БЕН­ДЖА­МИН ФРАН­КЛИН: ОЛИ­ЦЕ­ТВО­РЕ­НИЕ ДОЛ­ГА

ЗА ДОЛ­ГУЮ ЖИЗНЬ ОН УСПЕЛ ПОБЫВАТЬ ПИ­САТЕЛЕМ, ПЕ­ЧАТ­НИ­КОМ, ТОР­ГОВ­ЦЕМ, УЧЕ­НЫМ-ЭКС­ПЕРИ­МЕН­ТА­ТОРОМ, ПОЧТ­МЕЙ­СТЕРОМ, СТРО­И­ТЕЛЕМ, БЛА­ГО­ТВО­РИ­ТЕ­ЛЕМ, МА­СО­НОМ, ПОЛ­КОВ­НИ­КОМ, ПО­СЛОМ, БУН­ТАРЕМ, МИРО­ТВОР­ЦЕМ... НО ВОТ ПРЕ­ЗИ­ДЕН­ТОМ СО­ЕДИ­НЕН­НЫХ ШТА­ТОВ АМЕ­РИ­КИ, ВО­ПРЕ­КИ РАС­ПРОС

Lichnosti - - ФРАНКЛИН - Ро­ман Ев­ло­Ев

жо­зеф дю­плес­си. порт­рет бен­джа­ми­на Фран­кли­на. 1778 →

МЛАД­ШИЙ СЫН МЛА­ДШЕ­ГО СЫ­НА

17 ян­ва­ря 1706 го­да в Бо­стоне в се­мье эми­гран­та Джо­зайи Фран­кли­на, тор­гов­ца саль­ны­ми све­ча­ми и мы­лом, и его вто­рой же­ны Эбии Фол­гер ро­дил­ся вось­мой ре­бе­нок, по­лу­чив­ший имя Бен­джа­мин. Он был млад­шим сы­ном – за ним по­сле­до­ва­ли две до­че­ри. Маль­чик рос лов­ким, обо­жал по­движ­ные иг­ры и пла­ва­ние. Он да­же сма­сте­рил се­бе и дру­зьям соб­ствен­ной кон­струк­ции ла­сты, ко­то­рые цеп­лял к ступ­ням на­по­до­бие сан­да­лий. В са­мом ран­нем воз­расте он де­мон­стри­ро­вал ред­кую ода­рен­ность: на­при­мер, лет пя­ти от­ро­ду осво­ил гра­мо­ту, на­блю­дая за стар­ши­ми бра­тья­ми. «Я не пом­ню вре­ме­ни, ко­гда бы я не умел чи­тать», – пи­сал Фран­клин в ав­то­био­гра­фии. Джо­зайя ре­шил, что его де­ся­тый* по сче­ту сын в ка­че­стве бла­го­дар­ствен­ной «де­ся­ти­ны» Бо­гу за нис­по­слан­ный ему в Но­вом Све­те успех ста­нет пас­то­ром. В во­семь лет маль­чи­ка от­да­ли в бо­стон­скую Ла­тин­скую Шко­лу, где ему над­ле­жа­ло прой­ти под­го­тов­ку для по­ступ­ле­ния в Гар­вард­ский уни­вер­си­тет. По­на­ча­лу успе­ва­е­мость Бен­джа­ми­на, не имев­ше­го дру­гой се­рьез­ной ба­зы, кро­ме «по­учи­тель­ных бе­сед», бы­ла ни­же сред­ней, но вско­ре он зна­чи­тель­но обо­гнал со­уче­ни­ков и, пе­ре­ско­чив че­рез класс, сра­зу был за­чис­лен на стар­ший курс.

Отец, од­на­ко, пе­ре­ду­мал учить сы­на в Гар­вар­де, со­слав­шись на де­неж­ные за­труд­не­ния. На­сто­я­щая же при­чи­на, ве­ро­ят­но, скры­ва­лась в разо­ча­ро­ва­нии ха­рак­те­ром Бен­джа­ми­на: маль­чик

об­ла­дал на­смеш­ли­вым и скеп­ти­че­ским скла­дом ума и под­хо­дил к во­про­сам ве­ры без долж­но­го по­чте­ния. «Бу­дучи ре­бен­ком, он на­хо­дил уто­ми­тель­ны­ми и скуч­ны­ми длин­ные ре­ли­ги­оз­ные тек­сты, ко­то­рые наш пра­дед чи­тал до и по­сле тра­пез», – пи­сал впо­след­ствии внук Фран­кли­на.

Вме­сто Гар­вар­да Бен­джа­ми­на на год за­пи­са­ли в рас­по­ло­жен­ную по­бли­зо­сти от до­ма «ака­де­мию», где «сту­ден­ты» обу­ча­лись пись­му и ариф­ме­ти­ке. В грам­ма­ти­ке маль­чик пре­успел, а вот ма­те­ма­ти­ку за­ва­лил. Сом­ни­тель­ная част­ная «ака­де­мия» ста­ла по­след­ним учеб­ным за­ве­де­ни­ем Фран­кли­на, и сво­ей об­шир­ной эру­ди­ци­ей он обя­зан исключительно са­мо­об­ра­зо­ва­нию и уда­че при вы­бо­ре про­фес­сии.

пРоб­ный от­тиск

В де­сять лет млад­ший сын встал у при­лав­ка от­цов­ско­го ма­га­зин­чи­ка и на­чал по­мо­гать на про­из­вод­стве. Ру­ти­на се­мей­но­го биз­не­са со­всем не при­вле­ка­ла непо­сед­ли­во­го маль­чиш­ку. При лю­бой воз­мож­но­сти он сбе­гал в порт по­гла­зеть на ко­раб­ли и по­слу­шать мат­рос­ские бай­ки. Не­при­кры­тый ин­те­рес Бе­на к мор­ско­му де­лу не мог не бес­по­ко­ить его от­ца, уже по­те­ряв­ше­го в пу­чине од­но­го сы­на.

Что­бы пар­ниш­ка не сбе­жал от ма­ло­при­ят­ной ра­бо­ты свеч­ни­ка на ка­кой-ни­будь ко­рабль, Джо­зайя на­чал брать его с со­бой на про­гул­ки по Бо­сто­ну. Пред­став­ляя сы­на зна­ко­мым ре­мес­лен­ни­кам, Фран­клин-стар­ший пы­тал­ся по­нять, к ка­ко­му за­ня­тию ле­жит ду­ша его строп­ти­во­го мла­дше­го от­прыс­ка. В ито­ге вы­бор пал на про­фес­сию но­жов­щи­ка. Од­на­ко ка­рье­ра из­го­то­ви­те­ля лез­вий про­дли­лась все­го несколь­ко дней: стар­ший ку­зен, к ко­то­ро­му от­да­ли Фран­кли­на в обу­че­ние, за­про­сил за свое на­став­ни­че­ство воз­му­ти­тель­но огром­ную пла­ту.

