Ес­ли тесть хо­ро­ший, пло­хо все рав­но

Рань­ше я ду­мал, что «за­ду­шить в объ­я­ти­ях» – это яв­ное пре­уве­ли­че­ние. По­ка не ока­зал­ся в ро­ли уду­ша­е­мо­го

Moja Sudba - - News - Фа­ми­лии и име­на дей­ству­ю­щих лиц из­ме­не­ны

«Я по­чув­ство­вал, что крас­нею. Еще немно­го, и Гри­го­рий Ива­но­вич спро­сит, как скла­ды­ва­ют­ся на­ши от­но­ше­ния в по­сте­ли и спо­со­бен ли я удо­вле­тво­рить его дочь. «Э-э-э, – про­мям­лил. – Я... Ко­неч­но... Ес­ли за­хо­чу по­го­во­рить, то дам знать. Но по­ка все в по­ряд­ке»...

O бъ­яв­ляю вас му­жем и же­ной! По­здравь­те друг дру­га! — тор­же­ствен­но про­из­нес­ла ре­ги­стра­тор загса. И сра­зу же в ли­цо по­лез тот наг­лый па­рень с ки­но­ка­ме­рой, и за­ча­стил вспыш­кой еще один, чуть бо­лее скром­ный, и нещад­но за­фаль­ши­вил ор­кестр. Ле­на, изоб­ра­жая по­кор­ность, озор­но взгля­ну­ла на ме­ня и фырк­ну­ла: «Муж-ж-ж!» А по­том мы по­еха­ли ка­тать­ся по го­ро­ду. Все про­ис­хо­ди­ло очень пра­виль­но и очень ду­шев­но. На­вер­ное, так и долж­но про­ис­хо­дить в день рож­де­ния но­вой се­мьи. Еле­на бы­ла пре­лест­на в бе­лом кру­жев­ном пла­тье, ее гла­за лу­чи­лись, все во­круг аха­ли и оха­ли. Ме­ня пе­ре­пол­ня­ло сча­стье. Омра­ча­ло ра­дость толь­ко од­но: мой отец не до­жил до это­го дня. Он по­гиб где-то «за реч­кой», как го­во­ри­ли его дру­зья, ино­гда бы­вав­шие у нас до­ма. Пом­нил я па­пу со­всем смут­но — креп­кий, про­жа­рен­ный солн­цем, пах­ну­щий ма­ши­на­ми и та­ба­ком. По­сте­пен­но из па­мя­ти стер­лось от­цов­ское ли­цо, но его ру­ки по­че­му-то не за­бы­лись. Со­хра­ни­лось несколь­ко фо­то­гра­фий. На од­ной — отец с то­ва­ри­ща­ми на фоне гру­зо­ви­ка, на вто­рой — ря­дом с ма­мой на на­бе­реж­ной в Киеве. Ма­ма так боль­ше и не вы­шла за­муж, по­свя­ти­ла се­бя мне. Я смот­рел на нее и по­ни­мал, что сей­час ухо­жу из ее жиз­ни в сво­бод­ное пла­ва­ние. Зна­ко­мы мы с Ле­ной око­ло го­да, а ро­ди­те­лям она пред­ста­ви­ла ме­ня бук­валь­но че­рез ме­сяц по­сле то­го, как на­ча­ли встре­чать­ся, — при­гла­си­ла в го­сти. Жи­ли они в част­ном сек­то­ре в боль­шом уют­ном и весь­ма доб­рот­ном до­ме. Ни­ка­ких из­ли­шеств и фин­ти­флю­шек. Про­сто, креп­ко, на­деж­но. По­чти сра­зу же ста­ло яс­но: в се­мье гла­вен­ству­ет отец. Он яв­лял со­бой ред­кий се­го­дня тип — нечто сред­нее меж­ду про­све­щен­ным мо­нар­хом и ти­ра­ном-дес­по­том. Гри­го­рий Ива­но­вич все­го до­бил­ся сам: еще в со­вет­ское вре­мя под­нял­ся от сле­са­ря до на­чаль­ни­ка це­ха, а поз­же со­здал до­воль­но круп­ную фир­му по про­из­вод­ству ме­бе­ли. Вся об­ста­нов­ка в до­ме бы­ла сде­ла­на им. А уж ру­ко­по­жа­тие у му­жи­ка... Та­кое креп­кое! Несмот­ря на воз­раст. Он как бы при­гла­шал по­ме­рить­ся си­лой, но «пе­ре­жать» его ла­пи­щу ока­за­лось про­сто нере­аль­но. При­ня­ли ме­ня за­ме­ча­тель­но, как род­но­го. Все боль­ше ве­че­ров я про­во­дил в этом го­сте­при­им­ном до­ме, все ча­ще Гри­го­рий Ива­но­вич ро­нял фра­зы вро­де «Вот мы с то­бой, Сла­ва, сде­ла­ем еще бе­сед­ку и бу­дем в ней ле­том чаи го­нять!» Или «Ну так сма­сте­ришь стол, ка­кой за­хо­чешь!» —

