Вик­тор Бо­ри­сов-му­са­тов: Жен­щи­на ____ в кри­но­лине стр . 34

Lichnosti - - News -

30 но­яб­ря 1874 го­да в ро­до­вом зам­ке Блен­хейм по­явил­ся на свет оче­ред­ной от­прыск се­мей­ства гер­цо­гов Маль­бо­ро – Уин­стон Лео­нард Спен­сер Чер­чилль. Ни­ко­гда еще сте­ны ро­до­во­го гнез­да не огла­ша­лись столь зыч­ным кри­ком, и это за­став­ля­ло вспом­нить, что сре­ди пред­ков но­во­рож­ден­но­го бы­ли и нор­манн­ские со­рат­ни­ки Виль­гель­ма За­во­е­ва­те­ля, и пи­рат Фр­эн­сис Дрейк... Ле­ди Чер­чилль раз­ре­ши­лась от бре­ме­ни преж­де­вре­мен­но, во вре­мя ба­ла. Хо­зя­е­ва бы­ли весь­ма огор­че­ны тем, что это слу­чи­лось в ком­на­те, слу­жив­шей в тот ве­чер дам­ской раз­де­вал­кой, а не в ка­ком-ни­будь бо­лее под­хо­дя­щем по­ме­ще­нии.

От­ца маль­чи­ка, лор­да Ран­доль­фа Чер­чил­ля, на­зы­ва­ли луч­шим мо­ло­дым ан­глий­ским по­ли­ти­ком, он был де­пу­та­том Па­ла­ты об­щин от Кон­сер­ва­тив­ной пар­тии и за­ни­мал долж­ность Канц­ле­ра каз­на­чей­ства. Мать Уин­сто­на, в де­ви­че­стве Джа­нет Дже­ром, слы­ла кра­са­ви­цей. Со сво­им бу­ду­щим су­пру­гом она по­зна­ко­ми­лась ле­том 1873 го­да в Ка­у­се, где про­во­ди­лась тра­ди­ци­он­ная ре­га­та. Де­вят­на­дца­ти­лет­няя аме­ри­кан­ка, дочь круп­но­го нью-йорк­ско­го фи­нан­си­ста, с пер­во­го взгля­да по­ко­ри­ла серд­це два­дца­ти­че­ты­рех­лет­не­го Ран­доль­фа, тре­тье­го сы­на Джо­на Уин­сто­на Спен­се­ра Чер­чил­ля, 7-го гер­цо­га Маль­бо­ро. Три дня спу­стя со­сто­я­лась ти­хая, без оглас­ки, по­молв­ка, а 15 ап­ре­ля 1874 го­да в бри­тан­ском по­соль­стве в Па­ри­же – бра­ко­со­че­та­ние.

Боль­шая часть до­хо­дов се­мьи ухо­ди­ла на под­дер­жа­ние уров­ня жиз­ни, со­от- вет­ству­ю­ще­го вы­со­ко­му по­ло­же­нию, – рос­кош­но­го до­ма, по­ро­ди­стых ло­ша­дей, зва­ных обе­дов... Ле­ди Чер­чилль бы­ла од­ной из са­мых бле­стя­щих жен­щин выс­ше­го све­та, но по­го­ва­ри­ва­ли, что она уж че­рес­чур друж­на с ав­стрий­ским ат­та­ше, гра­фом Кин­ским, а так­же с прин­цем Уэль­ским, на­след­ни­ком пре­сто­ла. Сплет­ни не на­ру­ша­ли доб­ро­го со­гла­сия в се­мье. Ху­же бы­ло дру­гое: не­смот­ря на внеш­нее бла­го­по­лу­чие, по мер­кам лон­дон­ско­го све­та Чер­чил­ли бы­ли бед­ны, как цер­ков­ные мы­ши. К со­жа­ле­нию, и отец ле­ди Чер­чилль обанк­ро­тил­ся вско­ре по­сле сва­дьбы до­че­ри.

... За­бо­та о ре­бен­ке бы­ла воз­ло­же­на на ня­ню, а в семь лет маль­чи­ка от­да­ли в пре­стиж­ную за­кры­тую под­го­то­ви­тель­ную шко­лу Сент-джордж в Аско­те. Од­но­класс­ник на­пи­сал в вос­по­ми­на­ни­ях о нем: «Ры­же­во­ло­сый и не­уго­мон­ный маль­чик, ма­лень­кий для сво­е­го воз­рас­та, сво­ей стра­стью к де­мон­стра­тив­но­му по­ве­де­нию и спо­рам дей­ство­вал всем на нер­вы». Знат­ное про­ис­хож­де­ние не из­бав­ля­ло на­ру­ши­те­ля дис­ци­пли­ны от те­лес­ных на­ка­за­ний, яв­ляв­ших­ся неотъ­ем­ле­мой ча­стью вик­то­ри­ан­ско­го вос­пи­та­ния. На­ве­щав­шая его ня­ня об­на­ру­жи­ла на те­ле маль­чи­ка сле­ды пор­ки, со­об­щи­ла об этом ма­те­ри, и его пе­ре­ве­ли в шко­лу се­стер Том­сон в Брай­тоне. Но и там ат­те­ста­ция по по­ве­де­нию гла­си­ла: «Ко­ли­че­ство уче­ни­ков в клас­се – 13. Ме­сто – 13-е». Успе­хи же Уин­сто­на в уче­бе бы­ли не бо­лее чем удо­вле­тво­ри­тель­ны­ми.

Хэр­роу – од­но из са­мых пре­стиж­ных учеб­ных за­ве­де­ний Ан­глии. Там Чер­чилль про­дол­жил свое обу­че­ние, и имен­но там, по его позд­ней­ше­му при­зна­нию, воз­не­на­ви­дел ла­тынь

и­гре­че­ский. Точ­ные на­у­ки он то­же от­вер­гал, как и все осталь­ные дис­ци­пли­ны, ко­то­рые не вы­зы­ва­ли его ин­те­ре­са. Уин­стон был в до­ста­точ­ной сте­пе­ни ода­рен, но от­ли­чал­ся ред­кост­ным упрям­ством и изу­чал толь­ко те пред­ме­ты и лишь у тех пре­по­да­ва­те­лей, ко­то­рые ему нра­ви­лись. Он пре­успел в вер­хо­вой ез­де, спор­тив­ных иг­рах, фех­то­ва­нии, ис­то­рии, ан­глий­ском язы­ке и ри­то­ри­ке; об­ла­дал пре­вос­ход­ной па­мя­тью и, зная на­изусть пье­сы Шекс­пи­ра, не упус­кал слу­чая по­пра­вить пре­по­да­ва­те­ля, ко­гда тот неточ­но ци­ти­ро­вал клас­си­ка. А од­на­ж­ды по­лу­чил пре­мию, без еди­ной ошиб­ки про­чи­тав по па­мя­ти 1200 строк из кни­ги Ма­ко­лея о Древ­нем Ри­ме. Не­смот­ря на та­кой свое­об­раз­ный под­ход к сво­е­му об­ра­зо­ва­нию, Уин­стон успеш­но вы­дер­жал вы­пуск­ные эк­за­ме­ны, а его до­сти­же­ния в изу­че­нии ис­то­рии бы­ли от­ме­че­ны осо­бо.

