ЛО­ПЕ де ВЕ­ГА: КО­МЕ­ДИЯ ПЛА­ЩА И ПЕ­РА

Lichnosti - - ЛОПЕ ДЕ ВЕГА: КОМЕДИЯ ПЛАЩА И ПЕРА -

Та­тья­на Ви­ни­чен­ко «Мое пе­ро без кон­ца про­сит­ся ко мне в ру­ку, и я не успе­ваю по­пол­нять за­па­сы чер­нил. Пе­ро и бу­ма­га на­бра­сы­ва­ют­ся друг на дру­га, как муж­чи­на на жен­щи­ну; бу­ма­га ло­жит­ся, а пе­ро над ней тру­дит­ся, как фор­ма ра­бо­та­ет над ма­те­ри­а­лом, ибо все это – еди­ное це­лое». По раз­ным дан­ным, Ло­пе де Ве­га на­пи­сал от 800 до 2200 пьес, из ко­то­рых со­хра­ни­лось «все­го» 470, не счи­тая ро­ма­нов, но­велл, по­эм, ро­ман­сов, ли­ри­че­ских сти­хов и пи­сем. Невоз­мож­но пред­ста­вить, ко­гда, при та­кой нече­ло­ве­че­ской про­из­во­ди­тель­но­сти твор­че­ско­го тру­да, он успе­вал еще и жить. Но он успе­вал!..

РАНЬ­ШЕ, ЧЕМ ГОВОРИТЬ «Я ро­дил­ся из рев­но­сти, – утвер­ждал Ло­пе де Ве­га. – Ка­кое за­ме­ча­тель­ное рож­де­ние!» Про­изо­шло это так. Од­на­ж­ды Фе­ликс де Ве­га Кар­пьо, уро­же­нец до­ли­ны Кар­рье­до, на се­вер­ном склоне Асту­рий­ских гор, непо­да­ле­ку от го­ро­да Сан­тан­де­ра, ма­стер тон­ко­го и тру­до­ем­ко­го муж­ско­го ре­мес­ла (он был зо­ло­то­шве­ем, то есть вы­ши­вал зо­ло­том), от­пра­вил­ся пы­тать сча­стья в Ма­д­рид. До­ма оста­лась мо­ло­дая же­на, Фран­сис­ка Фер­нан­дес дель Кар­пьо, до ко­то­рой вско­ре до­шли слу­хи о том, что у ее су­пру­га в да­ле­кой сто­ли­це по­яви­лась лю­бов­ни­ца. Фран­сис­ка от­пра­ви­лась воз­вра­щать се­бе му­жа, и на­стро­е­на она бы­ла – по сло­вам их сы­на, ко­то­рый, ко­неч­но, ни­как не мог это­го пом­нить, – бо­лее чем ре­ши­тель­но. «В Ма­д­ри­де су­пру­ги по­ми­ри­лись, – пи­сал он, – и в тот день был за­ло­жен пер­вый ка­мень в ос­но­ва­ние па­мят­ни­ка мо­ей жиз­ни, по­ко­ив­ше­го­ся на уми­ро­тво­ре­нии, во­ца­рив­шем­ся в рев­ни­вом во­об­ра­же­нии мо­ей ма­те­ри». Ло­пе Фе­ликс де Ве­га Кар­пьо ро­дил­ся в Ма­д­ри­де 25 но­яб­ря (6 де­каб­ря) 1562 го­да, в день Свя­то­го Лу­па, чье имя в ис­пан­ском ва­ри­ан­те и ­по­лу­чил, а под­пи­сы­вать­ся лю­бил по-ла­ты­ни: Lupus, то есть Волк. Поз­же ро­ди­лись его сест­ра Ху­ли­а­на и брат Ху­ан. «Ему еще не бы­ло и двух лет, а уже в блес­ке и жи­во­сти его глаз про­гля­ды­вал неза­у­ряд­ный ум, – пи­сал о ма­лень­ком Ло­пе его пер­вый био­граф и уче­ник, дра­ма­тург Х уан Пе­рес де Мон­таль­бан. – Он на­чал учить­ся рань­ше, чем говорить, и по­то­му, еще не вла­дея ре­чью, вы­ра­жал свои мыс­ли при по­мо­щи дей­ствий и сме­ны вы­ра­же­ний ли­ца». Ес­ли ве­рить де Мон­таль­ба­ну, вун­дер­кинд Ло­пе вы­учил­ся чи­тать в мла­ден­че­стве, а за­го­во­рил сра­зу сти­ха­ми, при­чем, не умея еще пи­сать, де­лил­ся сво­им обе­дом со стар­ши­ми то­ва­ри­ща­ми, со­глас­ны­ми их за­пи­сы­вать. Чуть бо­лее до­сто­вер­но из­вест­но (неко­то­рые био­гра­фы оспа­ри­ва­ют и этот факт), что пер­вым учи­те­лем Ло­пе был по­эт Ви­сен­те Эс­пи­нель, ко­то­рый дей­стви­тель­но мог обу­чить сво­е­го вос­пи­тан­ни­ка вер­си­фи­ка­ции в са­мом неж­ном воз­расте. Во вся­ком слу­чае, взрос­лый Ло­пе де Ве­га риф­мо­вал строч­ки ку­да лег­че, чем боль­шин­ство лю­дей изъ­яс­ня­ет­ся про­зой.

ЧЕ­ТЫ­РЕ ТЕТРАДИ Дя­дя Ло­пе по ма­те­рин­ской ли­нии, дон Ми­гель дель Кар­пьо, был ин­кви­зи­то­ром из Се­ви­льи. Счи­та­ет­ся, что имен­но по его на­сто­я­нию в 1574 го­ду отец от­дал две­на­дца­ти­лет­не­го Ло­пе учить­ся в Ко­ро­лев­ский кол­ледж ор­де­на иезу­и­тов в Ма­д­ри­де, от­кры­тый за два го­да до это­го. Для от­прыс­ков знат­ных фа­ми­лий кол­ледж был плат­ным, Ло­пе же по­сту­пил ту­да на льгот­ных усло­ви­ях как ода­рен­ный под­ро­сток; воз­мож­но, ему да­же пла­ти­ли что-то вро­де сти­пен­дии. Об­ра­зо­ва­ние там да­ва­ли гу­ма­ни­тар­ное: грам­ма­ти­ка, ри­то­ри­ка, фи­ло­со­фия, ла­тынь, а так­же обу­ча­ли