По­сле ря­да столь же неудач­ных по­пы­ток две­на­дца­ти­лет­не­го Бен­джа­ми­на взял в под­ма­сте­рья его стар­ший брат Джеймс, неза­дол­го до то­го вер­нув­ший­ся из Ан­глии, где он обу­чал­ся ти­по­граф­ско­му де­лу. По при­ме­ру лон­дон­ских кол­лег бра­тья на­ча­ли биз­нес с про­да­жи ли­сто­вок со стиш­ка­ми на зло­бу дня. С по­да­чи бра­та-на­чаль­ни­ка юный Фран­клин на­пи­сал и опуб­ли­ко­вал две ра­бо­ты «по мо­ти­вам ре­аль­ных ис­то­рий»: о го­ре­стях се­мьи, по­тер­пев­шей ко­раб­ле­кру­ше­ние, и о смер­ти пи­ра­та Чер­ная Бо­ро­да. Сти­хи его, по соб­ствен­но­му утвер­жде­нию Фран­кли­на, бы­ли «ни­ку­да не год­ным хла­мом», од­на­ко рас­ку­па­ли их хо­ро­шо, и при­зна­ние пуб­ли­ки льсти­ло са­мо­лю­бию маль­чи­ка.

Ко­нец по­э­ти­че­ским эк­зер­си­сам сы­на по­ло­жил Джо­зайя. «Отец рас­хо­ла­жи­вал ме­ня, вы­сме­и­вал мои про­из­ве­де­ния и рас­ска­зы­вал,

что риф­мо­пле­ты обыч­но за­кан­чи­ва­ют по­про­шай­ка­ми. Так я из­бе­жал уча­сти по­эта, по­чти на­вер­ня­ка пло­хо­го», – вспо­ми­нал Фран­клин.

В 1721-м, по­те­ряв кон­тракт на пе­чать од­ной из двух бо­стон­ских га­зет, Джеймс от­ва­жил­ся на из­да­ние соб­ствен­но­го еже­днев­но­го лист­ка. «New England Courant» стал пер­вым дей­стви­тель­но неза­ви­си­мым из­да­ни­ем стра­ны. На этих стра­ни­цах из де­ше­вой бу­ма­ги и состоялся ли­те­ра­тур­ный де­бют Фран­кли­на, ко­то­ро­го ис­сле­до­ва­те­ли на­зы­ва­ют пер­вым вы­да­ю­щим­ся пуб­ли­ци­стом Аме­ри­ки.

под пРЕс­сом

Днем по­сти­гая азы пе­чат­но­го де­ла под ру­ко­вод­ством бра­та, ве­че­ра­ми Бен­джа­мин упор­но за­ни­мал­ся са­мо­об­ра­зо­ва­ни­ем. «С дет­ских лет мне нра­ви­лось чи­тать, и все неболь­шие сред­ства, ко­то­рые по­па­да­ли в мои ру­ки, я тра­тил на кни­ги». Ра­бо­та в ти­по­гра­фии от­кры­ва­ла ему по­чти неогра­ни­чен­ный – прав­да, не со­всем за­кон­ный – до­ступ к лю­би­мо­му за­ня­тию. «Ча­сто, ес­ли я за­им­ство­вал кни­гу ве­че­ром, то про­си­жи­вал за чте­ни­ем

боль­шую часть но­чи, что­бы вер­нуть ее ра­но утром, ина­че кни­ги мог­ли хва­тить­ся», – вспо­ми­нал Фран­клин.

Не по го­дам смыш­ле­ный под­ро­сток осо­знал про­бе­лы в сво­ем об­ра­зо­ва­нии и на­зна­чил се­бе це­лый курс раз­ви­ва­ю­щих упраж­не­ний, суть ко­то­рых со­сто­я­ла в чте­нии и по­сле­ду­ю­щем вос­со­зда­нии по па­мя­ти чу­жих рас­ска­зов и очер­ков. Срав­ни­вая свою вер­сию с ори­ги­на­лом, он усерд­но ра­бо­тал над рас­ши­ре­ни­ем лек­си­ко­на и устра­не­ни­ем сти­ли­сти­че­ских огре­хов: «...Я с удо­воль­стви­ем сма­ко­вал те ред­кие мо­мен­ты, ко­гда мне уда­ва­лось улуч­шить из­ло­же­ние или язык. Они поз­во­ля­ли мне на­де­ять­ся стать со вре­ме­нем непло­хим ан­глий­ским пи­сателем».

2 ап­ре­ля 1722 го­да Бен­джа­мин на­ко­нец ре­шил­ся ре­а­ли­зо­вать свои ли­те­ра­тур­ные ам­би­ции и де­бю­ти­ро­вал на стра­ни­цах га­зе­ты бра­та под псев­до­ни­мом Сай­ленс Ду­гуд*. В са­ти­ри­че­ских очер­ках, пуб­ли­ку­е­мых Фран­кли­ном яко­бы от име­ни бой­кой сель­ской вдо­вы, юно­ша не толь­ко про­де­мон­стри­ро­вал уди­ви­тель­но глу­бо­кое для его воз­рас­та по­ни­ма­ние че­ло­ве­че­ской при­ро­ды, но и под­спуд­но вну­шал бо­стон­цам соб­ствен­ные по­ли­ти­че­ские взгля­ды и цен­но­сти, впо­след­ствии став­шие идео­ло­ги­че­ской ос­но­вой за­рож­да­ю­щей­ся аме­ри­кан­ской на­ции. «Я... смер­тель­ный враг дес­по­тиз­ма и пра­ви­тель­ствен­но­го все­вла­стия. Я от при­ро­ды очень рев­ност­но от­но­шусь к граж­дан­ским пра­вам и сво­бо­де вы­бо­ра. Да­же ма­лей­ший на­мек на по­пра­ние этих бес­цен­ных при­ви­ле­гий за­став­ля­ет мою кровь вски­пать», – от­кро­вен­ни­ча­ла «мис­сис Ду­гуд».

Одоб­ри­тель­ные от­зы­вы до­став­ля­ли юно­му Фран­кли­ну «ис­клю­чи­тель­ное на­сла­жде­ние». Не мень­ше его са­мо­лю­бию по­льсти­ла воз­мож­ность в те­че­ние трех недель са­мо­сто­я­тель­но управ­лять газетой бра­та, по­ка тот пре­бы­вал в тюрь­ме за «глу­бо­кое оскорб­ле­ние» го­род­ских вла­стей.

К весне 1723 го­да, по­сле то­го как за­ко­но­да­тель­ное со­бра­ние за­пре­ти­ло Джейм­су

вы­пус­кать «Courant», Бен­джа­мин уже но­ми­наль­но воз­глав­лял из­да­ние. А са­мо­раз­об­ла­че­ние Сай­ленс Ду­гуд толь­ко уве­ли­чи­ло его по­пу­ляр­ность у зем­ля­ков. Но сво­бо­до­лю­би­вый ха­рак­тер юно­ши вы­зы­вал неудо­воль­ствие стар­ше­го бра­та, ко­то­рый опа­сал­ся, «долж­но быть, спра­вед­ли­во», что млад­ший ста­нет слиш­ком тще­слав­ным. Джеймс пы­тал­ся при­вить Бен­джа­ми­ну долж­ное по­чте­ние к се­бе и сло­вом, и де­лом. Ру­ко­при­клад­ство при­ме­ни­тель­но к под­чи­нен­ным бы­ло в те вре­ме­на обыч­ной прак­ти­кой. Ве­ро­ят­но, имен­но это и ста­ло по­след­ней кап­лей в от­но­ше­ни­ях бра­тьев. К то­му же на юно­го Фран­кли­на ока­зы­ва­ли дав­ле­ние и недо­воль­ные его ста­тья­ми от­цы го­ро­да. Бен­джа­мин ре­шил бе­жать, и 25 сен­тяб­ря по­ки­нул род­ной Бо­стон.

