ЛЕВ ТЕР­МЕН: «ПА­РА­ДОК­СОВ ДРУГ»

Lichnosti - - ЛЕВ ТЕРМЕН: «ПАРАДОКСОВ ДРУГ» - Ва­ле­рия Ше­лест Ди­зайн: Ольга Се­ве­ри­на

В ГОД ЕГО РОЖ­ДЕ­НИЯ – 1896-Й – БЫЛ КО­РО­НО­ВАН ПО­СЛЕД­НИЙ РОС­СИЙ­СКИЙ СА­МО­ДЕР­ЖЕЦ, А ЗА МЕ­СЯЦ ДО СМЕР­ТИ, В ОК­ТЯБ­РЕ 1993-ГО, В ЦЕН­ТРЕ МОСК­ВЫ ГРЕ­МЕ­ЛИ ВЫ­СТРЕ­ЛЫ И ГИБЛИ ЛЮ­ДИ ВО ВРЕ­МЯ «АНТИЕЛЬЦИНСКОГО ПУТ­ЧА». ПРО­ЖИВ БЕЗ МА­ЛО­ГО СТО­ЛЕ­ТИЕ, ЛЕВ ТЕР­МЕН БЫЛ СВИ­ДЕ­ТЕ­ЛЕМ, УЧАСТ­НИ­КОМ И НЕРЕД­КО ЖЕРТ­ВОЙ ВСЕХ КЛЮ­ЧЕ­ВЫХ ИС­ТО­РИ­ЧЕ­СКИХ СО­БЫ­ТИЙ В СВО­ЕЙ СТРАНЕ. ПРИ ЭТОМ В СИ­ЛУ ОБ­СТО­Я­ТЕЛЬСТВ, А ИНО­ГДА И ЛИЧ­НО­ГО ВЫБОРА ОКА­ЗЫ­ВАЛ­СЯ В КАР­ДИ­НАЛЬ­НО ПРО­ТИ­ВО­ПО­ЛОЖ­НЫХ «ЛА­ГЕ­РЯХ» И СТА­ТУ­САХ: ДВО­РЯ­НИН ПО ПРО­ИС­ХОЖ­ДЕ­НИЮ, ОН МНО­ГО ЛЕТ РА­БО­ТАЛ НА ОР­ГА­НЫ ГОС­БЕ­ЗО­ПАС­НО­СТИ; НА­ХО­ДЯСЬ В ЗА­КЛЮ­ЧЕ­НИИ, ПО­ЛУ­ЧИЛ ЗА СВОИ ИЗОБ­РЕ­ТЕ­НИЯ СТА­ЛИН­СКУЮ ПРЕ­МИЮ І СТЕ­ПЕ­НИ; СОЗДАВАЛ ВОЛ­ШЕБ­НЫЕ МУ­ЗЫ­КАЛЬ­НЫЕ ИН­СТРУ­МЕН­ТЫ И ШПИ­ОН­СКИЕ ПОД­СЛУ­ШИ­ВА­Ю­ЩИЕ УСТРОЙ­СТВА; ЖИ­ВЯ И РА­БО­ТАЯ В АМЕ­РИ­КЕ, ПРИ­Я­ТЕЛЬ­СТВО­ВАЛ С СА­МЫ­МИ БЛЕ­СТЯ­ЩИ­МИ ПРЕД­СТА­ВИ­ТЕ­ЛЯ­МИ АМЕ­РИ­КАН­СКОЙ ПО­ЛИ­ТИ­ЧЕ­СКОЙ И КУЛЬ­ТУР­НОЙ ЭЛИ­ТЫ –А В РОС­СИИ, НА 95-М ГО­ДУ ЖИЗ­НИ, ВСТУ­ПИЛ В КОМ­МУ­НИ­СТИ­ЧЕ­СКУЮ ПАР­ТИЮ, ПО­ТО­МУ ЧТО... КО­ГДА-ТО ПО­ОБЕ­ЩАЛ ЭТО ЛЕ­НИ­НУ. А ЕЩЕ ТЕР­МЕН РА­БО­ТАЛ НАД ИЗ­МЕ­НЕ­НИ­ЕМ СТРУК­ТУ­РЫ ВРЕ­МЕ­НИ И МЕЧ­ТАЛ ЕС­ЛИ НЕ ПОД­ЧИ­НИТЬ ВРЕ­МЯ ЧЕ­ЛО­ВЕ­КУ, ТО ХО­ТЯ БЫ ЗА­МЕД­ЛИТЬ ЕГО БЕГ. И, ПО­ХО­ЖЕ, ЛЬ­ВУ СЕР­ГЕ­Е­ВИ­ЧУ ЭТО ПО­ЧТИ УДА­ЛОСЬ

ФИ­ЗИ­КА И МУ­ЗЫ­КА

Для Ль­ва Тер­ме­на Родина, ко­то­рую он про­сла­вил мно­же­ством вы­да­ю­щих­ся изоб­ре­те­ний, бы­ла ско­рее не ма­те­рью, но ма­че­хой. Ко­неч­но, в этом от­но­ше­нии его судь­ба не осо­бен­но уни­каль­на. Уди­ви­тель­но то, что, мно­го раз со­зер­цая оскол­ки сво­их рас­топ­тан­ных на­дежд и меч­та­ний, неод­но­крат­но бу­дучи гру­бо оста­нов­лен на пу­ти их осу­ществ­ле­ния, ре­гу­ляр­но ли­ша­е­мый ра­бо­ты и сво­бо­ды, Тер­мен не озлоб­лял­ся и не те­рял ве­ры. Про­дол­жал творить и шу­тил, что бес­смер­тен, утвер­ждая, что на это ука­зы­ва­ет да­же его фа­ми­лия, про­чи­тан­ная на­обо­рот: «Тер­мен» – «не мрет». Он уви­дел рож­де­ние и смерть са­мо­го боль­шо­го го­су­дар­ства ХХ ве­ка – а та­ким по­хва­стать­ся мо­гут еди­ни­цы. Ро­дил­ся «бес­смерт­ный» изоб­ре­та­тель в Санкт-Пе­тер­бур­ге в небо­га­той дво­рян­ской се­мье с фран­цуз­ски­ми кор­ня­ми. Как это во­дит­ся у ге­ни­ев, его неор­ди­нар­ные спо­соб­но­сти про­яви­лись до­воль­но ра­но. Ро­ди­те­ли, Сер­гей Эми­лье­вич и Ев­ге­ния Ан­то­нов­на, вся­че­ски по­ощ­ря­ли лю­бо­зна­тель­ность сы­на и его страсть к раз­лич­ным экс­пе­ри­мен­там, и да­же обо­ру­до­ва­ли для него ма­лень­кую об­сер­ва­то­рию и фи­зи­че­скую ла­бо­ра­то­рию пря­мо в квар­ти­ре. Плюс бо­га­тая до­маш­няя би­б­лио­те­ка и раз-