ко­гда я как-то по­се­то­вал, что нее не о очень удоб­но с но­ут­бу­ком си­деть за обыч­нымб обыч­ным сто­лом. ББы­ло Бы­ло в его от­но­ше­нии нечто снис­хо­ди­тель­но-по­кро­ви­тель­ствен­ное, но оно не оби­жа­ло, а ра­до­ва­ло. За несколь­ко дней до сва­дьбы отец Ле­ны по­звал ме­ня на­верх и по­ка­зал по­ме­ще­ние, в ко­то­ром преж­де сто­я­ли ка­ки­е­то са­до­вые скульп­ту­ры и хра­нил­ся за­пас строй­ма­те­ри­а­лов. Я пе­ре­шаг­нул по­рог и не узнал ин­те­рьер. Огром­ный холл был раз­де­лен пе­ре­го­род­ка­ми. За од­ной из них уме­сти­лись га­зо­вая пли­та, мой­ка, сто­лик и ма­лень­кий хо­ло­диль­ник. По­се­ре­дине сто­я­ла кро­вать. Да­же не так... КРО­ВАТЬ! Остав­ша­я­ся часть по­ме­ще­ния бы­ла обо­ру­до­ва­на под го­сти­ную и ра­бо­чий ка­би­нет. Под ок­ном при­та­ил­ся сто­лик с подъ­ем­ной сто­леш­ни­цей. До­вер­ша­ли кар­ти­ну шкаф и книж­ные пол­ки, на ко­то­рых уже сто­я­ли мои кни­ги по про­грам­ми­ро­ва­нию и Лен­ки­ны учеб­ни­ки по пе­да­го­ги­ке. Пустая рам­ка на стене жда­ла на­шу бу­ду­щую сва­деб­ную фо­то­гра­фию, ва­за на сто­ле то­же по­ка пу­сто­ва­ла. Итак, весь вто­рой этаж от­да­ли нам. По­лу­ча­лось, что мы ста­но­ви­лись об­ла­да­те­ля­ми двух ком­нат, от­дель­ной ван­ной, кух­ни и неболь­шо­го бал­ко­на, фак­ти­че­ски вы­хо­дя­ще­го на кры­шу пер­во­го эта­жа. За несколь­ко дней до тор­же­ства я пе­ре­вез ту­да по­чти все свои ве­щи. Оста­ва­лось немно­го — лишь пе­ре­брать­ся са­мо­му, что до сва­дьбы бы­ло нере­аль­но. Хо­тя все зна­ли о на­ших от­но­ше­ни­ях и ни­сколь­ко не пре­пят­ство­ва­ли им. Тем не ме­нее при­шлось ждать. Все эти кар­тин­ки про­мельк­ну­ли в го­ло­ве в тот мо­мент, ко­гда я пы­тал­ся вник­нуть, что имен­но го­во­рят мне мно­го­чис­лен­ные го­сти, вру­чая на­ряд­ные кон­вер­ти­ки с «по­дар­ка- ми». По­че­му-то по­ду­ма­лось: «Очень хо­ро­шо, что на сва­дьбу пе­ре­ста­ли да­рить пы­ле­со­сы, чай­ни­ки со свист­ка­ми, на­бо­ры ка­стрюль и вся­кой про­чей по­су­ды». Да, на­чи­на­лась но­вая жизнь. Ма­мы смот­ре­ли на нас, украд­кой сма­хи­вая слезы, а Лен­кин па­па, ды­ша мне пря­мо в ухо, по­лу­пья­но орал: «Сы­нок!!! Те­перь мы с то­бой…» И да­вил на пле­чо с та­кой си­лой, что я еле дер­жал­ся на но­гах. Бы­ло в этом что-то род­ное и на­деж­ное. Так об­ни­ма­ют толь­ко сво­их. И я, мно­го лет ни­ко­го не на­зы­вав­ший от­цом, жут­ко рас­тро­гав­шись, про­из­нес: — Спа­си­бо, па­па! — го­лос мой при этом дрог­нул. Тесть креп­ко об­нял ме­ня и ушел к го­стям. Как мы до­е­ха­ли до до­ма, пом­ню смут­но. А утро на­ча­лось с то­го, что в дверь осто­рож­но по­сту­ча­ли. — Де­ти! Обед уже го­тов, хва­тит спать! — раз­дал­ся го­лос Клав­дии Ва­си­льев­ны. Хм... Вот это в мои пла­ны точ­но не вхо­ди­ло — я на­ме­ре­вал­ся весь день про­ве­сти с же­ной в по­сте­ли. Но Ле­на фырк­ну­ла: «Муж, вста­вай!» — и при­шлось под­чи­нить­ся. Че­рез два­дцать ми­нут спу­стил­ся вниз и роб­ко оста­но­вил­ся у под­но­жия лест­ни­цы. Обе­ден­ный стол был на­крыт по всем пра­ви­лам. Да­же мои лю­би­мые зра­зы с гри­ба­ми ле­жа­ли на огром­ном блю­де. — Мо­жет, чем-то по­мочь? — несме­ло пред­ло­жил я. — Ты, на­вер­ное, шу­тишь! — воз­му­ти­лась но­во­яв­лен­ная те­ща. — Быст­ро в го­сти­ную. Па­па уже ждет те­бя. И дей­стви­тель­но, ко­гда я по­явил­ся, тесть на­лил в два ста­ка­на фир­мен­ный вис­ки и ука­зал на крес­ло на­про­тив се­бя. По­слуш­но сел, пы­та­ясь по­нять, ка­ко­вы же но­вые пра­ви­ла иг­ры. — Са­дись, сын! Пей! Вис­ки — это на­пи­ток на­сто­я­щих муж­чин, — уве­рен­но за­явил Гри­го­рий Ива­но­вич. Хо­тя, как по мне, са­мо­гон са­мо­го­ном! При­знать­ся, я во­об­ще боль­ше люб­лю крас­ные ви­на. Но спо­рить не стал. Обед про­шел без обыч­ных шуток над мо­ло­ды­ми. — А те­перь по­ра по­смот­реть по­дар­ки, — ре­шил тесть, ко­гда мы за­кон­чи­ли тра­пе­зу. — От­кры­вай­те, по­то­му что мне то­же ин­те­рес­но, что вы там по­лу­чи­ли. — Мо­жет, сна­ча­ла вы­мо­ем по­су­ду? — несме­ло пред­ло­жи­ла те­ща. — Что­бы по­том ни о чем не бес­по­ко­ить­ся и спо­кой­но по­си­деть. — Охот­но вам по­мо­гу, — вско­чил я из-за сто­ла. — Сядь! — оста­но­вил ме­ня Гри­го­рий Ива­но­вич. — В мо­ем до­ме ба­бьи­ми де­ла­ми за­ни­ма­ют­ся жен­щи­ны. Имен­но для это­го они и со­зда­ны. Он по­вер­нул­ся к жене: — Вы­мо­е­те по­су­ду поз­же. А сей­час посмот­рим, как по­ста­ра­лась для нас на­ша се­мей­ка. День­ги я уже по­счи­тал.

