СУДЬ­БА, за­стыв­шая в кад­ре

На бло­ши­ном рын­ке я ку­пи­ла ста­рый фо­то­ап­па­рат. Из-за него со мной чуть не про­изо­шла бе­да

Misticheskie Istorii Iz Zhizni - - Темные силы - Чить­ся и - а - в а - , . , я - О по­жал см и а а и я ж т л о о л о л

Сей­час мне страш­но по­ду­мать, что мог­ло бы слу­чить­ся, ес­ли бы я не при­слу­ша­лась к сло­вам Да­ну­ты Вла­ди­сла­вов­ны… Как-то утром несколь­ко ме­ся­цев на­зад мы с Ви­кой и Мар­той по­шли на про­ме­над в сто­ро­ну бло­ши­но­го рын­ка.

– Ир­ка, смот­ри, ка­кой при­коль­ный фо­тик! По­ста­вишь у се­бя в сту­дии, так ска­зать, для ин­те­рье­ру, – Ви­ку­ся вы­та­щи­ла из ку­чи хла­ма ста­рый фо­то­ап­па­рат.

Я взя­ла в ру­ки ра­ри­тет: на­до же, «Ки­ев-4», яв­но из пер­вых вы­пус­ков се­ре­ди­ны про­шло­го ве­ка, по­тер­тый и весь в са­же.

– Ра­бо­чий? – по­ин­те­ре­со­ва­лась я у по­жи­ло­го муж­чи­ны.

– Не знаю, я его не раз­би­рал и не от­кры­вал – все рав­но ни­че­го в этом не смыс­лю. На­шел на чер­да- ке до­ма, ко­то­рый недав­но на­ча­ли сно­сить на Ве­сен­ней. Немно­го по­вер­те­ла в ру­ках ре­лик­вию и в ито­ге ку­пи­ла. Несколь­ко лет на­зад я окон­чи­ла кур­сы фо­то­гра­фов и от­кры­ла в на­шем го­ро­диш­ке са­лон. За­ра­бот­ков за­об­лач­ных он не при­но­сил, но на жизнь хва­та­ло. Да и мне са­мой нра­ви­лось за­ни­мать­ся фо­то­гра­фи­ей, по­то­му что этим увле­кал­ся па­па. Отец и на­учил мно­го­му. Ма­ло то­го, мне пе­ре­шло в на­след­ство все для фо­то­пе­ча­ти, еще со­вет­ских вре- мен. Он счи­тал, что на­сто­я­щее жи­вое фо­то мож­но сде­лать толь­ко ста­ры­ми ап­па­ра­та­ми, а «циф­ра» – это для ле­ни­вых без­да­рей. Ну а ре­ак­ти­вы в на­ше вре­мя ку­пить, к сча­стью, все еще мож­но. Да и па­па кое-что оста­вил.

Мы за­шли в ка­фе, я рас­смат­ри­ва­ла свое при­об­ре­те­ние.

– Дев­чон­ки, а он ра­бо­чий, ма­ло то­го, там да­же плен­ка внут­ри име­ет­ся. Вряд ли она еще жи­ва, но по­про­бую вас снять на сей ра­ри­рет. Прав­да, за ре­зуль­тат не ру­ча­юсь! Ве­че­ром я на­ду­ма­ла про­явить плен­ку:

– Толь­ко неиз­вест­но, на­сколь­ко дей­ствен­ны ре­ак­ти­вы, остав­лен­ные па­пой, но в лю­бом слу­чае ни­кто ни­че­го не те­ря­ет! – ска­за­ла

Мой па­па при­вил мне лю­бовь к фо­то­гра­фи­ро­ва­нию. Он был ма­сте­ром

са­ма се­бе и при­сту­пи­ла к ра­бо­те. Ока­за­лось, что ре­ак­ти­вы ра­бо­чие, а на плен­ке несколь­ко тем­ных сним­ков пло­хо­го ка­че­ства и па­ра-трой­ка вполне тер­пи­мых, да и на­ши се­го­дняш­ние уда­лись, во вся­ком слу­чае, я так сна­ча­ла по­ду­ма­ла.

