнал. Мы учи­лись вме­сте в шко­ле, толь­ко он на па­ру лет стар­ше. Вы­яс­нить, с кем я встре­ча­юсь, не со­став­ля­ло осо­бо­го тру­да. Мой за­щит­ник од­но­му на­силь­ни­ку сло­мал ру­ку, а у дру­го­го бы­ло со­тря­се­ние моз­га. В тот же ве­чер об этом узна­ли мои ро­ди­те­ли. Ма­ма устро­и­ла боль­шой скан­дал и по­тре­бо­ва­ла, что­бы я немед­лен­но бро­си­ла «это­го са­ди­ста, раз­ма­хи­ва­ю­ще­го ку­ла­ка­ми». — Ко­гда он те­бя изо­бьет до по­лу­смер­ти, ты по­жа­ле­ешь, но бу­дет позд­но. Луч­ше сей­час пре­кра­ти вся­кие от­но­ше­ния. — Мам, ты что, не по­ни­ма­ешь: ес­ли бы не Ми­ша, твою дочь мог­ли как ми­ни­мум из­на­си­ло­вать и как мак­си­мум убить? Это те­бя не вол­ну­ет? Ты пе­ре­жи­ва­ешь, что него­дяй по­лу­чил по за­слу­гам? — я не на шут­ку разо­зли­лась. — А что, по-тво­е­му, на­до бы­ло сде­лать? Ак­ку­рат­но дать им пин­ка под зад, что­бы они ушли? Или про­чи­тать лек­цию на мо­раль­но­эти­че­скую те­му? Ее от­вет сра­зил на­по­вал. — Ну как-то ци­ви­ли­зо­ван­но, по­че­ло­ве­че­ски ре­шить во­прос. Пусть она ду­ма­ет, что угод­но, я знаю, что не бро­шу Ми­шу и дам по­ка­за­ния на су­де. И ес­ли при­дет­ся, бу­ду но­сить ему пе­ре­да­чи и ждать из ко­ло­нии, но, на­де­юсь, до это­го де­ло не дой­дет. Зав­тра я иду к сле­до­ва­те­лю...

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.