ЛЬЮ­ИС кЭр­роЛЛ: ЖИзНЬ как НоН­СеНС

Lichnosti - - В НОМЕРЕ - ЯНА ДУ­БИ­НЯН­СКАЯ

«БО­ЮСЬ, ЧТО Я НЕ ИМЕЛ В ВИ­ДУ НИ­ЧЕ­ГО, КРО­МЕ НОНСЕНСА! ВСЕ ЖЕ СЛО­ВА, КАК ВЫ ЗНА­Е­ТЕ, ЗНА­ЧАТ БОЛЬ­ШЕ ТО­ГО, ЧТО МЫ ХО­ТИМ СКА­ЗАТЬ, И КНИ­ГА В ЦЕ­ЛОМ ДОЛЖ­НА ЗНА­ЧИТЬ БОЛЬ­ШЕ ТО­ГО, ЧТО МЫ ИМЕ­ЛИ В ВИ­ДУ. А ПО­ТО­МУ Я ГО­ТОВ СО­ГЛА­СИТЬ­СЯ С ЛЮ­БЫМ ДОБ­РЫМ СМЫС­ЛОМ, КО­ТО­РЫЙ ВЫ ОБ­НА­РУ­ЖИ­ЛИ В ЭТОЙ КНИ­ГЕ…» ПА­РА­ДОК­САЛЬ­НОЕ МЫШ­ЛЕ­НИЕ ЛЬЮ­И­СА КЭР­РОЛ­ЛА СТА­ВИ­ЛО В ТУ­ПИК И СО­ВРЕ­МЕН­НИ­КОВ, И ПО­ТОМ­КОВ. А ОН СКРУ­ПУ­ЛЕЗ­НО ОТ­ВЕ­ЧАЛ НА ПИСЬ­МА, И ЕГО ОТ­ВЕ­ТЫ ЯВ­ЛЯ­ЛИ СО­БОЮ ОБ­РАЗ­ЦЫ ВСЕ ТО­ГО ЖЕ БЛЕ­СТЯ­ЩЕ­ГО СТИ­ЛЯ-НОН­СЕНС, НО МА­ЛО ЧТО ПРО­ЯС­НЯ­ЛИ. В ЖУР­НА­ЛЕ КОР­РЕ­СПОН­ДЕН­ЦИИ ЧАР­ЛЗА ДОДЖ­СО­НА ЗА­ФИК­СИ­РО­ВА­НО 98921 ПИСЬ­МО, ПРИ­ЧЕМ ВЕ­СТИ ЭТОТ ЖУР­НАЛ ОН НА­ЧАЛ ТОЛЬ­КО В 29. ОСТАЛ­СЯ ОГРОМ­НЫЙ АР­ХИВ, МАС­СА ИН­ФОР­МА­ЦИИ, НО… ЕГО ДНЕВ­НИ­КИ, ОКА­ЗАВ­ШИ­Е­СЯ В РАС­ПО­РЯ­ЖЕ­НИИ ИС­СЛЕ­ДО­ВА­ТЕ­ЛЕЙ, ЗИ­Я­ЮТ ОТ­СУТ­СТВУ­Ю­ЩИ­МИ СТРА­НИ­ЦА­МИ И СЛЕ­ДА­МИ ОТ НОЖ­НИЦ. ПО­ХО­ЖЕ, РОД­СТВЕН­НИ­КАМ ЭКС­ЦЕН­ТРИЧ­НО­ГО СКАЗОЧНИКА БЫ­ЛО ЧТО СКРЫ­ВАТЬ. ЧТО ИМЕН­НО?

не ме­нее трех со­ста­вов, в про­тив­ном слу­чае вра­чам и са­ни­та­рам нече­го бу­дет с ни­ми де­лать». он же со­чи­нял пье­сы для се­мей­но­го ку­коль­но­го те­ат­ра, а поз­же из­да­вал це­лых во­семь до­маш­них журналов: «По­лез­ная и на­зи­да­тель­ная по­э­зия», «рек­тор­ский жур­нал», «ко­ме­та», «ро­зо­вый бу­тон», «звез­да», «Свет­ля­чок», «рек­тор­ский зонт» и «Миш-мэш». Прав­да, с 1844 го­да млад­шие бра­тья и сест­ры ви­де­ли Чарль­за толь­ко во вре­мя ка­ни­кул и празд­ни­ков. Со­глас­но бри­тан­ской тра­ди­ции, он от­пра­вил­ся во взрос­лую жизнь – в шко­лу-ин­тер­нат.