Сле­ду­ю­щим ме­стом уче­бы Уин­сто­на Чер­чил­ля дол­жен был стать Ко­ро­лев­ский во­ен­ный кол­ледж в Сан­д­хер­сте, но про­цесс по­ступ­ле­ния за­тя­нул­ся. Чер­чилль пи­сал: «Го­во­ри­ли, что ес­ли ты не круг­лый иди­от, то не мо­жешь не по­пасть в ар­мию». Несо­мнен­но, он им не был, и тем не ме­нее... По­сле вто­рой неудач­ной по­пыт­ки по­сту­пить в кол­ледж Уин­сто­ну при­шлось при­бег­нуть к по­мо­щи «ре­пе­ти­то­ра», знав­ше­го все во­про­сы, ко­то­рые мог­ли быть по­став­ле­ны аби­ту­ри­ен­там, и вдалб­ли­вав­ше­го в го­ло­вы сво­их под­опеч­ных от­ве­ты на них. 28 июня 1893 го­да Чер­чилль на­ко­нец-то сдал эк­за­ме­ны, по­ка­зав 92-й ре­зуль­тат из 102-х, и стал кур­сан­том клас­са лег­кой ка­ва­ле­рии. В Сан­д­хер­сте он об­рел под­хо­дя­щую сре­ду для сво­их та­лан­тов: при окон­ча­нии кол­ле­джа его ре­зуль­тат был уже 20-м сре­ди 130-ти. В­фев­ра­ле 1895-го Уин­сто­ну был при­сво­ен чин млад­ше­го лей­те­нан­та.

Ра­дость по слу­чаю окон­ча­ния уче­бы бы­ла омра­че­на смер­тью от­ца в ян­ва­ре то­го же го­да. При­чи­ной преж­де­вре­мен­ной кон­чи­ны (Ран­доль­фу Чер­чил­лю бы­ло толь­ко 46 лет) по­слу­жи­ли со­бы­тия, имев­шие ме­сто за во­семь лет до то­го. Он по­лу­чил пост ми­ни­стра фи­нан­сов и был ре­аль­ным пре­тен­ден­том на крес­ло пре­мьер-ми­ни­стра, но... Про­изо­шло непред­ви­ден­ное. Од­на­ж­ды утром Ран­дольф ска­зал жене, что ве­че­ром она услы­шит но­вость, ко­то­рая мо­жет ее огор­чить. В тот день он вы­сту­пил про­тив по­ли­ти­ки ка­би­не­та ми­ни­стров со страст­ной об­ли­чи­тель­ной ре­чью, по­сле че­го по­дал в от­став­ку. Ран­дольф не со­мне­вал­ся, что по­ло­же­ние его в пра­ви­тель­стве незыб­ле­мо, а по­доб­ная эс­ка­па­да мо­жет быть толь­ко на­ча­лом сле­ду­ю­ще­го вит­ка его по­ли­ти­че­ской ка­рье­ры. Он ошиб­ся – это ста­ло ее кра­хом.

В дей­стви­тель­но­сти его по­ве­де­ние бы­ло про­яв­ле­ни­ем уже на­чав­ше­го­ся за-

бо­ле­ва­ния моз­га. Здо­ро­вье Ран­доль­фа Чер­чил­ля про­дол­жа­ло стре­ми­тель­но ухуд­шать­ся, и за несколь­ко лет из мо­ло­до­го че­ло­ве­ка, свет­ско­го льва и ост­ро­сло­ва он пре­вра­тил­ся в раз­ва­ли­ну: с тру­дом пе­ре­дви­гал но­ги, те­рял нить раз­го­во­ра... Вне­зап­ное кру­ше­ние по­ли­ти­че­ской ка­рье­ры от­ца яви­лось, по вы­ра­же­нию ан­глий­ско­го ис­то­ри­ка Хью Тре­во­ра-ро­пе­ра, оскорб­ле­ни­ем, ко­то­ро­го «Чер­чилль-млад­ший ни­ко­гда не за­был и не про­стил».

По­сле его смер­ти Уин­стон осо­знал, что «вре­мя – пло­хой со­юз­ник». Оно не ста­нет ждать. В мар­те 1895 го­да Чер­чилль был за­чис­лен в Чет­вер­тый гу­сар­ский полк Ее Ве­ли­че­ства. Каж­дый мо­ло­дой офи­цер меч­та­ет о сла­ве ве­ли­ко­го пол­ко­вод­ца, но до­быть ее мож­но лишь во вре­мя во­ен­ных дей­ствий. Как на­зло, Бри­та­ния по­че­му-то не ве­ла ни­ка­ких войн, а Чер­чилль не был соз­дан для раз­ме­рен­но-спо­кой­ной ар­мей­ской жиз­ни. «Чем доль­ше я слу­жу, тем боль­ше мне нра­вит­ся слу­жить, но тем боль­ше я убеж­да­юсь в том, что это не для ме­ня», – пи­сал он ма­те­ри. Нуж­но бы­ло немед­лен­но что-то пред­при­нять, он про­сто не умел на­хо­дить­ся в со­сто­я­нии по­коя.

Уин­стон офор­мил от­пуск на пять ме­ся­цев и от­пра­вил­ся «по­ню­хать по­ро­ху» на Ку­бу, где ис­пан­ские вой­ска под ру­ко­вод­ством мар­ша­ла Кам­по по­дав­ля­ли вос­ста­ние мест­но­го на­се­ле­ния, при­няв­шее ха­рак­тер пар­ти­зан­ской вой­ны. Ан­глий­ско­му офи­це­ру, чис­лив­ше­му­ся на дей­стви­тель­ной служ­бе, непро­сто бы­ло ока­зать­ся в чу­жой ар­мии – что­бы по­ехать на Ку­бу, по­на­до­би­лось раз­ре­ше­ние ис­пан­ско­го пра­ви­тель­ства. С этим ему по­мог ан­глий­ский по­сол в Ма­д­ри­де, ста­рин­ный друг от­ца. Кро­ме то­го, Уин­стон пред­ло­жил свои услу­ги в ка­че­стве во­ен­но­го кор­ре­спон­ден­та га­зе­те «Дей­ли Гра­фик».