лич­ные ме­ха­ни­че­ские шту­ки, ко­то­рые отец ре­гу­ляр­но по­ку­пал и да­рил, а Ле­вуш­ка с упо­е­ни­ем раз­би­рал. Маль­чи­ку бы­ло ин­те­рес­но, как все устро­е­но: тех­ни­ка, зву­ки, вре­мя, че­ло­ве­че­ский ор­га­низм... А еще юный Тер­мен ве­ли­ко­леп­но иг­рал на ви­о­лон­че­ли и, ко­гда по окон­ча­нии им в 1914 го­ду Пе­тер­бург­ской пер­вой муж­ской гим­на­зии встал во­прос о выс­шем об­ра­зо­ва­нии, не смог сде­лать вы­бор: по­сту­пил од­но­вре­мен­но в кон­сер­ва­то­рию и на фи­зи­ко-ма­те­ма­ти­че­ский фа­куль­тет уни­вер­си­те­та, где изу­чал в том чис­ле и аст­ро­но­мию. В от­ли­чие от кон­сер­ва­то­рии, уни­вер­си­тет окон­чить Лев Тер­мен не успел – в 1916 го­ду, в раз­гар Пер­вой ми­ро­вой вой­ны, его при­зва­ли в ар­мию. Сам Тер­мен, впро­чем, утвер­ждал в ин­тер­вью, что про­слу­шал пол­ный уни­вер­си­тет­ский курс за три го­да. По бо­лее рас­про­стра­нен­ной вер­сии, выс­шее тех­ни­че­ское об­ра­зо­ва­ние он по­лу­чил по окон­ча­нии граж­дан­ской вой­ны уже в со­всем дру­гой стране... Сна­ча­ла Ль­ва на­пра­ви­ли на уче­бу в Ни­ко­ла­ев­ское ин­же­нер­ное учи­ли­ще, по­сле – на элек­тро­тех­ни­че­ские кур­сы для офи­це­ров (этой об­ла­стью тех­ни­ки Тер­мен был увле­чен с дет­ства и, учась в гим­на­зии, по­сто­ян­но ста­вил опы­ты). «По­ню­хать по­ро­ху», к сча­стью, ему не до­ве­лось: за­пас­ной элек­тро­тех­ни­че­ский ба­та­льон, в со­ста­ве ко­то­ро­го нес служ­бу Тер­мен, был при­пи­сан к са­мой мощ­ной в им­пе­рии Цар­ско­сель­ской ра­дио­стан­ции. По­сле ок­тябрь­ской ре­во­лю­ции 1917 го­да и на­ча­ла граж­дан­ской вой­ны для Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча ни­че­го су­ще­ствен­но не из­ме­ни­лось: он про­дол­жал слу­жить все на той же ра­дио­стан­ции, но толь­ко те­перь уже в Крас­ной Ар­мии. Есть дан­ные, что имен­но в то бур­ное вре­мя, а во­все не в страшные 30-е со­сто­я­лось зна­ком­ство изоб­ре­та­те­ля с ка­ра­тель­ным аппаратом мо­ло­до­го го­су­дар­ства про­ле­та­ри­ев. Яко­бы в 1919-м Тер­мен был аре­сто­ван за уча­стие в бе­ло­гвар­дей­ском за­го­во­ре, а в 1920-м осво­бож­ден – ве­ро­ят­но, без се­рьез­ных по­след­ствий для се­бя. Очень кста­ти от­прыс­ка дво­рян­ско­го ро­да при­гла­сил на ра­бо­ту Аб­рам Иоф­фе. В не­дав­но со­здан­ном им фи­зи­ко­тех­ни­че­ском от­де­ле Рент­ге­но­ло­ги­че­ско­го ин­сти­ту­та (в 1921-м на ба­зе это­го от­де­ла был сфор­ми­ро­ван са­мо­сто­я­тель­ный ин­сти­тут) Тер­мен на­чал тру­дить­ся над изу­че­ни­ем свойств га­зов в ла­бо­ра­то­рии элек­три­че­ских ко­ле­ба­ний. По по­ру­че­нию Аб­ра­ма Фе­до­ро­ви­ча мо­ло­дой ла­бо­рант скон­стру­и­ро­вал некий при­бор. Он «по­стро­ил кон­ден­са­тор­ное устрой­ство для из­ме­ре­ния ди­элек­три­че­ской по­сто­ян­ной га­зов с чув­стви­тель­но­стью

до мил­ли­он­ных до­лей про­цен­та по­сред­ством при­ме­не­ния ме­то­да би­е­ний элек­три­че­ских ко­ле­ба­ний вы­со­кой ча­сто­ты и из­ме­ре­ния ча­сто­ты раз­ност­но­го то­на. Из­ме­ре­ние тем­пе­ра­ту­ры про­из­во­ди­лось бо­ло­мет­ри­че­ским ме­то­дом с при­ме­не­ни­ем уси­ли­те­лей по­сто­ян­но­го то­ка и мо­сто­вых схем с мо­ду­ля­ци­ей ча­стот­ной со­став­ля­ю­щей». «Посколь­ку с по­мо­щью это­го ме­то­да мож­но бы­ло ре­ги­стри­ро­вать из­ме­не­ние элек­тро­ем­ко­сти про­вод­ни­ка ме­нее чем на ты­сяч­ную до­лю про­цен­та, – пи­сал да­лее Лев Тер­мен, – я устро­ил сиг­на­ли­за­ци­он­ное устрой­ство, ко­то­рое дей­ство­ва­ло при при­бли­же­нии че­ло­ве­ка на рас­сто­я­ние 2-3 м к от­кры­то­му про­вод­ни­ку, ти­па ан­тен­ны». Го­во­ря про­стым язы­ком, при при­бли­же­нии ру­ки к ан­тенне при­бо­ра раз­да­вал­ся очень необыч­ный звук, вы­со­та ко­то­ро­го за­ви­се­ла от по­ло­же­ния этой са­мой ру­ки, и, со­от­вет­ствен­но, мог­ла быть про­из­воль­но из­ме­не­на. Как со­вер­шен­но спра­вед­ли­во за­ме­ча­ют ис­сле­до­ва­те­ли жиз­ни и твор­че­ства Тер­ме­на, про­сто фи­зик, ско­рее все­го, не при­дал бы слу­чай­ной на­ход­ке ни­ка­ко­го зна­че­ния. Ведь во­об­ще-то ве­лась ра­бо­та над со­зда­ни­ем охран­ной сиг­на­ли­за­ции. Но Лев Сер­ге­е­вич был еще и очень силь­ным му­зы­кан­том: про­из­во­дя в по­ле дей­ствия устрой­ства опре­де­лен­ные пас­сы ру­ка­ми, он смог «сыг­рать» вполне узна­ва­е­мые ме­ло­дии клас­си­че­ских про­из­ве­де­ний. Свое де­ти­ще изоб­ре­та­тель на­звал «эте­ро­то­ном» («зву­ки из воз­ду­ха, эфи­ра»). «Тер­мен­вок­сом» – «го­ло­сом Тер­ме­на» – оно ста­ло име­но­вать­ся поз­же, с лег­кой ру­ки ре­пор­те­ров.

ОПЕ­РЕ­ЖАЯ ВРЕ­МЯ

Со­бра­ние Пет­ро­град­ско­го от­де­ле­ния Рос­сий­ско­го об­ще­ства ра­дио­ин­же­не­ров при­ня­ло де­мон­стра­цию изоб­ре­те­ния вос­тор­жен­но и де­ле­ги­ро­ва­ло Тер­ме­на на Все­рос­сий­ский элек­тро­тех­ни­че­ский съезд, ко­то­рый про­хо­дил осе­нью 1921 го­да. «Но­мер», на­зван­ный «Элек­три­че­ство и му­зы­ка», вы­звал шквал ова­ций. А при­мер­но че­рез пол­го­да, в мар­те 1922-го, ин­же­не­ра Тер­ме­на при­гла­си­ли в Кремль. При­ня­то счи­тать, что до во­ждя ми­ро­во­го про­ле­та­ри­а­та до­шли слу­хи о при­бо­ре, и он по­же­лал его уви­деть и услы­шать. На са­мом же де­ле Тер­мен по­ка­зы­вал Ле­ни­ну и то­ва­ри­щам пре­жде все­го охран­ную си­сте­му «Ра­дио­сто­рож» (в ско­ром вре­ме­ни ею осна­сти­ли Го­хран и неко­то­рые по­ме­ще­ния Эр­ми­та­жа), а на эте­ро­тоне ре­шил­ся сыг­рать, так ска­зать, под занавес. Лич­ный сек­ре­тарь Ле­ни­на Ли­дия Фо­ти­е­ва ак­ком­па­ни­ро­ва­ла Тер­ме­ну на фор­те­пи­а­но. Про­из­ве­сти впе­чат­ле­ние на Ильи­ча уда­лось – тот при по­мо­щи Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча да­же сам по­про­бо­вал что-то на­иг­рать на чу­до-ма­шине. Спу­стя мно­го лет по­жи­лой изоб­ре­та­тель рас­ска­зал до­че­ри Елене, как тон­ко Ле­нин ре­а­ги­ро­вал на му­зы­ку – ми­ми­кой, по­ло­же­ни­ем те­ла, а так­же (и это весь­ма уди­ви­ло Тер­ме­на) что он ока­зал­ся неожи­дан­но яр­ко-ры­жим... Вождь очень по­нра­вил­ся Ль­ву Сер­ге­е­ви­чу – про­сто как че­ло­век, и это теп­лое от­но­ше­ние Тер­мен со­хра­нил на всю жизнь.

