Од­ри Хе­п­берн: Прин­цес­са, став­ша __к о_р_о_ ле­вой стр .6 Од­ри Хе­п­берн Прин­цес­са, став­шая ко­ро­ле­вой Ва­ле­рия Го­ре­ло­ва стр. 6 Фран ц Шу­берт : В вол­шеб­ном кру­гу Еле­на Бу­та­ко­ва стр. 28 Не­ли Бла й: Бе­зум­ство храб­рой Ро­ман Ев­ло­ев стр. 46 Аль­фред де Мюс­се: Тай­на б

Lichnosti - - В Номере -

ДРА­МЫ СЕ­МЕЙ­НЫЕ, ДРА­МЫ МИ­РО­ВЫЕ... Мать Од­ри Хе­п­берн – гол­ланд­ская ба­ро­нес­са Эл­ла Ван Хе­ем­ст­ра, по­лу­чи­ла от пред­ков при­чуд­ли­вую смесь гол­ланд­ской, вен­гер­ской, фран­цуз­ской и ев­рей­ской кро­вей. Отец – Джо­зеф Вик­тор Эн­то­ни Хе­п­берн-рас­тон, был ир­ланд­цем. Его со­ци­аль­ное про­ис­хож­де­ние, как, впро­чем, и род за­ня­тий, оста­лись тай­ной. С ба­ро­нес­сой Эл­лой он по­зна­ко­мил­ся в Су­ри­на­ме. Чем там за­ни­мал­ся быв­ший кон­сул бри­тан­ско­го ми­ни­стер­ства ино­стран­ных дел, до­под­лин­но не из­вест­но. За­то из­вест­но, что бес­ша­баш­ный тем­но­во­ло­сый кра­са­вец без со­сто­я­ния и опре­де­лен­ных за­ня­тий пле­нил за­муж­нюю жен­щи­ну и мать двоих сы­но­вей. Она ре­ши­тель­но рас­торг­ла ари­сто­кра­ти­че­ский брак с Яном Ван Уф­фор­дом, что­бы вый­ти за Хе­п­бер­нРа­сто­на. 4 мая 1929 го­да в боль­шом уеди­нен­ном до­ме в при­го­ро­де Брюс­се­ля ба­ро­нес­са ро­ди­ла де­воч­ку. Пух­лень­кую боль­ше­го­ло­вую ма­лыш­ку на­зва­ли Эд­дой, и она да­же от­да­лен­но не на­по­ми­на­ла то стран­но то­нень­кое, длин­но­ше­ее изящ­ное чу­до, ко­то­рое мир узна­ет под име­нем Од­ри Хе­п­берн. Два глав­ных вос­по­ми­на­ния из ее ран­не­го дет­ства свя­за­ны с му­зы­кой, по­сто­ян­но зву­чав­шей в до­ме, и веч­ны­ми ссо­ра­ми меж­ду от­цом и ма­те­рью. След­стви­ем этих ссор ста­ло по­яв­ле­ние осо­бен­ных черт в ха­рак­те­ре и ма­не­рах Од­ри Хе­п­берн – сдер­жан­ность, да­же за­мкну­тость, и ка­те­го­ри­че­ское пра­ви­ло ни­ко­гда ни на ко­го не по­вы­шать го­ло­са. Музыка же по­ро­ди­ла в ней лю­бовь к тан­цу. Впер­вые эта лю­бовь да­ла се­бя знать, ко­гда трех­лет­няя Эд­да-од­ри во вре­мя про­гул­ки в парке по­ти­хонь­ку удра­ла от ма­те­ри, что­бы по­тан­це­вать пе­ред слу­чай­ной пуб­ли­кой под зву­ки во­ен­но­го ор­кест­ра. Од­ри бы­ло шесть лет, ко­гда ро­ди­те­ли раз­ве­лись. Ба­ро­нес­са за­ста­ла му­жа в по­сте­ли с мо­ло­день­кой ня­ней сво­их де­тей. По­се­дев за од­ну ночь, Эл­ла по­да­ла на раз­вод. Позд­нее Од­ри вспо­ми­на­ла: «Раз­вод ро­ди­те­лей был пер­вым уда­ром, ко­то­рый я перенесла в дет­стве. Я бо­го­тво­ри­ла от­ца и ску­ча­ла по нему, ко­гда он ушел. Ес­ли бы я мог­ла ино­гда встре­чать­ся с ним, я бы чув­ство­ва­ла, что он ме­ня лю­бит. Я до слез за­ви­до­ва­ла де­воч­кам, у ко­то­рых бы­ли от­цы. Мать очень лю­би­ла ме­ня, но она ча­сто не уме­ла по­ка­зать мне эту свою лю­бовь. У ме­ня не бы­ло ни­ко­го, кто мог бы при­лас­кать ме­ня».

