Из­гна­ние ба­ра­баш­ки

Эти зву­ки не да­ва­ли со­мкнуть глаз до утра. Ужас!

Misticheskie Istorii Iz Zhizni - - Загадочные послания -

Яу­же по­чти за­сы­па­ла, как вдруг услы­ша­ла ти­хий скрип две­ри. Мне ста­ло не по се­бе, в жи­во­те про­тив­но за­ур­ча­ло. Ис­пу­ган­но рас­пах­нув гла­за, та­ра­щи­лась в тем­но­ту и при­слу­ши­ва­лась к зве­ня­щей ти­шине. «На­вер­ное, по­ка­за­лось», – по- ду­ма­ла­дум я и, вздох­нув с об­лег­че­ни­ем,ние сно­ва при­кры­ла гла­за. И вдругвдр опять – скри-и-ип... Яв­ствен­ноств так. «Ма­моч­ки...»«М – писк­ну­ла и на­тя­ну­ла­тян на го­ло­ву оде­я­ло. Под ним бы­ло не так страш­но, по­то­му­том что ни­ка­ких зву­ков, кро­ме гром­ко­го­гро би­е­ния мо­е­го серд­ца, слыш­но­слы не бы­ло. Од­на­ко вско­ре воз­ник­ла дру­гая про­бле­ма – воз­ду­хвоз за­кон­чил­ся. При­шлось вы­сво­бо­дить­выс го­ло­ву из теп­ло­го ват­но­го ват­но­го­ват пле­на. Но ед­ва я успе­ла сде­лать вдох, как опять – скрип, скрип... Ру­ки и но­ги за­ле­де­не­ли от ужа­са. Еле сдер­жа­ла ди­кое же­ла­ние немед­лен­но вско­чить и, не те­ряя вре­ме­ни да­же на оде­ва­ние, сбе­жать из квар­ти­ры по­даль­ше. Оста­но­ви­ло од­но: от­сут­ствие от­ве­та на во­прос «Что даль­ше?». То­пать по ули­це в ноч­нуш­ке в сто­ро­ну ро­ди­тель­ско­го до­ма? Так ведь не успею дой­ти, в пси­хуш­ку упе­кут, как пить дать. А если я еще нач­ну рас­ска­зы­вать про по­до­зри­тель­ные зву­ки по но­чам: скрип, стук и про­чие – все, пи­ши про­па­ло, точ­но при­зна­ют ненор­маль­ной. «За­чем я толь­ко на­сто­я­ла на том, что­бы жить в этой квар­ти­ре?» – за­тос­ко­ва­ла.

Год на­зад моя 95-лет­няя пра­пра­ба­буш­ка от­пра­ви­лась в мир иной. А пе­ред смер­тью она от­пи­са­ла лю­би­мой пра­пра­внуч­ке, то есть мне, свое жи­лье. Все это вре­мя квар­ти­ра пу­сто­ва­ла. Я по­преж­не­му оби­та­ла в хру­щев­ке

ро­ди­те­лей. А на про­шлой неде­ле они об­мол­ви­лись, что на­до недви­жи­мость ко­му-то сда­вать, мол, че­го она про­па­да­ет без де­ла. И тут ме­ня осе­ни­ло: да это же от­лич­ный шанс на­чать са­мо­сто­я­тель­ную жизнь!

– Ни­ко­му ни­че­го сда­вать не будем, – за­яви­ла род­ным.

– Это еще по­че­му? – уди­ви­лись они.

– По­то­му что ту­да пе­ре­еду я! Ма­ма с па­пой пе­ре­гля­ну­лись. – Те­бе с на­ми пло­хо жи­вет­ся? – Не пло­хо. Но ко­гда-то же на­до ста­но­вить­ся са­мо­сто­я­тель­ной! Мне уже два­дцать, по-мо­е­му, са­мое вре­мя.

– Да-а-а, по­чтен­ный воз­раст, – про­тя­нул отец с сар­каз­мом.

– Ты что, за­муж со­бра­лась? – ох­нув, всплес­ну­ла ру­ка­ми ро­ди­тель­ни­ца.

– Мам, ну где ло­ги­ка? – хмык­ну­ла. – Я вам го­во­рю, что бу­ду жить од­на, а ты мне тут про за­му­же­ство.