По­сле по­се­ще­ния Крем­ля Тер­мен за­па­тен­то­вал свое изоб­ре­те­ние под на­зва­ни­ем «Му­зы­каль­ный при­бор с ка­тод­ны­ми лам­па­ми». А еще по ука­за­нию Ле­ни­на ему бы­ли вы­да­ны ман­дат на бес­пре­пят­ствен­ный и бес­плат­ный про­езд по всем же­лез­ным до­ро­гам Стра­ны Со­ве­тов и уст­ная ре­ко­мен­да­ция: все­ми си­ла­ми и сред­ства­ми про­па­ган­ди­ро­вать тер­мен­вокс как пе­ре­до­вое до­сти­же­ние со­вет­ской ин­же­нер­ной мысли. В пла­ны Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча не вхо­дил га­строль­ный тур по­лу­раз­ру­шен­ной стра­ной, он на­ме­ре­вал­ся про­дол­жать ис­сле­до­ва­ния в сво­ей ла­бо­ра­то­рии, но от­ка­зать­ся бы­ло невоз­мож­но. С кон­цер­та­ми­лек­ци­я­ми Тер­мен объ­е­хал око­ло 180 го­ро­дов Со­вет­ской Рос­сии, и вез­де вы­сту­пал при пол­ных ан­шла­гах и неиз­мен­ном вос­тор­ге зри­те­лей. Еще бы: ведь да­же для че­ло­ве­ка, хоть немно­го раз­би­ра­ю­ще­го­ся в фи­зи­ке, иг­ра на тер­мен­вок­се вы­гля­де­ла как вол­шеб­ство, из­вле­че­ние му­зы­ки из ни­от­ку­да, что же го­во­рить о тех зри­те­лях-слу­ша­те­лях, кто ед­ва ли умел чи­тать! К сло­ву, чи­сто иг­рать на этом необыч­ном ин­стру­мен­те весь­ма слож­но, и без дол­гих тре­ни­ро­вок фаль­ши не из­бе­жать: ведь в тер­мен­вок­се нет та­ких фи­зи­че­ских ори­ен­ти­ров, как кла­ви­ши или стру­ны, и по­ла­гать­ся при­хо­дит­ся толь­ко на слух и мы­шеч­ную па­мять. Кон­сер­ва­тор­ское об­ра­зо­ва­ние Тер­ме­на и его при­род­ная му­зы­каль­ность при­шлись весь­ма

кста­ти – впро­чем, зри­те­ли не бы­ли осо­бо тре­бо­ва­тель­ны, за­во­ра­жи­вал уже сам про­цесс ис­пол­не­ния. В ян­ва­ре 1924 го­да умер Ле­нин. Уже то­гда раз­мыш­ляв­ший над про­бле­ма­ми бес­смер­тия Лев Сер­ге­е­вич сра­зу же по­зво­нил в Кремль, что­бы пред­ло­жить... за­мо­ро­зить во­ждя – ведь ко­г­да­ни­будь непре­мен­но бу­дет най­ден спо­соб ожив­лять лю­дей! Но те­ло уже го­то­ви­ли к баль­за­ми­ро­ва­нию, внутренние ор­га­ны и мозг бы­ли из­вле­че­ны; Ильи­ча со­хра­ня­ли для со­вре­мен­ни­ков и по­том­ков чуть ме­нее эк­зо­тич­ным спо­со­бом – толь­ко обо­лоч­ку. Да и не факт, что необыч­ное пред­ло­же­ние бы­ло бы при­ня­то, да­же ес­ли бы Тер­мен не опоз­дал. Пи­о­не­ром крио­ни­ки он не стал. Оче­ред­ное изоб­ре­те­ние Тер­ме­на то­же на­мно­го опе­ре­жа­ло свое вре­мя. До­учи­ва­ясь по на­сто­я­нию Аб­ра­ма Иоф­фе на фи­зи­ко-ме­ха­ни­че­ском фа­куль­те­те По- ли­тех­ни­че­ско­го ин­сти­ту­та, он за­щи­тил ди­плом­ную ра­бо­ту «Про­ек­ти­ро­ва­ние уста­нов­ки элек­три­че­ско­го даль­но­ви­де­ния». В 1926 го­ду Тер­мен скон­стру­и­ро­вал опыт­ный об­ра­зец те­леси­сте­мы оп­ти­ко-ме­ха­ни­че­ско­го ти­па – про­об­ра­за со­вре­мен­но­го те­ле­ви­де­ния. Ко­неч­но, он был несо­вер­ше­нен, с нечет­ким, хоть и вполне раз­ли­чи­мым изоб­ра­же­ни­ем, но для то­го вре­ме­ни это ста­ло на­сто­я­щим про­ры­вом в на­у­ке и тех­ни­ке. Нар­ком по во­ен­ным и мор­ским де­лам Клим Во­ро­ши­лов да­же при­ка­зал уста­но­вить ка­ме­ру над вхо­дом в ко­мис­са­ри­ат, а экран – в сво­ей приемной, и на­сла­ждал­ся изум­ле­ни­ем на ли­цах по­се­ти­те­лей, ко­гда они узна­ва­ли, что «кино» про­ис­хо­дит, как те­перь ска­за­ли бы, в ре­жи­ме ре­аль­но­го вре­ме­ни. «Даль­но­ви­де­ние» бы­ло со­чте­но весь­ма по­лез­ным и нуж­ным изоб­ре­те­ни­ем и тут же за­сек­ре­че­но – с пер­спек­ти­вой при­ме­не­ния в де­ле

обо­ро­ны стра­ны, на­при­мер, при охране го­су­дар­ствен­ной гра­ни­цы. Но из-за тех­ни­че­ско­го несо­вер­шен­ства внед­ре­ние не со­сто­я­лось, а в жизнь граж­дан­ско­го на­се­ле­ния те­ле­ви­де­ние во­шло и во­все толь­ко че­рез несколь­ко де­сят­ков лет. Как ни ве­лик со­блазн, но Ль­ва Тер­ме­на нель­зя счи­тать изоб­ре­та­те­лем те­ле­ви­де­ния: над про­бле­мой пе­ре­да­чи на рас­сто­я­ние дви­жу­ще­го­ся изоб­ра­же­ния неза­ви­си­мо друг от дру­га тру­ди­лись ин­же­не­ры и са­мо­уч­ки раз­ных стран на­чи­ная с кон­ца XIX ве­ка. Но, без­услов­но, со­зда­те­лем од­ной из пер­вых те­ле­си­стем он яв­ля­ет­ся.