стЕРЕо­тип

Де­ся­тью дня­ми поз­же, с од­ним дол­ла­ром в кар­мане, юный Фран­клин со­шел на бе­рег в Фи­ла­дель­фии. Ед­ва успев сде­лать несколь­ко ша­гов по при­мы­кав­шей к при­ста­ни Мар­кет-стрит, Бен­джа­мин пред­стал пе­ред мисс Де­бо­рой Рид – его бу­ду­щей же­ной. Де­вуш­ке Фран­клин по­ка­зал­ся «ужас­но смеш­ным и неле­пым»: рас­тре­пан­ный, гряз­ный, с жад­но­стью жу­ю­щий толь­ко что куп­лен­ную бул­ку...

Слег­ка уязв­лен­ный ее на­смеш­ли­вой улыб­кой, Бен­джа­мин, од­на­ко, не пал ду­хом. На его сто­роне бы­ли жи­вой ум, са­мо­уве­рен­ность мо­ло­до­сти и без­гра­нич­ное оба­я­ние. При­ве­дя се­бя в по­ря­док, Фран­клин в тот же день су­мел по­лу­чить ра­бо­ту у мест­но­го пе­чат­ни­ка. Он же по­мог юно­ше най­ти недо­ро­гое, но при­лич­ное жи­лье. Уже ско­ро но­вич­ку по­счаст­ли­ви­лось не толь­ко об­за­ве­стись мно­го­чис­лен­ны­ми дру­зья­ми и по­лез­ны­ми зна­ком­ства­ми, но и об­ра­тить на се­бя

вни­ма­ние гу­бер­на­то­ра, по­се­тив­ше­го ти­по­гра­фию Кей­ме­ра.

Гу­бер­на­тор Кейт обе­щал Бен­джа­ми­ну по­мочь от­крыть в Пен­силь­ва­нии соб­ствен­ное де­ло и по­со­ве­то­вал для на­ча­ла при­ми­рить­ся с от­цом. Неж­дан­ный по­кро­ви­тель да­же соб­ствен­но­руч­но на­пи­сал Джо­зайе пись­мо, ис­пол­нен­ное ком­пли­мен­тов де­ло­вым ка­че­ствам Бен­джа­ми­на и просьб про­фи­нан­си­ро­вать его на­чи­на­ния.

В ап­ре­ле 1724 го­да Фран­клин дей­стви­тель­но съез­дил в Бо­стон, но ни­че­го, кро­ме но­вой ссо­ры с бра­том, эта по­езд­ка мо­ло­до­му че­ло­ве­ку не при­нес­ла. А Джо­зайя по­здра­вил сы­на с тем, что его де­ла по­шли на лад и бла­го­сло­вил на возвращение

в Фи­ла­дель­фию, од­на­ко де­нег, по недол­гом раз­мыш­ле­нии, дать от­ка­зал­ся.

От по­стиг­шей Бен­джа­ми­на неуда­чи гу­бер­на­тор Кейт толь­ко от­мах­нул­ся. Раз необ­хо­ди­мых средств не уда­лось раз­до­быть в Бо­стоне, зна­чит, он сам предо­ста­вит их! Пусть мо­ло­дой че­ло­век со­ста­вит спи­сок необ­хо­ди­мо­го обо­ру­до­ва­ния и от­прав­ля­ет­ся за ним в Лон­дон, ре­шил Кейт и по­обе­щал взять на се­бя все рас­хо­ды. Шли ме­ся­цы, до от­плы­тия оста­ва­лось все мень­ше вре­ме­ни, а гу­бер­на­тор огра­ни­чи­вал­ся лишь щед­ры­ми за­ве­ре­ни­я­ми в сво­ей без­ого­во­роч­ной под­держ­ке.

В им­пер­ской сто­ли­це, ку­да Фран­клин при­был в де­каб­ре, его жда­ла отрезв­ля­ю­щая встре­ча с ре­аль­но­стью: ни ре­ко­мен­да­тель­ных пи­сем от гу­бер­на­то­ра, ни обе­щан­ной им же ак­кре­ди­та­ции в поч­то­вых меш­ках не ока­за­лось. По­пут­чик Бен­джа­ми­на То­мас Ден­хам, с ко­то­рым юно­ша по­де­лил­ся неза­да­чей, вы­сме­ял его ве­ру в обе­ща­ния Кей­та. Гу­бер­на­тор Пен­силь­ва­нии, по его сло­вам, и сам не имел ни­ка­ко­го кре­ди­та. Но все же, несмот­ря на же­сто­кое разо­ча­ро­ва­ние, Фран­клин в ме­му­а­рах ото­звал­ся о Кей­те до­ста­точ­но ве­ли­ко­душ­но: «Он стре­мил­ся всем уго­дить, а по­сколь­ку дать ему бы­ло нече­го, то он раз­да­вал ра­дуж­ные на­деж­ды».

с но­вой стРо­ки

Уны­нию наш ге­рой пре­да­вал­ся недол­го. На этот раз, по­ми­мо соб­ствен­ных до­сто­инств, у него име­лись день­ги на пер­вое вре­мя и опыт жиз­ни в незна­ко­мом го­ро­де. Он снял де­ше­вое жи­лье и устро­ил­ся на служ­бу в зна­ме­ни­тую ти­по­гра­фию Сэмю­э­ла Пал­мер­са. Огор­че­ние от крушения пла­нов быст­ро ото­шло в тень, усту­пив ме­сто от­крыв­шим­ся пер­спек­ти­вам. Про­вин­ци­ал из ма­лень­ко­го аме­ри­кан­ско­го го­род­ка ока­зал­ся в сто­ли­це Ан­глии, а зна­чит, и це­ло­го ми­ра. Те­ат­ры, ли­те­ра­тур­ные са­ло­ны, публичные лек­ции, еще бо­лее публичные жен­щи­ны... Фран­клин с го­ло­вой оку­нул­ся в во­до­во­рот но­вой жиз­ни, столь же лег­ко на­ла­жи­вая де­ло­вые свя­зи и об­за­во­дясь нуж­ны­ми зна­ком­ства­ми, как и в Фи­ла­дель­фии.