ПрИ­НаД­Ле­ЖаТЬ До­Му

В шко­ле ми­сте­ра Тей­та в рич­мон­де, неболь­шой и по­чти се­мей­ной, Чарльз про­учил­ся два го­да, а за­тем его пе­ре­ве­ли в пуб­лич­ную (на са­мом де­ле, на­обо­рот, за­кры­тую) шко­лу-ин­тер­нат в рег­би, го­раз­до даль­ше от до­ма и с го­раз­до бо­лее жест­ки­ми по­ряд­ка­ми, вклю­чая обыч­ную для бри­тан­ских школ та­ко­го ти­па агрес­сию и де­дов­щи­ну. Пись­ма до­мой Чарльз пи­сал оп­ти­ми­сти­че­ские; лишь че­рез несколь­ко лет он об­мол­вит­ся в днев­ни­ке, на­сколь­ко невы­но­си­мой бы­ла его то­гдаш­няя школь­ная жизнь – от бес­смыс­лен­ных взыс­ка­ний и до трав­ли со сто­ро­ны од­но­каш­ни­ков: «Ни за ка­кие зем­ные бла­га не со­гла­сил­ся бы я сно­ва пе­ре­жить эти три го­да». Труд­но­сти усу­губ­ля­лись тем, что Чарльз, как и мно­гие из его бра­тьев и се­стер, за­и­кал­ся. В рег­би он пе­ре­бо­лел ко­клю­шем, по­сле че­го всю жизнь пло­хо слы­шал на пра­вое ухо и все­гда про­сил со­бе­сед­ни­ков ид­ти сле­ва. Но учил­ся он пре­крас­но. «за то вре­мя, что я пре­по­даю в рег­би, у ме­ня не бы­ло бо­лее мно­го­обе­ща­ю­ще­го уче­ни­ка его воз­рас­та», – пи­сал его пре­по­да­ва­тель ма­те­ма­ти­ки. В мае 1850-го Чарльз Додж­сон успеш­но сдал эк­за­ме­ны в окс­форд­ский кол­ледж крайст Черч, где ко­гда-то учил­ся и неко­то­рое вре­мя пре­по­да­вал его отец. как сту­дент-«ком­мо­нер» он те­перь но­сил квад­рат­ную ша­поч­ку с чер­ной ки­стью (у ари­сто­кра­тов, «ноблей», кисть бы­ла зо­ло­тая) и ман­тию по­верх ко­стю­ма. Но к за­ня­ти­ям при­сту­пил не сра­зу: на­до бы­ло ждать, по­ка осво­бо­дит­ся ком­на­та при кол­ле­дже – сни­мать жи­лье в го­ро­де для мно­го­дет­ной се­мьи Додж­со­нов бы­ло слиш­ком до­ро­го. Про­бле­му ре­ши­ли толь­ко в ян­ва­ре 1851 го­да. Чарльз по­се­лил­ся в окс­фор­де – по­чти на всю остав­шу­ю­ся жизнь. уже че­рез год он бле­стя­ще за­ре­ко­мен­до­вал се­бя, до­бив­шись сти­пен­дии Бо­ул­те­ра за ака­де­ми­че­ские успе­хи, по­лу­чил от­ли-

чие пер­вой сте­пе­ни по ма­те­ма­ти­ке и вто­рой сте­пе­ни по клас­си­че­ским дис­ци­пли­нам, – а в ито­ге зва­ние по­жиз­нен­но­го чле­на крайст Черч. оно да­ва­ло пра­во на 25 фун­тов со­дер­жа­ния в год, бес­плат­ное жи­лье в окс­фор­де, пра­во поль­зо­ва­ния биб­лио­те­кой и еже­днев­ный бес­плат­ный обед, а в обя­зан­ность по­жиз­нен­ным чле­нам вме­ня­лось ни­ко­гда не же­нить­ся и стать впо­след­ствии свя­щен­ни­ка­ми. Чарль­за это устра­и­ва­ло. «он при­над­ле­жал До­му* и ни­ко­гда не по­ки­дал его на сколь­ко-ни­будь дли­тель­ное вре­мя, – вспо­ми­нал его пле­мян­ник и био­граф кол­линг­вуд. – кол­ледж стал чуть ли не ча­стью его са­мо­го».

роЖ­Де­НИе ЛЬЮ­И­Са кЭр­роЛ­Ла

«го­ло­ва очень ум­ная; мно­го чи­сел; мно­го ими­та­ций; был бы хо­ро­шим ак­те­ром; за­стен­чив; в об­ще­стве весь­ма ро­бок; про­яв­ля­ет се­бя в до­маш­нем кру­гу; весь­ма на­стой­чив; очень умен; боль­шая со­сре­до­то­чен­ность; лю­бя­щее серд­це; мно­го со­об­ра­зи­тель­но­сти и юмо­ра; память на со­бы­тия сред­няя; лю­бит се­рьез­ное чте­ние; во­об­ра­же­ние раз­ви­то, лю­бит по­э­зию; мо­жет со­чи­нять». Та­кое опи­са­ние Чарль­за Додж­со­на да­ла некая мисс ан­дер­сон, яс­но­ви­дя­щая, по­дер­жав в ру­ках свер­ну­тую бу­маж­ку, на ко­то­рой он черк­нул несколь­ко слов. Все зна­ко­мые бы­ли по­ра­же­ны, на­сколь­ко это бы­ло точ­но, а сам Чарльз с тех пор все­рьез за­ин­те­ре­со­вал­ся па­ра­пси­хо­ло­ги­че­ски­ми яв­ле­ни­я­ми. В кон­це 1854 го­да Чарльз по­лу­чил сте­пень ба­ка­лав­ра, че­рез год – ма­ги­стра. На­чал чи­тать в крайст Черч лек­ции по гео­мет­рии, брал уче­ни­ков, стре­мясь до­бить­ся фи­нан­со­вой неза­ви­си­мо­сти и не обре­ме­нять от­ца, ко­то­ро­му пред­сто­я­ло вы­учить еще тро­их сы­но­вей и вы­дать за­муж се­ме­рых до­чек. Счи­та­ет­ся, что лек­то­ром за­стен­чи­вый и за­и­ка­ю­щий­ся Додж­сон был неваж­ным, хо­тя есть и дру­гие сви­де­тель­ства. его го­до­вой до­ход к се­ре­дине 50-х вы­рос до 300 фун­тов – на это уже вполне мож­но бы­ло жить. а об­раз жиз­ни он вел от­нюдь не за­твор­ни­че­ский. Иг­рал в кри­кет, за­ни­мал­ся греб­лей, со­вер­шал даль­ние пе­шие про­гул­ки – к при­ме­ру, од­на­ж­ды при­гла­сил дру­зей схо­дить к во­до­па­ду и остал­ся доволен по­хо­дом, хо­тя по­след­ние мет­ры при­шлось пре­одо­ле­вать по вер­ти­каль­ной ска­ле полз­ком. На ка­ни­ку­лах ча­сто ез­дил в Лон­дон, про­па­дал в книж­ных ма­га­зи­нах и осо­бен­но при­стра­стил­ся к те­ат­ру, что в те вре­ме­на счи­та­лось весь­ма предо­су­ди­тель­ным для бу­ду­ще­го свя­щен­ни­ка.

