Ели­за­ве­та II:

Lichnosti - - Елизавета II. Корона Британской Империи -

«Ес­ли бы пар­ла­мент од­на­жды про­го­ло­со­вал за казнь ко­ро­ле­вы, то этот за­кон дол­жен был бы быть ею под­пи­сан и ни­ка­кой воз­мож­но­сти от­ка­зать­ся от под­пи­са­ния у нее бы не бы­ло», – иро­ни­зи­ро­вал один из­вест­ный бри­тан­ский ис­то­рик. И так ре­ши­тель­но во всем. Ко­ро­ле­ва име­ет пра­во от­прав­лять пре­мьер­ми­ни­стра и весь его ка­би­нет в от­став­ку, но ни­ко­гда это­го не де­ла­ла. Ей при­над­ле­жит пре­ро­га­ти­ва объ­яв­лять от име­ни ко­ро­лев­ства вой­ну и за­клю­чать мир, од­на­ко вой­ны успеш­но раз­вя­зы­ва­ют­ся, а мир во­ца­ря­ет­ся и без ее уча­стия. От ее име­ни бри­тан­цам вы­да­ют­ся пас­пор­та, а са­ма ко­ро­ле­ва так и жи­вет без пас­пор­та. За­то ей при­над­ле­жат все осет­ро­вые ры­бы, ки­ты и дель­фи­ны в бри­тан­ских тер­ри­то­ри­аль­ных во­дах – со­от­вет­ству­ю­щий за­кон был при­нят в 1324 го­ду и с тех пор не пе­ре­смат­ри­вал­ся, так как ни­ко­му не ме­шал. Вся жизнь этой жен­щи­ны ре­гла­мен­ти­ро­ва­на тра­ди­ци­ей, ко­то­рую мно­гие се­год­ня вос­при­ни­ма­ют как сплош­ной па­ра­докс и ана­хро­низм, – и все-та­ки упор­но при­дер­жи­ва­ют­ся ее, по­сколь­ку долж­но же быть в ми­ре хоть что-то ста­биль­ное, неиз­мен­ное, бес­смерт­ное

«Бер­ти об­суж­дал со мной имя де­воч­ки, – вспо­ми­нал ан­глий­ский король Георг V из Вин­дзор­ской ди­на­стии рож­де­ние внучки. – Он на­звал три име­ни: Ели­за­ве­та, Алек­сандра и Ма­рия. Име­на все хо­ро­шие, я так ему и ска­зал, а на­счет Вик­то­рии я с ним аб­со­лют­но со­гла­сен. Это бы­ло лиш­нее».

Де­воч­ка ро­ди­лась 21 ап­ре­ля 1926 го­да, в се­мье прин­ца Аль­бер­та, гер­цо­га Йорк­ско­го, и его же­ны ле­ди Ели­за­ве­ты Бо­уз- Лай­он. Име­на она по­лу­чи­ла в честь ма­те­ри, ба­буш­ки и пра­баб­ки, а без по­бе­ди­тель­но­го и наи­бо­лее ко­ро­лев­ско­го ре­ши­ли обой­тись. В кру­гу се­мьи бе­ло­ку­рую ма­лыш­ку на­зы­ва­ли Ли­ли­бет.

О том, что она ко­гда-ни­будь ста­нет ко­ро­ле­вой, речь не шла. Наслед­ни­ком пре­сто­ла был стар­ший сын ко­ро­ля Геор­га V, ее дя­дя Дэ­вид, принц Уэль­ский – хо­ло­стяк, он был еще мо­лод, вполне мог же­нить­ся, и сле­ду­ю­щи­ми в ли­нии на­сле­до­ва­ния бри­тан­ской ко­ро­ны ста­ли бы его де­ти. Ли­ли­бет и ее млад­шая сест­ра Мар-

га­рет вос­пи­ты­ва­лись дома, под ру­ко­вод­ством ма­те­ри, ба­буш­ки и гу­вер­нант­ки Мэ­ри Кро­уфорд по про­зви­щу Кро­фи, ко­то­рая оста­ви­ла вос­по­ми­на­ния о ма­лень­ких прин­цес­сах.

Ли­ли­бет и Мар­га­рет, раз­ни­ца меж­ду ко­то­ры­ми со­став­ля­ла че­ты­ре го­да, с дет­ства оде­ва­ли в оди­на­ко­вые пла­тья и ста­ра­лись не де­лать меж­ду ни­ми раз­ни­цы в вос­пи­та­нии, как меж­ду близ­не­ца­ми. Од­на­ко ха­рак­те­ром с ран­не­го дет­ства от­ли­ча­лась имен­но Ли­ли­бет. Она мог­ла рез­ко одер­нуть про­дав­щи­цу из чай­ной, ко­то­рая, не узнав прин­цесс, сде­ла­ла ей за­ме­ча­ние, мог­ла с до­сто­ин­ством одер­нуть по­здо­ро­вав­ше­го­ся с ней гоф­мей­сте­ра сво­е­го де­душ­ки: « Я не юная ле­ди, а прин­цес­са Ели­за­ве­та!», а при­сут­ствуя с ба­буш­кой на тор­же­стве, вол­но­ва­лась, что обя­за­на по­ка­зать­ся с бал­ко­на со­брав­шим­ся

вни­зу лю­дям – как они без нее? А еще Ли­ли­бет очень лю­би­ла со­бак и ло­ша­дей; ез­дить вер­хом на по­ни она на­учи­лась рань­ше, чем чи­тать и пи­сать.

Бу­дучи се­мьей ари­сто­кра­ти­че­ской, но без пре­тен­зий на пре­стол, гер­цог и гер­цо­ги­ня Йорк­ские с детьми оби­та­ли во двор­це в Кен­синг­тон­ских са­дах в за­пад­ной ча­сти Лон­до­на. «Мы как буд­то жи­ли в башне из сло­но­вой ко­сти, вда­ли от ре­аль­но­го ми­ра, – пи­са­ла Мэ­ри Кро­уфорд. – Ко­гда я об этом вспо­ми­наю, мне ка­жет­ся, что там, во двор­це, все­гда бы­ла вес­на». В 1936 го­ду король Георг V умер. Пре­стол на­сле­до­вал принц Дэ­вид под име­нем

