Варенье при­ми­ре­ния

В дет­стве мы бы­ли не раз­лей во­да. Жаль, что со вре­ме­нем это из­ме­ни­лось

Moja Sudba - - News - Ев­ге­ния

Mеж­ду мной и мо­и­ми сест­ра­ми раз­ни­ца в воз­расте неболь­шая. Мо­жет, по­это­му мы все­гда очень дру­жи­ли и, сколь­ко се­бя пом­ню, под­дер­жи­ва­ли друг дру­га во всем. Ес­ли кто-то оби­жал од­ну из нас, это озна­ча­ло, что при­дет­ся иметь де­ло сра­зу со все­ми тре­мя. «Один за всех и все за од­но­го» — ста­ло на­шим де­ви­зом. В то да­ле­кое счаст­ли­вое вре­мя нам ка­за­лось, что ни­что и ни­кто не смо­жет нас по­ссо­рить. Од­на­ко жизнь под­го­то­ви­ла непри­ят­ный сюр­приз... Я тя­же­ло пе­ре­жи­ла смерть на­ше­го па­пы и как стар­шая из се­стер чув­ство­ва­ла се­бя от­вет­ствен­ной за семью. Но ко­гда мы вы­рос­ли и вы­бра­лись из ро­ди­тель­ско­го до­ма, что-то меж­ду на­ми ста­ло пор­тить­ся. На­ча­ли от­да­лять­ся. На ухуд­ше­ние от- но­ше­ний в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни повли­я­ли на­ши му­жья. — Я не по­еду с то­бой к Ма­рине. Не на­ме­рен опять вы­слу­ши­вать ее ум­ни­ка! — воз­му­щал­ся Юра, ко­гда со­би­ра­лись на­ве­стить сест­ру. Призна­юсь, я не удив­ля­лась. Ма­рин­кин муж ра­бо­тал сто­ма­то­ло­гом и хо­ро­шо за­ра­ба­ты­вал, но при этом был жут­ко са­мо­на­де­ян­ным и невы­но­си­мым хва­сту­ном. Од­на­ж­ды меж­ду на­ши­ми су­пру­га­ми де­ло чуть не до­шло до дра­ки. На день рож­де­ния Ани, са­мой млад­шей сест­ры, Ма­ри­на и ее за­нос­чи­вый му­же­нек при­е­ха­ли с боль­шим опоз­да­ни­ем. Яв­лять­ся поз­же во­об­ще бы­ло его при­выч­кой. Я все­гда счи­та­ла, что это край­няя сте­пень неува­же­ния к лю­дям. — Мог бы не за­дер­жи­вать­ся на ра­бо­те — не обед­нел бы, — яз­ви­тель­но за­ме­тил Алек­сандр, супруг Ан­ны.