На Ку­бе он впер­вые по­бы­вал под ог­нем. Бо­е­вое кре­ще­ние Чер­чил­ля при­шлось на его два­дцать пер­вый день рож­де­ния. Ра­зу­ме­ет­ся, ка­ра­тель­ная экс­пе­ди­ция име­ла ма­ло об­ще­го с мас­штаб­ны­ми бо­е­вы­ми опе­ра­ци­я­ми ве­ли­ких пол­ко­вод­цев, о ко­то­рых ему до­во­ди­лось чи­тать, но это был его пер­вый опыт оче­вид­ца. И пер­вый опыт ре­пор­те­ра: «Здесь шла ре­аль­ная вой­на. Здесь все­гда мог­ло что-ни­будь слу­чить­ся, и я

мог оста­вить здесь свои ко­сти». Пять его ре­пор­та­жей опуб­ли­ко­ва­ла « Дей­ли Гра­фик», не­ко­то­рые из них бы­ли пе­ре­пе­ча­та­ны «Нью-йорк Таймс». Ста­тьи бы­ли при­ня­ты чи­та­те­ля­ми бла­го­склон­но, а го­но­рар за них за­ста­вил Чер­чил­ля все­рьез за­ду­мать­ся о ли­те­ра­тур­ной де­я­тель­но­сти. По­ми­мо об­ре­тен­ной ре­пор­тер­ской из­вест­но­сти он по­лу­чил ме­даль «Крас­ный крест» от ис­пан­ско­го пра­ви­тель­ства, а так­же две «ку­бин­ские» при­выч­ки, со­про­вож­дав­шие его всю жизнь: ку­ре­ние си­гар и по­сле­обе­ден­ная си­е­ста.

Вско­ре вме­сте с пол­ком Чер­чилль от­пра­вил­ся в Ин­дию, где его сно­ва ожи­да­ла мо­но­тон­ная гар­ни­зон­ная жизнь. Он мно­го чи­тал, стал од­ним из луч­ших иг­ро­ков в по­ло, ез­дил в Бри­та­нию на тор­же­ства по слу­чаю 60-ле­тия прав­ле­ния ко­ро­ле­вы Вик­то­рии, пу­те­ше­ство­вал по Ин­дии... На­ко­нец сно­ва за­пах­ло по­ро­хом. Не без по­мо­щи род­ствен­ных свя­зей он до­бил­ся пе­ре­во­да в экс­пе­ди­ци­он­ный кор­пус, дей­ство­вав­ший про­тив пу­штун­ских пле­мен в гор­ной об­ла­сти Ма­ла­канд. Эта кам­па­ния ока­за­лась непо­хо­жей на ку­бин­скую, пре­жде все­го – сво­ей же­сто­ко­стью. По мне­нию Чер­чил­ля, она бы­ла фи­нан­со­во ра­зо­ри­тель­ной, мо­раль­но без­нрав­ствен­ной, со­мни­тель­ной с во­ен­ной точ­ки зре­ния и оши­боч­ной – с по­ли­ти­че­ской. Но от­но­ше­ние к вы­пол­ня­е­мой им мис­сии не ме­ша­ло Чер­чил­лю про­яв­лять чу­де­са храб­ро­сти, за­ча­стую из­лиш­ней. «Я стрем­люсь к ре­пу­та­ции храб­ре­ца боль­ше, чем к че­му-ли­бо еще в этом ми­ре», – пи­сал он ма­те­ри. Кро­ме пи­сем, он про­дол­жал пи­сать и ре­пор­та­жи, пуб­ли­ко­вав­ши­е­ся в «Лон­дон Дей­ли Те­ле­граф», а вско­ре по окон­ча­нии кам­па­нии бы­ла из­да­на его кни­га «Ис­то­рия Ма­ла­канд­ско­го по­ле­во­го кор­пу­са» (1898).

Ли­те­ра­тор в Чер­чил­ле начал брать верх над офи­це­ром: ед­ва воз­вра­тив­шись, он стал до­би­вать­ся оче­ред­ной по­езд­ки, на этот раз для осве­ще­ния мах­дист­ско­го вос­ста­ния в Су­дане, но его же­ла­ние не встре­ти­ло по­ни­ма­ния ко­ман­до­ва­ния. Не­уго­мон­ный Уин­стон об­ра­тил­ся непо­сред­ствен­но к пре­мьер-ми­ни­стру, лор­ду Сол­с­бе­ри. В ре­зуль­та­те во­ен­ное ве­дом­ство удо­вле­тво­ри­ло его прось­бу, на­зна­чив на сверх­штат­ную долж­ность лей­те­нан­та. Долж­но­сти во­ен­но­го кор­ре­спон­ден­та «Мор­нинг Пост» Чер­чилль до­бил­ся са­мо­сто­я­тель­но.

За­ня­тая Чер­чил­лем-пуб­ли­ци­стом по­зи­ция об­ли­чи­те­ля, кри­ти­ко­вав­ше­го ко­ман­ду­ю­ще­го ан­глий­ски­ми вой­ска­ми ге­не­ра­ла

Кит­че­не­ра за же­сто­кое обра­ще­ние с плен­ны­ми и неува­же­ние к мест­ным обы­ча­ям, всту­пи­ла уже в пря­мой кон­фликт со слу­жеб­ным дол­гом Чер­чил­ля-офи­це­ра. «Он ве­ли­кий ­ге­не­рал,

но ни­кто еще не об­ви­нял его в том, что он ве­ли­кий джентль­мен», – ска­зал как-то про Кит­че­не­ра Чер­чилль в част­ной бе­се­де. Он все боль­ше убеж­дал­ся, что во­ен­ная служ­ба – не его при­зва­ние, хо­тя по-преж­не­му при­ни­мал ак­тив­ное участие в бо­е­вых дей­стви­ях, а при Ом­дур­мане ока­зал­ся участ­ни­ком по­след­не­го в ис­то­рии круп­но­го ка­ва­ле­рий­ско­го сра­же­ния бри­тан­ской ар­мии. Кни­га «Вой­на на ре­ке» (1899) о Ниль­ской экс­пе­ди­ции лор­да Кит­че­не­ра на­де­ла­ла мно­го шу­ма и ста­ла бест­сел­ле­ром. Су­дан­ская кам­па­ния за­кон­чи­лась, и Чер­чилль воз­вра­тил­ся в свой полк в Ин­дию. Здесь все бы­ло по-преж­не­му спо­кой­но: по­след­ним до­сти­же­ни­ем Чер­чил­ля-офи­це­ра ста­ла по­бе­да в со­ста­ве ко­ман­ды его пол­ка в на­ци­о­наль­ном чем­пи­о­на­те по по­ло. В мар­те 1899-го он вы­шел в от­став­ку.