Эду­ар­да VIII. Дя­дя Ли­ли­бет ни­ко­гда не от­ли­чал­ся стро­го­стью нра­вов, но его ро­ман с аме­ри­кан­кой У ол­лис Симп­сон, два­жды раз­ве­ден­ной и за­ме­чен­ной в по­ро­ча­щих свя­зях с несколь­ки­ми ди­пло­ма­та­ми, вклю­чая Риб­бен­тро­па, по­тряс ос­но­вы доб­ро­по­ря­доч­ной мо­нар­хии, а же­ла­ние ко­ро­ля же­нить­ся на Уол­лис и во­все при­ве­ло к пра­ви­тель­ствен­но­му кри­зи­су. Со­глас­но дру­гой вер­сии, де­ло бы­ло не столь­ко

ву ол­лис, сколь­ко в про­на­цист­ских сим­па­ти­ях са­мо­го ко­ро­ля, непри­ем­ле­мых для пра­ви­тель­ства. К кон­цу го­да об­ста­нов­ка при дво­ре на­ка­ли­лась до пре­де­ла, и король от­рек­ся от пре­сто­ла, на ко­то­ром про­был все­го 325 дней. В день, на­зна­чен­ный для его ко­ро­на­ции, 12 мая 1937 го­да, ко­ро­ну воз­ло­жи­ли на го­ло­ву его млад­ше­го бра­та.

Аль­берт, гер­цог Йорк­ский, взо­шел на трон под име­нем ко­ро­ля Геор­га VI. Се­мья пе­ре­еха­ла в Бу­кин­гем­ский дво­рец, где Ли­ли­бет не по­нра­ви­лось: она утвер­жда­ла, что по это­му ко­лос­саль­но­му зда­нию мож- но нор­маль­но пе­ре­ме­щать­ся разве что на ве­ло­си­пе­де.

Де­ся­ти­лет­няя Ели­за­ве­та как стар­шая ко­ро­лев­ская дочь по­лу­чи­ла ти­тул Heir presumptive – воз­мож­ной на­след­ни­цы, ведь у нее мог еще ро­дить­ся млад­ший брат, и то­гда наслед­ни­ком стал бы имен­но он. Од­на­ко об­ра­зо­ва­ни­ем Ели­за­ве­ты оза­бо­ти­лись се­рьез­нее, чем рань­ше. Ес­ли до это­го обе­их прин­цесс учи­ли как всех де­ву­шек «из хо­ро­ших се­мей»: язы­ки, ис­то­рия, ис­кус­ство­ве­де­ние, му­зы­ка, – то те­перь она на­ча­ла по­се­щать лек­ции по

­кон­сти­ту­ци­он­ной ис­то­рии в Итон­ском кол­ле­дже, а та­к­же ин­ди­ви­ду­аль­ные за­ня­тия с его рек­то­ром Ген­ри Мар­ти­ном.

Ей бы­ло три­на­дцать лет, ко­гда на­ча­лась вой­на. В опа­се­нии воз­мож­ных бом­бар­ди­ро­вок из Лон­до­на эва­ку­и­ро­ва­ли де­тей. Ли­ли­бет и Мар­га­рет вы­еха­ли вш от­лан­дию, за­тем в Нор­фолк. Здесь то­же бы­ло опас­но, об­суж­да­лась воз­мож­ность вы­вез­ти де­во­чек в Ка­на­ду. Точ­ку в этих пла­нах по­ста­ви­ла ко­ро­ле­ва: «Де­ти не по­едут без ме­ня, я не по­ки­ну ко­ро­ля, а король не оста­вит стра­ну». Боль­шую часть вой­ны де­ти про­ве­ли в Вин­дзо­ре, лет­ней ре­зи­ден­ции в Берк­ши­ре к за­па­ду от Лон­до­на, в то вре­мя как са­ми король и ко­ро­ле­ва не по­ки­да­ли Бу­кин­гем­ско­го двор­ца да­же во вре­мя воз­душ­ных на­ле­тов и рис­ко­ва­ли на­равне со сво­и­ми под­дан­ны­ми. И ес­ли в на­ча­ле вой­ны Георг VI скло­нял­ся к за­клю­че­нию мир­но­го до­го­во­ра с Гит­ле­ром, спо­ря с Чер­чил­лем, в даль­ней­шем раз­но­гла­сий меж­ду ко­ро­лем и пре­мьер-ми­ни­стром по клю­че­вым во­про­сам вой­ны не бы­ло.

13 ок­тяб­ря 1940 го­да че­тыр­на­дца­ти­лет­няя прин­цес­са Ели­за­ве­та вы­сту­пи­ла по ра­дио ВВС, об­ра­ща­ясь со сло­ва­ми обод­ре­ния к де­тям, по­стра­дав­шим от вой­ны. В сем­на­дцать она впер­вые са­ма, как взрос­лая, на­нес­ла

ви­зит в полк гвар­дей­ских гре­на­де­ров. А в во­сем­на­дцать ста­ла од­ним из пя­ти «го­су­дар­ствен­ных со­вет­ни­ков»: король по­сто­ян­но по­се­щал ме­ста, под­вер­гав­ши­е­ся воз­душ­ным на­ле­там, во­ен­ные аэро­дро­мы и ко­раб­ли, и ес­ли бы с ним что-то слу­чи­лось, прин­цес­са и ее «кол­ле­ги» долж­ны бы­ли при­сту­пить к ис­пол­не­нию его функ­ций.

Де­я­тель­ная Ли­ли­бет по­сто­ян­но пы­та­лась до­бить­ся раз­ре­ше­ния от­ца по­йти в ар­мию, хо­тя бы мед­сест­рой; зи­мой 1945-го ей уда­лось сло­мить ко­ро­лев­ское со­про­тив­ле­ние и всту­пить в жен­ский от­ряд са­мо­обо­ро­ны – «Вс­по­мо­га­тель­ную тер­ри­то­ри­аль­ную служ­бу». Во­ен­ную спе­ци­аль­ность прин­цес­са по­лу­чи­ла су­ро­вую – во­ди­тель-ме­ха­ник са­ни­тар­но­го ав­то­мо­би­ля, и нес­ла служ­бу в зва­нии млад­ше­го лей­те­нан­та, под лич­ным но­ме­ром 230873. Про­слу­жить ей уда­лось пять ме­ся­цев – вп­лоть до по­бе­ды.