— Мог бы, но че­рез две неде­ли мы едем в Аль­пы ка­тать­ся на лы­жах, а это сто­ит боль­ших де­нег, — сар­ка­сти­че­ски скри­вил­ся док­тор. — Ну все, лад­но. У каж­до­го свои рас­хо­ды. Да­вай­те луч­ше вы­пьем за здо­ро­вье на­шей Анеч­ки, — неза­мед­ли­тель­но вме­ша­лась я в раз­го­вор, по­то­му что мой Юр­ка уже от­крыл рот, что­бы ска­зать вы­со­ко­мер­но­му род­ствен­ни­ку что-то ехид­ное. — По-ва­ше­му, это мож­но на­звать шам­пан­ским? — фырк­нул Ма­ри­нин муж, гля­дя на бу­тыл­ку, ко­то­рую Аня при­нес­ла из кух­ни. — Не хо­чешь, не пей. И во­об­ще, ты мо­жешь хоть раз в жиз­ни быть че­ло­ве­ком?! Про­явить ува­же­ние к дру­гим и не встав­лять где ни по­па­дя свои пять ко­пе­ек! — Юр­ка все-та­ки не вы­дер­жал. И на­ча­лась пе­ре­пал­ка. Ма­риш­ка во­вре­мя ута­щи­ла сво­е­го су­пруж­ни­ка, ина­че бы они с Юрой по­уби­ва­ли друг дру­га. Мы то­же за­со­би­ра­лись, по­сколь­ку ат­мо­сфе­ра за сто­лом на­ка­ли­лась. С тех пор на­ши от­но­ше­ния с Ма­ри­ной окон­ча­тель­но ис­пор­ти­лись. Мы с Аней пе­ре­жи­ва­ли из- за это­го и, на­вер­ное, что- ни­будь при­ду­ма­ли бы, что­бы по­ми­рить на­ших му­жей, но… По­лу­чи­лось так, что Анне и ее су­пру­гу не хва­ти­ло на­лич­ных для по­куп­ки но­вой ма­ши­ны. И сест­ра по­про­си­ла у ме­ня в долг боль­шую сум­му — как раз вско­ре по­сле то­го, как мы с Юр­кой про­да­ли «двуш­ку» и ку­пи­ли трех­ком­нат­ную квар­ти­ру. Да еще сде­ла­ли ре­монт, об­но­ви­ли ме­бель. Со сто­ро­ны мог­ло по­ка­зать­ся, что у нас де­нег ку­ры не клю­ют, но на са­мом де­ле ед­ва кон­цы с кон­ца­ми сво­ди­ли. Ведь все эти пре­об­ра­зо­ва­ния осу­ществ­ля­лись за кре­дит­ные сред­ства, ко­то­рые нуж­но бы­ло от­да­вать. — Анют, из­ви­ни, но у са­мих в кар­ма­нах пу­сто. Вы­греб­ли все под­чи­стую на при­об­ре­те­ние квар­ти­ры и ре­монт, — по­пы­та­лась объ­яс­нить си­ту­а­цию. — Вот так все­гда! — взви­лась сест­ра. — Каж­дый ду­ма­ет толь­ко о се­бе! Саш­ка пре­ду­пре­ждал ме­ня, что вы не по­мо­же­те! — Аня ста­ла в по­зу оби­жен­ной. Я очень огор­чи­лась. Ведь дей­стви­тель­но не мог­ла ни­че­го для нее сде­лать. Сбе­ре­же­ний не оста­лось, ед­ва хва­та­ло на жизнь. Впро­чем, уже го­во­ри­ла... До­шло до аб­сур­да — пе­ре­ста­ли об­щать­ся. Толь­ко ино­гда встре­ча­лись в до­ме ро­ди­те­лей. Ма­ме бы­ло боль­но ви­деть, как мы с каж­дым днем все боль­ше от­да­ля­ем­ся друг от дру­га. Она все­гда по­вто­ря­ла: «Вот ме­ня не ста­нет, и вы оста­не­тесь од­ни, что то­гда?» И бы­ла пра­ва, нам сле­до­ва­ло дер­жать­ся вме­сте, несмот­ря ни на что. Но в ре­аль­ной жиз­ни как-то не по­лу­ча­лось. — Ведь рань­ше мог­ли бро­сить­ся друг за дру­га в огонь и в во­ду! Что же слу­чи­лось? — по­де­ли­лась ма­му­ля со мной пе­ре­жи­ва­ни­я­ми, ко­гда я при­е­ха­ла к ней по­го­стить. – Мам, ни­че­го страш­но­го не про­изо­шло. Мы ста­ли взрос­лы­ми, у каж­дой своя се­мья. Про­сто так сло­жи­лось… — пы­та­лась ее успо- ко­ить, но и са­ма ощу­ща­ла ду­шев­ный дис­ком­форт.