В июле 1899 го­да Чер­чилль по­лу­чил пред­ло­же­ние бал­ло­ти­ро­вать­ся в пар­ла­мент по окру­гу Ол­дх­эм от Кон­сер­ва­тив­ной пар­тии – во вре­мя сво­е­го пре­бы­ва­ния в Лон­доне меж­ду Су­да­ном и Ин­ди­ей он неод­но­крат­но вы­сту­пал на ми­тин­гах кон­сер­ва­то­ров. Но пер­вая по­пыт­ка за­нять ме­сто в Па­ла­те об­щин бы­ла за­ве­до­мо об­ре­че­на. Из­би­ра­те­ли бы­ли недо­воль­ны недав­но при­ня­тым по ини­ци­а­ти­ве кон­сер­ва­то­ров за­ко­ном, предо­ста­вив­шим Ан­гли­кан­ской церк­ви фи­нан­си­ро­ва­ние из мест­ных бюд­же­тов. Чер­чил­лю не по­мог­ли ни за­яв­ле­ния о его несо­гла­сии с за­ко­ном, ни кри­ти­ка вы­дви­нув­шей его пар­тии. Воз­мож­но, впро­чем, как раз кри­ти­ка кон­сер­ва­то­ров и возы­ме­ла дей­ствие. Так или ина­че, но ман­да­ты от Ол­дх­э­ма до­ста­лись ли­бе­ра­лам.

Че­рез два дня по­сле на­ча­ла ан­гло­бур­ской вой­ны, 14 ок­тяб­ря 1899 го­да, Чер­чилль от­был в Аф­ри­ку в ка­че­стве во­ен­ко­ра «Мор­нинг Пост». При­ни­мая участие в бо­е­вых дей­стви­ях, он 15 но­яб­ря по­пал в плен, од­на­ко уже 12 де­каб­ря со­вер­шил по­бег. Ему уда­лось вско­чить на хо­ду в то­вар­ный по­езд и добрать­ся до Уит­бан­ка, где в те­че­ние несколь­ких дней его пря­тал в шах­те един­ствен­ный, по-ви­ди­мо­му, во всей окру­ге ан­гли­ча­нин, гор­ный ин­же­нер. Он же по­мог ему пе­ре­пра­вить­ся че­рез ли­нию фрон­та. Чер­чилль про­дол­жил свою де­я­тель­ность кор­ре­спон­ден­та. За му­же­ство, про­яв­лен­ное в хо­де бо­ев за Ал­маз­ный холм, он был пред­став­лен к Кре­сту Вик­то­рии, но пред­став­ле­ние не по­лу­чи­ло хо­да, так как фор­маль­но он то­гда на­хо­дил­ся в от­став­ке. В июле 1900 го­да Уин­стон воз­вра­тил­ся в Лон­дон, где об­на­ру­жил, что у него

по­явил­ся от­чим – прак­ти­че­ски его ро­вес­ник. Но Джа­нет не сму­ща­ла ни два­дца­ти­лет­няя раз­ни­ца в воз­расте, ни утра­та ти­ту­ла. Но­вый муж не был обре­ме­нен ка­ким-ли­бо со­сто­я­ни­ем или из­лиш­ком со­об­ра­зи­тель­но­сти, за­то от­ли­чал­ся оба­я­ни­ем и кра­со­той. Су­пру­ги про­жи­ли вме­сте две­на­дцать лет, при­чем оба счи­та­ли эти го­ды счаст­ли­вей­ши­ми в сво­ей жиз­ни.

Опуб­ли­ко­ван­ный в «Мор­нинг Пост» ре­пор­таж Чер­чил­ля с по­дроб­ным опи­са­ни­ем по­бе­га из пле­на и кни­га об ан­гло­бур­ской войне «Из Лон­до­на до Ле­дисми­та че­рез Пре­то­рию» (1900) сде­ла­ли его зна­ме­ни­тым. Сре­ди по­сле­до­вав­ших за­тем пред­ло­же­ний бал­ло­ти­ро­вать­ся в пар­ла­мент бы­ло и пред­ло­же­ние из­би­ра­те­лей окру­га Ол­дх­эм, обе­щав­ших от­дать ему свои голоса «вне за­ви­си­мо­сти от по­ли­ти­че­ских при­стра­стий». И они не под­ве­ли: в 1900 году Чер­чилль сно­ва бал­ло­ти­ро­вал­ся по окру­гу Ол­дх­эм от Кон­сер­ва­тив­ной пар­тии и на этот раз про­шел в пар­ла­мент. В два­дцать пять лет он стал са­мым мо­ло­дым де­пу­та­том Па­ла­ты об­щин.

Чув­ство­ва­лось, что при­шел он сю­да на­дол­го. «Не про­шло и пя­ти ми­нут с мо­мен­та по­яв­ле­ния в Па­ла­те об­щин Уин­сто­на Чер­чил­ля, как мы уви­де­ли, что он си­дит, раз­ва­лив­шись, на­дви­нув на лоб ци­линдр, скре­стив вы­тя­ну­тые но­ги, глу­бо­ко за­су­нув ру­ки в кар­ма­ны, и огля­ды­ва­ет­ся во­круг так, буд­то бы яв­ля­ет­ся не са­мым мо­ло­дым, а ста­рей­шим из де­пу­та­тов», – де­ли­лись вос­по­ми­на­ни­я­ми его кол­ле­ги. В пер­вой же пар­ла­мент­ской ре­чи Чер­чилль под­верг кри­ти­ке соб­ствен­ную пар­тию. Ли­дер кон­сер­ва­то­ров Джо­зеф Чем­бер­лен, кста­ти, вы­сту­пав­ший в Ол­дх­эме в его под­держ­ку, за­ме­тил: «Вот так и вы­бра­сы­ва­ют­ся на ве­тер пар­ла­мент­ские ме­ста». Он ока­зал­ся прав: в мае 1904 го­да Чер­чилль пе­ре­шел в ря­ды оп­по­зи­ци­он­ной Ли­бе­раль­ной пар­тии. Фор­маль­но пе­ре­ход объ­яс­нял­ся несо­гла­си­ем с про­тек­ци­о­нист­ской про­грам­мой Чем­бер­ле­на, об ис­тин­ных же при­чи­нах спо­рят до сих пор. Для кон­сер­ва­то­ров на­ста­ли не луч­шие вре­ме­на, от­че­го по­сту­пок Чер­чил­ля вы­гля­дел оди­оз­но. Ви­ди­мо, то­гда он и по­лу­чил про­зви­ще «Блен­хейм­ская Кры­са». Впро­чем, оно бы­ло еще од­ним из са­мых мяг­ких.