В 1726 го­ду То­мас Ден­хам, с ко­то­рым Бен­джа­мин про­дол­жал под­дер­жи­вать дру­же­ские от­но­ше­ния, пред­ло­жил опла­тить Фран­кли­ну возвращение в Аме­ри­ку, ес­ли тот со­гла­сит­ся ра­бо­тать в его уни­вер­саль­ном магазине. Бен­джа­мин без ко­ле­ба­ний со­гла­сил­ся – Ден­хам ка­зал­ся ему че­ло­ве­ком на­деж­ным и об­сто­я­тель­ным. Од­на­ко опыт двух неудач­ных пе­ре­ез­дов не про­шел для мо­ло­до­го че­ло­ве­ка да­ром. Весь срок транс­ат­лан­ти­че­ско­го пла­ва­ния в Но­вый Свет Фран­клин по­свя­тил со­став­ле­нию «Пла­на бу­ду­щей жиз­ни», ко­то­рый впо­след­ствии лег в ос­но­ву его зна­ме­ни­то­го «Пла­на до­сти­же­ния нрав­ствен­но­го со­вер­шен­ства».

По воз­вра­ще­нии в Фи­ла­дель­фию Бен­джа­мин при­нял­ся овла­де­вать про­фес­си­ей тор­гов­ца под ру­ко­вод­ством ми­сте­ра Ден­ха­ма, ко­то­рый стал для него не толь­ко

стар­шим парт­не­ром, но и на­став­ни­ком. «Мы жи­ли и сто­ло­ва­лись вме­сте, – вспо­ми­нал Фран­клин, – он ис­кренне пе­ре­жи­вал за ме­ня и от­но­сил­ся ко мне как к сы­ну. Я же от­ве­чал ему лю­бо­вью и ува­же­ни­ем».

Увы, и мечте стать пре­успе­ва­ю­щим ком­мер­сан­том не суж­де­но бы­ло то­гда сбыть­ся. В фев­ра­ле 1727-го оба парт­не­ра од­но­вре­мен­но слег­ли от ка­кой-то ин­фек­ции. Мо­ло­дой и вы­нос­ли­вый Фран­клин вы­здо­ро­вел, а вот Ден­ха­ма бо­лезнь (ве­ро­ят­но, плев­рит) не по­ща­ди­ла. Бен­джа­мин в од­но­ча­сье ли­шил­ся стар­ше­го то­ва­ри­ща, пре­стиж­ной ра­бо­ты и всех пер­спек­тив. При­шлось вер­нуть­ся к пер­вой про­фес­сии.

Для на­ча­ла он вновь на­нял­ся в ти­по­гра­фию Кей­ме­ра (на сей раз управ­ля­ю­щим), но с твер­дым на­ме­ре­ни­ем по­кон­чить с за­ви­си­мо­стью от дру­гих лю­дей и от­крыть на­ко­нец соб­ствен­ное де­ло. Слож­ные от­но­ше­ния с ра­бо­то­да­те­лем толь­ко укре­пи­ли мо­ло­до­го че­ло­ве­ка в его стрем­ле­нии. Ра­бо­тая на Кей­ме­ра, Бен­джа­мин пер­вым в Аме­ри­ке са­мо­сто­я­тель­но из­го­то­вил от­лив­ные фор­мы и да­же при­ду­мал соб­ствен­ные гра­ви­ро­валь­ные дос­ки для боль­шо­го го­су­дар­ствен­но­го за­ка­за – пе­ча­ти бу­маж­ных ку­пюр для пра­ви­тель­ства Нью-Джер­си.

Иде­ей со­зда­ния ти­по­гра­фии Фран­клин су­мел увлечь од­но­го из под­ма­сте­рьев – Хью Ме­ре­ди­та. День­ги на за­куп­ку необ­хо­ди­мо­го обо­ру­до­ва­ния со­гла­сил­ся дать отец но­во­ис­пе­чен­но­го парт­не­ра, Бен­джа­мин же вкла­ды­вал в пред­при­я­тие свои зна­ния и опыт.

Впер­вые в жиз­ни ра­бо­тая на се­бя, Бен­джа­мин тру­дил­ся день и ночь, со­зна­тель­но по­зи­ци­о­ни­руя свое усер­дие как кон­ку­рент­ное пре­иму­ще­ство. Ино­гда он устра­и­вал це­лые ре­клам­ные шоу: де­мон­стра­тив­но во­зил по ули­цам те­леж­ку с ки­па­ми ти­по­граф­ской бу­ма­ги и соб­ствен­но­руч­но раз­гру­жал ее.

О но­вом пе­чат­ни­ке за­го­во­ри­ли: «Тру­до­лю­бие это­го Фран­кли­на про­сто неслы­хан­но! Воз­вра­ща­ясь до­мой из клу­ба, я ви­жу его еще за ра­бо­той, а утром, пре­жде чем со­се­ди проснут­ся, он уже сно­ва на ра­бо­чем ме­сте», – рас­ска­зы­вал при­я­те­лям один из круп­ней­ших фи­ла­дель­фий­ских тор­гов­цев.

богач, бЕднЯк

Вме­сте с из­вест­но­стью и до­ве­ри­ем со­граж­дан при­шли и пер­вые за­ка­зы. Упро­чив свое по­ло­же­ние, Фран­клин не опо­чил на лав­рах. Сле­ду­ю­щей его за­те­ей долж­но бы­ло стать из­да­ние соб­ствен­ной га­зе­ты. Этим тай­ным до по­ры про­ек­том он неосто­рож­но по­де­лил­ся с при­я­те­лем, ко­то­рый тот­час про­бол­тал­ся о пла­нах Фран­кли­на его бывшему ра­бо­то­да­те­лю. «Трое мо­гут со­хра­нить сек­рет, – впо­след­ствии на­пи­шет Бен­джа­мин, – толь­ко ес­ли двое из них умрут». Кей­мер не имел ни опы­та га­зет­но­го де­ла, ни склон­но­сти к нему и, вме­сто то­го что­бы сыг­рать на опе­ре­же­ние, неволь­но сыг­рал на ру­ку мо­ло­до­му кон­ку­рен­ту. Фран­клин на­пи­сал и ано­ним­но опуб­ли­ко­вал в из­да­нии Бр­эд­фор­да се­рию эс­се, в ко­то­рых ед­ко вы­сме­и­вал на­чи­на­ние Кей­ме­ра. В кон­це кон­цов кон­ку­рент ка­пи­ту­ли­ро­вал, и 27 сен­тяб­ря 1729 го­да наш ге­рой за сим­во­ли­че­скую це­ну вы­ку­пил у него из­да­ние. «Пен­силь­ван­ская га­зе­та», как она те­перь на­зы­ва­лась, ста­ла, по оцен­ке био­гра­фов Фран­кли­на, «по­ра­зи­тель­но при­быль­ным из­да­ни­ем» и про­су­ще­ство­ва­ла вплоть до 1821 го­да.

Впро­чем, для Бен­джа­ми­на из­да­тель­ское де­ло бы­ло не толь­ко источником до­хо­да, но и воз­мож­но­стью ве­сти про­све­ти­тель­скую де­я­тель­ность. В его ти­по­гра­фии уви­де­ли свет два пер­вых в США пам­фле­та про­тив раб­ства, од­ни из пер­вых в Аме­ри­ке ме­ди­цин­ских трак­та­тов, пер­вый на­пе­ча­тан­ный аме­ри­кан­ский ро­ман и несколь­ко по­э­ти­че­ских сбор­ни­ков. Так бла­го­да­ря удач­но­му вы­бо­ру про­фес­сии Фран­клин не толь­ко до­бил­ся де­ло­во­го успе­ха, но и, что важ­нее, об­рел де­ло всей жиз­ни, на всем про­тя­же­нии ко­то­рой он под­пи­сы­вал­ся не ина­че как: «Бен­джа­мин Фран­клин, пе­чат­ник».

