Ал­ло, мне нуж­нуж­на­на жен­щи­на!

Мож­но ли на ста­ро­сти лет по­чув­ство­вать се­бя мо­ло­дой и счаст­ли­вой? Еще недав­но я бы ска­за­ла, что это немыс­ли­мо...

Moja Sudba - - Актуально -

нас на те­ле­фоне до­ве­рия ра­бо­та­ют, как пра­ви­ло, лю­ди в воз­расте. Оно и по­нят­но: у по­жи­лых, в от­ли­чие от мо­ло­де­жи, и опы­та по­боль­ше, и тер­пе­ния хва­та­ет. Ведь вы­держ­ка в та­ком де­ле под­час нуж­нее, чем пси­хо­ло­ги­че­ское об­ра­зо­ва­ние. Нам зво­нят от­ча­яв­ши­е­ся, несчаст­ные, одинокие лю­ди, те, у ко­го ря­дом нет ни род­ных, ни дру­зей, ко­то­рым мож­но бы­ло бы вы­го­во­рить­ся. Бы­ва­ют звон­ки от нар­ко­ма­нов, ма­те­рей-оди­но­чек и быв­ших уго­лов­ни­ков, вы­шед­ших на сво­бо­ду, но такт и не на­шед­ших сво­е­го ме­ста в жиз­ни. Не ра­бо­та, а сплош­ной­сплошн нега­тив, ска­же­те вы. А вот и неправ­да! Это же та­кое счасть сча­стье — по­мочь че­ло­ве­ку разо­брать­ся в про­бле­мах и услы­шать на том кон­це про­во­да: «Спа­си­бо, вы мне от­кры­ли гла­за!» или «Вы спасл­ис­па ме­ня!» Тем уди­ви­тель­нее был зво­нок, по­сту­пив­ший од­на­ж­ды.од­на­жд — Ал­ло, здрав­ствуй­те! — раз­да­лось в труб­ке. — Здрав­ствуй­те! — при­выч­но веж­ли­во от­ве­ти­ла я. — Ка­кие у вас про­бле­мы? Чем мо­гу по­мочь? — Тут, зна­е­те ли, та­кое де­ло… — на­чал бы­ло муж­чи­на­мужч на том кон­це про­во­да нере­ши­тель­но, но по­сле па­у­зы вдруг вы­па­лил: — Мне нуж­на жен­щи­на! — С ва­ми не хо­тят об­щать­ся жен­щи­ны? — до­га­да­лась­до­га­да­ла я. — Есть ка­кие-то пред­по­ло­же­ния, по­че­му? — Ну-у-у... Ду­маю, из-за мо­е­го воз­рас­та... Лет мне у уже нема­ло. Го­во­рят: «Был бы ты мил­ли­о­не­ром, еще бы по­ду­ма­ли,по­ду­мал а так»… — Не все жен­щи­ны ко­рыст­ны, — ста­ла я успо­ка­и­вать­успо­ка­и­ва кли­ен­та. — Есть мно­го мяг­ких, доб­рых, по­ни­ма­ю­щих… Вы по­про­буй­те по­об­щать­ся со сверст­ни­ца­ми, а не с мо­ло­день­ки­ми дев­чон­ка­ми.д На­вер­ня­ка встре­ти­те хо­ро­шую. — Со сверст­ни­ца­ми? Да вы сме­е­тесь, что ли? — муж­чи­на­му яв­но рас­сер­дил­ся. — Эти ста­рые пе­реч­ни­цы ду­ма­ют толь­ко­толь о вну­ках и кон­сер­ва­ции! Тьфу! А мне нуж­на строй­ная, под­тя­ну­тая,под­тян ин­те­рес­ная жен­щи­на. Та­кая, у ко­то­рой глаз го­рит. Сре­ди ше­сти­де­ся­ти­лет­них ста­ру­шек раз­ве най­дешь что-то по­доб­ное?!по­доб­ное? Я по­чув­ство­ва­ла се­бя за­де­той за жи­вое. — Ну зна­е­те ли! Вот мне уже шесть­де­сят два, а фи­гу­ра­фиг — как у мо­ло­день­кой! Ри­сую, тан­цую, на ги­та­ре иг­раю… — Так, — кряк­нул со­бе­сед­ник. — Пред­ла­га­е­те се­бя, что ли?

