ГЕН­РИХ VIII: ЖЕ­НИТЬ­СЯ ПО ЛЮБ ВИ

Lichnosti - - ГЕН­РИХ VIII: ЖЕ­НИТЬ­СЯ ПО ЛЮБ­ВИ -

Ма­рин а Лив анов а

ДВУХ­ЦВЕТ­НАЯ РО­ЗА

Ди­на­стия Тю­до­ров во­ца­ри­лась в Ан­глии по­сле за­тяж­ной вой­ныа лой и Бе­лой роз, Лан­ка­сте­ров и Йор­ков. Пер­вый ко­роль этой ди­на­стии, Ген­рих VII, был ко­ро­но­ван на по­ле боя приб освор­те, где по­бе­дил вой­скар ичар­да III.Е ще до вос­ше­ствия на пре­стол Ген­рих Тю­дор, гра­фр ич­монд, по­то­мок Лан­ка­сте­ров, по­клял­ся же­нить­ся нае ли­за­ве­тей орк­ской, по­ло­жив та­ким об­ра­зом ко­нец мно­го­лет­ней рас­пре. На гер­бе Тю­до­ров по­яви­лась ро­за ком­би­ни­ро­ван­но­го, ало-бе­ло­го цве­та. Ген­рих VII пра­вил стра­ной два­дцать че­ты­ре го­да, и эти го­ды бы­ли от­но­си­тель­но мир­ны­ми и спо­кой­ны­ми дляа нглии, не­смот­ря на дур­ное пред­зна­ме­но­ва­ние – вспыш­ку неко­ей ин­фек­ци­он­ной бо­лез­ни с очень вы­со­кой смерт­но­стью. Ско­рее все­го, она бы­ла за­ве­зе­на его вой­ска­ми из Фран­ции, но по­лу­чи­ла из­вест­ность как « ан­глий­ский пот »: от нее люди уми­ра­ли в те­че­ние несколь­ких ча­сов. Эпи­де­мии вспы­хи­ва­ли не­сколь­ко раз в эпо­ху прав­ле­ния Тю­до­ров, по­сле че­го бо­лезнь ис­чез­ла. Де­тей у ко­ро­ля и ко­ро­ле­вы ро­ди­лось се­ме­ро, а вы­жи­ло чет­ве­ро:а ртур, Мар­га­ри­та, Ген­рих и Ма­рия. Принц Ген­рих, млад­ший сын, по­явил­ся на свет в Грин­ви­че 28 июня 1491 го­да. Ко­ро­лев­ское бу­ду­щее ожи­да­ло стар­ше­го, чье имя под­чер­ки­ва­ло кельт­ские кор­ни ди­на­стии Тю­до­ров. Отец же­нил А рту­ра на ис­пан­ской прин­цес­се Е ка­те­рине Ара­гон­ской, до­че­ри ко­ро­лев­ской че­ты Фер­ди­нан­да и Иза­бел­лы; ди­на­сти­че­ский брак с ис­пан­ским прин­цем был ор­га­ни­зо­ван и для прин­цес­сы Мар­га­ри­ты. Ген­ри­ха же с детства го­то­ви­ли к цер­ков­ной сте­зе, его вос­пи­та­ни­ем ру­ко­во­ди­ла ба­буш­ка, ле­ди Мар­га­рет деб офор. О его дет­стве и от­ро­че­стве из­вест­но немно­го, но, су­дя по все­му, образование маль­чик по­лу­чил непло­хое и раз­но­сто­рон­нее. В ис­точ­ни­ках упо­ми­на­ет­ся, что принц мно­го чи­тал, по­се­щал до ше­сти месс в день и пи­сал бо­го­слов­ские со­чи­не­ния – в част­но­сти, о свя­то­сти уз бра­ка. Ген­ри­ху бы­ло две­на­дцать, ко­гда его стар­ший брат, пят­на­дца­ти­лет­нийа ртур, ско­ро­по­стиж­но скон­чал­ся: в ка­че­стве

при­чи­ны смер­ти на­зы­ва­ют ту­бер­ку­лез, пнев­мо­нию или все тот же за­га­доч­ный «ан­глий­ский пот». Так или ина­че, юно­шей Ар­тур был сла­бо­го здо­ро­вья, и его брак с Ека­те­ри­нойа ра­гон­ской, ско­рее все­го, не был ре­а­ли­зо­ван фи­зи­че­ски – что, впро­чем, дис­ку­ти­ро­ва­лось, яв­ля­ясь во­про­сом го­су­дар­ствен­ной важ­но­сти. По­ка шли де­ба­ты,е ка­те­ри­на оста­ва­лась при ан­глий­ском дво­ре. Че­рез не­сколь­ко ме­ся­цев ко­ро­ле­вае ли­за­ве­та, же­на Ген­ри­ха VII, ро­див по­след­не­го ре­бен­ка, де­воч­ку, про­жив­шую со­всем недол­го, умер­ла от ро­диль­ной го­ряч­ки. Не же­лая те­рять скреп­лен­ный бра­ком кон­такт с Ис­па­ни­ей, вдо­вец Ген­рих VII хо­тел бы­ло же­нить­ся на юной вдо­вее ка­те­ри­неа ра­гон­ской сам, однако ис­пан­ская сто­ро­на это­му вос­про­ти­ви­лась. То­гда же­ни­хо­ме ка­те­ри­ны стал две­на­дца­ти­лет­ний Ген­рих – уже не бу­ду­щий свя­щен­ник, а прин­цу эль­ский, на­след­ник пре­сто­ла. Же­нить­ся на ней, со­глас­но до­го­во­ру, он дол­жен был че­рез три го­да, в пят­на­дцать лет.

––––––––––– Свер­ху вниз: вен­ча­ние Ген­ри­ха VIII и Ека­те­ри­ныа ра­гон­ской; порт­рет ко­ро­ле­вы в об­ра­зе ма­дон­ны с мла­ден­цем

Так началась мно­го­сту­пен­ча­тая брач­ная ис­то­рия бу­ду­ще­го «ко­ро­ля – Си­нейб оро­ды».

ВЕР­НОЕ СЕРДЦЕ

В от­ли­чие от стар­ше­го бра­та, юный Ген­рих был пар­нем от­мен­но­го здо­ро­вья, вы­со­ким* и стат­ным, бе­ло­ко­жим и ру­мя­ным. Он лю­бил спор­тив­ные иг­ры, в част­но­сти, тен­нис и борь­бу, охо­тил­ся, участ­во­вал в ры­цар­ских тур­ни­рах, му­зи­ци­ро­вал и, по ле­ген­де, да­же со­чи­нял сти­хи и пес­ни. В че­тыр­на­дцать лет он за­явил, что же­нить­ся нае ка­те­ри­неа ра­гон­ской не на­ме­рен: де­скать, до­го­вор о по­молв­ке за­клю­чи­ли без его ве­до­ма, поль­зу­ясь ма­ло­лет­ством. Это был не юно­ше­ский де­марш: за про­шед­шее вре­мя рез­ко из­ме­ни­лась по­ли­ти­че­ская си­ту­а­ция в Ев­ро­пе. В Ис­па­нии умер­ла ко­ро­ле­ва Иза­бел­ла, воз­ник­ли опре­де­лен­ные ка­зу­сы с на­сле­до­ва­ни­ем пре­сто­ла, и Ека­те­ри­на пе­ре­ста­ла быть вы­год­ной неве­стой, к то­му же ее обе­щан­ное ис­пан­ца­ми при­да­ное так и не бы­ло вы­пла­че­но.е ка­те­ри­на оста­ва­лась при дво­ре в неопре­де­лен­ном ста­ту­се, по­пут­но за­ни­ма­ясь по прось­бе сво­е­го от­ца, ко­ро­ля Фер­ди­нан­да, ди­пло­ма­ти­че­ской де­я­тель­но­стью. Это бы­ла ум­ная и очень на­бож­ная де­вуш­ка, стар­ше Ген­ри­ха на пять лет. В ап­ре­ле 1509 го­да умер от ту­бер­ку­ле­за Ген­рих VII, и его сын взо­шел на пре­стол. Ген­ри­ху VIII бы­ло сем­на­дцать лет, однако он сра­зу же за­явил о се­бе как о пра­ви­те­ле, с ко­то­рым стоит счи­тать­ся. На­чал он с то­го, что от­пра­вил в Тау­эр от­цов­ских бли­жай­ших со­вет­ни­ковр ичар­да Эмп­со­на и Эд­мун­да Дад­ли, а все­го че­рез два ме­ся­ца по­сле вос­ше­ствия на пре­стол все-та­ки по­шел под ве­нец с Ека­те­ри­нойа ра­гон­ской. Свой по­сту­пок мо­ло­дой ко­роль по­яс­нил ис­пол­не­ни­ем по­след­ней во­ли от­ца. «Ко­роль с неко­то­ры­ми сво­и­ми со­вет­ни­ка­ми скло­нял­ся к то­му, что бы­ло бы по­чет­но и полезно для его ко­ро­лев­ства взять в же­ны ле­дие ка­те­ри­ну, быв­шую же­ну его умер­ше­го бра­таа рту­ра, – до­бав­лял хро­ни­кер Эвард Холл, – по­сколь­ку, имея столь зна­чи­тель­ное при­да­ное, она мог­ла вый­ти замуж и за пре­де­ла­ми ко­ро­лев­ства, что бы­ло бы ему невы­год­но: и по этим на­сто­я­ни­ям ко­роль, бу­дучи мо­ло­дым и не зна­яб оже­ствен­ных за­ко­нов, же­нил­ся на упо­мя­ну­той ле­дие ка­те­рине в тре­тий день июня...» Ко­ро­на­ция Ген­ри­ха и Ека­те­ри­ны про­шла с боль­шой пом­пой, празд­не­ства­ми, ры­цар­ски­ми тур­ни­ра­ми, в ко­то­рых при­ни­мал уча­стие и сам мо­ло­дой ко­роль. «В этих ко­ро­лев­ствах (...) про­яв­ля­ют боль­шую лю­бовь к ко­ро­лю, мо­е­му вла­сте­ли­ну, и ко мне. На­ше вре­мя за­пол­не­но бес­ко­неч­ны­ми празд­ни­ка­ми...» – пи­са­ла Ека­те­ри­на от­цу в Ис­па­нию. Из­вест­но, что юный Ген­рих был скло­нен к маль­чи­ше­ским ду­ра­че­ствам, пе­ре­оде­ва­ни­ям, иг­рам:

на­при­мер, од­на­жды он пе­ре­хва­тил кор­теж мо­ло­дой ко­ро­ле­вы в об­ра­зер обин Гу­да. Спо­кой­ная и рас­су­ди­тель­на­яе ка­те­ри­на его урав­но­ве­ши­ва­ла, они бы­ли пре­крас­ной па­рой и в по­ли­ти­ке, и в лич­ной жиз­ни. За­бе­ре­ме­не­ла ко­ро­ле­ва очень быст­ро, но дочь по­яви­лась на свет недо­но­шен­ной и не вы­жи­ла. Однако уже под Но­вый 1511 год у цар­ствен­ных су­пру­гов ро­дил­ся сын, и это со­бы­тие сно­ва по­слу­жи­ло по­во­дом для мас­штаб­ных тор­жеств. Ген­рих VIII сра­жал­ся на ры­цар­ском тур­ни­ре под име­нем «Вер­ное сердце» и сла­гал тро­феи к но­гам су­пру­ги. На­след­ник пре­сто­ла, бу­ду­щий Ген­рих IХ, умер в воз­расте се­ми недель. В по­сле­ду­ю­щие го­ды ро­ди­лись и скон­ча­лись еще два маль­чи­ка – оба по име­ни Ген­рих. Из всех де­тей ко­ро­ля и Ека­те­ри­ныа ра­гон­ской вы­жи­ла толь­ко дочь Ма­рия, по­явив­ша­я­ся на свет в 1516 го­ду.

ПО­ЛЕ ЗО­ЛО­ТОЙ ПАР­ЧИ

Мо­ло­дой Ген­рих VIII увле­кал­ся не толь­ко тур­ни­ра­ми и охо­той, но и вой­ной. В 1512-м он дви­нул вой­ска наа кви­та­нию, юж­ную про­вин­цию Фран­ции; со­юз­ни­ка­ми Ген­ри­ха в этой кам­па­нии бы­ли им­пе­ра­тор Свя­щен­нойр им­ской им­пе­рии Мак­си­ми­ли­ан и тесть, Фер­ди­нан­да ра­гон­ский. Стар­то­ва­ла кам­па­ния успеш­но, Ген­рих одер­жал по­бе­ду в «бит­ве шпор» (на­зван­ной так, по­сколь­ку вра­ги стре­ми­тель­но бе­жа­ли), за­хва­тив фран­цуз­ский го­род Турне, однако за­тем со­юз­ни­ки бро­си­ли ан­глий­ско­го ко­ро­ля, не предо­ста­вив во­вре­мя во­ен­ной по­мо­щи и за­клю­чив за его спи­ной се­па­рат­ный мир с фран­цу­за­ми.у же то­гда на­ча­ли цир­ку­ли­ро­вать слу­хи, что ко­роль вот-вот раз­ве­дет­ся с же­ной-ис­пан­кой и же­нит­ся на фран­цуз­ской прин­цес­се; однако вме­сто это­го, за­клю­чив, в свою оче­редь, мир с ко­ро­лем Фран­ции Лю­до­ви­ком ХII, Ген­рих вы­дал за него замуж свою сест­ру Ма­рию.

