Мне снят­ся ве­щие сны

Ино­гда я ви­жу во сне то, что мо­жет слу­чить­ся с близ­ки­ми или со­всем незна­ко­мы­ми людь­ми. Но из­ме­нить ни­че­го не мо­гу

Misticheskie Istorii Iz Zhizni - - Первая страница - В АНА­СТА­СИЯ

Пер­вый ве­щий сон, ко­то­рый за­пом­нил­ся, при­снил­ся мне в пя­ти­лет­нем воз­расте. Я уви­де­ла, как мы с ба­буш­кой гу­ля­ли в пар­ке. Она си­де­ла на ска­мей­ке, я при­мо­сти­лась ря­дом и при­че­сы­ва­ла свою лю­би­мую кук­лу. Неожи­дан­но ба­бу­ля под­ня­лась. На­кло­нив­шись, по­це­ло­ва­ла ме­ня в ще­ку: «Будь хо­ро­шей де­воч­кой, слу­шай­ся ма­му и папу... » – по­сле че­го мед­лен­но по­шла вдаль по ал­лее.

– Ты ку­да? – за­кри­ча­ла я.

– Ухо­жу, Настень­ка... – обер­ну­лась, но не оста­но­ви­лась она.

– Мож­но я с то­бой?

Ба­буш­ка улыб­ну­лась, по­ка­ча­ла го­ло­вой и вновь про­дол­жи­ла свой путь. Мне ста­ло страш­но, я бро­си­лась вдо­гон­ку, но она вдруг рас- тво­ри­лась в воз­ду­хе. Просну­лась я в сле­зах, опро­ме­тью бро­си­лась в ро­ди­тель­скую спаль­ню.

– Ма­ма, па­па, ба­бу­ля ушла! На­со­всем!!! – за­хле­бы­ва­ясь от ры­да­ний,ры­да­ний кри­ча­ла я.

– Настень­ка, де­точ­ка, успо­кой­ся! С ба­буш­кой все в по­ряд­ке, она спит в сво­ей ком­на­те... – лас­ко­во вор­ко­ва­ла ма­ма, креп­ко при­жи­мая ме­ня к се­бе.

– Те­бе про­сто при­снил­ся пло­хой сон, – вто­рил па­па, гла­дя ме­ня по го­ло­ве. Но я все не мог­ла успо­ко­ить­ся – со мной слу­чи­лась насто­я­щая ис­те­ри­ка.

– Ну хо­ро­шо, хо­ро­шо, пой­дем к ба­буш­ке, что­бы ты убе­ди­лась, что она ни­ку­да не де­лась, – пред­ло­жи­ла ма­ма.

Ба­бу­ля ле­жа­ла с за­кры­ты­ми гла­за­ми и за­стыв­шей на гу­бах лег­кой по­лу­улыб­кой.

– Вот ви­дишь, она спит, – ше­по- том ска­за­ла ма­ма, но па­па, ко­то­рый то­же за­чем-то по­шел с на­ми, вдруг по­до­шел к кро­ва­ти и тро­нул ста­руш­ку за ру­ку. Вдруг рез­ко обер­нул­ся и мед­лен­но по­ка­чал го­ло­вой. Ма­ма вскрик­ну­ла и су­до­рож­но при­жа­ла ко рту ла­донь.

Ме­ня уве­ли в дет­скую и ве­ле­ли спать. Толь­ко на сле­ду­ю­щий день я узна­ла, что ба­бу­ля умер­ла. Во сне оста­но­ви­лось серд­це. Ни­кто это­го не ожи­дал. Она бы­ла еще не очень

Мне приснилось, что ба­буш­ка ушла на­со­всем. Ока­за­лось, она умер­ла во сне

ста­рой – все­го шесть­де­сят де­вять лет. Прав­да, год на­зад пе­ре­нес­ла ин­фаркт, но быст­ро по­шла на по­прав­ку, и в по­след­нее вре­мя ее са­мо­чув­ствие не вну­ша­ло опа­се­ний. На ба­буш­ки­ны по­хо­ро­ны ме­ня

не взя­ли, по­счи­та­ли это слиш­ком боль­шим стрес­сом для дет­ской пси­хи­ки.