США: ИЗОБ­РЕ­ТА­ТЕЛЬ, МУ­ЗЫ­КАНТ, ШПИ­ОН

В 1927-м пар­тий­ным ру­ко­вод­ством бы­ло при­ня­то ре­ше­ние вы­во­дить тер­мен­вокс на меж­ду­на­род­ную арену. По ли­нии Нар­ком­про­са Тер­ме­на от­пра­ви­ли в по­езд­ку по Ев­ро­пе. Неко­то­рые ис­точ­ни­ки утвер­жда­ют, что пе­ред отъ­ез­дом изоб­ре­та­тель встре­чал­ся с со­зда­те­лем и ру­ко­во­ди­те­лем со­вет­ской во­ен­ной раз­вед­ки Яном Бер­зи­ным и тот об­ри­со­вал Ль­ву Сер­ге­е­ви­чу вто­рую, неяв­ную цель его ко­ман­ди­ров­ки – сбор ин­те­ре­су­ю­щих ве­дом­ство све­де­ний. Из­ба­ло­ван­ная Ев­ро­па вос­хи­щен­но ру­ко­плес­ка­ла Тер­ме­ну и его «му­зы­ке из воз­ду­ха». Мюн­хен, Бер­лин, Франк­фурт-наМайне, Нюрн­берг, Лон­дон, Па­риж – вез­де ан­шлаг и пол­ный экс­таз пуб­ли­ки. В па­риж­ской «Гранд-опе­ра» ра­ди вы­ступ­ле­ния Тер­ме­на от­ме­ни­ли спек­такль и про­да­ва­ли би­ле­ты на «сто­я­чие» ме­ста – неслы­хан­ное де­ло! От им­пре­са­рио не бы­ло от­боя, изоб­ре­та­те­лю пред­ла­га­ли кон­трак­ты на огром­ные сум­мы. Но он от­нюдь не со­би­рал­ся оста­вать­ся в Ев­ро­пе на­дол­го: его путь ле­жал даль­ше, в Аме­ри­ку. Бы­ла ли это су­гу­бо част­ная ини­ци­а­ти­ва Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча или по­езд­ка в США вхо­ди­ла в пла­ны его ку­ра­то­ров? Вряд ли Тер­мен мог по­лу­чить аме­ри­кан­скую ви­зу так, что­бы об этом не узна­ли в со­вет­ском по­соль­стве в Бер­лине... На склоне лет Тер­мен рас­ска­зы­вал в ин­тер­вью, что в Аме­ри­ку его ко­ман­ди­ро­ва­ли од­но­вре­мен­но и Нар­ком­прос, и раз­вед­ка. Как бы там ни бы­ло, в кон­це 1929 го­да на па­ро­хо­де «Ма­же­стик» Лев Сер­ге­е­вич от­плыл в Нью-Йорк. Его же­на, Ека­те­ри­на Кон­стан­ти­но­ва, оста­лась в Па­ри­же у род­ствен­ни­ков и при­со­еди­ни­лась к му­жу поз­же. Аме­ри­ку за­во­е­вы­вать не при­шлось – Тер­мен сра­зу стал звез­дой. Пол­ные за­лы на вы­ступ­ле­ни­ях, свет­ские зна­ком­ства. В сту­дии, ко­то­рую изоб­ре­та­тель от­крыл в арен­до­ван­ном зда­нии на 54-й аве­ню,

бы­ва­ли Чар­ли Ча­п­лин, Джордж Гер­швин, Ие­гу­ди Ме­ну­хин, Яша Хей­фец. С Аль­бер­том Эйн­штей­ном, ко­то­рый, спа­са­ясь от на­циз­ма, в 1933-м пе­ре­брал­ся в США, Лев Сер­ге­е­вич иг­рал ду­э­том – Эйн­штейн, как из­вест­но, по­чти не рас­ста­вал­ся со скрип­кой. По­ми­мо это­го в сту­дии Тер­ме­на но­бе­лев­ский ла­у­ре­ат ра­бо­тал над про­бле­ма­ми ви­зу­а­ли­за­ции зву­ка. Сам же Лев Сер­ге­е­вич за­ни­мал­ся в Аме­ри­ке не толь­ко му­зы­каль­ным твор­че­ством. Он про­дол­жал ис­сле­до­ва­ния по элек­тро­тех­ни­ке, усо­вер­шен­ство­вал охран­ные си­сте­мы – аме­ри­кан­цы ку­пи­ли его раз­ра­бот­ки для тю­рем Аль­ка­трас и Синг-Синг и хра­ни­ли­ща зо­ло­то­го за­па­са США в Фор­тНокс. Что же ка­са­ет­ся тер­мен­вок­са, то по­чти сра­зу по при­ез­де Тер­мен про­дал ли­цен­зию на его про­из­вод­ство ком­па­нии RCa (Radio Corporation of america), а за вре­мя пре­бы­ва­ния в США два­жды мо­дер­ни­зи­ро­вал ин­стру­мент и де­лал спе­ци­аль­ные мо­ди­фи­ка­ции по ин­ди­ви­ду­аль­ным за­ка­зам из­вест­ных му­зы­кан­тов. Но мас­со­во­го рас­про­стра­не­ния (и, со­от­вет­ствен­но, вы­со­ких про­даж) тер­мен­вокс не по­лу­чил по той при­чине, что иг­рать на нем мог­ли, как уже го­во­ри­лось вы­ше, толь­ко про­фес­си­о­наль­ные ис­пол­ни­те­ли и толь­ко по­сле дли­тель­но­го обу­че­ния. В об­щей слож­но­сти бы­ло про­да­но все­го несколь­ко со­тен ин­стру­мен­тов. Кста­ти, с фи­нан­со­вым по­ло­же­ни­ем Тер­ме­на в «аме­ри­кан­ский» пе­ри­од да­ле­ко не все яс­но. Ши­ро­ко рас­про­стра­не­но мнение, что он ку­пал­ся в день­гах, что на его сче­тах бы­ли мил­ли­о­ны, что он был на ко­рот­кой но­ге с Рок­фел­ле­ром и Фор­дом. По­след­нее об­сто­я­тель­ство вполне мог­ло иметь ме­сто, учи­ты­вая сте­пень по­пу­ляр­но­сти Тер­ме­на. Что ка­са­ет­ся осталь­но­го – из­вест­но, что биз­не­сме­ном Лев Сер­ге­е­вич был неваж­ным, де­ло­вой хват­ки не имел, и его ком­па­нии «Teletouch» и «Theremin Studio» боль­ших при­бы­лей не при­но­си­ли. Вполне воз­мож­но, что изоб­ре­та­те­ля «до­фи­нан­си­ро­ва­ла» со­вет­ская раз­вед­ка, дабы под­дер­жи­вать его имидж и со­хра­нять ши­ро­ту кру­га его об­ще­ния. Есть, впро­чем, и пря­мо про­ти­во­по­лож­ная вер­сия: буд­то это он тра­тил льви­ную до­лю сво­их до­хо­дов на нуж­ды шпи­о­на­жа – с уста­нов­ле­ни­ем в 1933 го­ду ди­пло­ма­ти­че­ских от­но­ше­ний меж­ду СССР и США у ре­зи­ден­ту­ры по­яви­лась воз­мож­ность ра­бо­тать бо­лее ак­тив­но под при­кры­ти­ем по­соль­ства, кон­сульств и торг­пред­ства. При­мер­но в это же вре­мя Тер­мен раз­ра­бо­тал устрой­ство для пре­об­ра­зо­ва­ния в му­зы­ку тан­це­валь­ных дви­же­ний (в пла­нах был