Ген­рих VIII сра­жа­ет­ся на тур­ни­ре в честь сво­ей су­пру­ги Е ка­те­ри­ны А ра­гон­ской. Ста­рин­ная гра­вю­ра «По­сад­ка Ген­ри­ха VIII на су­да в Дув­ре 31 мая 1520 го­да»

По­ка Ген­рих VIII на­хо­дил­ся в во­ен­ных по­хо­дах, Е ка­те­ри­наа ра­гон­ская оста­ва­лась в Ан­глии в ка­че­стве ре­ген­та – муж ей все­це­ло до­ве­рял. Дру­гим до­ве­рен­ным ли­цом и со­вет­ни­ком ко­ро­ля был свя­щен­ник То­мас У ол­си, сде­лав­ший ка­рье­ру до кар­ди­на­ла и ви­це-канц­ле­ра; с ко­ро­ле­вой они очень не ла­ди­ли. Под его вли­я­ни­ем во­ин­ствен­ный Ген­рих на­чал искать ми­ра с фран­цу­за­ми и да­же за­клю­чил по­молв­ку сво­ей двух­лет­ней до­че­ри Ма­рии с до­фи­ном Фран­цис­ком, то­же мла­ден­цем (поз­же Ма­рию, един­ствен­ную на­след­ни­цу, об­ру­ча­ли и с им­пе­ра­то­ром Кар­лом, и с шот­ланд­ским ко­ро­лем Яко­вом). В июне 1520-го Ген­рих VIII встре­тил­ся с ко­ро­лем Фран­цис­ком I на «По­ле зо­ло­той пар­чи» – так со­вре­мен­ни­ки назвали мно­го­днев­ные празд­не­ства, ор­га­ни­зо­ван­ные кар­ди­на­ло­му ол­си, где со­юз­ни­ки изо всех сил ста­ра­лись пре­взой­ти друг дру­га в рос­ко­ши. По ле­ген­де, пе­ред встре­чей Ген­рих по со­ве­ту же­ны сбрил бо­ро­ду, но, ка­те­го­ри­че­ски не по­нра­вив­шись се­бе в зер­ка­ле, отрас­тил ее опять, и с тех пор имидж не ме­нял. Оба ко­ро­ля участ­во­ва­ли в тур­ни­рах и спор­тив­ных со­стя­за­ни­ях, а под ко­нец встре­чи си­лач Ген­рих VIII вы­звал Фран­цис­ка на бор­цов­ский по­еди­нок – и фран­цуз­ский ко­роль, при­ме­нив сек­рет­ный при­ем, уло­жил его на обе ло­пат­ки. Счи­та­ет­ся, что имен­но из-за это­го ин­ци­ден­та ди­пло­ма­ти­че­ская мис­сия про­ва­ли­лась, и глав­ным ито­гом «По­ля зо­ло­той пар­чи» ста­ли зи­я­ю­щие ды­ры в бюд­же­тах обе­их стран. От­но­ше­ния же меж­дуа нгли­ей и Фран­ци­ей оста­ва­лись на­пря­жен­ны­ми и пол­ны­ми вза­им­но­го недо­ве­рия. По­молв­ка прин­цес­сы с фран­цуз­ским на­след­ни­ком, не да­ва­яа нглии ни­ка­ких га­ран­тий, нес­ла в се­бе угро­зу ее по­гло­ще­ния Фран­ци­ей в том слу­чае, ес­ли у ан­глий­ско­го ко­ро­ля так и не бу­дет на­след­ни­ка муж­ско­го по­ла.а здо­ро­вьее ка­те­ри­ны уже бы­ло

«По­ле зо­ло­той пар­чи». Гра­вю­ра ДЖ.Б эзи­ра (1774) по кар­тине XVI в.

Ожи­дать, чтое ка­те­ри­наа ра­гон­ская, мно­го лет быв­шая вер­ной и пре­дан­ной су­пру­гой Ген­ри­ха, ре­ген­том во вре­мя его по­хо­дов (од­на­жды она да­же раз­ра­бо­та­ла боль­шую часть пла­на обо­ро­ны про­тив шот­ланд­ских лор­дов, вторг­ших­ся в Ан­глию), по­кор­но со­гла­сит­ся на раз­вод, бы­ло со сто­ро­ны ко­ро­ля по мень­шей ме­ре неле­по

по­до­рва­но. Из­вест­но, что в 1518 го­ду ко­ро­ле­ва сно­ва ро­ди­ла недо­но­шен­ную де­воч­ку, ко­то­рая не вы­жи­ла, и боль­ше у нее де­тей быть не мог­ло.

ЗЕ­ЛЕ­НЫЕ РУ­КА­ВА

«Его ве­ли­че­ство – кра­си­вей­ший среди всех мо­гу­ще­ствен­ных вла­дык, ко­их мне до­во­ди­лось ви­деть, – пи­сал хро­нист то­го пе­ри­о­да, – вы­ше сред­не­го ро­ста, с ик­ра­ми иде­аль­ной фор­мы, ко­жа у него бе­лая и без изъ­я­нов, во­ло­сы каш­та­но­вые, глад­ко за­че­сан­ные и ко­рот­ко остри­жен­ные по фран­цуз­ской мо­де,

–––––––––––––– Свер­ху вниз: на по­лотне Эма­ну­э­ля Гот­ли­ба Лой­це (1846) изоб­ра­же­ные ка­те­ри­на Ара­гон­ская, ее су­пруг, лю­без­ни­ча­ю­щий с Ан­нойб олейн, и их при­двор­ные; порт­ре­та нны Бо­лейн, уже ко­ро­ле­вы

а округ­лое ли­цо – столь неж­ное, что по­до­шло бы пре­крас­ной жен­щине, шея у него длин­ная и мощ­ная». Био­гра­фы пред­по­ла­га­ют, что уже во вто­рой по­ло­вине де­ся­тых го­дов от­но­ше­ния меж­ду Ген­ри­хом и же­ной раз­ла­ди­лись, и он на­чал от­кры­то при­уда­рять за дру­ги­ми да­ма­ми; впро­чем, «дон­жу­ан­ский спи­сок» Ген­ри­ха VIII го­раз­до ко­ро­че, чем мож­но бы­ло бы ожи­дать, ис­хо­дя из ко­ли­че­ства его жен. В те­че­ние двух лет его лю­бов­ни­цей бы­ла од­на из при­бли­жен­ных ко­ро­ле­вые ли­за­ве­таб ла­унт, ко­то­рая в 1519 го­ду ро­ди­ла маль­чи­ка по име­ни Ген­ри Фиц­рой; че­рез шесть лет ко­роль его офи­ци­аль­но при­знал и дал ему гер­цог­ский ти­тул.е сть вер­сия (впро­чем, ни­чем не под­твер­жден­ная), что сы­ном ко­ро­ля был и ре­бе­нок сле­ду­ю­щей его лю­бов­ни­цы, Ма­рии Кэ­ри, урож­ден­нойб олейн – ме­нее из­вест­ной, чем ее млад­шая сест­раа нна. Ма­рия и Ан­на бы­ли до­черь­ми сэ­ра То­ма­саб олей­на, ди­пло­ма­та и го­су­дар­ствен­но­го де­я­те­ля.а нна на­ча­ла при­двор­ную ка­рье­ру при­мер­но в две­на­дцать лет, став фрей­ли­ной гер­цо­ги­ни Мар­га­ри­ты, ре­гент­ши Ни­дер­лан­дов. ИЗБ рюс­се­ля она по­па­ла в Па­риж в сви­ту фран­цуз­ской ко­ро­ле­вы Клод и вме­сте с ней бы­ла на «По­ле зо­ло­той пар­чи». При ан­глий­ском дво­реа нна по­яви­лась в 1522 го­ду. Она счи­та­лась вы­год­ной неве­стой, но ни один из мат­ри­мо­ни­аль­ных пла­нов ее от­ца так и не был осу­ществ­лен. Зи­мой 1525-26 го­да, ко­гдаа ннеб олейн бы­ло два­дцать пять лет, Ген­рих VIII по­явил­ся на мас­ле­нич­ном тур­ни­ре в шля­пе с лен­та­ми, на ко­то­рых был на­чер­тан де­виз: «Declare ie nose» – «Объ­явить не смею». Это бы­ло на­ча­ло кур­ту­аз­ной иг­ры меж­ду Ан­ной и ко­ро­лем, ко­то­рая про­дол­жа­лась не­сколь­ко лет. По ле­ген­де, имен­но в этот ро­ман­ти­че­ский пе­ри­од Ген­рих VIII со­чи­нил для да­мы серд­ца зна­ме­ни­тую ан­глий­скую бал­ла­ду «Greensleeves» («Зе­ле­ные ру­ка­ва»). По од­ной из вер­сий, имен­ноа ннаб олейн, рас­чет­ли­во, в от­ли­чие от сво­ей сест­ры, не усту­пая при­тя­за­ни­ям ко­ро­ля, вы­ну­ди­ла его раз­ве­стись с же­ной. Однако ан­глий­ский про­фес­сор Дэ­вид Ло­удз, ав­тор био­гра­фии Ген­ри­ха VIII, счи­та­ет, что раз­во­дом с Ека­те­ри­нойа ра­гон­ской Ген­рих оза­бо­тил­ся рань­ше, и во­все не в кон­тек­сте от­но­ше­ний с Ан­ной: он счи­тал, что, же­нив­шись на вдо­ве бра­та, на­влек на се­бя бо­же­ствен­ный гнев, и по­то­му в этом бра­ке так и не ро­дил­ся на­след­ник. Кар­ди­на­лу ол­си по тай­но­му сго­во­ру с ко­ро­лем вы­дви­нул то­му об­ви­не­ние в неза­кон­ном со­жи­тель­стве с вдо­вой бра­та, а сам Ген­рих объ­яви­ле ка­те­рине, что их брак недей­стви­те­лен. По­сле это­го она долж­на бы­ла уй­ти в мо­на­стырь, а па­па римский – утвер­дить раз­вод и дать ко­ро­лю раз­ре­ше­ние же­нить­ся сно­ва.

НОЕ ка­те­ри­наа ра­гон­ская ухо­дить в мо­на­стырь ка­те­го­ри­че­ски от­ка­за­лась и при­ня­лась от­ста­и­вать свои пра­ва. Па­па римский то­же не под­дер­жал Ген­ри­ха и от­дал де­ло на рас­смот­ре­ние в цер­ков­ный суд, где его всячески за­тя­ги­ва­ли. Кар­ди­на­лу ол­си по­пы­тал­ся пе­ре­мет­нуть­ся на сто­ро­ну ко­ро­ле­вы, был аре­сто­ван и скон­чал­ся во вре­мя од­но­го из до­про­сов.е го ме­сто при ко­ро­ле за­нял его уче­ник То­мас Кром­вель, а свя­щен­ник То­мас Кран­мер был на­зна­чен ар­хи­епи­ско­пом Кен­тер­бе­рий­ским. «Раз­ве я не го­во­ри­ла вам, что ко­гда вы ве­де­те раз­го­во­ры с ко­ро­ле­вой, она уве­ре­на в сво­ем пре­вос­ход­стве? – пи­са­ла Ген­ри­ху Ан­наб олейн. – Я ви­жу, что в од­но пре­крас­ное утро вы сда­ди­тесь на ее уго­во­ры и вы­го­ни­те ме­ня. Я дол­го жда­ла и мог­ла за это вре­мя за­клю­чить ка­кой-ни­будь вы­год­ный брак... Но увы! Сле­ду­ет ска­зать “про­сти” мо­е­му вре­ме­ни и мо­ей юно­сти, рас­тра­чен­ным со­вер­шен­но по­на­прас­ну». В 1528 го­ду, во вре­мя оче­ред­ной эпи­де­мии «ан­глий­ско­го по­та», Ан­на пе­ре­нес­ла смер­тель­ную ли­хо­рад­ку, но вы­здо­ро­ве­ла; ко­роль вре­мя эпи­де­мии про­вел вне Лон­до­на, пе­ре­пи­сы­ва­ясь с боль­ной воз­люб­лен­ной. За­тем ро­ман воз­об­но­вил­ся. Счи­та­ет­ся, что в 1532-м, ко­гда Ген­рих VIII встре­чал­ся с Фран­цис­ком I в Ка­ле, со­сто­яв­шая в его сви­теа ннаб олейн все-та­ки сбли­зи­лась с ко­ро­лем. В кон­це де­каб­ря об­на­ру­жи­лось, что она бе­ре­мен­на. В на­ча­ле сле­ду­ю­ще­го го­да Ген­рих и Ан­на тай­но об­вен­ча­лись. В ап­ре­ле То­мас Кран­мер объ­явил брак меж­ду Ген­ри­хом и Ека­те­ри­ной недей­стви­тель­ным, а в мае бе­ре­мен­на­яа ннаб олейн бы­ла тор­же­ствен­но ко­ро­но­ва­на. Ее цар­ство­ва­ние про­дол­жа­лось три го­да.