— Да какк вы мог­ли та­кое по­ду­мать?! — вспых­ну­ла я. — Во­об­ще­то, я ока­зы­ва­юо вам пси­хо­ло­ги­че­скую по­мощь, ес­ли вы не со­об­ра­зи­ли.ра­зи­ли Объ­яс­няю еще раз: да­же жен­щи­на за шесть­де­сят мо­жет стать от­лич­ной по­дру­гой жиз­ни. Ищи­те луч­ше, и вам та­кая обя­за­тель­но­обя­зат встре­тит­ся. — А, нун лад­но... — и стран­ный со­бе­сед­ник бро­сил труб­ку, да­же не по­про­щав­шись.поп Не люблю­лю та­ких! Ма­ло то­го что от­нял мое ра­бо­чее вре­мя — нес ка­кую-то­ка­кую че­пу­ху, так еще и за­дел за жи­вое. По­ду­ма­ешь, воз­раст! На­шел камень пре­ткно­ве­ния! Раз­вол­но­вав­шись,Раз­вол я вско­чи­ла со сту­ла, по­ду­мав: «Пой­ду, что ли чай при­го­тов­лю,пр что­бы успо­ко­ить­ся»... И вскрик­ну­ла от бо­ли: опять по­яс­ни­ца раз­бо­ле­лась! На­до бу­дет схо­дить на мас­саж… Са­мое по­ра­зи­тель­ное, что этот оза­бо­чен­ный пен­си­о­нер сно­ва по­зво­нил­по­звон че­рез па­ру дней! — Здрав­ствуй­те,Здр как вас там, за­был… — Ан­наАнн Ни­ко­ла­ев­на, — спо­кой­но от­ве­ти­ла я (с кли­ен­та­ми на­до раз­го­ва­ри­вать­раз­гов веж­ли­во, да­же ес­ли они вам не нра­вят­ся). — Так вот, Ан­на Ни­ко­ла­ев­на, хо­тел у вас уточ­нить: вы на ве­ло­си­пе­де ка­та­е­тесь? — Нет.Нет А за­чем вам это? — Я, ви­ди­те ли, ве­ло­си­пе­дист-лю­би­тель. Мне нуж­на жен­щи­на, ко­то­рая бы яв­ля­лась при­вер­жен­кой это­го эко­ло­ги­че­ски чи­сто­го ви­да транс­пор­та. А вы, зна­чит, не из та­ких… — мой со­бе­сед­ник по­мол­чал. Я уже бы­ла го­то­ва учти­во по­про­щать­ся, но он про­дол­жил: — Лад­но, на­учить вас ез­дить на ве­ли­ке мо­гу, ко­неч­но. Это раз плю­нуть. Ес­ли вы, ра­зу­ме­ет­ся, смо­же­те взгро­моз­дить на него свои ста­рые ко­сти... — По­слу­шай­те, вы! — сно­ва вспых­нув, пе­ре­би­ла я. — У нас здесь не служ­ба зна­комств для тех, ко­му за шесть­де­сят, и не ша­ра­га ка­кая-ни­будь. К нам зво­нят лю­ди с се­рьез­ны­ми про­бле­ма­ми, а вы сей­час от­ни­ма­е­те мое слу­жеб­ное вре­мя вся­ки­ми глу­по­стя­ми! — Так в чем де­ло? — вы­дал он удив­лен­но. — Да­вай­те встре­тим­ся по­сле ва­шей ра­бо­ты. В ко­то­ром ча­су и ку­да за ва­ми подъ­е­хать? — Вы жа­ло­ва­лись, что у вас про­бле­мы в от­но­ше­ни­ях с мо­ло­день­ки­ми жен­щи­на­ми? — на­брав в грудь по­боль­ше воз­ду­ха, спро­си­ла я. — Мо­гу вам под­ска­зать, что де­лать. Ку­пи­те се­бе в ап­те­ке виа­гру, за­сунь­те валидол под язык на вся­кий слу­чай и ка­ти­тесь к сво­им ма­ло­лет­кам! — и швыр­ну­ла труб­ку. По­нят­но, что по­сту­пи­ла очень непро­фес­си­о­наль­но и, воз­мож­но, мне по­па­дет от ко­ор­ди­на­то­ра на­шей служ­бы. Но мол­ча сно­сить по­доб­ное хам­ство я не со­би­ра­лась! Кол­ле­ги ти­хонь­ко по­сме­и­ва­лись, при­кры­ва­ясь ла­до­шка­ми. — Да не нерв­ни­чай­те вы так, Ан­на Ни­ко­ла­ев­на! — ска­за­ла мне со­сед­ка. — Мож­но по­ду­мать, вы впер­вые столк­ну­лись с неурав­но­ве­шен­ным кли­ен­том. Это же на­ша ра­бо­та — ока­зы­вать та­ким пси­хо­ло­ги­че­скую по­мощь. — Вот в сле­ду­ю­щий раз вы и бу­де­те с ним раз­го­ва­ри­вать, — па­ри­ро­ва­ла тут же. —А я от­ка­зы­ва­юсь! До­ма ме­ня жда­ли при­выч­ная ти­ши­на и го­лод­ная Мар­та у по­ро­га. Я на­кло­ни­лась, по­тре­па­ла ее за­гри­вок: — Со­ску­чи­лась, дет­ка? Ну пой­дем, вы­гу­ляю те­бя. Со­ба­ку мне под­ки­ну­ли де­ти. Сна­ча­ла яко­бы на пе­ре­держ­ку, на