при­бор, ре­а­ги­ру­ю­щий зву­ка­ми на дви­же­ние глаз). На­зва­но оно бы­ло терп­си­тон, по име­ни му­зы тан­ца Тер­пси­хо­ры. Во­пло­щать хо­рео­гра­фи­че­скую часть идеи в жизнь Ль­ву Сер­ге­е­ви­чу по­мо­га­ла труп­па тем­но­ко­жих тан­цов­щи­ков. Ито­гом со­труд­ни­че­ства ста­ли фиа­ско с терп­си­то­ном (у ба­ле­та не по­лу­чи­лось стан­це­вать­ся и «сыг­рать» те­ла­ми чи­стую ме­ло­дию) и по­бе­да в лич­ной сфе­ре: Тер­мен влю­бил­ся в кра­са­ви­цу Ла­ви­нию Ви­льямс. На тот мо­мент Лев Сер­ге­е­вич уже не был свя­зан уза­ми бра­ка. Вско­ре по­сле при­ез­да в Аме­ри­ку у его же­ны Ка­ти на­чал­ся роман с мо­ло­дым че­ло­ве­ком, ко­то­рый ока­зал­ся ак­тив­ным чле­ном на­цист­ской ор­га­ни­за­ции. В со­вет­ском по­соль­стве Тер­ме­ну на­сто­я­тель­но ре­ко­мен­до­ва­ли раз­ве­стись. Он под­чи­нил­ся. Жиз­не­лю­би­вый изоб­ре­та­тель в луч­ших тра­ди­ци­ях клас­си­ки пе­ре­жил ро­ма­ны со сво­и­ми уче­ни­ца­ми – Лю­си Ро­зен и Кла­рой Ро­зен­берг, ко­то­рую Тер­мен в пись­мах лю­бов­но на­зы­вал «Кла­ре­нок». Кла­ра бы­ла его со­оте­че­ствен­ни­цей и очень та­лант­ли­вой скри­пач­кой. Бра­ку со Львом Тер­ме­ном она пред­по­чла за­му­же­ство с Ро­бер­том Рок­мо­ром, успеш­ным им­пре­са­рио, обес­пе­чив­шим ей ка­рье­ру ис­пол­ни­тель­ни­цы-тер­мен­вок­сист­ки. А вот Ла­ви­ния Ви­льямс от­ве­ти­ла рус­ско­му ин­же­не­ру со­гла­си­ем. И, воз­мож­но, имен­но этот эк­зо­ти­че­ский со­юз явил­ся од­ним из фак­то­ров, уско­рив­ших вне­зап­ное воз­вра­ще­ние Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча на Ро­ди­ну. Ра­со­вая се­гре­га­ция в Аме­ри­ке кон­ца 30-х го­дов ХХ ве­ка бы­ла та­кой же идео­ло­ги­че­ской плат­фор­мой, как по­лит­кор­рект­ность – сей­час. При­чем за­ко­но­да­тель­но за­креп­лен­ной. Скан­даль­ная же­нить­ба на тем­но­ко­жей жен­щине за­кры­ла пе­ред Тер­ме­ном две­ри мно­гих ре­спек­та­бель­ных до­мов, где он был при­нят; контр­аген­ты раз­ры­ва­ли до­го­во­ры с его ком­па­ни­я­ми. Став из­го­ем, он боль­ше не мог быть по­ле­зен сво­ей стране в ка­че­стве шпи­о­на, – а это, ви­ди­мо, все же бы­ло ос­нов­ной це­лью его пре­бы­ва­ния в США. Сре­ди дру­гих воз­мож­ных при­чин воз­вра­ще­ния ис­сле­до­ва­те­ли жиз­ни изоб­ре­та­те­ля на­зы­ва­ют вполне офи­ци­аль­ное вы­дво­ре­ние Тер­ме­на вла­стя­ми. Яко­бы в од­ной из вен­гер­ских га­зет бы­ло на­пе­ча­та­но пись­мо, из ко­то­ро­го яв­ство­ва­ла связь Тер­ме­на с про­фа­шист­ской ор­га­ни­за­ци­ей «Об­ще­ство дру­зей Но­вой Гер­ма­нии» – ско­рее все­го, под­дель­ное. Тер­мен не хо­тел ехать без же­ны и пы­тал­ся тор­го­вать­ся. Ему бы­ло обе­ща­но, что Ла­ви­ния при­бу­дет в СССР сле­ду­ю­щим рей­сом. Она, кста­ти, бы­ла уве­ре­на, что му­жа про­сто по­хи­ти­ли – в том чис­ле и по­то­му, что в США ни об отъ­ез­де изоб­ре­та­те­ля, ни о его даль­ней­шей судь­бе ни­че­го не бы­ло из­вест­но. Он про­сто ис­чез и мно­го лет счи­тал­ся в Аме­ри­ке умер­шим. Есть

ИЗ ОБ­ВИ­НИ­ТЕЛЬ­НО­ГО ЗА­КЛЮ­ЧЕ­НИЯ ПО ДЕ­ЛУ ЛЬ­ВА ТЕР­МЕ­НА «...ТЕР­МЕН ЛЕВ СЕР­ГЕ­Е­ВИЧ, 1895 ГО­ДА РОЖ­ДЕ­НИЯ, УРО­ЖЕ­НЕЦ Г. ЛЕ­НИН­ГРА­ДА, РУС­СКИЙ, БЫВ­ШИЙ ДВО­РЯ­НИН, БЕС­ПАР­ТИЙ­НЫЙ, ИН­ЖЕ­НЕР-ФИ­ЗИК, РА­НЕЕ НЕ СУ­ДИМ, ОБ­ВИ­НЯ­ЕТ­СЯ В ТОМ, ЧТО: – В 1927 ГО­ДУ ВЫ­ЕХАЛ В ЗА­ГРА­НИЧ­НУЮ КО­МАН­ДИ­РОВ­КУ В ГЕР­МА­НИЮ И, НЕ ЖЕ­ЛАЯ ВОЗ­ВРА­ЩАТЬ­СЯ В СССР, С ПО­МО­ЩЬЮ ПРЕД­СТА­ВИ­ТЕ­ЛЕЙ НЕМЕЦ­КОЙ ФИР­МЫ “МИГОС” ПО­ЛУ­ЧИЛ ВИ­ЗУ НА ВЪЕЗД В САСШ, КУ­ДА ПЕ­РЕ­ЕХАЛ НА ЖИ­ТЕЛЬ­СТВО В 1928 ГО­ДУ; – БУ­ДУЧИ В АМЕ­РИ­КЕ, ТЕР­МЕН ДЛЯ РЕ­А­ЛИ­ЗА­ЦИИ СВО­ИХ ИЗОБ­РЕ­ТЕ­НИЙ ОР­ГА­НИ­ЗО­ВАЛ РЯД АК­ЦИ­О­НЕР­НЫХ ОБ­ЩЕСТВ С ПРИ­ВЛЕ­ЧЕ­НИ­ЕМ В НИХ АМЕ­РИ­КАН­СКИХ КА­ПИ­ТА­ЛИ­СТОВ МОРГЕНШТЕРНА, ЗИНМАНА, АШЕРА И ЗУКЕРМАНА, САМ ЖЕ ЗА­НИ­МАЛ В НИХ ПОСТ ВИ­ЦЕ-ПРЕ­ЗИ­ДЕН­ТА; – ЗА ВРЕ­МЯ ПРЕ­БЫ­ВА­НИЯ В АМЕ­РИ­КЕ ТЕР­МЕН ПРО­ДАЛ РЯД СВО­ИХ ИЗОБ­РЕ­ТЕ­НИЙ АМЕ­РИ­КАН­СКОЙ ПО­ЛИ­ЦИИ И ДЕ­ПАР­ТА­МЕН­ТУ ЮС­ТИ­ЦИИ...»

све­де­ния, что Ла­ви­ния ис­ка­ла Тер­ме­на, на­прав­ля­ла в СССР за­про­сы о его местонахождении и да­же прось­бы о предо­став­ле­нии ей со­вет­ско­го граж­дан­ства. Все без­ре­зуль­тат­но – боль­ше они ни­ко­гда не ви­де­лись. Впро­чем, ака­де­мик Жо­рес Ал­фе­ров в до­ку­мен­таль­ном филь­ме о Ль­ве Тер­мене «Пе­ре­жить ти­ра­на. Фа­уст ХХ ве­ка» пе­ре­да­ет сло­ва, буд­то бы ска­зан­ные ему са­мим Львом Сер­ге­е­ви­чем, что же­на бро­си­ла его еще до отъ­ез­да. 31 ав­гу­ста 1938 го­да под ви­дом по­мощ­ни­ка ка­пи­та­на Тер­мен под­нял­ся на борт суд­на «Ста­рый большевик», сле­ду­ю­ще­го рей­сом НьюЙорк – Ле­нин­град.

