Нет штам­па - нет се­мьи?

Я не ве­рю в су­ще­ство­ва­ние жен­щин, ко­то­рые не хо­тят за­муж. Хо­тят. Все хо­тят, му­жи­ки.

KP in Ukraine - - Мужчина и женщина - Под­го­то­ви­ла Оль­га САВЕЛЬЕВА.

Про­сто неко­то­рые, са­мые «муд­рые», по­до­бо­страст­но лу­ка­вят и подыг­ры­ва­ют вам. Го­во­рят то, что вы хо­ти­те слы­шать, что­бы вы лю­би­ли и це­ни­ли их еще силь­нее.

Ино­гда они и са­ми на­чи­на­ют ве­рить в то, что не хо­тят. Уго­ва­ри­ва­ют се­бя. Мол, сей­час мод­но не хо­теть - и я не хо­чу.

Но все ма­лень­кие де­воч­ки­прин­цес­сы меч­та­ют вы­рас­ти, на­деть бе­лое пла­тье с фа­той и ска­зать да са­мо­му луч­ше­му муж­чине на све­те.

Это та­кая пра­виль­ная доб­рот­ная дев­ча­чья меч­та, ко­то­рую вы­рос­шие девочки за­го­ня­ют вглубь под­со­зна­ния в уго­ду муж­ско­му эго­и­стич­но­ра­ци­о­наль­но­му взгля­ду на жизнь. Мол, ну за­чем ин­ве­сти­ро­вать ку­чу де­нег в не несу­щий ни­ка­кой вы­го­ды штамп?

«ТЫ КТО ТА­КАЯ?»

...На Па­ши­ных по­хо­ро­нах Па­ши­на ма­ма ска­за­ла Ма­ше кра­моль­ное.

«Ты кто та­кая?» - ска­за­ла Па­ши­на ма­ма.

Ма­ша - это Па­ши­на же­на. Они жи­ли вме­сте по­чти 8 лет, про­сто не бы­ли рас­пи­са­ны. У них бы­ли об­щий сын, об­щий дом и об­щая по­стель. Не бы­ло об­ще­го штам­па.

Однажды Па­ша, мо­ло­дой (42), здоровый, успеш­ный че­ло­век, по­це­ло­вал же­ну и уехал на ра­бо­ту. Спу­стя час у него ото­рвал­ся тромб, и Па­ша умер. Мгно­вен­но. За ру­лем.

Ма­ша о смерти му­жа узна­ла толь­ко ве­че­ром.

Из боль­ни­цы, ку­да от­вез­ли Па­шу, по­зво­ни­ли Па­ши­ной ма­ме. По до­ку­мен­там Па­ша не же­нат, в те­ле­фоне есть Ма­ша, но кто та­кая эта Ма­ша?

Па­ши­на ма­ма нена­ви­де­ла Ма­шу всю Ма­ши­ну жизнь. По­это­му не при­гла­си­ла Ма­шу на Па­ши­ну смерть.

Ма­ша уба­ю­ки­ва­ла на ру­ках двух­лет­не­го Мат­вея Пав­ло­ви­ча, ко­то­рый со­всем недав­но на­учил­ся го­во­рить «па­па», и стра­да­ла.

Ма­ша за две неде­ли по­ху­де­ла на 9 ки­ло­грам­мов. По ки­ло­грам­му за каж­дый про­жи­тый вме­сте год.

...Ма­ша, уби­тая го­рем, зво­ни­ла све­кро­ви и спра­ши­ва­ла, ко­гда и во сколь­ко ей при­е­хать в морг, что­бы по­про­щать­ся.

- Ты кто та­кая? - хо­лод­но спра­ши­ва­ла Па­ши­на ма­ма. От­сут­ствие штам­па и на­ли­чие го­ря да­ли ей пра­во так ска­зать. Она все 9 лет не лю­би­ла Ма­шу. Так бы­ва­ет, ко­гда ма­ма очень лю­бит сы­на и счи­та­ет лю­бой его вы­бор недо­стой­ным.

- Я - же­на. - Ма­ша всхли­пы­ва­ла в труб­ку.

- По­ка­жи штамп. - Све­кровь без­жа­лост­но би­ла на­от­машь.

- Я ма­ма ва­ше­го вну­ка...на­по­ми­на­ла Ма­ша.

- Мат­вей еще ма­лыш, ему не нуж­ны эти эмо­ции...

- Мат­вей дол­жен по­про­щать­ся с па­пой...

- Не дол­жен. Я счи­таю, что это лиш­нее.

Па­ши­на ма­ма по­ка­за­ла, кто здесь глав­ный. Она. Она ре­ша­ет, где бу­дет по­хо­ро­нен Па­ша и что луч­ше для его сы­на. А Ма­ша - ни­кто. Ни­кто та­кая.

Ма­ша ры­да­ет у ме­ня на пле­че.

- И все из-за это­го чер­то­ва штам­па, Оля? - спра­ши­ва­ет она и по­во­ра­чи­ва­ет ко мне свое опух­шее от слез ли­цо.