Поз­же я слу­чай­но под­слу­ша­ла раз­го­вор ро­ди­те­лей.

— Ду­ма­ешь, Настень­ке дей­стви­тель­но что-то та­кое приснилось? – за­дум­чи­во ска­за­ла ма­ма. – Ты же здра­во­мыс­ля­щий че­че­ло­век! – уко­риз­нен­но воз­ра­зил отец.от –Не­уже­ли ве­ришь во всю эту ми­сти­че­скую ерун­ду? На­вер­ное, Настя той но­чью че­го-то ис­пу­га­лась, по­шла к ба­буш­ке, ста­ла ее звать, мо­жет, да­же за ру­ку тро­га­ла, ко­гда та не от­клик­ну­лась. Вот и при­бе­жа­ла к нам. Де­ти ведь мно­гое чув­ству­ют и по­ни­ма­ют, толь­ко сло­ва­ми не все­гда вы­ра­зить мо­гут...

Итак, ро­ди­те­ли не по­ве­ри­ли, что мне при­снил­ся ве­щий сон. То­гда еще не по­ве­ри­ли... Толь­ко че­рез пол­то­ра го­да, ко­гда я уви­де­ла во сне оче­ред­ное про­ро­че­ство, по­ня­ли на­ко­нец: их дочь об­ла­да­ет осо­бым да­ром.

Хо­чу ска­зать, что мне, как лю­бо­му нор­маль­но­му че­ло­ве­ку, сны снят­ся до­воль­но ча­сто, но, проснув- шись, я, как пра­ви­ло, не мо­гу их вспом­нить. Дру­гое де­ло – ве­щие сно­ви­де­ния. Они необы­чай­но яр­ки, зри­мы, по­чти ося­за­е­мы, и их вплоть до са­мых мель­чай­ших де­та­лей я пом­ню да­же спу­стя го­ды. Тот сон, ко­то­рый мне явил­ся на­ка­нуне пер­во­го дня мо­ей школь­ной жиз­ни, – то­же...

Пер­во­го сен­тяб­ря я просну­лась ра­но. На спин­ке сту­ла уже ви­се­ла от­гла­жен­ные бе­лая блуз­ка и бан­ты, ко­то­рые, вви­ду тор­же­ствен­но­го слу­чая, пред­по­ла­га­лось ка­ким- то об­ра­зом при­кре­пить за­кол­ка­ми к мо­ей ко­рот­кой, по­чти маль­чи­ше­чьей стриж­ке. Хоть на ча­сах еще не бы­ло и ше­сти, по­мча­лась в спаль­ню ро­ди­те­лей, за­те­ре­би­ла ма­му за пле­чо:

– Ма, да­вай ско­рее оде­вать­ся! А то вдруг опоз­да­ем в шко­лу... Она по­тя­ну­лась, улыб­ну­лась:

– Вот то­ро­пы­га! Еще успе­ешь... – но уви­дев в мо­их гла­зах да­же не ис­пуг, а па­ни­ку, под­ня­лась с кро­ва­ти.

– Лад­но, по­зав­тра­ка­ем и бу­дем оде­вать­ся. Сей­час толь­ко с бал­ко­на твое бе­льиш­ко сни­му...

– Нет!!! – за­кри­ча­ла я, хва­тая ее за ру­кав.

– Не вы­хо­ди! – Настень­ка, что с то­бой? – ли­цо у ма­мы ста­ло оза­бо­чен­ным, она да­же при­кос­ну­лась ла­до­нью к мо­е­му лбу – нет ли тем­пе­ра­ту­ры, не бре­жу ли...

– На бал­кон нель­зя! Нель­зя!!! Он... Мне... Не нуж­но, не вы­хо­ди! – мои бес­связ­ные вы­кри­ки, на­вер­ное, и впрямь по­хо­ди­ли на го­ря­чеч­ный бред.

– Лад­но, не бу­ду вы­хо­дить, – кив­ну­ла ма­ма (как я по­том по­ня­ла, толь­ко что­бы я успо­ко­и­лась). – Иди умывайся, а я по­ка зав­трак при­го­тов­лю.