дис­ком­форт Мне очень не хва­та­ло на­ших встреч, шуток, от­кро­ве­ний… И то­гда при­шло ре­ше­ние: всех по­ми­рить и вос­ста­но­вить преж­нюю дружбу. Прав­да, не зна­ла, как за это взять­ся. Под­ска­за­ла жизнь — ко­гда по­мо­га­ла ма­му­ле с ге­не­раль­ной убор­кой пе­ред Пас­хой. При­ня­лись за ра­бо­ту с са­мо­го утра, а за­кон­чи­ли толь­ко к ве­че­ру. — По­ра от­дох­нуть и пе­ре­ку­сить что-то, — по­зва­ла ма­ма на кух­ню. — Сей­час, ма­мун­чик, толь­ко спу­щусь в под­вал за ква­ше­ной ка­пу­стой, и ся­дем за стол, — ска­за­ла я и сбе­жа­ла вниз по сту­пень­кам. В под­ва­ле на пол­ках сто­я­ли бан­ки с кон­сер­ва­ци­ей. Я по­смот­ре­ла на них с но­сталь­ги­че­ской улыб­кой. И вдруг уви­де­ла по­кры­тую пы­лью ба­ноч­ку клуб­нич­но­го ва­ре­нья. Лю­би­мый вос­крес­ный де­серт из мо­е­го дет­ства. Не знаю по­че­му, но имен­но это ла­ком­ство ка­за­лось нам са­мым вкус­ным, осо­бен­но вме­сте с хру­стя­щим све­жим ба­то­ном и мо­ло­ком. По­ду­ма­лось: «А пом­нят ли еще об этом мои сест­рич­ки?» Ра­дост­но схва­тив бан­ку, по­мча­лась с ней на­верх. Сра­зу же по­зво­ни­ла Ма­рине и Анют­ке. — Я сей­час у ма­мы. При­ез­жай как мож­но быст­рее! — ска­за­ла каж­дой из се­стер. — Что за го­ряч­ка? Что слу­чи­лось? Ма­ма здо­ро­ва? — взвол­но­ван­но спро­си­ла Аня, по­явив­шись пер­вой. Я уса­ди­ла сест­ру за стол и вы­гля­ну­ла в ок­но ок­но, вы­смат­ри­вая ма­ши­ну Ма­ри­ны. — О, клуб­нич­ное варенье! — вос­клик­ну­ла Анют­ка, уви­дев бан­ку. Вско­ре по­яви­лась и Ма­ри­на. — Варенье! То са­мое? — об­ра­до­ва­лась она. — Да­вай­те от­кро­ем. Ев­ге­ша, ставь чай­ник! Пом­ни­те, как рань­ше?.. По­том мы объ­еда­лись де­сер­том и друж­но хо­хо­та­ли. — А пом­ни­те, как при­е­ха­ла тет­ка с се­мьей? Мы ска­за­ли дво­ю­род­ным сест­рам, что это варенье скис­ло, и все до­ста­лось нам! — А я то­гда так обо­жра­лась, что у ме­ня раз­бо­лел­ся жи­вот... — И ты не смог­ла пой­ти на ка­ру­сель. Но мы ре­ши­ли остать­ся с то­бой, что­бы тебе не бы­ло обид­но! — Пом­ню, ко­неч­но! Вы бы­ли са­мы­ми луч­ши­ми сест­ра­ми! Неожи­дан­но все умолк­ли. — А те­перь что? Раз­ве те­перь не так? — ти­хо спро­си­ла я, чув­ствуя, как к гла­зам под­сту­па­ют слезы и ко­мок под­ка­ты­ва­ет к гор­лу. В ком­на­те во­ца­ри­лась ти­ши­на. На­ко­нец ее на­ру­ши­ла Ма­ри­на. — Мне ужас­но вас недо­ста­ет! Да­же не пред­став­ля­е­те, как силь­но! — го­ря­чо на­ча­ла она. — И мне то­же! — я креп­ко сжа­ла ру­ки се­стер. И у Ани слезы на­вер­ну­лись на гла­за. Вско­ре мы все втро­ем ры­да­ли. По­том ста­ли сме­ять­ся. За­тем хо­хо­та­ли и пла­ка­ли од­но­вре­мен­но... Опять, как и рань­ше, бы­ли са­мы­ми луч­ши­ми по­дру­га­ми. Все­та­ки в ма­ми­ном варенье есть ка­кая-то вол­шеб­ная си­ла, раз ему уда­лось нас по­ми­рить!

Та­ма­ра, лю­бит всех до­чек оди­на­ко­во Серд­це кро­вью об­ли­ва­ет­ся, ко­гда ви­жу, что мои де­воч­ки ста­но­вят­ся чу­жи­ми друг дру­гу. Очень на­де­юсь, это по­пра­ви­мо

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.