В день по­бе­ды сест­ры-прин­цес­сы по­про­си­ли у ро­ди­те­лей раз­ре­ше­ния вый­ти «в на­род», и ужас­но бо­ясь, при­зна­ва­лась Ли­ли­бет, быть узнан­ны­ми, про­шлись в тол­пе по цен­тру Лон­до­на. «Незна­ко­мые лю­ди дер­жа­лись за ру­ки и так шли вниз по ули­це Уайт­холл, – вспо­ми­на­ла она, – мы бук­валь­но про­ка­ти­лись на волне все­об­ще­го сча­стья и об­лег­че­ния». С Фи­лип­пом Ма­унт­бет­те­ном, даль­ним род­ствен­ни­ком Ели­за­ве­ты, пра­пра­вну­ком ко­ро­ле­вы Вик­то­рии, прин­цем Гре­че­ским и Дат­ским, они в дет­стве то и де­ло встре­ча­лись на се­мей­ных тор­же­ствах. Но по­на­сто­я­ще­му по­зна­ко­ми­лись пе­ред са­мой вой­ной, 22 июля 1939 го­да, ко­гда король с се­мьей по­се­тил Дарт­мут­ский во­ен­но­мор­ской кол­ледж, где учил­ся Фи­липп. Ему бы­ло во­сем­на­дцать, а Ли­ли­бет – все­го три­на­дцать.

«Во вре­мя иг­ры в тен­нис мне по­ка­за­лось, что он уж слиш­ком изоб­ра­жа­ет из се­бя пав­ли­на, уж слиш­ком рас­пу­стил хвост, – вспо­ми­на­ла Мэ­ри Кро­уфорд, – но я долж­на при­знать, что он про­из­вел очень силь­ное впе­чат­ле­ние на де­во­чек... Он до­воль­но хо­рош со­бой, но уж боль­но раз­вя­зен и без­за­стен­чив...» Ко­гда ко­ро­лев­ская ях­та от­плы­ва­ла, а кур­сан­ты со­про­вож­да­ли ее на шлюп­ках, Фи­липп на­ле­гал на вес­ла до тех пор, по­ка его дя­дя, лорд Ма­унт­бет­тен, не рявк­нул в гром­ко­го­во­ри­тель, при­ка­зы­вая ему вер­нуть­ся.

Во вре­мя вой­ны Фи­липп в чине лей­те­нан­та слу­жил на во­ен­ном эс­мин­це, они с Ели­за­ве­той ожив­лен­но пе­ре­пи­сы­ва­лись. Ко­ро­лев­ская се­мья не бы­ла в вос­тор­ге: Фи­липп был прин­цем без ко­ро­лев­ства и со­сто­я­ния, по­том­ком сверг­ну­той ди­на­стии, а три его сест­ры вы­шли за­муж за немец­ких прин­цев, сто­рон­ни­ков на­ци­стов. Со­глас­но кон­спи­ро­ло­ги­че­ской вер­сии, брак Ели­за­ве­ты и Фи­лип­па лоб­би­ро­вал про­жжен­ный ин­три­ган лорд Ма­унт­бет­тен, имен­но ра­ди это­го ко­вар­но­го пла­на он и свел их еще в Дарт­му­те. Од­на­ко бри­тан­цы пред­по­чи­та­ют ли­ри­че­ски-иро­нич­ную, со­глас­но ко­то­рой Ели­за­ве­та все ре­ши­ла

са­ма, упря­мо бо­ро­лась за свою лю­бовь, сме­тая пре­пят­ствия, а принц Фи­липп был по­про­сту по­став­лен пе­ред фак­том; в наи­бо­лее сар­ка­стич­ном ва­ри­ан­те он узнал о соб­ствен­ной сва­дьбе, бу­дучи при­гла­шен­ным на нее в ка­че­стве же­ни­ха.

Бра­ко­со­че­та­ние со­сто­я­лось в Вест­мин­стер­ском аб­бат­стве 20 но­яб­ря 1947 го­да. Тор­же­ство бы­ло скром­ным – ра­зу­ме­ет­ся, по ко­ро­лев­ским мер­кам. Гар­де­роб неве­сты прин­цес­са по­ку­па­ла, как и все жи­тель­ни­цы по­сле­во­ен­но­го Лон­до­на, по та­ло­нам на одеж­ду, ко­то­рых ей вы­де­ли­ли сто штук. По­сле сва­дьбы Ели­за­ве­та с су­пру­гом, ко­то­ро­му король по­жа­ло­вал ти­тул гер­цо­га Эдин­бург­ско­го, по­се­ли­лись в от­ре­ста­ври­ро­ван­ном спе­ци­аль­но для них двор­це Кла­ренс-ха­ус.

Их стар­ший сын, принц Чарльз, по­явил­ся на свет че­рез год, 14 но­яб­ря 1948-го. Че­рез пол­то­ра го­да ро­ди­лась де­воч­ка – прин­цес­са Ан­на. Ели­за­ве­та, как и ее мать, кор­ми­ла де­тей гру­дью и ста­ра­лась про­во­дить с ни­ми как мож­но боль­ше вре­ме­ни. Ее брак, не­смот­ря на все уси­лия недру­гов по сбо­ру ком­про­ма­та на Фи­лип­па (ему при­пи­сы­ва­ли как ми­ни­мум тро­их вне­брач­ных де­тей и ве­ре­ни­цу лю­бов­ниц, но ни­че­го не смог­ли до­ка­зать), вы­гля­дел об­раз­цо­вым – и остал­ся та­ко­вым на всю жизнь.

В на­ча­ле пя­ти­де­ся­тых здо­ро­вье ко­ро­ля Геор­га VI по­шат­ну­лось, и Ели­за­ве­та все ча­ще со­вер­ша­ла офи­ци­аль­ные ви­зи­ты от име­ни ко­ро­лев­ства. В 1951 го­ду они с му­жем по­бы­ва­ли в Гре­ции, Ита­лии, на Маль­те, за­тем от­пра­ви­лись в Ка­на­ду и США.

Гер­цог и гер­цо­ги­ня Эдин­бург­ские на­хо­ди­лись в Ко­ро­лев­ском за­по­вед­ни­ке в Ке­нии, ко­гда 6 фев­ра­ля 1952-го Ели­за­ве­та по­лу­чи­ла из­ве­стие о смер­ти от­ца. На во­прос лич­но­го сек­ре­та­ря, как к ней те­перь об­ра­щать­ся, но­вая ко­ро­ле­ва от­ве­ти­ла: «Ели­за­ве­та, ко­неч­но». Ей бы­ло два­дцать пять лет.

