Обык­но­вен­ное СЧАСТЬЕ

Труд­нее все­го це­нить то, что ка­жет­ся обыч­ным. Тем бо­лее в та­кие мо­мен­ты, ко­гда ужас­но устал и уже не рад ни­че­му...

Moja Sudba - - Калейдоскоп - Свет­ла­на

Ïо­след­ний год вы­дал вы­дал­ся осо­бен­но тя­же­лым. Умер­ла моя ма­ма, а меж­ду мною и му­жем что-то на­ча­ло пор­тить­ся. В ап­ре­ле из-за об­ман­чи­во­го теп­ла я силь­но про­сту­ди­лась, дол­го бо­ле­ла, и си­лы ни­как не хо­те­ли ко мне воз­вра­щать­ся. А посколь­ку при­бли­жал­ся Со­неч­кин утрен­ник в честь окон­ча­ния дет­са­да, со стра­хом ду­ма­ла, как смо­гу спра­вить­ся со все­ми при­го­тов­ле­ни­я­ми. На­до бы­ло по­шить для до­чур­ки ко­стюм ба­боч­ки, ра­зу­чить сти­шок, отр отре­пе­ти­ро­вать с сцен­ку... За день д до тор­же­ства у ме­ня сно­ва под под­ско­чи­ла тем­пе­ра­ту­ра, я ед­ва дер­жа­лась на но­гах. А Соньк Сонь­ке очень нра­ви­лось раз­гу­ли­ва раз­гу­ли­вать по квар­ти­ре в на­ря­де для п празд­ни­ка. На­пя­лив ко­стюм п пря­мо с утра, она так и но­си­лась по до­му до са­мо­го ве­че­ра. Ле­та­ла, ле­та­ла и до­ле­та­лась... По­рва­ла пла­тье, но мне ни­че­го не ска­за­ла. Ко­гда я со­бра­лась ве­че­ром его утю­жить, то за­ме­ти­ла, что ткань разо­дра­на. — Со­ня, что это? — по­ка­за­ла ей ис­пор­чен­ный на­ряд. Пре­крас­но ви­де­ла: доч­ка огор­че­на тем, что слу­чи­лось, и го­то­ва рас­пла­кать­ся, но мне не хо­те­лось ее уте­шать. Чест­но го­во­ря, от бо­лез­ни и от уста­ло­сти уже и са­ма бы­ла близ­ка к ис­те­ри­ке. Хо­чешь не хо­чешь,

а при­шлось на ско­рую ру­ку ла­тать пла­тье и де­ко­ри­ро­вать шов вы­шив­кой. Улег­лась да­ле­ко за пол­ночь, а вста­ла с пе­ту­ха­ми. На­до бы­ло при­го­то­вить зав­трак, про­во­дить му­жа на ра­бо­ту, раз­бу­дить Со­ню, умыть, одеть, со­ору­дить ей празд­нич­ную при­чес­ку... Ну и се­бе па­ру шт­риш­ков на фи­зио­но­мию на­не­сти, что­бы спря­тать сле­ды уста­ло­сти. Ак­то­вый зал был пе­ре­пол­нен. Не­по­сед­ли­вая ма­лыш­ня бе­га­ла, виз­жа­ла, сби­ва­лась в куч­ки... Я за­те­ря­лась в тол­пе ро­ди­те­лей. Чув­ство­ва­ла се­бя на­столь­ко устав­шей, что да­же не мог­ла ра­до­вать­ся тор­же­ству. Спать хо­те­лось жут­ко. А еще оби­жа­лась на му­жа за то, что оста­вил ме­ня на­едине со все­ми эти­ми за­бо­та­ми. Ря­дом со мной ока­за­лась по­жи­лая жен­щи­на, она с улыб­кой на­блю­да­ла за ре­бя­тиш­ка­ми и чем-то на­по­ми­на­ла мою по­кой­ную ма­моч­ку. — У вас внук или внуч­ка? — спро­си­ла я. — Внуч­ка... — от­ве­ти­ла да­ма. По­сле утрен­ни­ка я при­се­ла на ска­мей­ку во дво­ре. Де­ти оста­лись фо­то­гра­фи­ро­вать­ся, и на­ко­нец-то по­яви­лась воз­мож­ность пе­ре­дох­нуть. — Все бы­ло так кра­си­во, прав­да? Ма­лы­ши — на­сто­я­щие ан­ге­лоч­ки! — ко мне под­се­ла та са­мая жен­щи­на, ко­то­рая сто­я­ла ря­дом на празд­ни­ке. — Да уж, ан­ге­лоч­ки... — вздох­ну­ла я. — Мо­гут так до­ве­сти, что и жить не за­хо­чет­ся… У вас с внуч­кой то­же, на­вер­ное, хва­та­ет про­блем? — Ес­ли бы... — пе­чаль­но про­из­нес­ла со­бе­сед­ни­ца. — На са­мом де­ле у ме­ня во­об­ще нет вну­ков. Ни­ко­го нет... — вдруг при­зна­лась она. — Как?! — изу­ми­лась я.— Вы же ска­за­ли... — Да, ска­за­ла. По­то­му что мне очень хо­те­лось бы... Но я од­на. Муж умер, а де­тей мы с ним так и не на­жи­ли. Этот дет­ский сад неда­ле­ко от мо­е­го до­ма на­хо­дит­ся, вот я и на­ве­ды­ва­юсь сю­да, что­бы по­ра­до­вать­ся чу­жо­му сча­стью. На ее гла­за на­вер­ну­лись сле­зы, а у ме­ня все сжа­лось внут­ри. Да­же не на­шлась, что от­ве­тить. Жен­щи­на улыб­ну­лась — груст­но и в то же вре­мя обод­ря­ю­ще — и ска­за­ла: — Все у вас бу­дет хо­ро­шо. А я по­ду­ма­ла: «И прав­да ведь, все хо­ро­шо. Жи­вы, здо­ро­вы, Сонь­ка рас­тет... И нель­зя за­бы­вать о том, что это и есть счастье! А уста­лость и оби­да прой­дут».

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.