Но в то же вре­мя он ис­кал се­бя, и это бы­ло му­чи­тель­но. В днев­ни­ке мо­ло­дой Додж­сон пи­сал: «Сколь немно­гие оза­бо­че­ны тем, что един­ствен­но важ­но в жиз­ни! Но мне ли это го­во­рить? кто я, ес­ли на то пошло? глу­бо­кий фи­ло­соф? Ве­ли­кий ге­ний? Ни тот ни дру­гой. ка­кие ни есть у ме­ня та­лан­ты, я же­лаю по­свя­тить их слу­же­нию гос­по­ду, и да очистит он мне ду­шу и из­ба­вит от гор­до­сти и се­бя­лю­бия». он про­бо­вал ри­со­вать, фо­то­гра­фи­ро­вать (об этом его увле­че­нии по­дроб­нее чуть поз­же), со­чи­нять сти­хи и про­зу. Два сти­хо­тво­ре­ния Чарль­за Додж­со­на бы­ли в 1854 го­ду на­пе­ча­та­ны в га­зе­те «окс­форд эд­вер­тай­зер» ано­ним­но, и он их не со­хра­нил. Пер­вые же из со­хра­нив­ших­ся пуб­ли­ка­ций бы­ли юмо­ри­сти­че­ски­ми (хо­тя пи­сал он и се­рьез­ные ве­щи): сти­хо­тво­ре­ния, рас­ска­зы, па­ро­дии на из­вест­ные про­из­ве­де­ния пе­ча­та­лись в «уит­би га­зетт» и «ко­мик таймс» – вы­рез­ки из них Чарльз со­брал в домашний жур­нал «Миш-мэш». Пер­вые свои ли­те­ра­тур­ные опы­ты Додж­сон под­пи­сы­вал ини­ци­а­ла­ми Б.Б. – что они озна­ча­ли, до сих пор не из­вест­но. Но ко­гда в 1856 го­ду он на­чал со­труд­ни­чать с но­вым жур­на­лом «Трейн», из­да­тель по­про­сил при­ду­мать бо­лее звуч­ный псев­до­ним. Чарльз пред­ло­жил че­ты­ре ва­ри­ан­та: Эд­гар кат­вел­лис, Эд­гар а.С. Ве­ст­хилл, Луи кэр­ролл и Лью­ис кэр­ролл. Из­да­те­лю по­нра­вил­ся по­след­ний: ре­зуль­тат «пе­ре­во­да» име­ни «Чарльз Лат­видж» на ла­тынь, ана­грам­мы и об­рат­но­го пе­ре­во-

да. Этим име­нем впер­вые был под­пи­сан сти­хо­твор­ный текст «уеди­не­ние», опуб­ли­ко­ван­ный в жур­на­ле. В се­ре­дине пя­ти­де­ся­тых в био­гра­фии на­ше­го ге­роя по­яви­лось еще од­но зна­ко­вое имя: но­вым рек­то­ром крайст Черч, по­сле смер­ти преды­ду­ще­го, стал ген­ри Джордж Лид­делл. СВЯ­ЩеН­НИк С Фо­То­аП­Па­ра­ТоМ

Но­вый рек­тор, то­же вы­пуск­ник крайст Черч, про­ис­хо­дил из ари­сто­кра­ти­че­ской се­мьи, до­ста­точ­но близ­ко об­щал­ся с ко­ро­ле­вой Вик­то­ри­ей и прин­цем уэль­ским, дру­жил с уильямом Тек­ке­ре­ем и Джо­ном ре­с­ки­ным. С его при­хо­дом мно­гое в кол­ле­дже из­ме­ни­лось: укре­пи­лись свя­зи с ко­ро­лев­ской се­мьей, на­уч­ная и куль­тур­ная жизнь вы­шла на но­вый уро­вень. злые язы­ки по­го­ва­ри­ва­ли, что за­прав­ля­ет в рек­тор­ской се­мье гроз­ная мис­сис Лид­делл. Де­тей у них бы­ло де­сять, но в жиз­ни Лью­и­са кэр­рол­ла оста­ви­ли след три сест­ры с неболь­шой раз­ни­цей в воз­расте: Ло­ри­на, али­са и Эдит. Вес­ной 1856 го­да Чарльз Додж­сон со­вер­шил эпо­халь­ное при­об­ре­те­ние: ку­пил фо­то­гра­фи­че­ский ап­па­рат и сна­ря­же­ние для фо­то­ла­бо­ра­то­рии. В этом эк­зо­ти­че­ском для тех лет хоб­би Чарльз пре­успел, стал на­сто­я­щим вос­тре­бо­ван­ным про­фи и фо­то­ху­дож­ни­ком (та­кой тер­мин он на­чал упо­треб­лять од­ним из пер­вых). Фо­то­гра­фия в те вре­ме­на бы­ла про­цес­сом крайне тру­до­ем­ким. Пол­ное фо­то­сна­ря­же­ние ве­си­ло око­ло 170 фун­тов (при­мер­но