пе­нию, тан­цам и фех­то­ва­нию. По всей ви­ди­мо­сти – сам Ло­пе упо­ми­нал об этом по­хо­дя – пье­сы к школь­ным празд­ни­кам («в че­ты­рех ак­тах и объ­е­мом в че­ты­ре тетради») – он со­чи­нял уже то­гда. Два го­да в иезу­ит­ском кол­ле­дже да­ли Ло­пе де Ве­ге не толь­ко на­чаль­ное об­ра­зо­ва­ние, но и цен­ные свя­зи: сын ре­мес­лен­ни­ка во­шел в круг ра­фи­ни­ро­ван­ных ис­пан­ских ари­сто­кра­тов, и эти зна­ком­ства весь­ма по­мог­ли ему в бу­ду­щем. Че­тыр­на­дца­ти­лет­ним Ло­пе по­сту­пил на служ­бу к до­ну Хе­ро­ни­мо Ман­ри­ке де Ла­ре, епи­ско­пу Авиль­ско­му, в ка­че­стве до­маш­не­го па­жа. Епис­коп от­пра­вил юно­шу в уни­вер­си­тет Аль­ка­ла­де-эна­рес, где тот про­учил­ся два го­да и ушел, по-ви­ди­мо­му, не по­лу­чив уче­ной сте­пе­ни (хо­тя сам был не прочь при­хваст­нуть, что по­лу­чил). Епис­коп, есте­ствен­но, рас­счи­ты­вал при­ве­сти та­лант­ли­во­го юно­шу в ло­но церк­ви, но этот план по­тер­пел кру­ше­ние. «Сколь ни ста­ра­лись там сде­лать из ме­ня свя­щен­но­слу­жи­те­ля, я сей уча­сти бла­го­по­луч­но из­бе­жал», – ска­жет поз­же от ли­ца од­но­го из сво­их пер­со­на­жей Ло­пе де Ве­га. Уни­вер­си­тет он бро­сил из-за жен­щи­ны.

––––––––––– Сле­ва на­пра­во и свер­ху вниз: лек­ция в уни­вер­си­те­те Са­ла­ман­ки; Ху­ан Пе­рес де Мон­таль­бан; Ви­сен­те Эс­пи­нель. На стра­ни­це сле­ва: Ма­д­рид на ста­рин­ной гра­вю­ре

МАРФИСА Сам Ло­пе на­зы­вал ее Мар­фи­сой, и жи­ла она в Ма­д­ри­де, ку­да он при­шел пеш­ком из Аль­ка­лы, пре­одо­лев трид­цать ки­ло­мет­ров. По од­ной вер­сии, это бы­ла дво­ю­род­ная сест­ра Ло­пе (та­кое род­ство де­ла­ло их лю­бовь за­прет­ной), по дру­гой – Ма­рия де Ара­гон, дочь ко­ро­лев­ско­го пе­ка­ря, про­жи­вав­шая по со­сед­ству. Эта лю­бов­ная ис­то­рия сов­па­ла по вре­ме­ни с вне­зап­ной кон­чи­ной Фе­лик­са де Ве­ги Кар­пьо. Прак­ти­че­ски сра­зу по­сле смер­ти от­ца пят­на­дца­ти­лет­ний Ло­пе уехал из Ма­д­ри­да. Его отъ­езд был по­хож на бег­ство, и вер­сии био­гра­фов сно­ва рас­хо­дят­ся: то ли сын не хо­тел брать в свои ру­ки ма­стер­скую от­ца, где во­ца­рил­ся ха­ос, то ли стре­мил­ся из­бе­жать от­вет­ствен­но­сти за по­след­ствия сво­е­го ро­ма­на. Уехал Ло­пе вме­сте с при­я­те­лем-сверст­ни­ком по име­ни Эр­нан­до Му­ньос; юно­ши пе­ре­сек­ли вер­хом на од­ной ло­ша­ди прак­ти­че­ски всю Ис­па­нию, про­де­лав путь в во­семь­сот ки­ло­мет­ров, до­бра­лись до са­мо­го за­пад­но­го края Ибе­рий­ско­го по­лу­ост­ро­ва, за­тем по­вер­ну­ли об­рат­но, и в Се­го­вии по­пы­та­лись про­дать юве­ли­ру зо­ло­тую це­поч­ку и об­ме­нять ста­рин­ные дуб­ло­ны. В ре­зуль­та­те оба ока­за­лись в тюрь­ме по по­до­зре­нию в кра­же и за бро­дяж­ни­че­ство, к сча­стью, нена­дол­го: по­сколь­ку юно­ши не рас­хо­ди­лись в по­ка­за­ни­ях, су­дья им по­ве­рил. Это бы­ла пер­вая се­рьез­ная аван­тю­ра Ло­пе де Ве­ги – и да­ле­ко не по­след­няя.

ЕЛЕНА Вер­нув­шись из без­рас­суд­но­го пу­те­ше­ствия в от­чий дом, Ло­пе взял­ся за ум: по­сту­пил в сек­ре­та­ри к вель­мо­же до­ну Пед­ро Да­ви­ле, по­се­щал лек­ции в Ко­ро­лев­ской ака­де­мии ма­те­ма­ти­че­ских на­ук в Ма­д­ри­де, где учил­ся и Сер­ван­тес, а в 1581 го­ду сно­ва ока­зал­ся на уни­вер­си­тет­ской ска­мье – на этот раз в зна­ме­ни­той Са­ла­ман­ке, где и за­вер­шил свое от­ры­воч­ное об­ра­зо­ва­ние. Про­ис­хо­ди­ло это на фоне впе­чат­ля­ю­щих ис­то­ри­че­ских со­бы­тий. Ка­то­ли­че­ский мир пе­ре­шел с юли­ан­ско­го ка­лен­да­ря на гри­го­ри­ан­ский, прыг­нув по­чти на две неде­ли впе­ред. Ис­па­ния при­со­еди­ни­ла к се­бе Пор­ту­га­лию, ис­пан­ский флот одер­жи­вал од­ну за дру­гой по­бе­ды на мо­рях, а в 1583-м стар­то­ва­ла оче­ред­ная мо­би­ли­за­ци­он­ная кам­па­ния для за­во­е­ва­ния ост­ро­ва Тер­сей­ра из Азор­ско­го ар­хи­пе­ла­га, един­ствен­но­го из пор­ту­галь­ских вла­де­ний, не при­знав­ше­го власть ис­пан­ско­го ко­ро­ля. Ло­пе не мог это­го про­пу­стить. Он сно­ва бро­сил уни­вер­си­тет, при­был в Лис­са­бон, за­вер­бо­вал­ся на флот и вы­шел в мо­ре на од­ном из ко­раб­лей. Ги­гант­ская эс­кад­ра без осо­бо­го тру­да за­хва­ти­ла ма­лень­кий мя­теж­ный ост­ров, и че­рез два ме­ся­ца Ло­пе уже вер­нул­ся в орео­ле во­ен­но-мор­ской сла­вы.

