Я вер ю в свою ЗВ ЕЗ­ДУ

Лег­ко меч­тать, ко­гда все хо­ро­шо. Слож­нее ид­ти к це­ли, пре­одо­ле­вая мас­су пре­пят­ствий

Moja Sudba - - Актуально - Ми­ла­на

на­е­те, обыч­но ведь как бы­ва­ет: де­ти на­сле­ду­ют от ро­ди­те­лей цвет глаз, чер­ты ли­ца, тем­пе­ра­мент. Я же, су­дя по фото, аб­со­лют­но не по­хо­жа на мать — блон­ди­ни­стую, кур­но­сую, с от­кры­тым и ис­крен­ним взгля­дом. Един­ствен­ное, что уна­сле­до­ва­ла от нее, — любовь к Ита­лии. Мне не бы­ло и двух, ко­гда ма­ма умер­ла от быст­ро про­грес­си­ру­ю­ще­го рака, а так как в графе «отец» в сви­де­тель­стве о мо­ем рож­де­нии сто­ял прочерк, вос­пи­ты­ва­ла ме­ня ба­буш­ка. Имен­но от нее я узна­ла, что мать всю жизнь бре­ди­ла Ита­ли­ей — му­зы­кой Ви­валь­ди, филь­ма­ми Фел­ли­ни, кар­ти­на­ми Ти­ци­а­на и Сан­д­ро Бот­ти­чел­ли. Ее за­вет­ной мечтой бы­ло съез­дить в Милан, но, к со­жа­ле­нию, за свою ко­рот­кую жизнь не успе­ла это­го — как, впро­чем, и мно­го­го дру­го­го... — Я спер­ва очень про­ти­ви­лась, ко­гда она ре­ши­ла на­звать те­бя Ми­ла­ной, — лю­би­ла рань­ше рас­ска­зы­вать ба­бу­ля. — Это сей­час мод­ны вся­кие стран­ные име­на, а в те вре­ме­на не при­ня­то та­кое бы­ло. Но Ка­те­ри­на очень на­ста­и­ва­ла, и я по­ня­ла, на­сколь­ко это важ­но для нее, и мах­ну­ла ру­кой. — А раз­ве у ме­ня пло­хое имя? — рань­ше я не со­всем понимала, что ис­то­рия ба­буш­ки бы­ла во­все не об этом. — У те­бя са­мое луч­шее имя на све­те! — улы­ба­лась ба­бу­ля и при­тя­ги­ва­ла к себе, еро­ша во­ло­сы у ме­ня на ма­куш­ке. — И ты мой са­мый до­ро­гой че­ло­век на зем­ле! Где-то в седь­мом клас­се я твер­до ре­ши­ла, что бу­ду экс­кур­со­во­дом и уеду ра­бо­тать в Ита­лию. От­ча­ян­но учи­ла язык, ко­то­ро­го не бы­ло в на­шей школь­ной про­грам­ме, увле­ка­лась ис­то­ри­ей этой сре­ди­зем­но­мор­ской стра­ны, ее куль­ту­рой. Но бли­же к вы­пус­ку ста­ла по­ни­мать, что обу­че­ние в уни­вер­си­те­те ба­буш­ка на свою пен­сию не по­тя­нет. Да и мне нуж­но бы­ло ду­мать не толь­ко о себе, но и о ба­бу­ле. Так рух­ну­ла моя пер­вая меч­та. По­сле окон­ча­ния шко­лы по­сту­пи­ла на кур­сы бух­гал­те­ров. Окон­чив их, устроилась в неболь­шую кон­то­ру, где с де­вя­ти утра до ше­сти ве­че­ра сво­ди­ла дебет с кре­ди­том. К на­ше­му бо­лее чем скром­но­му се­мей­но­му бюд­же­ту при­ба­ви­лась моя зар­пла­та, жить ста­ло лег­че, и я ре­ши­ла: бу­ду от­кла­ды­вать еже­ме­сяч­но хо­тя бы немно­го, что­бы осу­ще­ствить свою за­вет­ную меч­ту и все-та­ки по­бы­вать в Ита­лии. Как-то, воз­вра­ща­ясь до­мой с рын­ка на­гру­жен­ная по­куп­ка­ми, услы­ша­ла: — Де­вуш­ка, да­вай­те по­мо­гу! Сим­па­тич­ный па­рень догнал ме­ня и пред­ло­жил до­не­сти па­ке­ты до подъ­ез­да. Так я по­зна­ко­ми­лась с Дмит­ри­ем. — Кра­си­вой жен­щине не сле­ду­ет но­сить тя­же­сти! — улы­бал­ся он. — Те­бя са­му на ру­ках муж­чи­ны долж­ны но­сить! Ка­за­лось бы, из­би­тый ком­пли­мент, а на ду­ше ста­ло свет­ло. Мы на­ча­ли встре­чать­ся и спу­стя пол­го­да по­же­ни­лись. — Будь я ху­дож­ни­ком, непре­мен­но на­ри­со­вал бы твой порт­рет, и он стал бы ше­дев­ром! Моя кра­са­ви­ца, мое чу­до! —

