Kp.uа

KP in Ukraine - - Картина дня: -

Яну­ко­вич: - У нас бы­ли огра­ни­чен­ные от­но­ше­ния. Ви­де­лись толь­ко на ме­ро­при­я­ти­ях раз­лич­ных. Ка­ких-то лич­ных от­но­ше­ний не бы­ло. При­чин встре­чать­ся у нас не бы­ло.

Про­ку­рор: - Уста­нов­ле­но как ми­ни­мум 54 кон­так­та по те­ле­фо­ну рос­сий­ско­го опе­ра­то­ра с Мед­вед­чу­ком, с пред­ста­ви­те­лем вашей охра­ны Коб­за­рем во вре­мя Ев­ро­май­да­на. Эти звон­ки бы­ли по по­во­ду Ре­во­лю­ции до­сто­ин­ства или по дру­гим при­чи­нам?

Яну­ко­вич: - Я не пом­ню, что­бы во­об­ще столь­ко раз с кем-то об­щал­ся по те­ле­фо­ну за тот пе­ри­од. С Мед­вед­чу­ком я столь­ко не об­щал­ся. Мо­жет, и был раз­го­вор, но не столь­ко раз.

Про­ку­рор: - 20 фев­ра­ля в пе­ри­од меж­ду 8.56 и 8.58, на­ка­нуне мас­со­вых рас­стре­лов, за­фик­си­ро­ва­но три звон­ка с ва­ше­го лич­но­го те­ле­фо­на рос­сий­ско­му або­нен­ту, ко­то­рый ис­поль­зо­вал но­мер, по­сле че­го вы со сво­е­го лич­но­го те­ле­фо­на по­зво­ни­ли Мед­вед­чу­ку. Дли­тель­ность диа­ло­га со­ста­ви­ла 144 се­кун­ды. По­сле это­го в 9.11 вы уже с дру­го­го сво­е­го те­ле­фо­на, ко­то­рым поль­зо­ва­лись по­сто­ян­но, со­вер­ши­ли зво­нок еще на один но­мер Мед­вед­чу­ка дли­тель­но­стью 49 се­кунд. С чем бы­ли свя­за­ны дан­ные кон­так­ты?

Яну­ко­вич: - У ме­ня как та­ко­вых лич­ных но­ме­ров не бы­ло. Ес­ли и бы­ли те­ле­фо­ны, то они бы­ли у мо­их по­мощ­ни­ков. Ес­ли и бы­ли та­кие раз­го­во­ры, то, ско­рее все­го, с мо­и­ми по­мощ­ни­ка­ми. Я не пом­ню та­ких раз­го­во­ров...

Про­ку­рор: - 22 фев­ра­ля в харь­ков­ском Двор­це спор­та был съезд де­пу­та­тов юго-во­сто­ка. От ко­го вы об этом узна­ли?

Яну­ко­вич: - Гла­ва Харь­ков­ской ОГА Ми­ха­ил Доб­кин мне по­зво­нил 21 фев­ра­ля и при­гла­сил принять там уча­стие. Я ска­зал, что, воз­мож­но, при­еду. Ска­зал, что бу­ду с ним дер­жать связь.

Про­ку­рор: - Вы при­ня­ли уча­стие в съез­де? Яну­ко­вич: - Ко­гда я на­чал пла­ни­ро­вать ра­бо­ту на суб­бо­ту и вос­кре­се­нье, на­чаль­ник охра­ны Коб­зарь мне за­явил, что на утро, 22 фев­ра­ля, бу­дет пло­хая погода, по­это­му в Харь­ков луч­ше ехать с ве­че­ра. Я ре­шил ле­теть в Харь­ков позд­но ве­че­ром, 21 фев­ра­ля. Уча­стие в съез­де я не при­нял. Мне утром по­зво­нил Доб­кин, и пра­во­охра­ни­те­ли за­яви­ли, что ехать на съезд небез­опас­но. Ту­да за­шли то­гда неиз­вест­ные лю­ди в боль­шом ко­ли­че­стве. По­том при­шли участ­ни­ки съез­да, и все лю­ди сме­ша­лись. В об­щем, это бы­ло небез­опас­но.

Про­ку­рор: - Что пла­ни­ро­ва­ли об­суж­дать на съез­де?

Про­ку­рор, ко­то­рый про­во­дил до­прос экс-пре­зи­ден­та, Алек­сей Дон­ской за­явил, что «сви­де­тель» да­вал лож­ные по­ка­за­ния или не от­ве­чал на клю­че­вые во­про­сы.