––––––––––––– Сле­ва на­пра­во и свер­ху вниз: кар­та ост­ро­ва Тер­сей­ра. 1595; уни­вер­си­тет Аль­ка­ла­де-эна­рес; Ан­тон Ван Ден Вин­гард. «Кре­пость Аль­ка­сар». 1562

Ге­ро­и­че­ский имидж весь­ма по­спо­соб­ство­вал его по­э­ти­че­ско­му успе­ху. Ока­зав­шись в Ма­д­ри­де, Ло­пе на­чал вра­щать­ся в ли­те­ра­тур­ных кру­гах. Его сти­хи бы­ли опуб­ли­ко­ва­ны в двух по­э­ти­че­ских ан­то­ло­ги­ях – «Ду­хов­ный сад» и «Кни­га пе­сен», их чи­та­ли и ци­ти­ро­ва­ли, из­вест­ность мо­ло­до­го по­эта стре­ми­тель­но рос­ла. «Про­мо­у­те­ром» Ло­пе вы­сту­пил без­услов­ный ли­те­ра­тур­ный ав­то­ри­тет – Ми­гель де Сер­ван­тес, ко­то­рый был стар­ше его на пят­на­дцать лет. «Ни­кто, на­сколь­ко мне из­вест­но, не смог бы опро­верг­нуть столь яв­ную ис­ти­ну – его та­лант, – пи­сал он, – и я го­во­рю об этом во все­услы­ша­ние ра­ди Ло­пе де Ве­ги». На волне успе­ха де Ве­га на­чал пи­сать и пье­сы, при­но­сив­шие ре­аль­ный до­ход. Те­ат­ры в Ма­д­ри­де на­зы­ва­лись кор­ра­ля­ми. Ди­рек­то­ром од­но­го из наи­бо­лее пре­успе­ва­ю­щих, под на­зва­ни­ем Сан­та-крус, был некий Хе­ро­ни­мо Ве­лас­кес. Его дочь, ак­три­са Елена Осо­рио, за­муж­няя да­ма (впро­чем, ее муж, су­дя по до­ку­мен­там су­деб­но­го про­цес­са, по­сто­ян­но от­сут­ство­вал), ста­ла воз­люб­лен­ной Ло­пе. «Ее ча­ры и пре­ле­сти обо­шлись мне бо­лее чем в две ты­ся­чи сти­хо­тво­ре­ний», – утвер­ждал он. Пье­сы для кор­ра­ля Сан­та-крус он то­же пи­сал, ори­ен­ти­ру­ясь на нее. Про­то­ти­пом ро­ма­на «До­ро­тея», во мно­гом ав­то­био­гра­фи­че­ско­го, то­же счи­та­ет­ся Елена Осо­рио.

А 29 де­каб­ря 1587 го­да Ло­пе де Ве­га был аре­сто­ван. Его взя­ли по ис­ку Хе­ро­ни­мо Ве­лас­ке­са, утвер­ждав­ше­го, что по­эт рас­про­стра­ня­ет о нем и дру­гих чле­нах се­мьи оскор­би­тель­ные эпи­грам­мы. В ав­тор­стве этих эпи­грамм Ло­пе так и не со­знал­ся; из­вест­но так­же, что неза­дол­го до аре­ста он со­би­рал­ся пе­ре­мет­нуть­ся в дру­гой те­атр, к кон­ку­рен­там Ве­лас­ке­са. Но об­ви­ня­е­мый пу­тал­ся в по­ка­за­ни­ях, сли­че­ние по­чер­ков сыг­ра­ло не в его поль­зу, и 8 фев­ра­ля сле­ду­ю­ще­го го­да де Ве­га был осуж­ден на вось­ми­лет­нее из­гна­ние из Ма­д­ри­да; в слу­чае до­сроч­но­го воз­вра­ще­ния ему гро­зи­ли га­ле­ры или смерт­ная казнь.

ИСАБЕЛЬ 8 фев­ра­ля 1588 го­да Ло­пе вы­шел из тюрь­мы – и, как вы­яс­ни­лось несколь­ко поз­же,

ни­ку­да не уехал. Бук­валь­но че­рез несколь­ко дней про­тив него сно­ва был по­дан иск: на этот раз по­эта об­ви­ня­ли в по­хи­ще­нии несо­вер­шен­но­лет­ней де­вуш­ки по име­ни Исабель де Ур­би­на Аль­д­ре­та-и-кор­ти­нас. Ее отец дон Ди­его был на­чаль­ни­ком го­род­ской по­ли­ции Ма­д­ри­да и ге­рольд­мей­сте­ром Фи­лип­па II – но Ло­пе это не оста­но­ви­ло. Ско­рее все­го, ро­ман Ло­пе с Исабель за­вя­зал­ся еще до то­го, как он уго­дил в тюрь­му. Че­рез па­ру недель по­сле по­хи­ще­ния Исабель вер­ну­лась до­мой. Те­перь ее ро­ди­те­ли не мог­ли не со­гла­сить­ся на брак. Но по­сколь­ку Ло­пе нель­зя бы­ло по­яв­лять­ся в Ма­д­ри­де, же­нил­ся он на Исабель «ди­стан­ци­он­но», че­рез до­ве­рен­ное ли­цо, и 10 мая неве­ста сто­я­ла пе­ред ал­та­рем без же­ни­ха. Впро­чем, зная ха­рак­тер Ло­пе, био­гра­фы пред­по­ла­га­ют, что он все-та­ки при­был ин­ког­ни­то в Ма­д­рид и не от­ка­зал се­бе в удо­воль­ствии по­на­блю­дать из­да­ли за соб­ствен­ной сва­дьбой. 29 мая мо­ло­дой су­пруг уже взо­шел на борт ко­раб­ля «Сан-ху­ан», от­плы­вав­ше­го из Лис­са­бо­на к бе­ре­гам Ан­глии в со­ста­ве во­ен­но-мор­ской эс­кад­ры, из­вест­ной как Не­по­бе­ди­мая ар­ма­да. Исабель при­е­ха­ла к му­жу, но удер­жать его не смог­ла. Их про­ща­ние Ло­пе де Ве­га поз­же дра­ма­тич­но опи­сал в ро­ман­се, за­шиф­ро­вав имя сво­ей юной же­ны ана­грам­мой Бе­ли­са. В те го­ды Ис­па­ния оже­сто­чен­но бо­ро­лась с Ан­гли­ей за пер­вен­ство в Ат­лан­ти­че­ском оке­ане, где ан­глий­ские пи­ра­ты