ком­пли­мен­ты так и сы­па­лись на ме­ня в пер­вый год на­шей се­мей­ной жиз­ни. Но ока­за­лось, что га­до­сти Дмит­рий уме­ет го­во­рить так же вир­ту­оз­но, как и ком­пли­мен­ты. — Ов­ца ту­пая! Моль! Да ко­му ты во­об­ще нуж­на бу­дешь, кро­ме ме­ня! — вот та­кие «при­ят­но­сти» я по­чти еже­днев­но слу­ша­ла спу­стя два го­да. Су­пруг стал вы­пи­вать, за­вел себе жен­щи­ну на сто­роне, о чем сви­де­тель­ство­ва­ли его ноч­ные при­хо­ды и терп­кий за­пах жен­ских ду­хов, ис­хо­дя­щий от одеж­ды. В кон­це кон­цов я по­да­ла на раз­вод. — Ну ни­че­го, встре­тишь еще сво­е­го че­ло­ве­ка, — уте­ша­ла ме­ня ба­бу­ля, гла­дя по го­ло­ве, как в дет­стве. — Сла­ва бо­гу, что де­ти­шек еще не успе­ли за­ве­сти... — Да уж, это хо­ро­шо, — со­гла­ша­лась я, в то вре­мя и вправ­ду так ду­мая (од­на­ко спу­стя год по­ня­ла: от­да­ла бы все на све­те, толь­ко бы ря­дом ока­зал­ся кто­то род­ной). Так я сно­ва вер­ну­лась жить в на­шу ма­лень­кую хру­щев­ку. День­ги, ко­то­рые со­би­ра­ла на по­езд­ку, по­тра­ти­ла еще в пер­вый год сво­ей се­мей­ной жиз­ни: муж за­ра­ба­ты­вал ма­ло, а за­про­сы у него бы­ли — дай бог! Вот я и ба­ло­ва­ла его, ду­ра влюб­лен­ная. Пе­ре­ехав на­зад к ба­буш­ке и по­ти­хонь­ку при­дя в себя, опять на­ча­ла от­кла­ды­вать день­ги на пу­те­ше­ствие. Но тут но­вая на­пасть: за­бо­ле­ла ба­бу­ля. «Рас­се­ян­ный скле­роз очень слож­но пе­ре­но­сит­ся в ее воз­расте», — врач из мест­ной по­ли­кли­ни­ки го­во­рил это так, буд­то во­прос был лишь де­лом вре­ме­ни. И опять меч­ту при­шлось от­ло­жить на неопре­де­лен­ный срок. Все мои сбе­ре­же­ния ушли на ле­кар­ства и док­то­ров, но все рав­но ни­че­го не по­мог­ло. В день, ко­гда умер­ла ба­бу­ля, шел силь­ный снег, а мне ка­за­лось, буд­то я по­гру­зи­лась на дно са­мо­го глу­бо­ко в ми­ре оке­а­на и ви­жу все про­ис­хо­дя­щее слов­но че­рез мно­го­ки­ло­мет­ро­вую тол­щу во­ды. Ту­да ед­ва до­но­сил­ся стук комьев зем­ли об об­ле­де­нев­шую крыш­ку гро­ба, пе­чаль­ный звон та­ре­лок и ста­ка­нов на по­ми­наль­ном обе­де. По­сле смер­ти един­ствен­но­го род­но­го че­ло­ве­ка я окон­ча­тель­но рас­кле­и­лась. На ав­то­ма­те хо­ди­ла на ра­бо­ту, ела, пи­ла, умы­ва­лась. Воз­вра­тив­шись до­мой, ту­по си­де­ла перед те­ле­ви­зо­ром, без­дум­но переключая ка­на­лы. По­дру­ги пер­вое вре­мя пы­та­лись ме­ня ку­да-то вы­та­щить, но по­сле мно­го­чис­лен­ных от- ка­зов оста­ви­ли в по­кое. А де­прес­сия все боль­ше и боль­ше за­са­сы­ва­ла. По­чти со­рок лет, ни му­жа, ни де­тей... Ни од­но­го род­но­го че­ло­ве­ка ря­дом! По­рой ка­за­лось, что жизнь кон­че­на, и ни­че­го хо­ро­ше­го боль­ше не пред­ви­дит­ся. И за­вет­ная Ита­лия уже пред­став­ля­лась ма­ло­зна­чи­тель­ной и ненуж­ной мечтой — так я мед­лен­но, но вер­но уми­ра­ла по ча­стям. Од­на­ж­ды, бре­дя до­мой с ра­бо­ты, столк­ну­лась со сво­ей быв­шей од­но­класс­ни­цей. Она