Глав­ный успех его как из­да­те­ля и пуб­ли­ци­ста при­шел­ся на осень 1732-го, ко­гда он при­нял ре­ше­ние из­да­вать аль­ма­нах. Фран­клин вос­при­ни­мал «Аль­ма­нах Бед­но­го Ри­чар­да» в ка­че­стве

ин­стру­мен­та «для на­став­ле­ния и про­све­ще­ния про­сто­го лю­да», ко­то­рый «при­ви­вал бы тру­до­лю­бие и бе­реж­ли­вость как сред­ства для об­ре­те­ния бо­гат­ства доб­ро­де­тель­ным пу­тем». Его на­чи­на­ние не толь­ко по­ло­жи­ло на­ча­ло аме­ри­кан­ской юмо­ри­сти­че­ской тра­ди­ции, в рус­ле ко­то­рой поз­же ра­бо­та­ли Марк Твен, Де­ви Кро­кетт и Гар­ри­сон Кей­лор, но и ока­за­ло огром­ное вли­я­ние на фор­ми­ро­ва­ние аме­ри­кан­ской национальной иден­тич­но­сти. Еже­год­ник об­рел неви­дан­ную по­пу­ляр­ность, а бес­пре­це­дент­ные на то вре­мя ти­ра­жи в 10 000 эк­зем­пля­ров сде­ла­ли ав­то­ра «Бед­но­го Ри­чар­да» бо­га­чом. По­след­ний, два­дцать пя­тый но­мер вы­шел в 1757 го­ду. Он был на­пи­сан в фор­ме от­цов­ских со­ве­тов непу­те­во­му сы­ну и пред­став­лял со­бой со­бра­ние луч­ших афо­риз­мов из преды­ду­щих вы­пус­ков.

«Путь к изоби­лию» стал са­мой зна­ме­ни­той кни­гой ко­ло­ни­аль­ной Аме­ри­ки, на­сто­я­щим еван­ге­ли­ем де­ло­во­го че­ло­ве­ка и до­рож­ной кар­той «но­вых аме­ри­кан­цев», стре­мя­щих­ся к не­за­ви­си­мо­сти и про­цве­та­нию. При жиз­ни ав­то­ра он был пе­ре­из­дан 145 раз и вы­хо­дил не толь­ко в США, но и в Ан­глии, Фран­ции и да­же в Рос­сии.

К се­ре­дине 1740-х го­дов биз­нес Фран­кли­на пре­вра­тил­ся в це­лую груп­пу ком­па­ний: от ти­по­граф­ской фран­ши­зы с фи­ли­а­ла­ми во мно­гих го­ро­дах до тор­го­вой се­ти и круп­ных вло­же­ний в не­дви­жи­мость. День­ги тек­ли ре­кой. Это поз­во­ли­ло ему в 1748 го­ду пе­ре­дать управ­ле­ние по­мощ­ни­кам и отой­ти от дел, со­сре­до­то­чив­шись на на­уч­ной де­я­тель­но­сти и удо­вле­тво­ре­нии по­ли­ти­че­ских ам­би­ций. «Об­ще­ствен­ность, – пи­сал он, – счи­тая ме­ня до­су­жим че­ло­ве­ком, за­вла­де­ла мною для сво­их це­лей».

Ра­ди об­ЩЕ­го бла­га

Раз­ви­тое чув­ство граж­дан­ско­го дол­га и ве­ра в необ­хо­ди­мость объ­еди­не­ния ра­ди об­ще­го бла­га не поз­во­ля­ли Фран­кли­ну за­бо­тить­ся толь­ко о соб­ствен­ной вы­го­де. Как ска­зал бы Бед­ный Ри­чард, «тот, кто вы­пи­ва­ет в оди­но­че­стве, пус­кай сам и ло­вит сво­е­го ко­ня».

1 июня 1731-го Фран­клин выдвинул пер­вый об­ще­ствен­ный про­ект по благоустройству го­ро­да. Им ста­ло учре­жде­ние пуб­лич­ной би­б­лио­те­ки на под­пис­ной ос­но­ве. Поль­зо­вать­ся книж­ным фон­дом мог лю­бой «бла­го­вос­пи­тан­ный граж­да­нин», а брать кни­ги на дом – толь­ко под­пис­чик. «Эти би­б­лио­те­ки улуч­ши­ли по­все­днев­ную речь аме­ри­кан­цев и под­ня­ли эру­ди­ро­ван­ность про­стых фер­ме­ров и тор­гов­цев до уров­ня джентль­ме­нов». В по­сле­ду­ю­щие го­ды Фран­клин до­бил­ся со­зда­ния в го­ро­де кор­пу­са ноч­ных пат­руль­ных и доб­ро­воль­ной по­жар­ной дру­жи­ны, по­ло­жил на­ча­ло убор­ке улиц и стро­и­тель­ству мо­сто­вых. В 1750-е го­ды Фран­клин участ­во­вал в со­зда­нии Пен­силь­ван­ско­го уни­вер­си­те­та и ра­то­вал за стро­и­тель­ство бла­го­тво­ри­тель­но­го гос­пи­та­ля. Об­ще­ствен­ная де­я­тель­ность Бен­джа­ми­на и по­пу­ляр­ность его из­да­ния при­ве­ли в 1736 го­ду к его из­бра­нию на долж­ность сек­ре­та­ря За­ко­но­да­тель­но­го со­бра­ния шта­та. Это был весь­ма скром­ный пост, но он от­кры­вал пер­спек­ти­вы сде­лать ка­рье­ру го­су­дар­ствен­но­го слу­жа­ще­го – и воз­мож­ность по­лу­чать пра­ви­тель­ствен­ные за­ка­зы. Уже в сле­ду­ю­щем го­ду его на­зна­чи­ли почт­мей­стером Фи­ла­дель­фии, что зна­чи­тель­но упро­чи­ло по­зи­ции его га­зе­ты и обес­пе­чи­ло пре­иму­ще­ство в кон­ку­рен­ции с ти­по­гра­фи­ей Бр­эд­фор­дов.

В но­яб­ре 1747-го Фран­клин вы­сту­пил с ра­ди­каль­ным пред­ло­же­ни­ем о со­зда­нии неза­ви­си­мой от мет­ро­по­лии пен­силь­ван­ской

на­род­ной ми­ли­ции. Па­те­ти­че­ский очерк под за­го­лов­ком «Про­стая прав­да» вско­лых­нул об­ще­ство. Бо­лее де­ся­ти ты­сяч че­ло­век за­пи­са­лось в опол­че­ние. Для за­куп­ки ору­жия и об­мун­ди­ро­ва­ния Фран­клин ор­га­ни­зо­вал в шта­те гран­ди­оз­ную ло­те­рею. Бо­лее то­го, он су­мел убе­дить – от­ча­сти при по­мо­щи пер­во­класс­ной вы­пив­ки – гу­бер­на­то­ра Нью-Йор­ка вы­де­лить фи­ла­дель­фий­цам 18 но­вых ору­дий. Ми­ли­ци­о­не­ры в знак при­зна­тель­но­сти пред­ло­жи­ли Бен­джа­ми­ну пол­ков­ни­чьи по­го­ны, он скром­но от­ка­зы­вал­ся, ссы­ла­ясь на пол­ное от­сут­ствие у него во­ен­но­го опы­та.