– Да или нет? – на­ста­и­ва­ла она. – Об­за­ве­дешь­ся се­мьей, то­гда от нас и съе­дешь.

Но мне уже вож­жа под хвост по­па­ла. Пом­ни­те, как в песне: «Если я че­го ре­шил...» По­это­му, не от­кла­ды­вая де­ла в дол­гий ящик, при­ня­лась па­ко­вать ве­щи, несмот­ря на при­чи­та­ния ма­мы. Раз­ве мог­ла хо­тя бы пред­по­ло­жить, что пер­вая же ночь в пра­пра­ба­буш­ки­ном до­ме ста­нет для мо­ей нерв­ной си­сте­мы ис­пы­та­ни­ем на проч­ность?! По­ка я пре­да­ва­лась раз­мыш­ле­ни­ям, скрип пре­кра­тил­ся. Я рас­сла­би­лась. Но ока­за­лось, ра­но. На сме­ну ему сра­зу же при­шли дру­гие зву­ки. В кухне что-то грюк­ну­ло, стук­ну­ло и шмяк­ну­лось. В этот мо­мент я по­ня­ла, что зна­чит вы­ра­же­ние «во­ло­сы вста­ли ды­бом». При­чем не толь­ко на го­ло­ве. Мне по­ка­за­лось, что я пря­мо чув­ствую, как они то­пор­щат­ся и на ру­ках. Если бы не недав­няя де­пи­ля­ция,де­пи­ля­ция де­пи­ля­ция, то и на но­гах бы то­же на­вер­ня­ка за­шше- за­ше­ве­ли­лись (про­сти­те за анат­ом­ми- ана­то­ми­че­ские по­дроб­но­сти). Па­мять­Па­мя­ять под­су­ну­ла раз­го­вор с кол­ле­гоой, кол­ле­гой, ко­то­рая уве­ря­ла, что у нее в квар­ти­ре жи­вет ба­ра­баш­ка. бба­ра­баш­ка.б

– Он мне сту­чит, а я – ему. Т Так и об­ща­ем­ся, – го­во­ри­ла со­тру со­труд­ни­ца.

– Не страш­но? – спра­ши­ва­ла я. – А че­го бо­ять­ся? – ис­кренне удив­ля­лась она. – Он хо­ро­ший. «А если и у ме­ня ба­ра­баш­ка? И он со­всем да­же не злой, – ухва­ти­лась за эту мысль, как за спа­си­тель­ную со­ло­мин­ку. – Нуж­но на­ла­дить с ним кон­такт, то­гда он ме­ня не оби­дит. На­де­юсь». – Ба­ра­баш­ка, это ты? – я писк­ну­ла в тем­но­ту и на­пря­жен­но при­слу­ша­лась. В от­вет – ни зву­ка. – Есть тут кто жи­вой? – пред­при­ня­ла еще од­ну по­пыт­ку. – Я при­шла с ми­ром! – са­ма со­бой вы­рва­лась у ме­ня фра­за из ка­ко­го-то ки­но. Вы­хо­дить на кон­такт ни­кто не спе­шил. – Я не сде­лаю те­бе ни­че­го пло­хо­го! – крик­ну­ла.

«Хо­чет­ся, что­бы ты от­ве­тил тем же», – до­ба­ви­ла про се­бя. Но ме­ня яв­но иг­но­ри­ро­ва­ли.

– Эй! Ты ме­ня слы­шишь? – осме­ле­ла. Вне­зап­но раз­дал­ся не про­сто гро­хот, а звон, буд­то стек­ло раз­би­лось. Я ойк­ну­ла и спря­та­лась под оде­я­ло. К со­жа­ле­нию, в ват­ном ко­коне ни­че­го не из­ме­ни­лось, ды­шать по-преж­не­му бы­ло невоз­мож­но. При­шлось вы­ле­зать.