С дет­ства ме­ня при­учи­ли умы­вать­ся очень тща­тель­но – мыть не толь­ко ли­цо, но и шею, уши... И зу­бы я все­гда по­дол­гу чи­сти­ла. В об­щем, вы­шла из ван­ной я толь­ко спу­стя ми­нут пять-семь и за­ста­ла ма­му непо­движ­но си­дя­щей на ди- ване в го­сти­ной. Ни­ко­гда в жиз­ни, ни до то­го слу­чая, ни по­сле, я еще не ви­де­ла та­ко­го цве­та ли­ца у жи­во­го че­ло­ве­ка. Го­во­рят, стал бе­лый как мел. Ли­цо у ма­мы в тот мо­мент бы­ло не бе­лым, а ка­ко­го-то жут­ко­го се­ро-го­лу­бо­го от­тен­ка, не име­ю­ще­го ни­че­го об­ще­го с цве­том че­ло­ве­че­ской ко­жи. Она при­жи­ма­ла ла­до­ни к се­рым ще­кам и тя­же­ло с при­сви­стом ды­ша­ла, буд­то толь­ко что про­бе­жа­ла сто­мет­ров­ку. Бал­кон­ная дверь бы­ла от­кры­та на­стежь.

Я, как сом­нам­бу­ла, дви­ну­лась к этой две­ри, и ма­ма на­ко­нец оч­ну­лась, вско­чи­ла, бро­си­лась мне на­пе­ре­рез, схва­ти­ла в охап­ку, ута­щи­ла на ди­ван, еще и на­ва­ли­лась всем те­лом так, что я не мог­ла по­ше­ве­лить ни ру­кой, ни но­гой. А по­сле вскрик­ну­ла неесте­ствен­но визг­ли­вым го­ло­сом: «Па­ша!» Из спаль­ни при­бе­жал за­спан­ный па­па, уви­дел ма­ми­но ли­цо и за­стыл на ме­сте, слов­но на­толк­нув­шись на неви­ди­мую пре­гра­ду. Спро­сил по­че­му-то сви­стя­щим ше­по­том: «Что слу­чи­лось?»

– Я вы­шла на бал­кон снять На­сти­но бе­лье... – ма­ма раз­жа­ла паль­цы, и на пол по­ле­те­ли мои тру­си­ки и ма­еч­ка. – И вдруг скре­жет... Тре­щи­на на­ис­ко­сок... Гро­хот! Был

Па­па

оста­но­вил­ся пе­ред бал­кон­ной две­рью. За ней ни­че­го не бы­ло! Пу­сто­та!

та­кой страш­ный гро­хот! Как ты мог не проснуть­ся от та­ко­го су­ма­сшед­ше­го гро­хо­та?! Па­ша, осто­рож­но! – вскрик­ну­ла она, уви­дев, что па­па на­прав­ля­ет­ся к бал­ко­ну. Пе­ред са­мой две­рью он оста­но­вил­ся, при­свист­нул, по­сто­ял несколь­ко мгно­ве­ний, ка­ча­ясь с нос­ка на пят­ку. По­том по­вер­нул к нам удив­лен­ное ли­цо.

– Его нет... – не то во­про­си­тель­но, не то утвер­ди­тель­но ска­зал он.

– Об­ру­шил­ся! – ма­ми­но ли­цо

п осте­пен­но утра­чи­ва­ло се­ро­го­лу­бой от­те­нок, хо­тя все еще оста­ва­лось очень блед­ным. – Я еле успе­ла за­прыг­нуть в квар­ти­ру! – Ма­ма со­бра­ла с по­ла мои тру­сы, май­ку и ста­ла скла­ды­вать их, раз­гла­жи­вая у се­бя на ко­лене. Око­ло ми­ну­ты она за­ни­ма­лась этим бес­смыс­лен­ным и очень труд­ным де­лом. Ее паль­цы так силь­но дро­жа­ли, что прак­ти­че­ски не слу­ша­лись. По­том неожи­дан­но сно­ва сбро­си­ла бе­льиш­ко на пол и рез­ко обер­ну­лась ко мне:

– Настя. От­ку­да. Ты. Зна­ла. Про. Бал­кон? – ро­ня­ла она сло­ва.