Ста­рый ло­ве­лас нес та­кую ерун­ду! Вид­но, он пе­ре­пу­тал нас со служ­бой зна­комств

вре­мя от­пус­ка. А по­том вдруг вы­яс­ни­лось, что у млад­шей внуч­ки ал­лер­гия на шерсть. — Вы так сдру­жи­лись с Мар­той! — от­ме­ти­ла моя невест­ка. — Пусть у вас и оста­ет­ся. Ну не вы­го­нять же со­ба­ку на ули­цу! Тем бо­лее что она по­ро­ди­стая. Сна­ча­ла я жут­ко разо­зли­лась за та­кой «по­да­ро­чек», а по­том ни­че­го, при­вык­ла. У де­тей ведь своя жизнь, свои за­бо­ты. Они не то что ви­зи­та­ми, да­же звон­ка­ми ме­ня неча­сто ба­лу­ют. А тут при­хо­дишь до­мой, и те­бя кто-то ждет, кто-то те­бе ра­ду­ет­ся. Толь­ко вот диа­ло­га с Мар­той ни­как не по­лу­ча­ет­ся, сплош­ной мо­но­лог.

— Как ты ду­ма­ешь, Мар­ту­ся, этот псих — дей­стви­тель­но псих? Или про­сто та­кой же оди­но­кий, как я, че­ло­век? — спро­си­ла со­ба­ку, когда она на­гу­ля­лась и по­ужи­на­ла. Мар­та за­ви­ля­ла хво­стом. — Вот и я не знаю. Лад­но, пой­дем смот­реть та­лант-шоу. Про­шло несколь­ко от­но­си­тель­но спо­кой­ных дней, я уже ста­ла за­бы­вать пре­ста­ре­ло­го ве­ло­си­пе­ди­ста, ис­ка­те­ля при­клю­че­ний. Но од­на­ж­ды од­на из мо­их кол­лег пе­ре­клю­чи­ла на ме­ня зво­нок, про­шеп­тав при этом: — Про­сят по­го­во­рить имен­но с ва­ми. Го­лос взвол­но­ван­ный. Мо­жет, этот тот са­мо­убий­ца? Я вздрог­ну­ла: был у ме­ня один раз­го­вор па­ру ме­ся­цев на­зад, муж­чи­на хо­тел на­ло­жить на се­бя ру­ки из-за пре­да­тель­ства же­ны. То­гда ка­за­лось, что смог­ла ему по­мочь вы­бро­сить по­доб­ные мыс­ли из го­ло­вы, но вдруг — ре­ци­див?.. — Ан­на Ни­ко­ла­ев­на, вы мне очень нуж­ны! — услы­ша­ла в труб­ке зна­ко­мый, но не тот, ко­то­рый пред­по­ла­га­ла, го­лос. — А, это вы, неудав­ший­ся уха­жер! — от серд­ца от­лег­ло: зна­чит, с тем че­ло­ве­ком все в по­ряд­ке. — Опять бу­де­те уго­ва­ри­вать ме­ня на­учить­ся ка­тать­ся на ве­ло­си­пе­де? — Нет, глу­по­сти все! У мо­е­го при­я­те­ля се­рьез­ная си­ту­а­ция... Бо­юсь, он на гра­ни нерв­но­го сры­ва. Я сра­зу ста­ла се­рьез­ной: — Рас­ска­жи­те, в чем де­ло! — Он не так дав­но пе­ре­нес ин­фаркт, чув­ству­ет се­бя неваж­нец­ки. А тут де­ти... Вме­сто то­го что­бы уха­жи­вать за от­цом, все­лять в него оп­ти­мизм, ста­ли прес­син­го­вать: мол, на­пи­ши нам дар­ствен­ную на квар­ти­ру как мож­но ско­рее! А то ты по­мрешь, от­прыс­ки от пер­во­го бра­ка на­бе­гут, и при­дет­ся с ни­ми де­лить­ся! — Ка­кое бес­сер­де­чие! — вос­клик­ну­ла я. — Вот-вот, то­же так ду­маю. Но мы ведь не вы­би­ра­ем род­ствен­ни­ков, прав­да? Сер­гей за­ханд­рил, чув­ству­ет се­бя все ху­же, бо­юсь, что­бы по­втор­но­го ин­фарк­та не слу­чи­лось. Он пря­мо весь на нер­вах, а ему же ну­жен по­кой… — Пусть обя­за­тель­но по­зво­нит нам! У нас ра­бо­та­ют опыт­ные пси­хо­ло­ги, мы по­мо­жем ему спра­вить­ся со стрес­сом. — Вы не по­ни­ма­е­те — он ни за что ни­ко­му не по­зво­нит, не по­про­сит по­мо­щи! Ха­рак­тер та­кой, гор­дый. — То­гда, из­ви­ни­те, я не знаю, что мо­гу для него сде­лать.