На од­ном из ста­рых сним­ков я уви­де­ла мо­ло­дую де­вуш­ку. За­тем ее же и очень да­же сим­па­тич­но­го пар­ня. Сни­мок яв­но сту­дий­ный. Незна­ком­ка и мо­ло­дой че­ло­век буд­то бы разыг­ры­ва­ют ка­кую-то сце­ну, вро­де про­ща­ния. Но уж очень на­ту­раль­но, слов­но и на са­мом де­ле не все в их жиз­ни глад­ко. «Ин­те­рес­но, кто они та­кие?» – по­ду­ма­ла я и по­жа­ле­ла, что прав­ды уже ни­ко­гда не смо­гу узнать. Боль­ше все­го ме­ня уду­ди уди­ви­ли на­ши с дев­чон­ка­ми фот­ки. На сним­ках и я, и по­дру­ги вы­гля­де­ли,вы­гля­яд слов­но при­зра­ки с то­го све­та све­таа или мерт­ве­цы. Ли­ца блед­ные, иис ис­ка­жен­ные… На том фо­то, где бы­лаа бы­ла я я, пря­мо над го­ло­вой за­вис­ло что-что­тот что-то. У Ви­ки – ли­цо и ру­ки буд­то в кро­ви,кр а око­ло Мар­ты – пят­но, но про­смат­ри­вап ет­ся на­сто­я­щая пет­ля...пет­ля ну, на ка­ких ве­ша­ют­ся са­мо­убий­цы.са­мо­уб Ста­ло как-то жут­ко, но успо­ко­и­ла се­бя тем, что это брак ста­рой плен­ки или моя неспо­соб­ность к про­яв­ке. Од­на­ко что-то не да­ва­ло по­коя… Сно­ва и сно­ва я рас­смат­ри­ва­ла фо­то­гра­фии.

В этот мо­мент раз­дал­ся зво­нок в дверь. При­шла со­сед­ка, ба­буш­ка Да­на.

– Ириш­ка, я тут что-то в мо­биль­ном на­жа­ла не то, не ра­бо­та­ет. По­мо­жешь? А я те­бе пи­рож­ков при­нес­ла. Как пла­ту за труд, – она лас­ко­во улыб­ну­лась.

– Ко­неч­но, Да­ну­та Вла­ди­сла­вов­на! А вы по­ка чай­ку по­пей­те, у ме­ня пе­че­нье есть, ва­ше лю­би­мое! Да мои но­вые ра­бо­ты по­смот­ри­те!

Я лю­би­ла ми­лую ста­руш­ку, ко­то­рая дру­жи­ла еще с мо­ей по­кой­ной ба­буш­кой.

А ко­гда ро­ди­те­ли ку­пи­ли се­бе дом за го­ро­дом и пе­ре­еха­ли, она «взя­ла опе­ку» на­до мной: ча­стень­ко уго­ща­ла вся­ки­ми вкус­няш­ка­ми соб­ствен­но­го при­го­тов­ле­ния – пи­рож­ка­ми, ва­ре­ньем. Вни­ма­ние со­сед­ки при­влек­ли сним­ки из ста­ро­го фо­то­ап­па­ра­та. Она как-то стран­но на ме­ня гля­ну­ла и спро­си­ла:

– От­ку­да у те­бя они? Это же Ге­ля, по­дру­га мо­ей ма­мы.

Я и по­ве­да­ла ей ис­то­рию. – Дей­стви­тель­но, мир – боль­шая де­рев­ня, – ска­за­ла Да­ну­та. – Я ро­ди­лась и вы­рос­ла в до­ме на Ве­сен­ней ули­це. В том, где по­жар недав­но был. Ан­ге­ли­на вы­шла за­муж за ма­ми­но­го стар­ше­го бра­та. Вот мы и жи­ли все вме­сте в ком­му­нал­ке. Ее муж, мой дя­дя Ми­ша, был фо­то­гра­фом, ди­рек­то­ром на­ше­го един­ствен­но­го фо­то­ате­лье. И на­сто­я­щим ху­дож­ни­ком. Его порт­ре­ты все­гда от­ли­ча­лись ка­ки­ми-то сю­же­та­ми, каж­дый рас­ска­зы­вал ис­то­рию то­го че­ло­ве­ка, ко­то­ро­го сни­мал Ми­ха­ил. Дя­дя ча­сто де­лал та­кие сцен­ки, где в ка­че­стве мо­де­лей вы­сту­па­ли Ге­ля и Гри­ша, сту­дент, жив­ший по со­сед­ству. Ну и,

