Когда в ро­ди­те­лях согла­сья нет...

В по­след­ние два го­да мы с му­жем по­сто­ян­но ссо­ри­лись. Ес­ли лю­бовь про­хо­дит, то оста­ют­ся лишь раз­дра­же­ние и оби­ды

Moja Sudba - - Калейдоскоп - Ма­ри­на

тот ве­чер мы с Ан­дре­ем опять по­ссо­ри­лись. Опять — по­то­му что в по­след­нее вре­мя ру­га­лись очень ча­сто, прак­ти­че­ски каж­дый день. Скан­дал раз­го­рел­ся, как обыч­но, из-за ерун­ды. По до­ро­ге до­мой я за­бра­ла сы­на из дет­са­да и раз­де­ва­ла его в при­хо­жей, когда муж вер­нул­ся с ра­бо­ты. — Устал как со­ба­ка! — со- об­щил он с по­ро­га. — У нас оче­ред­ной ав­рал, да­же по­обе­дать неко­гда бы­ло. Жрать хо­чу жут­ко. — Дим­ка в лу­жу упал, — по­жа­ло­ва­лась я. — Сей­час при­ве­ду его в по­ря­док и по­корм­лю те­бя. А ес­ли со­всем нев­мо­го­ту ждать, сам рас­соль­ник разо­грей. — Сно­ва рас­соль­ник, — скри­вил­ся муж. — Тре­тий день его ем, ско­ро из ушей по­ле­зет. Луч­ше ом­лет по­быст­ро­му под­жарь. — А хо­чешь жа­ре­ной кар- тош­ки с огур­чи­ком? — пред­ло­жи­ла я аль­тер­на­ти­ву и по­яс­ни­ла: — Яй­ца еще вче­ра за­кон­чи­лись. Ка­за­лось бы, са­мый обыч­ный диа­лог, а вы­лил­ся в се­мей­ную раз­бор­ку. — Я как вол па­шу с утра до но­чи! — за­орал Ан­дрей. — Не­уже­ли не за­слу­жил нор­маль­но­го ужи­на? — А чем те­бе картошка не нор­маль­ная еда? — то­же не сдер­жа­лась и со­рва­лась на крик. — К тво­е­му све­де­нию, я то­же ра­бо­таю. А кро­ме то- го, и ре­бен­ком за­ни­ма­юсь, и по до­му все са­ма де­лаю! А ты толь­ко и мо­жешь, что жрать да спать! — Ты... ты... — гла­за су­пру­га, как у бы­ка, на­ли­лись кро­вью, а под ко­жей порш­ня­ми за­хо­ди­ли жел­ва­ки. — Ты все по до­му де­ла­ешь?! В квар­ти­ре бар­дак, хо­ло­диль­ник пу­стой, ре­бе­нок по­сто­ян­но в лу­жи па­да­ет! Моя ма­ма то­же всю жизнь ра­бо­та­ла, но у нее все­гда был иде­аль­ный по­ря­док. Успе­ва­ла и убрать, и по­сти­рать, и при-