едем в Мон­те-кар­ло». Там ее и при­ме­ти­ла из­вест­ная фран­цуз­ская ро­ма­нист­ка Ко­летт. Ста­ру­ха в ин­ва­лид­ной ко­ляс­ке с за­маш­ка­ми неко­ро­но­ван­ной ко­ро­ле­вы вы­би­ра­ла ак­три­су для ин­сце­ни­ров­ки сво­е­го ро­ма­на «Жи­жи». Уви­дев Од­ри, она власт­но за­яви­ла: «Вот моя Жи­жи!» Ре­ак­ция Хе­п­берн на пред­ло­же­ние глав­ной ро­ли в бро­д­вей­ском спек­так­ле бы­ла по-дет­ски непо­сред­ствен­ной: «Я не смо­гу! У ме­ня нет сце­ни­че­ско­го опы­та». Но по­ста­нов­щи­ки «Жи­жи» бы­ли го­то­вы ре­пе­ти­ро­вать бес­ко­неч­но, лишь бы в спек­так­ле участ­во­ва­ла юная ак­три­са, чье «оча­ро­ва­ние си­я­ло, по­доб­но сол­неч­но­му лу­чу». В то же вре­мя гол­ли­вуд­ская сту­дия «Па­ра­маунт» вы­би­ра­ла ак­три­су на роль прин­цес­сы Ан­ны в филь­ме «Рим­ские ка­ни­ку­лы». Сце­на­рий его мно­го лет пе­ре­хо­дил из рук в ру­ки имен­но по­то­му, что не на­хо­ди­лось ис­пол­ни­тель­ни­цы, в ко­то­рой пре­лест­ная внеш­ность со­че­та­лась бы с ари­сто­кра­тиз­мом ма­нер. Про­дю­се­рам ну­жен был не столь­ко звезд­ный ста­тус, сколь­ко ак­три­са, спо­соб­ная убе­дить зри­те­лей в том, что по­лу­чи­ла вос­пи­та­ние на­сто­я­щей прин­цес­сы. Од­ри как раз при­е­ха­ла в Нью-йорк, что­бы при­сту­пить к ра­бо­те над «Жи­жи». Не успе­ла она прой­тись по Бро­д­вею, как агент сту­дии «Па­ра­маунт» те­ле­гра­фи­ро­вал ре­жис­се­ру Уи­лья­му Уай­ле­ру: «Я на­шел прин­цес­су». Пер­вым де­лом Од­ри спро­си­ли, не го­то­ва ли она взять псев­до­ним, что­бы ее не пу­та­ли с гол­ли­вуд­ской звез­дой Кэтрин Хе­п­берн. На это на­чи­на­ю­щая ар­тист­ка от­ве­ти­ла: «Ес­ли хотите ме­ня по­лу­чить, при­дет­ся взять ме­ня вме­сте с мо­им име­нем». Уай­лер за­ка­зал ки­но­про­бу пре­тен­дент­ки, при­бег­нув при этом к не со­всем этич­ной улов­ке: по­сле окон­ча­ния съем­ки не вы­клю­чать ка­ме­ру. Эта про­ба со­хра­ни­лась в ар­хи­вах сту­дии. В ней вид­но, как Ан­на-од­ри про­сы­па­ет­ся, бе­се­ду­ет с парт­не­ром, идет к две­ри и... за­сты­ва­ет, по­няв, что ка­ме­ра про­дол­жа­ет ра­бо­тать. «Я не сде­лаю ша­га, по­ка не услы­шу ко­ман­ды ре­жис­се­ра “Стоп! Сня­то!”», – за­яв­ля­ет она. И вдруг на­чи­на­ет сме­ять­ся – неудер­жи­мым, не­ве­ро­ят­но рас­по­ла­га­ю­щим сме­хом. Уай­лер был оча­ро­ван. Вер­дикт сту­дии гла­сил: «Про­ба, вне вся­ко­го со­мне­ния, од­на из луч­ших, ко­гда-ли­бо де­лав­ших­ся в Гол­ли­ву­де». «Жи­жи» с боль­шим успе­хом шла на Бро­д­вее, а Од­ри уже жда­ли в Ри­ме. Съем­ки «Рим­ских ка­ни­кул» пре­вра­ти­лись для всех участ­ни­ков в тя­же­лое ис­пы­та­ние. Ме­ша­ли необы­чай­ная да­же для лет­не­го Ри­ма жа­ра и тол­пы ту­ри­стов, об­сту­пав­шие съе­моч­ную пло­щад­ку с «жи­вым» Гре­го­ри Пе­ком. Для