С КО­РАБ­ЛЯ – НА НАРЫ

«По при­ез­де за гра­ни­цу я ду­мал, что я сво­и­ми изоб­ре­те­ни­я­ми... при­об­ре­ту ми­ро­вую из­вест­ность, по­ло­же­ние и день­ги, но это­го до­стичь не су­мел. По су­ти, до дня мо­е­го отъ­ез­да в Со­вет­ский Со­юз я оста­вал­ся мел­ким хо­зяй­чи­ком ку­стар­ной ма­стер­ской. В та­ком по­ло­же­нии мне в даль­ней­шем оста­вать­ся не хо­те­лось». Ему хо­те­лось за­ни­мать­ся на­у­кой, иметь соб­ствен­ную ла­бо­ра­то­рию и при­но­сить поль­зу Ро­дине. Но де­ся­ти­лет­нее от­сут­ствие сыг­ра­ло с ним же­сто­кую шут­ку – ве­ро­ят­но, Лев Сер­ге­е­вич не до кон­ца осо­зна­вал, в ка­кую стра­ну он вер­нул­ся: сам факт столь дли­тель­но­го пре­бы­ва­ния за гра­ни­цей ав­то­ма­ти­че­ски от­но­сил его к «груп­пе рис­ка». Ему бы ти­хо осесть где-то в про­вин­ции – авось, о нем бы про­сто не вспом­ни­ли. Но Тер­мен оби­вал по­ро­ги сто­лич­ных ве­домств и ор­га­ни­за­ций в по­ис­ках ра­бо­ты. Его аре­сто­ва­ли че­рез 9 ме­ся­цев по­сле воз­вра­ще­ния, в ап­ре­ле 1939-го. Ин­кри­ми­ни­ро­ва­ли изоб­ре­та­те­лю со­труд­ни­че­ство с гер­ман­ской и аме­ри­кан­ской раз­вед­ка­ми и... со­уча­стие в убий­стве Ки­ро­ва, про­изо­шед­ше­го в де­каб­ре 1934 го­да в Ле­нин­гра­де. Вы­зы­ва­ет удив­ле­ние неви­дан­но мяг­кий для тех лет при­го­вор, вы­не­сен­ный Тер­ме­ну – 8 лет. От­бы­вать их Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча от­пра­ви­ли в один из ко­лым­ских ла­ге­рей. Еже­днев­но зе­ки шли на ра­бо­ты за несколь­ко ки­ло­мет­ров от жи­лой зо­ны. За­пол­нен­ные кам­нем и щеб­нем тя­же­лые непо­во­рот­ли­вые тач­ки нуж­но бы­ло катить пря­мо по зем­ле к ме­сту вы­груз­ки. Тер­мен из под­руч­ных средств по­стро­ил мо­но­рельс, ко­то­рый зна­чи­тель­но уско­рил и об­лег­чил про­цесс; про­из­во­ди­тель­ность его бри­га­ды сра­зу вы­рос­ла в ра­зы. К сча­стью, дол­го ко­вы­рять мерз­лую се­вер­ную зем­лю ин­же­не­ру не при­шлось: но­вый (с кон­ца но­яб­ря 1938-го) шеф НКВД Лав­рен­тий Бе­рия при­ка­зал со­брать по ла­ге­рям спе­ци­а­ли­стов-«тех­на­рей» для ра­бо­ты на во­ен­ные нуж­ды в за­сек­ре­чен­ных НИИ и КБ, про­зван­ных в на­ро­де «ша­раш­ка­ми». В кон­це 1939 го­да в од­ну из них, рас­по­ло­жен­ную в Москве на Яуз­ской на­бе­реж­ной, по­пал и Лев Сер­ге­е­вич Тер­мен. В «ша­раш­ках» от­бы­ва­ли за­клю­че­ние мно­гие осуж­ден­ные вы­да­ю­щи­е­ся уче­ные и изоб­ре­та­те­ли: на­чаль­ни­ком Тер­ме­на ока­зал­ся Ан­дрей Ни­ко­ла­е­вич Ту­по­лев, а од­ним из ас­си­стен­тов – Сер­гей Ко­ро­лев. Они за­ни­ма­лись про­ек­ти­ро­ва­ни­ем

ра­дио­управ­ля­е­мых бес­пи­лот­ных ле­та­тель­ных аппаратов, по су­ти – кры­ла­тых ра­кет, авиа­элек­тро­ни­ки, ра­дио­бу­ев, взры­ва­те­лей для авиа­бомб; по­ми­мо то­го Тер­мен раз­ра­ба­ты­вал вы­со­ко­ча­стот­ную за­кры­тую те­ле­фон­ную связь и, ко­неч­но, кон­стру­и­ро­вал под­слу­ши­ва­ю­щие устрой­ства. В од­ном из них, «Бу­ране», на ок­но про­слу­ши­ва­е­мо­го по­ме­ще­ния на­во­дил­ся ин­фра­крас­ный луч, окон­ное стек­ло вы­пол­ня­ло роль мем­бра­ны, его ко­ле­ба­ния из­ме­ня­ли дли­ну лу­ча, и эти из­ме­не­ния фик­си­ро­ва­ло при­ни­ма­ю­щее устрой­ство. За это изоб­ре­те­ние за­клю­чен­ный Тер­мен был удо­сто­ен Ста­лин­ской пре­мии I сте­пе­ни, при­чем пер­во­на­чаль­ную «вто­рую» ис­пра­вил в до­ку­мен­тах на «первую» соб­ствен­но­руч­но Отец на­ро­дов (Ль­ву Сер­ге­е­ви­чу вы­пла­ти­ли по­ло­ви­ну премиальных и предо­ста­ви­ли по­сле осво­бож­де­ния двух­ком­нат­ную квар­ти­ру в Москве). Тер­мен рас­ска­зы­вал, что про­слуш­ка сто­я­ла да­же в квар­ти­ре и ка­би­не­те Ста­ли­на, а в его обя­зан­но­сти вхо­ди­ло в том чис­ле очи­щать за­пись от по­сто­рон­них шу­мов и по­мех. В 1947 го­ду срок за­клю­че­ния Тер­ме­на по­до­шел к кон­цу. Путь на сво­бо­ду («в боль­шую зо­ну», как горь­ко шу­ти­ли не обо­льщав­ши­е­ся на­счет со­вет­ской дей­стви­тель­но­сти) был от­крыт – но что жда­ло там его, вче­раш­не­го зека? Го­лод и ли­ше­ния еще не опра­вив­шей­ся от вой­ны стра­ны и невоз­мож­ность най­ти ра­бо­ту по спе­ци­аль­но­сти? За го­ды эми­гра­ции и за­клю­че­ния его за­бы­ли – и как му­зы­кан­та, и как изоб­ре­та­те­ля. И Тер­мен при­нял пред­ло­же­ние остать­ся ра­бо­тать в за­кры­той ла­бо­ра­то­рии в си­сте­ме МГБ, где про­дол­жил за­ни­мать­ся в ос­нов­ном про­ек­ти­ро­ва­ни­ем под­слу­ши­ва­ю­щих устройств. В сле­ду­ю­щем го­ду Лев Сер­ге­е­вич же­нил­ся на Ма­рии Гу­щи­ной, ко­то­рая слу­жи­ла во все­силь­ном ми­ни­стер­стве ма­ши­нист­кой и бы­ла мо­ло­же Тер­ме­на на 25 лет. Та­ким об­ра­зом, он стал двое­жен­цем – ведь его брак с Ла­ви­ни­ей Ви­льямс не был офи­ци­аль­но рас­торг­нут. Вско­ре у су­пру­гов ро­ди­лись до­че­ри-близнецы На­та­лья и Еле­на (бу­дучи стар­ше же­ны на четверть ве­ка, Тер­мен по­чти на столь­ко же и пе­ре­жил ее – Ма­рия умер­ла в 1970-м).

«НЕ ВОС­ТРЕ­БО­ВАН»

Служ­бе в МГБ-КГБ Лев Сер­ге­е­вич от­дал без ма­ло­го два де­сят­ка лет и ушел на пен­сию в 1966-м, се­ми­де­ся­ти­лет­ним. Он мог бы про­дол­жать ра­бо­ту, посколь­ку был еще ак­ти­вен и по­лон сил, но ему ста­но­ви­лось труд­но на­хо­дить об­щий язык с но­вым на­чаль­ством (с при­хо­дом к вла­сти Хру­ще­ва в КГБ на­ча­лись ин­тен­сив­ные кад­ро­вые пе­ре­ста­нов­ки, ко­то­рые по­сле его сме­ще­ния толь­ко уси­ли­лись). Кро­ме то­го, как рас­ска­зы­вал

сам Лев Сер­ге­е­вич, ему ста­ли пред­ла­гать изу­чать НЛО, экс­тра­сен­со­ри­ку, воз­мож­ность пе­ре­да­чи мыс­лей на рас­сто­я­нии... Он же ис­кренне счи­тал все это ерун­дой. Впро­чем, у неко­то­рых кол­лег Тер­ме­на име­лось свое мнение по по­во­ду его за­ня­тий: они утвер­жда­ли, что Лев Сер­ге­е­вич был, так ска­зать, уз­ко­ода­рен­ным ге­ни­ем – толь­ко в том, что ка­са­лось ра­дио­тех­ни­ки, все осталь­ные на­прав­ле­ния ему прак­ти­че­ски не да­ва­лись да и бы­ли по­про­сту неин­те­рес­ны. Бо­лее то­го, в вос­тор­жен­ном хо­ре по по­во­ду ви­зит­ной кар­точ­ки Тер­ме­на, тер­мен­вок­са, зву­чат и скеп­ти­че­ские го­ло­са: то ли на­уч­ные оп­по­нен­ты, то ли про­сто за­вист­ни­ки от­ка­зы­ва­ют­ся при­знать ин­стру­мент не толь­ко ге­ни­аль­ным изоб­ре­те­ни­ем, но и изоб­ре­те­ни­ем во­об­ще. Так, случайная находка, на­уч­ный ка­зус, за­ба­ва – не бо­лее то­го... Од­на­ко же ин­стру­мент су­ще­ству­ет и по­ныне и но­сит имя сво­е­го со­зда­те­ля – это ли не са­мое луч­шее при­зна­ние?