На сле­ду­ю­щих пар­ла­мент­ских вы­бо­рах ли­бе­ра­лы по­бе­ди­ли, и Чер­чилль стал стре­ми­тель­но про­дви­гать­ся по ка­рьер­ной лест­ни­це. С 1905-го по 1911-й го­ды он за­ни­мал по­сты зам­ми­ни­стра по де­лам ко­ло­ний, ми­ни­стра тор­гов­ли и про­мыш­лен­но­сти, ми­ни­стра внут­рен­них дел. Осу­ще­ствил не­ко­то­рые ре­фор­мы в со­ци­аль­ной об­ла­сти, рас­смат­ри­вая их как аль­тер­на­ти­ву со­ци­а­лиз­му: уста­но­вил пен­сии по ста­ро­сти, ввел стра­хо­ва­ние здо­ро­вья и за­ня­то­сти. Но со вре­ме­нем во взгля­дах Чер­чил­ля все боль­ше про­сту­пал кон­сер­ва­тор, и од­на­ж­ды Ллойд Джордж в серд­цах ­ска­зал

о нем: «Прав­да в том, что он не ли­бе­рал. Он не по­ни­ма­ет ли­бе­раль­ных взгля­дов». Дей­стви­тель­но, в ка­че­стве ми­ни­стра внут­рен­них дел Чер­чилль столь же­сто­ко по­дав­лял вы­ступ­ле­ния недо­воль­ных, что его по­спеш­но за­ме­ни­ли, пред­ло­жив пост Пер­во­го Лор­да Ад­ми­рал­тей­ства (во­ен­но-мор­ско­го ми­ни­стра). На но­вой долж­но­сти, ру­ко­вод­ству­ясь известным прин­ци­пом «Хо­чешь ми­ра – го­товь­ся к войне», он за­нял­ся пе­ре­во­ору­же­ни­ем фло­та, со­здал мор­ские ВВС. Во вре­мя од­но­го из ис­пы­та­ний (он про­сто не смог от­ка­зать се­бе в же­ла­нии по­участ­во­вать) но­вый са­мо­лет раз­ва­лил­ся в воз­ду­хе, и Чер­чилль уце­лел чу­дом. Он же пе­ре­вел бри­тан­ские бро­не­нос­цы с уголь­но­го на неф­тя­ное топливо, на­ла­дил тес­ные свя­зи с Ближ­ним Во­сто­ком и за­клю­чил до­го­во­ры на по­став­ку неф­ти.

Лич­ная жизнь Чер­чил­ля все­гда на­хо­ди­лась в те­ни, что не уди­ви­тель­но – для него са­мо­го де­ла сер­деч­ные ни­ко­гда не бы­ли на пер­вом плане. И, хо­тя жен­щин он не из­бе­гал, да­же на ба­лах не рас­ста­вал­ся с блок­но­том. В де­вят­на­дцать лет Уин­стон, как и по­ло­же­но бу­ду­ще­му офи­це­ру, увлек­ся мо­ло­дой ак­три­сой Мей­бл Лав, од­на­ко же без вза­им­но­сти. За ней опять по­сле­до­ва­ла ак­три­са – Этель Бэр­ри­мор, за­тем ари­сто­крат­ка Мар­га­рет Хорн.

Па­ме­ла Пла­уден ста­ла пер­вой, ко­му Чер­чилль сде­лал пред­ло­же­ние ру­ки и серд­ца. «Вы­хо­ди за ме­ня за­муж – и я за­во­юю мир и по­ло­жу его к тво­им но­гам», – пи­сал он сво­ей воз­люб­лен­ной. Два­дца­ти­двух­лет­ний Уин­стон впер­вые встре­тил Па­ме­лу на мат­че по по­ло в 1896 году в Ин­дии и влю­бил­ся

с пер­во­го взгля­да – «это са­мая кра­си­вая де­вуш­ка, ка­кую я ко­гда-ли­бо ви­дел», – со­об­щил он ма­те­ри. У Па­ме­лы оста­лось иное впе­чат­ле­ние: «При пер­вой встре­че с ним вам в гла­за сра­зу же бро­са­ют­ся все его недо­стат­ки. За­тем у вас ухо­дит вся жизнь на то, что­бы оце­нить все его до­сто­ин­ства». Она по­лу­чи­ла до­ста­точ­но вре­ме­ни для оцен­ки до­сто­инств Чер­чил­ля – их друж­ба и пе­ре­пис­ка про­дол­жа­лись всю жизнь. Но их се­мей­ная жизнь не со­сто­я­лась: с точ­ки зре­ния сэ­ра Тре­во­ра Чи­че­ли-пла­уде­на, гу­бер­на­то­ра Бен­га­лии и ви­це-ко­ро­ля Ин­дии, стес­нен­ный в сред­ствах мо­ло­дой офи­цер с ту­ман­ны­ми пер­спек­ти­ва­ми был непод­хо­дя­щей пар­ти­ей для его до­че­ри.

Вес­ной 1908 го­да, на­хо­дясь во вре­мя из­би­ра­тель­ной кам­па­нии в шот­ланд­ском го­ро­де Дан­ди, Уин­стон Чер­чилль позна- ко­мил­ся с мисс Кле­мен­ти­ной Хо­зье, до­че­рью от­став­но­го офи­це­ра и внуч­кой гра­фи­ни Эр­ли. Кста­ти, ее мать, ле­ди Бланч, бы­ла близ­кой по­дру­гой ма­те­ри Уин­сто­на. Зна­ком­ство со­сто­я­лась вполне тра­ди­ци­он­но, но по­сле­до­вав­шие за ним со­бы­тия обыч­ны­ми ни­как не на­звать: по­жар, во вре­мя ко­то­ро­го Уин­стон, спа­сая чу­жое иму­ще­ство, ед­ва не по­гиб под рух­нув­шей пря­мо за ним сте­ной. Про­яв­лен­ные бес­стра­шие и са­мо­от­вер­жен­ность не мог­ли оста­вить де­вуш­ку рав­но­душ­ной. На те­ле­грам­му с вы­ра­же­ни­ем сво­е­го вос­хи­ще­ния она по­лу­чи­ла от­вет: «По­жар был ве­ли­ко­леп­ным раз­вле­че­ни­ем, мы здо­ро­во по­ве­се­ли­лись!» – а за­тем по­сле­до­ва­ло пред­ло­же­ние ру­ки и серд­ца. 15 ав­гу­ста 1908 го­да га­зе­ты со­об­щи­ли об их по­молв­ке. Же­ни­ху бы­ло трид­цать че­ты­ре го­да, неве­сте на один­на­дцать лет мень­ше.