2 июня 1953 го­да в Вест­мин­стер­ском аб­бат­стве со­сто­я­лась од­на из са­мых гран­ди­оз­ных це­ре­мо­ний ве­ка – ко­ро­на­ция «Ели­за­ве­ты Вто­рой, ми­ло­стью Бо­жи­ей Ко­ро­ле­вы Со­еди­нен­но­го Ко­ро­лев­ства Ве­ли­ко­бри­та­нии и Се­вер­ной Ир­лан­дии и ее

дру­гих стран и тер­ри­то­рий, Гла­вы Со­дру­же­ства, За­щит­ни­цы ве­ры». Ко­ро­на­ция транс­ли­ро­ва­лась по те­ле­ви­де­нию, ра­ди че­го и в ка­ре­те, и вдоль все­го пу­ти сле­до­ва­ния кор­те­жа бы­ли уста­нов­ле­ны ка­ме­ры. Со­вет­ни­ки во гла­ве с са­мим Чер­чил­лем от­го­ва­ри­ва­ли Ели­за­ве­ту от те­ле­транс­ля­ции, опа­са­ясь, что она раз­ру­шит ми­сти­че­ское та­ин­ство ко­ро­лев­ской вла­сти, на ко­то­ром дер­жа­лась мно­го­ве­ко­вая тра­ди­ция. Од­на­ко мо­ло­дая ко­ро­ле­ва без­оши­боч­но раз­гля­де­ла в те­ле­ви­де­нии сво­е­го со­юз­ни­ка на де­ся­ти­ле­тия впе­ред. А что­бы уве­рен­но дер­жать­ся в ко­роне ве­сом бо­лее трех ки­ло­грам­мов, укра­шен­ной 275 дра­го­цен­ны­ми кам­ня­ми, Ели­за­ве­та око­ло трех недель тре­ни­ро­ва­лась ее но­сить.

По­сле ко­ро­на­ции Ели­за­ве­та ІІ с су­пру­гом от­пра­ви­лись в турне по сво­им вла­де­ни­ям, вклю­чав­шим, кро­ме Ве­ли­ко­бри­та­нии, пят­на­дцать неза­ви­си­мых го­су­дарств: Ав­стра­лию, Ан­ти­гуа и Бар­бу­ду, Ба­гам­ские Ост­ро­ва, Бар­ба­дос, Бе­лиз, Гре­на­ду, Ка­на­ду, Но­вую Зе­лан­дию, Па­пуа – Но­вую Гви­нею, Сен­тВин­сент и Гре­на­ди­ны, Сент-китс и Не­вис, Сент-лю­сию, Со­ло­мо­но­вы Ост­ро­ва, Ту­ва­лу, Ямай­ку (так на­зы­ва­е­мые стра­ны Со­дру­же­ства). Кро­ме это­го, взой­дя на пре­стол, Ели­за­ве­та сра­зу же на­ча­ла со­вер­шать ви­зи­ты в дру­гие го­су­дар­ства и во­об­ще ста­ла са­мой пу­те­ше­ству­ю­щей ко­ро­ле­вой за всю ис­то­рию и ди­на­стии, и мо­нар­хии во­об­ще.

Принц Фи­липп со­про­вож­дал же­ну по­всю­ду. Во­пре­ки рас­про­стра­нен­но­му мне­нию, он ни­ко­гда не но­сил ти­ту­ла прин­ца­кон­сор­та, офи­ци­аль­но име­ну­ясь «Его Ко­ро­лев­ское Вы­со­че­ство принц Фи­липп, гер­цог Эдин­бург­ский». Од­на­ко его по­ло­же­ние при цар­ству­ю­щей су­пру­ге все рав­но все­гда вы­гля­де­ло несколь­ко двой­ствен­ным. Принц Фи­липп из­брал так­ти­ку са­мо­иро­нии, поз­во­ляя се­бе рис­ко­ван­ные шу­точ­ки (на­при­мер, над на­ци­о­наль­ны­ми сте­рео­ти­па­ми в раз­ных стра­нах) и по­зи­ци­о­ни­руя се­бя как пер­со­на­жа не слиш­ком се­рьез­но­го, при этом нема­ло за­ни­ма­ясь об­ще­ствен­ной ра­бо­той. Ко­ро­ле­ва, со сво­ей сто­ро­ны, ни ра­зу не вы­ка­за­ла ни ма­лей­ше­го неува­же­ния к су­пру­гу.

Взой­дя на трон, Ели­за­ве­та две­на­дцать лет не ста­но­ви­лась боль­ше ма­те­рью. Тем с боль­шим азар­том в фев­ра­ле 1960 го­да бук­ме­ке­ры при­ни­ма­ли став­ки на пол ее сле­ду­ю­ще­го ре­бен­ка. Это бы­ли пер­вые ро­ды пра­вя­щей ко­ро­ле­вы со вре­мен Вик­то­рии. Принц Фи­липп по­се­щал офи­ци­аль­ные ме­ро­при­я­тия один, и на бан­ке­те у лор­да-мэ­ра Лон­до­на ска­зал: «Про­шу из­ви­нить ко­ро­ле­ву, но се­год­ня ве­че­ром она вы­пол­ня­ет дру­гие обя­зан­но­сти».

«Я не хо­те­ла бы, что­бы это ди­тя по­зна­ло тре­во­ги и за­бо­ты ко­ро­лев­ской вла­сти, – ска­за­ла Ели­за­ве­та о но­во­рож­ден­ном прин­це Эн­д­рю. – Я пред­по­чла бы, что­бы он был про­сто счаст­лив». Че­рез че­ты­ре го­да она ро­ди­ла еще од­но­го сы­на, прин­ца Эд­вар­да. Все де­ти ко­ро­ле­вы, во­пре­ки тра­ди­ции, по­лу­ча­ли об­ра­зо­ва­ние не во двор­це, а в част­ных учеб­ных за­ве­де­ни­ях, вме­сте с «обыч­ны­ми» детьми.

Ели­за­ве­та II взо­шла на пре­стол в по­сле­во­ен­ном, неузна­ва­е­мо из­ме­нив­шем­ся ми­ре, ко­гда мо­нар­хия уже долж­на бы­ла до­ка­зы­вать свое пра­во на су­ще­ство­ва­ние. Со­хра­няя без­упреч­ную вер­ность тра­ди­ци­ям, но­вая ко­ро­ле­ва в то же вре­мя не бо­я­лась ре­ши­тель­но ло­мать их вез­де, где счи­та­ла нуж­ным.