— А вы пой­ди­те со мной к нему в го­сти! — неожи­дан­но за­явил со­бе­сед­ник. Я рас­те­ря­лась. — Во­об­ще-то... ра­бо­таю толь­ко по те­ле­фо­ну, ви­зи­ты не вхо­дят в мою ком­пе­тен­цию… — То есть пусть че­ло­век се­бе уми­ра­ет, да? — под­на­чи­вал он. — Из­за то­го что вы не хо­ти­те под­нять свою… — Пе­ре­стань­те го­во­рить глу­по­сти! По­мол­чи­те ми­ну­ту, я ду­маю... Мо­гу посоветовать хо­ро­ше­го специалиста по кри­зис­ным со­сто­я­ни­ям. Он, кста­ти, с ме­ди­цин­ским об­ра­зо­ва­ни­ем. — Ага, что­бы Се­ре­га ме­ня вме­сте с ним из квар­ти­ры вы­ста­вил?! А с ва­ми я уже все при­ду­мал: ска­жу, что вы моя… ну... зна­ко­мая. Он по­ве­рит. Я ча­сто его со сво­и­ми жен­щи­на­ми зна­ком­лю. Вы по­на­блю­да­е­те за его по­ве­де­ни­ем, как пси­хо­лог, и под­ска­же­те, что на­до пред­при­нять, как мне се­бя ве­сти. Мы с ним уже два­дцать лет дру­жим, не мо­гу оста­вить его уми­рать! По­след­ние сло­ва ре­ши­ли все. Я на­зва­ла бли­жай­шую к ра­бо­те оста­нов­ку ав­то­бу­са и ска­за­ла, во сколь­ко ме­ня там ждать. Со­бе­сед­ник об­ра­до­вал­ся: — Вот спа­си­бо вам, ни­ко­гда не за­бу­ду! Вы из­ви­ни­те, что я вас до­ста­вал рань­ше. И ха­мил вам. Это я так, со ску­ки. Ме­ня, кста­ти, зо­вут Ива­ном Ти­мо­фе­е­ви­чем. — Вот и лад­но. Зна­чит — в шесть. Ров­но в 18:00 я по­до­шла к оста­нов­ке и уви­де­ла им­по­зант­но­го се­до­вла­со­го муж­чи­ну. Под­тя­ну­тый, без грам­ма лиш­не­го жи­ра, иде­аль­но вы­бри­тый. Он, по­чув­ство­вав мой взгляд, обер­нул­ся: — Ан­на Ни­ко­ла­ев­на? Здрав­ствуй­те, я так рад, что вы от­клик­ну­лись на мою прось­бу! Да ка­кую там прось­бу — при­зыв о по­мо­щи! Нам от­сю­да ехать все­го пол­ча­са. По до­ро­ге Иван Тимофеевич нем­но­го рас­ска­зал о сво­ем дру­ге. Сер­гей был же­нат не то три, не то че­ты­ре ра­за, и от каж­дой же­ны сбе­гал с оче­ред­ной лю­бов­ни­цей. А вот по­след­няя его об­хит­ри­ла: обо­бра­ла, как лип­ку, от­пи­са­ла се­бе квар­ти­ру и вы­ста­ви­ла быв­ше­го су­пру­га в ро­ди­тель­скую. Да еще и дет­ки те­перь ре­гу­ляр­но к нему на­ве­ды­ва­ют­ся, де­нег клян­чат. — Ес­ли чест­но, я со­всем не со­чув­ствую ва­ше­му зна­ко­мо­му, — при­зна­лась от­кро­вен­но. — Он на­по­рол­ся на еще бо­лее под­лую осо­бу, чем сам, вот и все. По за­ко­ну все­лен­ской спра­вед­ли­во­сти. Так ска­зать, от­ли­лись кош­ке мыш­ки­ны слез­ки. Мой спут­ник встре­во­жил­ся: — Так вы не по­мо­же­те мне? — Не го­во­ри­те глу­по­стей, ко­неч­но, по­про­бую по­мочь. Не вам, прав­да, а ва­ше­му дру­гу. Хоть и не раз­де­ляю ва­шей сим­па­тии к нему, но твер­до уве­ре­на: ес­ли мо­жешь по­мочь ко­му-то, это обя­за­тель­но на­до сде­лать. Да­же ес­ли че­ло­век те­бе непри­я­тен. Квар­ти­ра стра­даль­ца на­хо­ди­лась на де­вя­том эта­же, лифт не ра­бо­тал. Мой спут­ник бод­ро тру­сил впе­ре­ди, а я, за­ды­ха­ясь, еле ка­раб­ка­лась по сту­пень­кам. Ли­цо пы­ла­ло, серд­це сту­ча­ло, как бе­ше­ное, по­это­му да­ла се­бе сло­во уве­ли­чить на­груз­ку во вре­мя утрен­ней за­ряд­ки. Дверь ока­за­лась при­от­кры­той. Иван Тимофеевич ше­по­том со­об­щил мне, что спе­ци­аль­но по­про­сил сво­е­го Се­ре­гу не за­пи­рать­ся. Ма­ло ли что — вдруг ему ста­нет пло­хо, а дверь закрыта. — Се­ре­га, при­вет, это я! — про­кри­чал на по­ро­ге мой про­во­жа­тый. — Я, как и обе­щал, не один! Ну ты где, Се­ре­га? Мы при­шли.