Кле­мен­ти­на при­над­ле­жа­ла к то­му же кру­гу, что и Чер­чилль, по­лу­чи­ла хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние, об­ла­да­ла тон­ким умом и, что ока­за­лось по­ис­ти­не бес­цен­ным, – чув­ством юмо­ра. Сва­деб­ная це­ре­мо­ния со­сто­я­лось 12 сен­тяб­ря 1908 го­да в при­ход­ской церк­ви Па­ла­ты об­щин в Вест­мин­сте­ре. Сре­ди по­дар­ков бы­ла трость от Эду­ар­да VII с дар­ствен­ной над­пи­сью на зо­ло­том на­бал­даш­ни­ке: «Мо­е­му са­мо­му мо­ло­до­му ми­ни­стру». Сра­зу же по­сле вен­ча­ния но­во­брач­ная по­лу­чи­ла пред­став­ле­ние о том, ка­кая жизнь ее ожи­да­ет: вый­дя из церк­ви, Уин­стон за­вел с дру­гом раз­го­вор о по­ли­ти­ке, а ме­до­вый ме­сяц по­свя­тил на­пи­са­нию оче­ред­ной кни­ги.

Брак ока­зал­ся счаст­ли­вым, во мно­гом – бла­го­да­ря Кле­мен­тине. Чер­чилль при­зна­вал, что же­на внес­ла в его жизнь спо­кой­ствие и уми­ро­тво­рен­ность: «я же­нил­ся и впредь жил счаст­ли­во». Ей же до­стал­ся муж с нелег­ким ха­рак­те­ром, па­то­ло­ги­че­ской несо­бран­но­стью и вред­ны­ми при­выч­ка­ми, ко­то­рые он не был скло­нен ме­нять в уго­ду ко­му бы то ни бы­ло. Ко­гда, ин­спек­ти­руя в Аф­ри­ке ко­ло­ни­аль­ные вой­ска, Чер­чилль по­же­лал при­нять ван­ну, то при­ка­зал опу­сто­шить па­ро­вой ко­тел па­ро-

во­за. Он ку­рил за зав­тра­ком у ко­ро­ля Са­у­дов­ской Ара­вии, не вы­но­сив­ше­го та­бач­но­го ды­ма. В от­но­ше­ни­ях с же­ной то­же бы­ли слож­но­сти: он – ти­пич­ная «со­ва», она – «жа­во­ро­нок». По сло­вам Чер­чил­ля, за дол­гую се­мей­ную жизнь они «все­го два-три ра­за по­про­бо­ва­ли по­зав­тра­кать вме­сте, но это бы­ло так невы­но­си­мо, что при­шлось от­ка­зать­ся от этой идеи, что­бы не раз­ру­шить се­мью». Элео­но­ра Ру­звельт как-то за­ме­ти­ла, что Кле­мен­тине до­ста­лась нелег­кая роль, но она иг­ра­ла ее с до­сто­ин­ством и оба­я­ни­ем.

...С на­ча­лом Пер­вой ми­ро­вой вой­ны вы­яс­ни­лось, что Чер­чилль – луч­ший эко­но­мист и ди­пло­мат, чем стра­тег. По­сле ря­да неудач и оши­бок он за­явил о сво­ей от­став­ке и вско­ре от­пра­вил­ся на фронт в чине май­о­ра ко­ман­до­вать ба­та­льо­ном фу­зи­ле­ров Ко­ро­лев­ско­го шот­ланд­ско­го пол­ка. Уин­стон про­сил под свое ко­ман­до­ва­ние бри­га­ду, но ему бы­ло от­ка­за­но. Быв­ший во­ен­ный ми­нистр в ро­ли ком­ба­та стал чуть ли не глав­ной до­сто­при­ме­ча­тель­но­стью фрон­та, при­вле­кая к сво­ей пер­соне по­вы­шен­ное вни­ма­ние. Сам он то­гда на­хо­дил­ся в со­сто­я­нии глу­бо­чай­ше­го кри­зи­са, ощу­щая се­бя по­ли­ти­че­ским тру­пом и во­об­ще кон­че­ным че­ло­ве­ком.

Его воз­вра­ще­ние в по­ли­ти­ку за­тя­ну­лось. Чер­чил­ля не вклю­чи­ли в со­став ко­а­ли­ци­он­но­го пра­ви­тель­ства, и толь­ко ле­том 1917 го­да он был на­зна­чен ми­ни­стром во­ен­но­го снаб­же­ния. К кон­цу вой­ны Чер­чилль вос­ста­но­вил свое по­ло­же­ние, а по­сле ка­пи­ту­ля­ции Гер­ма­нии и упразд­не­ния ми­ни­стер­ства до 1921-го го­да за­ни­мал по­сты во­ен­но-мор­ско­го ми­ни­стра и ми­ни­стра авиа­ции. Те­перь глав­ной бы­ла борь­ба с Со­вет­ской Рос­си­ей, но ин­тер­вен­ция про­тив нее про­ва­ли­лась. Его по­сле­ду­ю­щую де­я­тель­ность в ка­че­стве ми­ни­стра ко­ло­ний при­ня­то счи­тать бо­лее успеш­ной. Од­на­ко на вы­бо­рах 1922 го­да Ли­бе­раль­ная пар­тия по­тер­пе­ла со­кру­ши­тель­ное по­ра­же­ние, и пра­ви­тель­ство Ллой­да Джор­джа вы­нуж­де­но бы­ло уй­ти в от­став­ку. Ка­за­лось, по­ли­ти­че­ская ка­рье­ра Уин­сто­на Чер­чил­ля на этом долж­на бы­ла за­кон­чить­ся. Ока­зав­шись от­стра­нен­ным от по­ли­ти­че­ской де­я­тель­но­сти, Чер­чилль не впал в де­прес­сию, а за­нял­ся не ме­нее лю­би­мым де­лом – ли­те­ра­тур­ным твор­че­ством. Он начал ра­бо­ту над мно­го­том­ни­ком «Ми­ро­вой кризис», по мне­нию спе­ци­а­ли­стов, «са­мы­ми

бле­стя­щи­ми во­ен­ны­ми ме­му­а­ра­ми в ис­то­рии». Эта кни­га поз­во­ли­ла ему не толь­ко на­пом­нить о се­бе, но и при­нес­ла непло­хой до­ход: на го­но­рар, по­лу­чен­ный за пер­вые че­ты­ре то­ма, он при­об­рел по­ме­стье Чарт­велл. Кро­ме то­го, Чер­чилль об­на­ру­жил но­вые спо­соб­но­сти – жи­во­пис­ца. «Ко­гда я умру, пер­вый свой мил­ли­он лет в раю я по­свя­щу ри­со­ва­нию, что даст мне воз­мож­ность добрать­ся до су­ти пред­ме­та». Он был из­лишне скро­мен: его кар­ти­ны впо­след­ствии укра­си­ли мно­гие част­ные кол­лек­ции и му­зеи, при­вле­кая вни­ма­ние не толь­ко име­нем ав­то­ра, но и несо­мнен­ны­ми ху­до­же­ствен­ны­ми до­сто­ин­ства­ми.

