ЗВЕЗ­ДА ПО ИМЕ­НИ ДЖИНА

Lichnosti - - NEWS - Яна Ду­би­нян­ская Дизайн: Ири­на Ши­я­нов­ская

«По­че­му Джина злит­ся на ме­ня? Я не прочь с ней дру­жить, по­че­му нет? Прав­да, что мои раз­ме­ры боль­ше, чем у нее, но раз­ве это при­чи­на, что­бы злиться?»

Так невин­но за­яви­ла жур­на­ли­стам оде­тая в об­тя­ги­ва­ю­щее пла­тье Со­фи Ло­рен в Лон­доне во вре­мя Неде­ли ита­льян­ско­го ки­но, ко­гда Джина

Лол­ло­бри­джи­да на­от­рез от­ка­за­лась с ней фо­то­гра­фи­ро­вать­ся. «Вой­на бю­стов», удар­ная пи­ар-ак­ция, ко­то­рая не один ме­сяц раз­вле­ка­ла лю­би­те­лей ита­льян­ско­го ки­но и спо­соб­ство­ва­ла взле­ту но­вой звез­ды, ей, Джине, бы­ла со­вер­шен­но не нуж­на. Она бы­ла звез­дой ми­ро­вой ве­ли­чи­ны и так

ДЕ­ВОЧ­КА, КО­ТО­РАЯ ВЫЖИЛА

Она иг­ра­ла де­ву­шек из на­ро­да, и по­то­му в СССР и на пост­со­вет­ском про­стран­стве боль­шин­ство био­гра­фов не со­мне­ва­лись, что и са­ма Джина – из бед­ной ита­льян­ской мно­го­дет­ной се­мьи, «зо­луш­ка», под­няв­ша­я­ся к звез­дам из са­мых ни­зов. В дей­стви­тель­но­сти все бы­ло не со­всем так. Се­мья ме­бель­щи­ка Джо­ван­ни Лол­ло­бри­джи­ды из про­вин­ци­аль­но­го го­род­ка Су­бья­ко в вось­ми­де­ся­ти ки­ло­мет­рах от Ри­ма и вправ­ду бы­ла мно­го­дет­ной, но от­нюдь не бед­ство­ва­ла – до вой­ны.

Де­тей у Джо­ван­ни и его же­ны Джу­зеп­пи­ны бы­ло чет­ве­ро, и все – де­воч­ки: Джу­ли­а­на, Лу­и­джи­на, Ма­рия и Фер­нан­да. «Отец ча­сто вор­чал, что че­ты­ре дев­чон­ки в до­ме – это веч­ная го­лов­ная боль, но в глу­бине ду­ши был за нас спо­ко­ен, – вспо­ми­на­ла Джина, вто­рая по стар­шин­ству. – Знал, что каж­дая, ко­гда при­дет вре­мя, за­про­сто най­дет се­бе хо­ро­ше­го му­жа». Она ро­ди­лась 4 июля 1927 го­да. Ран­нее ее дет­ство бы­ло без­об­лач­ным: ма­лень­кая Джина учи­лась петь и ри­со­вать, за­ни­ма­лась гим­на­сти­кой, с се­ми лет иг­ра­ла в школь­ных спек­так­лях. На­ча­лась вой­на – и все из­ме­ни­лось. Огром­ный дом, где жи­ла се­мья Лол­ло­бри­джи­да, был боль­шей ча­стью рек­ви­зи­ро­ван под отель для немец­ких сол­дат. А под мас­сив­ным ду­бо­вым сто­лом на кухне – про­из­вод­ства ме­бель­ной

в «фу­мет­ти» – ро­ма­нах-ко­мик­сах в фо­то­гра­фи­ях, на ко­то­рые в то вре­мя был боль­шой спрос. Есте­ствен­ным об­ра­зом она ока­за­лась и на съе­моч­ной пло­щад­ке ки­но­сту­дии «Чи­не­чит­та», по­на­ча­лу ста­тист­кой. Ре­ше­ние «пой­ти в ак­три­сы» Лол­ло­бри­джи­да по­том не раз на­зы­ва­ла в ин­тер­вью са­мой боль­шой ошиб­кой сво­ей жиз­ни – воз­мож­но, не без ко­кет­ства.