Хло­по­ты по обеспечению без­опас­но­сти го­ро­да не поз­во­ля­ли Фран­кли­ну за­ду­мать­ся о том, как его де­я­тель­ность вы­гля­дит со сто­ро­ны мет­ро­по­лии. «Эта кампания немно­гим от­ли­ча­ет­ся от го­су­дар­ствен­ной из­ме­ны», – пи­сал хо­зя­ин ко­ло­нии То­мас Пенн и ха­рак­те­ри­зо­вал Бен­джа­ми­на как «на­род­но­го три­бу­на» и «весь­ма по­до­зри­тель­но­го че­ло­ве­ка». К Пен­ну при­слу­ша­лись – ед­ва угро­за втор­же­ния ми­но­ва­ла, Лон­дон рас­пу­стил Ми­ли­цей­скую ас­со­ци­а­цию Фран­кли­на. Од­на­ко бес­цен­ный опыт са­мо­ор­га­ни­за­ции ко­ло­ни­стов очень при­го­дил­ся аме­ри­кан­цам в хо­де гря­ду­щей Вой­ны за неза­ви­си­мость.

Спра­вить­ся с разо­ча­ро­ва­ни­ем Фран­кли­ну по­мо­га­ли успе­хи на дру­гом его по­при­ще – успе­хи, от­ме­нить или за­пре­тить ко­то­рые не мог­ло ни од­но пра­ви­тель­ство ми­ра.

но­вый пРо­мЕтЕй

Пер­вое на­уч­ное ис­сле­до­ва­ние Бен­джа­мин про­из­вел еще во вре­мя пла­ва­ния из Лон­до­на в Фи­ла­дель­фию, но глав­ные свои от­кры­тия он сде­лал два­дцать лет спу­стя.

Изу­че­ни­ем элек­три­че­ства Фран­клин увлек­ся, оча­ро­ван­ный фо­ку­са­ми стран­ству­ю­ще­го шо­уме­на и по­пу­ля­ри­за­то­ра на­у­ки Ар­чи­баль­да Спен­се­ра. «Они в рав­ной сте­пе­ни по­ра­зи­ли и раз­влек­ли ме­ня», – вспо­ми­нал Бен­джа­мин.

Че­рез сво­их дру­зей в Ко­ро­лев­ском на­уч­ном об­ще­стве в Лон­доне Фран­клин за­ка­зал по­дроб­ное опи­са­ние опы­тов с элек­три­че­ством и необ­хо­ди­мое для них обо­ру­до­ва­ние. Все­го за 7 лет (с 1747-го по 1754-й го­ды) он сде­лал несколь­ко вы­да­ю­щих­ся открытий: по­ло­жи­тель­но­го и от­ри­ца­тель­но­го по­лю­сов за­ря­да, обос­но­вал ги­по­те­зу о ма­те­ри­аль­ной при­ро­де элек­три­че­ства, а во вре­мя зна­ме­ни­то­го экс­пе­ри­мен­та с воз­душ­ным зме­ем Бен­джа­мин, рискуя жиз­нью, до­ка­зал элек­три­че­скую при­ро­ду мол­нии.

За этот опыт Им­ма­ну­ил Кант впо­след­ствии на­зо­вет Фран­кли­на «но­вым Про­ме­те­ем, до­став­шим для лю­дей огонь с неба». На ос­но­ва­нии сде­лан­но­го им от­кры­тия Бен­джа­мин пред­ло­жил спо­соб за­щи­ты от уда­ров мол­нии, ко­то­рую мы те­перь на­зы­ва­ем гро­мо­от­во­дом. Прак­ти­че­скую цен­ность это­го изоб­ре­те­ния невоз­мож­но пе­ре­оце­нить – бук­валь­но все со­вре­мен­ные зда­ния осна­ще­ны его нехит­рым устрой­ством.

На­уч­ные ин­те­ре­сы Фран­кли­на бы­ли очень раз­но­об­раз­ны, хо­тя и ле­жа­ли ско­рее в экс­пе­ри­мен­таль­ной плос­ко­сти, неже­ли в об­ла­сти «чи­стой», умо­зри­тель­ной на­у­ки. Не по­лу­чив­ший си­стем­но­го ака­де­ми­че­ско­го об­ра­зо­ва­ния Фран­клин не мог за­ни­мать­ся тео­ре­ти­че­ски­ми ис­сле­до­ва­ни­я­ми. Осо­бен­но недо­ста­ва­ло ему ма­те­ма­ти­че­ских зна­ний. Од­на­ко уче­ный­са­мо­уч­ка ни­чуть этим не огор­чал­ся, пред­по­чи­тая для сво­их эк­зер­си­сов бо­лее при­зем­лен­ные на­прав­ле­ния. «Ка­кой смысл в фи­ло­соф­ство­ва­ни­ях, ко­то­рые не при­но­сят ни­ка­кой поль­зы?» – со сме­хом во­про­шал он.

Фран­клин при­ду­мал би­фо­каль­ные оч­ки и скон­стру­и­ро­вал эко­но­мич­ную печь, изоб­рел плос­кий кон­ден­са­тор, ис­сле­до­вал Гольфстрим и, по мне­нию аме­ри­кан­ских уче­ных, за­ло­жил ос­но­вы со­вре­мен­ной ме­тео­ро­ло­гии, от­крыв за­ко­но­мер­ность об­ра­зо­ва­ния штор­мов Во­сточ­но­го по­бе­ре­жья США...

При этом Фран­клин раз за ра­зом про­яв­лял уди­ви­тель­ное для столь пред­при­им­чи­во­го че­ло­ве­ка бес­ко­ры­стие, от­ка­зы­ва­ясь от па­тен­тов на свои изоб­ре­те­ния. «Я бы пред­по­чел, что­бы обо мне

ска­за­ли: “Он жил с поль­зой для дру­гих”, а не “Он умер очень бо­га­тым”», – пи­сал он ма­те­ри.

Чуть ме­нее из­вест­ны его со­цио­ло­ги­че­ские и по­ли­то­ло­ги­че­ские ра­бо­ты, а меж­ду тем на них ссы­ла­лись та­кие ве­ли­кие уче­ные как, на­при­мер, Адам Смит. Фран­клин од­ним из пер­вых пред­ста­вил аме­ри­кан­цев как еди­ную на­цию и, воль­но или неволь­но, стал про­воз­вест­ни­ком Вой­ны за неза­ви­си­мость, обос­но­вав в трак­та­те 1759 го­да пра­во се­ве­ро­аме­ри­кан­ских ко­ло­ний на свер­же­ние недоб­ро­со­вест­ной вла­сти. Ра­зу­ме­ет­ся, ко­гда пред­ска­зан­ный им сце­на­рий на­чал во­пло­щать­ся в ре­аль­но­сти, Фран­клин не мог остать­ся в сто­роне.