––––––––––––––––––––––– Сле­ва на­пра­во: Ни­ко­ли­но Гра­нел­ло. «Сра­же­ние у ост­ро­ва Тер­сей­ра». Фрес­ка. 1582; Фр­эн­сис Дрейк

без­на­ка­зан­но гра­би­ли ис­пан­ские тор­го­вые су­да. Не­по­бе­ди­мая ар­ма­да бы­ла при­зва­на по­ло­жить это­му ко­нец, од­на­ко ей фа­таль­но не по­вез­ло. Ед­ва вый­дя в мо­ре, ко­раб­ли по­па­ли в же­сто­чай­ший шторм, и сле­ду­ю­щие два ме­ся­ца при­шлось ла­тать про­бо­и­ны; Ло­пе, на ко­то­ро­го сти­хия про­из­ве­ла силь­ное впе­чат­ле­ние, не те­рял вре­ме­ни да­ром – он опи­сы­вал уви­ден­ное и пе­ре­жи­тое. За­тем Ар­ма­да про­шла в ту­мане ми­мо про­тив­ни­ка, не за­ме­тив его, что опять-та­ки сыг­ра­ло на ру­ку ан­гли­ча­нам. 8-9 ав­гу­ста 1588 го­да Ф рэн­сис Дрейк раз­гро­мил Не­по­бе­ди­мую ар­ма­ду. В кро­во­про­лит­ном бою пал Ху­ан де Ве­га, млад­ший брат Ло­пе. В ок­тяб­ре Ло­пе де Ве­га на по­тре­пан­ном судне вме­сте с остат­ка­ми Не­по­бе­ди­мой ар­ма­ды вер­нул­ся в Ис­па­нию, где его жда­ла Исабель. По­ра­же­ние Ар­ма­ды ли­ши­ло его на­дежд на ам­ни­стию – при­го­вор по его де­лу оста­вал­ся в си­ле. По со­ве­ту дру­зей Ло­пе де Ве­га уехал с же­ной в Ва­лен­сию.

ВСЕМОГУЩИЙ ПО­ЭТ Здесь его зна­ли. На под­мост­ках кор­ра­лей Ва­лен­сии дав­но уже с успе­хом шли пье­сы Ло­пе де Ве­ги, и в мест­ных по­э­ти­че­ских кру­гах он сра­зу стал звез­дой пер­вой ве­ли­чи­ны. С его лег­кой ру­ки Ва­лен­сию за­хлест­ну­ла мо­да на ро­ман­сы, ли­ри­че­ские сти­хи вось­ми­слож­но­го раз­ме­ра, сбор­ни­ки ко­то­рых на­зы­ва­лись «ро­ман­се­ро». Ро­ман­сы са­мо­го Ло­пе де Ве­ги поль­зо­ва­лись бе­ше­ным успе­хом, их сю­же­ты он раз­ви­вал и в дра­ма­ти­че­ском жан­ре. От­прав­лял он но­вые пье­сы и с ку­рье­ром в Ма­д­рид, где они

то­же не схо­ди­ли со сце­ны – за бе­ше­ным тем­пом Ло­пе не мог угнать­ся ни один те­атр. Обо­жа­ние Ло­пе в Ва­лен­сии до­стиг­ло та­ких мас­шта­бов, что по­яви­лась аль­тер­на­тив­ная вер­сия глав­ной ка­то­ли­че­ской мо­лит­вы: «Ве­рую в Ло­пе де Ве­гу, все­мо­гу­ще­го по­эта зем­ли и неба», – та­кая кон­ку­рен­ция не мог­ла не на­сто­ро­жить Свя­тую ин­кви­зи­цию. Но дол­го в го­сте­при­им­ной Ва­лен­сии бо­же­ствен­ный Ло­пе не за­дер­жал­ся: уже в 1590 го­ду су­пру­ги де Ве­га от­пра­ви­лись в То­ле­до, где Ло­пе по­сту­пил сек­ре­та­рем сна­ча­ла к мар­ки­зу Маль­пи­ке, у ко­то­ро­го ему не по­нра­ви­лось, за­тем – к мо­ло­до­му Ан­то­нио Аль­ва­ре­су, на­след­ни­ку, а за­тем гер­цо­гу Аль­бе. Ве­ро­ят­но, гер­цог стал крест­ным от­цом до­че­ри Ло­пе и Исабель, ко­то­рую на­зва­ли его име­нем – Ан­то­ния. Она про­жи­ла немно­гим боль­ше трех лет. По­те­ряв дочь, Исабель впа­ла в де­прес­сию и че­рез несколь­ко дней по­сле рож­де­ния вто­рой де­воч­ки, Те­одо­ры, скон­ча­лась. Но­во­рож­ден­ная пе­ре­жи­ла ее все­го на несколь­ко ме­ся­цев. По­сле смер­ти Исабель Ло­пе за­ка­зал порт­рет же­ны (а не по­смерт­ную мас­ку), че­го не удо­су­жил­ся сде­лать при ее жиз­ни, а за­тем рас­про­дал все ее ве­щи, ушел от гер­цо­га Аль­бы, по­ки­нул То­ле­до и вер­нул­ся в Ма­д­рид. Срок из­гна­ния Ло­пе еще не ис­тек, од­на­ко о его воз­вра­ще­нии по­за­бо­тил­ся... Хе­ро­ни­мо Ве­лас­кес, ото­звав­ший свой иск. Ве­ро­ят­но, хо­зя­и­ну те­ат­ра, те­перь от­нюдь не про­цве­тав­ше­го, бы­ло кров­но необ­хо­ди­мо воз­об­но­вить со­труд­ни­че­ство со звезд­ным дра­ма­тур­гом. Бы­ла и еще од­на при­чи­на: Елена Осо­рио то­же ов­до­ве­ла и, воз­мож­но, пи­та­ла на­деж­ду вер­нуть Ло­пе уже как за­кон­но­го му­жа. Но для него этот ро­ман был уже в про­шлом. Вер­нув­шись в сто­ли­цу, Ло­пе сно­ва во­рвал­ся в бе­ше­ный ритм те­ат­раль­ной жиз­ни, со­зда­вая од­ну пье­су за дру­гой, и жен­щи­на у него, ко­неч­но, то­же по­яви­лась – трид­ца­ти­лет­няя вдо­ва до­нья Ан­то­ния Три­льо де Ар­мен­та, ко­то­рой по­эт пре­спо­кой­но по­свя­тил со­нет, на­пи­сан­ный ра­нее для Еле­ны. Для него это бы­ло де­лом обыч­ным: в 1598 го­ду, став сек­ре­та­рем мар­ки­за Сар­рии, Ло­пе за­про­сто пе­ре­по­свя­тил ему пас­то­раль­ный ро­ман «Ар­ка­дия», на­пи­сан­ный для гер­цо­га Аль­бы.