Ока­зы­ва­ет­ся, со­бра­лась до­воль­но при­лич­ная сум­ма... — Су­пер! — Ле­на об­ра­до­ва­лась. — Мы по­едем в сва­деб­ное пу­те­ше­ствие! Меч­та­ем о Мек­си­ке! — Ну уж на­вер­ня­ка не за эти день­ги, — тут же воз­ра­зил ее отец. — Я по­ка еще мо­гу поз­во­лить се­бе оплатить де­тям по­езд­ку. — Ах, па­поч­ка! Ка­кой ты за­ме­ча­тель­ный! Это чу­дес­но! — бро­си­лась ему на шею Еле­на. Мне то­же хо­те­лось под­прыг­нуть от ра­до­сти, но по­ка­за­лось, что это бу­дет вы­гля­деть не по-муж­ски. По­езд­ка в Мек­си­ку дей­стви­тель­но сто­и­ла неве­ро­ят­но до­ро­го. Мы с Лен­кой дав­но ее пла­ни­ро­ва­ли, мно­го чи­та­ли о тех ме­стах, но нам да­же не сни­лось, что отец сде­ла­ет та­кой ко­ро­лев­ский по­да­рок. Од­на­ко… ра­но ра­до­ва­лись. — Кро­ме то­го, Мек­си­ка, по-мо­е­му, — глу­пая за­тея. Раз­ве на на­шем кон­ти­нен­те ма­ло при­вле­ка­тель­ных мест? За всю жизнь все­го не пе­ре­смот­ри­те. За­чем ле­теть за оке­ан, под­вер­гать опас­но­сти здо­ро­вье и тра­тить це­лое со­сто­я­ние? У ме­ня есть пред­ло­же­ние по­луч­ше. Вот, по­жа­луй­ста, — он до­стал из пап­ки ка­кие-то про­спек­ты. — Я вы­ку­пил вам по­езд­ку в Па­риж. Как там у Хе­мин­гу­эя? Па­риж — празд­ник, ко­то­рый все­гда с то­бой. Го­род влюб­лен­ных. А вы ведь влюб­лен­ные, прав­да? — Ну да, ко­неч­но. Па­риж сто­ит мес­сы… — под­дак­ну­ла Ле­на (она про­из­нес­ла эту зна­ме­ни­тую фра­зу ка­ким-то со­вер­шен­но дет­ским, по­слуш­ным, что ли, го­ло­сом)... Я да­же не знал, как ре­а­ги­ро­вать. Мож­но бы­ло со­гла­сить­ся со всем, что го­во­рил тесть. Од­но ме­ша­ло — мы не со­би­ра­лись ехать в Па­риж. Нам хо­те­лось уви­деть Мек­си­ку! С дру­гой сто­ро­ны, си­деть с кис­лой фи­зио­но­ми­ей… как-то непри­лич­но. Ведь за пу­тев­ки Гри­го­рий Ива­но­вич, от­ва­лил при­лич­ную сум­му. — Спа­си­бо, — с тру­дом вы­да­вил из се­бя. — Что-то сла­бо вы ра­ду­е­тесь, — за­ме­тил тесть. — Или не лю­би­те фран­цу­зов? — по­ин­те­ре­со­вал­ся иро­нич­но. — По­то­му что мы на­стро­и­лись на дру­гое, па­па, — ис­пу­ган­но объ­яс­ни­ла Ле­на. — Но ес­ли уж так вы­шло, то съез­дим сна­ча­ла в Па­риж. А в Мек­си­ку по­том. За день­ги, по­да­рен­ные на сва­дьбу. — Ну вы да­е­те! — на­смеш­ли­во про­из­нес ро­ди­тель. — Вы­бро­сить це­лое со­сто­я­ние за двух­не­дель­ную по­езд­ку, ко­гда толь­ко на­чи­на­е­те се­мей­ную жизнь? Бра­во! Про­сто ге­ни­аль­ная идея! — тесть под­нял гла­за к небу, по­том по­смот­рел на ме­ня. — И ты то­же так счи­та­ешь, сы­нок?! А я да­же не знал, что от­ве­тить. Гля­нул на Ле­ну. — В прин­ци­пе… Это… — про­мям­лил на­ко­нец. — Мо­жет... дей­стви­тель­но луч­ше ку­пить хо­ро­шую ма­ши­ну и что-то по­ло­жить в банк под про­цен­ты… Взгляд те­стя мгно­вен­но смяг­чил­ся. — Муд­рый па­рень, — Гри­го­рий Ива­но­вич по­хло­пал ме­ня по пле­чу. — Пра­виль­но доч­ка вы­бра­ла нам зя­тя, — до­ба­вил он, по­вер­нув­шись к Лене, а я по­чув­ство­вал, что от его по­хва­лы у ме­ня вы­рас­та­ют кры­лья. Пусть и не все про­хо­ди­ло в со­от­вет­ствии с на­ши­ми пла­на­ми, но жут­ко ра­до­ва­ло при­зна­ние те­стя. В кон­це кон­цов, ко­гда жи­вешь под од­ной кры­шей, на­до учить­ся ком­про­мис­сам. Каж­дая из сто­рон долж­на усту­пать. «Ма­лень­кие уступ­ки, со­вер­ша­е­мые вре­мя от вре­ме­ни, толь­ко укре­пят на­ши от­но­ше­ния», — так мыс­лен­но я оправ­ды­вал свое со­гла­ша­тель­ство. На сле­ду­ю­щий день встал утром до то­го, как просну­лась же­на, по­то­му что ра­бо­та у ме­ня на­чи­на­лась ра­но, а Лене нуж­но бы­ло толь­ко к тре­тье­му уро­ку. При­нял душ и по­шел в на­шу соб­ствен­ную ку­хонь­ку, что­бы при­го­то­вить зав­трак. Но хо­ло­диль­ник ока­зал­ся со­вер­шен­но пу­стым, да­же по­ве­сив­шей­ся мы­ши не бы­ло. Вдруг по­до­шла Ле­на: — Что ты ищешь? — Слу­шай, у нас ни­че­го нет в хо­ло­диль­ни­ке. На­до съез­дить за про­дук­та­ми ве­че­ром, — вы­дал я пер­вое се­мей­ное рас­по­ря­же­ние. — А за­чем нам их за­ку­пать? — уди­ви­лась же­на. — Ведь аб­со­лют­но все есть вни­зу. И ма­ма уже на­вер­ня­ка хло­по­чет на кухне. Слы­шишь? А ко­фе как пахнет! По Ле­ни­но­му ли­цу раз­ли­лось бла­жен­ство. — Хо­чешь ска­зать, — изу­мил­ся я, — что се­го­дня то­же тор­же­ствен­ный зав­трак? Вме­сте ро­ди­те­ля­ми? — Ну по­че­му — тор­же­ствен­ный? Про­сто я все­гда ем с ма­мой и па­пой. И по­том, ка­кой смысл ве­сти два хо­зяй­ства? Ведь ма­му­ля не ра­бо­та­ет и обо­жа­ет го­то­вить. По­ду­май, сколь­ко смо­жем сэко­но­мить! Ну, иди вниз, а я еще по­сплю, — в ее го­ло­се зву­ча­ла свя­тая уве­рен­ность в сво­ей право­те. «Лад­но, — по­ду­мал я. — Вре­мя все рав­но под­жи­ма­ет, по­ем вни­зу, раз та­кое де­ло. А даль­ше посмот­рим».