по­пасть в пЕРЕ­плЕт

Для Фран­кли­на кон­фликт с мет­ро­по­ли­ей на­чал­ся с на­ло­го­во­го спо­ра меж­ду За­ко­но­да­тель­ным со­бра­ни­ем Пен­силь­ва­нии и хо­зя­е­ва­ми ко­ло­нии. В ян­ва­ре 1757-го Ас­сам­блея про­го­ло­со­ва­ла за на­зна­че­ние Бен­джа­ми­на по­слом в Лон­дон. Уси­ли­я­ми Пен­нов мис­сия за­тя­ну­лась на дол­гих пять лет, но увен­ча­лась пол­ным успе­хом – не толь­ко бла­го­да­ря лич­но­му ав­то­ри­те­ту Фран­кли­на, но и по­то­му, что им­пер­ское пра­ви­тель­ство не же­ла­ло обост­рять от­но­ше­ния с ко­ло­ни­я­ми.

В де­каб­ре 1762 го­да он вер­нул­ся в Аме­ри­ку. Уи­льям Фран­клин, со­про­вож­дав­ший от­ца в этой по­езд­ке, за­дер­жал­ся в Ста­ром Све­те – оп­по­нен­ты Бен­джа­ми­на пред­ло­жи­ли ему долж­ность гу­бер­на­то­ра НьюД­жер­си в на­деж­де, что ра­ди ка­рье­ры сы­на отец смяг­чит свою по­зи­цию. Од­на­ко про­ти­во­сто­я­ние Ас­сам­блеи с Пен­на­ми толь­ко на­чи­на­лось. Те­перь фи­ла­дель­фий­цы пы­та­лись ли­шить хо­зя­ев ко­ло­нии пра­ва на­зна­чать гу­бер­на­то­ров по сво­е­му усмот­ре­нию. По су­ти, это озна­ча­ло для ан­гли­чан по­те­рю ре­аль­ной вла­сти над сво­и­ми вла­де­ни­я­ми. Пред­став­лять ин­те­ре­сы Пен­силь­ва­нии в сто­ли­це вновь до­ве­ри­ли Фран­кли­ну. Ре­ше­ние это со­про­вож­да­лось острой по­ли­ти­че­ской борь­бой. В ход по­шли все сред­ства: под­куп, кле­ве­та в прес­се, фаль­си­фи­ка­ция го­ло­со­ва­ния, – но

в плыл Пер­во­на­чаль­ная де­каб­ре в Ан­глию. 1763-го цель Бен­джа­мин по­езд­ки вновь – вру­че- от

ние ко­ро­лю пе­ти­ции – тот­час от­сту­пи­ла

на вто­рой план пе­ред на­зре­вав­шим кри

зи­сом. На недо­воль­ство ко­ло­ний резким

уже­сто­че­ни­ем тор­го­вой и фис­каль­ной по

ли­ти­ки им­пе­рия от­ве­ти­ла угро­зой при­ме

нить си­лу. В 1765 го­ду Лон­дон озву­чил

ре­ше­ние по­сто­ян­но дер­жать в Но­вом Све

те вой­ска – ра­зу­ме­ет­ся, за счет мест­но­го

на­се­ле­ния. Из­ве­стие об этом вы­зва­ло на

ули­цах аме­ри­кан­ских го­ро­дов стихийные

вы­ступ­ле­ния и по­гро­мы, опас­но близ­кие

к мас­со­во­му бун­ту.

Фран­клин, в од­но­ча­сье став­ший пред­ста

ви­те­лем всех се­ве­ро­аме­ри­кан­ских ко­ло­ний,

ока­зал­ся в са­мом эпи­цен­тре по­ли­ти­че­ской

борь­бы. По вы­ра­же­нию био­гра­фа, он стал по­слом США еще до то­го, как аме­ри­кан­цы до­би­лись пра­ва от­прав­лять по­слов. Фран­кли­на вы­зва­ли в пар­ла­мент и под­верг­ли уни­зи­тель­но­му до­про­су с це­лью за­пу­гать его лич­но и сму­тить его за­оке­ан­ских кол­лег. Од­на­ко по­слан­ник дер­жал­ся с до­сто­ин­ством и сме­ло от­ста­и­вал ин­те­ре­сы ко­ло­ни­стов. Все его от­ве­ты сво­ди­лись к од­но­му: аме­ри­кан­цы не станут пла­тить неза­кон­ные на­ло­ги, раз­ве что их при­ну­дят к это­му ору­жи­ем.

«Ес­ли же в Аме­ри­ку бу­дут по­сла­ны вой­ска, – пре­ду­пре­ждал Бен­джа­мин, – они не най­дут там ни сле­да мя­те­жа, но, без со­мне­ния, мо­гут его спро­во­ци­ро­вать». Вы­ступ­ле­ние Фран­кли­на ста­ло под­лин­ным три­ум­фом. Сте­но­грам­му рас­про­стра­ня­ли во всех круп­ных аме­ри­кан­ских го­ро­дах, жи­те­ли ко­то­рых че­ство­ва­ли Бен­джа­ми­на

как ге­роя – мет­ро­по­лия от­ка­за­лась от вве­де­ния гер­бо­во­го на­ло­га.

Несмот­ря на одер­жан­ную по­бе­ду, обе сто­ро­ны по­ни­ма­ли, что это лишь от­сроч­ка. Об­ста­нов­ка в ко­ло­ни­ях по­сто­ян­но на­ка­ля­лась. Вес­ной 1770 го­да Фран­кли­на вновь под­верг­ли до­про­су, на этот раз в свя­зи с де­лом Оли­ве­ра и Хат­чин­со­на, по­вин­ных в Бо­стон­ской бойне. За пе­ре­дви­же­ни­я­ми по­слан­ни­ка при­сталь­но сле­ди­ли, его по­чту де­мон­стра­тив­но пер­лю­стри­ро­ва­ли. В мар­те 1775-го, по­сле окон­ча­тель­но­го ре­ше­ния пра­ви­тель­ства «усми­рить бун­тов­щи­ков», Фран­клин тай­но по­ки­нул бе­ре­га ту­ман­но­го Аль­био­на и вер­нул­ся на ро­ди­ну.