КАК БУД­ТО НЕ БЫ­ЛА ВИ­НО­ВА­ТА

7 сен­тяб­ряа ннаб олейн ро­ди­ла ре­бен­ка – ко все­об­ще­му разо­ча­ро­ва­нию, де­воч­ку. О том, что ей пред­сто­ит стать ве­ли­кой ко­ро­ле­войе ли­за­ве­той, ни­кто то­гда не знал.ю ная Ма­рия про­дол­жа­ла на­зы­вать се­бя един­ствен­ной за­кон­ной на­след­ни­цей ко­ро­ля. Однако в Ри­ме ни раз­во­да, ни но­во­го бра­ка ко­ро­ля не при­зна­ли, и па­па при­гро­зил Ген­ри­ху VIII от­лу­че­ни­ем от церк­ви. В от­вет ко­роль из­дал в 1534 го­ду «Акт о вер­хо­вен­стве», ко­то­рым про­воз­гла­шал гла­вой ан­глий­ской церк­ви се­бя. Ис­то­ри­ки церк­ви трак­ту­ют эту си­ту­а­цию по-раз­но­му: од­ни – как на­ча­лор ефор­ма­ции в Ан­глии, дру­гие – как все­го лишь рас­кол. В лю­бом слу­чае, это бы­ло по­тря­се­ние ос­нов, и оно не про­шло мир­но. При­бли­жен­ные к ко­ро­лю лорд-канц­лер То­мас Мор, ав­тор «Уто­пии», и епи­скоп Джон Фи­шер ак­та не при­зна­ли, и бы­ли пуб­лич­но каз­не­ны. С этих каз­ней началась вол­на мас­штаб­ных ре­прес­сий про­тив ина­ко­мыс­ля­щих: счи­та­ет­ся, что об­щее чис­ло

––––––––––––––––– Ганс Голь­бейн Млад­ший.

Порт­рет То­ма­са Мо­ра ––––––––––––––– На стра­ни­це­спра­ва – Ма­рия, стар­шая дочь Ген­ри­ха VIII

жертв до­стиг­ло 70 ты­сяч. В 1536 го­ду Ген­рих VIII об­на­ро­до­вал пер­вые де­сять ста­тей но­во­го ве­ро­ис­по­ве­да­ния и «Акт о рас­пу­ще­нии ма­лых мо­на­сты­рей», иму­ще­ство ко­то­рых бы­ло ото­бра­но в поль­зу каз­ны. Меж­ду тем кланб олей­нов укреп­лял по­ло­же­ние: отец А нны был лор­дом­хра­ни­те­лем пе­ча­ти, брат – чле­ном тай­ной па­ла­ты, на ее сто­роне бы­ли епи­скоп Кен­тер­бе­рий­ский и сек­ре­тарь ко­ро­ля То­мас Кром­вель. Са­ма А нна, ум­ная и де­я­тель­ная, ак­тив­но вме­ши­ва­лась в по­ли­ти­ку, ис­пы­ты­ва­ла профран­цуз­ские сим­па­тии, пы­та­лась на­ла­дить от­но­ше­ния с до­че­рью Ген­ри­ха Ма­ри­ей, ко­то­рая упор­но име­но­ва­ла ее «ко­ро­лев­ской лю­бов­ни­цей».а нна бы­ла непо­бе­ди­ма, по­ка ко­роль был на ее сто­роне.

Во всех несча­стьях, свя­зан­ных с уста­нов­ле­ни­ем но­вой ре­ли­гии, на­род ви­нил «пу­чегла­зую Нэнб ал­лен», ведь­му, окол­до­вав­шую ко­ро­ля.р ос­ло и чис­ло врагов Ан­ны в при­двор­ных кру­гах.у про­чить ее по­ло­же­ние мог­ло рож­де­ние на­след­ни­ка – ноа нна, как и до неее ка­те­ри­на, пе­ре­нес­ла два вы­ки­ды­ша под­ряд. По­след­ний слу­чил­ся у нее в ре­зуль­та­те стрес­са, по­сле то­го как Ген­рих VIII, участ­вуя в ры­цар­ском тур­ни­ре, по­лу­чил трав­му го­ло­вы и двое су­ток не при­хо­дил в со­зна­ние. Го­раз­до поз­же всплы­ла ин­фор­ма­ция (про­фес­сор Ло­удз счи­та­ет ее кле­вет­ни­че­ской), буд­то плод об­ла­дал при­зна­ка­ми урод­ства, что на­пря­мую ука­зы­ва­ло на кол­дов­ство или как ми­ни­мум на адюль­тер и ин­цест. Со­вре­мен­ные ис­то­ри­ки и ме­ди­ки свя­зы­ва­ют про­бле­мы жен Ген­ри­ха VIII с вы­на­ши­ва­ни­ем бе­ре­мен­но­сти с ге­не­ти­че­ски­ми ано­ма­ли­я­ми са­мо­го ко­ро­ля, но в те вре­ме­на ви­нов­ной апри­о­ри счи­та­лась жен­щи­на. К то­му же еще в 1535 го­ду в жиз­ни Ген­ри­ха VIII по­яви­лась юная Джейн Сей­мур, дочь при­двор­но­го сэ­ра Джо­на Сей­му­ра, в чьем до­ме оста­нав­ли­вал­ся Ген­рих; за ней то­же сто­ял се­мей­ный клан в со­ста­ве от­ца и че­сто­лю­би­вых бра­тьев. В от­ли­чие оте ка­те­ри­ны,а нна не бы­ла на­ме­ре­на ми­рить­ся с из­ме­на­ми му­жа. Раз­ла­дом меж­ду су­пру­га­ми тут же вос­поль­зо­ва­лись вра­ги. 30 ап­ре­ля 1536-го ла­тент­ный кон­фликт стал яв­ным. В Тау­эр был за­клю­чен при­бли­жен­ный ко­ро­ля сэр Ген­ри Нор­рис, об­ви­нен­ный в бли­зо­сти с Ан­ной, а за­тем и са­ма ко­ро­ле­ва. При­двор­ный му­зы­кант Марк Сми­тон, сло­мав­шись под пыт­ка­ми, признал­ся в ин­тим­ной свя­зи с ко­ро­ле­вой. А ннеб олейн вы­дви­ну­ли об­ви­не­ние в це­лом ря­де су­пру­же­ских из­мен, в том чис­ле в кро­во­сме­си­тель­ной свя­зи с род­ным бра­том, а та­к­же в отрав­ле­нии умер­шей не­сколь­ко ме­ся­цев назад Е ка­те­ри­ны А ра­гон­ской, по­пыт­ке отравить прин­цес­су Ма­рию, Ген­ри Фиц­роя и са­мо­го Ген­ри­ха. В кол­дов­ствеа нну офи­ци­аль­но не об­ви­ня­ли, но это под­ра­зу­ме­ва­лось са­мо со­бой – как ина­че она мог­ла обо­льстить ко­ро­ля?

На су­деа ннаб олейн дер­жа­лась так, что рас­по­ло­жи­ла к се­бе да­же недав­них про­тив­ни­ков. «Она так ум­но и сдер­жан­но от­ве­ча­ла на все, в чем ее об­ви­ня­ли, оправ­ды­ва­ясь сво­и­ми сло­ва­ми так убе­ди­тель­но, как буд­то она ни­ко­гда и не бы­ла во всем этом ви­но­ва­та», – пи­сал хро­нист. Она бы­ла обез­глав­ле­на 18 мая 1536 го­да, уже не бу­дучи ко­ро­ле­вой. 19 мая Ген­рих VIII об­ру­чил­ся с Джейн Сей­мур.

ЕДИН­СТВЕН­НАЯ

Джейн Сей­мур не бы­ла кра­са­ви­цей, в два­дцать семь лет все еще оста­ва­лась в де­ви­цах, за­то об­ла­да­ла спо­кой­ным ха­рак­те­ром и хо­ро­шей на­след­ствен­но­стью: она бы­ла пя­тым ре­бен­ком и стар­шей до­че­рью в боль­шой се­мье. Ген­ри­ху VIII уже ис­пол­ни­лось со­рок пять, и он по-преж­не­му от­ча­ян­но нуж­дал­ся в на­след­ни­ке. Оба сво­их бра­ка, с Ека­те­ри­ной и с Ан­ной, ко­роль спе­ци­аль­ным ак­том при­знал несо­сто­я­тель­ны­ми – сле­до­ва­тель­но, Ма­рия и Ели­за­ве­та ав­то­ма­ти­че­ски ста­но­ви­лись его неза­кон­ны­ми до­черь­ми.а его един­ствен­ный при­знан­ный ба­стард муж­ско­го по­ла Ген­ри Фиц­рой умер от ту­бер­ку­ле­за в во­сем­на­дцать лет. Джейн Сей­мур ко­роль на­зы­вал сво­ей пер­вой и един­ствен­ной за­кон­ной же­ной, осы­пал по­дар­ка­ми, устра­и­вал празд­не­ства в ее честь и да­же пе­ре­оде­вал­ся ра­ди нее в ко­стюм ту­рец­ко­го сул­та­на. На фоне по­сто­ян­ных мя­те­жей на ре­ли­ги­оз­ной поч­ве, со­тря­сав­ших стра­ну, но­вая ко­ро­ле­ва ка­за­лась ис­точ­ни­ком спо­кой­ствия и ста­биль­но­сти.е е бе­ре­мен­ность про­те­ка­ла бла­го­по­луч­но, но ро­ды ока­за­лись неожи­дан­но тя­же­лы­ми. 12 ок­тяб­ря 1537 го­да, че­рез двое су­ток по­сле на­ча­ла схва­ток, ко­ро­ле­ва Джейн ро­ди­ла маль­чи­ка, на­зван­но­го Эду­ар­дом.а еще че­рез две­на­дцать дней, уже по­сле пыш­ных кре­стин мла­ден­ца, у нее на­чал­ся сеп­сис, и ко­ро­ле­ва умер­ла. «Ни­кто в ко­ро­лев­стве не стра­дал боль­ше са­мо­гое го Ве­ли­че­ства, – пи­сал хро­нист, – ко­то­ро­го эта смерть за­ста­ви­ла немед­лен­но вернуться в Вест­мин­стер, где он скор­бел и дол­го пре­бы­вал в со­кро­вен­ном оди­но­че­стве...» Джейн Сей­мур, умер­шая рань­ше, чем ко­роль успел в ней разо­ча­ро­вать­ся, на­все­гда оста­лась для Ген­ри­ха об­раз­цом со­вер­шен­ства, и поз­же он про­сил по­хо­ро­нить его рядом с ней.

В АК­ТИВ­НОМ ПО­ИС­КЕ

По­сле смер­ти ко­ро­ле­вы Джейн за Ген­ри­хом VIII уже проч­но за­кре­пи­лась ре­пу­та­ция Си­нейб оро­ды. По од­ной из вер­сий, имен­но по­это­му ему от­ка­за­ла Кристина, гер­цо­ги­ня Ми­лан­ская,

––––––––––– На стра­ни­це сле­ва – «Ген­рих VIII и его се­мья».р ядом с ко­ро­лем изоб­ра­же­ны принц Эду­ард и Джейн Сей­мур, сле­ва – Ма­рия, а спра­ва –Е ли­за­ве­та, до­че­ри Ген­ри­ха ––––––––––– Порт­рет Джейн Сей­мур ки­сти Ган­са Голь­бей­на Млад­ше­го