дей­стви­тель­но, был несчаст­лив в бра­ке и со­би­рал­ся раз­во­дить­ся, но во вре­мя съе­мок «Рим­ских ка­ни­кул» он влю­бил­ся во фран­цуз­скую жур­на­лист­ку, на ко­то­рой по­том и же­нил­ся. А для Од­ри при­бли­жал­ся день сва­дьбы с Джим­ми Хэн­со­ном. Все уже бы­ло го­то­во к це­ре­мо­нии, вплоть до под­ве­неч­но­го пла- тья. Же­них ожи­дал Од­ри в Лон­доне. Но не судь­ба: неве­ста за­дер­жа­лась на съем­ках в Ри­ме. Джеймс Хэн­сон, хра­ня внеш­нюю невоз­му­ти­мость, уле­тел в То­рон­то, что­бы при­сту­пить к ру­ко­вод­ству круп­ной кор­по­ра­ци­ей. А Од­ри Хе­п­берн оста­лась до­иг­ры­вать дра­му прин­цес­сы, вы­нуж­ден­ной от­ка­зать­ся от люб­ви во имя дол­га.

25 мар­та 1954 го­да с оче­ред­но­го пред­став­ле­ния «Ун­ди­ны» уста­лая Од­ри от­пра­ви­лась на це­ре­мо­нию вру­че­ния «Оска­ра». Она ед­ва смог­ла под­нять­ся, ко­гда ве­ду­щий на­звал ее имя. От вол­не­ния чуть бы­ло не ушла за ку­ли­сы, а за­тем под со­чув­ствен­ный смех за­ла по­лу­чи­ла свою первую зо­ло­тую ста­ту­эт­ку. На­ут­ро так и не со­мкнув­шая глаз ла­у­ре­ат­ка да­ва­ла ин­тер­вью: «Лю­бов­ные при­вя­зан­но­сти? Мо­гу ска­зать, что очень люб­лю ло­ша­дей вц ен­траль­ном парке». А свет­ский ре­пор­тер Лу­эл­ла Пар­сонс пи­са­ла: «На са­мом де­ле весь Нью-йорк го­во­рит об Од­ри Хе­п­берн и Ме­ле Фер­ре­ре. Од­ри не пер­вая, кто не су­мел усто­ять пе­ред его ча­ра­ми. Те­перь Мел сво­бо­ден, и вся­кое мо­жет слу­чить­ся». ЭТО слу­чи­лось че­рез несколь­ко ме­ся­цев в Швей­ца­рии, где Од­ри от­ды­ха­ла, на­деж­но укрыв­шись от до­куч­ли­вых по­клон­ни­ков. Сва­дьба Ме­ла и Од­ри со­сто­я­лась в ма­лень­ком го­род­ке. При­сут­ство­ва­ли лишь са­мые близ­кие.