Со­глас­но ле­ген­де, с од­ной из пер­вых ки­но­проб Джи­ну Лол­ло­бри­джи­ду от­пра­ви­ли с ре­ко­мен­да­ци­ей на­брать ки­ло­грам­мов де­сять, преж­де чем при­хо­дить сно­ва. Од­на­ко вско­ре на ки­но­сту­дии Джи­ну ста­ли це­нить, и не толь­ко за кра­со­ту ли­ца и фи­гу­ры, но и за от­вет­ствен­ность в от­но­ше­нии к про­фес­сии. «Я бы­ла очень дис­ци­пли­ни­ро­ван­ной, – рас­ска­зы­ва­ла Джина. – Дру­гие мо­ло­дые ак­три­сы мог­ли за­гу­лять со сво­и­ми пар­ня­ми, уехать на мо­ре, со­рвать съем­ки. Я – ни­ко­гда, и ас­си­стен­ты ре­жис­се­ров это зна­ли». Пер­вые эпи­зо­ди­че­ские ро­ли она сыг­ра­ла в кар­ти­нах «Чер­ный орел», «Лю­бов­ный на­пи­ток», «Че­ло­век в до­ме».

Она счи­та­ла ки­но чем-то слу­чай­ным и вре­мен­ным в сво­ей жиз­ни и вспо­ми­на­ла, как од­на­жды, твер­до ре­шив с этим по­кон­чить, по­пы­та­лась от­шить пред­ста­ви­те­лей сту­дии, пред­ла­гав­ших ей роль. «Но они на­ста­и­ва­ли. (...) По­шли к мо­ей ма­те­ри, что­бы хоть та ме­ня уго­во­ри­ла, ска­за­ли, что за­пла­тят мне ты­ся­чу лир. То­гда я ска­за­ла, что мой го­но­рар – мил­ли­он, ду­ма­ла, они на­ко­нец от­ста­нут. А они ска­за­ли: да!»

НОВОГОДНЯЯ НОЧЬ

Ра­зу­ме­ет­ся, у юной кра­са­ви­цы бы­ли по­клон­ни­ки: вспо­ми­ная мо­ло­дость, она упо­ми­на­ла неко­е­го офи­це­ра, по­сва­тав­ше­го­ся к ней, но по­лу­чив­ше­го от­каз по­тен­ци­аль­ной те­щи, фут­бо­ли­ста, разо­ча­ро­вав­ше­го де­вуш­ку сво­им ин­тел­лек­том, не столь мощ­ным, как его но­ги. Джина как раз пе­ре­жи­ва­ла раз­рыв с ним, ко­гда дру­зья при­гла­си­ли ее встре­тить вме­сте но­вый, 1947 год. В той же ком­па­нии ока­зал­ся мо­ло­дой врач ро­дом из Юго­сла­вии по име­ни Мил­ко Ско­фич. На­ут­ро де­вят­на­дца­ти­лет­няя Джина за­пи­са­ла в сво­ем днев­ни­ке: «1 ян­ва­ря 1947 го­да... На­чал­ся Но­вый год... Но­вый – об­ру­чен­ный... Судь­ба, ве­ро­ят­но, сле­ди­ла за на­ми и ре­ши­ла со­еди­нить нас... А мы это­го хо­тим?...»

Мил­ко окон­чил ме­ди­цин­ский ин­сти­тут в Ри­ме, во вре­мя вой­ны ра­бо­тал в ла­ге­ре для бе­жен­цев, а по спе­ци­аль­но­сти был пси­хи­ат­ром. Для ма­те­ри Джи­ны он стал иде­аль­ным пре­тен­ден­том на ру­ку до­че­ри – с вра­чом мог со­пер­ни­чать по на­деж­но­сти раз­ве что ад­во­кат. Но меж­ду по­молв­кой и сва­дьбой дол­жен был прой­ти как ми­ни­мум год, и за это вре­мя в жиз­ни Джи­ны и Мил­ко про­изо­шло мно­гое. В 1947-м с по­да­чи дру­га Мил­ко, жур­на­ли­ста Джор­джио Сал­во­ни, Джина при­ня­ла уча­стие в кон­кур­се кра­со­ты «Мисс Рим».

Пре­вра­ще­ние юной кра­сот­ки в звез­ду ми­ро­во­го мас­шта­ба осо­бен­но на­гляд­но де­мон­стри­ру­ют «пре­зен­та­ци­он­ные» фо­то­гра­фии Джи­ны. а вот из­ме­не­ние цве­та во­лос име­ло мень­шее зна­че­ние:

«Что с то­го, что те­перь я блон­дин­ка? У ме­ня по-преж­не­му тем­пе­ра­мент брю­нет­ки»

Со­глас­но дру­гой вер­сии, до­го­вор с при­над­ле­жав­шей Го­вар­ду Хью­зу сту­ди­ей RKO Джина Лол­ло­бри­джи­да все-та­ки под­пи­са­ла, но ко­гда вы­яс­ни­лось, что сни­мать­ся ей пред­сто­ит в эро­ти­че­ском ки­но и от­ка­зать­ся по про­пи­сан­ным усло­ви­ям нель­зя, ак­три­са кон­тракт разо­рва­ла и уеха­ла на ро­ди­ну. Поз­же ей при­шел офи­ци­аль­ный за­прет на съем­ки в США в те­че­ние несколь­ких лет.