«Во вре­ме­на преды­ду­щих мо­нар­хов, ро­ди­те­лей Ели­за­ве­ты, ее ба­бу­шек и де­ду­шек, все бы­ло го­раз­до стро­же, – вспо­ми­нал бри­тан­ский био­граф ко­ро­ле­вы Ро­берт Хард­ман. – Про­то­кол со­блю­дал­ся неукос­ни­тель­но: король или ко­ро­ле­ва ни­ко­гда не за­го­во­ри­ли бы с тем, кто им не был пред­став­лен офи­ци­аль­но. Но Ели­за­ве­та ре­ши­ла сло­мать мно­го­ве­ко­вую тра­ди­цию. В один пре­крас­ный день она про­сто по­ки­ну­ла крас­ную ков­ро­вую до­рож­ку и по­шла «в на­род» к ужа­су се­кью­ри­ти и по­ли­ти­ков, ко­то­рые сто­я­ли обо­млев и спра­ши­ва­ли друг дру­га: “Что она де­ла­ет?”».

Искус­ство small-talk ста­ло конь­ком ко­ро­ле­вы: она мог­ла пе­ре­ки­нуть­ся па­рой слов бук­валь­но с лю­бым че­ло­ве­ком – на ве­ли­ко­свет­ском при­е­ме или на ули­це – так, что­бы он по­чув­ство­вал ее ис­крен­ний ин­те­рес к се­бе. А в на­ча­ле ше­сти­де­ся­тых вве­ла обы­чай «обе­дов ко­ро­ле­вы»: два­дцать раз в год

к ее сто­лу при­гла­ша­ли са­мых раз­ных лю­дей – по­ли­ти­ков и уче­ных, про­фес­со­ров и пи­са­те­лей, по­пу­ляр­ных ак­те­ров и ли­де­ров проф­со­ю­зов, об­щим чис­лом не бо­лее две­на­дца­ти че­ло­век. Об­ста­нов­ка на обе­дах ца­ри­ла са­мая нефор­маль­ная, бе­се­ды ве­лись о чем угод­но, а ко­ро­лев­ские со­бач­ки ее лю­би­мой по­ро­ды кор­ги, пу­та­ясь под но­га­ми у го­стей, раз­ря­жа­ли об­ста­нов­ку, на­сколь­ко это бы­ло во­об­ще воз­мож­но.

Ан­глий­ская ак­три­са До­ра Брай­ан вспо­ми­на­ла: «Ко­гда в кон­це обе­да по- да­ли фрук­ты, я по­ду­ма­ла, что нас хо­тят под­верг­нуть ка­ко­му-то са­дист­ско­му те­сту. Я от­ка­за­лась взять апель­син из стра­ха, что рискую обрыз­гать ко­ро­ле­ву со­ком, ко­гда бу­ду чи­стить его. Я ре­ши­ла оста­но­вить свой вы­бор на ви­но­гра­де. Да, но что де­лать с ко­сточ­ка­ми? Я пло­хо се­бе пред­став­ля­ла, как бу­ду их вы­пле­вы­вать. В кон­це кон­цов я их про­гло­ти­ла...» А вот са­мый по­пу­ляр­ный че­ло­век пла­не­ты ше­сти­де­ся­тых Юрий Га­га­рин, маль­чик из кре­стьян­ской се­мьи, пе­ре­жи­вал мень­ше:

ко­гда по­да­ли чай, он вы­ло­вил из чаш­ки ли­мон и от­пра­вил в рот, шо­ки­ро­вав об­ще­ство. Ко­ро­ле­ва с ми­лой улыб­кой про­де­ла­ла то же са­мое: «Очень вкус­но!»

То­гда же Ели­за­ве­та за­ве­ла обы­чай вы­бо­роч­но от­ве­чать на пись­ма, ко­то­рые по­сту­па­ют во дво­рец меш­ка­ми. Ко­ро­лев­ская кан­це­ля­рия рас­сы­ла­ет от­ве­ты всем, но на ото­бран­ный слу­чай­ным об­ра­зом де­ся­ток по­сла­ний ко­ро­ле­ва еже­днев­но на­дик­то­вы­ва­ет от­ве­ты лич­но, и они ста­но­вят­ся в се­мьях ад­ре­са­тов счаст­ли­вой ре­лик­ви­ей.

При всем этом ко­ро­ле­ва Ели­за­ве­та ни­ко­гда не да­ет ин­тер­вью и, по су­ти, оста­ет­ся фи­гу­рой аб­со­лют­но за­кры­той – во всем, что ле­жит вне ее тща­тель­но про­ду­ман­но­го пуб­лич­но­го об­ра­за. Бри­тан­ская кон­сти­ту­ци­он­ная мо­нар­хия устро­е­на ам­би­ва­лент­но: пра­ви­тель­ство су­ще­ству­ет для соб­ствен­но по­ли­ти­ки, а мо­нарх – для лю­дей. Ко­ро­ле­ва власт­ву­ет, но не пра­вит. Она не име­ет пра­ва вы­ска­зы­вать пуб­лич­но свои по­ли­ти­че­ские взгля­ды или да­же на­ме­кать на них – од­на­ко она в кур­се все­го, что про­ис­хо­дит в стране и в ми­ре, свое мне­ние на этот счет име­ет все­гда, и не счи­тать­ся с ним нель­зя.

Каж­дый втор­ник ко­ро­ле­ва Ели­за­ве­та при­ни­ма­ет у се­бя пре­мьер-ми­ни­стра, и о чем они го­во­рят, не зна­ет ни­кто. За то вре­мя, что она за­ни­ма­ет трон, их на по­сту сме­ни­лось уже три­на­дцать: Уин­стон Чер­чилль, Эн­то­ни Иден, Га­рольд Мак­мил­лан, Алек Дуглас-хьюм, Га­рольд Виль­сон, Эд­вард Хит, Джеймс Кал­ла­ган, Мар­га­рет Тэт­чер, Джон Мей­джор, То­ни Бл­эр, Гор­дон Бра­ун, Дэ­вид Кэме­рон и Те­ре­за Мэй.

Джон Мей­джор в шут­ку на­зы­вал встре­чи с ко­ро­ле­вой «се­ан­сом у пси­хо­ана­ли­ти­ка». А Га­рольд Виль­сон, ухо­дя в от­став­ку, со­ве­то­вал пре­ем­ни­ку го­то­вить­ся к встре­чам как сле­ду­ет: «ина­че он бу­дет чув­ство­вать се­бя как уче­ник, не вы­учив­ший урок». То­ни Бл­эр, ро­див­ший­ся поз­же, чем Ели­за­ве­та взо­шла на пре­стол, вспо­ми­нал, как страш­но нерв­ни­чал пе­ред пер­вой встре­чей с ней и во­пре­ки ре­ко­мен­да­ции «неощу­ти­мо при­кос­нуть­ся гу­ба­ми» во вре­мя це­ре­мо­нии це­ло­ва­ния ко­ро­лев­ской ру­ки, бук­валь­но при­пал к ней.