че­рез брак с ко­то­рой Ген­рих на­де­ял­ся по­род­нить­ся с им­пе­ра­то­ром Свя­щен­нойр им­ской им­пе­рии Кар­лом. Об­суж­дал­ся и брак ан­глий­ско­го ко­ро­ля с од­ной из фран­цуз­ских прин­цесс: пре­тен­ден­ток бы­ло че­ты­ре, и Ген­рих пред­ло­жил им всем со­брать­ся в Ка­ле, что­бы он мог при­е­хать и вы­брать; фран­цуз­ский ко­роль воз­му­тил­ся, что, мол, прин­цес­сы – не та­бун ко­был, вы­став­лен­ных на про­да­жу. В пе­ри­од ак­тив­но­го по­ис­ка но­вой су­пру­ги при­двор­ный ху­дож­ник Ганс Голь­бейн усерд­но пи­сал порт­ре­ты по­тен­ци­аль­ных из­бран­ниц. Сам Ген­рих VIII к то­му вре­ме­ни дав­но уже не был стат­ным кра­сав­цем, чья внеш­ность вос­хи­ща­ла хро­ни­стов. Он силь­но рас­пол­нел, за что по­лу­чил в на­ро­де обид­ные про­зви­ща Тол­сто­ще­кий Хэл и Жир­ный Гар­ри (по тур­нир­ным до­спе­хам ко­ро­ля уче­ные вы­чис­ли­ли, что объ­ем его та­лии уве­ли­чил­ся с 80 сан­ти­мет­ров – в луч­шие вре­ме­на – до 132-х).б оль­шой вес по­влек про­бле­мы с но­га­ми: из­вест­но, что по­сле со­ро­ка пя­ти у Ген­ри­ха не за­жи­ва­ла тро­фи­че­ская яз­ва. Вслед­ствие трав­мы го­ло­вы на тур­ни­ре (еще приа ннеб олейн) у него слу­ча­лись ре­гу­ляр­ные нерв­ные рас­строй­ства (мас­со­вые ре­прес­сии на ре­ли­ги­оз­ной поч­ве при­ня­то по­яс­нять в том чис­ле и пе­ри­о­ди­че­ской неадек­ват­но­стью ко­ро­ля). Тем временем меж­ду­на­род­ная об­ста­нов­ка на­ка­ля­лась, ка­то­ли­че­ский мир спло­тил­ся про­тив ко­ро­ля-ве­ро­от­ступ­ни­ка и без­бож­ни­ка. В ян­ва­ре 1539 го­да им­пе­ра­тор Карл и ко­роль Фран­циск под­пи­са­ли до­го­вор, обя­зу­ясь не за­клю­чать ни­ка­ких со­гла­ше­ний с Ан­гли­ей. Ген­рих VIII го­то­вил­ся к войне, по все­му юж­но­му по­бе­ре­жью стра­ны воз­во­ди­ли укрепления, был при­ве­ден в бо­е­вую го­тов­ность флот. Для под­ня­тия бо­е­во­го ду­ха ан­гли­чан ко­роль об­ра­тил­ся к про­па­ган­де: в Тем­зе близ Лон­до­на бы­ла по­сле шу­тей­но­го сра­же­ния тор­же­ствен­но по­топ­ле­на бар­жа, сим­во­ли­зи­ру­ю­щая па­пи­стов; по­доб­ные пер­фо­ман­сы про­шли по всей стране. Меж­ду тем в про­те­стант­ских стра­нах наа нглию то­же по­смат­ри­ва­ли ко­со, не спе­ша ста­но­вить­ся со­юз­ни­ка­ми Ген­ри­ха, ко­то­рый был для них недо­ста­точ­но ра­ди­ка­лен. Имен­но в этом све­те ко­роль рас­смат­ри­вал брак с но­вой пре­тен­дент­кой – гер­цо­ги­ней Ан­ной Клев­ской, чье гер­цог­ство ко­ле­ба­лось на гра­ни меж­ду про­те­стант­ством и ка­то­ли­че­ством. Мат­ри­мо­ни­аль­ные пе­ре­го­во­ры про­шли успеш­но, Голь­бейн на­пи­сал порт­рет неве­сты, по­нра­вив­ший­ся Ген­ри­ху. В ок­тяб­ре 1539-го соглашение бы­ло до­стиг­ну­то, и Ан­на вы­еха­ла к же­ни­ху.

ЛЮ­БИЛ ЛИ ОН КО­ГДА-НИ­БУДЬ?..

Ан­на Клев­ская бы­ла креп­кой круп­ной де­вуш­кой, обу­чен­ной толь­ко ру­ко­де­лию и аб­со­лют­но неосве­дом­лен­ной в ис­кус­стве

––––––––––– Порт­ре­те ка­те­ри­ны Го­вард (пред­по­ло­жи­тель­но) ––––––––––– На стра­ни­це спра­ва – порт­рет Ген­ри­ха VIII. Мастер­ская Ган­са Голь­бей­на Млад­ше­го

ко­кет­ства. Не­мо­ло­дой и туч­ный Ген­рих ре­шил трях­нуть ста­ри­ной и пе­ре­хва­тил неве­сту в пу­ти, во­рвав­шись к ней во гла­ве от­ря­да в чер­ных мас­ках.а нна ро­ман­ти­че­ско­го по­ры­ва же­ни­ха не оце­ни­ла, а са­ма она ко­ро­лю не по­нра­ви­лась. Сва­дьбу от­празд­но­ва­ли, но брак так и не был кон­сум­ми­ро­ван: по край­ней ме­ре, так утвер­ждал сам ко­роль (объ­яс­няя свою несо­сто­я­тель­ность от­тал­ки­ва­ю­щей внеш­но­стьюа нны), ко­гда ис­кал пу­ти для раз­во­да с но­вой же­ной. То­мас Кром­вель, ини­ци­а­тор это­го со­ю­за, пе­ре­став­ше­го от­ве­чать по­ли­ти­че­ской конъ­юнк­ту­ре, был за­клю­чен в Тау­эр и поз­же обез­глав­лен. В июне 1540 го­даа нну Клев­скую ото­сла­ли из Лон­до­на, яко­бы по­даль­ше от оча­га неболь­шой вспыш­ки чу­мы, и на сле­ду­ю­щий день объ­яви­ли, что ее брак с Ген­ри­хом недей­стви­те­лен.

––––––––––– «Ал­ле­го­рия Тю­до­ров­ско­го се­цес­си­о­на» («Се­мья Ген­ри­ха VIII»). 1520 ––––––––––– На стра­ни­це спра­ва – Эду­ард VI Ан­глий­ский

Эта от­верг­ну­тая же­на, в от­ли­чие оте ка­те­ри­ныа ра­гон­ской, бо­роть­ся за свои пра­ва не ста­ла. Она оста­лась в Ан­глии в ка­че­стве «сест­ры ко­ро­ля», то есть счи­та­лась пер­вой по зна­че­нию да­мой по­сле ко­ро­ле­вы и ко­ро­лев­ских до­че­рей, по­лу­чи­ла дом, два зам­ка и бо­га­тое со­дер­жа­ние.а нна Клев­ская пе­ре­жи­ла быв­ше­го су­пру­га и умер­ла от бо­лез­ни в воз­расте со­ро­ка двух лет. Раз­ве­стись с оче­ред­ной же­ной Ген­рих стре­мил­ся по ба­наль­ной при­чине: в его жиз­ни по­яви­лась но­вая жен­щи­на.е ка­те­ри­на Го­вард бы­ла пол­ной про­ти­во­по­лож­но­стью сво­ей пред­ше­ствен­ни­це: об­щи­тель­ная, сек­су­аль­ная, ми­ни­а­тюр­ная. Она бы­ла до­че­рью при­двор­но­го (Го­вар­ды, как и Бо­лей­ны и Сей­му­ры, то­же пред­став­ля­ли со­бой це­лый клан, воз­вы­сив­ший­ся вслед за ней) и при­хо­ди­лась даль­ней род­ствен­ни­цейа ннеб олейн – что­бы из­бе­жать об­ви­не­ний в кро­во­сме­ше­нии, ко­роль ис­про­сил спе­ци­аль­ный цер­ков­ный акт. Ген­рих VIII же­нил­ся на ней 28 июля 1540 го­да. «Лю­бовь ко­ро­ля осе­ни­ла эту бла­го­род­ную жен­щи­ну та­ким ве­ли­ко­ле­пи­ем, что неиз­вест­но, лю­бил ли он ко­гда-ни­будь так ка­ку­ю­то жен­щи­ну», – пи­салр альф Мо­рис, сек­ре­тарь То­ма­са Кран­ме­ра. Исто­ри­яа нныб олейн по­вто­ри­лась в об­щих чер­тах и в ку­да бо­лее при­зем­лен­ном ва­ри­ан­те. От­нюдь не невин­ная до сва­дьбы,е ка­те­ри­на Го­вард вско­ре на­ча­ла из­ме­нять по­жи­ло­му и боль­но­му му­жу с од­ним из преж­них по­клон­ни­ков. Она бы­ла неосто­рож­на, пи­са­ла воз­люб­лен­но­му страст­ные пись­ма, в кон­це кон­цов по­пав­шие в ру­ки врагов.р аз­би­ра­тель­ство вы­яви­ло и дру­гих лю­бов­ни­ко­ве ка­те­ри­ны, те­пе­реш­них и дав­них: все они бы­ли каз­не­ны по об­ви­не­нию в го­су­дар­ствен­ной из­мене.а 13 фев­ра­ля 1541 го­да бы­ла обез­глав­ле­на и са­ма Ека­те­ри­на Го­вард.е й бы­ло все­го два­дцать лет.

ПО­СЛЕД­НЯЯ ЖЕ­НА И ВОЙНА

По­след­ней же­ной Ген­ри­ха VIII ста­ла в 1543-ме ка­те­ри­на Не­вилл, ле­ди Лэти­мер, бо­лее из­вест­ная под де­ви­чьей фа­ми­ли­ей Парр, успев­шая к то­му вре­ме­ни дважды ов­до­веть. Впро­чем, ко­роль на­чал за ней уха­жи­вать, ко­гда она еще бы­ла за­муж­ней да­мой, а пер­вый по­да­рок при­слал за две неде­ли до смер­ти ее су­пру­га Джо­на Не­вил­ла.у Ека­те­ри­ны был по­клон­ник из кла­на Сей­му­ров, но пре­не­бречь же­ла­ни­ем ко­ро­ля она не ре­ши­лась, и да­ла То­ма­су Сей­му­ру от­став­ку. Она бы­ла на­бож­ной и ум­ной жен­щи­ной, про­те­стант­кой-еван­ге­лист­кой, и пи­са­ла

бла­го­че­сти­вые трак­та­ты.е й до­стал­ся в му­жья очень туч­ный и боль­ной че­ло­век, с тру­дом пе­ре­дви­гав­ший­ся (ско­рее все­го, у Ген­ри­ха в последние го­ды раз­вил­ся са­хар­ный диа­бет) и с непред­ска­зу­е­мым ха­рак­те­ром. Спо­кой­ная и по­зи­тив­ная, Ека­те­ри­на Парр смяг­ча­ла его вспыш­ки, не да­вая им от­ра­жать­ся на внут­рен­ней и внеш­ней по­ли­ти­ке, на­ла­ди­ла от­но­ше­ния с детьми ко­ро­ля – взрос­лой Ма­ри­ей, де­ся­ти­лет­ней Ели­за­ве­той и че­ты­рех­лет­ним Эду­ар­дом.е е соб­ствен­ный ре­бе­нок об­ла­дал бы пра­вом пре­сто­ло­на­сле­дия, но на прак­ти­ке речь об этом уже не шла. Ека­те­ри­на то­же хо­ди­ла по тон­ко­му льду: вра­ги пы­та­лись пред­ста­вить ее ко­ро­лю как ере­тич­ку, и, по ле­ген­де, Ген­рих да­же успел под­пи­сать об­ви­ни­тель­ный акт, но ко­ро­ле­ва уви­де­ла эту бу­ма­гу за­ра­нее, бро­си­лась к му­жу умо­лять о про­ще­нии, и Ген­рих ука­зал на дверь при­шед­шим страж­ни­кам. Меж­ду тем во внеш­ней по­ли­ти­ке де­ла об­сто­я­ли все слож­нее. Бун­то­ва­ла Шот­лан­дия, и об­ру­че­ние прин­ца Эду­ар­да с се­ми­ме­сяч­ной Ма­ри­ей Стю­арт не по­мог­ло. Ко­гда шот­ланд­цы в 1544 го­ду ан­ну­ли­ро­ва­ли мир­ный до­го­вор, Ген­рих VIII при­ка­зал «пре­дать все ог­ню и ме­чу, сжечь Эдин­бург, и по­сле то­го как все бу­дет раз­граб­ле­но и от­ня­то, все, что смо­же­те со­брать, со­три­те его с ли­ца зем­ли. В на­по­ми­на­ние о воз­мез­дииб ога, об­ру­шив­шим­ся на них за их ложь и пре­да­тель­ство». Сам же ко­роль со­би­рал­ся на войну во Фран­цию как со­юз­ник им­пе­ра­то­ра Кар­ла: тот от­нюдь не был в вос­тор­ге от по­яв­ле­ния на по­ле боя боль­но­го ан­глий­ско­го ко­ро­ля, ко­то­рый мог быть толь­ко обу­зой. Ека­те­ри­ну Ген­рих остав­лял в Ан­глии ре­гент­шей. 15 июля Ген­рих вы­са­дил­ся в Ка­ле и по­сле недол­гой оса­ды взялб улонь. Хро­ни­сты от­ме­ча­ли, что ко­роль дав­но не вы­гля­дел та­ким здоровым и силь­ным, хо­тя на ло­шадь его под­са­жи­ва­ли и удер­жать ору­жие на­пе­ре­вес он уже не мог. Стра­ну эта во­ен­ная кам­па­ния оста­ви­ла в огром­ных долгах. Но по­том Ген­рих VIII сно­ва на­чал стре­ми­тель­но сда­вать. Свое по­след­не­ер ож­де­ство он про­вел в Лон­доне, за­ни­ма­ясь де­лом о го­су­дар­ствен­ной из­мене кла­на Го­вар­дов. Ко­гда на­сту­пи­ло рез­кое ухуд­ше­ние его со­сто­я­ния, ни же­ны, ни де­тей рядом с ним не бы­ло.е ка­те­ри­на Парр, «вы­жив­шая» ко­ро­ле­ва, на са­мом де­ле нена­дол­го пе­ре­жи­ла му­жа: по­сле его смер­ти она вновь со­еди­ни­лась с То­ма­сом Сей­му­ром, ро­ди­ла де­воч­ку и умер­ла от ро­диль­ной го­ряч­ки. Ген­рих VIII умер 28 ян­ва­ря 1547 го­да, в пять­де­сят пять лет. И хо­тя до­чье ли­за­ве­та мас­штаб­но вос­хва­ля­ла па­мять от­ца, в ис­то­рии он все рав­но остал­ся в жут­ко­ва­том об­ра­зе Ко­ро­ля – Си­нейб оро­ды.