ТРИ СВАДЬБЫ По­сле­ду­ю­щие го­ды Ло­пе не си­дел на ме­сте, пе­ре­ме­ща­ясь меж­ду Ма­д­ри­дом, То­ле­до, Ва­лен­си­ей и Ва­лья­до­ли­дом, ку­да в на­ча­ле но­во­го ве­ка пе­ре­ехал ко­ро­лев­ский двор, – и вез­де он был вос­тре­бо­ван. В 1599-м ис­пан­ская ко­ро­на за­клю­чи­ла два ди­на­сти­че­ских со­ю­за: мо­ло­дой Фи­липп III же­нил­ся на Мар­га­ри­те Ав­стрий­ской, а его сест­ра вы­шла за­муж за эрц­гер­цо­га Аль­бер­та. Ло­пе де Ве­ге

––––––––––– Ми­гель Сер­ван­тес де Са­а­вед­ра. Вни­зу – па­но­ра­ма То­ле­до. 1572

бы­ло по­ру­че­но не толь­ко ве­сти ле­то­пись двой­ной ко­ро­лев­ской свадьбы, но и раз­ра­бо­тать сце­на­рий тор­жеств – кре­а­тив­ный, как ни­ко­гда, с кар­на­ва­ла­ми, улич­ны­ми спек­так­ля­ми и со­стя­за­ни­ем эпи­грамм, а гвоз­дем про­грам­мы ста­ло на­па­де­ние раз­бой­ни­ков на ко­ро­лев­ский кор­теж: как сле­ду­ет на­пу­гав го­стей, «раз­бой­ни­ки» па­ли ниц пе­ред ко­ро­лев­ски­ми осо­ба­ми. В том же го­ду, ку­да бо­лее скром­но, же­нил­ся и сам Ло­пе де Ве­га: его из­бран­ни­цей ста­ла Ху­а­на де Гу­ар­до, дочь со­сто­я­тель­ных мад­рид­ских бур­жуа, ее отец был по­став­щи­ком мя­са на ко­ро­лев­скую кух­ню. У су­пру­гов ро­ди­лась дочь Ха­син­та; при­мер­но то­гда же у Ло­пе по­явил­ся неза­кон­ный сын Фер­нан­до, впер­вые упо­мя­ну­тый в бу­ма­гах от­ца пят­на­дца­ти­лет­ним, уже по­стри­жен­ным в мо­на­хи под име­нем бра­та Ви­сен­те; мать его неиз­вест­на. Образ­цо­вым су­пру­гом Ло­пе де Ве­га, увы, не был. За­кон­ный и лю­би­мый сын Кар­лос Фе­ликс, или Кар­ли­льос, ро­дил­ся в 1606 го­ду. «Мой ма­лень­кий Кар­лос с его щеч­ка­ми, в цве­те ко­их бе­лиз­на со­че­та­лась с мяг­ким ру­мян­цем, по­хо­жим на ле­пест­ки ро­зы, – пи­сал Ло­пе, – оча­ро­вал мою ду­шу сво­им дет­ским ле­пе­том. Все для ме­ня пре­вра­ща­лось в свет за­ри и в блеск сол­неч­ных лу­чей, ко­гда я ви­дел, как он рез­вил­ся на лу­жай­ке, как яг­не­нок». Кар­ли­льос умер в воз­расте се­ми лет. А са­мая млад­шая дочь Ху­а­ны и Ло­пе – Фе­ли­си­а­на, чье по­яв­ле­ние на свет в 1613 го­ду сто­и­ло ма­те­ри жиз­ни, во­пре­ки все­об­щим опа­се­ни­ям, вы­жи­ла, про­жи­ла дол­гую жизнь и да­же от­ча­сти уна­сле­до­ва­ла ли­те­ра­тур­ный дар от­ца.

МИКАЭЛА Ис­пан­ский те­атр толь­ко в са­мом кон­це XVI ве­ка до­пу­стил на сце­ну жен­щин – до это­го жен­ские ро­ли иг­ра­ли маль­чи­ки, и дра­ма­тур­ги ста­ра­лись эти­ми ро­ля­ми не зло­упо­треб­лять. Ло­пе де Ве­га стал од­ним из пер­вых, кто вы­вел на сце­ну мно­же­ство са­мых раз­но­пла­но­вых жен­ских об­ра­зов, клю­че­вых в боль­шин­стве его пьес. И не по­след­нюю роль тут иг­ра­ли его соб­ствен­ные ро­ма­ны с ак­три­са­ми – в част­но­сти, с мад­рид­ской кра­са­ви­цей Ми­ка­э­лой де Лу­хан. Микаэла, как и боль­шин­ство ак­те­ров, бы­ла негра­мот­на (что не по­ме­ша­ло впо­след­ствии Ло­пе пуб­ли­ко­вать со­не­ты, под­пи­сан­ные ее име­нем). Ро­ли она за­учи­ва­ла на слух, поль­зу­ясь уни­каль­ной воз­мож­но­стью де­лать это с го­ло­са са­мо­го ав­то­ра; кста­ти, пье­сы Ло­пе де Ве­ги вы­со­ко це­ни­ли в те­ат­ре и за лег­ко за­по­ми­на­ю­щий­ся текст. Труп­па, где иг­ра­ла Микаэла, бы­ла бро­дя­чей, и Ло­пе объ­ез­дил вслед за лю­би­мой всю Ис­па­нию. У них ро­ди­лось двое де­тей: дочь Мар­се­ла и сын Ло­пе Фе­ликс; они по­яви­лись на свет прак­ти­че­ски па­рал­лель­но с его за­кон­ны­ми от­прыс­ка­ми. Ло­пе снял в Ма­д­ри­де

––––––––––– Свер­ху вниз: Мар­га­ри­та Ав­стрий­ская; Фи­липп III. На стра­ни­це сле­ва: ти­туль­ный лист «Па­лом­ни­ка на ро­дине». 1604

дом, где по­се­лил Ми­ка­э­лу, и несколь­ко лет жил фак­ти­че­ски на две се­мьи и на два го­ро­да (Ху­а­на оста­ва­лась в То­ле­до). В 1608 го­ду Микаэла де Лу­хан вне­зап­но ис­чез­ла при за­га­доч­ных об­сто­я­тель­ствах. Пять лет спу­стя, уже по­сле смер­ти же­ны, Ло­пе взял к се­бе в дом обо­их вне­брач­ных де­тей: Мар­се­ла позд­нее по­стриг­лась в мо­на­хи­ни, а Ло­пе Фе­ликс впо­след­ствии по­гиб при ко­раб­ле­кру­ше­нии, от­пра­вив­шись в Ка­риб­ское мо­ре на лов­лю жем­чу­га.