«Каж­дый пре­мьер-ми­нистр ду­ма­ет, что ко­ро­ле­ва от­но­сит­ся к нему луч­ше, чем к его пред­ше­ствен­ни­кам, – иро­ни­зи­ро­вал Джеймс Кал­ла­ган, – но это не так. Ко­ро­ле­ва ве­дет се­бя со все­ми оди­на­ко­во».

Од­на­ко не сек­рет, что и Бри­та­ния, и мир с осо­бен­ным ин­те­ре­сом на­блю­да­ли за вза­и­мо­дей­стви­ем ко­ро­ле­вы с пер­вой

жен­щи­ной на по­сту пре­мьер-ми­ни­стра – Мар­га­рет Тэт­чер. На встре­чу с ко­ро­ле­вой «же­лез­ная ле­ди» все­гда при­ез­жа­ла за пол­ча­са, но ее ни­ко­гда не при­ни­ма­ли рань­ше, чем на­зна­че­но. Из­ве­стен анек­дот, как од­на­жды на ди­пло­ма­ти­че­ском при­е­ме они ока­за­лись в по­чти оди­на­ко­вых пла­тьях, и Тэт­чер об­ра­ти­лась к Ели­за­ве­те с ини­ци­а­ти­вой в бу­ду­щем со­гла­со­вы­вать на­ря­ды во из­бе­жа­ние кон­фу­за – на что по­лу­чи­ла от сек­ре­та­ри­а­та ко­ро­ле­вы уни­чи­жи­тель­ный от­вет: «Ее Ве­ли­че­ству все рав­но, во что оде­ты ее под­дан­ные».

Бы­ли у них и ку­да бо­лее се­рьез­ные раз­но­гла­сия: ко­ро­ле­ва не одоб­ря­ла жест­кую по­зи­цию Тэт­чер по от­но­ше­нию к проф­со­ю­зам во вре­мя гран­ди­оз­ной шах­тер­ской за­ба­стов­ки, по­ри­ца­ла со­уча­стие пра­ви­тель­ства в аме­ри­кан­ских бом­бар­ди­ров­ках Ли­вии, а под­держ­ка ка­би­не­том Тэт­чер по­ли­ти­ки апар­те­ида в ЮАР и во­все по­ста­ви­ла Со­дру­же­ство на грань рас­ко­ла. Ко­ро­ле­ва бы­ла очень недо­воль­на и то­гда, ко­гда Мар­га­рет Тэт­чер при­ни­ма­ла в Лон­доне па­рад по слу­чаю по­бе­ды в Фолк­ленд­ской войне.

Од­на­ко да­же Мар­га­рет Тэт­чер при­зна­ва­ла, что еже­не­дель­ные бе­се­ды с ко­ро­ле­вой ни­ко­гда не бы­ли фор­маль­но­стью, что Ели­за­ве­та все­гда дер­жа­ла ру­ку на пуль­се стра­ны и то и де­ло да­ва­ла очень точ­ные и цен­ные со­ве­ты, взгля­нув на про­ис­хо­дя­щее под со­вер­шен­но не­ожи­дан­ным уг­лом.

День рож­де­ния ко­ро­ле­ва Ели­за­ве­та празд­ну­ет два­жды: 21 ап­ре­ля – в кру­гу се­мьи, а каж­дую вто­рую суб­бо­ту июня – в фор­ма­те об­ще­на­ци­о­наль­но­го празд­ни­ка. 13 июня 1981 го­да ко­ро­ле­ва тра­ди­ци­он­но еха­ла по Лон­до­ну в пол­ков­ни­чьем мун­ди­ре, вер­хом на сво­ей лю­би­мой ло­ша­ди Бур­мис. Про­зву­ча­ло несколь­ко вы­стре­лов, ло­шадь вста­ла на ды­бы, но Ели­за­ве­та, опыт­ная на­езд­ни­ца, удер­жа­ла ее, не про­явив ни ка­п­ли стра­ха. Стре­ляв­ше­го, без­ра­бот­но­го юно­шу, при­мкнув­ше­го к ан­ти­ко­ро­лев­ско­му дви­же­нию, за­дер­жа­ли ее се­кью­ри­ти; па­тро­ны у него бы­ли хо­ло­стые.

В те же го­ды ко­ро­лев­ской се­мье все­рьез объ­яви­ла вой­ну тер­ро­ри­сти­че­ская ор­га­ни­за­ция ИРА, Ир­ланд­ская рес­пуб­ли­кан­ская пар­тия. В част­но­сти, в ре­зуль­та­те тер­ак­та был убит лорд Ма­унт­бет­тен, ко­то­рый ко­гда-то по­зна­ко­мил Ели­за­ве­ту с Фи­лип­пом. Но ко­ро­ле­ва по-преж­не­му по­яв­ля­лась на пуб­ли­ке и об­ща­лась с людь­ми, невзи­рая на опас­ность.

А 20 июля 1982-го, проснув­шись на рас­све­те, ко­ро­ле­ва об­на­ру­жи­ла в сво­ей спальне незна­ком­ца. Им ока­зал­ся некто

Май­кл Фей­ган, при­чем поз­же вы­яс­ни­лось, что рань­ше он уже два­жды про­ни­кал во дво­рец и да­же пил ви­но из ба­ра сек­ре­та­ря прин­ца Чарль­за. Ели­за­ве­та спо­кой­но за­ве­ла с Фей­га­ном бе­се­ду, од­но­вре­мен­но изыс­ки­вая спо­соб со­об­щить о незва­ном ви­зи­те­ре охране.

«Мы го­во­ри­ли о на­ших де­тях, – поз­же рас­ска­зы­вал он. – Ко­ро­ле­ва ска­за­ла, что у нее есть сын Чарльз и что у него и у прин­цес­сы есть ре­бенок. Она та­к­же го­во­ри­ла, что я дол­жен гордиться мо­и­ми че­тырь­мя детьми и сде­лаю ошиб­ку, ес­ли со­вер­шу са­мо­убий­ство и остав­лю сво­их де­тей без от­ца. Все вре­мя она бы­ла ко мне очень добра». Соб­ствен­но, имен­но это ему и бы­ло нуж­но – по­го­во­рить: ни на дра­го­цен­но­сти ко­ро­ле­вы, ни на кол­лек­цию ма­рок це­ной в 14 мил­ли­о­нов фун­тов стер­лин­гов он не об­ра­тил вни­ма­ния.