Всю бе­ре­мен­ность и осо­бен­но в ночь тя­же­лых ро­дов гра­фи­няа дель де Ту­лузЛо­т­рек го­ря­чо мо­ли­лась, что­бы Все­выш­ний да­ро­вал ей сына. Пер­вен­цем непре­мен­но дол­жен был быть маль­чик, на­след­ник слав­но­го ро­да Ту­лузЛо­т­ре­ков-мон­фа. Гра­фы Ту­луз­ские и ви­кон­ты де Ло­т­ре­ки за мно­го ве­ков оста­ви­ли свой неиз­гла­ди­мый след в ис­то­рии Фран­ции, при­ни­мая уча­стие в кре­сто­вых по­хо­дах и вой­нах и да­же всту­пая в бра­ки с чле- на­ми ко­ро­лев­ских ро­дов. Не­обуз­дан­ные, страст­ные, де­я­тель­ные, бес­ко­неч­но храб­рые, они стя­жа­ли се­бе сла­ву как бес­при­мер­ной доб­ле­стью, так и бес­при­мер­ным рас­пут­ством. Гра­фа ль­фонс, су­пруг гра­фи­ниа де­ли, был до­стой­ным пред­ста­ви­те­лем сво­ей фа­ми­лии, со­че­тав­шим в се­бе все эти ка­че­ства. Пред­ки урож­ден­ной Та­пье де Се­лей­ран бы­ли людь­ми ре­спек­та­бель­ны­ми и пред­при­им­чи­вы­ми, как пра­ви­ло, за­ни­мав­ши­ми важ­ные го­су­дар­ствен­ные долж­но­сти.а дель – неж­ная, чув­стви­тель­ная, меч­тав­шая о люб-

ви и се­мей­ном сча­стье, бы­ла пол­ной про­ти­во­по­лож­но­стью сво­е­му су­ма­сброд­но­му му­жу. Они зна­ли друг дру­га с детства, вме­сте рос­ли и иг­ра­ли, и, по­взрос­лев, ро­ман­тич­ная де­вуш­ка при­ня­ла за лю­бовь вза­им­ные при­тя­же­ние и сим­па­тию. Но сра­зу по­сле сва­дьбы граф на­гляд­но про­де­мон­стри­ро­вал ей ори­ги­наль­ность на­ту­ры: бро­сив мо­ло­дую же­ну в ро­до­вом зам­кеб оск в Аль­би,а ль­фонс ука­тил с дру­зья­ми в Па­риж, где и про­вел ме­до­вый месяц в ку­те­жах и раз­вле­че­ни­ях чи­сто хо­ло­стяц­ко­го по­ши­ба. Да и всю их даль­ней­шую недол­гую сов­мест­ную жизнь он не огра­ни­чи­вал се­бя в удо­воль­стви­ях и экс­цен­три­че­ских вы­ход­ках. Их пер­ве­нец ро­дил­ся 24 но­яб­ря 1864 го­да там же, в Бос­ке, во вре­мя страш­ной ноч­ной гро­зы. Маль­чи­ка на­зва­лиа нриМа­ри-рай­мон. Он дол­жен был стать уте­ше­ни­ем и от­ра­дой ма­те­ри в не слиш­ком счаст­ли­вом су­пру­же­стве, ее Ма­лень­ким Со­кро­ви­щем – так ма­лы­ша на­зы­ва­ли мно­го­чис­лен­ные род­ствен­ни­ки. Гра­фа ль­фонс, ве­ро­ят­но, был рад рож­де­нию сына, но про­яв­лять от­цов­ские чув­ства не спе­шил: до тех пор, по­ка маль­чик не смо­жет уве­рен­но дер­жать­ся в сед­ле и со­про­вож­дать его на охо­те – а это един­ствен­ные за­ня­тия, до­стой­ные ари­сто­кра­та! – он был ро­ди­те­лю аб­со­лют­но не ин­те­ре­сен. Охо­та бы­ла глав­ным раз­вле­че­ни­ем в Бос­ке, в Аль­би, в по­ме­стье Се­лей­ран в Лан­ге­до­ке. По­сле дня, на­пол­нен­но­го ло­шадь­ми, со­ба­ка­ми, до­ез­жа­чи­ми, со­ко­ла­ми, зву­ка­ми охот­ни­чьих рож­ков и пре­сле­до­ва­ни­ем ди­чи, боль­шая се­мья со­би­ра­лась в го­сти­ной, где жен­щи­ны за­ни­ма­лись ру­ко­де­ли­ем, а муж­чи­ны ку­ри­ли, бе­се­до­ва­ли, чи­сти­ли ору­жие и... ри­со­ва­ли или ле­пи­ли ма­лень­кие фи­гур­ки из гли­ны или вос­ка. По­чти все Ло­т­ре­ки в той или иной ме­ре име­ли склон­ность к изоб­ра­зи­тель­но­му ис­кус­ству. Весь­ма недур­но ри­со­вал гра­фа ль­фонс; его бра­тья, Одон и Шарль, то­же про­яв­ля­ли се­бя в изоб­ра­же­нии жи­вот­ных и охот­ни­чьих сце­нок. Ма­лень­кийа нри, ко­то­ро­му раз­ре­ша­ли ино­гда по­быть в го­сти­ной со взрослыми, уже в очень ран­нем воз­расте стал про­бо­вать вы­во­дить уг­лем на бу­ма­ге ли­нии и гео­мет­ри­че­ские фи­гу­ры. Он рос, ни в чем не зная от­ка­за. Гра­фи­няа дель уми­ля­лась про­дел­кам обо­жа­е­мо­го ча­да и лишь из­ред­ка неж­но жу­ри­ла его. Она гор­ди­лась сы­ном – его лю­бо­зна­тель­но­стью, жи­во­стью, не­со­мнен­ным ост­рым умом.е дин­ствен­ное, что, по­ми­мо эс­ка­пад су­пру­га, огор­ча­ло гра­фи­ню – это здоровье Ма­лень­ко­го Со­кро­ви­ща.р ебе­нок был хи­лый; не­смот­ря на от­мен­ный ап­пе­тит («ле­ген­дар­ный ап­пе­тит Ло­т­ре­ков»), он очень мед­лен­но

рос и раз­ви­вал­ся фи­зи­че­ски: да­же род­ни­чок у него за­крыл­ся го­раз­до поз­же по­ло­жен­но­го сро­ка. В ав­гу­сте 1867-го у че­ты Ло­т­ре­ков ро­дил­ся вто­рой сын, Ри­шар, но он про­жил все­го год. Эта ужас­ная утра­та, а та­к­же по­сто­ян­ные из­ме­ны му­жа по­бу­ди­ли гра­фи­ню разо­рвать су­пру­же­ские от­но­ше­ния, со­хра­нив лишь ви­ди­мость бра­ка, – ра­диа нри. От­ныне вся ее жизнь и на­деж­ды со­сре­до­то­чи­лись на этом бо­лез­нен­ном маль­чи­ке.

В Бос­ке на сво­бод­ном про­стран­стве од­ной из стен по тра­ди­ции от­ме­ча­ли рост де­тей. От­мет­киа нри все­гда бы­ли на­мно­го ни­же всех его ку­зе­нов и ку­зин. Жа­лея ма­лы­ша, слу­ги меж­ду со­бой на­зы­ва­ли это ме­сто «сте­ной пла­ча». Вра­чи по­до­зре­ва­ли ту­бер­ку­лез ко­стей, и обес­по­ко­ен­ная гра­фи­ня да­же по­ду­мы­ва­ла на год от­ло­жить по­ступ­ле­ние в ли­цей (до­ма маль­чи­ка обу­ча­ли ла­ты­ни, гре­че­ско­му и ос­но­вам об­ще­об­ра­зо­ва­тель­ных пред­ме­тов). Однако в вось­мой, под­го­то­ви­тель­ный класс па­риж­ско­го ли­цея Фон­тан он по­шел во­вре­мя, вось­ми­лет­ним. Р оди­те­ли то­же пе­ре­бра­лись

в сто­ли­цу. В на­деж­де укре­пить здо­ро­вьеа нри бы­ло ре­ше­но во­дить его в ма­неж для за­ня­тий вер­хо­вой ез­дой. Та­к­же гра­фа ль­фонс брал с со­бой сына на бе­га и на кон­ные про­гул­ки в Бу­лон­ский лес. Бы­ло и еще од­но ме­сто, ку­да они хо­ди­ли вдво­ем: мастер­ская жи­во­пис­цар ене Прен­сто. Глу­хо­не­мой от рож­де­ния, тот смог на­учить­ся раз­го­ва­ри­вать и сде­лал­ся до­воль­но из­вест­ным и вос­тре­бо­ван­ным свет­ским ху­дож­ни­ком; гра­фа ль­фонс по­се­щал его уро­ки. Вско­реа нри стал при­хо­дить в сту­дию и без от­ца, ча­са­ми за­во­ро­жен­но на­блю­дал за ра­бо­той Прен­сто и его уче­ни­ков; под­ра­жая им, де­лал мно­же­ство ри­сун­ков, пред­по­чи­тая ка­ран­даш. Да­же уче­ни­че­ские тет­ра­ди маль­чик из­ри­со­вы­вал на­брос­ка­ми ло­ша­дей, со­бак и дру­гих жи­вот­ных, од­но­класс­ни­ков, сце­нок из го­род­ской жиз­ни: двумя-тре­мя штри­ха­ми он умел за­пе­чат­леть са­мую суть яв­ле­ния, пред­ме­та или жи­во­го су­ще­ства. За­ня­тия же в ли­цее он ча­сто про­пус­кал из-за бо­лез­ней (ему да­же

при­шлось на­чать поль­зо­вать­ся пал­кой при ходь­бе), но при этом учил­ся бле­стя­ще, и вось­мой класс за­кон­чил в чис­ле луч­ших. В сле­ду­ю­щих двух клас­сах Ан­ри на­чи­нал учеб­ный год на не­сколь­ко ме­ся­цев поз­же сво­их со­уче­ни­ков, и, на­ко­нец, в ян­ва­ре 1875-го его за­бра­ли из шко­лы. От­ныне он про­во­дил вре­мя в ро­до­вых зам­ках, регулярно вы­ез­жая с ма­те­рью для ле­че­ния на ку­рор­ты. Пер­вый акт тра­ге­дии, пред­опре­де­лив­шей всю даль­ней­шую жизнь млад­ше- го Ло­т­ре­ка, разыг­рал­ся в кон­це мая 1878 го­да – вста­вая с та­бу­ре­та, под­ро­сток нелов­ко по­вер­нул­ся и рух­нул на пол, сло­мав шей­ку ле­во­го бед­ра. Дол­гие дни непо­движ­но­сти в гип­се, за­тем ин­ва­лид­ная ко­ляс­ка, в ко­то­рой он пе­ре­дви­гал­ся поб ос­ку, – «пу­стя­ко­вый», по мне­нию гра­фаа ль­фон­са, пе­ре­лом ни­как не хо­тел срас­тать­ся из-за сла­бо­сти ко­стей. Как толь­коа нри немно­го окреп, гра­фи­ня опять по­вез­ла его по ку­рор­там; зи­му они про­ве­ли в Ниц­це. В от­ли­чие