80 ки­ло­грам­мов!), для его пе­ре­воз­ки Додж­сон все­гда на­ни­мал кэб. Фо­то­сним­ки из­го­тов­ля­лись мок­рым кол­ло­ид­ным спо­со­бом, что тре­бо­ва­ло вы­со­кой точ­но­сти и ко­лос­саль­но­го тер­пе­ния. Нелег­ко при­хо­ди­лось и мо­де­лям – вы­держ­ка тре­бо­ва­лась длин­ная, по­то­му на боль­шин­стве фо­то­гра­фий вик­то­ри­ан­ской ан­глии лю­ди сня­ты в за­стыв­ших неесте­ствен­ных по­зах, с ка­мен­ны­ми ли­ца­ми. Чарльз Додж­сон был од­ним из пер­вых порт­ре­ти­стов, на чьих фото лю­ди вы­гля­де­ли жи­вы­ми и непри­нуж­ден­ны­ми. Сре­ди мо­де­лей Додж­со­на бы­ли Дан­те габриэль рос­сет­ти, аль­фред Тен­ни­сон, Джон ре­с­кин, Эллен Тер­ри, Май­кл Фа­ра­дей, чле­ны ко­ро­лев­ской се­мьи. В 1860 го­ду Чарльз фо­то­гра­фи­ро­вал съе­хав­ших­ся в окс­форд участ­ни­ков дис­кус­сии о дар­ви­низ­ме (за на­у­ку был зна­ме­ни­тый уче­ный То­мас гекс­ли, за ре­ли­гию – Сэмю­эл уилберфорс, епи­скоп окс­форд­ский). а по­сле ме­ро­при­я­тия устро­ил в рек­тор­ской ре­зи­ден­ции фо­то­сес­сию се­мей­ства Лид­делл, в том чис­ле трех се­стер, ла­ко­мив­ших­ся виш­ня­ми. али­се бы­ло то­гда семь лет. Де­тей Чарльз Додж­сон фо­то­гра­фи­ро­вал осо­бен­но охот­но и мно­го: ему лег­ко уда­ва­лось най­ти об­щий язык с ма­лень­ки­ми мо­де­ля­ми, до­би­ва­ясь их есте­ствен­но­сти. Се­год­ня его фо­то­гра­фии де­во­чек, по­лу­об­на­жен­ных и да­же ню, вы­гля­дят несколь­ко дву­смыс­лен­но. од­на­ко в вик­то­ри­ан­ской ан­глии от­но­ше­ние к та­ким сним­кам бы­ло прин­ци­пи­аль­но дру­гим: де­воч­ка до че­тыр­на­дца­ти лет счи­та­лась во­пло­ще­ни­ем чи­сто­ты и невин­но­сти, красота об­на­жен­но­го дет­ско­го те­ла вос­при­ни­ма­лась как ан­гель­ская, и по­доб­ные изоб­ра­же­ния бы­ли ши­ро­ко рас­про­стра­не­ны. Пе­ре­пис­ка Чарль­за Додж­со­на с ро­ди­те­ля­ми его мо­де­лей

сви­де­тель­ству­ет о том, что при­ли­чия со­блю­да­лись им без­уко­риз­нен­но, во вре­мя се­ан­сов непре­мен­но при­сут­ство­ва­ли мать или гу­вер­нант­ка ре­бен­ка. Со­вре­мен­ни­ки вспо­ми­на­ли, что Чарльз Додж­сон в лю­бое вре­мя го­да но­сил пер­чат­ки: вер­сий на этот счет бы­ло не­ма­ло, но са­мая ве­ро­ят­ная та­ко­ва – его ру­ки по­чер­не­ли от ра­бо­ты с хи­ми­ка­ли­я­ми. од­но вре­мя он да­же по­ду­мы­вал о том, что­бы сде­лать фо­то­гра­фию сво­ей ос­нов­ной про­фес­си­ей. Но глав­ным его де­лом все же оста­ва­лась ма­те­ма­ти­ка. В 1858 го­ду вы­шел его пер­вый ма­те­ма­ти­че­ский труд – «ал­геб­ра­и­че­ский раз­бор Пя­той кни­ги ев­кли­да». Че­рез два го­да уви­де­ла свет кни­га «кон­спек­ты по плос­кой ал­геб­ра­и­че­ской гео­мет­рии Чарль­за Лат­ви­джа Додж­со­на». Что же ка­са­ет­ся ка­рье­ры свя­щен­ни­ка, Чарльз силь­но со­мне­вал­ся, под­хо­дит ли ему этот путь, по­сколь­ку ощу­щал се­бя в боль­шей сте­пе­ни свет­ским че­ло­ве­ком. 12 де­каб­ря 1861-го он все-та­ки был ру­ко­по­ло­жен епи­ско­пом окс­форд­ским в сан дья­ко­на, но прак­ти­ку­ю­щим свя­щен­ни­ком так и не стал, хо­тя ино­гда под­ме­нял от­ца на служ­бах и эпи­зо­ди­че­ски ис­пол­нял обя­зан­но­сти пас­то­ра.

зо­Ло­Той ПоЛ­ДеНЬ

Да­та 4 июля 1862 го­да, по мне­нию ан­гло­аме­ри­кан­ско­го по­эта уи­сте­на Хью оде­на, «столь же па­мят­на в ис­то­рии ли­те­ра­ту­ры, как 4 июля в ис­то­рии аме­ри­ки». В этот день с утра, как из­вест­но из ме­тео­ро­ло­ги­че­ско­го жур­на­ла окс­фор­да, бы­ло влаж­но и пасмурно. од­на­ко за­тем по­го­да, ви­ди­мо, на­ла­ди­лась – участ­ни­ки ло­доч­ной про­гул­ки за­пом­ни­ли жа­ру и солн­це в «пол­день зо­ло­той». к то­му вре­ме­ни Чарльз Додж­сон был луч­шим дру­гом де­во­чек Лид­делл, ча­сто при­гла­шал их в го­сти, фо­то­гра­фи­ро­вал в раз­ных ко­стю­мах, раз­ре­шал при­сут­ство­вать в ла­бо­ра­то­рии при про­яв­ке сним­ков, что при­во­ди­ло их в вос­торг. На пик­ни­ки он то­же ез­дил с Лид­дел­ла­ми ре­гу­ляр­но, и про­гул­ка чет­вер­то­го июля не ста­ла бы ис­клю­чи­тель­ной, ес­ли бы сест­ры – три­на­дца­ти­лет­няя Ло­ри­на шар­лот­та, де­ся­ти­лет­няя али­са Пл­э­зенс и вось­ми­лет­няя Эдит – не по­тре­бо­ва­ли сказ­ку. «Я греб, си­дя на кор­ме, а он на но­су, – вспо­ми­нал ро­бин­сон Да­к­ворт, пре­по­да­ва­тель хи­мии в Тринити-кол­ле­дже и друг Чарль­за, со­ста­вив­ший им ком­па­нию, – так что сказ­ка со­чи­ня­лась и рас­ска­зы­ва­лась бук­валь­но че­рез мое пле­чо али­се Лид­делл, ко­то­рая бы­ла “ру­ле­вым” на­шей лод­ки. Пом­нит­ся, я обер­нул­ся к нему и спро­сил: “Додж­сон, ты это сам со­чи­нил?” – а он от­ве­тил: “Да, я со­чи­няю на хо­ду”». Поз­же он при­зна­вал­ся, что, от­прав­ляя алису вниз по кро­ли­чьей но­ре, по­ня­тия не имел, что бу­дет даль­ше. В ис­то­рии фи­гу­ри­ро­ва­ли, кро­ме за­глав­ной ге­ро­и­ни, и Ло­ри­на – По­пу­гай­чик Ло­ри, и Эдит – ор­ле­нок Эд, и сам Додж­сон – пти­ца До­до, и мно­же­ство эпи­зо­дов и на­ме­ков, по­нят­ных «ближ­не­му кру­гу»: еще и по­то­му это бы­ло безум­но ин­те­рес­но ма­лень­кой ауди­то­рии. В тот день бес­ко­неч­ная сказ­ка обо­рва­лась на по­лу­сло­ве, но де­воч­ки на­пом­ни­ли о ней че­рез ме­сяц, во вре­мя сле­ду­ю­щей про­гул­ки, – и Чарльз, на­ко­нец, за­круг­лил ис­то­рию. али­са по­про­си­ла за­пи­сать сказ­ку для нее, и Додж­сон обе­щал, но взял­ся за де­ло да­ле­ко не сра­зу. Лишь 26 но­яб­ря