ЧТО СТ ОИТ , А  ЧТО НЕ СТ ОИТ ЖЕРТВ «Ни­ко­гда не рас­ста­вать­ся» – та­кой прин­цип по­ло­жи­ли в ос­но­ву сво­е­го со­ю­за двое ак­те­ров. По­это­му очень кста­ти при­шлось пред­ло­же­ние снять­ся в экра­ни­за­ции «Вой­ны и ми­ра», где Од­ри Хе­п­берн до­ста­лась роль На­та­ши Ро­сто­вой, а Ме­лу Фер­ре­ру – Ан­дрея Бол­кон­ско­го. Кри­ти­ки в це­лом вы­со­ко оце­ни­ли фильм и иг­ру Од­ри, осо­бен­но – ее гра­цию и невин­ную пре­лесть. Но все от­ме­ти­ли, что На­та­ша, про­шед­шая по сю­же­ту че­рез мно­гие ис­пы­та­ния, в ее ис­пол­не­нии так и не по­взрос­ле­ла, оста­ва­ясь невин­ным, ша­лов­ли­вым ре­бен­ком. Ре­жис­сер Кинг Ви­дор гор­дил­ся сво­им филь­мом и в осо­бен­но­сти Од­ри. Ко­гда по­яви­лась со­вет­ская эк­ра- ни­за­ция «Вой­ны и ми­ра» с Люд­ми­лой Са­ве­лье­вой в ро­ли На­та­ши, Ви­дор с гор­до­стью от­ме­тил: «Бон­дар­чук вы­брал ак­три­су, ко­то­рая в точ­но­сти со­от­вет­ство­ва­ла ти­пу Од­ри!» Зри­те­ли хо­те­ли ви­деть Од­ри Хе­п­берн в ро­лях юных ро­ман­тич­ных де­ву­шек. В от­вет на их ожи­да­ния по­явил­ся мю­зикл «За­бав­ная мор­даш­ка» в по­ста­нов­ке Ст­эн­ли До­не­на, с Фре­дом Асте­ром, гол­ли­вуд­ской звез­дой 30-40-х го­дов. Хо­тя к мо­мен­ту съе­мок в « За­бав­ной мор­даш­ке» ак­те­ру ис­пол­ни­лось