Но в Ев­ро­пе ее звез­да стре­ми­тель­но всхо­ди­ла.

ИМЯ, ПРИНОСЯЩЕЕ УДАЧУ

Вер­нув­шись на ро­ди­ну, Джина Лол­ло­бри­джи­да с успе­хом сня­лась в кар­ти­нах нео­ре­а­ли­стов Пьет­ро Джер­ми «Го­род за­щи­ща­ет­ся», Кар­ло Лиц­ца­ни «Ах­тунг, бан­ди­ты!», Джа­ко­мо Джен­ти­ло­мо «Мо­ло­дой Ка­ру­зо»,

жур­на­ли­сты. Пас­са­жи­ры вы­хо­дят, а ее нет. Кри­сти­ан Жак смот­рит на ме­ня как на про­во­ка­то­ра: “Ну, где же она?” Я стис­ки­ваю зу­бы и под­ни­ма­юсь по тра­пу в са­мо­лет. Гля­жу, си­дит в пу­стом са­лоне моя де­воч­ка – на го­ло­ве ка­кая-то ди­кая шляп­ка с пе­ром – и ре­вет! Бо­же пра­вед­ный, как я влип! Ни­кто же, кро­ме ме­ня, ее не ви­дел. Ска­жут: ка­ко­го во­ро­бья ты, Са­ня, при­вез?! Скан­дал!.. Со­рвал с нее шляп­ку. Растре­пал по пле­чам во­ло­сы. При­пуд­рил но­сик – и впе­ред на Олимп сла­вы!»

Пе­ред вос­хож­де­ни­ем на Олимп Алек­сандр Мнуш­кин по­со­ве­то­вал Джине сме­нить фа­ми­лию: слиш­ком длин­но, начнут со­кра­щать, а «lollo» по-фран­цуз­ски озна­ча­ет при­мер­но то же са­мое, что «busto provocante» по-ита­льян­ски, толь­ко смеш­нее. «Про­дю­сер не­од­но­крат­но под­чер­ки­вал, что сло­во “Лол­ло­бри­джи­да” вы­зы­ва­ет ас­со­ци­а­ции с пыш­ной, кра­си­вой гру­дью, – вспо­ми­на­ла ак­три­са, – и что во из­бе­жа­ние лиш­них, не очень доб­ро­же­ла­тель­ных ком­мен­та­ри­ев луч­ше из­ме­нить его. Сна­ча­ла я со­гла­си­лась – мне бы­ло все рав­но, да и не со­би­ра­лась я дол­го за­дер­жи­вать­ся в ки­но. Но по­том... Афи­ши уже бы­ли от­пе­ча­та­ны, и я ре­ши­ла все оста­вить, как есть. Не жа­лею об этом, по­сколь­ку мое имя всю жизнь при­но­сит мне удачу».

На съем­ках Джина по­дру­жи­лась с Же­ра­ром Фи­ли­пом, под­тя­ну­ла фран­цуз­ский и тут же по­лу­чи­ла еще од­но за­ман­чи­вое пред­ло­же­ние во Фран­ции: ре­жис­сер Рене Клер при­гла­сил ее в кар­ти­ну «Ноч­ные кра­са­ви­цы», где ее парт­не­ром сно­ва стал Же­рар Фи­лип. А в ки­но­ко­ме­дии сов­мест­но­го про­из­вод­ства Ита­лии, Ве­ли­ко­бри­та­нии и США «По­сра­ми дья­во­ла» она сыг­ра­ла вме­сте с са­мим Хэм­ф­ри Бо­гар­том, ко­то­рый по­том дву­смыс­лен­но сост­рил в прес­се, что по­сле Джи­ны аме­ри­кан­ский секс-сим­вол Мэ­ри­лин Мо­н­ро вы­гля­дит как Шир­ли Темпл (то есть как ре­бе­нок).

Спра­воч­ник кра­са­виц ита­льян­ско­го ки­но», где бы­ли ука­за­ны па­ра­мет­ры фи­гур ки­но­звезд: Силь­ва­ны Пам­па­ни­ни, Силь­ва­ны Ман­га­но, Джан­ны Ма­рии Ка­на­ле и дру­гих. У Джи­ны Лол­ло­бри­джи­ды на­ме­ри­ли 36-22-35 дюй­мов (91,4-56-89 сан­ти­мет­ров) при ро­сте 1,68, а у Со­фи Ло­рен – 38-24-37 дюй­мов (96-61-94 см) при ро­сте 1,75.