ЗАПОВЕДИ И ПРА­ВИ­ЛА Еще в 1605-м в жиз­ни Ло­пе де Ве­ги по­явил­ся но­вый по­кро­ви­тель – дон Лу­ис Фер­нан­дес де Кор­до­ва Кар­до­на-и-ара­гон, граф де Ка­б­ра, бу­ду­щий гер­цог Сес­са. Этот че­ло­век во­шел в ис­то­рию бла­го­да­ря то­му, что со­хра­ни­лась огром­ная (бо­лее 800 пи­сем) его пе­ре­пис­ка с Ло­пе де Ве­гой – глав­ный ис­точ­ник ин­фор­ма­ции о трех де­сят­ках лет жиз­ни зна­ме­ни­то­го дра­ма­тур­га. Ло­пе был сек­ре­та­рем гер­цо­га, при­чем из­вест­но, что он пи­сал от име­ни па­тро­на не толь­ко де­ло­вые и лич­ные пись­ма, но и сти­хо­твор­ные по­сла­ния его воз­люб­лен­ным. В сле­ду­ю­щем го­ду ко­ро­лев­ский двор вер­нул­ся в Ма­д­рид, и жизнь го­ро­да за­бур­ли­ла с но­вой си­лой. Ло­пе де Ве­га пе­ре­вез в но­вую сто­ли­цу се­мью, а в 1610 го­ду ку­пил двух­этаж­ный дом с боль­шим са­дом. Дом Ло­пе на­зы­вал в пись­мах сво­ей шка­тул­кой, и по­сле мно­гих лет бро­дя­чей жиз­ни это жи­ли­ще име­ло боль­шое зна­че­ние для него. Он тща­тель­но под­би­рал пред­ме­ты об­ста­нов­ки и про­из­ве­де­ния ис­кус­ства, а в са­ду с огром­ным удо­воль­стви­ем и ра­бо­тал, и пре­да­вал­ся раз­ду­мьям. Имен­но в этом до­ме Ло­пе де Ве­га на­пи­сал са­мые из­вест­ные и се­го­дня, а на тот мо­мент ре­во­лю­ци­он­ные пье­сы – «Фу­эн­те Ове­ху­на» («Ове­чий ис­точ­ник»), «Ка­ба­лье­ро из Оль­ме­до», «Со­ба­ка на сене». В ли­те­ра­ту­ро­вед­че­ском трак­та­те «Но­вое ру­ко­вод­ство к со­чи­не­нию ко­ме­дий», за­чи­тан­ном на за­се­да­нии Мад­рид­ской ака­де­мии, он упо­ми­нал 483 пье­сы, вы­шед­шие на тот мо­мент из-под его пе­ра, а впе­ре­ди бы­ло уж точ­но не мень­ше. Ло­пе вы­сту­пал за бли­зость те­ма­ти­ки пьес к зри­те­лю, за сме­ше­ние жан­ров ко­ме­дии и тра­ге­дии (что ста­ло фа­таль­ным уда­ром по чи­стой тра­ге­дии), пред­ла­гал бо­лее ком­пакт­ную трех­акт­ную струк­ту­ру вме­сто то­гдаш­ней пя­ти­акт­ной. Он был од­ним из пер­вых, кто, пре­крас­но вла­дея дра­ма­ти­че­ской тео­ри­ей, счи­тал, что в точ­но­сти сле­до­вать ей го­раз­до ме­нее важ­но, чем нра­вить­ся зри­те­лю. «Ко­гда мне на­до на­пи­сать ко­ме­дию, я за­пи­раю заповеди и пра­ви­ла на за­мок ше­стью по­во­ро­та­ми клю­ча», – пи­сал Ло­пе де Ве­га. Ра­зу­ме­ет­ся, он нра­вил­ся не всем. Ли­те­ра­тур­ные со­пер­ни­ки Ло­пе то и де­ло устра­и­ва­ли за­го­во­ры, что­бы со­рвать ему оче­ред­ную

пре­мье­ру. До­хо­ди­ло и до за­каз­ных на­па­де­ний на дра­ма­тур­га под по­кро­вом тем­но­ты; по­сле од­но­го та­ко­го Ло­пе пи­сал гер­цо­гу Сес­се: «Сла­ва Бо­гу! У ме­ня не ока­за­лось ни еди­ной ра­ны, и од­на­ко же все те, кто ви­дел, в ка­ком со­сто­я­нии был мой плащ, го­во­рят, что это про­сто чу­до». А од­на­ж­ды некий идаль­го на­бро­сил­ся на Ло­пе со шпа­гой: по его сло­вам, роль ге­роя пье­сы на ре­аль­ный ис­то­ри­че­ский сю­жет, его даль­не­го род­ствен­ни­ка, до­ве­ри­ли недо­ста­точ­но кра­си­во­му и стат­но­му ак­те­ру. Не­из­вест­но, ис­пу­гал­ся Ло­пе или ско­рее по­сме­ял­ся над из­лишне пыл­ким зри­те­лем, но ак­те­ра к сле­ду­ю­ще­му пред­став­ле­нию за­ме­ни­ли.

ОТЕЦ ЛО­ПЕ Для сце­ны Ло­пе де Ве­га пи­сал в огром­ных ко­ли­че­ствах не толь­ко ко­ме­дии, но и ауто – дра­мы ре­ли­ги­оз­но­го со­дер­жа­ния. С го­да­ми цер­ковь за­ни­ма­ла все боль­ше ме­ста в его жиз­ни. Из­вест­но, что еще в 1609-м Ло­пе всту­пил в Кон­гре­га­цию слуг Свя­то­го при­ча­стия – брат­ство на­бож­ных лю­дей, ко­то­рые но­си­ли зна­ки от­ли­чия и от­прав­ля­ли тор­же­ствен­ные об­ря­ды. Поз­же он стал чле­ном «Брат­ства ули­цы Оли­вар» (ре­ли­ги­оз­но­го с ли­те­ра­тур­ным укло­ном, его чле­ном был и Сер­ван­тес), а за­тем – Тре­тье­го ор­де­на свя­то­го Фран­цис­ка. Бе­з­услов­но, к ре­ше­нию стать свя­щен­ни­ком, че­го он успеш­но из­бе­жал в юно­сти, Ло­пе под­толк­ну­ла преж­де все­го по­те­ря близ­ких: воз­люб­лен­ной, сы­на, же­ны. 15 мар­та 1614 го­да в То­ле­до Ло­пе де Ве­га был ру­ко­по­ло­жен в ду­хов­ный сан; пе­ред са­мой це­ре­мо­ни­ей он очень неохот­но со­гла­сил­ся сбрить усы (ко­то­рые, впро­чем, сра­зу же сно­ва отрас­тил). За­тем при­нес обет це­ло­муд­рия, а 29 мая от­слу­жил свою первую мес­су. Те­перь он но­сил су­та­ну, от­зы­вал­ся на об­ра­ще­ние «отец Ло­пе», но, как и преж­де, ак­тив­но участ­во­вал в ли­те­ра­тур­ной и те­ат­раль­ной жиз­ни стра­ны, что для Ис­па­нии не бы­ло чем-то экс­тра­ор­ди­нар­ным: свя­щен­ни­ка­ми бы­ли и Тир­со де Мо­ли­на, и