Ко­гда тесть за­явил, что вме­сто Мек­си­ки мы по­едем в Па­риж, я не знал, что от­ве­тить

«Да… — раз­мыш­лял по до­ро­ге на ра­бо­ту. — Не так я все се­бе пред­став­лял. И что те­перь? Дол­жен бу­ду каж­дое утро зав­тра­кать с те­стем и те­щей? Изо дня в день? Всю жизнь? Ко­неч­но, Ле­на к это­му при­вык­ла, од­на­ко у нее уже своя се­мья…» В об­щем, ре­шил внед­рить но­вые обы­чаи. До сва­дьбы ча­сто по­мо­гал ма­ме и го­то­вить лю­бил. По­это­му, воз­вра­ща­ясь до­мой, за­ско­чил в ма­га­зин, что­бы за­ку­пить про­дук­ты, и за­од­но при­об­рел боль­шой дур­шлаг. По­че­му-то не со­мне­вал­ся: ко­гда Ле­на по­про­бу­ет мой со­ус к спа­гет­ти, она пе­ре­ме­нит мне­ние. Вер­нул­ся рань­ше, чем су­пру­га. До­ма бы­ла толь­ко те­ща. — Есть бу­дем в семь, ко­гда па­па вер­нет­ся с ра­бо­ты, — про­ин­фор­ми­ро­ва­ла Клав­дия Ва­си­льев­на. — А по­ка мо­жешь пе­ре­ку­сить. Ты, на­вер­ное, про­го­ло­дал­ся. Возь­ми на сто­ле бу­тер­бро­ды. «Ну уж нет! Ни­ка­ких бу­тер­бро­дов!» — по­ду­мал я. — Спа­си­бо, ма­ма, не бес­по­кой­тесь. Мы по­едим на­вер­ху, — и по­мчал­ся в соб­ствен­ную кух­ню. Со сво­им ко­рон­ным блю­дом упра­вил­ся быст­ро. В 18:15 по­ста­вил во­ду на пли­ту. В 18:30 по­смот­рел в ок­но и уви­дел, что Ле­на вхо­дит в ка­лит­ку. Бро­сил ма­ка­ро­ны в ка­стрю­лю и од­но­вре­мен­но вклю­чил газ под со­усом. Вкус­ные за­па­хи мо­ей стряп­ни долж­ны бы­ли со­блаз­нить же­ну при вхо­де в дом. Од­на­ко и че­рез де­сять ми­нут Еле­на на­вер­ху не по­яви­лась. От­це­див ма­ка­ро­ны, спу­стил­ся вниз, что­бы ее по­звать, но она ку­да-то по­де­ва­лась. — Ле­на… Ле-на!!! — сто­ял на сту­пень­ках и по­чти орал я. — Жду те­бя с ужи­ном. — С ка­ким ужи­ном?! — уди­ви­лась она, вы­хо­дя из кух­ни и про­хо­дя ми­мо ме­ня к сто­лу в го­сти­ной. В ру­ках у нее бы­ла боль­шая суп­ни­ца. — На­вер­ху ждут спа­гет­ти с со­усом. В ка­че­стве сюр­при­за для те­бя. На­ко­нец-то по­про­бу­ешь, как я го­тов­лю. — За­чем? До­го­во­ри­лись же, что бу­дем есть вни­зу. — А по-мо­е­му, ни о чем мы не до­го­ва­ри­ва­лись. — Да лад­но тебе, — ше­по­том пре­рва­ла ме­ня же­на. — Ведь ты не хо­чешь обидеть ма­му? Она так ста­ра­лась! — Но я то­же ста­рал­ся. Или это не име­ет зна­че­ния? — Ус­по­кой­ся. Раз­ве мож­но срав­ни­вать ка­кую-то хо­ло­стяц­кую еду с дву­мя пол­но­цен­ны­ми блю­да­ми и де­сер­том? Ма­ка­ро­ны съе­дим все вме­сте зав­тра утром, а сей­час — нор­маль­ный ужин. Па­па уже в до­ро­ге, вот-вот по­явит­ся, так что мож­но са­дить­ся, — за­кон­чи­ла Еле­на. А я по­ду­мал: «Нет, все-та­ки учи­тель­ни­ца — не про­фес­сия, а со­сто­я­ние ду­ши». Воз­ра­жать боль­ше не стал, мол­ча про­шел в го­сти­ную и сел за стол. Вско­ре по­явил­ся Гри­го­рий Ива­но­вич. По­е­ли, но чув­ство­вал я се­бя стран­но. По­хо­же, пла­ны по раз­де­ле­нию ку­хонь бу­дет труд­но во­пло­тить в жизнь. — Ма­ма, — ска­за­ла Ле­на, ко­гда мы до­е­ли де­серт, — зав­тра мо­жешь не хло­по­тать с зав­тра­ком. Яро­слав уже при­го­то­вил спа­гет­ти, оста­ет­ся толь­ко