от ма­те­ри, маль­чик при­сут­ствия ду­ха не те­рял, лишь огор­чал­ся из-за вре­мен­ной огра­ни­чен­но­сти в дви­же­ни­ях. Как раз в этот пе­ри­од он на­чал про­бо­вать пи­сать мас­лом. Впро­чем, юж­ные сре­ди­зем­но­мор­ские пей­за­жи, на­пи­сан­ные им в Ниц­це, со­вер­шен­но не нра­ви­лись са­мо­му юно­му ху­дож­ни­ку – он счи­тал, что они у него не по­лу­ча­ют­ся. За­бе­гая впе­ред, ска­жем, что в бо­га­том твор­че­ском на­сле­дии Ту­луз-ло­т­ре­ка (око­ло 1000 кар­тин мас­лом и ак­ва­ре­лью, бо­лее 5000 ри­сун­ков, бо­лее 350 гра­вюр и пла­ка­тов) пей­за­жей дей­стви­тель­но по­чти нет. Но в этом жан­ре он не ра­бо­тал, ко­неч­но же, не из-за от­сут­ствия ма­стер­ства. Как ни па­ра­док­саль­но это зву­чит по от­но­ше­нию к ху­дож­ни­ку, но Ло­трек по­про­сту не лю­бил при­ро­ду.е го ин­те­ре­сы как жи­во­пис­ца ле­жа­ли в иной плос­ко­сти – пле­нэр был для него при­вле­ка­те­лен лишь тем, что есте­ствен­ное осве­ще­ние наи­бо­лее яр­ко и вы­пук­ло вы­яв­ля­ло сущ­ность изоб­ра­жа­е­мо­го объ­ек­та, его глав­ные чер­ты и ха­рак­тер. В ав­гу­сте 1879-го во вре­мя про­гул­ки в Ба­ре­же, ку­рорт­ном ме­стеч­ке в Юж­ных Пи­ре­не­ях,а нри по­скольз­нул­ся и упал в овраг – со­всем неглу­бо­кий, но па­де­ния ока­за­лось до­ста­точ­но для пе­ре­ло­ма в шей­ке пра­во­го бед­ра... И вновь дол­гие ме­ся­цы ле­че­ния и ре­а­би­ли­та­ции. Сколь мед­лен­но шло вы­здо­ров­ле­ние, столь же быст­ро рос­ло ко­ли­че­ство жи­во­пис­ных ра­бот и на­брос­ков. И это не бы­ло лишь спо­со­бом убить вре­мя. Не роп­ща и не поз­во­ляя ни­ко­му се­бя жа­леть, юный Ло­трек из­ли­вал свои чув­ства на бу­ма­гу. Все в его ри­сун­ках жи­вет, ды­шит, дви­жет­ся, он прак­ти­че­ски не пи­шет ста­тич­ные объ­ек­ты.е го соб­ствен­ное те­ло не мо­жет жить пол­но­цен­ной жиз­нью – так он на­пол­нит ею свои ра­бо­ты!а нри тво­рил ту жизнь, ко­то­рой – он чув­ство­вал – у него са­мо­го ни­ко­гда не бу­дет. Это ста­ло оче­вид­ным по­сле то­го, как вто­рой пе­ре­лом на­ко­нец-то срос­ся. Док­то­ра до­га­ды­ва­лись о нелад­ном дав­но, те­перь убе­ди­лись окон­ча­тель­но: ко­неч­но­сти маль­чи­ка перестали рас­ти. Со­вре­мен­ные ме­ди­ки по­ла­га­ют, что это про­изо­шло не вслед­ствие пе­ре­ло­мов. На­о­бо­рот: из-за врож­ден­ной па­то­ло­гии, по­ли­эпи­фи­зар­ной дис­пла­зии, его ко­сти не мог­ли раз­вить­ся до нуж­ных раз­ме­ров, а из-за их хруп­ко­сти и слу­чи­лись трав­мы. Вы­гля­дел юно­ша ка­ри­ка­тур­но – нор­маль­ные, в об­щем-то, го­ло­ва и ту­ло­ви­ще на ко­ро­тень­ких нож­ках и с ко­рот­ки­ми руч­ка­ми с непро­пор­ци­о­наль­но боль­ши­ми ки­стя­ми. К то­му же в пе­ри­од по­ло­во­го со­зре­ва­ния силь­но уве­ли­чи­лись и как буд­то вы­вер­ну­лись на­ру­жу гу­бы, верх­няя по­чти

упи­ра­лась в нос – то­же вы­да­ю­щих­ся раз­ме­ров, а ниж­няя – в под­бо­ро­док; от это­го уси­ли­лась ше­пе­ля­вость, ко­то­рая бы­ла у него с детства.у пор­ные тре­ни­ров­ки – ходь­ба, пла­ва­ние, греб­ля – укре­пи­ли его здоровье, но ро­ста, увы, не при­ба­ви­ли. И ес­ли гра­фине стра­да­ния ее един­ствен­но­го и го­ря­чо любимого ре­бен­ка при­чи­ня­ли жгу­чую боль и вызывали чув­ство ви­ны (они с гра­фом при­хо­ди­лись друг дру­гу ку­зе­на­ми, та­кое не бы­ло ред­ко­стью у фран­цуз­ской зна­ти, но, тер­за­ласьа дель, мо­жет быть, имен­но на их сыне у природы за­кон­чил­ся за­пас здо­ро­вья для де­тей в близ­ко­род­ствен­ных бра­ках их се­мей?), то для от­ца это был удар по его фа­миль­ной спе­си и кру­ше­ние всех че­сто­лю­би­вых на­дежд. От­прыск Ту­луз-ло­т­ре­ков – кар­лик и ше­пе­ля­вый уро­дец! Гра­фа ль­фонс пред­по­чи­тал де­лать вид, что ни­ка­ко­го сына у него во­об­ще нет. «Да уж, толь­ко ма­ле­вать их ты те­перь и мо­жешь!» – пре­не­бре­жи­тель­но бро­сил он од­на­жды на вос­тор­жен­ные обе­ща­ни­яа нри на­ри­со­вать са­мых кра­си­вых ло­ша­дей. Пра­во пер­во­род­ства граф пе­ре­дал сво­ей млад­шей сест­ре.

Ле­том 1881-го в Па­ри­жеа нри про­ва­лил эк­за­ме­ны на ат­те­стат зре­ло­сти, под­го­тов­кой к ко­то­рым жерт­во­вал в поль­зу ри­со­ва­ния и об­ще­ния с Прен­сто. Впро­чем, уже осе­нью он смог их успеш­но пе­ре­сдать – боль­ше для спо­кой­ствия ма­те­ри, неже­ли для се­бя. К то­му вре­ме­ни юно­ша окон­ча­тель­но ре­шил за­ни­мать­ся толь­ко жи­во­пи­сью. Гра­фи­ня сми­ри­лась – лишь бы ее маль­чик был счаст­лив, от­цу бы­ло все рав­но. Не­ожи­дан­ная под­держ­ка при­шла в ли­це дя­ди Шар­ля – быть са­лон­ным жи­во­пис­цем не за­зор­но да­же для гра­фа, счи­тал он. В ап­ре­ле сле­ду­ю­ще­го го­да Ло­трек по­сту­пил в ма­стер­скую зна­ме­ни­то­го ху­дож­ни­ка-порт­ре­ти­ста Лео­наб он­на. Тот был ярым при­вер­жен­цем ака­де­миз­ма и мог вы­ста­вить из сту­дии да­же за на­мек на под­ра­жа­ние нена­вист­ным им­прес­си­о­ни­стам, а ведь имен­но в то вре­мя но­вое дви­же­ние на­ча­ло уве­рен­но тес­нить тра­ди­ци­он­ную жи­во­пись. Про­яв­ле­ния соб­ствен­но­го сти­ля у сво­их уче­ни­ков мэтр пре­се­кал на кор­ню. Ло­трек про­учил­ся в его ма­стер­ской не­сколь­ко ме­ся­цев и, по­лу­чив неко­то­рые зна­ния по ри­сун­ку и ком­по­зи­ции, по­ки­нул ее. Сле­ду­ю­щим его на­став­ни­ком стал Фер­нан Кор­мон, пред­по­чи­тав­ший появляться в сту­дии па­ру раз в неделю и не при­нуж­дать к че­му-ли­бо сво­их под­опеч­ных, а пред­ла­гать им и со­ве­то­вать. А нри он ча­сто хва­лил, но ино­гда при­ни­мал­ся

и шпы­нять, что толь­ко под­сте­ги­ва­ло юно­шу ра­бо­тать еще усерд­нее. В тот пе­ри­од он ча­сто бы­вал недо­во­лен со­бой. «Я сра­жа­юсь с несчаст­ным ли­стом бу­ма­ги, ко­то­рый не при­чи­нил мне ни­ка­ко­го зла, и на ко­то­ром, уве­ряю Вас, у ме­ня не по­лу­ча­ет­ся ни­че­го хо­ро­ше­го», – жа­ло­вал­ся мо­ло­дой Ло­трек в пись­ме к дя­де Шар­лю.у его от­ца бы­ло свое пред­став­ле­ние о пре­крас­ном: уви­дев ра­бо­ты сына, он за­явил, что не поз­во­лит по­зо­рить род Ту­луз-ло­т­ре­ков-мон­фа этой маз­ней, за­пре­ти­ла нри под­пи­сы­вать­ся их фа­ми­ли­ей и ве­лел взять псев­до­ним. Ли­шен­ный те­перь еще и име­ни, ху­дож­ник про­сто пе­ре­ста­вил сло­ги в сло­ве «Ло­трек» – по­лу­чи­лось «Трек­ло». Ко­неч­но, гра­фа ль­фонс не мог знать, что фа­ми­лия, о че­сти ко­то­рой он так пек­ся, об­ре­тет ми­ро­вую из­вест­ность от­нюдь не из-за рат­ных по­дви­гов его над­мен­ных пред­ков, а бла­го­да­ря вол­шеб­ной ки­сти его несчаст­но­го, нелю­би­мо­го, ге­ни­аль­но­го сына... Страст­ная на­ту­ра А нри да­ва­ла се­бя знать во всем: ес­ли ра­бо­та – то до ис­ступ­ле­ния, ес­ли друж­ба – то до дес­по­тиз­ма, ес­ли лю­бовь – то... Ло­трек по­ни­мал, что никакой дру­гой, кро­ме люб­ви дру­зей и ма­те­ри, он ждать не впра­ве. Да, он мо­жет влю­бить­ся сам, но ка­кая жен­щи­на от­ве­тит на его чув­ство?! И слов­но в на­смеш­ку злая при­ро­да на­де­ли­ла его мо­гу­чим муж­ским тем­пе­ра­мен­том. Это вы­яс­ни­лось, ко­гда один из дру­зей ре­шил по­мочь невин­но­муа нри при­об­щить­ся плот­ских утех (« це­ли­тель­ную» силу ал­ко­го­ля как сред­ства

за­бве­ния Ло­трек бла­го­по­луч­но от­крыл сам и, не стес­нен­ный в сред­ствах, регулярно за­ка­ты­вал для то­ва­ри­щей ве­се­лые пи­руш­ки). Для этой важ­ной мис­сии бы­ла вы­бра­на на­тур­щи­ца Ма­ри Шар­ле, со­всем мо­ло­день­кая, шест­на­дца­ти­лет­няя, но уже со­вер­шен­но раз­вра­щен­ная, ис­кав­шая са­мых эк­зо­ти­че­ских на­сла­жде­ний. Связь с «кар­ли­ком» она со­чла пи­кант­ной, Ло­трек же по­сле «об­ще­ния» с Ма­ри, буд­то сло­мал­ся ка­кой­то внут­рен­ний предо­хра­ни­тель, пу­стил­ся во все тяж­кие – Мон­мартр к это­му бо­лее чем рас­по­ла­гал.

К кон­цу XIX ве­ка этот па­риж­ский квар­тал из-за сво­их невы­со­ких цен и оби­лия уве­се­ли­тель­ных заведений стал при­бе­жи­щем

ни­щей бо­ге­мы, ис­ка­те­лей при­клю­че­ний и вся­ко­го сбро­да. Потом­ствен­ный ари­сто­крат граф А нри де Ту­луз-ло­трек на мон­мартр­ских улоч­ках чув­ство­вал се­бя бо­лее до­ма, чем в фе­ше­не­бель­ных апар­та­мен­тах в Си­те Р ети­ро, пас­са­же на ули­це Фо­бур-сент-оно­ре, где жил с ро­ди­те­ля­ми. Ко­гда ему нуж­ны бы­ли мо­де­ли-жен­щи­ны (а Ло­трек все вре­мя усерд­но ра­бо­тал, и Кор­мон очень хва­лил его), он без ко­ле­ба­ний об­ра­щал­ся к оби­та­тель­ни­цам бор­де­лей, ко­то­рых на Мон­март­ре бы­ло мно­же­ство. Про­сти­тут­ки лю­би­ли ма­лень­ко­го ху­дож­ни­ка за доб­ро­ту и че­ло­веч­ность и ни­ко­гда не от­ка­зы­ва­ли ему в уте­ше­нии при­выч­ным для них спо­со­бом. Но они да­ри­лиа нри на­сто­я­щие, ис­крен­ние тепло и неж­ность – то, в чем он нуж­дал­ся боль­ше все­го.а он все­гда на­хо­дил для них лас­ко­вое сло­во, лю­бил по­ра­до­вать «де­во­чек» ма­лень­ки­ми по­дар­ка­ми, и да­же устра­и­вал для них ве­че­рин­ки с изыс­кан­ной едой и вы­пив­кой, что­бы они мог­ли хоть нена­дол­го забыть о ра­бо­те. Про­сти­тут­ки бы­ли Ло­т­ре­ку бли­же и по­нят­нее, да­же чем дру­зья: они