го­то­вить! — Вот и ва­ли к сво­ей ге­ро­и­че­ской ма­моч­ке!—ма­моч­ке! — вы­крик­ну­ла я в серд­цах. — И по­ва­лю! Ты ме­ня уже до­ста­ла!!! — Ма­ма, па­па, не кри­чи­те, — ти­хонь­ко за­ску­лил Дим­ка. В пы­лу ссо­ры мы с му­жем со­вер­шен­но за­бы­ли, что ру­га­ем­ся при ре­бен­ке. Но оста­но­вить­ся уже не мог­ли: — Марш к се­бе! — рявк­ну­ли вме­сте. Втя­нув го­ло­ву в пле­чи и сгор­бив­шись, как ста­ри­чок, сын по­ну­ро по­плел­ся в свою ком­на­ту. Ан­дрей, да­же не сняв бо­ти­нок, про­то­пал в спаль­ню и стал со зло­стью ки­дать в боль­шую до­рож­ную сум­ку свои ве­щи. Не­уже­ли и прав­да ре­шил уй­ти? Ну и пусть ка­тит­ся ко всем чер­тям. Пла­кать не ста­ну! Я дей­стви­тель­но не со­би­ра­лась пла­кать, но сле­зы са­ми со­бой по­тек­ли по ще­кам. Опу­стив­шись на тум­бу для обу­ви, за­кры­ла ли­цо ру­ка­ми. Как по­лу­чи­лось, что мы с Ан­дре­ем ста­ли по­чти вра­га­ми? Ку­да ушла лю­бовь, ко­то­рой еще семь лет на­зад бы­ло так мно­го? Да, к со­жа­ле­нию, лю­бовь ино­гда про­хо­дит. Оста­ют­ся вза­им­ные оби­ды и... де­ти. Дим­ку жал­ко! Он-то не ви­но­ват, что у нас с его папой уже по­чти два го­да идет непре­кра­ща­ю­ща­я­ся хо­лод­ная вой­на. А по­рой и го­ря­чо бы­ва­етва­ет, ва­ет, на­при­мер на­при­мер, как се­го­дня се­го­дня. Еще н нем­но­го — и до ру­ко­при­кл при­клад­ства дой­дет! Сын в дет­ской, си­дя на по­лу в угол­ке, ти­хонь­ко пла­кал. Я опу­сти­лась ря­дом, креп­ко­креп об­ня­ла его: — За За­яц, пе­ре­стань, не нуж­но, — за­вор­ко­ва­ла неж­но. В кор ко­ри­до­ре гул­ко хлоп­ну­ла дверь. Ма­лыш ис­пу­ган­но вздрогн вздрог­нул: — Пап Па­па ушел? Я в отв от­вет по­жа­ла пле­ча­ми. — Он вер­нет­ся? — дро­жа­щим от го­ря го­ло­сом спро­сил Дим­ка Дим­ка, и тут уже про­сто­го по­жа­тия п пле­ча­ми ока­за­лось недо­ста­то до­ста­точ­но. На­до бы­ло успо­ко­ить сы­на, об­на­де­жить, вну­шить твер­дую уве­рен­ность, что все бу­дет хо­ро­шо. Мол, ми­лые бра­нят­ся — толь­ко те­шат­ся. — Ко­неч­но, вер­нет­ся, — улыб­ну­лась я. — Обя­за­тель­но. Осты­нет нем­но­го и при­дет. — Ско­ро? — Мо­жет, зав­тра. Или по­сле­зав­тра. Не пе­ре­жи­вай, па­па те­бя очень лю­бит. Ан­дрей не вер­нул­ся ни на сле­ду­ю­щий день, ни че­рез неде­лю. За это вре­мя ни ра­зу не по­зво­нил. Я то­же не зво­ни­ла — гор­дость не поз­во­ля­ла сде­лать пер­вый шаг к при­ми­ре­нию. На де­ся­тый день муж все-та­ки со­из­во­лил на­брать мой номер. Да­же не по­здо­ро­вав­шись и не по­ин­те­ре­со­вав­шись, как де­ла у сы­на, со­об­щил, что по­дал на раз­вод. И сра­зу от­клю­чил­ся. Хо­ти­те — верь­те, хо­ти­те — нет, но я не ста­ла бить­ся в ис­те­ри­ке и на­зва­ни­вать Ан­дрею, умо­ляя его вер­нуть­ся. По­че­му? Да по­то­му что за то вре­мя, ко­то­рое мы врозь, успе­ла по­нять,по­нять как спо­кой­но, лег­ко и ком­форт­но мне жи­вет­ся вдво­ем с Дим­кой. Так что те­перь, услы­шав про раз­вод, да­же об­лег­че­ние по­чув­ство­ва­ла. В кон­це кон­цов, не мы первые раз­бе­га­ем­ся, не мы по­след­ние. Сын, ко­неч­но, бу­дет стра­дать, но для дет­ской пси­хи­ки луч­ше ви­деть ве­се­ло­го и доб­ро­го от­ца раз в неде­лю, чем