разо­греть. — Ого! Так ты, ока­зы­ва­ет­ся, го­то­вишь?! — со стран­ной ин­то­на­ци­ей про­из­нес тесть. «Иро­ния или вос­хи­ще­ние?» — оза­да­чил­ся я, а Гри­го­рий Ива­но­вич про­дол­жал, как ни в чем не бы­ва­ло: — Да-а, Сла­ва… Ви­ди­мо, сле­ду­ет най­ти тебе ка­кое-ни­будь бо­лее муж­ское за­ня­тие... Сей­час вот чу­ток вздрем­ну, а по­том при­гла­шу к се­бе в ма­стер­скую. Ты ведь еще в ней не был, прав­да? — Ура! За­ме­ча­тель­но! — Ле­на об­ра­до­ва­лась, как ре­бе­нок. — По­мо­жешь па­пе де­лать ме­бель. А те­перь то­же пой­ди от­дох­ни, а мы с ма­мой по­ка вы­мо­ем по­су­ду. Но мне не хо­те­лось ни ле­жать, ни тем бо­лее со­би­рать ме­бель. По­ни­мал, ко­неч­но, что это и ра­бо­та, и хоб­би мо­е­го те­стя. Он да­же до­ма ма­сте­рил вся­кие по­лоч­ки, сто­ли­ки, шкаф­чи­ки. Ре­ста­ври­ро­вал ста­рые бу­фе­ты. Кое-что из сво­их по­де­лок про­да­вал или да­рил зна­ко­мым и род­ствен­ни­кам на дни рож­де­ния. — Я за этим за­ня­ти­ем от­ды­хаю, — объ­яс­нял он, ко­гда мы ока­за­лись в мастер­ской. — Рас­слаб­ля­юсь пси­хо­ло­ги­че­ски. Что­бы сма­сте­рить та­кой вот сто­лик, нуж­но скон­цен­три­ро­вать­ся. Нель­зя ду­мать ни о чем дру­гом. Ведь де­ре­во — это не ме­талл. Тут сде­ла­ешь лиш­нее дви­же­ние — и все, не ис­пра­вишь. Де­ре­во не рас­плю­щишь, не вы­тя­нешь, его нуж­но чув­ство­вать! Ес­ли тебе здесь нра­вит­ся, то при­гла­шаю в мое убе­жи­ще на­все­гда. Ста­нем ра­бо­тать вме­сте. Ты ведь про­грам­мист? Вот и бу­дешь ди­зайн ме­бе­ли раз­ра­ба­ты­вать. А там вся­ких рас­че­тов хва­та­ет — пан­то­гра­фы, рол­ле­ты, уг­лы — все нуж­но про­счи­ты­вать, со­раз­ме­рять, впи­сы­вать. На­сто­я­щее муж­ское де­ло! Так что — тебе и кар­ты в ру­ки, сы­нок! Хва­ти­ло взгля­да на ку­чу до­сок, пи­лы, гвоз­ди, шу­ру­пы, дре­ли, что­бы по­нять: точ­но не мое. Отец умер дав­но, и неко­му бы­ло вве­сти ме­ня в мир муж­ских за­ня­тий. Ко­неч­но, я су­мел бы вбить гвоздь или по­кра­сить сте­ну, но для се­рьез­ных ра­бот ма­ма все­гда при­гла­ша­ла ма­сте­ра. В ито­ге мы до по­лу­но­чи свер­ли­ли, кле­и­ли, при­жи­ма­ли, вы­тя­ги­ва­ли, ров­ня­ли, кра­си­ли…. Гу­де­ла вы­тяж­ка, пах­ло опил­ка­ми и ла­ком — но все эти за­па­хи не ра­до­ва­ли, а раз­дра­жа­ли. Ста­ра­тель­но вы­пол­нял обя­зан­но­сти под­ма­сте­рья, но мне бли­же бы­ли строч­ки ко­дов на экране мо­ни­то­ра. Нет, ме­бель­щи­ком точ­но ни­ко­гда не ста­ну! Но тесть не за­ме­тил мо­е­го кис­ло­го взгля­да. — Я все­гда меч­тал о сыне. Од­на­ко у нас с Кла­вой толь­ко Ле­ноч­ка, вто­ро­го ре­бен­ка Бог не дал. За­то те­перь.. на­учу те­бя все­му, что умею сам, и ты пой­дешь даль­ше! ...По­сле ра­бо­ты я обыч­но воз­вра­щал­ся рань­ше Ле­ны, и у ме­ня бы­ло два ча­са для се­бя. Про­во­дил их на­вер­ху, в на­шей ком­на­те. По­том при­хо­ди­ла же­на, мы обе­да­ли вме­сте с ро­ди­те­ля­ми, о чем-то бе­се­до­ва­ли. По­сле это­го по­мо­гал те­стю в мастер­ской, пе­ред сном смот­ре­ли те­ле­ви­зор. Но, ес­ли чест­но, пред­по­чел бы по­ле­жать в спальне, по­слу­шать