то­же бы­ли из­го­я­ми. Кста­ти, жа­ло­сти к се­бе са­мо­му от дру­гих Ан­ри не тер­пел и, что­бы за­да­вить та­кие по­полз­но­ве­ния в за­ро­ды­ше, пер­вый при­ни­мал­ся шу­тить и из­де­вать­ся над со­бой. «Хо­тел бы я по­смот­реть на жен­щи­ну, у ко­то­рой лю­бов­ник бу­дет урод­ли­вее, чем я!» Этот горь­кий смех был бро­ней для его из­ра­нен­ной ду­ши. ... В ко­рот­кое вре­мя Мон­мартр про­ник в плоть и кровь 20лет­не­го ху­дож­ни­ка, Ло­трек со­вер­шен­но про­пи­тал­ся его ду­хом. К ужа­су гра­фи­ни А де­ли, ко­то­рая бы­ла уве­ре­на, что сын учит­ся, что­бы по­сту­пить в Шко­лу изящ­ных ис­кусств и стать ре­спек­та­бель­ным свет­ским жи­во­пис­цем,а нри за­явил, что хо­чет пе­ре­брать­ся жить на Мон­мартр.р аз­ра­зил­ся скан­дал, ро­ди­те­ли от­ка­за­ли ему в со­дер­жа­нии, но «блуд­но­го сына» это не оста­но­ви­ло.е го ме­сто бы­ло там, толь­ко там он мог ды­шать сво­бод­но и быть са­мим со­бой.а нри по­се­лил­ся у дру­зей,р ене и Ли­ли Гре­нье. При­ме­ча­тель­но, что в том же до­ме ¹19 по ули­це Фон­тен на­хо­ди­лась мастер­ская Эд­га­ра Де­га, ра­бо­ты ко­то­ро­го при­во­ди­ли Ло­т­ре­ка в вос­торг и бла­го­го­ве­ние. Зай­ти к мэт­ру, однако, он не ре­шал­ся – воз­мож­но, от­то­го, что Де­га сла­вил­ся край­ней необ­щи­тель­но­стью. По­чти каж­дый ве­чер че­та Гре­нье, Ло­трек и дру­гие уче­ни­ки сту­дии Кор­мо­на по­се­ща­ли раз­вле­ка­тель­ные за­ве­де­ния – ка­ба­ре и тан­це­валь­ные за­лы. «Ша-ну­ар», «Эли­зе-мон­мартр», «Му­лен де ла Га­летт», «Мир­ли­тон»... Здесь ху­дож­ник был на­блю­да­те­лем. Ча­са­ми он про­си­жи­вал за сто­ли­ком, смот­рел, пил и без уста­ли ри­со­вал. Тан­цов­щиц, по­се­ти­те­лей, офи­ци­ан­тов, му­зы­кан­тов, су­те­не­ров. Са­ма ат­мо­сфе­ра в та­ких ме­стах бы­ла про­пи­та­на чув­ствен­но­стью и по­ро­ком, и это от­чет­ли­во вид­но в ра­бо­тах Ло­т­ре­ка – сво­им мо­де­лям он ни­ко­гда не льстил. При этом ху­дож­ник во­все не был озлоб­лен­ным на весь мир ка­ри­ка­ту­ри­стом, про­сто для него правда бы­ла важ­нее кра­со­ты.е сть в его ра­бо­тах и лю­бовь (порт­ре­ты ма­те­ри и дру­зей), и неж­ность, и жа­лость, и непод­дель­ное вос­хи­ще­ние. Од­на­жды в «Му­лен де ла Га­летт» по­яви­лась юная тан­цов­щи­ца­эль­за­ска Лу­и­за Ве­бер. Вуль­гар­ная и неоте­сан­ная в бы­ту, на сцене она бы­ла бо­ги­ней тан­ца, непри­кры­тым эро­тиз­мом до­во­див­шая зри­те­лей бук­валь­но до ис­ступ­ле­ния. Ко­гда в 1889 го­ду от­кры­лось ле­ген­дар­ное ка­ба­ре «Му­ле­нр уж», Лу­и­за ста­ла там гвоз­дем про­грам­мы вме­сте со сво­им неиз­мен­ным парт­не­ром Ва­лен­ти­номб ес­кост­ным. За неуме­рен­ный ап­пе­тит она по­лу­чи­ла про­зви­ще Ла Гу­лю, Об­жо­ра – впо­след­ствии из-за

туч­но­сти ей при­шлось оста­вить эту ра­бо­ту. Ло­трек дру­жил с Ла Гу­лю, вос­хи­щал­ся ее та­лан­том и жиз­не­лю­би­ем и пи­сал ее мно­же­ство раз.е ще од­ной лю­би­мой мо­де­лью и ду­шев­ной по­дру­гой ху­дож­ни­ка ста­ла дру­гая зна­ме­ни­тость «Му­лен Руж», Джей­на вриль, утон­чен­ная, нездеш­няя, буд­то рас­ска­зы­ва­ю­щая сво­и­ми дви­же­ни­я­ми стран­ные вол­шеб­ные ис­то­рии; со­вер­шен­ный ан­ти­под Ла Гу­лю и про­чих тан­цов­щиц ка­ба­ре. Ци­ник с ду­шой ре­бен­ка, Ло­трек знал, что страсть мо­жет иметь вид и изыс­кан­ный, и неж­ный. Джейн бы­ла пре­дан­ней­шей по­клон­ни­цей твор­че­ства Ло­т­ре­ка, однако не все жен­щи­ны при­хо­ди­ли в вос­торг от сво­их изоб­ра­же­ний. Ко­гда че­рез не­сколь­ко ле­та нри пи­сал пе­ви­цу Иветт Гиль­бер, она бы­ла шо­ки­ро­ва­на уви­ден­ным, на­зва­ла его «ге­ни­ем урод­ства» и от­ка­за­лась за­ка­зать ему афи­шу, хо­тя чи­сто по-че­ло­ве­че­ски Ло­трек ее по­ко­рил – ко­гда хо­тел, он умел быть оча­ро­ва­тель­ным и мог в хо­ро­шем смыс­ле сло­ва про­сто по­ра­бо­тить че­ло­ве­ка. По­сле выхода аль­бо­ма ли­то­гра­фи­че­ских порт­ре­тов пе­ви­цы дру­зья да­же со­ве­то­ва­ли ей по­дать на Ло­т­ре­ка в суд – че­го, к сча­стью, не про­изо­шло: Иветт не поз­во­ли­ла жен­ско­му тще­сла­вию взять верх, про­ста­ви­ла ав­то­гра­фы на всем ти­ра­же и со­хра­ни­ла хорошие от­но­ше­ния с ав­то­ром. В 1885-ма нри по­зна­ко­ми­ли с на­тур­щи­цей Ма­ри-кле­мен­ти­ной Ва­ла­дон. Дочь прач­ки, вы­рос­шая в ни­ще­те, быв­шая цир­кач­ка, на мо­мент зна­ком­ства с на­шим ге­ро­ем – мать двух­лет­не­го сына (кста­ти, бу­ду­ще­го жи­во­пис­ца Мо­ри­сау трил­ло), она, по­зи­ро­вав­шая Пю­ви де Ша­ван­ну, Де­га, Р ену­а­ру, со­гла­си­лась ра­бо­тать и с Ло­т­ре­ком. Про­фес­си­о­наль­ные от­но­ше­ния быст­ро пе­ре­рос­ли в лич­ные.а нри был страш­но горд, что, вхо­дя в мон­мартр­ские ка­ба­ре, ве­дет под ру­ку та­кую кра­са­ви­цу. Их ро­ман, со все­ми ат­ри­бу­та­ми буль­вар­ной ме­ло­дра­мы – ссо­ра­ми, по­та­сов­ка­ми, при­ми­ре­ни­я­ми, про­длил­ся око­ло двух лет и за­кон­чил­ся то­же вполне в ду­хе это­го жан­ра. Под­стре­ка­е­мая ма­те­рью, Ма­ри-кле­мен­ти­на разыг­ра­ла по­пыт­ку са­мо­убий­ства, дабы скло­нить Ло­т­ре­ка к же­нить­бе. Оскорб­лен­ный, он по­рвал с ней, хо­тя был силь­но влюб­лен. В от­ли­чие от Ан­ри, ее даль­ней­шая судь­ба сло­жи­лась вполне бла­го­по­луч­но. Хо­ро­шо ри­со­вав­шая с детства, Ма­ри ис­под­воль по­не­мно­гу учи­лась у ху­дож­ни­ков, ко­то­рым по­зи­ро­ва­ла, хо­тя до опре­де­лен­но­го вре­ме­ни ни­ко­му не по­ка­зы­ва­ла сво­их ра­бот. По­сле раз­ры­ва с Ло­т­ре­ком она за­ня­лась жи­во­пи­сью все­рьез и про­сла­ви­лась под име­нем Сю­зан­на Ва­ла­дон; дру­жи­ла с Па­б­ло

Пи­кассо и ста­ла пер­вой жен­щи­ной, при­ня­той во фран­цуз­ский со­юз ху­дож­ни­ков. По­ка же и у са­мо­гоа нри жизнь би­ла клю­чом: он по­се­щал все сто­лич­ные вы­став­ки жи­во­пи­си, во мно­гих участ­во­вал сам – в Па­ри­же и дру­гих го­ро­дах и стра­нах («Груп­па два­дца­ти», «Са­лон неза­ви­си­мых», кру­жок «Воль­ней» раз­ных лет и про­чие); его юмо­ри­сти­че­ские и жан­ро­вые ри­сун­ки пе­ча­та­ли в несколь­ких па­риж­ских жур­на­лах; ро­ди­те­ли, на­ко­нец, со­гла­си­лись про­фи­нан­си­ро­вать ему арен­ду соб­ствен­ной ма­стер­ской. В 1886-м в сту­дии Кор­мо­на Ло­трек по­зна­ко­мил­ся с угрю­мым гол­ланд­цем Вин­сен­том Ван Го­гом. Два неисто­вых ге­ния, два безум­ца, со­вер­шен­но раз­ные во всем, они быст­ро по­дру­жи­лись, хо­тя Ван Гог был один­на­дца­тью го­да­ми стар­ше, и друж­ба эта про­дол­жа­лась до кон­ца жиз­ни Вин­сен­та... ко­то­рой оста­ва­лось все­го 4 го­да. Ван Гог от­крыл Ло­т­ре­ку ис­кус­ство ве­ли­ких япон­цев – Ута­ма­ро, Хо­ку­сая, Хи­ро­сигэ, уго­во­рил сво­е­го бра­та Тео, ко­то­рый был управ­ля­ю­щим га­ле­реи «Бус­со и Ва­ла­дон», ку­пить не­сколь­ко ра­бот Ло­т­ре­ка.а нри на­пи­сал порт­рет дру­га в его же, «ван­го­гов­ской» ма­не­ре, в тех­ни­ке раз­дель­но­го штри­ха, по­мо­гал Вин­сен­ту день­га­ми, а од­на­жды да­же чуть бы­ло не драл­ся из-за него на ду­э­ли. В Брюс­се­ле, на вы­став­ке «Груп­пы два­дца­ти» 1890 го­да ху­дож­ни­ка нри де Гру оскор­би­тель­но ото­звал­ся о «Под­сол­ну­хах» Ван Го­га и о нем са­мом. Ту­луз-ло­трек бро­сил вы­зов обид­чи­ку и со­гла­сил­ся ото­звать его толь­ко по­сле то­го, как де Гру пуб­лич­но при­нес из­ви­не­ния и вы­шел из «Груп­пы». Ху­дож­ник мно­го ра­бо­тал и все боль­ше пил. На по­пой­ках, ко­то­рые он устра­и­вал в сво­ей ма­стер­ской на ули­це Тур­лак, ма­ло у ко­го из го­стей по­лу­ча­лось до кон­ца оста­вать­ся на но­гах. Од­ним из пер­вых во Фран­ции Ло­трек осво­ил пре­муд­ро­сти из­го­тов­ле­ния кок­тей­лей, и его «ав­тор­ские» сме­си по­рой бы­ва­ли про­сто убий­ствен­ны­ми. Об­раз, а точ­нее, темп жиз­ни Ло­т­ре­ка очень бес­по­ко­ил дру­зей, они изум­ля­лись: ес­ли он столь­ко пьет – ко­гда же он ра­бо­та­ет, и, с дру­гой сто­ро­ны, ведь он так мно­го ра­бо­та­ет – ко­гда же он умуд­ря­ет­ся столь­ко пить?! Очень ча­сто, вый­дя под утро из оче­ред­но­го ка­ба­ре, ху­дож­ник на из­воз­чи­ке от­прав­лял­ся до­мой, но по до­ро­ге за­сы­пал и, по­спав в эки­па­же па­ру ча­сов, ве­лел ку­че­ру ехать в ма­стер­скую. Ан­ри при­об­рел и еще один не обя­за­тель­ный, но весь­ма пред­ска­зу­е­мый ат­ри­бут сво­бод­ной жиз­ни: од­на из его мо­де­лей –

про­сти­тут­кар ыжа­яр оза, за­ра­зи­ла его си­фи­ли­сом.