Додж­со­на, в том чис­ле но­вин­ку «Све­де­ния из тео­рии де­тер­ми­нан­тов». а со­глас­но дру­гой, еще ме­нее до­сто­вер­ной, имен­но ко­ро­ле­ва ан­глии и бы­ла на­сто­я­щим Лью­и­сом кэр­рол­лом! «алису» пе­ре­ве­ли на немец­кий и фран­цуз­ский, че­рез несколь­ко лет по­сле­до­ва­ли пе­ре­во­ды на дру­гие язы­ки, в том чис­ле ано­ним­ный рус­ский – «Со­ня в цар­стве ди­ва». Пер­вый же ав­тор­ский пе­ре­вод зна­ме­ни­той сказ­ки на рус­ский язык вы­пол­нил Вла­ди­мир На­бо­ков (чье имя еще всплы­вет в кон­тек­сте био­гра­фии кэр­рол­ла), и у него алису зва­ли аней.

ПрИ­кЛЮ­Че­НИЯ БрИ­ТаН­Ца В роС­СИИ

Ин­те­рес­но, что Чарльз Додж­сон, не по­ки­дав­ший на­дол­го пре­де­лов окс­фор­да, един­ствен­ное свое пу­те­ше­ствие за гра­ни­цу со­вер­шил имен­но в рос­сию. На столь эк­зо­ти­че­скую для бри­тан­ца по­езд­ку кэр­рол­ла со­блаз­нил его друг пре­по­доб­ный ген­ри Лид­дон, за­яд­лый пу­те­ше­ствен­ник: в ев­ро­пей­ских стра­нах по­бли­же он уже был, а в рос­сию со­би­рал­ся по цер­ков­ным де­лам. Чарльз ухва­тил­ся за идею: несколь­ко рань­ше он вы­пра­вил се­бе за­гран­пас­порт и хо­тел по­смот­реть мир, а та­кой марш­рут да­вал воз­мож­ность уви­деть по до­ро­ге и за­пад­ную ев­ро­пу – Фран­цию, Бель­гию и гер­ма­нию. До рос­сии пу­те­ше­ствен­ни­ки до­бра­лись ле­том 1867 го­да. По­бы­ва­ли в Пе­тер­бур­ге, в Москве, в Ниж­нем Нов­го­ро­де, в крон­штад­те. Лью­ис кэр­ролл скру­пу­лез­но вно­сил в днев­ник рус­ские ди­ко­ви­ны: страш­ное сло­во «zashtsheeshtschayjushtsheekhsya», обы­чай тор­го­вать­ся за ко­пей­ки с из­воз­чи­ка­ми, кис­лые щи на по­сто­я­лом дво­ре, дра­го­цен­но­сти ору­жей­ной па­ла­ты, от ко­то­рых ря­би­ло в гла­зах, смеш­ной и жал­кий же­них с вен­цом на го­ло­ве, яр­ма­роч­ные ка­ру­се­ли, на­зва­ния блюд в трак­тир­ном ме­ню,

кре­стьян­ские из­бы и рос­сий­ские до­ро­ги в рыт­ви­нах и непро­лаз­ной гря­зи... об­рат­но пу­те­ше­ствен­ни­ки по­е­ха­ли дру­гим пу­тем, че­рез Поль­шу, и оста­но­ви­лись в Па­ри­же, где про­хо­ди­ла Все­мир­ная вы­став­ка. В сен­тяб­ре Лью­ис кэр­ролл воз­вра­тил­ся до­мой и боль­ше из ан­глии не вы­ез­жал: ви­ди­мо, ре­шил, что пу­те­ше­ствия – это не для него. од­на­ко че­рез мно­го лет у него про­ско­чит в пись­ме: «В це­лом, я ду­маю, Москва бы­ла са­мым за­ме­ча­тель­ным из то­го, что я ко­гда-ли­бо ви­дел».