По­сле это­го Со­фи по со­ве­ту аген­та не­од­но­крат­но ста­ра­лась сфо­то­гра­фи­ро­вать­ся вме­сте с Джи­ной, что­бы под­черк­нуть вы­год­ную раз­ни­цу, и од­на­жды, на Бер­лин­ском ки­но­фе­сти­ва­ле 1954 го­да, ей это уда­лось. Прав­да, меж­ду непри­ми­ри­мы­ми со­пер­ни­ца­ми с по­до­зри­тель­но по­хо­жи­ми при­чес­ка­ми сто­я­ла ак­три­са Ивонн де Кар­ло, а из­де­ва­тель­ская жур­на­лист­ская тек­стов­ка гла­си­ла: «Раз­ве так уж необ­хо­ди­мо вы­гля­деть оди­на­ко­во?» Джина па­ри­ро­ва­ла: «Мы с ней раз­ные, как чи­сто­кров­ная ска­ко­вая ло­шадь и ко­за!»

В даль­ней­шем Джина Лол­ло­бри­джи­да очень рез­ко ре­а­ги­ро­ва­ла на по­пыт­ки Со­фи Ло­рен на­ра­бо­тать се­бе оч­ки за счет ее сла­вы. Пред­ло­же­ние млад­шей кол­ле­ги устро­ить «бит­ву бю­стов» в фор­ма­те фо­то­сес­сии «ню» она воз­му­щен­но от­верг­ла.

«Я уже бы­ла звез­дой, ко­гда она толь­ко на­чи­на­ла, – всю жизнь на­по­ми­на­ла Джина жур­на­ли­стам. – Я бы­ла пер­вой! И по­сколь­ку я все­гда шла пер­вым но­ме­ром, дру­гие мо­ло­дые звез­ды пы­та­лись оспо­рить мое пер­вен­ство! Но у них это не по­лу­ча­лось!» По­след­ний раз они сфо­то­гра­фи­ро­ва­лись вме­сте уже в де­вя­но­стых, в Ри­ме, на ве­че­рин­ке, устро­ен­ной ре­жис­се­ром Фран­ко Дзеф­фи­рел­ли, и уго­во­рил ки­но­див на это... Май­кл Джек­сон – преду­смот­ри­тель­но встав меж­ду ни­ми.

ЖЕ­ЛЕЗ­НАЯ МА­МА

В 1955 го­ду на экра­ны вы­шел био­гра­фи­че­ский фильм о зна­ме­ни­той опер­ной пе­ви­це Лине Ка­ва­лье­ри, шед­ший в про­ка­тах раз­ных стран под на­зва­ни­я­ми «Са­мая кра­си­вая жен­щи­на в ми­ре» или «Кра­си­вая, но опас­ная»: оба ста­ли нефор­маль­ны­ми ти­ту­ла­ми Джи­ны Лол­ло­бри­джи­ды, сыг­рав­шей глав­ную роль.

Для са­мой же ак­три­сы важ­но бы­ло то, что в этом филь­ме она са­ма пе­ла опер­ные арии, во­пло­тив свою де­ви­чью меч­ту. Ко­гда дву­мя го­да­ми ра­нее ей пред­ло­жи­ли сыг­рать за­глав­ную роль в экра­ни­за­ции опе­ры Джу­зеп­пе Вер­ди «Аи­да», но без го­ло­са – петь долж­на бы­ла со­лист­ка Ла Ска­ла Ре­на­та Те­баль­ди – Джина от ро­ли от­ка­за­лась, и ее с го­тов­но­стью под­хва­ти­ла Со­фи Ло­рен. Вско­ре по­сле вы­хо­да «Кра­си­вой, но опас­ной» на экра­ны Джина Лол­ло­бри­джи­да ока­за­лась на ях­те Ари­сто­те­ля Онас­си­са в ком­па­нии Ма­рии Кал­лас, и ве­ли­кая пе­ви­ца го­ря­чо со­ве­то­ва­ла ей все бро­сить и по­свя­тить се­бя опе­ре. Но те­перь Джина уже не бы­ла к это­му го­то­ва.

В 1956-м, ула­див пра­во­вые во­про­сы, она де­бю­ти­ро­ва­ла в Гол­ли­ву­де в кар­тине «Тра­пе­ция», где ее парт­не­ра­ми ста­ли Берт Лан­ка­стер и То­ни Кер­тис. В том же го­ду вы­шла клас­си­че­ская экра­ни­за­ция ро­ма­на Вик­то­ра Гю­го «Со­бор Па­риж­ской бо­го­ма­те­ри» ре­жис­се­ра Жа­на Де­лан­нуа, в ко­то­рой Ква­зи­мо­до сыг­рал Эн­то­ни Ку­инн. Эсме­раль­да Джи­ны Лол­ло­бри­джи­ды до сих пор счи­та­ет­ся непре­взой­ден­ной.