В 1891- м, ко­гда слава « Му­лен Р уж » уже вы­шла да­ле­ко за пре­де­лы Фран­ции, вла­дель­цы ка­ба­ре пред­ло­жи­ли Ло­т­ре­ку вы­пол­нить афи­ши к от­кры­тию но­во­го се­зо­на. Стиль и ма­не­ра пись­ма ху­дож­ни­ка: чет­кость ли­ний, ла­ко­нич­ность и ори­ги­наль­ность па­лит­ры, нетри­ви­аль­ные ком­по­зи­ци­он­ные ре­ше­ния, де­ко­ра­тив­ность – все это, со­об­щая непо­вто­ри­мость и несо­мнен­ную узна­ва­е­мость его жи­во­пис­ным по­лот­нам, как нель­зя бо­лее от­ве­ча­ло и тре­бо­ва­ни­ям пла­кат­ной гра­фи­ки. Ге­ро­я­ми де­бю­та Ан­ри ста­ли Ла Гу­лю и Ва­лен­тинб ес­кост­ный, их сво­дя­щий с ума пуб­ли­ку та­нец. Та­ких афиш па­ри­жане еще не ви­ды­ва­ли, и это был на­сто­я­щий фу­рор. Имя Ло­т­ре­ка (он уже опять под­пи­сы­вал ра­бо­ты сво­ей на­сто­я­щей фа­ми­ли­ей, к ве­ли­ко­му неудо­воль­ствию гра­фаа ль­фон­са) на­ча­ло при­об­ре­тать ши­ро­кую из­вест­ность. В ле­то­пи­си ми­ро­вой культуры – а зна­ме­ни­тое ка­ба­ре, бес­спор­но, яв­ля­ет­ся пол­но­прав­ным ее объ­ек­том, – Ло­трек и «Му­ле­нр уж» ока­за­лись нераз­рыв­но свя­за­ны друг с дру­гом. У по­ми­на­ние од­но­го по­чти ни­ко­гда не об­хо­дит­ся без упо­ми­на­ния дру­го­го, а все глав­ные

звез­ды «Крас­ной Мель­ни­цы» то­го пе­ри­о­да оста­лись в ис­то­рии толь­ко по­то­му, что их пи­са­ла нри. По­сле пер­во­го успе­ха афиш и пла­ка­тов на Ло­т­ре­ка по­сы­па­лись за­ка­зы. В это же вре­мя он увлек­ся ли­то­гра­фи­ей и, дос­ко­наль­но осво­ив эту тех­ни­ку, пло­до­твор­но ра­бо­тал в ней – непо­сред­ствен­но в ти­по­гра­фии, при­дир­чи­во кон­тро­ли­руя весь про­цесс, соб­ствен­но­руч­но вы­би­рая крас­ки и бу­ма­гу и про­ве­ряя го­то­вый ти­раж. На на­ча­ло 1893 го­да бы­ла за­пла­ни­ро­ва­на пер­вая пер­со­наль­ная вы­став­ка ху­дож­ни­ка. Однако су­гу­бо пер­со­наль­ной она не ста­ла: Ло­трек при­гла­сил при­нять в ней уча­стие сво­е­го кол­ле­гу Шар­ля Мо­ре­на. Оцен­ки кри­ти­ков бы­ли ес­ли и не вос­тор­жен­ные, то весь­ма бла­го­же­ла­тель­ные. Сво­им по­се­ще­ни­ем вы­став­ку по­чтил и Де­га. При­сут­ство­вав­шие вос­при­ня­ли его от­зыв как одоб­ри­тель­ный, хо­тя на са­мом де­ле из­вест­но, что Де­га боль­ше бла­го­во­лил имен­но Мо­ре­ну, а Ло­т­ре­ка недо­люб­ли­вал, воз­мож­но, счи­тая, что тот за­им­ство­вал у него сю­же­ты. Не­ис­чер­па­е­мым ис­точ­ни­ком тем для Ло­т­ре­ка по-преж­не­му оста­ва­лись до­ма тер­пи­мо­сти. Ху­дож­ник не толь­ко про­во­дил в них мно­го вре­ме­ни, но и по­дол­гу там жил и без уста­ли пи­сал сво­их по­друг в их жиз­ни «вне ра­бо­ты». Горь­кое оди­но­че­ство и от­вер­жен­ность ча­сто тол­ка­ли этих несчаст­ных в объ­я­тия друг дру­га, и у Ло­т­ре­ка есть нема­ло кар­тин на те­му лес­бий­ской люб­ви. Од­но вре­мя он да­же был за­все­гда­та­ем ка­фе « Ла Су­ри », ко­то­рое по­се­ща­ли по­чти

ис­клю­чи­тель­но лес­би­ян­ки.а нри во­об­ще имел склон­ность увле­кать­ся ка­ким-то од­ним пред­ме­том и тща­тель­но изу­чать и на­блю­дать его, что­бы наи­бо­лее пол­но от­ра­зить в сво­их про­из­ве­де­ни­ях. По­ми­мо ка­ба­ре и пуб­лич­ных до­мов, та­ки­ми те­ма­ми в раз­ное вре­мя бы­ли те­атр, цирк и но­во­мод­ный спорт – ве­ло­си­пед­ные гон­ки. По­про­бо­вал он се­бя и в мо­ну­мен­таль­ной жи­во­пи­си: по прось­бе Ла Гу­лю на­пи­сал два боль­ших пан­но для яр­ма­роч­но­го ба­ла­га­на, ко­то­рый она от­кры­ла, уй­дя из «Му­ле­нр уж». Эти пан­но поль­зо­ва­лись го­раз­до боль­шим успе­хом, чем са­мо пред­при­я­тие быв­шей звез­ды Мон­март­ра. Впо­след­ствии нуж­да­ю­ща­я­ся Ла Гу­лю про­да­ла их, и они не­сколь­ко раз пе­ре­хо­ди­ли из рук в ру­ки; уже в тре­тьем де­ся­ти­ле­тии ХХ ве­ка некий тор­го­вец, от­ча­яв­шись сбыть та­кие боль­шие ( 3х3 м) ра­бо­ты, про­сто раз­ре­зал их на мно­же­ство кус­ков, но из-за воз­му­ще­ния и при под­держ­ке об­ще­ствен­но­сти пан­но бы­ли вос­ста­нов­ле­ны, и ныне укра­ша­ют один из за­лов Лув­ра. Ла Гу­лю, ве­ли­ко­леп­ная Лу­и­за Ве­бер, скон­ча­лась в 1929-м в ни­ще­те и за­бве­нии. Вто­рая пер­со­наль­ная вы­став­ка Ло­т­ре­ка со­сто­я­лась в 1896 го­ду.р або­ты, по­свя­щен­ные пуб­лич­ным до­мам, бы­ли пред­став­ле­ны в от­дель­ном по­ме­ще­нии, ку­да до­пу­сти­ли лишь «из­бран­ных».р езо­нанс, тем не ме­нее, по­лу­чил­ся боль­шой, мно­гие кри­ти­ки недо­уме­ва­ли и него­до­ва­ли – как мож­но пад­ших жен­щин де­лать объ­ек­та­ми ис­кус­ства? Это неслы­хан­но! Но, как из­вест­но, в ми­ре ис­кус­ства скан­дал – луч­шая ре­кла­ма. На ра­бо­ты Ло­т­ре­ка под­нял­ся спрос (хо­тя спра­вед­ли­во­сти ра­ди стоит за­ме­тить, что вы­пу­щен­ный ра­нее аль­бом ли­то­гра­фий о про­сти­тут­ках «Они» успе­ха не имел), в даль­ней­шем они по­сто­ян­но рос­ли в цене.

Вот толь­ко ра­бот ста­но­ви­лось все меньше.е сли в преж­ние го­дыа нри пи­сал от 35 до 50 по­ло­тен в год, то в 1897-м их бы­ло все­го око­ло 15-ти. Де­ло в том, что ху­дож­ник ни­ко­гда не ра­бо­тал пья­ным, а пил он те­перь все силь­нее. Мать и дру­зья пы­талсь на него вли­ять, от­вле­кать пу­те­ше­стви­я­ми. Но по­сле крат­ких пе­ри­о­дов воз­дер­жа­ния все на­чи­на­лось сно­ва, а уве­ще­ва­ний Ло­трек не слу­шал и от «вос­пи­та­тель­ных» бе­сед впа­дал в ярость. На­ря­ду с ал­ко­го­лем свою раз­ру­ши­тель­ную ра­бо­ту вел и си­фи­лис: в ка­кой-то мо­мен­та нри про­сто пе­ре­стал

ле­чить­ся, оче­вид­но, убеж­ден­ный, что ждать от жиз­ни ему нече­го, так не все ли рав­но, боль­ным или здоровым он ее про­жи­вет, рань­ше умрет или поз­же. Он по­те­рял ин­те­рес да­же к ра­бо­те: съе­хав из ма­стер­ской на ули­це Тур­лак, Ло­трек по­про­сту оста­вил там 87 сво­их про­из­ве­де­ний, боль­шей ча­стью ко­то­рых кон­сьерж рас­пла­тил­ся за вы­пив­ку в окрест­ных ка­бач­ках, а око­ло 30-ти до­ста­лись сле­ду­ю­ще­му арен­да­то­ру.е го слу­жан­ка то­пи­ла ими ка­мин и за­ты­ка­ла ще­ли в сте­нах.

В преды­ду­щие го­ды на лето Ло­трек обыч­но уез­жал в один из се­мей­ных зам­ков, в по­ме­стья дру­зей или за гра­ни­цу – от­дох­нуть, под­ле­чить­ся, на­брать­ся сил, «под­ре­мон­ти­ро­вать­ся», как он сам это на­зы­вал. И дей­стви­тель­но, в эти пе­ри­о­ды он по­чти со­всем не пил. Те­перь же на­сту­пи­ла та ста­дия, ко­гда ху­дож­ник прак­ти­че­ски не бы­вал трез­вым.е го на­ча­ла под­во­дить па­мять, пре­сле­до­ва­ли кошмары и му­чи­ли гал­лю­ци­на­ции, и од­на­жды пря­мо на ули­це с Ло­т­ре­ком слу­чил­ся при­ступ бе­лой го­ряч­ки, по­сле че­го по­ме­ще­ние в пси­хи­ат­ри­че­скую кли­ни­ку ста­ло неиз­беж­ным – ра­нее се­мья и дру­зья на это не ре­ша­лись, опа­са­ясь гне­ваа нри. В на­ча­ле 1899 го­да Ло­трек про­вел в кли­ни­ке док­то­ра Се­ме­ле­ня 3 ме­ся­ца, и все это вре­мя в прес­се упор­но мус­си­ро­ва­лись слу­хи о безу­мии ху­дож­ни­ка. Ито­гом ле­че­ния ста­ли за­мет­но улуч­шив­ше­е­ся со­сто­я­ние и 39 ри­сун­ков о цир­ке – при­чем на всех, кро­ме од­но­го, ар­ти­сты вы­сту­па­ли при пу­стом за­ле. Даль­ний род­ствен­ник Ло­т­ре­ков, Поль Вио, был на­нят ис­пол­нять приа нри обя­зан­но­сти ком­па­ньо­на и сле­дить, что­бы он не пил. В этих же видах род­ны­ми бы­ло взя­то под кон­троль и су­ще­ствен­но уре­за­но со­дер­жа­ние Ло­т­ре­ка, что ста­ло при­чи­ной оже­сто­чен­ных ссор ху­дож­ни­ка с ма­те­рью (хо­тя у него был и тай­ный счет, на ко­то­рый по­сту­па­ли день­ги, и нема­лые, от про­да­жи его кар­тин). А нри про­дер­жал­ся око­ло по­лу­го­да и да­же ра­бо­тал, но вско­ре вер­нул­ся к при­выч­но­му об­ра­зу жиз­ни. Пи­сать ему ста­но­ви­лось все труд­нее. Неко­то­рые кар­ти­ны бы­ли бро­ше­ны неза­вер­шен­ны­ми, а в тех, что он все же на­пи­сал в последние пол­то­ра го­да сво­ей жиз­ни, уже очень ма­ло преж­не­го Ло­т­ре­ка. Ве­ро­ят­но, угас тот внут­рен­ний огонь, ко­то­рый влек его за моль­берт – в ра­бо­тах нет бы­лой лег­ко­сти, жи­во­сти, мно­гие из них про­из­во­дят впе­чат­ле­ние вы­му­чен­но­сти. Жизнь ушла с по­ло­тен ма­лень­ко­го ху­дож­ни­ка, как ухо­ди­ла она из него са­мо­го. В июле 1901-го Ло­трек по­ки­нул Па­риж на­все­гда. Пе­ред тем он разо­брал все ра­бо­ты в сво­ей ма­стер­ской, за­кон­чил мно­гие эс­ки­зы, подписал сто­я­щие, по его мне­нию, кар­ти­ны. Гра­фи­ня Адель увез­ла сына в за­мок Маль­ро­ме недалеко отб ор­до, ко­то­рый ку­пи­ла мно­го лет назад;а нри регулярно бы­вал там и очень его лю­бил. Он со­вер­шен­но осла­бел, уже не мог са­мо­сто­я­тель­но дви­гать­ся и есть. В ночь на 9 сен­тяб­ря Ло­трек скон­чал­ся на ру­ках у ма­те­ри – под рас­ка­ты та­кой же силь­ной гро­зы, что бу­ше­ва­ла при его рож­де­нии.

На стра­ни­це сле­ва – пар­ный порт­рет Ген­ри­ха VII и его су­пру­гие ли­за­ве­тый орк­ской. Вни­зу – прин­ца ртур, стар­ший брат бу­ду­ще­го Ген­ри­ха VIII, и его ба­буш­ка – ле­ди Мар­га­рет деб офор

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.