За два го­да до вы­хо­да на пен­сию Лев Сер­ге­е­вич на­чал ра­бо­тать по до­го­во­ру в аку­сти­че­ской ла­бо­ра­то­рии Мос­ков­ской кон­сер­ва­то­рии, а по­сле уволь­не­ния из КГБ смог по­свя­щать все си­лы и вре­мя про­ек­ти­ро­ва­нию но­вых му­зы­каль­ных элек­тро­ин­стру­мен­тов (на­при­мер, мно­го­го­ло­со­го тер­мен­вок­са) и вос­ста­нов­ле­нию сво­их преж­них раз­ра­бо­ток – прав­да, де­нег ему за это не пла­ти­ли, ра­бо­тал он на об­ще­ствен­ных на­ча­лах. Его лек­ции на «аку­сти­че­ских сре­дах» со­би­ра­ли пол­ные ауди­то­рии. Как-то раз на од­ной из та­ких лек­ций (это был 1967 год) ока­зал­ся из­вест­ный аме­ри­кан­ский му­зы­каль­ный кри­тик и жур­на­лист The New York Times Гарольд Шон­берг. Есте­ствен­но, в га­зе­те сра­зу же по­явил­ся сен­са­ци­он­ный ре­пор­таж о том, что звез­да му­зы­каль­ной жиз­ни США 30-х го­дов рус­ский изоб­ре­та­тель Лев Тер­мен жив и «на­шел­ся» в Со­вет­ском Со­ю­зе! Ведь во всех спра­воч­ни­ках, где он был упо­мя­нут, бы­ла ука­за­на да­та его смер­ти – 1938 год. Аме­ри­ка пом­ни­ла Тер­ме­на: в кон­сер­ва­то­рию по­ле­те­ли пись­ма и ста­ли на­ве­ды­вать­ся жур­на­ли­сты. Ру­ко­вод­ство учеб­но­го за­ве­де­ния со­чло, что та­ко­го ро­да вни­ма­ние ему во­все ни к че­му, и свое недо­воль­ство про­де­мон­стри­ро­ва­ло весь­ма на­гляд­но: при­дя од­на­жды утром на ра­бо­ту, Лев Сер­ге­е­вич об­на­ру­жил все свои ин­стру­мен­ты на свал­ке – раз­ло­ман­ны­ми и из­руб­лен­ны­ми. Под пред­ло­гом на­ру­ше­ния им про­ти­во­по­жар­ной без­опас­но­сти Тер­ме­на уво­ли­ли. Но да­же то­гда ти­хим пен­си­о­не­ром-до­мо­се­дом он не стал. По про­тек­ции про­фес­со­ра МГУ Ре­ма Хох­ло­ва Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча взя­ли ме­ха­ни­ком 6 раз­ря­да на ка­фед­ру аку­сти­ки физ­фа­ка сто­лич­но­го уни­вер­си­те­та. За­ни­ма­ясь пла­но­вы­ми ра­бо­та­ми, Тер­мен про­дол­жал соб­ствен­ные ис­сле­до­ва­ния и, ко­неч­но, тру­дил­ся над усо­вер­шен­ство­ва­ни­ем тер­мен­вок­са, в част­но­сти, над со­зда­ни­ем его элек­трон­ной вер­сии. Но по­ми­мо «му­зы­ки небес­ных сфер» изоб­ре­та­те­ля ин­те­ре­со­ва­ли и ве­щи го­раз­до бо­лее про­за­и­че­ские. Шаг­нув­ший в вось­мой де­ся­ток Лев Сер­ге­е­вич на­ме­ре­вал­ся про­жить еще очень мно­го лет. Он при­ду­мал си­сте­му очист­ки и омо­ло­же­ния кро­ви и меч­тал сде­лать ее до­ступ­ной для всех. Су­мел до­бить­ся при­е­ма в ЦК КПСС, на­де­ясь на под­держ­ку, – и вы­шел от­ту­да оше­лом­лен­ный. «Крем­лев­ские старики», как на­звал сам Тер­мен лю­дей на­мно­го мо­ло­же се­бя, за­яви­ли, что за­да­ча пра­ви­тель­ства – на­кор­мить на­се­ле­ние, а не про­дле­вать ему жизнь... Свою же жизнь изоб­ре­та­тель про­дле­вал в том чис­ле уме­рен­но­стью в пи­та­нии. Близ­кие рас­ска­зы­ва­ли, что ни до­ма, ни в го­стях Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча невоз­мож­но бы­ло уго­во­рить съесть что-то сверх его лич­ной, весь­ма скром­ной нор­мы. За­то

он лю­бил са­хар и ел его очень мно­го да­же без ни­че­го, а «под­хо­дя­щую» еду, на­при­мер, ка­шу, по­сы­пал бук­валь­но сан­ти­мет­ро­вым сло­ем са­хар­но­го пес­ка.

В ЭПО­ХУ ПЕ­РЕ­МЕН

Меж­ду тем вре­мя «крем­лев­ских стар­цев» по­до­шло к кон­цу. Из­ме­не­ния на 1/6 ча­сти су­ши Зем­ли бы­ли стре­ми­тель­ны и ра­зи­тель­ны, и неко­то­рые из них обер­ну­лись для се­мьи Тер­ме­нов весь­ма при­ят­ны­ми сюр­при­за­ми. Еще до то­го как стра­на СССР ис­чез­ла с по­ли­ти­че­ской карты ми­ра, в 1987 го­ду, Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча из­бра­ли по­чет­ным чле­ном Меж­ду­на­род­ной фе­де­ра­ции элек­три­че­ской му­зы­ки при ЮНЕСКО, а в 1989-м вме­сте с до­че­рью На­та­льей при­гла­си­ли во фран­цуз­ский го­род Бурж на му­зы­каль­ный фе­сти­валь. На­та­лья иг­ра­ла на элек­трон­ном тер­мен­вок­се и зал вос­тор­жен­но ап­ло­ди­ро­вал ей, а Ль­ву Сер­ге­е­ви­чу при­сво­и­ли зва­ние «по­чет­но­го граж­да­ни­на го­ро­да Бур­жа». В сле­ду­ю­щем го­ду со­сто­я­лась по­езд­ка на Меж­ду­на­род­ный фе­сти­валь ком­пью­тер­ной му­зы­ки в Сток­гольм, а в 1991-м, по­сле бо­лее чем по­лу­ве­ко­во­го пе­ре­ры­ва, Тер­мен вновь сту­пил на аме­ри­кан­скую зем­лю – что­бы при­нять уча­стие в тор­же­ствах, по­свя­щен­ных 100-ле­тию Ст­эн­форд­ско­го уни­вер­си­те­та (в по­езд­ке его со­про­вож­да­ли дочь На­та­лья и внуч­ка Ольга). Пом­ним, что са­мо­му изоб­ре­та­те­лю на тот мо­мент бы­ло уже 95, но он с лег­ко­стью вы­дер­жал на­сы­щен­ную про­грам­му по­езд­ки: лек­ции, кон­цер­ты, че­ство­ва­ния, встре­чи. Соз­да­тель син­те­за­то­ра Ро­берт Муг на­звал его сво­им учи­те­лем и от­цом элек­трон­ной му­зы­ки. Лев Сер­ге­е­вич как буд­то вер­нул­ся на пол­жиз­ни на­зад, во вре­ме­на, ко­гда он был мо­лод, бо­гат и зна­ме­нит... Воз­мож­но, толь­ко во­оду­шев­ле­ние и подъ­ем по­мог­ли се­мье пе­ре­жить раз­гром до­маш­ней ла­бо­ра­то­рии Тер­ме­на – она на­хо­ди­лась в ком­на­те на Ло­мо­но­сов­ском про­спек­те. Ван­да­лы вы­кра­ли ар­хи­вы изоб­ре­та­те­ля, раз­би­ли его ин­стру­мен­ты – кто и за­чем это сде­лал, узнать так и не уда­лось. Это бы­ло не по­след­нее огор­че­ние Ль­ва Сер­ге­е­ви­ча. В 1992 го­ду для под­держ­ки и раз­ви­тия элек­тро­аку­сти­че­ской му­зы­ки был со­здан «Тер­мен-центр», к ко­то­ро­му сам Тер­мен не имел ни­ка­ко­го от­но­ше­ния. Его на­стой­чи­вые прось­бы убрать имя из на­зва­ния услы­ша­ны не бы­ли... В ян­ва­ре 1993-го по при­гла­ше­нию га­аг­ской кон­сер­ва­то­рии и Му­зея Га­а­ги Лев Сер­ге­е­вич с На­та­льей по­бы­ва­ли в Гол­лан­дии. И опять теп­лый при­ем и вос­торг слу­ша­те­лей на кон­цер­те, но бы­ло это в чу­жих стра­нах, а Тер­ме­ну очень хо­те­лось при­зна­ния на Ро­дине – что­бы как мож­но боль­ше лю­дей узна­ли