очень об­ра­до­ва­лась на­шей встре­че, ста­ла расспрашивать о жиз­ни. Я нехо­тя от­ве­ча­ла, стре­мясь по­быст­рее из­ба­вит­ся от ее об­ще­ства, сбе­жать до­мой и спря­тать­ся в свою при­выч­ную ра­ко­ви­ну. Но не тут-то бы­ло! На­таш­ка, сколь­ко ее пом­ню, все­гда от­ли­ча­лась неуго­мон­ным ха­рак­те­ром. Она по­та­щи­ла ме­ня в ка­фе. За­ка­зав нам по чаш­ке ко­фе, усе­лась на­про­тив и спро­си­ла: — Ты че­го та­кая? — Ка­кая? — Ну, да­же не знаю... Толь­ко без обид, Ми­ла­на, хо­ро­шо? Я вя­ло кив­ну­ла. — Ни­ка­кая. Как буд­то ду­шу из те­бя вы­ну­ли, — школьная по­дру­га смот­ре­ла с ис­крен­ним уча­сти­ем. И от ее вни­ма­тель­но­го встре­во­жен­но­го взгля­да и от это­го непод­дель­но­го уча­стия ме­ня буд­то про­рва­ло. Я, за­хле­бы­ва­ясь сле­за­ми, вы­ло­жи­ла все: и про нелю­би­мую ра­бо­ту, и про неудач­ный брак, и про смерть род­но­го че­ло­ве­ка че­ло­ве­ка, и про свою един­ствен­ную, но так и не сбыв­шу­ю­ся меч­ту. На­таш­ка слу­ша­ла, не пе­ре­би­вая, сце­пив ру­ки в за­мок. По­том ска­за­ла: — Так, все по­нят­но. Ну, про му­жень­ка сво­е­го, коз­ла, за­будь — не сто­ит он тво­их слез, это точ­но. Ба­буш­ку, ко­неч­но, жал­ко, пом­ню ее еще со шко­лы — очень доб­рая бы­ла ста­руш­ка! Но все лю­ди ра­но или позд­но уми­ра­ют, и это на­до при­нять. А с по­езд­кой я мо­гу те­бе по­мочь. Ты кто, бух­гал­тер? Зна­чит, так, пе­ре­хо­дишь к нам ра­бо­тать — как раз в про­шлом ме­ся­це осво­бо­ди­лась ва­кан­сия в фи­нан­со­вом от­де­ле, а че­рез пол­го­да пред­ви­дит­ся про­грам­ма по об­ме­ну опы­том с ита­льян­ца­ми. Вот ты и по­едешь! — Ку­да по­еду? — сле­зы на мо­их гла­зах мо­мен­таль­но вы­сох­ли. — В Ита­лию, ку­да же еще! По об­ме­ну опы­том! Спер­ва на пол­го­да, а даль­ше посмот­рим. —И с че­го ты взя­ла, что имен­но ме­ня ту­да от­пра­вят? — Да по­то­му что эту про­грам­му я ку­ри­рую, чу­до ты! — за­сме­я­лась по­дру­га. ...Се­го­дня но­чью, ка­жет­ся, мне так и не удаст­ся уснуть, по­то­му се­ла пи­сать эти стро­ки. Са­мо­лет в Рим от­прав­ля­ет­ся зав­тра в семь утра, и око­ло кро­ва­ти уже ждет со­бран­ный че­мо­дан. Про­шло нема­ло вре­ме­ни, пре­жде чем я свык­лась с мыс­лью, что все же осу­ществ­лю свою за­вет­ную меч­ту, — вер­нуть ве­ру в себя бы­ло не так уж и про­сто. Но те­перь точ­но знаю: сколь­ко бы слож­но­стей не ожи­да­ло на жиз­нен­ном пу­ти, я ве­рю в свою звез­ду! И в ито­ге она при­ве­дет ме­ня ту­да, где я долж­на быть! ...За ок­ном све­та­ло. Встав раз­мять но­ги, вы­шла на бал­кон и с за­ми­ра­ни­ем серд­ца уви­де­ла, как над го­ри­зон­том под­ни­ма­ет­ся солн­це. И вспом­ни­ла ба­буш­ки­ны сло­ва: «Тем­нее все­го обыч­но перед рас­све­том».

Ми­ла­на, едет ра­бо­тать в Ита­лию Вско­ре по­сле раз­во­да я столк­ну­лась с но­вой бе­дой – за­бо­ле­ла ба­буш­ка. И опять меч­та ото­шла на зад­ний план...

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.