По ле­ген­де, к про­дол­же­нию зна­ме­ни­той сказ­ки Лью­и­са кэр­рол­ла под­толк­ну­ла дру­гая али­са – пя­ти­лет­няя али­са Те­одо­ра рейкс, ко­то­рая од­на­ж­ды мет­ко от­ве­ти­ла на его про­во­ка­ци­он­ный во­прос, стоя пе­ред зер­ка­лом с яб­ло­ком в ру­ке. од­на­ко зна­ком­ство кэр­рол­ла с этой де­воч­кой со­сто­я­лось лишь в на­ча­ле семидесятых – а кни­га бы­ла на­ча­та го­раз­до рань­ше, и вдох­нов­лял­ся ав­тор, в част­но­сти, уро­ка­ми иг­ры в шах­ма­ты, ко­то­рые да­вал ко­гда-то еще той, пер­вой али­се. ее имя скла­ды­ва­ет­ся из пер­вых букв стро­чек ак­ро­сти­ха, за­вер­ша­ю­ще­го кни­гу. Для ра­бо­ты над из­да­ни­ем Чарльз сно­ва при­гла­сил Тен­ни­е­ла, ко­то­рый сна­ча­ла от­ка­зал­ся, а за­тем за­ло­мил несу­свет­ную це­ну; од­на­ко для пер­фек­ци­о­ни­ста кэр­рол­ла по­лу­чить луч­шее из воз­мож­но­го бы­ло де­лом прин­ци­па. В де­каб­ре 1871 го­да кни­га «Сквозь зер­ка­ло и что там уви­де­ла али­са» (в рус­ском пе­ре­во­де – «али­са в за­зер­ка­лье») вы­шла в свет. Толь­ко по пред­за­ка­зу к рож­де­ству кни­гу по­же­ла­ли ку­пить семь с по­ло­ви­ной ты­сяч че­ло­век, а уже на 27 ян­ва­ря 1872 го­да, к со­ро­ка­ле­тию ав­то­ра, бы­ло про­да­но 15 000 – фе­но­ме­наль­ный ком­мер­че­ский успех. Но­вую «алису» вос­тор­жен­но при­ня­ли и чи­та­те­ли, и кри­ти­ка. Че­рез пять лет Лью­ис кэр­ролл за­вер­шил свою «три­ло­гию нонсенса» по­э­мой «охо­та на Снар­ка», ко­то­рую мно­го лет, как и обе­их «алис», бу­дут пре­па­ри­ро­вать ис­сле­до­ва­те­ли в по­ис­ках раз­но­об­раз­ных смыс­лов. Прав­да, как дет­ская кни­га «охо­та на Снар­ка» не со­сто­я­лась – де­ти ни­че­го в ней не по­ни­ма­ли. «На­де­юсь, что, ко­гда ты про­чи­та­ешь „Снар­ка“, ты на­пи­шешь мне несколь­ко слов о том, как он те­бе по­нра­вил­ся и по­ня­ла ли ты его до кон­ца, – пи­сал кэр­ролл од­ной из сво­их юных кор­ре­спон­ден­ток. – Неко­то­рых де­тей он по­ста­вил в ту­пик. Ты, ко­неч­но, зна­ешь, что та­кое Снарк? ес­ли да, то про­шу те­бя, на­пи­ши мне, ибо я не имею ни ма­лей­ше­го по­ня­тия о том, что это та­кое».

ДВе аЛИ­СЫ И СНарк

его СHILD-FRIENDS

Со­хра­ни­лось мно­же­ство пи­сем Лью­и­са кэр­рол­ла к его childfriends. его друж­ба с детьми, осо­бен­но с де­воч­ка­ми (хо­тя маль­чи­ков сре­ди его ад­ре­са­тов бы­ло то­же не­ма­ло), в два­дца­том ве­ке, во вре­мя по­бед­ной по­сту­пи пси­хо­ана­ли­за, вне­зап­но ста­ла ка­зать­ся предо­су­ди­тель­ной. а по­сле вы­хо­да в свет на­бо­ков­ской «Ло­ли­ты» ни­кто уже не со­мне­вал­ся в по­роч­ных на­клон­но­стях свя­щен­ни­ка и сказочника, отож­деств­ляя его с гум­бер­том гум­бер­том. как пи­шет рус­ская пе­ре­вод­чи­ца и био­граф кэр­рол­ла Ни­на Де­му­ро­ва, сим­па­тии Чарль­за к ма­лень­ким де­воч­кам пе­да­ли­ро­ва­ло его окру­же­ние, в том чис­ле и они са­ми. В част­но­сти, юная ак­три­са Иза Бо­умен, пер­вая ис­пол­ни­тель­ни­ца ро­ли али­сы на сцене, вспо­ми­на­ла о сво­ей друж­бе с уже немо­ло­дым Лью­и­сом кэр­рол­лом, ко­то­рый ор­га­ни­зо­вал ей уро­ки ак­тер­ско­го ма­стер­ства у са­мой Эллен Тер­ри и сам опла­чи­вал их. В ме­му­а­рах Иза утвер­жда­ла, что ей бы­ло то­гда 11-12 лет. Но, как вы­яс­ни­ли до­тош­ные ис­сле­до­ва­те­ли, в то вре­мя ей уже ис­пол­ни­лось во­сем­на­дцать! По вик­то­ри­ан­ским пред­став­ле­ни­ям о мо­ра­ли уча­стие в судь­бе взрос­лой де­вуш­ки, к то­му же ак­три­сы, бы­ло для неже­на­то­го джентль­ме­на аб­со­лют­но недо­пу­сти­мым, ее ре­пу­та­ция стра­да­ла то­же. Дру­гое де­ло – невин­ное ди­тя... И это да­ле­ко не един­ствен­ный при­мер: круг зна­комств кэр­рол­ла был ши­рок, а к вик­то­ри­ан­ским при­ли­чи­ям он от­но­сил­ся без пи­е­те­та и в по­жи­лом воз­расте дру­жил с мо­ло­ды­ми жен­щи­на­ми (на­при­мер, с трид­ца­ти­лет­ней ху­дож­ни­цей гер­тру­дой Том­сон), как бы ко­со ни смот­ре­ла на это об­ще­ствен­ность. Про­стые под­сче­ты по­ка­за­ли: мно­гие child-friends кэр­рол­ла бы­ли го­раз­до стар­ше, чем это пре­под­но­си­ли вик­то­ри­ан­ские био­гра­фы, на­чи­ная с кол­линг­ву­да. за­бо­тясь о без­упреч­но­сти мо­раль­но­го об­ли­ка пи­са­те­ля, его близ­кие до­стиг­ли – в про­ек­ции на сле­ду­ю­щий век – пря­мо про­ти­во­по­лож­но­го ре­зуль­та­та.