«Ис­то­рия мо­на­хи­ни», в ос­но­ве ко­то­ро­го – ре­аль­ная био­гра­фия ка­то­ли­че­ской мо­наш­ки, ушед­шей из мо­на­сты­ря, что­бы стать вра­чом в Кон­го. Го­то­вясь к ро­ли сест­ры Лу­ки, Хе­п­берн про­ве­ла несколь­ко недель в ка­то­ли­че­ском мо­на­сты­ре, по­слуш­но сле­дуя стро­го­му уста­ву. Съем­ки филь­ма боль­шей ча­стью про­хо­ди­ли в Кон­го, где ак­три­са под­хва­ти­ла тя­же­лую по­чеч­ную ин­фек­цию. Ед­ва опра­вив­шись от бо­лез­ни, она вер­ну­лась на съе­моч­ную пло­щад­ку – к сча­стью, уже в гол­ли­вуд­ской сту­дии. Хо­тя про­дю­се­ры оста­лись недо­воль­ны от­сня­тым ма­те­ри­а­лом, «Ис­то­рия мо­на­хи­ни» ста­ла од­ним из са­мых кас­со­вых филь­мов всех вре­мен. Од­ри до кон­ца жиз­ни по­лу­ча­ла с него при­лич­ные ди­ви­ден­ды. За­то «Зе­ле­ные особ­ня­ки» Ме­ла Фер­ре­ра про­ва­ли­лись, ед­ва не за­гу­бив ее ка­рье­ру. А вско­ре на съем­ках филь­ма «Не­про­щен­ная» Од­ри упа­ла с ло­ша­ди, по­лу­чен­ная трав­ма при­ве­ла к вы­ки­ды­шу... «Ни один фильм не сто­ит та­кой жерт­вы», – се­то­ва­ла Од­ри, дав­но меч­тав­шая о ре­бен­ке. Труд­но ска­зать, как пе­ре­жи­ла бы ак­три­са этот нелегкий пе­ри­од, ес­ли бы не но­вая бе­ре­мен­ность, за­вер­шив­ша­я­ся бла­го­по­луч­ны­ми ро­да­ми в ян­ва­ре 1960 го­да. Сы­на на­зва­ли Шо­ном, что зна­чит «Дар Бо­жий».

ЗВЕЗ­ДА ВЗ ЕНИТ Е «Хе­п­берн утра­ти­ла об­лик эль­фа, но об­ре­ла кра­со­ту зре­лой жен­щи­ны», – кон­ста­ти­ро­вал зна­ме­ни­тый фо­то­граф Би­тон. Это под­твер­жда­ет од­на из луч­ших ро­лей Хе­п­берн – Хол­ли Го­лайт­ли в филь­ме по ро­ма­ну Тру­ме­на Ка­по­те «Зав­трак у Тиф­фа­ни». Сно­ва туа­ле­ты от Жи­ван­ши, от­кры­вав­шие но­вую эру – мо­ду на­ча­ла 60-х с уз­ки­ми пла­тья­ми чуть вы­ше ко­лен, ши­ро­ки­ми по­я­са­ми, шляп­ка­ми-«аба­жу­ра­ми», боль­ши­ми солн­це­за­щит­ны­ми оч­ка­ми и вы­со­ки­ми при­чес­ка­ми. И, ко­неч­но, пес­ня «Лун­ная ре­ка», ко­то­рую по­ет, си­дя на по­жар­ной лест­ни­це, «ноч­ная ба­боч­ка» – Хол­ли. Ме­ло­дия ком­по­зи­то­ра Ген­ри Ман­чи­ни ста­ла од­ной из са­мых зна­ме­ни­тых в ис­то­рии ки­но, а за­од­но и «ви­зит­ной кар­точ­кой» Од­ри Хе­п­берн. Но­вая встре­ча с ре­жис­се­ром До­не­ном в филь­ме «Ша­ра­да» обер­ну­лась для ак­три­сы оче­ред­ным три­ум­фом. Кар­ти­на изящ­но ба­лан­си­ро­ва­ла на гра­ни трил­ле­ра и ко­ме­дии, парт­не­ром Од­ри был сам Кэ­ри Грант, ко­стю­мы вновь со­здал Юбер Жи­ван­ши. Но Хе­п­берн ле­ле­я­ла меч­ту о ро­ли Эли­зы Ду­литтл. На Бро­д­вее с успе­хом шел мю­зикл «Моя пре­крас­ная ле­ди» по пье­се Шоу «Пиг­ма­ли­он», в ко­то­ром бли­ста­ла Джу­лия Эн­д­рюс. Ка­за­лось, что роль Эли­зы в филь­ме то­же до­ста­нет­ся ей. Но сту­дия «Уор­нер Бра­зерс» все же оста­но­ви­ла вы­бор на Од­ри Хе­п­берн.