А за­тем ак­три­са вре­мен­но по­ки­ну­ла съе­моч­ную пло­щад­ку – и 28 июля 1957 го­да ро­ди­ла сы­на, Ан­дреа-Мил­ко Ско­фи­чам­лад­ше­го.

Мил­ко Ско­фич-стар­ший к то­му вре­ме­ни стал им­пре­са­рио, лич­ным вра­чом, спор­тив­ным тре­не­ром, сек­ре­та­рем и фо­то­гра­фом «ве­ли­кой Джи­ны Лол­ло­бри­джи­ды», как он, по сло­вам оче­вид­цев, на­зы­вал же­ну в об­ще­стве. Под­рас­та­ю­ще­го кра­си­во­го ре­бен­ка отец то­же хо­тел при­стро­ить на экран, и про­дю­се­ры его же­ла­ние при­вет­ство­ва­ли, но Джина бы­ла ка­те­го­ри­че­ски про­тив: «У мо­е­го сы­на

нет необ­хо­ди­мо­сти на­чи­нать ра­бо­тать в пять лет!»

Джина Лол­ло­бри­джи­да бы­ла су­ро­вой ма­те­рью и со­зна­ва­ла это. «Ко­неч­но, мне хо­те­лось ба­ло­вать его, – го­во­ри­ла она, – но я по­ни­ма­ла, что маль­чик дол­жен быть силь­ным. Труд­но рас­ти, зная, что твоя мать зна­ме­ни­тость. Это мо­жет сло­мать ко­го угод­но. Я не пре­уве­ли­чу, ес­ли ска­жу, что ино­гда ра­ди бла­га Мил­ко мне при­хо­ди­лось жерт­во­вать сво­и­ми ма­те­рин­ски­ми чув­ства­ми».

«Она бы­ла очень стро­гой ма­мой, – под­твер­ждал уже взрос­лый Ан­дреа-Мил­ко. – Креп­ких слов в мой ад­рес в дет­стве хва­та­ло. У нее очень тя­же­лый, рез­кий ха­рак­тер... Воз­мож­но, для ка­рье­ры это необ­хо­ди­мо, но не для се­мей­ной жиз­ни. Ха­рак­тер и по­слу­жил при­чи­ной раз­во­да. Я остал­ся с ма­те­рью, и жизнь моя ока­за­лась нелег­кой...» Джина Лол­ло­бри­джи­да и Мил­ко Ско­фич раз­ве­лись в 1971 го­ду, и для прес­сы это был шок: Джина до по­след­не­го в каж­дом ин­тер­вью го­во­ри­ла о люб­ви к му­жу

и се­мей­ных цен­но­стях. Хо­тя злые язы­ки по­го­ва­ри­ва­ли, что преж­ней бли­зо­сти меж­ду су­пру­га­ми не бы­ло уже дав­но, от­но­ше­ния их свя­зы­ва­ли чи­сто де­ло­вые и оба поз­во­ля­ли се­бе ро­ма­ны на сто­роне. Так, на­при­мер, ко­гда Джина ра­ди­каль­но сме­ни­ла об­раз, вы­свет­лив во­ло­сы, сплет­ни­ки тут же за­по­до­зри­ли, что у ее му­жа по­яви­лась лю­бов­ни­ца-блон­дин­ка. А зна­ме­ни­тый юж­но­аф­ри­кан­ский хи­рург Кри­сти­ан Бар­нард поз­же рас­ска­зал в сво­их ме­му­а­рах о бур­ном ро­мане с Лол­ло­бри­джи­дой как раз в те го­ды: ки­но­звез­да буд­то бы при­ез­жа­ла за ним на «ягу­а­ре» в шу­бе на го­лое те­ло...

Че­рез во­семь лет по­сле раз­во­да Мил­ко Ско­фич по­гиб в ав­то­ка­та­стро­фе. А Джина Лол­ло­бри­джи­да за­муж боль­ше так и не вы­шла. «Жен­щи­на долж­на быть жен­щи­ной, а не же­лез­ной ле­ди, – утвер­жда­ла она. – Ко­гда на­хо­дит­ся муж­чи­на силь­нее те­бя – та­кое, го­во­рят, ино­гда бы­ва­ет (сме­ет­ся), – лю­бая жен­щи­на бу­дет го­то­ва стать сла­бой. Но то ли мир так из­ме­нил­ся, то ли я слиш­ком

тре­бо­ва­тель­на, но моя веч­ная про­бле­ма в том, что не мо­гу най­ти муж­чи­ну силь­нее се­бя. По­это­му я од­на...»