По­ли­ти­ка то­же не бы­ла за­бы­та. Про­иг­рав на вы­бо­рах в 1922 году, Чер­чилль при­нял участие в до­сроч­ных вы­бо­рах 1923-го. Сно­ва неуда­ча. В сле­ду­ю­щем году он дей­ство­вал бо­лее преду­смот­ри­тель­но: на­шел из­би­ра­тель­ный округ, где бы­ла га­ран­ти­ро­ва­на под­держ­ка, спон­со­ра для сво­ей из­би­ра­тель­ной кам­па­нии, и на этот раз про­шел в пар­ла­мент как неза­ви­си­мый де­пу­тат. За­тем сно­ва сме­нил свои по­ли­ти­че­ские сим­па­тии, воз­вра­тил­ся к кон­сер­ва­то­рам и вско­ре за­нял пост ми­ни­стра фи­нан­сов. «Пре­врат­но­сти по­ли­ти­ки неис­чер­па­е­мы», – так ком­мен­ти­ро­вал Чер­чилль свое воз­вра­ще­ние. Но ко­гда в 1929 году к вла­сти при­шли лей­бо­ри­сты, ему при­шлось оста­вить пра­ви­тель­ство.

На трид­ца­тые го­ды при­шел­ся пик ли­те­ра­тур­ной ак­тив­но­сти Уин­сто­на. Еще в 1905-м вы­шла его «Жизнь лор­да Ран- доль­фа Чер­чил­ля», по­свя­щен­ная от­цу и по­лу­чив­шая при­зна­ние как од­на из наи­бо­лее ин­те­рес­ных ра­бот в жан­ре по­ли­ти­че­ской био­гра­фии. Те­перь же он за­вер­шил ше­сти­том­ное жиз­не­опи­са­ние сво­е­го зна­ме­ни­то­го пред­ка, пер­во­го гер­цо­га

Маль­бо­ро, – «Маль­бо­ро, его жизнь и вре­мя». Ин­те­рес у пуб­ли­ки так­же вы­зва­ла ав­то­био­гра­фи­че­ская кни­га «Ран­ние го­ды мо­ей жиз­ни», не оста­лись неза­ме­чен­ны­ми и мно­го­чис­лен­ные дру­гие про­из­ве­де­ния.

Пред­ви­дя но­вую угро­зу Бри­та­нии со сто­ро­ны Гер­ма­нии, Чер­чилль стал уде­лять по­вы­шен­ное вни­ма­ние этой про­бле­ме. В ре­чи «Во­про­сы вой­ны и ми­ра. Ев­ро­па сто­ит пе­ред вы­бо­ром», про­из­не­сен­ной в Ман­че­сте­ре 9 мая 1938 го­да, он пред­ло­жил свой план предот­вра­ще­ния гря­ду­щей вой­ны пу­тем со­зда­ния си­сте­мы кол­лек­тив­ной без­опас­но­сти.

Внеш­не­по­ли­ти­че­ский курс пре­мьер­ми­ни­стра Чем­бер­ле­на вы­зы­вал непри­я­тие и рез­кую кри­ти­ку со сто­ро­ны Чер­чил­ля. «Ми­ро­тво­рец кор­мит кро­ко­ди­ла в на­деж­де, что кро­ко­дил съест его по­след­ним», – скеп­ти­че­ски за­ме­тил он. По­ли­ти­ка со­гла­ша­тель­ства и по­та­ка­ния гит­ле­ров­ской Гер­ма­нии, уми­ро­тво­ре­ния ее за счет дру­гих го­су­дарств кос­вен­но спо­соб­ство­ва­ла на­ча­лу Вто­рой ми­ро­вой вой­ны. Мень­шее, что мог сде­лать Чем­бер­лен, – это по­дать в от­став­ку.

В день, ко­гда Бри­та­ния объ­яви­ла о сво­ем вступ­ле­нии в вой­ну, 3 сен­тяб­ря

1939 го­да, Чер­чилль сно­ва был на­зна­чен на пост Пер­во­го Лор­да Ад­ми­рал­тей­ства, хо­тя в на­ча­ле трид­ца­тых его шан­сы на воз­вра­ще­ние к го­су­дар­ствен­ной де­я­тель­но­сти оце­ни­ва­лись как ну­ле­вые. За­ни­ма­ясь пе­ре­во­ору­же­ни­ем бри­тан­ской ар­мии, он до­стиг се­рьез­ных успе­хов, а раз­ра­бо­тан­ный в то вре­мя танк по­лу­чил имя «Чер­чилль». Три сот­ни та­ких тан­ков, по­став­лен­ных по про­грам­ме ленд-ли­за СССР, при­ни­ма­ли участие в сня­тии бло­ка­ды Ле­нин­гра­да и в бит­ве на Кур­ской ду­ге. 10 мая 1940 го­да Чер­чилль был при­гла­шен в Бу­кин­гем­ский дво­рец, и ко­роль Георг VI, вос­поль­зо­вав­шись сво­им мо­нар­шим пра­вом, на­зна­чил его пре­мьер-ми­ни­стром Ве­ли­ко­бри­та­нии. Чер­чилль ста­но­вит­ся так­же и ми­ни­стром обо­ро­ны, и ли­де­ром Па­ла­ты об­щин, а с кон­ца го­да – и ли­де­ром Кон­сер­ва­тив­ной пар­тии. Вер­ши­на по­ли­ти­че­ско­го Олим­па, к ко­то­рой мо­ло­дой де­пу­тат начал вос­хож­де­ние в да­ле­ком 1900 году, на­ко­нец бы­ла по­ко­ре­на. Путь к ней был нелег­ким и из­ви­ли­стым и по­рой на­по­ми­нал путь Си­зи­фа, толь­ко вме­сто кам­ня Чер­чилль ка­тил впе­ре­ди се­бя груз сво­их ам­би­ций. К мо­мен­ту его на­зна­че­ния на пост пре­мье­ра Великобритания уже пол­го­да на­хо­ди­лась в со­сто­я­нии вой­ны с Гер­ма­ни­ей. Прав­да, мас­штаб­ные бо­е­вые дей­ствия не ве­лись ни од­ной из сто­рон, но бы­ло оче­вид­но, что это лишь за­ти­шье пе­ред бу­рей. День, ко­гда Чер­чилль всту­пил в долж­ность, стал на­ча­лом блиц­кри­га на за­па­де Ев­ро­пы. Ис­кать со­юз­ни­ков в Европе бы­ло позд­но: по­чти все стра­ны бы­ли объ­еди­не­ны в од­ну, и имя у них те­перь то­же бы­ло од­но на всех – Германия. Что­бы стре­мить­ся за­нять пост пре­мье­ра в этих об­сто­я­тель­ствах, нуж­но бы­ло быть или кли­ни­че­ским оп­ти­ми­стом, или уж со­всем неда­ле­ким по­ли­ти­ком. Или – Чер­чил­лем.