Для нее, Ме­ла и ма­лют­ки Шо­на на вре­мя съе­мок был арен­до­ван особ­няк. Од­на­ко у Од­ри бы­ли се­рьез­ные по­во­ды для бес­по­кой­ства: во­каль­ную часть ро­ли, к ее огор­че­нию, от­да­ли про­фес­си­о­наль­ной пе­ви­це Мар­ни Ник­сон. Актер Рекс Хар­ри­сон, иг­рав­ший про­фес­со­ра Хиг­гин­са, так слил­ся с пер­со­на­жем, что на съе­моч­ной пло­щад­ке об­ра­щал­ся с Од­ри дерз­ко и пре­не­бре­жи­тель­но, слов­но она и в са­мом де­ле бы­ла по­до­бран­ной им улич­ной дев­чон­кой. Труд­нее все­го Од­ри да­ва­лась та часть ро­ли, где за­ма­раш­ка Эли­за тор­го­ва­ла на ули­це цве­та­ми. На пре­мье­ре зал глу­хо мол­чал, по­ка шли эти эпи­зо­ды: Хе­п­берн вы­гля­де­ла в них до

ви­деть зри­те­ли. Агент на­шел для нее под­хо­дя­щий сце­на­рий – лег­кую аван­тюр­ную ко­ме­дию «Как украсть мил­ли­он». Но ес­ли рань­ше по­чти все парт­не­ры го­ди­лись ей в от­цы, то здесь она впер­вые иг­ра­ла с тем, кто был мо­ло­же на три го­да – ан­гли­ча­ни­ном Пи­те­ром О’ Ту­лом. Он ока­зал­ся хо­ро­шим парт­не­ром и к то­му же жиз­не­ра­дост­ным пар­нем, умев­шим рас­тор­мо­шить и рас­сме­шить. Еще мо­ло­же ока­зал­ся ее сле­ду­ю­щий парт­нер – по филь­му «Двое в до­ро­ге». Вос­хо­дя­щая звез­да Аль­берт Фин­ни об­ла­дал гру­бо­ва­тым юмо­ром и аб­со­лют­ной рас­ко­ван­но­стью. Он ис­под­воль учил Од­ри «по-на­сто­я­ще­му жить в ми­ре но­во­го по­ко­ле­ния 60-х». С ним ак­три­са с лег­ко­стью сыг­ра­ла первую в сво­ей ка­рье­ре по­стель­ную сце­ну, не по­чув­ство­вав ско­ван­но­сти и сму­ще­ния. «Двое в до­ро­ге» во­шел в спи­сок луч­ших ее кар­тин, вы­звав ажи­о­таж в Ев­ро­пе и сно­ва сде­лав Од­ри «мод­ной» в Гол­ли­ву­де. А в ее лич­ной жиз­ни на­зре­ла дра­ма – раз­вод с Ме­лом. К это­му шло дав­но: су­пру­ги слиш­ком ред­ко бы­ва­ли вме­сте, их ин­те­ре­сы все рез­че рас­хо­ди­лись. Шо­ну ис­пол­ни­лось шесть, как раз столь­ко, сколь­ко бы­ло Од­ри, ко­гда раз­ве­лись ее ро­ди­те­ли. Пе­ред Од­ри раз­верз­лась про­пасть оди­но­че­ства – имен­но то, че­го она всю жизнь бо­я­лась. По­друг у нее бы­ло немно­го, са­мые близ­кие – Со­фи Ло­рен и До­рис Брин­нер (же­на Ю ла Брин­не­ра). Да и с ни­ми она ви­де­лась неча­сто. Вер­ный то­ва­рищ Гре­го­ри Пек был да­ле­ко – Од­ри в ту по­ру жи­ла в сво­ем швей­цар­ском до­ме. Жи­ван­ши ра­бо­тал в Па­ри­же. Де­прес­сия не поз­во­ля­ла ей ле­тать в го­сти к дру­зьям. Од­ри по­ху­де­ла – при ро­сте 170 см она ве­си­ла 51 ки­ло­грамм. Ей нуж­но бы­ло от­влечь­ся, по-на­сто­я­ще­му от­дох­нуть, ей ну­жен был хо­ро­ший пси­хо­те­ра­певт. И она по­лу­чи­ла все это.