Иван, счаст­лив, что встре­тил Ан­ну Пер­вый раз я от сму­ще­ния на­го­во­рил Анеч­ке вся­ких глу­по­стей. Она по­том дол­го еще вспо­ми­на­ла. А во­об­ще мне с ней очень по­вез­ло!

Кол­ле­га пе­ре­клю­чи­ла зво­нок на ме­ня и ска­за­ла: «Имен­но с ва­ми хо­тят го­во­рить»

За­шли в ком­на­ту. На кро­ва­ти ле­жал по­жи­лой блед­ный муж­чи­на с трех­днев­ной ще­ти­ной. И вдруг... у ме­ня под­ко­си­лись но­ги: это же он, Се­ре­жа! Меч­та мо­ей юно­сти, моя пер­вая лю­бовь, ко­то­рая так мно­го зна­чи­ла в мо­ей жиз­ни! Имен­но Сер­гей стал мо­им пер­вым муж­чи­ной. Я, ду­роч­ка, ду­ма­ла, что у нас — лю­бовь. А он уже че­рез па­ру дней за­гу­лял с дру­гой. Не за­ду­мы­ва­ясь, про­ме­нял ме­ня на яр­кую сме­лую Ли­доч­ку. Как же я стра­да­ла! Да­же ушла из ин­сти­ту­та: про­сто не мог­ла ви­деть, как лю­би­мый ми­лу­ет­ся с Ли­дой, да и ше­по­ток од­но­курс­ни­ков за спи­ной не до­бав­лял ра­до­сти. Все зна­ли, что я — Се­ре­жи­на «быв­шая», ко­то­рую он бро­сил. Кое-кто ме­ня жа­лел, кое-кто зло­рад­ство­вал. По­сле трех ме­ся­цев та­ко­го му­че­ния за­бра­ла до­ку­мен­ты и пе­ре­ве­лась в дру­гой вуз, по­те­ряв при этом це­лый год. Ро­ди­те­ли бы­ли вне се­бя, пы­та­лись вы­яс­нить, по­че­му так по­сту­пи­ла, но я упор­но мол­ча­ла. Во­об­ще по боль­шей ча­сти мол­ча­ла в ту по­ру. Ша­ра­ха­лась от но­вых од­но­курс­ни­ков, сбе­га­ла при лю­бом на­ме­ке на флирт со сто­ро­ны пар­ней... По­том, прав­да, встре­ти­ла Юру, и мы с ним бы­ли счаст­ли­вы по­чти трид­цать лет, по­ка он не умер. Имен­но Юра по­мог мне за­быть из­мен­ни­ка, по­сме­яв­ше­го­ся над мо­и­ми чув­ства­ми. И вот те­перь этот из­мен­ник ле­жит на кро­ва­ти и нуж­да­ет­ся в мо­ей про­фес­си­о­наль­ной по­мо­щи! Я по­пы­та­лась взять се­бя в ру­ки: ведь при­шла сю­да как пси­хо­лог, а пси­хо­ло­гу нель­зя про­яв­лять свои че­ло­ве­че­ские сла­бо­сти. Тем бо­лее что Се­ре­жа ме­ня яв­но не узнал. Иван Тимофеевич что­то го­во­рил о пре­крас­ной погоде за ок­ном и на­стой­чи­во звал дру­га по­гу­лять с на­ми, но тот упор­но от­ка­зы­вал­ся. На­сту­пи­ла ти­ши­на. Мой спут­ник во­про­си­тель­но по­гля­ды­вал на ме­ня, удив­ля­ясь за­тя­нув­ше­му­ся мол­ча­нию. Я про­чи­сти­ла гор­ло и доб­ро­же­ла­тель­но про­из­нес­ла: — В са­мом де­ле, Сер­гей Фе­до­ро­вич, пой­дем­те! Я хо­те­ла по­про­сить Ива­на Ти­мо­фе­е­ви­ча кое-что сде­лать, но он все от­не­ки­ва­ет­ся. Бо­ит­ся, на­вер­ное, что не спра­вит­ся с за­да­ни­ем. Иван Тимофеевич недо­умен­но по­смот­рел мне в гла­за, по­том по­нял хит­рость и за­ныл: — Се­ре­га, пой­дем, те­бе что, труд­но, что ли, дру­га под­дер­жать? А то она ме­ня съест! Он со­стро­ил та­кую смеш­ную ро­жи­цу, что его при­я­тель не вы­дер­жал — прыс­нул. — Лад­но, — со­гла­сил­ся на­ко­нец Сер­гей, — толь­ко учти­те: я быст­ро хо­дить не мо­гу — оста­нав­ли­ва­юсь на каж­дом ша­гу.