В тра­ди­ци­он­ных кон­сер­ва­тив­ных кру­гах ему не до­ве­ря­ли. В нем ви­де­ли аван­тю­ри­ста, ли­шен­но­го рас­су­ди­тель­но­сти, ве­до­мо­го ин­стинк­том, эмо­ци­я­ми, во­об­ра­же­ни­ем, склон­но­го к упро­ще­нию слож­ных про­блем и им­про­ви­за­ции ре­ше­ний. Но, ви­ди­мо, толь­ко та­кой че­ло­век – не ана­ли­тик по на­ту­ре, за­то с хо­ро­шей ре­ак­ци­ей и из­вест­ной до­лей бес­ша­баш­но­сти, по­мо­га­ю­щей пре­одо­ле­вать неожи­дан­ные пре­пят­ствия, спо­со­бен был спа­сти Бри­та­нию.

Лишь столь «твер­до­ло­бый» по­ли­тик, как Чер­чилль, мог про­дол­жать вой­ну, пред­ви­дя неиз­беж­ность по­ра­же­ния в слу­чае раз­ви­тия ши­ро­ко­мас­штаб­ных во­ен­ных дей­ствий. В чис­ле его сто­рон­ни­ков оста­ва­лись немно­гие кон­сер­ва­то­ры и пред­ста­ви­те­ли лей­бо­ри­стов, же­лав­шие про­дол­жать вой­ну из идео­ло­ги­че­ских со­об­ра­же­ний. Прав­да, за Чер­чил­лем сто­ял про­стой на­род, но он в сво­ем боль­шин­стве не осо­зна­вал, сколь вы­со­ки бы­ли во­ен­ные и эко­но­ми­че­ские став­ки. Как го­во­рил лорд Гл­э­ду­ин, Чер­чилль был сим­во­лом их кол­лек­тив­но­го ин­стинк­та. Мно­гие вли­я­тель­ные по­ли­ти­ки скло­ня­лись к воз­мож­но­сти до­го­во­рить­ся с Гит­ле­ром, убе­дить его в том, что Бри­та­ния, не­смот­ря на по­каз­ное воз­му­ще­ние, го­то­ва за­клю­чить мир на при­ем­ле­мых усло­ви­ях. Гер­ман­ское ру­ко­вод­ство то­же на­де­я­лось на из­ме­не­ние по­зи­ции Бри­та­нии, счи­тая, что мож­но бы­ло бы пред­ло­жить ей лег­кий вы­ход: не вме­ши­вать­ся в кон­ти­нен­таль­ные де­ла.

По­сле мол­ние­нос­ной по­бе­ды Гер­ма­нии в За­пад­ной Европе Гит­лер не стал пред­ла­гать мир сра­зу, дав вре­мя «для внут­рен­не­го раз­ви­тия со­бы­тий в Ан­глии», но ни­ка­ких со­бы­тий не про­изо­шло. За­тем, уже в июле 1940 го­да, он вы­сту­пил по ра­дио с ре­чью, при­зы­вая «ра­зум и здра­вый смысл Ве­ли­ко­бри­та­нии» по­ло­жить ко­нец войне, пред­ла­гая за­клю­чить мир, как за­клю­чи­ли его с Фран­ци­ей.

Но для Чер­чил­ля бы­ло оче­вид­но, что мир с Гер­ма­ни­ей от­кро­ет путь к гос­под­ству Гит­ле­ра на кон­ти­нен­те, по­сле че­го Бри­та­ния, пусть и со­хра­нив внеш­ние ат­ри­бу­ты мо­гу­ще­ства, долж­на бу­дет под­чи­нить­ся «но­во­му по­ряд­ку», что фак­ти­че­ски озна­ча­ло ко­нец им­пе­рии. Ес­ли же втя­нуть в борь­бу Со­еди­нен­ные Шта­ты, Бри­та­ния ста­нет пеш­кой в их ру­ках и бу­дет вы­нуж­де­на при­спо­саб­ли­вать­ся к аме­ри­кан­ским по­ли­ти­че­ским и эко­но­ми­че­ским це­лям. Чер­чилль вел пе­ре­го­во­ры и с Со­вет­ским Со­ю­зом, стре­мясь пре­вра­тить его из со­юз­ни­ка Гер­ма­нии в со­юз­ни­ка Бри­та­нии, или хо­тя бы удер­жать от уча­стия в войне на сто­роне Гер­ма­нии. Од­на­ко для СССР Бри­та­ния пред­став­ля­лась ста­рым в про­шлом и по­тен­ци­аль­ным в бу­ду­щем вра­гом, да и в Бри­та­нии Ста­ли­на счи­та­ли бо­лее опас­ным, чем Гит­ле­ра. Чер­чилль по­ла­гал, что ра­но или позд­но Гит­лер и Ста­лин столк­нут­ся. Но то­гда, в слу­чае по­бе­ды СССР, в За­пад­ной Европе, а мо­жет, и на всем кон­ти­нен­те бу­дет гос­под­ство­вать со­вет­ский ком­му­низм... Мир да­вал вы­иг­рыш во вре­ме­ни, но ра­но или позд­но все рав­но при­шлось бы опре­де­лить­ся. Для Гер­ма­нии эти ко­ле­ба­ния Бри­та­нии сек­ре­том не бы­ли.

Чер­чилль свой вы­бор сде­лал. «Мы пой­дем до кон­ца... Мы ни­ко­гда не сда­дим­ся».

Гит­лер то­же сде­лал свой вы­бор. 1 ав­гу­ста 1940 го­да он из­дал ди­рек­ти­ву люфтваф­фе в крат­чай­шие сро­ки по­да­вить Ко­ро­лев­ские ВВС и на­чать бом­бар­ди­ров­ку га­ва­ней и скла­дов. Раз­вер­нув про­тив тор­го­во­го фло­та под­вод­ную вой­ну, он по­ла­гал вы­звать в Бри­та­нии го­лод и за­ста­вить ее по­ко­рить­ся. По­это­му уже раз­ра­бо­тан­ный план во­ен­но-мор­ско­го втор­же­ния в Бри­та­нию был от­ло­жен, а глав­ной це­лью Гер­ма­нии ста­но­вил­ся Со­вет­ский Со­юз. В пер­вый день на­ча­той Гит­ле­ром вой­ны про­тив Со­вет­ско­го Со­ю­за, 22 июня 1941 го­да, Чер­чилль вы­сту­пил по ра­дио БиБи-си с ре­чью, об­ра­щен­ной не толь­ко к сво­е­му на­ро­ду, но и, воз­мож­но, да­же в первую оче­редь, – к со­вет­ско­му. «Лю­бой че­ло­век или го­су­дар­ство, ко­то­рые бо­рют­ся про­тив на­циз­ма, по­лу­чат на­шу

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.