АК­ТРИ­СА, ХУ­ДОЖ­НИК И КОСМОНАВТ

В ше­сти­де­ся­тые Джина Лол­ло­бри­джи­да увлек­лась про­дви­ну­тым по тем вре­ме­нам хоб­би – фо­то­гра­фи­ей. Разъ­ез­жая по ки­но­фе­сти­ва­лям и встре­ча­ясь со зна­ме­ни­то­стя­ми раз­ных стран, она непре­мен­но пред­ла­га­ла им сде­лать фо­то­порт­рет. «Как и мил­ли­о­ны жен­щин во всем ми­ре, я ис­пы­ты­ва­ла к нему сим­па­тию, – вспо­ми­на­ла она од­но­го из сво­их ге­ро­ев, с ко­то­рым по­зна­ко­ми­лась на Мос­ков­ском ки­но­фе­сти­ва­ле 1961 го­да. – Встре­чу нам ор­га­ни­зо­ва­ли. Мы немно­го по­об­ща­лись. Не­смот­ря на то, что в по­ме­ще­нии, где про­хо­ди­ла на­ша встре­ча, бы­ло тем­но­ва­то, мне уда­лось сде­лать его фо­то­порт­рет, ко­то­рый на удив­ле­ние ока­зал­ся очень удач­ным. А еще я пом­ню, что он то­гда по­да­рил мне свою фо­то­гра­фию, на об­рат­ной сто­роне ко­то­рой на­пи­сал: “Я был в небе, ви­дел мно­го звезд, но ты са­мая кра­си­вая звез­да в ми­ре!”» Это был Юрий Га­га­рин. По­зи­ро­ва­ли Джине Ин­ди­ра Ган­ди, Ни­ки­та Хру­щев, Саль­ва­дор Да­ли, Пол Нью­ман и мно­гие дру­гие.

На том же ки­но­фе­сти­ва­ле в Москве Джина Лол­ло­бри­джи­да по­зна­ко­ми­лась с ху­дож­ни­ком, жаж­дав­шим со­здать ее порт­рет, – Ильей Гла­зу­но­вым; по его вер­сии, ак­три­са разыс­ка­ла его са­ма, про­чи­тав о нем в ита­льян­ской кни­ге по со­вре­мен­но­му ис­кус­ству. Вре­ме­ни на фе­сти­ва­ле бы­ло немно­го, Гла­зу­нов успел сде­лать толь­ко ка­ран­даш­ный порт­рет Джи­ны – и, вер­нув­шись на ро­ди­ну, она на­ча­ла до­би­вать­ся че­рез ми­ни­стер­ство куль­ту­ры СССР, что­бы ху­дож­ни­ка вы­пу­сти­ли в Ита­лию. Че­рез два го­да он по­лу­чил та­кое раз­ре­ше­ние.

«У нее был кра­си­вый ста­рый особ­няк, уто­па­ю­щий в зе­ле­ни, – вспо­ми­нал Илья Гла­зу­нов. – Джина вы­порх­ну­ла из до­ма, я бро­сил­ся ей на­встре­чу, оста­вив на мра­мор­ных пли­тах у вхо­да свой че­мо­дан из Во­ен­тор­га. Ощу­тил ее неж­ное объ­я­тие. “На­ко­нец-то ты здесь! Мы по­бе­ди­ли! Мир для те­бя от­крыт!” (...) Мы дол­го вы­би­ра­ли, в ка­ком пла­тье пи­сать порт­рет. У нее бы­ло столь­ко на­ря­дов!».

Гла­зу­нов про­зрач­но на­ме­кал жур­на­ли­стам, что при же­ла­нии мог бы остать­ся на этой вил­ле на­все­гда – но, как ис­тин­ный пат­ри­от, пред­по­чел ча­рам ита­льян­ской кра­са­ви­цы лю­бовь к Ро­дине.

Впро­чем, ху­дож­ни­ков, стре­мив­ших­ся за­пе­чат­леть осле­пи­тель­ную Джи­ну Лол­ло­бри­джи­ду, хва­та­ло и в Ита­лии. Од­на­жды она в те­че­ние че­ты­рех дней по­зи­ро­ва­ла в Ми­лане трид­ца­ти пя­ти ху­дож­ни­кам, пред­став­ляв­шим са­мые раз­ные шко­лы. Ее изоб­ра­зи­ли в сти­лях на­ту­ра­лиз­ма, ро­ман­тиз­ма, им­прес­си­о­низ­ма, да­же аб­страк­ци­о­низ­ма; несколь­ко сво­их порт­ре­тов Джина ку­пи­ла.

