Ху­дож­ник, ко­то­рый ри­су­ет судь­бу

Не­уже­ли имен­но порт­рет вы­со­сал из мо­ей же­ны всю жиз­нен­ную си­лу и энер­гию?

Misticheskie Istorii Iz Zhizni - - Весть изиного мира -

Спа­лось на но­вом ме­сте про­сто от­лич­но – на­вер­ное, воз­дух здесь был та­кой... сно­твор­ный. Боль­ше трех лет я не хо­дил в от­пуск, а по­том пси­ха­нул, по­шел к ди­рек­то­ру и за­явил: ес­ли не от­пу­стит ме­ня от­дох­нуть, уво­люсь. Шеф по­вор­чал, но от­пу­стил. Мы с же­ной по­чти на все ле­то сня­ли да­чу в жи­во­пис­ном при­го­ро­де. Ко­гда я проснул­ся, ча­сы по­ка­зы­ва­ли на­ча­ло вось­мо­го. Вый­дя из до­ма, уви­дел, что лю­би­мая си­дит на ка­че­лях и ест из мис­ки че­реш- ню. При­мо­стил­ся ря­дом, на­мо­тал на па­лец прядь На­та­ши­ных во­лос. Они бы­ли влаж­ны­ми. – Уже успе­ла душ при­нять? – спро­сил я. – Уже успе­ла сбе­гать на реч­ку и ис­ку­пать­ся, – за­сме­я­лась же­на. – Кста­ти, по­зна­ко­ми­лась там с на­шим со­се­дом. – Ка­кой-ни­будь за­яд­лый ры­бак пен­си­он­но­го воз­рас­та? – Ни­че­го по­доб­но­го! Мо­ло­дой, ин­те­рес­ный и оба­я­тель­ный муж­чи­на. Зо­вут Мар­ком. На­таш­ка – кра­са­ви­ца, к то­му же на во­семь лет мо­ло­же ме­ня. По­нят­но, что я ее рев­ную. Од­на­ж­ды, вско­ре е по­сле сва­дьбы, да­же скан­дал на а этой поч­поч­веч­ве поч­ве за­ка­тил.за­ка­тил за­ка­тил. Же­на то­гда пла­ка­ла, а еще ска­за­ла: «Ес­ли бы зна­ла, что ты та­кой Отел­ло, не вы­шла бы за те­бя за­муж». Я по­про­сил про­ще­ния и по­обе­щал впредь дер­жать свою рев­ность в уз­де. Но тут не сдер­жал­ся и бурк­нул: – Так вы с этим оба­яш­кой на па­ру в реч­ке плес­ка­лись? – Са­ша, не на­чи­най, – по­мор­щи­лась лю­би­мая. – Марк во­об­ще не ку­пал­ся. Он – ху­дож­ник и на бе­ре­гу пи­сал этюд. Кста­ти, у него на паль­це есть об­ру­чаль­ное коль­цо. И он при­гла­сил нас в го­сти. То, что со­сед же­нат, ме­ня немно­го успо­ко­и­ло. Од­на­ко от при­гла­ше­ния ре­шил не от­ка­зы­вать­ся и лич-

но убе­дить­ся, сто­ит су­пру­гу к нему рев­но­вать или нет. По­сле зав­тра­ка мы на­нес­ли «ви­зит веж­ли­во­сти». Марк (мо­ло­дой му­жик с бо­род­кой, по ви­ду мой ро­вес­ник) встре­тил нас ра­душ­но: – Пред­ла­гаю вы­пить ви­на за зна­ком­ство, – ска­зал он, по­жи­мая мне ру­ку. – Сей­час в бе­сед­ке стол на­крою, а вы по­ка, ес­ли хо­ти­те, мо­же­те мои ра­бо­ты по­смот­реть. – Ко­неч­но, хо­тим! – от­ве­ти­ла На­та­ша, и я сно­ва по­чув­ство­вал укол рев­но­сти, рев­но­сти­рев­но­сти, но воз­ра­жать не стал стал. На­сколь­ко по­ни­маю в жи­во­пи­си, со­сед был до­воль­но та­лант­ли­вым ху­дож­ни­ком. В ком­на­те, от­ве­ден­ной под ма­стер­скую, мы уви­де­ли мно­го пей­за­жей, несколь­ко на­тюр­мор­тов и все­го один порт­рет, на ко­то­ром бы­ла изоб­ра­же­на юная тем­но­во­ло­сая кра­са­ви­ца. – Это твоя же­на? – по­ин­те­ре­со­вал­ся я, ко­гда хо­зя­ин при­шел, что­бы ска­зать, что у него все го­то­во. – Да, – от­ве­тил он крат­ко. – Ты здесь на да­че один от­ды­ха­ешь? – за­дал во­прос, ко­то­рый ин­те­ре­со­вал ме­ня боль­ше все­го. – Мы здесь не от­ды­ха­ем, а жи­вем по­сто­ян­но. Юле нездо­ро­вит­ся, но она ска­за­ла, что к сто­лу вый­дет. Вид же­ны Мар­ка ме­ня по­ра­зил. Ка­кое-то сход­ство с кра­сот­кой на порт­ре­те, ко­неч­но, бы­ло, но... У жен­щи­ны, ко­то­рую уви­дел в бе­сед­ке, был зем­ли­стый цвет ко­жи и тем­ные кру­ги под гла­за­ми. А еще она бы­ла очень ху­дой (ко­жа да ко­сти) и вы­гля­де­ла стар­ше му­жа. «На­вер­ное, тя­же­ло боль­на, – по­ду­мал я с жа­ло­стью, – а бо­лезнь, как из­вест­но, ни­ко­го не кра­сит». Ви­зит к со­се­дям по­ка­зал: рев­но­вать На­та­шу нет при­чин. при­чин­при­чин. Марк не афи­ши­ро­вал сво­их чувств к жене, но, ко­гда смот­рел на нее, в его взгля­де бы­ло столь­ко люб­ви – ни­ка­кой ак­тер так не сыг­ра­ет. По­это­му, ко­гда он спро­сил, мож­но ли на­пи­сать На­та­шин порт­рет, я со­гла­сил­ся.