– Мне приснилось, – объ­яс­ни­ла я, и до­ба­ви­ла: – Как то­гда, с ба­буш­кой.

Ро­ди­те­ли пе­ре­гля­ну­лись.

– И ча­сто те­бе снят­ся та­кие сны? – глу­хо спро­сил па­па.

– Не очень, – при­зна­лась я.

– А от­ку­да ты зна­ешь, что это имен­но та­кой сон? – ста­ла до­пы­ты­вать­ся ма­ма.

– Они осо­бен­ные. Не та­кие, как дру­гие. И я их утром пом­ню...

Мне, ше­сти­лет­ней, не хва­та­ло слов, что­бы пе­ре­дать всю яр­кость и ося­за­е­мость ве­щих снов, но да­же та­кое ску­пое объ­яс­не­ние удо­вле­тво­ри­ло лю­бо­пыт­ство ро­ди­те­лей.

– Мо­жет, сто­ит Настю­шу вра­чу по­ка­зать? – за­дум­чи­во про­тя­нул отец.

– Ме­ди­ци­на та­кое не ле­чит! – жест­ко от­ре­за­ла ма­ма. – Это не бо­лезнь, а Дар! – и до­ба­ви­ла со­всем уже дру­гим, теп­лым и про­си­тель­ным то­ном: – Настень­ка, ты нам рас­ска­зы­вай, ко­гда те­бе та­кое бу­дет снить­ся, лад­но?

Я по­обе­ща­ла го­во­рить. Сле­дую- щий ве­щий сон уви­де­ла по­сле по­чти двух­лет­не­го пе­ре­ры­ва.

Я, верная сво­е­му обе­ща­нию, сра­зу же рас­ска­за­ла о нем ма­ме:

– Мне се­год­ня Дуль­ся при­сни­лась... – ска­за­ла я сры­ва­ю­щим­ся от под­сту­па­ю­щих к гор­лу ры­да­ний го­ло­сом.

Дуль­сей (со­кра­щен­но от Дуль­си­неи) зва­ли ры­жую, по­хо­жую на ли­сич­ку, двор­ня­гу, ко­то­рую щен­ком я по­до­бра­ла в школь­ном дво­ре. Ма­ма, услы­шав, что речь идет о со­ба­ке, рас­сла­би­лась, по­ту­ши­ла ис­пуг в гла­зах: «И что с ней?»

– Мне приснилось, что Дуль­ся по­па­ла под ма­ши­ну... – и за­пла­ка­ла. Ма­ма по­гла­ди­ла ме­ня по го­ло­ве: – И хо­ро­шо, что приснилось. Те­бя сон пре­ду­пре­дил, что за со­ба­кой нуж­но луч­ше сле­дить. Ко­гда гу­ля­ешь с ней, не спус­кай с при­вя­зи, и ни­че­го то­гда с тво­ей лю­би­ми­цей не слу­чит­ся...

Я по­ве­ри­ла. Но че­рез три дня во вре­мя про­гул­ки Дуль­ся по­гна­лась за кош­кой, а я не смог­ла удер­жать в ру­ках по­во­док... Визг тор­мо­зов, мат во­ди­те­ля, кри­ки си­дя­щих на ла­воч­ке воз­ле подъ­ез­да ба­бу­лек. Ко­гда я от­кры­ла гла­за, лох­ма­тое со­ба­чье тель­це недвиж­но ле­жа­ло на ас­фаль­те в стре­ми­тель­но рас­пол­за­ю­щей­ся лу­жи­це кро­ви. И то­гда я по­ня­ла: зна­ние не мо­жет предот­вра­тить тра­ге­дию, а мои ве­щие сны – ни­ка­кой не дар, а про­кля­тие. По­верь­те, это очень страш­но – ждать бе­ды и при этом осо­зна­вать, что ты не в си­лах ни­че­го из­ме­нить! Ма­ма пы­та­лась убе­дить ме­ня, что слу­чай с со­ба­кой – про­сто роковое сов­па­де­ние, и, ес­ли бы не со­сед­ская кош­ка, несмот­ря на мой ве­щий сон, дожила бы на­ша Дуль­си­нея до весь­ма пре­клон­но­го со­ба­чье­го воз­рас­та. Она при­во­ди­ла в при­мер се­бя:

– Пом­нишь, те­бе приснилось, что бал­кон об­ру­шил­ся... Я же оста­лась жи­ва! Твой сон ни при чем!