ти­туль­ный лист

Се­ми­де­ся­ти­лет­ний Фран­клин, ра­зу­ме­ет­ся, не при­ни­мал непо­сред­ствен­но­го уча­стия

в во­ен­ных дей­стви­ях. Ему до­ве­ри­ли несрав­нен­но бо­лее важ­ное и от­вет­ствен­ное де­ло: в июле 1775 го­да Бен­джа­мин со­ста­вил про­ект Кон­сти­ту­ции США. Кро­ме то­го, он вхо­дил в со­став ко­мис­сии, за­ни­мав­шей­ся под­го­тов­кой про­ек­та Де­кла­ра­ции не­за­ви­си­мо­сти, воз­глав­лял сек­рет­ный ко­ми­тет по внеш­ней по­ли­ти­ке и Ко­ми­тет по без­опас­но­сти шта­та Пен­силь­ва­ния... «Я ни­ко­гда не был так пе­ре­гру­жен», – со­об­щал он в пе­ре­пис­ке. Од­на­ко по-на­сто­я­ще­му удру­ча­ла его не за­ня­тость, а се­мей­ные де­ла. В 1774 го­ду, не до­ждав­шись воз­вра­ще­ния Бен­джа­ми­на из Ев­ро­пы, умер­ла его же­на Де­бо­ра, по ко­то­рой Фран­клин очень тос­ко­вал. Не ме­нее бо­лез­нен­ным ста­ло пре­да­тель­ство сы­на Уи­лья­ма – убеж­ден­но­го ло­я­ли­ста. «Ни­ко­гда и ни­что ...не вы­зы­ва­ло у ме­ня та­ких глу­бо­ких пе­ре­жи­ва­ний, как осо­зна­ние

то­го, что мой един­ствен­ный сын пре­дал ме­ня на склоне лет... Ху­же то­го – вы­сту­пил про­тив ме­ня с ору­жи­ем в ру­ках», – со­кру­шал­ся ста­рик.

В де­каб­ре 1776-го Фран­клин от­пра­вил­ся в Па­риж в на­деж­де по­лу­чить там по­мощь в войне с Ан­гли­ей. Па­риж встре­тил Фран­кли­на вос­тор­жен­но. «Его сла­ва за­тми­ла сла­ву Воль­те­ра. Не най­дет­ся ни од­но­го горожанина, кто не знал бы его име­ни. Его ли­цо из­вест­но не ме­нее чем Лу­на».

Несмот­ря на это, мис­сия Фран­кли­на бы­ла уме­рен­но успеш­ной. Все, че­го су­мел до­бить­ся непри­знан­ный по­сол, – это тай­ная, неофи­ци­аль­ная во­ен­ная по­мощь вос­став­шим. Вплоть до по­бе­ды аме­ри­кан­ской ар­мии в бит­ве под Са­ра­то­гой Фран­ция за­ни­ма­ла вы­жи­да­тель­ную по­зи­цию.

Од­на­ко во­ен­ные успе­хи по­встан­цев и обе­ща­ния тор­го­вых пре­фе­рен­ций под­толк­ну­ли Вер­саль к ре­ши­тель­ным дей­стви­ям. 6 фев­ра­ля 1778 го­да Бен­джа­мин до­бил­ся за­клю­че­ния фран­ко-аме­ри­кан­ско­го со­ю­за и под­пи­са­ния тор­го­во­го до­го­во­ра. «Вся Ев­ро­па за нас, – ре­зю­ми­ро­вал по­сол, – а Ан­глия в оце­пе­не­нии».

В 1782-м Кон­гресс до­ве­рил Фран­кли­ну по­след­нее, са­мое при­ят­ное и по­чет­ное де­ло – под­пи­са­ние англо-аме­ри­кан­ско­го мир­но­го до­го­во­ра, что и про­изо­шло 3 сен­тяб­ря по­сле дол­гих и на­пря­жен­ных пе­ре­го­во­ров. Те­перь Бен­джа­мин мог вер­нуть­ся на ро­ди­ну.

кон­цЕ­ваЯ стРа­ни­ца

Силь­но по­шат­нув­ше­е­ся здо­ро­вье за­ста­ви­ло его от­ло­жить по­езд­ку, но 14 сен­тяб­ря 1785 го­да, под гром колоколов и при­вет­ствен­ные кри­ки огром­ной тол­пы встре­ча­ю­щих Фран­клин со­шел на сво­бод­ную зем­лю мо­ло­дой аме­ри­кан­ской рес­пуб­ли­ки. Несмот­ря на бо­лезнь, он еще неко­то­рое вре­мя ак­тив­но участ­во­вал в об­ще­ствен­ной жиз­ни стра­ны, стал 6-м Пре­зи­ден­том Вер­хов­но­го Со­ве­та шта­та и воз­гла­вил Об­ще­ство Пен­силь­ва­нии за от­ме­ну раб­ства.

По­след­ний год жиз­ни ему при­шлось про­ве­сти в по­сте­ли, а силь­ней­шие бо­ли из-за кам­ней в поч­ках вы­нуж­да­ли при­ни­мать на­стой­ку опия. Меж­ду при­сту­па­ми он, од­на­ко, был бодр и да­же на­хо­дил си­лы шу­тить над воз­раст­ны­ми недо­мо­га­ни­я­ми: «Пью­щий ча­шу до дна дол­жен быть го­тов уви­деть на дне гад­кий оса­док», – по­сме­и­вал­ся ста­рик.

17 фев­ра­ля 1790 го­да Бен­джа­мин Фран­клин ти­хо, без стра­да­ний, скон­чал­ся. Про­во­дить сво­е­го зем­ля­ка в по­след­ний путь при­шло бо­лее 20 ты­сяч го­ро­жан – по­чти все взрос­лое на­се­ле­ние Фи­ла­дель­фии.

пол Ре­вир. «бри­тан­ские вой­ска по­гру­жа­ют­ся на су­да для от­прав­ки в аме­ри­ку». гра­вю­ра

«бен­джа­мин Фран­клин пе­ред чле­на­ми па­ла­ты лор­дов в ча­совне уайт­холл. лон­дон, 1774»

на стра­ни­це справа – бен­джа­мин с по­мо­щью воз­душ­но­го змея де­мон­стри­ру­ет сво­е­му сы­ну элек­три­че­скую при­ро­ду мол­нии

сле­ва на­пра­во и свер­ху вниз: ил­лю­стра­ция к ста­тье Фран­кли­на «во­ды и вих­ри»;

сле­ва на­пра­во: чи­та­те­ли в пуб­лич­ной фи­ла­дель­фий­ской би­б­лио­те­ке, учре­жден­ной Фран­кли­ном; пер­вая на­ци­о­наль­ная боль­ни­ца для ма­ло­иму­щих в пен­силь­ва­нии, так­же от­кры­тая при со­дей­ствии на­ше­го ге­роя

свер­ху вниз: бен­джа­мин с ма­лень­ким сы­ном уи­лья­мом; де­бо­ра – фак­ти­че­ская же­на на­ше­го ге­роя; у вхо­да в книж­ную лав­ку Фран­кли­на

свер­ху вниз: Фран­клин с со­труд­ни­ка­ми в сво­ей ти­по­гра­фии; «аль­ма­нах бед­но­го Ри­чар­да». 1737

↑ па­но­ра­ма лон­до­на со сто­ро­ны тем­зы. гра­вю­ра. 1724

пер­вая встре­ча бе­на с его бу­ду­щей же­ной де­бо­рой ↑

на стра­ни­це справа – сэконд-стрит в Фи­ла­дель­фии. на этой ули­це ока­зал­ся при­быв­ший из бо­сто­на бен – устав­ший, го­лод­ный и с единственным дол­ла­ром в кар­мане

Courant» за 1722 год

* В пер­вом бра­ке у Джо­зайи ро­ди­лось се­ме­ро де­тей. Наш ге­рой был 15-м его ре­бен­ком.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.