По­сле ве­че­ра, ко­то­рый я про­вел в мастер­ской те­стя, ста­ло яс­но: та­кая ра­бо­та мне не нра­вит­ся

му­зы­ку, что-ни­будь по­чи­тать, про­ве­сти вре­мя с же­ной, в кон­це кон­цов! И во­об­ще меч­тал оста­вать­ся с ней на­едине по­ча­ще. Без те­стя и те­щи. Хо­те­лось чув­ство­вать се­бя как до­ма. Нет, не в том де­ло, что Ле­ни­ны ро­ди­те­ли пло­хо ко мне от­но­си­лись. Со­всем на­обо­рот. Они де­ла­ли все, что­бы я ощу­щал се­бя чле­ном их се­мьи. Но мне-то как раз тре­бо­ва­лось дру­гое — жить соб­ствен­ной се­мьей. Ина­че за­чем же­нить­ся? К сча­стью, вско­ре мы уеха­ли в Па­риж. И там я на­ко­нец ожил. Мы оста­лись вдво­ем. Муж и же­на. Влюб­лен­ные. Счаст­ли­вые. Гу­ля­ли по Па­ри­жу, обе­да­ли в бра­се­ри, убе­ди­лись, что ста­туя Сво­бо­ды сто­ит на стрел­ке, брыз­га­лись в фон­та­нах Тро­ка­де­ро, пи­ли ви­но в Люк­сем­бург­ском са­ду. Имен­но ви­но, а не вис­ки. В Па­ри­же мож­но бы­ло ва­лять­ся в по­сте­ли сколь­ко угод­но и за­ни­мать­ся лю­бо­вью то­гда, ко­гда нам это­го хо­те­лось, а не ждать, по­ка ро­ди­те­ли пой­дут спать… Как-то, стоя над об­ры­вом Мон­март­ра, я ска­зал: — Ле­на, мне нра­вит­ся жить вдво­ем. Мы долж­ны быть се­мьей, долж­ны пи­тать­ся от­дель­но и про­во­дить вре­мя друг с дру­гом. Толь­ко то­гда на­ша се­мей­ная жизнь ста­нет на­сто­я­щей, по­ни­ма­ешь? Еле­на за­ду­ма­лась. Да, толь­ко здесь, во Фран­ции, она по­на­сто­я­ще­му ста­ла мо­ей су­пру­гой. И, по­хо­же, ей это нра­ви­лось. Да и я на­ко­нец по­чув­ство­вал се­бя са­мым важ­ным для нее че­ло­ве­ком. Ведь, что ни го­во­ри, до отъ­ез­да в Па­риж Ле­на яв­ля­лась в первую оче­редь до­че­рью сво­их ро­ди­те­лей, и толь­ко по­том — же­ной. — Мне да­же жаль, что при­хо­дит­ся воз­вра­щать­ся, — ска­зал я, ко­гда удоб­но устро­и­лись в са­мо­ле­те. — И мне то­же. Здесь бы­ло так хо­ро­шо, — со­гла­си­лась Ле­на. — Но я уже со­ску­чи­лась по ро­ди­те­лям. Ин­те­рес­но, им по­нра­вят­ся на­ши по­дар­ки? Ско­ро узна­ем... Да уж... Она воз­вра­ща­ласьща­лась в при­выч­ную для нее жизнь. За­кон­чил­ся от­пуск, и я пе­ре­стал быть для же­ны са­мым важ­ным че­ло­ве­ком. Из Бор­испо­ля нас за­би­рал тесть, ко­то­ро­му Ле­на с виз­гом бро­си­лась на шею. — На­де­юсь, вы сде­ла­ли мно­го фо­то­гра­фий? — пер­вым де­лом спро­сил Гри­го­рий Ива­но­вич — Зав­тра устро­им неболь­шой при­ем, и дру­зья охот­но по­смот­рят сним­ки из ва­ше­го сва­деб­но­го пу­те­ше­ствия… Всю до­ро­гу до до­ма я мол­чал. При­ем про­шел в ду­хе ду­рац­ких сцен из филь­мов про «кра­си­вую жизнь». На лу­жай­ке жа­ри­ли бар­бекю, в ком­на­те на огром­ном экране те­ле­ви­зо­ра кру­ти­ли слайд-шоу из па­риж­ских фо­то­гра­фий. На­ше пу­те­ше­ствие пе­ре­ста­ло быть толь­ко на­шим. Оно ста­ло все­об­щим до­сто­я­ни­ем. Ле­на учи­тель­ским то­ном ве­ла рас­сказ: — Вот это — фон­та­ны Тро­ка­де­ро. А вот — Се­на, мы там на ка­те­ре про­гу­лоч­ном ка­та­лись… А это — Люк­сем­бург­ский сад… Вот Са­к­ре-Кер, а вот и Ели­сей­ские по­ля... Тол­стая тет­ка со взби­ты­ми фи­о­ле­то­вы­ми во­ло­са­ми ра­дост­но под­хва­ти­ла: — Ну ко­неч­но, еще пес­ня бы­ла ко­гда-то! Пом­ни­те, та­кой кра­си­вый фран­цуз пел… Он еще ра­но умер, так жал­ко… Я не вы­дер­жал: — Эту пес­ню пел Джо Дас­сен. Из­ви­ни­те, мне зав­тра на ра­бо­ту, нуж­но про­смот­реть кое-ка­кие бу­ма­ги и по­чту, — вы­шел и под­нял­ся к се­бе. Да к се­бе ли? Что здесь мое? Но­ут­бук? Ко­стюм? Зуб­ная щет­ка? Кни­ги?.. Лег на кро­вать, вклю­чил тихую му­зы­ку, что­бы спо­кой­но по­чи­тать га­зе­ту, взя­тую в са­мо­ле­те. Но внут­ри все кло­ко­та­ло. Нет, с ме­ня до­воль­но! И тут в две­рях мол­ча­ли­вым уко­ром воз­ник­ла Ле­на. — Что-то слу­чи­лось, Яро­слав? — спро­си­ла она. — Мне про­сто за­хо­те­лось по­быть са­мо­му. Зна­ешь, ко­гда мы бы­ли в Па­ри­же… — Са­мо­му?! — сер­ди­то пе­ре­би­ла же­на. — Имен­но во вре­мя се­мей­но­го при­е­ма по слу­чаю на­ше­го воз­вра­ще­ния?! И ты