Все бы­ло со­всем не так! Мне ведь то­гда приснилось, что стою вни­зу под до­мом и ви­жу, как наш бал­кон вдруг ле­тит вниз. Гро­хот, пыль, фон­тан бе­тон­ных об­лом­ков, ко­ло­коль­ный звон уда­ра же­лез­ных пе­рил о ка­на­ли­за­ци­он­ный люк... Па­да­ю­щий бал­кон в мо­ем сне был, а ма­мы не бы­ло. Так что, она вы­бра­ла непра­виль­ный, неудач­ный при­мер. Но все-та­ки я упря­мо пред­при­ня­ла еще од­ну по­пыт­ку по­спо­рить с пред­ска­зан­ной оче­ред­ным сно­ви­де­ни­ем судь­бой.

Я то­гда бы­ла уже взрос­лой – учи­лась на пер­вом кур­се уни­вер­си­те­та и со­би­ра­лась пер­вые в жиз­ни сту­ден­че­ские ка­ни­ку­лы про­ве­сти вме­сте с со­курс­ни­ка­ми в Кар­па­тах. Как я жда­ла этой по­езд­ки, как меч­та­ла о ней! Но неожи­дан­но за пять дней до отъ­ез­да мне снит­ся, что ле­жу на вы­со­кой кой­ке, ле­вая но­га в гип­се, вы­со­ко под­ня­та над кро­ва­тью хит­рой си­сте­мой крон­штей­нов и гру­зи­ков, а на тум­боч­ке – ма­лень­кая на­ря­жен­ная елоч­ка. Не­уже­ли мне при­дет­ся встре­чать Но­вый год не с дру­зья­ми в горах, а в боль­нич­ной па­ла­те?

Ес­ли бы вы толь­ко зна­ли, как осто­рож­но я пе­ре­дви­га­лась все эти пять дней. Сто­ро­ной об­хо­ди­ла лед, не до­го­ня­ла отъ­ез­жа­ю­щую марш­рут­ку, по лест­ни­цам спус­ка­лась-под­ни­ма­лась со ско­ро­стью раз­би­той ра­ди­ку­ли­том сто­лет­ней ста­ру­хи. Да­же пе­ре­ста­ла но­сить но­вые са­по­ги на каб­лу­ках, а ста­ла тас­кать ста­рые – страш­ные и немод­ные, но с устой­чи­вой риф­ле­ной по­дош­вой.

Это слу­чи­лось до­ма в день отъ­ез­да, все­го за три ча­са до по­ез­да. Я шла по ко­ри­до­ру и упа­ла, что на­зы­ва­ет­ся, на ров­ном ме­сте. По­том, как во все­на­род­но лю­би­мой ко­ме­дии «...по­те­рял со­зна­ние, оч­нул­ся –

В сле­ду­ю­щий раз я уви­де­ла ги­бель сво­ей со­ба­ки. Пы­та­лась ее спа­сти, но не смог­ла По­ни­ма­ла, что толь­ко ви­жу бу­ду­щее, но не в си­лах ни­че­го предот­вра­тить

гипс». В том го­ду дру­зья уеха­ли Кар­па­ты без ме­ня... Все на­вер­ня­ка слы­ша­ли вы­ра­же­ние «от судь­бы не уй­дешь». Од­на­ко ни­кто его не по­ни­ма­ет так бук­валь­но, так бес­по­щад­но, как я. А сло­ва пес­ни помни­те: «За­ду­ма­ны так лю­ди – же­ла­ют знать, же­ла­ют знать, же­ла­ют знать, что бу­дет...»? Я не же­лаю!!! Я не хо­чу знать, ка­кую под­лян­ку при­пас­ли для ме­ня там, на­вер­ху. Те­перь бо­юсь ло­жить­ся спать: а вдруг сно­ва уви­жу ве­щий сон, ко­то­рый предупредит о гря­ду­щем несча­стье, но да­же не по­ду­ма­ет на­учить, как от него убе­речь­ся.