— А это не страш­но, нам неда­ле­ко — в скве­рик, что ря­дом с ва­шим до­мом, — уточ­ни­ла я. Когда мы вы­шли на ули­цу, Иван Тимофеевич ис­пу­ган­но за­шеп­тал мне пря­мо в ухо: — Я не под­вер­гаю со­мне­нию ва­ши про­фес­си­о­наль­ные ка­че­ства, толь­ко от­веть­те на та­кой во­прос: как мы его бу­дем транс­пор­ти­ро­вать на­зад, на де­вя­тый этаж? Лифт-то не ра­бо­та­ет. — Успо­кой­тесь, — усмех­ну­лась я. — До­верь­тесь про­фес­си­о­на­лу. Мне ка­жет­ся, что де­ла не так уж пло­хи. В прин­ци­пе, в том, что я за­ду­ма­ла, не бы­ло ни­че­го ге­ни­аль­но­го — обыч­ный се­анс арт-те­ра­пии. Не зря же при­хва­ти­ла с со­бой с ра­бо­ты склад­ной моль­берт, крас­ки и кисти! Моль­бер­тик, до сих

Как же я стра­да­ла! Да­же пе­ре­ве­лась в дру­гой вуз, по­те­ряв при этом це­лый год

пор ле­жав­ший у ме­ня в рюк­за­ке, как по ма­но­ве­нию вол­шеб­ной па­лоч­ки, был из­вле­чен на свет бо­жий. Сер­гей (то есть Сер­гей Фе­до­ро­вич) за­ар­та­чил­ся: — Я что — школь­ник, на бу­ма­ге ка­ля­кать?! — Да не упрямь­ся ты так, — стал уго­ва­ри­вать его при­я­тель. — Ес­ли хо­чешь, я пер­вый нач­ну ри­со­вать. — Точ­но, да­вай сна­ча­ла ты, — угрю­мо про­из­нес Се­ре­жа. —А я по­ка на ла­воч­ке по­си­жу, по­гре­юсь на сол­ныш­ке. Две неде­ли уже из до­му не вы­хо­дил! — Это прав­да, — шеп­нул мне Иван Тимофеевич. — Сколь­ко его ни упра­ши­вал — ни в ка­кую! Так что ва­ше при­сут­ствие ему уже на поль­зу — све­жим воз­ду­хом по­ды­шит. И про­дол­жил гром­ко: — Ну-с, рас­ска­зы­вай­те, что тут ри­со­вать на­до! По­ка я объ­яс­ня­ла суть за­да­ния, Се­ре­жа си­дел на ска­мей­ке и, при­щу­рив­шись, смот­рел на ме­ня. —А я ведь вас знаю! — ска­зал он вдруг. У ме­ня вы­па­ла кисть из ру­ки. Не­уже­ли та­ки узнал?! — Да-да, ко­неч­но. Мы в во­семь­де­сят пя­том ра­бо­та­ли в од­ном ин­сти­ту­те. Вы в пя­той ла­бо­ра­то­рии, ая — в седь­мой. Я об­лег­чен­но вздох­ну­ла: нет, не узнал. Иван Тимофеевич под­нял кисть и за­дум­чи­во гля­нул на ме­ня. — Что тут у вас по­лу­ча­ет­ся? — улыб­ну­лась ему. — Очень ин­те­рес­но! Сер­гей Фе­до­ро­вич, те­перь — ва­ша оче­редь! Три ча­са про­шли неза­мет­но. К кон­цу се­ан­са Сер­гей чув­ство­вал се­бя го­раз­до бод­рее. К сча­стью, и лифт уже по­чи­ни­ли. — Ну, ка­ко­во ва­ше про­фес­си­о­наль­ное мне­ние? — спро­сил ме­ня Иван Тимофеевич, как толь­ко мы вдво­ем вы­шли из подъ­ез­да, оста­вив Сер­гея отдыхать. Я от­ве­ти­ла, чуть по­ду­мав: — Ди­а­гно­сти­ка по ри­сун­ку, ко­неч­но, мо­жет быть не со­всем кор­рект­ной, но кое-что вид­но уже сей­час. Ес­ли от­влечь­ся от спе­ци­аль­ных тер­ми­нов, то у ва­ше­го дру­га про­изо­шел слом жиз­нен­ной па­ра­диг­мы, и он… — Стоп-стоп! — мой спут­ник под­нял ру­ки вверх, как бы сда­ва­ясь. — А ес­ли еще про­ще? — Хо­ро­шо. Сер­гей всю жизнь счи­тал се­бя са­мым-са­мым, ду­мал, что дер­жит бо­га за бо­ро­ду, а ока­за­лось, что не толь­ко он мо­жет об­ма­ны­вать, но и его. Вот ва­ше­го при­я­те­ля и под­ко­си­ло. Ну и страх смер­ти, ко­неч­но, по­сле пе­ре­не­сен­но­го ин­фарк­та. — Вы по­мо­же­те Се­ре­же вы­ка­раб­кать­ся из это­го со­сто­я­ния? Су­дя по то­му, что я се­го­дня ви­дел, вы от­лич­ный пси­хо­лог. — Из­ви­ни­те, но нет. Мне непри­я­тен ваш Сер­гей Фе­до­ро­вич, а про­фес­си­о­нал дол­жен оста­вать­ся бес­страст­ным. Ес­ли хо­ти­те, мо­гу посоветовать свою кол­ле­гу. Пред­ста­вим все так, буд­то из по­ли­кли­ни­ки к нему при­сла­ли вра­ча-пси­хо­те­ра­пев­та. Прав­да, ее кон­суль­та­ции на­до бу­дет опла­чи­вать… — Это не про­бле­ма, — за­ве­рил ме­ня Иван Тимофеевич. — Од­но­го не мо­гу по­нять, — я ис­пы­ту­ю­ще на него по­смот­ре­ла. — Ваш друг — не­при­ят­ная, нечи­сто­плот­ная лич­ность. Уве­ре­на в

Ан­на, вы­шла за­муж за Ива­на При­я­те­лем Ва­ни ока­зал­ся Сер­гей, с ко­то­рым у ме­ня бы­ли свя­за­ны непри­ят­ные вос­по­ми­на­ния. И те­перь я долж­на ему по­мо­гать?!