Сре­ди ра­бот Мар­ка бы­ли пей­за­жи, на­тюр­мор­ты и один жен­ский порт­рет...

Но по­ста­вил од­но усло­вие: тво­рить в на­шем са­ду, у ме­ня на гла­зах. На сле­ду­ю­щее утро со­сед, во­ору­жен­ный моль­бер­том, по­сту­чал в на­шу ка­лит­ку. Он ра­бо­тал быст­ро, и че­рез неде­лю порт­рет был го­тов. – Я на­пи­шу для вас ко­пию, – по­обе­щал Марк. Од­на­ко сво­е­го обе­ща­ния не сдер­жал, по­то­му что в тот же день ку­да-то уехал с же­ной, а на­зад они так и не вер­ну­лись. «На­вер­ное, Юле ста­ло со­всем пло­хо», – ре­шил я. Очень ско­ро про­бле­мы со здо­ро­вьем на­ча­лись и у На­та­ши: про­пал ап­пе­тит, ста­ли му­чить бес­сон­ни­ца, го­лов­ные бо­ли. Есте­ствен­но, мы вер­ну­лись в го­род. Я по­ло­жил лю­би­мую в боль­ни­цу на об­сле­до­ва­ние. Вра­чи рас­те­рян­но раз­во­ди­ли ру­ка­ми: все ана­ли­зы бы­ли в нор­ме. Тем не ме­нее, жене с каж­дым днем ста­но­ви­лось все ху­же. Ди­а­гноз ей так не по­ста­вил­ли, ли, но ин­ва­лид­ность да­ли. ССей­часй Сей­час ННа­та­лья На­та­лья вы­гля­дит точ­но так же, ккак как на­ша быв­шая со­сед­ка по да­че: се­ро-сжел­тая се­ро-жел­тая ко­жа, чер­ные кру­ги ппод под гла­за­ми, впа­лые ще­ки, пе­ре­соххшие хшие ббес­кров­ные бес­кров­ные гу­бы,б гу­бы, об­ме­тан-б об­ме­танн­ные ные ко­ро­стой.ко­ро­стой ко­ро­стой. А неде­лю на­зад по од­но­му из те­ле­ка­на­лов про­шел сю­жет об от­кры­тии пер­со­наль­ной вы­став­ки мо­ло­до­го ху­дож­ни­ка Мар­ка В. ККруп­ным Круп­ным пла­ном по­ка­за­ли ви­нов­ни­ка тор­же­ства и его спут­ни­цу. Это бы­ла Юлия. Но не та из­мож­ден­ная жен­щи­на, ко­то­рую я ви­дел в бе­сед­ке, а та, что на порт­ре­те – юная, све­жая, пре­крас­ная! За­тем ка­ме­ра за­сколь­зи­ла по раз­ве­шан­ным на сте­нах по­лот­нам. Мно­го пей­за­жей, несколь­ко на­тюр­мор­тов и все. Я – ма­те­ри­а­лист и праг­ма­тик, но все ча­ще мель­ка­ет мысль: мо­жет, тут за­ме­ша­на ми­сти­ка, как в рас­ска­зе Уайль­да о До­ри­ане Грее? Что ес­ли порт­ре­ты, ко­то­рые пи­шет Марк, вы­са­сы­ва­ют жиз­нен­ную энер­гию из на­тур­щиц? А что­бы вер­нуть од­ной из них мо­ло­дость и кра­со­ту, нуж­но отобрать ее у дру­гой! Вер­сия, ко­неч­но, бре­до­вая, но дру­гой у ме­ня нет. И как спа­сти На­та­шу, я не знаю.

АЛЕК­САНДР

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.