Ес­ли про­сум­ми­ро­вать все мои осо­бен­ные сно­ви­де­ния, вый­дет не боль­ше де­сят­ка. Де­сять пред­ска­за­ний за два­дцать лет – вро­де и немно­го. Мил­ли­о­ны страш­ных ми­нут ожи­да­ния бе­ды – аст­ро­но­ми­че­ские циф­ры.

По прав­де го­во­ря, мне уже не два­дцать, а два­дцать шесть. Про­сто по­след­ние го­ды мне сни­лись толь­ко обык­но­вен­ные «че­ло­ве­че­ские» сны. Теп­ли­лась на­деж­да, что за­му­же­ство чу­дес­ным об­ра­зом по­вли­я­ло на мой дар-про­кля­тие, и кош­мар пред­ви­де­ния остал­ся в про­шлом. Я прак­ти­че­ски убе­ди­ла се­бя в этом, по­ве­ри­ла, что те­перь – та­кая же, как все. Но ме­сяц на-

Пой­ма­ла част­ни­ка и по­мча­лась на оста­нов­ку ав­то­бу­са. Я успе­ла за миг до ава­рии

зад просну­лась в хо­лод­ном по­ту. Каж­дая де­таль недав­не­го сна от­пе­ча­та­лась в па­мя­ти. Ско­си­ла взгляд на спя­ще­го ря­дом су­пру­га. Ока­за­лось, что Пе­тя не спит – смот­рит на ме­ня оза­бо­чен­но и тре­вож­но.

– Ма­лыш, ты толь­ко что кри­ча­ла во сне. Пло­хой сон при­снил­ся?

– Пло­хой. Очень! – Я вско­чи­ла с по­сте­ли и за­ме­та­лась по ком­на­те.

– У те­бя же вы­ход­ной! Ты же се­год­ня со­би­ра­лась от­сы­пать­ся... Настя, что...

Вы­ле­тев в го­сти­ную, на­бра­ла домашний но­мер ро­ди­те­лей. Труб­ку взял па­па. Го­лос его был со­всем сон­ным.

– Ма­му по­зо­ви, – по­про­си­ла я, да­же за­быв по­здо­ро­вать­ся.

– Она ушла на ра­бо­ту. А что слу... Я бро­си­ла труб­ку на ры­чаг и схва­ти­лась за мо­биль­ный. Хо­ро­шо, что ма­мин но­мер «за­бит» в ме­ню – не нуж­но тра­тить дра­го­цен­ное вре­мя на на­бор цифр. От­ве­тил по­че­му-то сно­ва отец.

– Из­ви­ни, я, на­вер­ное, ошиб­лась. Ма­ме зво­ни­ла, а на­бра­ла твой...

– Да нет, не ошиб­лась, – доб­ро­душ­но хмык­нул па­па. – Она свою труб­ку до­ма за­бы­ла. Ко­неч­но, от до­ма ро­ди­те­лей до той оста­нов­ки на­мно­го бли­же, но по­ка па­па со­об­ра­зит, о чем я го­во­рю... На­бро­си­ла пря­мо на ноч­ную ру­баш­ку дуб­лен­ку, вы­ско­чи­ла на ули­цу, пой­ма­ла част­ни­ка.

Я уви­де­ла ма­ми­ну оди­но­кую фи­гур­ку из­да­ле­ка. Она жда­ла марш­рут­ку. От­крыть двер­цу и вта­щить ее на зад­нее си­де­нье – де­ло од­ной ми­ну­ты. Я успе­ла, успе­ла!!!

Мы отъ­е­ха­ли мет­ров сто, ко­гда мно­го­тон­ный гру­зо­вик вы­нес­ло с про­ез­жей ча­сти на тро­туар пря­мо воз­ле пу­стын­ной оста­нов­ки. Зна­чит, все-та­ки мои про­ро­че­ские сны – это ДАР?

Бла­го­да­ря сну мне уда­лось спа­сти ма­му

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.