ПРОСТ О МАТЬ И  ЖЕ­НА?.. Ле­том 1968 го­да зна­ко­мые при­гла­си­ли ее в мор­ской кру­из на ях­те, где сре­ди про­чих ока­зал­ся ди­рек­тор рим­ской пси­хи­ат­ри­че­ской кли­ни­ки Ан­дреа Дот­ти. «Ко­неч­но же, я не боль­на пси­хи­че­ски, но па­ра кон­суль­та­ций мне не по­ме­ша­ет», – по­шу­ти­ла Од­ри. Кон­суль­та­ции пе­ре­шли в дол­гие дру­же­ские бе­се­ды. Для Од­ри док­тор Дот­ти был не толь­ко че­ло­ве­ком ее кру­га (он при­над­ле­жал к ста­рин­но­му граф­ско­му ро­ду), но и муж­чи­ной, на ко­то­ро­го мож­но опе­реть­ся. И что нема­ло­важ­но – он очень понравился Шо­ну. Од­ри же бы­ла для Ан­дреа ожив­шей меч­той: он влю­бил­ся в нее еще юно­шей, по­смот­рев «Рим-

ли­бо обя­за­тельств не при­зна­вал, из-за че­го су­пру­же­ство по­сте­пен­но пре­вра­ща­лось в про­стую фор­маль­ность. Од­ри ста­ла все­рьез за­ду­мы­вать­ся об обес­пе­че­нии де­тей, по­че­му и со­гла­си­лась снять­ся в филь­ме «Ро­бин и Ма­ри­ан», за ко­то­рый ей по­су­ли­ли очень вы­со­кий гонорар. Она сыг­ра­ла де­ву Ма­ри­ан, ушед­шую в мо­на­стырь и став­шую аб­ба­ти­сой, а Шон Кон­не­ри – Ро­би­на Гу­да, утом­лен­но­го кре­сто­вы­ми по­хо­да­ми и стра­да­ю­ще­го по­дагрой. Од­ри в мо­на­ше­ском оде­я­нии из гру­бой жест- кой тка­ни стра­да­ла от жа­ры, а Кон­не­ри шут­ли­во жа­ло­вал­ся ей: «У ме­ня ко­сти хру­стят – со­рок шесть лет, не маль­чик все-та­ки». Ря­дом с ним со­ро­ка­лет­няя Од­ри чув­ство­ва­ла се­бя мо­ло­дой. За­то муж, ко­то­рый был на де­вять лет мо­ло­же, до­став­лял ей все боль­ше огор­че­ний, по­сто­ян­но ме­няя мо­ло­дых по­дру­жек. Од­ри пы­та­лась спа­сти брак: за­кры­ва­ла гла­за на ин­триж­ки му­жа, ста­ра­ясь при­ни­мать его из­ме­ны, как на­сто­я­щая ита­льян­ская же­на. Да­же сде­ла­ла по­пыт­ку вто­ро­го ме­до­во­го ме­ся­ца – вдво­ем на Га­вай­ях.