о тер­мен­вок­се. Он меч­тал и о соб­ствен­ной му­зы­каль­ной шко­ле, и о пол­но­цен­ной, а не до­маш­ней или под­поль­ной, ла­бо­ра­то­рии. Ни­че­му это­му осу­ще­ствить­ся бы­ло не суж­де­но. Отрад­но то, что сей­час ин­стру­мент вновь ста­но­вит­ся вос­тре­бо­ван­ным (нема­лую роль в его по­пу­ля­ри­за­ции иг­ра­ют чле­ны се­мьи Тер­ме­на), раз­лич­ные его мо­ди­фи­ка­ции про­из­во­дят несколь­ко фирм, хо­тя иг­ра­ю­щих тер­мен­вок­си­стов-про­фес­си­о­на­лов в ми­ре – счи­тан­ные еди­ни­цы. Соз­да­тель «му­зы­ки эфи­ра» скон­чал­ся 3 но­яб­ря 1993 го­да. Лев Сер­ге­е­вич же­лал, что­бы его по­хо­ро­ни­ли в веч­ной мерз­ло­те – с тем, что­бы ко­гда-ни­будь, ко­гда на­у­ка до­стиг­нет со­от­вет­ству­ю­ще­го уров­ня, его смог­ли ожи­вить, но упо­ко­ил­ся на Кун­цев­ском клад­би­ще в Москве. Бес­по­кой­ный изоб­ре­та­тель хо­тел и в смер­ти быть впе­ре­ди вре­ме­ни.

Отец со­вет­ской физики Aб­рам Фе­до­ро­вич Иоф­фе

«АБ­РАМ ФЕ­ДО­РО­ВИЧ БЫЛ МО­ИМ ПЕР­ВЫМ СЛУ­ША­ТЕ­ЛЕМ. КО­ГДА ОН ПО­ДО­ШЕЛ К СТО­ЛУ, НА КО­ТО­РОМ СТО­Я­ЛИ ПА­НЕ­ЛИ С РАДИОЛАМПОВЫМИ СХЕ­МА­МИ, И Я, НА­ЧАВ ДВИ­ГАТЬ РУ­КОЙ В ВОЗ­ДУ­ХЕ, СЫГ­РАЛ ЕМУ “ЛЕ­БЕ­ДЯ” СЕН-САН­СА, ОН ВЫ­РА­ЗИЛ ОЧЕНЬ БОЛЬ­ШОЕ УДИВ­ЛЕ­НИЕ И РА­ДОСТЬ, ЧТО ЭТА УДИ­ВИ­ТЕЛЬ­НАЯ ВЕЩЬ МО­ЖЕТ ПРИ­НЕ­СТИ БОЛЬ­ШУЮ ПОЛЬ­ЗУ, КАК В ИС­КУС­СТВЕ БУ­ДУ­ЩЕ­ГО, ТАК И В ПРО­ПА­ГАН­ДЕ ДО­СТИ­ЖЕ­НИЙ НА­У­КИ И ТЕХ­НИ­КИ» ЛЕВ ТЕР­МЕН

Лев Тер­мен в сво­ей ла­бо­ра­то­рии в Фи­зи­ко-тех­ни­че­ском ин­сти­ту­те

93

ТЕР­МЕН Свер­ху вниз: Лев Тер­мен воз­ле тер­мен­вок­са; га­зе­ты с пуб­ли­ка­ци­я­ми об изоб­ре­те­нии и его де­мон­стра­ци­ях

Свер­ху вниз: стра­ни­цы бро­шю­ры о тер­мен­вок­се. 1931; Лев Тер­мен и Кла­ра Ро­зен­берг (Рок­мор)

Сле­ва на­пра­во: Алек­сандра Сте­ра­но­ва – пер­вая сту­дент­ка Ль­ва Тер­ме­на в США; «Трио Тер­ме­на». 1932 ТЕР­МЕН

Изоб­ре­та­тель в на­ча­ле 1930-х

Сле­ва на­пра­во: Лев Тер­мен, из­вест­ный му­зы­кант Ген­ри Вуд и вы­да­ю­щий­ся уче­ный Оли­вер Лодж. Ан­глия, 1937

Лев Тер­мен воз­ле тер­мен­вок­са. 1920-е 97

ТЕР­МЕН Об­лож­ка жур­на­ла «Science and Invention». Де­кабрь 1927

Фо­то­гра­фии, сде­лан­ные при аре­сте

Лев Сер­ге­е­вич с доч­ка­ми Еле­ной и На­та­льей ДОЧЬ ТЕР­МЕ­НА ЕЛЕ­НА ВСПО­МИ­НА­ЛА, ЧТО ПО­СТО­ЯН­НЫМ ЗА­ТРУД­НЕ­НИ­ЕМ БЫ­ЛИ СПРАВ­КИ С МЕ­СТА РА­БО­ТЫ, КО­ТО­РЫЕ СЛЕ­ДО­ВА­ЛО ПРЕДО­СТАВ­ЛЯТЬ В ШКО­ЛУ. ТАМ БЫ­ЛО НА­ПИ­СА­НО ЛИШЬ ВЕ­ДОМ­СТВО: КГБ. НА ВО­ПРОС О ДОЛЖ­НО­СТИ УЧЕ­НЫЙ ОТ­ШУ­ЧИ­ВАЛ­СЯ: «МЛАД­ШИМ ПО­МОЩ­НИ­КОМ СТАР­ШЕ­ГО ДВОР­НИ­КА». ЧЕ­ГО ЛЕВ СЕР­ГЕ­Е­ВИЧ НЕ СЧИ­ТАЛ НУЖ­НЫМ СКА­ЗАТЬ, ТО­ГО НЕ ГО­ВО­РИЛ 100

Сле­ва на­пра­во: Лев Тер­мен с внуч­кой Оль­гой; cо сво­ей юной уче­ни­цей – на­чи­на­ю­щим ком­по­зи­то­ром Ли­дой Ка­ви­ной 101

104

Свер­ху вниз: Лев Тер­мен, Кла­ра Рок­мор, На­та­лья (дочь изоб­ре­та­те­ля) и Ольга (внуч­ка). 1991; Ро­берт Муг, соз­да­тель пер­во­го ком­мер­че­ски успеш­но­го син­те­за­то­ра

Свер­ху вниз: Тер­мен с до­че­рью На­та­льей (сидит сле­ва от от­ца) в Ка­за­ни. 1989; Лев Сер­ге­е­вич за ра­бо­той

ТЕР­МЕН

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.