Каль­де­рон. Го­раз­до ху­же ду­хов­ный сан со­че­тал­ся с сек­ре­тар­ски­ми обя­зан­но­стя­ми при гер­цо­ге Сес­се, чьи лю­бов­ные сек­ре­ты Ло­пе был обя­зан хра­нить да­же на ис­по­ве­ди. Сво­их у него, ко­неч­но же, не бы­ло. «Ес­ли с мо­мен­та при­ня­тия са­на мне бы­ло бы да­но бес­стыд­ным об­ра­зом по­знать жен­щи­ну, – пи­сал Ло­пе гер­цо­гу, – да бу­дет то­гда угод­но Гос­по­ду, то­му Гос­по­ду, ча­сти­цу те­ла ко­е­го я, недо­стой­ный, еже­днев­но бе­ру в ру­ки, ли­шить ме­ня жиз­ни рань­ше, чем это пись­мо дой­дет до Вас». Про­дер­жал­ся отец Ло­пе де Ве­га все­го два го­да – и жен­щи­на сно­ва по­яви­лась в его жиз­ни.

––––––––––– Свер­ху вниз: ти­туль­ный лист по­э­мы «Кра­со­та Ан­хе­ли­ки». 1602; Фер­нан­до Сель­ма. Гра­ви­ро­ван­ный порт­рет Ло­пе де Ве­ги, вы­пол­нен­ный для аль­бо­ма «Порт­ре­ты зна­ме­ни­тых ис­пан­цев». 1791

АМАРИЛЛИС В сти­хах и в пись­мах он на­зы­вал ее Амариллис. А зва­ли ее до­нья Мар­та де Не­ва­рес-сан­тойо, ей бы­ло два­дцать шесть лет, она бы­ла за­му­жем. Впер­вые Ло­пе встре­тил ее в мад­рид­ском са­ду на по­э­ти­че­ском празд­ни­ке, и неко­то­рое вре­мя пы­тал­ся удер­жи­вать свою лю­бовь в пла­то­ни­че­ских рам­ках. «Я люб­лю ее, – пи­сал он гер­цо­гу, – так, как лю­бил бы мо­на­хи­ню, и что­бы с ней по­го­во­рить, я вы­ко­вы­ваю непре­одо­ли­мые пре­пят­ствия, го­раз­до бо­лее непре­одо­ли­мые, чем мо­на­стыр­ские ре­шет­ки». Он по­свя­щал Амариллис мас­су сти­хов и пьес, пи­сал лю­бов­ные пись­ма – впо­след­ствии их по­тре­бо­вал от­дать ему гер­цог Сес­са, кол­лек­ци­о­ни­ро­вав­ший ру­ко­пи­си сво­е­го зна­ме­ни­то­го сек­ре­та­ря, и Ло­пе при­шлось под­чи­нить­ся. В 1616 го­ду у Амариллис и Ло­пе ро­ди­лась дочь Ан­то­ния Кла­ра. Ее крест­ным стал сын гер­цо­га Сес­сы, а в сви­де­тель­стве о кре­ще­нии ро­ди­те­лем был за­пи­сан Ро­ке Эр­нан­дес, муж Мар­ты; го­раз­до позд­нее, со­став­ляя за­ве­ща­ние, Ан­то­ния Кла­ра офи­ци­аль­но ука­жет сво­им от­цом Ло­пе де Ве­гу. Ро­ке Эр­нан­дес был на­мно­го стар­ше Мар­ты и сде­лал ее жизнь невы­но­си­мой еще до ее встре­чи с Ло­пе: про­мо­тал со­сто­я­ние же­ны, по­бо­я­ми за­ста­вил под­пи­сать за­клад­ную на дом, а за­тем пе­ре­за­ло­жил его и сбе­жал, оста­вив ее фак­ти­че­ски на ули­це и под су­дом. С ро­лью ро­го­нос­ца он не сми­рил­ся, пы­тал­ся отобрать Ан­то­нию Кла­ру, угро­жал Ло­пе как свя­щен­ни­ку пуб­лич­ным скан­да­лом и, по сло­вам са­мо­го дра­ма­тур­га, да­же ор­га­ни­зо­вал по­ку­ше­ние на его жизнь. Мар­та при под­держ­ке Ло­пе ре­ши­лась на раз­вод, а на вре­мя про­цес­са, в те вре­ме­на очень тру­до­ем­ко­го, укры­лась в мо­на­сты­ре. Че­рез два го­да брак был, на­ко­нец, рас­торг­нут, что сов­па­ло со смер­тью Ро­ке Эр­нан­де­са. Амариллис с до­че­рью по­се­ли­лась в до­ме Ло­пе (где в то вре­мя жи­ли две его до­че­ри от дру­гих жен­щин – Мар­се­ла иф ели­си­а­на, а так­же сын Ло­пе Фе­ликс: ес­ли ве­рить их от­цу, все пре­крас­но ла­ди­ли). Из­вест­но, что имен­но по ее прось­бе он об­ра­тил­ся к жан­ру, в ко­то­ром рань­ше ни­ко­гда не ра­бо­тал, – на­чал пи­сать но­вел­лы, что­бы лю­би­мой жен­щине бы­ло что чи­тать. Сча­стье про­дли­лось не­дол­го: че­рез два го­да Амариллис вне­зап­но ослеп­ла, еще че­рез неко­то­рое вре­мя у нее на­ча­лись при­сту­пы безу­мия. Со­вре­мен­ные био­гра­фы счи­та­ют, что это бы­ли симп­то­мы си­фи­ли­са, ко­то­рым она за­ра­зи­лась еще в юно­сти от му­жа; в тре­тьей ста­дии бо­лезнь уже не бы­ла за­раз­ной, и Ло­пе ее из­бе­жал. Амариллис умер­ла в 1632 го­ду, и Ло­пе был с ней до по­след­не­го дня.