уй­ДЯ На По­кой

В се­ре­дине ше­сти­де­ся­тых у Лью­и­са кэр­рол­ла по­тре­бо­ва­ли сказ­ку еще две ма­лень­кие де­воч­ки – до­че­ри мар­ки­за Сол­с­бе­ри. ре­зуль­та­том стал рас­сказ «Месть Бру­но», опуб­ли­ко-

ван­ный в «Жур­на­ле те­туш­ки Джу­ди». С тех пор бо­лее два­дца­ти лет Лью­ис кэр­ролл ра­бо­тал над ро­ма­ном о на­род­це эль­фов и фей – «Силь­вия и Бру­но». Эту кни­гу он счи­тал глав­ной в сво­ей жиз­ни. Пер­вый ил­лю­стри­ро­ван­ный том вы­шел в 1889 го­ду, вто­рой – че­рез че­ты­ре го­да. Но по­вто­рить успех «али­сы» не по­лу­чи­лось. На­ка­нуне пя­ти­де­ся­ти­ле­тия, в ок­тяб­ре 1881 го­да, Чарльз Додж­сон уве­до­мил Джор­джа Лид­дел­ла, что от­ка­зы­ва­ет­ся от чте­ния лек­ций в крайст Черч. Но от­ды­хать Чарльз не со­би­рал­ся. Идей бы­ло так мно­го, что он со­ста­вил се­бе по­дроб­ный план дей­ствий в сфе­рах ма­те­ма­ти­ки, ре­ли­гии, дет­ской ли­те­ра­ту­ры и так да­лее. Для то­го что­бы дер­жать­ся в хо­ро­шей фи­зи­че­ской фор­ме, Додж­сон при­об­рел до­сти­же­ние тех­ни­че­ско­го про­грес­са – ве­ло­си­ман, трех­ко­лес­ный ве­ло­си­пед для взрос­лых, при­чем ру­ле­вое управ­ле­ние для него раз­ра­бо­тал сам. В 80-90-е вы­шел его ма­те­ма­ти­че­ский труд «Пер­вая и Вто­рая кни­ги ев­кли­да», сбор­ник игр и за­га­док «История с узел­ка­ми», кни­ги «Ло­ги­че­ская игра» и «Ма­те­ма­ти­че­ские ку­рье­зы» (в двух ча­стях), ана­ли­ти­че­ские ста­тьи о пар­ла­мент­ских вы­бо­рах и тен­нис­ных со­стя­за­ни­ях, – круг его ин­те­ре­сов был крайне ши­рок. Мно­гие но­ва­тор­ские идеи кэр­рол­ла ак­ту­аль­ны и се­год­ня: на­при­мер, имен­но он при­ду­мал си­сте­му бан­ков­ских пе­ре­во­дов с ко­до­вым но­ме­ром и мне­мо­ни­че­ские при­е­мы для за­по­ми­на­ния по­сле­до­ва­тель­но­сти цифр. В те го­ды Чарльз Додж­сон стал ку­ра­то­ром клу­ба крайст Черч – по его соб­ствен­но­му при­зна­нию, что­бы не за­мы­кать­ся в «скор­лу­пе» и бы­вать на лю­дях. Все от­ме­ча­ли его от­вет­ствен­ность и ак­ку­рат­ность в де­лах. зи­мой 1897-го, при­е­хав в го­сти к сест­рам в гил­форд, что­бы встре­тить рож­де­ство, Чарльз про­сту­дил­ся. Бо­лезнь ослож­ни­лась аст­ма­ти­че­ским брон­хи­том: дом обо­гре­вал­ся мод­ны­ми в то вре­мя ас­бе­сто­вы­ми го­рел­ка­ми, гу­би­тель­ны­ми для лег­ких. 14 ян­ва­ря 1898 го­да пре­по­доб­ный Чарльз Лат­видж Додж­сон скон­чал­ся. уже в два­дцать пер­вом ве­ке ис­сле­до­ва­тель­ни­ца Джен­ни Вулф изу­чи­ла бан­ков­ские сче­та Чарль­за Додж­со­на. И вы­яс­ни­ла, что, по­лу­чая жа­ло­ва­ние и го­но­ра­ры лишь два­жды в год, он ре­гу­ляр­но за­ле­зал в круп­ные дол­ги, что­бы под­дер­жи­вать ма­те­ри­аль­но не толь­ко сво­их се­стер и род­ствен­ни­ков, но и обез­до­лен­ных: фи­нан­си­ро­вал ор­га­ни­за­ции, ко­то­рые за­щи­ща­ли жен­щин и де­тей, став­ших жерт­ва­ми до­маш­не­го на­си­лия, си­рот­ские при­юты и «до­ма на­деж­ды» для пад­ших жен­щин. об этой сто­роне его жиз­ни во­об­ще ни­кто не знал.

Баш­ня Кар­факс в Окс­фор­де со сто­ро­ны Ку­ин-стрит

Окс­форд­ский кол­ледж Крайст Черч

КЭР­РОЛЛ УДАЧ­НО СОВ­МЕ­СТИЛ СВОЕ УВЛЕ­ЧЕ­НИЕ ФО­ТО­ГРА­ФИ­ЕЙ С ПЕР­ВЫ­МИ ЛИ­ТЕ­РА­ТУР­НЫ­МИ ОПЫТАМИ, ОПУБ­ЛИ­КО­ВАВ В ДЕ­КАБ­РЕ 1857 ГО­ДА В ЖУР­НА­ЛЕ «ТРЕЙН» КО­МИ­ЧЕ­СКОЕ СТИ­ХО­ТВО­РЕ­НИЕ «ГАЙАВАТА ФО­ТО­ГРА­ФИ­РУ­ЕТ», ВЫДЕРЖАННОЕ В ЭПИЧЕСКОМ РИТ­МЕ В ПОД­РА­ЖА­НИЕ «ПЕС­НИ О ГАЙ­А­ВА­ТЕ» ГЕН­РИ У. ЛОНГ­ФЕЛ­ЛО. ТЕ, КТО БЫЛ ЗНА­КОМ С ЭТИМ ПРО­ИЗ­ВЕ­ДЕ­НИ­ЕМ (А В ТО ВРЕ­МЯ С НИМ В АН­ГЛИИ БЫ­ЛИ ЗНА­КО­МЫ ВСЕ МА­ЛО-МАЛЬ­СКИ ОБ­РА­ЗО­ВАН­НЫЕ ЛЮ­ДИ), В ПОЛ­НОЙ МЕ­РЕ СМОГ­ЛИ ОЦЕ­НИТЬ ТА­ЛАНТ И ЮМОР МО­ЛО­ДО­ГО АВ­ТО­РА