По­жа­ле­ла, жжа­лел­ла,, ч что так ни­ко­г­да­ни­и­ког и не узнаю, узна­юу­узнаю,, кто изоб­ра­же­ни­зо на ста­ром сним­кес­ним

ви­дать, про­ле­те­ла меж ни­ми ка­ка­я­то ис­кра… В го­ро­де сплет­ни­ча­ли, что яко­бы Ми­ха­ил их за­сту­кал. Их на­шли в ав­то мерт­вы­ми. Ни­кто не зна­ет, что про­изо­шло. По­до­зре­ние на Ми­шу па­ло. Но он рас­суд­ком по­вре­дил­ся. И по­ме­щен был в пси­хле­чеб­ни­цу, где и умер мно­го лет спу­стя. Ви­дать, это его ап­па­рат. – Ну что вы... Раз­ве мо­жет плен­ка

Яне мог­ла по­ве­рить, что с этой плен­ки вы­шли пло­хие, но все же чет­кие фот­ки

столь­ко лет про­ле­жать в фо­то­ап­па­ра­те? Она бы вы­сох­ла и осы­па­лась. – По­жа­луй... – ба­буш­ка Да­на взя­ла стран­ные сним­ки, на ко­то­рых бы­ли мы с дев­чон­ка­ми. – Гос­по­ди! А это что?

– Ну, это я с нас сел­фи де­ла­ла этим фо­ти­ком ан­ти­квар­ным. Брак, на­вер­ное.

– Уни­чтожь их. Не нра­вят­ся мне они. Зна­ешь, рань­ше ведь ве­ри­ли,

что фо­то – не про­сто кар­тин­ка. От этих так и ве­ет бе­дой. – Ми­сти­ка все! – от­мах­ну­лась я и, ко­неч­но же, не по­слу­ша­лась. Утром ре­ши­ла вы­мыть ок­на, они в на­шем ста­ром до­ме огром­ные, да и по­тол­ки вы­со­чен­ные. Толь­ко за­лез­ла на та­бу­рет­ку, по­став­лен­ную на стол, – зво­нок в две­ри. Хоть и лень сла­зить, но на­до. Я успе­ла отой­ти от ра­мы на пол­мет­ра, как стек­ло со зво­ном вы­ле­те­ло. Боль­шой оско­лок бук­валь­но впил­ся в то ме­сто, где я сто­я­ла несколь­ко се­кунд на­зад.

На дро­жа­щих но­гах по­шла к две­ри. Сно­ва со­сед­ка. Я ей рас­ска­за­ла, что сей­час про­изо­шло. Да­ну­та Вла­ди­сла­вов­на ри­ну­лась в ком­на­ту. Схва­ти­ла с тум­боч­ки фо­то­гра­фию: – Смот­ри! Ви­дишь, что у те­бя над го­ло­вой? Стек­ло! Умо­ляю, де­во­чек сво­их пре­ду­пре­ди! А вдруг это дух по­кой­но­го фо­то­гра­фа мстить ре­шил? Ты его из пле­на фо­то­ап­па­ра­та вы­пу­сти­ла... Свою кар­точ­ку разо­рви, а те с со­бой возь­ми. Уни­что­жишь, ес­ли… Не те­ряй вре­ме­ни! Спе­ши на по­мощь! Ба­буш­ка Да­на так ме­ня убеж­да­ла, что я та­ки по­слу­ша­ла ее. Вы­зва­ла так­си и по­мча­лась к Ви­ке. Око­ло ее до­ма – ми­ли­ция, «ско­рая», мно­го лю­дей. Вот тут мне ста­ло очень страш­но.

– Вик­то­рия вы­еха­ла на встреч­ную по­ло­су, и в нее вре­зал­ся ка­кой-то ав­то­мо­биль…

– Она жи­ва? – за­ора­ла я.

– По­ка да… Вон от­ка­чи­ва­ют. Со­сто­я­ние очень тя­же­лое. Я за­гля­ну­ла, хоть и не раз­ре­ша­ли, в ма­ши­ну. Ви­ка блед­ная, с за­кры­ты­ми гла­за­ми. А ру­ки и ли­цо в кро­ви. Точь-в-точь, как на сним­ке. Как толь­ко я его разо­рва­ла, она оч­ну­лась.