том, что, ес­ли бы с ва­ми слу­чи­лось нечто по­хо­жее, он бы и паль­цем не ше­вель­нул. По­че­му вы ему по­мо­га­е­те? Вы дей­стви­тель­но так его лю­би­те? — Ско­рее нет, чем да, — по­мол­чав, от­ве­тил муж­чи­на. — Мы с ним при­я­тель­ству­ем уже мно­го лет, а это к че­му-то да обя­зы­ва­ет. И, кро­ме ме­ня, Сер­гею боль­ше не на ко­го на­де­ять­ся. По­до­шел мой ав­то­бус. Я про­тя­ну­ла ру­ку, про­ща­ясь, но Иван Тимофеевич за­шел в са­лон вме­сте со мной. — Ин­те­рес­но узнать, из че­го вы сде­ла­ли вы­вод, что Се­ре­га нечи­сто­пло­тен. Не­уже­ли из то­го ри­сун­ка, ко­то­рый тот на­ма­ле­вал? — спро­сил он. — Что-то не ве­рит­ся... Я спо­хва­ти­лась, что сболт­ну­ла лиш­нее. Рас­ска­зы­вать со­вер­шен­но чу­жо­му че­ло­ве­ку о сво­ем про­шлом, о дав­нем пре­да­тель­стве и ста­рой ду­шев­ной трав­ме во­все не хо­те­лось. По­это­му лов­ко пе­ре­ве­ла раз­го­вор на дру­гую те­му и да­же поз­во­ли­ла Ива­ну Ти­мо­фе­е­ви­чу про­во­дить се­бя до до­ма. — Те­перь я ваш долж­ник, — за­явил он, про­ща­ясь. — При­гла­шаю зав­тра в парк. По­гу­ля­ем, по­кор­мим пти­чек. Я бы­ла не про­тив. Ка­ко­во же бы­ло мое изум­ле­ние, когда но­вый зна­ко­мый явил­ся на встре­чу с… ве­ло­си­пе­дом! — Все-та­ки по­ста­ра­юсь на­учить вас на нем ез­дить, — ска­зал он. — Хо­ти­те про­ве­рить, смо­гу ли взгро­моз­дить на ве­ло­си­пед свои ста­рые ко­сти? — съяз­ви­ла я. Он рас­хо­хо­тал­ся: — А вам па­лец в рот не кла­ди! Люб­лю та­ких… строп­ти­вых. Я сде­ла­ла вид, что не рас­слы­ша­ла его за­ме­ча­ния. А что? Воз­раст по­чтен­ный все-та­ки, мо­жет, ме­ня слух стал под­во­дить... Как ни стран­но, ез­дить на ве­ло­си­пе­де да­же по­нра­ви­лось, прав­да, до тех пор, по­ка Иван Тимофеевич при­дер­жи­вал ме­ня сза­ди за сед­ло. Но сто­и­ло учи­те­лю отпустить ве­ло­си­пед, как он тут же за­пет­лял из сто­ро­ны в сто­ро­ну, пе­да­ли вы­рва­лись из-под мо­их ступ­ней, и я на всем хо­ду вре­за­лась в куст! Уже успе­ла под­нять­ся, когда услы­ша­ла сза­ди взвол­но­ван­ный го­лос за­пы­хав­ше­го­ся Ива­на Ти­мо­фе­е­ви­ча: — Как вы? Ни­че­го