Лью­ис Кэр­ролл про­ти­ра­ет лин­зы фо­то­объ­ек­ти­ва. Фото О. Редж­лен­де­ра. 1863

СЛЕ­ВА НА­ПРА­ВО: КА­БИ­НЕТ ПРЕ­ПО­ДА­ВА­ТЕЛЬ­СКОЙ КВАР­ТИ­РЫ ЧАРЛЬ­ЗА ДОДЖ­СО­НА В КРАЙСТ ЧЕРЧ, ГДЕ ОН ПРО­РА­БО­ТАЛ ДВА­ДЦАТЬ ШЕСТЬ ЛЕТ; ПО­СТА­НО­ВОЧ­НЫЕ ФО­ТО­ГРА­ФИИ ЛЬЮ­И­СА КЭР­РОЛ­ЛА

СВЕР­ХУ ВНИЗ И СЛЕ­ВА НА­ПРА­ВО: ЛЬЮ­ИС КЭР­РОЛЛ С МА­ЛЕНЬ­КОЙ АЛИ­СОЙ ЛИД­ДЕЛЛ; ГРУП­ПО­ВОЙ ПОРТ­РЕТ ПРЕ­ПО­ДА­ВА­ТЕ­ЛЕЙ И СТУ­ДЕН­ТОВ В АНА­ТО­МИ­ЧЕ­СКОМ МУ­ЗЕЕ. 1857; ОДИН ИЗ ДЕТ­СКИХ ПОРТ­РЕ­ТОВ РА­БО­ТЫ ЛЬЮ­И­СА КЭР­РОЛ­ЛА. 1869

Тра­ди­ци­он­ный вик­то­ри­ан­ский сю­жет – игра в шах­ма­ты на све­жем воз­ду­хе, кош­ка спит в крес­ле…

ВЕ­ЛИ­ЧЕ­СТВЕН­НОЕ ВИТ­РАЖ­НОЕ ОК­НО, НА­ХО­ДЯ­ЩЕ­Е­СЯ В ЧА­СОВНЕ ДА­НИ­И­ЛА ПРИ ЦЕРК­ВИ ВСЕХ СВЯ­ТЫХ В ДАРИСБЕРРИ, СО­СТО­ИТ ИЗ ПЯ­ТИ БОЛЬ­ШИХ ВЕР­ТИ­КАЛЬ­НЫХ ОКОН СО СЦЕ­НОЙ РОЖ­ДЕ­СТВА (НА КРАЙ­НЕЙ ЛЕ­ВОЙ ЧА­СТИ ПРИ­СУТ­СТВУ­ЮТ ЛЬЮ­ИС КЭР­РОЛЛ И АЛИ­СА, ГЕ­РО­И­НЯ СА­МОЙ ИЗ­ВЕСТ­НОЙ ЕГО КНИ­ГИ), А НИ­ЖЕ РАС­ПО­ЛО­ЖЕ­НЫ ПЯТЬ ПА­НЕ­ЛЕЙ СО СЦЕН­КА­МИ ИЗ «АЛИ­СЫ В СТРАНЕ ЧУ­ДЕС». ТАМ МОЖ­НО УВИ­ДЕТЬ БЕ­ЛО­ГО КРО­ЛИ­КА, ЯЩЕ­РИ­ЦУ, ДО­ДО, РЫБУЛАКЕЯ, ШЛЯПНИКА, СО­НЮ, МАР­ТОВ­СКО­ГО ЗАЙ­ЦА, ГЕР­ЦО­ГИ­НЮ, ГРИФОНА… ЧЕ­ШИР­СКИЙ КОТ УЛЫ­БА­ЕТ­СЯ НА ВИНЬЕТКЕ КРАЙ­НЕЙ ПРА­ВОЙ ПА­НЕ­ЛИ

Али­са Лид­делл в ше­сти­лет­нем воз­расте. Фото Лью­и­са Кэр­рол­ла

ЭТА ГРУП­ПО­ВАЯ ФО­ТО­ГРА­ФИЯ СДЕ­ЛА­НА ЧАРЛЬ­ЗОМ ДОДЖСОНОМ В 1857 ГО­ДУ, КО­ГДА ОН БЫЛ ЕЩЕ МО­ЛО­ДЫМ И НИ­КО­МУ НЕ ИЗ­ВЕСТ­НЫМ ПРЕ­ПО­ДА­ВА­ТЕ­ЛЕМ МА­ТЕ­МА­ТИ­КИ. В КРЕС­ЛЕ У ОК­НА СИ­ДИТ ПО­ЭТ АЛЬ­ФРЕД ТЕН­НИ­СОН СО СВО­ИМ МА­ЛЕНЬ­КИМ СЫ­НОМ, СПРА­ВА – ПО­ЛИ­ТИК И ЧЛЕН КЛА­НА БО­ГА­ТЕЙ­ШИХ ПРО­МЫШ­ЛЕН­НИ­КОВ АН­ГЛИИ ДЖЕЙМС ГАРТ МАР­ШАЛЛ С ЖЕ­НОЙ МЭ­РИ И ДО­ЧЕ­РЬЮ (МЭ­РИ МАР­ШАЛЛ БЫ­ЛА СЕСТ­РОЙ ОД­НО­ГО ИЗ УНИ­ВЕР­СИ­ТЕТ­СКИХ ПРИ­Я­ТЕ­ЛЕЙ ТЕННИСОНА). ЧАРЛЬЗ К ТО­МУ ВРЕ­МЕ­НИ УЖЕ ПО­ЛУ­ЧИЛ ИЗ­ВЕСТ­НОСТЬ КАК ОТ­ЛИЧ­НЫЙ ФО­ТО­ГРАФ. ПОЗД­НЕЕ ЕГО ДА­ЖЕ НА­ЗЫ­ВА­ЛИ ЛУЧ­ШИМ ДЕТ­СКИМ ФО­ТО­ГРА­ФОМ XiX ВЕ­КА

Об­лож­ка бро­шю­ры «Во­семь или де­вять муд­рых слов о том, как пи­сать пись­ма»

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.