ИН­ТЕР­ВЬЮ С КОМАНДАНТЕ

В ше­сти­де­ся­тые го­ды кар­ти­ны, в ко­то­рых сни­ма­лась Джина Лол­ло­бри­джи­да, все ре­же становились зна­ко­вы­ми. «Им­пер­ская

Ве­не­ра», «Со­ло­мен­ная вдо­ва», «Стран­ные су­пру­ги», «Отель “Па­ра­ди­зо”», «Доб­рый ве­чер, мис­сис Кэм­п­белл», «Пре­крас­ный но­ябрь» и дру­гие ре­гу­ляр­но при­но­си­ли ей пре­стиж­ные ки­но­на­гра­ды, но не становились та­ки­ми гром­ки­ми со­бы­ти­я­ми, как ее кар­ти­ны пя­ти­де­ся­тых. «В ки­но у ме­ня столь­ко на­град, что чув­ствую се­бя ге­не­ра­лом в от­став­ке, – го­во­ри­ла она. – Но у ме­ня нет ощу­ще­ния, что я пол­но­стью ре­а­ли­зо­ва­ла се­бя в ки­не­ма­то­гра­фе».

В на­ча­ле се­ми­де­ся­тых она сни­ма­лась все ре­же и уже по­ни­ма­ла, что по­ра ухо­дить. Злые язы­ки утвер­жда­ли, что она пе­ре­ста­ла ин­те­ре­со­вать ре­жис­се­ров и про­дю­се­ров, а са­ма Джина при­дер­жи­ва­лась той вер­сии, что не хо­чет опус­кать план­ку, сни­ма­ясь в сла­бых филь­мах. В кон­це кон­цов, в ее жиз­ни бы­ло не толь­ко ки­но.

В 1973 го­ду Джина Лол­ло­бри­джи­да вы­пу­сти­ла фо­то­аль­бом «Моя Ита­лия». Ак­три­са объ­ез­ди­ла всю стра­ну, а по­сколь­ку да­же в са­мой глу­хой ита­льян­ской глу­бин­ке ее не­мед­лен­но узна­ва­ли, ме­ня­ла внеш­ность с по­мо­щью па­ри­ка и бес­фор­мен­ной одеж­ды, а ко­гда не по­мо­га­ло и это, пе­ре­оде­ва­лась в муж­чи­ну. На аль­бом она из­рас­хо­до­ва­ла бо­лее ты­ся­чи пле­нок, в про­цес­се раз­би­ла ав­то­мо­биль и чуть не вы­па­ла из са­мо­ле­та... «Я смог­ла уви­деть то, че­го ни од­на ки­но­звез­да не ви­де­ла, – ни­щие квар­та­лы, тру­що­бы, тя­же­лый быт лю­дей. По­бы­вать в ме­стах, ку­да нас не при­гла­ша­ют. Моя из­люб­лен­ная те­ма – лю­ди. Я сни­ма­ла их в раз­лич­ных жиз­нен­ных си­ту­а­ци­ях...». «Моя Ита­лия» ста­ла ту­ри­сти­че­ским бест­сел­ле­ром и бы­ла мно­го­крат­но пе­ре­из­да­на.

А в 1974 го­ду Джина Лол­ло­бри­джи­да при по­сред­ни­че­стве по­эта Ев­ге­ния Ев­ту­шен­ко, ко­то­ро­го то­же фо­то­гра­фи­ро­ва­ла в Москве, и ку­бин­ско­го по­соль­ства в СССР смог­ла по­бы­вать на Ку­бе и снять до­ку­мен­таль­ный фильм о Фи­де­ле Каст­ро,

ко­то­рый в те вре­ме­на не слиш­ком охот­но об­щал­ся с жур­на­ли­ста­ми.

Она вспо­ми­на­ла, как в ожи­да­нии ви­зи­та Фи­де­ля при­ни­ма­ла с по­друж­кой сол­неч­ную ван­ну – ра­зу­ме­ет­ся, без ку­паль­ни­ка. Команданте явил­ся без пре­ду­пре­жде­ния. «Он во­шел, улыб­нул­ся, сде­лал вид, что не за­ме­тил, как я оде­та, по­жал мне ру­ку и по­здра­вил с при­бы­ти­ем на Ку­бу».

В ОТ­СТАВ­КЕ

Оста­вив ки­но, Джина Лол­ло­бри­джи­да смог­ла вер­нуть­ся еще к од­но­му твор­че­ско­му увле­че­нию мо­ло­до­сти – скульп­ту­ре. Близ­кий друг ак­три­сы, скуль­птор Джа­ко­мо Ман­цу, под­дер­жал ее мо­раль­но и про­фес­си­о­наль­но, од­на­ко по­чти де­ся­ток лет Джина ва­я­ла, не по­ка­зы­вая сво­их ра­бот ши­ро­кой пуб­ли­ке. Ее из­люб­лен­ной тех­ни­кой ста­ли по­ли­хром­ные скульп­ту­ры в мра­мо­ре и брон­зе, а сквоз­ной те­мой – об­ра­зы из ее дет­ства и ее ки­но­ро­лей. Раз­мер ра­бот ва­рьи­ро­вал­ся от ма­лень­ких ста­ту­эток до ком­по­зи­ций вы­со­той в несколь­ко мет­ров, что тре­бо­ва­ло от ав­то­ра, кро­ме про­че­го, еще и неза­у­ряд­ной фи­зи­че­ской си­лы.