вой­на­ми, го­ло­дом, бо­лез­ня­ми. Од­ри дер­жа­ла на ру­ках боль­ных де­тей, уте­ша­ла и ве­се­ли­ла их, ко­гда ком сто­ял в гор­ле и, ка­за­лось, не бы­ло ни­ка­ких сил сно­ва и сно­ва ви­деть бо­лез­ни, смер­ти, гла­дить до пре­де­ла ис­то­щен­ные дет­ские те­ла. Что­бы по­мочь ты­ся­чам го­ло­да­ю­щих и неиз­ле­чи­мо боль­ных де­ти­шек, Од­ри при­ни­ма­ла уча­стие в бла­го­тво­ри­тель­ных кон­цер­тах, вы­сту­па­ла по те­ле­ви­де­нию, ве­ла ре­пор­та­жи из Эфи­о­пии, Су­да­на, Со­ма­ли, Вьет­на­ма, Та­и­лан­да. «Су­ще­ству­ет хо­ро­ший, хо­тя и ста­ро­мод­ный прин­цип: вна­ча­ле по­ду­май о дру­гих, а по­том уж о се­бе», – го­во­ри­ла она. Бы­ва­ло, ед­ва не па­дая от уста­ло­сти, по­сле дня, про­ве­ден­но­го в боль­ни­цах и мис­си­ях, она за­став­ля­ла се­бя на­де­вать ве­чер­нее пла­тье и ид­ти на при­ем, что­бы до­бить­ся оче­ред­но­го фи­нан­со­во­го вли­ва­ния вю НИСЕФ. На это слу­же­ние она бро­си­ла свою сла­ву, свое немерк­ну­щее оба­я­ние. И – здо­ро­вье. 1 но­яб­ря 1992 го­да в кли­ни­ке Лос-ан­дже­ле­са ей сде­ла­ли опе­ра­цию по по­во­ду опу­хо­ли в тол­стой киш­ке. «Мы по­ла­га­ем, что опе­ра­ция сде­ла­на как раз во­вре­мя», – за­явил один из вра­чей. Од­ри чув­ство­ва­ла се­бя непло­хо, мог­ла при­ни­мать дру­зей –

Эли­за­бет Тей­лор, Гре­го­ри Пе­ка. Но уже че­рез три неде­ли воз­ник­ли ост­рые бо­ли. Об­сле­до­ва­ние по­ка­за­ло, что опу­хо­ле­вые клет­ки за­хва­ти­ли со­сед­ние тка­ни. Не­о­пе­ра­бель­ный рак. Мак­си­мум три ме­ся­ца жиз­ни. Она ре­ши­ла вер­нуть­ся в свой швей­цар­ский дом в го­род­ке То­лош­на, что­бы еще раз уви­деть снег на вер­ши­нах Альп. Ее лю­би­мый дом под на­зва­ни­ем «Убе­жи­ще» уто­пал в лан­ды­шах, при­слан­ных Юбе­ром де Жи­ван­ши. А на Рож­де­ство со­бра­лась ее ма­лень­кая се­мья – Шон, Лу­ка, Ро­берт Уол­дерс. «Это са­мое счаст­ли­вое Рож­де­ство в мо­ей жиз­ни», – ска­за­ла смер­тель­но боль­ная Од­ри. Она скон­ча­лась 20 ян­ва­ря 1993 го­да. От­пе­ва­ние со­сто­я­лось в ма­лень­кой церк­ви То­лош­на. Гроб нес­ли Шон Фер­рер, Лу­ка и Ан­дреа Дот­ти, брат Од­ри Ян ван Уф­форд, Ро­берт Уол­дерс и Ю бер де Жи­ван­ши – са­мые глав­ные муж­чи­ны ее жиз­ни. В тра­ур­ной про­цес­сии шел и Мел Фер­рер со сво­ей же­ной. Пе­ред на­ча­лом це­ре­мо­нии к церк­ви под­бе­жал че­ло­век в бе­лом раз­ве­ва­ю­щем­ся пла­ще. « Да­же на свое пер­вое сви­да­ние с Од­ри я опоз­дал!» – со­кру­шал­ся он. Это был

Ален Де­лон. Дру­зья при­сла­ли цве­ты и вен­ки. Но важ­нее цве­тов и вен­ков бы­ли сло­ва, ска­зан­ные ими: «Нет ни­ка­ких со­мне­ний – прин­цес­са все-та­ки ста­ла ко­ро­ле­вой – и не толь­ко на экране» .

*

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.