По­сле это­го ин­ци­ден­та трое вы­со­ко­по­став­лен­ных чи­нов­ни­ков бри­тан­ской служ­бы без­опас­но­сти по­да­ли в от­став­ку, а Бу­кин­гем­ский дво­рец на­шпи­го­ва­ли тре­вож­ны­ми кноп­ка­ми. Од­на­жды на та­кую, иг­рая, на­жал ма­лень­кий принц Уи­льям...

Ели­за­ве­та ІІ пре­крас­но осо­зна­ет, что риск – неотъ­ем­ле­мая часть ее ко­ро­лев­ской «ра­бо­ты». И вла­де­ет со­бой го­раз­до луч­ше мно­гих по­ли­ти­ков. Од­на­жды во вре­мя по­езд­ки по Но­вой Зе­лан­дии ее, ехав­шую в от­кры­том ав­то­мо­би­ле... за­бро­са­ли яй­ца­ми. Ко­ро­ле­ва оста­лась хлад­но­кров­ной и по­том шу­ти­ла для прес­сы, что «пред­по­чи­та­ет но­во­зе­ланд­ские яй­ца на зав­трак».

В 1981 го­ду принц Чарльз же­нил­ся. Оба­я­тель­ная и ха­риз­ма­тич­ная прин­цес­са Ди­а­на, ле­ди Ди, «на­род­ная прин­цес­са», вско­ре ста­ла бо­лее яр­кой ме­дий­ной фи­гу­рой, чем са­ма ко­ро­ле­ва, и со­вер­шен­но ото­дви­ну­ла в тень сво­е­го су­пру­га. Злые язы­ки по­го­ва­ри­ва­ли, что Ели­за­ве­та ни­как не мог­ла невест­ке это­го про­стить – и в то же вре­мя мно­гое у нее пе­ре­ня­ла, на­при­мер, ста­ла поз­во­лять се­бе так­тиль­ные кон­так­ты с людь­ми, че­го рань­ше ка­те­го­ри­че­ски из­бе­га­ла.

А в 1992-м гря­нул annus horribilis, как го­во­ри­ла са­ма Ели­за­ве­та, – «ужас­ный год». Ко­ро­лев­ская се­мья, по­сто­ян­но на­хо­див­ша­я­ся под при­це­лом прес­сы, да­ва­ла один непри­ят­ный ин­фор­ма­ци­он­ный по­вод за дру­гим. В мар­те объ­явил о рас­ста­ва­нии с же­ной принц Эн­д­рю, в ап­ре­ле оста­ви­ла му­жа прин­цес­са Ан­на, в но­яб­ре в Вин­дзор­ском зам­ке про­изо­шел силь­ный по­жар, а под ко­нец го­да разо­шлись принц Чарльз и Ди­а­на. Ле­ди Ди и по­сле раз­во­да оста­лась су­пер­по­пу­ляр­ной в Бри-

та­нии и ми­ре, а ко­ро­лев­скую се­мью во гла­ве с Ели­за­ве­той на­ча­ли вос­при­ни­мать как вра­гов прин­цес­сы, от­че­го рей­тинг ко­ро­ле­вы стал за­мет­но па­дать.

Осо­бен­но же он сни­зил­ся, ко­гда по­сле ги­бе­ли прин­цес­сы Ди­а­ны ко­ро­ле­ва не­ко­то­рое вре­мя хра­ни­ла мол­ча­ние, да­вая по­вод мно­жить­ся вер­си­ям, буд­то на­род­ную лю­би­ми­цу «за­ка­зал» двор. По вер­сии, от­ра­жен­ной в ан­глий­ском филь­ме «Ко­ро­ле­ва», то­гдаш­ний пре­мьер-ми­нистр То­ни Бл­эр адек­ват­но оце­нил си­ту­а­цию и по­со­ве­то­вал Ели­за­ве­те неза­мед­ли­тель­но вы­сту­пить со сло­ва­ми со­бо­лез­но­ва­ния и по­хо­ро­нить Ди­а­ну с ко­ро­лев­ски­ми по­че­стя­ми. Ко­ро­ле­ва по­слу­ша­лась, и в ито­ге вер­ну­ла се­бе сим­па­тии под­дан­ных.

Пра­ви­тель­ство То­ни Бл­э­ра бы­ло са­мым рес­пуб­ли­кан­ским за всю ис­то­рию Бри­та­нии. Он до­бил­ся про­ве­де­ния жест­кой кон­сти­ту­ци­он­ной ре­фор­мы, на ко­то­рую Ели­за­ве­та да­ла со­гла­сие, не­смот­ря на то, что ре­фор­ма се­рьез­но огра­ни­чи­ва­ла вли­я­ние мо­нар­хии в стране, а та­к­же за­мет­но уре­за­ла ее фи­нан­си­ро­ва­ние, так на­зы­ва­е­мый «Ци­виль­ный лист». Под­счи­та­но, что се­год­ня со­дер­жа­ние ко­ро­лев­ско­го дво­ра сто­ит сред­не­му ан­гли­ча­ни­ну со­всем немно­го: око­ло 60 пен­сов в год. К то­му же с 1993 го­да ко­ро­ле­ва, как и все граж­дане стра­ны, пла­тит на­ло­ги.

Кста­ти, ди­зайн мо­нет с про­фи­лем Ели­за­ве­ты за вре­мя ее прав­ле­ния ме­нял­ся уже два ра­за, в со­от­вет­ствии с ее воз­рас­том, ко­то­рый ко­ро­ле­ва ни­ко­гда не пы­та­лась за­ре­ту­ши­ро­вать. Стиль ко­ро­ле­вы Ели­за­ве­ты – яр­кие ко­стю­мы и паль­то, непре­мен­ные шляп­ки и су­моч­ки в тон – узна­ва­ем во всем ми­ре. А о со­дер­жи­мом ко­ро­лев­ской су­моч­ки (у Ели­за­ве­ты их ско­пи­лось бо­лее двух­сот) на­пи­са­ны це­лые жур­на­лист­ские рас­сле­до­ва­ния. Со­глас­но од­ной из вер­сий, од­на­жды на нескром­ный во­прос, что же там ле­жит, ко­ро­ле­ва от­кры­ла су­моч­ку и про­де­мон­стри­ро­ва­ла па­ке­тик пе­че­нья для со­бак – боль­ше там не бы­ло ни­че­го.