На лу­жай­ке жа­ри­ли бар­бекю, а в ком­на­те на экране те­ле­ви­зо­ра кру­ти­ли слайд-шоу

не на­хо­дишь это стран­ным?! Все так огор­чи­лись, а тебе, ока­зы­ва­ет­ся, за­хо­те­лось по­быть од­но­му! — Огор­чи­лись все, кро­ме те­бя. Ес­ли бы ты огор­чи­лась, то под­ня­лась бы без про­мед­ле­ния, что­бы про­ве­рить, что со мной! А впро­чем, нас ни­кто не спра­ши­вал, что мы хо­тим и нуж­но ли нам это во­об­ще! — А кто дол­жен спра­ши­вать? Па­па спон­си­ро­вал по­езд­ку и име­ет пра­во знать, как мы от­ды­ха­ли! Ты мог бы оце­нить его ста­ра­ния. А го­сти — на­ши давние дру­зья. Я не от­ве­тил, но ре­шил: «С ме­ня хва­тит!» На сле­ду­ю­щий день по­сле ра­бо­ты сра­зу под­нял­ся на­верх, не со­би­ра­ясь вы­хо­дить от­ту­да до сле­ду­ю­ще­го утра. При­го­то­вил куп­лен­ное по до­ро­ге фи­ле ку­ри­цы, по­ел и сел за ком­пью­тер, что­бы спо­кой­но по­рыс­кать по Ин­тер­не­ту. — Ужин! — по­зва­ла Ле­на сни­зу. — Уже по­ел! — ото­звал­ся я, не от­ры­ва­ясь от экра­на. Су­пру­га не на­ста­и­ва­ла. Но и не при­шла ко мне. По­яви­лась толь­ко позд­ним ве­че­ром. — Ма­ме бы­ло очень обид­но, что ты не стал с на­ми есть, — за­ме­ти­ла Ле­на недо­воль­ным го­ло­сом. — Но два ужи­на в один день — это слиш­ком, не так ли? — А па­па уди­вил­ся, что ты не при­шел к нему в ма­стер­скую. Он рас­счи­ты­вал, что вы бу­де­те за­кан­чи­вать шкаф, — про­дол­жи­ла Ле­на, не за­ме­чая мо­ей иро­нии. — Гос­по­ди, у ме­ня нет сил! По­ни­ма­ешь, нет сил по­сле ра­бо­ты иг­рать в ду­рац­кую иг­ру «Как я был сто­ля­ром». — Но ведь этот шкаф-ку­пе де­ла­ет­ся для на­шей спаль­ни!.. ...Я ре­шил твер­до дер­жать­ся сво­ей ли­нии. По­ку­пал еду, го­то­вил сам, од­на­ко Еле­на ве­ла се­бя так, буд­то она толь­ко дочь сво­их ро­ди­те­лей, а ни­как не моя же­на. Че­рез па­ру дней в ком­на­те воз­ник Гри­го­рий Ива­но­вич. — За­бо­лел? — без оби­ня­ков спро­сил он. — В по­след­нее вре­мя как-то стран­но се­бя ве­дешь. Буд­то пря­чешь­ся от всех. — Да устал что-то. Мно­го ра­бо­ты, — объ­яс­нил я. — Но у вас с Ле­ной все в по­ряд­ке? У те­бя не бы­ло от­ца...Те­перь он есть. Мо­жешь го­во­рить со мной обо всем. В кон­це кон­цов, у ме­ня по­боль­ше опы­та в этих де­лах. Я по­чув­ство­вал, что крас­нею. Еще немно­го, и Гри­го­рий Ива­но­вич спро­сит, как скла­ды­ва­ют­ся на­ши от­но­ше­ния в по­сте­ли и спо­со­бен ли я удо­вле­тво­рить его дочь. — Э-э-э… Я… Ко­неч­но… Ес­ли за­хо­чу­хо­чу по­го­во­рить, то дам знать. Но по­ка все в по­ряд­ке. — Я до­ве­ряю тебе. Знаю, дочь бу­дет с то­бой­бй счаст­ли­ва. — Сде­лаю все, что в мо­их си­лах, — я ощу­щал се­бя ге­ро­ем «мыль­ной