––––––––––– Свер­ху вниз: дочь дра­ма­тур­га, в мо­на­ше­стве – сест­ра Мар­се­ла де Сан Фе­ликс. На стра­ни­це спра­ва: ти­туль­ный лист ру­ко­пи­си од­ной из пьес Ло­пе де Ве­ги

СИЛА РАЗУМА «Они пре­сле­ду­ют ме­ня сво­и­ми уста­ми, вы­тя­ну­ты­ми на­по­до­бие хо­бот­ков у ко­ма­ров и мос­ки­тов, и сво­им зу­дом и жуж­жа­ни­ем раз­дра­жа­ют мой слух; это же ядо­ви­тые шпан­ские му­хи, бло­хи, наг­лые кры­сы, ля­гуш­ки и пу­за­тые жа­бы!» Так пи­сал Ло­пе де Ве­га о сво­их ли­те­ра­тур­ных со­пер­ни­ках, ко­то­рые к на­ча­лу два­дца­тых опол­чи­лись про­тив него с осо­бен­ной си­лой. Глав­ным из них был Лу­ис де Гон­го­ра, с ко­то­рым Ло­пе по­зна­ко­мил­ся еще в юно­сти, в Са­ла­ман­ке. На­пад­ка­ми на Ло­пе де Ве­гу Гон­го­ра за­ни­мал­ся всю жизнь. Он воз­му­щал­ся, ко­гда Ло­пе, вы­хо­дя за пре­де­лы тер­ри­то­рии дра­ма­тур­гии, пуб­ли­ко­вал со­не­ты или ро­ма­ны, он ед­ко вы­сме­и­вал же­нить­бу Ло­пе. Он со­брал круг еди­но­мыш­лен­ни­ков-по­сле­до­ва­те­лей, в ос­нов­ном гра­фо­ма­нов, ко­то­рые пуб­ли­ко­ва­ли кри­ти­че­ские вы­па­ды и па­ро­дии на про­из­ве­де­ния Ло­пе, пле­ли за­го­во­ры во­круг его име­ни. При­ме­ча­тель­но, что сам Ло­пе де Ве­га ни­ка­кой непри­яз­ни кг он­го­ре ни­ко­гда не вы­ка­зы­вал и пи­сал о нем: «Сей ры­царь, ко­е­го я знаю бо­лее два­дца­ти лет, – са­мый ред­кост­ный и са­мый необыч­ный ге­ний, ко­е­го я зна­вал в этой стране». Не­смот­ря на на­пад­ки кол­лег, ко­то­рые при­хо­ди­лось от­ра­жать, Ло­пе про­дол­жал очень мно­го ра­бо­тать: из-под его пе­ра вы­хо­ди­ли и огром­ные по­э­мы, и со­не­ты, и нескон­ча­е­мая ве­ре­ни­ца пьес. В на­ча­ле трид­ца­тых, ко­гда жизнь стра­ны опре­де­лял ко­ро­лев­ский фа­во­рит граф-гер­цог Оли­ва­рес, имен­но Ло­пе де Ве­га за­ни­мал­ся сце­на­ри­я­ми и ре­жис­су­рой гран­ди­оз­ных двор­цо­вых празд­неств в Ма­д­ри­де. Меж­ду тем в лич­ной жиз­ни Ло­пе од­но по­тря­се­ние сле­до­ва­ло за дру­гим. Че­рез два го­да по­сле смер­ти Амариллис ее дочь Ан­то­ния Кла­ра сбе­жа­ла из до­му с неким вель­мо­жей, имя ко­то­ро­го оста­лось неиз­вест­ным. Ло­пе не стал его разыс­ки­вать и мстить, по­сколь­ку это про­ти­во­ре­чи­ло его жиз­нен­ным уста­нов­кам. Доб­рое имя его до­че­ри бы­ло за­губ­ле­но, за­муж она так и не вы­шла, а в об­ще­стве ста­ла по­яв­лять­ся толь­ко че­рез де­сять лет по­сле смер­ти от­ца. Мень­ше чем че­рез год по­сле ее скан­даль­но­го по­бе­га по­гиб в ко­раб­ле­кру­ше­нии бес­пут­ный аван­тю­рист, неза­кон­ный сын дра­ма­тур­га Ло­пе Фе­ликс. Всю жизнь Ло­пе де Ве­га от­ли­чал­ся за­вид­ным здо­ро­вьем (бо­лел он все­го несколь­ко раз в жиз­ни). Его уче­ник и био­граф Ху­ан де Мон­таль­бан вспо­ми­нал, как од­на­ж­ды в ав­гу­сте 1635 го­да, на Пре­об­ра­же­ние, се­ми­де­ся­ти­трех­лет­ний учи­тель по­чув­ство­вал се­бя пло­хо: «вне­зап­но ощу­тил та­кую боль, буд­то грудь его не мог­ла бо­лее удер­жи­вать внут­ри серд­це». В тот раз Ло­пе опра­вил­ся и вер­нул­ся к ра­бо­те, но че­рез две с неболь­шим неде­ли, 24 ав­гу­ста, при­ступ по­вто­рил­ся: в тот день, не­смот­ря на

––––––––––– Иг­на­сио Су­а­рес Лья­нос. «По­хо­ро­ны Ло­пе де Ве­ги». 1862 ––––––––––– Сле­ва на­пра­во: Лу­ис де Гон­го­раи-ар­го­те; порт­рет Ло­пе де Ве­ги ки­сти неиз­вест­но­го ма­сте­ра

недо­мо­га­ние с утра, Ло­пе при­сут­ство­вал на за­щи­те док­тор­ской дис­сер­та­ции в Кол­ле­дже Шот­ланд­цев. До­мой его унес­ли в порт­ше­зе, на сле­ду­ю­щий день пу­сти­ли кровь, а по­том ме­ди­ки при­зна­лись в сво­ем бес­си­лии и по­со­ве­то­ва­ли боль­но­му по­звать свя­щен­ни­ка. На­хо­дясь в здра­вом уме и твер­дой па­мя­ти, Ло­пе де Ве­га при­ча­стил­ся, про­дик­то­вал за­ве­ща­ние, бла­го­сло­вил дочь Фе­ли­си­а­ну и 27 ав­гу­ста 1635 го­да ти­хо скон­чал­ся в кру­гу дру­зей. Как вспо­ми­нал один из них, «гла­за его про­из­во­ди­ли та­кое впе­чат­ле­ние, буд­то он со­хра­нил пол­но­стью си­лу сво­е­го разума».

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.