По дру­гим дан­ным, в су­моч­ке ко­ро­ле­вы непре­мен­но есть крю­чок S-об­раз­ной фор­мы – что­бы ве­шать эту са­мую су­моч­ку на край сто­ла на бан­ке­тах. Кро­ме то­го, в ней ле­жат ма­лень­кие фи­гур­ки жи­вот­ных – та­лис­ма­ны, по­да­рен­ные еще ма­лень­ки­ми детьми ко­ро­ле­вы, и ме­тал­ли­че­ская кос­ме­тич­ка – сва­деб­ный по­да­рок Фи­лип­па. А та­к­же мят­ные ле­ден­цы, на слу­чай, ес­ли пе­ред пуб­лич­ным спи­чем от­ка­жет гор­ло, чер­ниль­ная руч­ка, пе­ро­чин­ный но­жик, ми­ни­а­тюр­ный фо­то­ап­па­рат, зер­каль­це и сол­неч­ные оч­ки. Ни до­ку­мен­тов, ни де­нег, ни мо­биль­но­го те­ле­фо­на в ко­ро­лев­ской су­моч­ке нет.

Кра­соч­ный гар­де­роб ко­ро­ле­вы име­ет вполне опре­де­лен­ную цель: ее долж­но быть вид­но из­да­ле­ка, что­бы во вре­мя мно­го­люд­ных тор­жеств каж­дый при­сут­ству­ю­щий знал, что ви­дел ко­ро­ле­ву соб­ствен­ны­ми гла­за­ми. Это важ­но, это скреп­ля­ет бри­тан­скую на­цию – в чем, соб­ствен­но, и со­сто­ит ос­нов­ное пред­на­зна­че­ние мо­нар­хии, ана­хро­нич­ной на пер­вый взгляд в со­вре­мен­ном ми­ре.

Мир про­дол­жа­ет стре­ми­тель­но ме­нять­ся, и бри­тан­ская мо­нар­хия ме­ня­ет­ся вме­сте с ним. Ко­ро­ле­ва Ели­за­ве­та пер­вой из ев­ро­пей­ских мо­нар­хов осво­и­ла ин­тер­нет, у ко­ро­лев­ско­го дво­ра есть и соб­ствен­ный сайт, и страницы в ин­с­та­гра­ме, фейс­бу­ке и твит­те­ре. Ко­ро­лев­ская се­мья по-преж­не­му один из

глав­ных ньюсмей­ке­ров не толь­ко в Бри­та­нии. К при­ме­ру, ко­гда в 2011 го­ду внук Ели­за­ве­ты принц Уи­льям же­нил­ся на Кейт Мид­дл­тон, за те­ле­транс­ля­ци­ей их сва­дьбы на­блю­да­ли в ми­ре бо­лее двух мил­ли­ар­дов че­ло­век.

Как сви­де­тель­ству­ют соцо­про­сы, это со­бы­тие зна­чи­тель­но под­ня­ло рей­тинг бри­тан­ской мо­нар­хии – а ведь уже шли раз­го­во­ры о том, что Ели­за­ве­та мо­жет стать по­след­ней ан­глий­ской ко­ро­ле­вой. В 2012 го­ду Ели­за­ве­та II от­празд­но­ва­ла брил­ли­ан­то­вый юби­лей – 60 лет пре­бы­ва­ния на троне. В том же го­ду имен­но она тор­же­ствен­но от­кры­ла ХХХ Лон­дон­скую олим­пи­а­ду. А в сле­ду­ю­щем под­пи­са­ла но­вый Акт о на­сле­до­ва­нии ко­ро­ны, со­глас­но ко­то­ро­му пол на­след­ни­ка боль­ше не име­ет ни­ка­ко­го зна­че­ния в оче­ре­ди на пре­стол.

Еще с на­ча­ла де­вя­но­стых жур­на­ли­сты на­ча­ли ак­ку­рат­но ин­те­ре­со­вать­ся, не со-

би­ра­ет­ся ли ко­ро­ле­ва Ели­за­ве­та уй­ти на по­кой, пе­ре­дав свои пол­но­мо­чия прин­цу Чарль­зу? На по­доб­ный во­прос, за­дан­ный ему в США, гер­цог Эдин­бург­ский от­ве­тил в сво­ей иро­нич­ной ма­не­ре: «Вы спра­ши­ва­е­те ме­ня, ко­гда ко­ро­ле­ва Ели­за­ве­та II пред­по­ла­га­ет уме­реть?» И по­яс­нил: «Да, мы свер­га­ли мо­нар­хов, да, мы их да­же обез­глав­ли­ва­ли, но мы ни­ко­гда не от­прав­ля­ли их на пен­сию». Са­ма же Ели­за­ве­та неод­но­крат­но вы­ска­зы­ва­лась, что на­ме­ре­на ис­пол­нять свой долг так дол­го, как это угод­но Бо­гу.

9 сен­тяб­ря 2015 го­да Ели­за­ве­та ІІ по­би­ла ре­корд преды­ду­щей дол­го­жи­тель­ни­цы на троне – ко­ро­ле­вы Вик­то­рии, ко­то­рая пра­ви­ла 63 го­да 7 ме­ся­цев 2 дня 16 ча­сов 23 ми­ну­ты.

А в сен­тяб­ре 2016-го де­вя­но­сто­лет­нюю ко­ро­ле­ву ви­де­ли за ру­лем «рейн­джро­ве­ра», на ко­то­ром она вез­ла свою вну­ча­тую невест­ку Кейт на се­мей­ный пик­ник.

Свер­ху вниз: ко­ро­ле­ва в сед­ле; су­пру­ги в день ко­ро­на­ции Ели­за­ве­ты. 2 июня 1953

Один из «пред­ста­ви­тель­ских» порт­ре­тов ко­ро­ле­вы Ели­за­ве­ты ІІ (чер­но­бе­лая фо­то­гра­фия, рас­кра­шен­ная вруч­ную)

Свер­ху вниз: Ели­за­ве­та ІІ в 1968 го­ду на фо­то­гра­фи­ях Евы Ар­нольд и Се­си­ла Би­то­на. На стра­ни­це сле­ва – Ели­за­ве­та в 1968 го­ду. Фо­то­гра­фия Се­си­ла Би­то­на

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.