В 1992 го­ду она впер­вые пред­ста­ви­ла пя­ти­мет­ро­вую скульп­ту­ру под на­зва­ни­ем «Жить вме­сте» на Все­мир­ной вы­став­ке в Се­ви­лье. От­зы­вы кри­ти­ков бы­ли да­ле­ко не сплошь ком­пли­мен­тар­ны­ми, но Джина не оста­но­ви­лась, ор­га­ни­зо­вав пер­со­наль­ную вы­став­ку в Па­ри­же. В 2003-м она при­вез­ла свои ра­бо­ты в Моск­ву, где, ко­неч­но, име­ла шум­ный успех.

В 80-90-е Лол­ло­бри­джи­да эпи­зо­ди­че­ски поз­во­ля­ла се­бе по­яв­лять­ся на ки­но- и те­ле­экране. А еще бал­ло­ти­ро­ва­лась в Ев­ро­пар­ла­мент от ита­льян­ской ле­во­цен­трист­ской пар­тии «Де­мо­кра­ты» (прав­да, не про­шла), со­труд­ни­ча­ла на доб­ро­воль­ных на­ча­лах с ЮНЕСКО и ЮНИСЕФ. Сно­ва в эпи­цен­тре вни­ма­ния прес­сы Джина Лол­ло­бри­джи­да ока­за­лась в 2007 го­ду, ко­гда вне­зап­но объ­яви­ла о сво­ей ско­рой сва­дьбе с ис­пан­ским биз­не­сме­ном Ха­вье­ром Ри­гау. Он был мо­ло­же 79-лет­ней звез­ды на 34 го­да, и тай­ный ро­ман меж­ду ни­ми, как утвер­жда­ла она, про­дол­жал­ся два де­сят­ка лет. Но до сва­дьбы не до­шло: по­вы­шен­ное вни­ма­ние па­па­рац­ци спуг­ну­ло же­ни­ха. Увы, ис­то­рия име­ла пе­чаль­ное про­дол­же­ние: че­рез три го­да

Ха­вьер Ри­гау все-та­ки же­нил­ся на Джине Лол­ло­бри­джи­де... в ее от­сут­ствие, по до­ве­рен­но­сти. Ак­три­са по­да­ла в суд, утвер­ждая, что да­ва­ла ему до­ве­рен­ность со­всем по дру­го­му по­во­ду и не зная ис­пан­ско­го язы­ка, но про­иг­ра­ла. По­сле это­го су­деб­ный про­цесс воз­бу­дил уже ее сын Мил­ко, тре­буя на­зна­чить ма­те­ри опе­ку­на, что­бы она сно­ва не ста­ла жерт­вой афе­ри­стов...

Са­ма Джина Лол­ло­бри­джи­да уве­ре­на, что ни в ка­ких опе­ку­нах не нуж­да­ет­ся. Она от­празд­но­ва­ла де­вя­но­сто­ле­тие, об­за­ве­лась – луч­ше позд­но, чем ни­ко­гда – лич­ной звез­дой на Гол­ли­вуд­ской ал­лее сла­вы. И на­де­ет­ся на свою хо­ро­шую ге­не­ти­ку – од­на из ее те­ту­шек до­жи­ла до ста три­на­дца­ти лет.

Па­но­ра­ма Су­бья­ко. В этом ста­рин­ном го­род­ке по­яви­лась на свет и про­ве­ла дет­ство на­ша ге­ро­и­ня. На стра­ни­це спра­ва – Джина в пе­ри­од уча­стия в кон­кур­сах кра­со­ты. Груп­по­вая фо­то­гра­фия – участ­ни­цы «Мисс Ита­лия» на Ла­го-Ма­д­жо­ре. 1947. Чет­вер­тая сле­ва – Лол­ло­бри­джи­да

Мил­ко Ско­фи­чем

Свер­ху вниз: еще неза­муж­няя Джина и она же – с му­жем,

Джина в филь­ме «Тра­пе­ция». 1956. В этом филь­ме ее парт­не­ра­ми бы­ли То­ни Кер­тис и берт Лан­ка­стер

↑ Нео­т­ра­зи­мая Эсме­раль­да – од­на из наи­бо­лее за­пом­нив­ших­ся ро­лей Джи­ны Лол­ло­бри­джи­ды и, как го­во­рят, луч­шее во­пло­ще­ние ге­ро­и­ни Вик­то­ра Гю­го

С един­ствен­ным сы­ном – ан­дре­аМил­ко и му­жем – Мил­ко Ско­фи­чем

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.