Тут про­мельк­ну­ла до­воль­но здра­вая мысль, что если вклю­чить свет, то бу­дет не так страш­но. Но что­бы это сде­лать, нуж­но встать с кро­ва­ти. А бо­яз­но... аж жуть бе­рет, и ко­лен­ки дро­жат. – Ба­ра­баш­ка, из­ви­ни­те, что лиш­ний раз тре­во­жу... А мож­но я свет вклю­чу? – про­из­нес­ла, пе­рей­дя на «вы». До бе­се­ды со мной ни­кто не сни­зо­шел. «Мол­ча­ние – знак со­гла­сия», – при­шла к вы­во­ду и осто­рож­но вы­су­ну­ла од­ну но­гу из-под оде­я­ла. По­до­жда­ла. Ни­че­го. То­гда вы­су­ну­ла вто­рую. Вро­де ти­хо. Ме-е-ед­лен­но спу­сти­ла обе но­ги на пол, но сто­и­ло мне на­щу­пать

Ба­буш­ка от­пи­са­ла мне квар­ти­ру. На­ко­нец я ста­ну са­мо­сто­я­тель­ной! Кол­ле­га ска­за­ла, что у нее до­ма жи­вет на­сто­я­щий доб­рый ба­ра­баш­ка

та­поч­ки, как в глу­бине квар­ти­ры сно­ва что-то за­гро­хо­та­ло. «Из­ви­ни­те», – то­роп­ли­во про­ле­пе­та­ла я и быст­рень­ко вер­ну­лась на ис­ход­ную по­зи­цию. Если кто спро­сит, чем я за­ни­ма­лась оста­ток но­чи, то от­вет про­зву­чит так: пы­та­лась на­ла­дить кон­такт с по­ту­сто­рон­ни­ми си­ла­ми (пра­виль­но вы­ра­зи­лась?). Сна­ча­ла за­ис­ки­ва­ла, на­ме­ре­ва­ясь за­вя­зать диа­лог, по­том дол­го и пу­та­но объ­яс­ня­ла, что, в прин­ци­пе, не сде­ла­ла в жиз­ни ни­че­го пло­хо­го. Но если на­до, то в бли­жай­шее же вре­мя обя­за­тель­но пой­ду в цер­ковь за­ма­ли­вать гре­хи. «Если пе­ре­жи­ву эту ночь...» – наг­ло вкли­нил­ся внут­рен­ний го­лос. Я вздрог­ну­ла и по­ежи­лась. Упо­ми­на­ние церк­ви на­ве­ло ме­ня на дру­гие раз­мыш­ле­ния:

а если при­гла­сить сю­да свя­щен­ни­ка? Пусть по­ма­шет ка­ди­лом, освя­тит квар­ти­ру. «Ху­же не бу­дет, – во­оду­ше­ви­лась. – Вдруг по­мо­жет?» Оче­вид­но, ба­ра­баш­ка умел под­слу­ши­вать мыс­ли, по­то­му что он мгно­вен­но вер­нул устра­ша­ю­щий скрип две­ри. – Нет-нет, я не бу­ду ни­ко­го звать, ни­ка­ких свя­щен­ни­ков! Не бес­по­кой­тесь, по­жа­луй­ста, – за­та­ра­то­ри­ла я.

Не знаю, как до­жи­ла до утра. Пе­ри­о­ди­че­ски, обес­си­лев, про­ва­ли­ва­лась на па­ру ми­нут в тре­вож­ный сон, но тут же про­сы­па­лась от стран­ных зву­ков. С при­хо­дом рас­све­та прак­ти­че­ски со­зре­ло же­ла­ние про­дать квар­ти­ру. При­чем немед­лен­но. Из­ба­вить­ся на­все­гда, за­быть, как страш­ный сон. По­ка я пло­хо пред­став­ля­ла, как объ­яс­ню все это ро­ди­те­лям, но оста­вать­ся здесь боль­ше не со­би­ра­лась. В ок­на бес­печ­но све­ти­ли сол­неч­ные лу­чи, ни­что не на­по­ми­на­ло об ужа­сах про­шед­шей но­чи. По­че­му я ре­ши­ла, что днем ба­ра­баш­ки спят? Не знаю. Мо­жет, по ана­ло­гии с вам­пи­ра­ми? Сбро­сив с се­бя остат­ки стра­ха, от­пра­ви­лась на кух­ню. По до­ро­ге об­на­ру­жи­ла рух­нув­шую со сте­ны кар­ти­ну, ва­ля­ю­щий­ся на по­лу мо­биль­ник, сбро­шен­ную кем-то (из­вест­но кем) ка­стрю­лю и раз­би­тую хру­сталь­ную ва­зоч­ку. «По­ве­се­лил­ся, од­на­ко, ба­ра­баш­ка», – кон­ста­ти­ро­ва­ла. Вы­пив ко­фе, по­ду­ма­ла о том, что на­до упа­ко­вать ве­щи и от­вез­ти на­зад, к ро­ди­те­лям. Не­ожи­дан­но, а от то­го еще боль­ше пу­га­ю­ще, слов­но в от­вет на мои мыс­ли, со сто­ла со­скольз­нул по­лов­ник, и... бряк об пар­кет. «Да он и при днев­ном све­те бодр­ству­ет!» – за­па­ни­ко­ва­ла я и, бро­сив ба­рах­ло на про­из­вол судь­бы (на рас­тер­за­ние ба­ра­баш­ки), пу­лей вы­ле­те­ла из квар­ти­ры. Не до­жи­да­ясь лиф­та, не пом­ня се­бя, сбе­жа­ла вниз по сту­пень­кам.