еже­днев­но — зло­го и угрю­мо­го. Про­шло еще две неде­ли. Я, как все­гда, око­ло ше­сти при­шла за Ди­му­лей в са­дик, и... — А Ми­тень­ку уже па­па за­брал, — жиз­не­ра­дост­но со­об­щи­ла вос­пи­та­тель­ни­ца. Я ушам сво­им не по­ве­ри­ла: — Как за­брал? По­че­му? Как вы мог­ли Дим­ку ему от­дать?! — Но он же отец... — рас­те­рян­но про­бор­мо­та­ла По­ли­на Мак­си­мов­на. Я так дол­го и с та­ким остер­ве­не­ни­ем жа­ла на кноп­ки мо­биль­но­го, что па­лец за­не­мел. Но неиз­мен­но в труб­ке раз­да­ва­лось: «Або­нент недо­сту­пен или на­хо­дит­ся вне зо­ны дей­ствия се­ти». От­ча­яв­шись до­зво­нить­ся му­жу, пой­ма­ла так­си и по­еха­ла к его ма­те­ри. Све­кровь (уже прак­ти­че­ски быв­шая) жи­ла на окра­ине го­ро­да в част­ном до­ме. Ал­ла Пет­ров­на днем вход во двор ни­ко­гда не за­пи­ра­ла, од­на­ко те­перь и на ка­лит­ке, и на во­ро­тах ви­се­ло по боль­шо­му ам­бар­но­му зам­ку. «Мо­жет, к сест­ре в Чер­нов­цы уеха­ла по­го­стить?» — мельк­ну­ла мысль. Но тут в окне мельк­нул си­лу­эт све­кро­ви, а на крыль­цо вы­шел Ан­дрей с Дим­кой на ру­ках. Уви­дев ме­ня воз­ле за­бо­ра, муж быст­ро вер­нул­ся в дом. На­прас­но я да­ви­ла на кноп­ку звон­ка звон­ка, ко­ло­ти­ла в же­лез­ные во­ро­та и по­пе­ре­мен­но зва­ла сы­на, му­жа и све­кру­ху. Так кри­ча­ла, что го­лос со­рва­ла. Но ко мне ни­кто не вы­шел. За­то на всех ок­нах за­дер­ну­ли што­ры, а в ком­на­тах по­га­си­ли свет, хо­тя еще не бы­ло и вось­ми ве­че­ра. Я от от­ча­я­ния по­зво­ни­ла в ми­ли­цию: — Ал­ло, у ме­ня сы­на по­хи­ти­ли! Маль­чи­ка на­силь­но удер­жи­ва­ют по ад­ре­су... На­ряд при­е­хал на удив­ле­ние быст­ро. Но, ока­за­лось, ра­но я об­ра­до­ва­лась. Преж­де чем брать «кре­пость» штур­мом, один из ми­ли­ци­о­не­ров по­ин­те­ре­со­вал­ся, кто и с ка­кой це­лью по­хи­тил мо­е­го сы­на. — Вы хо­ти­те ска­зать, что его за­брал отец? — уточ­нил лей­те­нант, вы­слу­шав мой сум­бур­ный рас­сказ. — Род­ной отец, с ко­то­рым вы со­сто­и­те в офи­ци­аль­ном бра­ке? — Мы ско­ро раз­во­дим­ся, — про­бор­мо­та­ла я. — Да­же по­сле раз­во­да ро­ди­те­ли име­ют рав­ные пра­ва на вос­пи­та­ние де­тей, — жест­ко от­ре­зал ми­ли­ци­о­нер. — А ме­сто про­жи­ва­ния ре­бен­ка опре­де­ля­ет суд. — Вы не мо­же­те про­сто так раз­вер­нуть­ся и уехать! — за­кри­ча­ла я, хва­тая лей­те­нан­та за ру­кав. — Вы обя­за­ны... — Граж­дан­ка, бу­де­те бу­зить, при­вле­чем вас к от­вет­ствен­но­сти за лож­ный вызов! Мне так и не уда­лось за­брать Ди­моч­ку. Еже­днев­но при­ез­жаю к до­му све­кро­ви, но его взрос­лые оби­та­те­ли стой­ко дер­жат обо­ро­ну. В са­дик сы­ниш­ку не во­дят, да­же во дво­ре с ним не гу­ля­ют — не вы­пус­ка­ют из-под зам­ка. Зав­тра суд, и я со стра­хом жду «при­го­во­ра». Ведь у му­жа и жил­пло­щадь по­луч­ше, и зар­пла­та по­боль­ше, и свя­зи... А вдруг су­дья от­даст Дим­ку ему? Как то­гда жить?!

Ал­ла Пет­ров­на, све­кровь Ма­ри­ны Я не счи­таю невест­ку хо­ро­шей же­ной и ма­те­рью. И, уж ко­неч­но, вну­ку луч­ше бу­дет жить с на­ми, чем с этой лен­тяй­кой и неря­хой!

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.