опе­ры». — Но, соб­ствен­но, я по дру­го­му де­лу. У ме­ня для те­бя сюр­приз. Оде­вай­ся и спус­кай­ся вниз. По­едем... Мы при­е­ха­ли на дру­гой ко­нец го­ро­да. Там нас жда­ли зна­ко­мый те­стя и... по­чти но­вый ав­то­мо­биль-ком­би. — Вот, смот­ри... Это твой аг­ре­гат. Ну... по­чти твой. — По­че­му по­чти? И по­че­му мой? Мы хо­те­ли ку­пить ма­лень­кую ма­ши­ну, де­нег со сва­дьбы долж­но хва­тить… — Не хва­тит — до­бав­лю, — за­явил Гри­го­рий Ива­но­вич, и муж­чи­ны рас­сме­я­лись. — Ма­лень­кая ма­шин­ка — для сла­ба­ков. А ты му­жик и дол­жен ез­дить на боль­шой. Уни­вер­сал удоб­ней: и хо­ло­диль­ник мож­но по­гру­зить, и сти­раль­ную ма­ши­ну… Вот до­го­вор, под­пи­сы­вай и ез­жай. Как во сне я уехал, буд­то и не при мне под­пи­сы­ва­ли до­ку­мен­ты — у Гри­го­рия Ива­но­ви­ча вез­де бы­ли свои лю­ди, оформ­ле­ние про­шло быст­ро. Во­дил я не очень уве­рен­но, од­на­ко ма­ши­на мне по­нра­ви­лась. Но ко­гда Лен­ка вы­да­ла пер­вый в се­мей­ной жиз­ни кон­церт: «Как ты на этом тан­ке ез­дить бу­дешь? Мы же хо­те­ли ма­лень­кую ма­ши­ну!» — не вы­дер­жал: — Вот на этом тан­ке и уве­зем свои ве­щи. В но­вую квар­ти­ру. С ме­ня хва­тит! И был при­ят­но по­ра­жен ре­ак­ци­ей те­стя, сто­яв­ше­го у ме­ня за спи­ной: — Мо­ло­дец, па­рень! А я ду­мал, ты тю­фяк. Но, ока­зы­ва­ет­ся, на­сто­я­щий му­жик. Пра­виль­но! Вско­ре мы пе­ре­еха­ли в но­вую квар­ти­ру. По­ка со­всем кро­шеч­ную, но за­то соб­ствен­ную! Кста­ти, шкаф-ку­пе, сде­лан­ный в под­ва­ле от­че­го до­ма мо­ей же­ны, пре­крас­но впи­сал­ся в наш ин­те­рьер.

Ре­ак­ция те­стя на мое за­яв­ле­ние о пе­ре­ез­де по­ра­зи­ла: Гри­го­рий Ива­но­вич не воз­ра­жал

ЯРО­СЛАВ ЯРО­СЛАВ, ЕЛЕ­НА ЕЛЕ­НА, ГРИ­ГО­РИЙ ГРИ­ГО­РИЙ, КЛАВ­ДИЯ КЛАВ­ДИЯ, про­грам­мист, жи­вет у же­ны су­пру­га Яро­сла­ва отец Еле­ны мать Еле­ны

Ле­на вы­шла из кух­ни с боль­шой суп­ни­цей. Уви­дев это, я рас­сер­дил­ся: на­прас­но го­то­вил

Клав­дия, до­мо­хо­зяй­ка И по­че­му Сла­ва был чем-то все вре­мя недо­во­лен? Ведь мы так ста­ра­лись! И це­лый этаж им от­да­ли, и уби­ра­ла все­гда, и есть го­то­ви­ла...

Вдво­ем в на­шей спальне мы оста­ва­лись ред­ко. Но то бы­ли чу­дес­ные мо­мен­ты

Гри­го­рий, за­бот­ли­вый тесть Му­жа Ле­ноч­ки при­ня­ли как род­но­го. У нас с Кла­вой не бы­ло сы­на, а те­перь он по­явил­ся. Зна­чит, есть ко­му пе­ре­дать зна­ния и опыт

В Па­ри­же мы на­ко­нец-то оста­лись од­ни и мог­ли на­сла­ждать­ся друг дру­гом

На­сту­пил мо­мент, ко­гда мы с Ле­ной все-та­ки по­ки­ну­ли дом ее ро­ди­те­лей. Тесть с те­щей вы­шли во двор про­во­дить нас

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.