– Сла­ва Бо­гу, окле­ма­лась! – ска­зал во­ди­тель «ско­рой», а то и ехать бо­я­лись, каж­дый тол­чок на до­ро­ге смер­те­лен для нее.

«Мар­та! Пет­ля!» – про­нес­лось в го­ло­ве, и я по­мча­лась че­рез двор к по­дру­ге. Дверь она ни­ко­гда не име­ла при­выч­ки за­кры­вать. Хоть и ру­га­ли ее за это.

Я вле­те­ла в ком­на­ту.

Мар­та с ка­ким-то безум­ным ли­цом сто­я­ла на та­бу­рет­ке под крю­ком, на ко­то­ром ви­се­ла их ста­рин­ная и очень тя­же­лая люст­ра, и при­ме­ря­ла на се­бя пет­лю.

– Оста­но­вись! – за­кри­ча­ла я ей в ужа­се, и на пол по­ле­те­ли мел­кие ку­соч­ки пр про­кля­тых фо­то­гра­фий. Нуж­но ли го­во­рить, что по­том бед­няж­ка сам са­ма не мог­ла по­нять, что за­ста­ви­ло ее при­нять ре­ше­ние по­кон­чить с жиз­нью. Впро­чем, как и Ви­ка не п пом­ни­ла, по­че­му вы­пер­лась на вст встреч­ную по­ло­су. Ве­че­ром со со­сед­ка при­шла опять. – Уни­чтож Уни­чтожь тот сни­мок, где вы втро­ем. И плен­ку со­жги! А фо­то­ап­па­рат ра раз­бей. Зло в нем. Он стал тюрь­мой д для греш­ной ду­ши. По­то­му и пленк плен­ка це­ла столь­ко лет. Она опуст опу­сти­ла гла­за, по­мол­ча­ла и ти­хо ска­зал ска­за­ла:

– Зна­ешь. Зна­ешь... Мо­жет, это дар у мен­ня та­кой. Я же точ­но зна­ла то­гда, хоть и был бы­ла со­всем дев­чон­кой, кто убил Ге­лю и Гри­шу. Но до­ка­зать не мог­ла. Мих Ми­ха­ил лю­бил же­ну боль­ше жиз­ни, вот и ре­шил­ся на убий­ство. Не мне суд су­дить. Ча­сто он мне снит­ся. В мои мо­их ви­де­ни­ях рас­ска­зы­ва­ет о том, что Ан­ге­ли­на зо­вет его к се­бе, но встре­тить­ся они не мо­гут:

Ку­сок окон­но­го стек­ла рух­нул вниз и впил­ся ту­да, от­ку­да я ото­шла Уни­что­жив фо­то, мы вы­пу­сти­ли пле­нен­ную ду­шу несчаст­но­го Ми­ха­и­ла

он не пом­нит ее ли­ца… И го­во­рил, что по­пал в плен, из ко­то­ро­го не вый­ти. Я-то ду­ма­ла, что это дя­дя о пси­хле­чеб­ни­це. А, ви­дать, имел в ви­ду, что ду­ша его в пле­ну у это­го ап­па­ра­та ока­за­лась. Ста­руш­ка за­жгла све­чу, ко­то­рую при­нес­ла, под­нес­ла на­ше фо­то. – Мо­жешь по­счи­тать ме­ня ненор­маль­ной, но я бы­ла на клад­би­ще. От­нес­ла ми­ло­стынь­ку на мо­ги­лу Ми­ха­и­ла и… и… при­ко­па­ла фо­то­гра­фию Ге­ли. Ну, там, где она од­на… А в ноч­ном ви­де­нии дя­дя Ми­ша ска­зал, что рад сним­ку очень, по­том пла­кал, про­ще­ния про­сил. Толь­ко неиз­вест­но, у ко­го… Мо­жет, и у те­бя с по­друж­ка­ми тво­и­ми. Го­во­рил, все от рев­но­сти и невоз­мож­но­сти най­ти лю­би­мую. Те­перь он уй­дет. И они бу­дут вме­сте.

ИРИНА

На той фот­ке я по­хо­жа на то ли боль­ную, то ли по­би­тую. В об­щем, хо­дя­чий ужас

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.