- На кон­крет­ные во­про­сы он не от­ве­ча­ет… Он да­вал ли­бо же неправ­ди­вый от­вет, ли­бо же от­ка­зы­вал­ся на них от­ве­чать. Я ду­маю, ни­кто из нас не по­лу­чил от­вет на вопрос, как он 23 фев­ра­ля в 3.51 утра по­пал в Ейск… от­ку­да его уже во­ен­ным са­мо­ле­том на­зад воз­вра­ща­ли в Крым. Так­же

Яну­ко­вич: - Об­суж­де­ние си­ту­а­ции в стране бы­ло в по­вест­ке дня. У ме­ня бы­ло ко­рот­кое всту­пи­тель­ное сло­во, сам его под­го­то­вил. Глав­ное, что там хо­тел ска­зать, что мы долж­ны под­пи­сать мир­ное со­гла­ше­ние с оп­по­зи­ци­ей. Там го­во­ри­лось о до­сроч­ных вы­бо­рах пре­зи­ден­та. Это бы­ла моя лич­ная по­зи­ция. Но пе­ред этим на­до бы­ло вве­сти изменения в Кон­сти­ту­цию. То есть у ме­ня бы­ло же­ла­ние разъ­яс­нить по­зи­цию пре­зи­ден­та.

Про­ку­рор: - По­че­му вы ре­ши­ли из Харь­ко­ва ле­теть в До­нецк?

Яну­ко­вич: - Си­ту­а­ция то­гда бы­ла та­кая - го­су­дар­ствен­ный во­ору­жен­ный пе­ре­во­рот. В До­нец­ке у ме­ня бы­ла на­ме­че­на оста­нов­ка, я там хо­тел встре­тить­ся с ак­ти­вом. Я там пла­ни­ро­вал эту встре­чу, ра­бо­ту. Но ко­гда я ле­тел в До­нецк, по­зво­нил во­ен­ный дис­пет­чер и дал при­каз лет­чи­кам мо­им вер­нуть­ся в Харь­ков. Я спро­сил, кто ты та­кой, что при­ка­зы­ва­ешь пре­зи­ден­ту? Он ска­зал, что ему при­каз дал спи­кер Вер­хов­ной Ра­ды Алек­сандр Тур­чи­нов. Но у нас да­же не бы­ло го­рю­че­го, что­бы в Харь­ков вер­нуть­ся. Ко­гда дис­пет­чер по­лу­чил от­ри­ца­тель­ный от­вет, то он на­чал угро­жать под­нять ис­тре­би­те­ли...

По­гра­нич­ни­ки в аэро­пор­ту До­нец­ка с ору­жи­ем ме­ня встре­ти­ли и ска­за­ли, что име­ют при­каз на за­дер­жа­ние. Я им ска­зал, что это про­ти­во­прав­но, а у ме­ня во­ору­жен­ная охра­на, и кто силь­нее, вы­яс­нять не сто­ит...

Про­ку­рор: - Так как вы по­па­ли в Рос­сию?

Яну­ко­вич: - Си­ту­а­ция бы­ла слож­ной. В ко­лонне кро­ме со­труд­ни­ков бы­ли де­ти, жен­щи­ны. Мо­е­му со­труд­ни­ку по­зво­нил га­иш­ник и ска­зал, что в за­са­де об­суж­да­ли рас­стрел кор­те­жа пре­зи­ден­та. До­ро­га впе­ре­ди бы­ла пе­ре­кры­та. Мы хо­ро­шо по­ни­ма­ли, что лю­ди из за­са­ды сей­час по­едут за на­ми. Вы­еха­ла еще груп­па из До­нец­ка, нас на­ча­ли окру­жать. Я ска­зал охран­ни­кам, что нам на­до ис­кать до­ро­гу на Крым. А даль­ше бу­дем ду­мать, что де­лать...

мы не по­лу­чи­ли от­вет на вопрос по по­во­ду то­го пись­ма о вве­де­нии рос­сий­ских войск, - до­ба­вил Дон­ской.

Так­же про­ку­рор утвер­жда­ет, что Вик­тор Яну­ко­вич во вре­мя ви­деодо­про­са предо­став­лял недо­сто­вер­ную ин­фор­ма­цию, и сто­ро­на об­ви­не­ния мо­жет это до­ка­зать.

- Они с Сур­ко­вым встре­ча­лись в Ме­жи­го­рье, у нас есть кон­крет­ное вре­мя, день и вре­мя. Яну­ко­вич утвер­жда­ет, что кон­так­тов с Сур­ко­вым у него не бы­ло. Это неправ­да, - за­явил Дон­ской.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.