се­бе не сло­ма­ли? Не ушиб­лись? Го­ло­ва не кру­жит­ся? — он стал ощу­пы­вать ме­ня, как за­прав­ский врач, но я с него­до­ва­ни­ем от­бро­си­ла его ру­ки: — Вы ве­де­те се­бя непри­лич­но! — Ага, зна­чит, все в по­ряд­ке, — до­воль­но хо­хот­нул он. Я сде­ла­ла па­ру шагов и по­ня­ла, что от­нюдь не все в по­ряд­ке: пра­вую ло­дыж­ку прон­зи­ла рез­кая боль. Кое-как, об­хва­тив од­ной ру­кой мою та­лию, а дру­гой на­прав­ляя ве­ло­си­пед, Иван Тимофеевич смог до­ста­вить ме­ня до­мой. На­встре­чу вы­бе­жа­ла Мар­та и, про­тив обык­но­ве­ния, не за­ры­ча­ла на незна­ком­ца, а ра­дост­но за­ви­ля­ла хво­стом. — Ого, а вы, ока­зы­ва­ет­ся, уме­е­те нра­вить­ся жи­вот­ным! — удив­лен­но кон­ста­ти­ро­ва­ла я. — И не толь­ко жи­вот­ным, — па­ри­ро­вал зна­ко­мый. На­вер­ное, это был ка­кой-то осо­бен­ный день. С че­го бы ина­че мои де­ти ре­ши­ли за­явить­ся в го­сти без вся­ко­го пре­ду­пре­жде­ния? Да еще и с вну­ка­ми! Невест­ка за­ле­те­ла в кух­ню и со все­го раз­бе­га на­ткну­лась на та­бу­рет­ку, на ко­то­рой си­дел и спо­кой­но пил чай Иван Тимофеевич. — Зд­рас­ь­те! — вы­дох­ну­ла она и изум­лен­но при­свист­ну­ла.

ИВАН ТИМОФЕЕВИЧ, ак­тив­ный пен­си­о­нер

АН­НА НИ­КО­ЛА­ЕВ­НА, со­ци­аль­ный ра­бот­ник

Не раз слы­ша­ла пе­ре­фра­зи­ро­ван­ное вы­ра­же­ние из ста­ро­го по­пу­ляр­но­го ки­но­филь­ма: «В шесть­де­сят лет жизнь толь­ко на­чи­на­ет­ся». «Ска­жут то­же!» – ду­ма­ла я, но те­перь пол­но­стью со­глас­на

Иван с удо­воль­стви­ем учит­ся ри­со­вать. И не про­сто ри­со­вать – пы­та­ет­ся пи­сать мас­лом. Я по­мо­гаю ему в этом. А ведь все на­чи­на­лось с ма­лень­ко­го склад­но­го моль­бер­та и пси­хо­ло­ги­че­ско­го те­ста, на ко­то­рый муж со­гла­сил­ся ра­ди сво­е­го дру­га

Ез­дить на ве­ло­си­пе­де я все-та­ки

на­учи­лась, хоть и не сра­зу. По вза­им­но­му об­ме­ну опы­том, так ска­зать... Учи­тель у ме­ня был креп­кий (ина­че не обо­шлось бы без уве­чий) и тер­пе­ли­вый. Те­перь вме­сте вы­би­ра­ем­ся на ве­ло­си­пед­ные про­гул­ки

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.