Я иду на кух­ню за­ва­рить Ма­ше успо­ко­и­тель­ный чай. Я то­же не по­па­ла на по­хо­ро­ны дру­га. По­то­му что я - преж­де все­го Ма­ши­на по­дру­га, а Ма­ша - ни­кто.

Но Ма­ша узна­ла че­рез дру­зей вре­мя про­ща­ния и при­шла в морг.

Во­шла в зал ожи­да­ния и уви­де­ла... всех. Всех род­ствен­ни­ков и дру­зей. Они сто­я­ли во­круг ры­да­ю­щей Па­ши­ной ма­мы плот­ным коль­цом под­держ­ки.

Ма­ша оста­но­ви­лась в нере­ши­тель­но­сти.

К ней по­до­шли те­тя Юля, у ко­то­рой они с Па­шей ча­сто го­сти­ли, дя­дя Гри­ша, ко­то­ро­му Па­ша, вла­де­лец ав­то­сер­ви­са, все­гда чи­нил ма­ши­ну бес­плат­но, и Ва­лер­ка, луч­ший Па­шин друг. Все об­ня­ли Ма­шу и... вер­ну­лись к ма­ме.

На­ко­нец табло из­ве­сти­ло, что мож­но прой­ти в зал для про­ща­ния. Ма­ша вста­ла и то­же дви­ну­лась к за­лу.

И вот тут Па­ши­на ма­ма спро­си­ла гром­ко: - Ты кто та­кая? - Теть Нин, ну не на­до, ска­зал Ва­лер­ка. - Ну не вре­мя сей­час...

- И прав­да, Нин, не на­до... - под­дер­жа­ла те­тя Юля.

- А кто она та­кая? - гроз­но спро­си­ла Па­ши­на ма­ма у мгно­вен­но по­ник­шей род­ни.

- Я - же­на, - ти­хо на­пом­ни­ла Ма­ша. У нее не бы­ло сил на борь­бу. Она про­сто хо­те­ла по­це­ло­вать в по­след­ний раз че­ло­ве­ка, ко­то­ро­го це­ло­ва­ла 9 лет.

- Мой сын не же­нат, - про­ши­пе­ла Па­ши­на ма­ма.

Пе­ред Ма­шей за­кры­лись две­ри, за ко­то­ры­ми был ее Па­ша. Ма­ша се­ла. На пол. Пря­мо осе­ла, по­дав­лен­ная го­рем. Спу­стя пять ми­нут из две­рей вы­ско­чил Ва­лер­ка, под­хва­тил ее под ру­ки и за­та­щил все-та­ки в зал.

Ма­ша по­про­ща­лась с Па­шей и выш­ла из за­ла в гро­бо­вом (ка­кое под­хо­дя­щее сло­во!) мол­ча­нии.

«Я ХО­ТЕ­ЛА, ЧТО­БЫ ОН САМ ЗА­ХО­ТЕЛ»

Ма­ша рас­ска­зы­ва­ет мне эту ис­то­рию в де­ся­тый раз.

- По­че­му ты не до­жа­ла его, Оль? - Ма­ша воз­ник­ла за спи­ной так неожи­дан­но, что я вздрог­ну­ла. - Ко­го? - Па­шу. - Маш, ты о чем? - Ты все­гда при­ста­ва­ла к нему, по­че­му он не же­нит­ся на мне. А он от­шу­чи­вал­ся.

- Маш, а по­че­му ты мол­ча­ла? По­че­му да­ва­ла ему воз­мож­ность ду­мать, что не хо­чешь за него за­муж?

- Он не хо­тел. Не счи­тал нуж­ным. А я хо­те­ла, что­бы он сам за­хо­тел!

- Ка­кая глу­пость! Ма­ша, он у те­бя ры­бак. Его луч­ший от­дых - удоч­ка и Се­ли­гер. Но он объ­ез­дил с то­бой все оте­ли всех ку­рор­тов. По­то­му что это­го хо­те­ла ты! Ему твоя Ве­не­ция ни разу не сда­лась. Он ее не хо­тел!!! А ты - хо­те­ла. И его сча­стье - ви­деть, что ты счаст­ли­ва, ис­пол­нять твои меч­ты.

- Вот. А же­нить­ся не хо­тел. Зна­ешь, го­да 4 на­зад мы силь­но по­ссо­ри­лись но­чью, и он ушел. А я оста­лась до­ма, си­де­ла, об­няв по­душ­ку, и ду­ма­ла о том, что ведь он име­ет пол­ное пра­во не вер­нуть­ся. Он сво­бод­ный муж­чи­на. Ни­чей. Кра­си­вый. Его тут же под­бе­рут. Что его тут дер­жит? Я? И я по­кля­лась се­бе, что, ес­ли он вер­нет­ся, я не бу­ду ему пе­ре­чить. По­то­му что ко­гда он счаст­лив, то и я счаст­ли­ва.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.