– Де­вуш­ка! Стой­те! Де­вуш­ка! Вы ведь из два­дцать тре­тьей квар­ти­ры? – оста­но­ви­ла ме­ня кон­сьерж­ка.

– Да... – вы­да­ви­ла, сглот­нув слю­ну.

– На­по­ми­наю, что се­го­дня нач­нут­ся ра­бо­ты по укреп­ле­нию на­ше­го до­ма.

– Че-го? – ра­зи­ну­ла рот. – Ра­бот­ни­ки при­дут, дом укреп­лять бу­дут! Не­уже­ли не по­нят­но? Вы объ­яв­ле­ние на подъ­ез­де во­об­ще ви­де­ли?

– Ка­кое объ­яв­ле­ние? – Что за жиль­цы та­кие невни­ма­тель­ные? Для ко­го­ко я эту за­пис­ку пи­са­ла, спра­ши­ва­ет­ся?спра­ши – вор­ча­ла она. – Со вче­раш­не­говч дня на две­ри ви­сит!

И прав­да – ви­се­ло.вис Ока­за­лось, не толь­ко у ме­ням ба­ра­баш­ка

Ед­ва до­жи­ла до утра и при­ня­ла ре­ше­ние: квар­ти­ру нуж­но про­да­вать Стук, шур­ша­ние и пе­ре­ме­ще­ние пред­ме­тов к ми­сти­ке не име­ли от­но­ше­ния

за­вел­ся. Вер­нее,Вер­нее он ни у ко­го не за­вел­ся, и у ме­ня­мен то­же... Ко­ро­че го­во­ря,го­во­ря ни­ка­кие по­ту­сто­рон­ние си­лы к сту­ку, грю­ка­нью, шо­ро­хам, скри­пу и па­де­нию пред­ме­тов от­но­ше­ния не име­ли. Объ­яс­не­ни­еОбъ­ясне этих зву­ков до смеш­но­го про­стое. Ви­ной все­му шур­фы по­сле вы­ра­бот­ки. В этих ме­стах­мес ко­гда-то до­бы­ва­ли уголь, по­это­му грунт, вы­ра­жа­ясь ум­ным язы­ком, «неста­биль­ный». Дом на­чал опас­но кре­нить­ся, во мно­гих квар­ти­рах по­яви­лись тре­щи­ны. «Хо­ро­шо, что не у ме­ня, а то я бы ре­ши­ла: ба­ра­баш­ка че­рез сте­ны ле­зет», – по­ра­до­ва­лась, слу­шая кон­сьерж­ку. «Ка­кое сча­стье, что я встре­ти­ла ее до то­го, как от­пра­ви­лась в агент­ство по недви­жи­мо­сти про­да­вать квар­ти­ру!» Ба­ра­баш­ка боль­ше не при­хо­дил, ка­стрю­ля­ми не швы­рял­ся. Прав­да, один раз по­до­зри­тель­но за­скри­пе­ла дверь, но я спи­са­ла этот звук на сквоз­няк.

ИРИНА

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.