Ти­хий за­пад

Герт Ант­су, по­сол Эсто­нии в Укра­ине, со­ве­ту­ет при эс­тон­цах не на­зы­вать рас­пад СССР несча­стьем. За­то ре­ко­мен­ду­ет рас­спро­сить их о раз­ви­тии на­ци­о­наль­ной куль­ту­ры, без­опас­но­сти, IT-ин­ду­стрии и, ко­неч­но же, о кра­со­тах при­ро­ды. Эстон­цам есть чем по­хва­стать­ся М

Novoe vremya - Karta Novogo Vremeny - - ЭСТОНИЯ -

Эс­тон­цы то­ле­рант­ны, но в рам­ках са­мо­со­хра­не­ния

Герт Ант­су, чрез­вы­чай­ный и пол­но­моч­ный по­сол Рес­пуб­ли­ки Эсто­ния, на­зна­чен в Укра­и­ну все­го пол­го­да на­зад. До это­го он про­ра­бо­тал во­семь лет в Брюс­се­ле — пер­вым за­ме­сти­те­лем ру­ко­во­ди­те­ля по­сто­ян­но­го пред­ста­ви­тель­ства Эсто­нии при ЕС. С 2012 по 2016 год был по­слом Эсто­нии в Бель­гии, Швей­ца­рии и Люк­сем­бур­ге. То есть прак­ти­че­ски всю свою ди­пло­ма­ти­че­скую ка­рье­ру 42-лет­ний ди­пло­мат по­свя­тил ев­ро­ин­те­гра­ции Эсто­нии.

В Укра­и­ну Герт Ант­су при­е­хал впер­вые в 2016 го­ду, однако ин­те­рес к на­шей стране про­яв­лял дав­но. Во вре­мя ин­тер­вью по­сол теп­ло вспо­ми­нал, как маль­чиш­кой про­чи­тал вос­по­ми­на­ния ле­ген­дар­но­го укра­ин­ско­го фут­бо­ли­ста Ди­на­мо Оле­га Бло­хи­на, опуб­ли­ко­ван­ные в мест­ной спор­тив­ной га­зе­те. “И я влю­бил­ся в ки­ев­ское Ди­на­мо”,— при­зна­ет­ся ди­пло­мат. Прав­да, в мо­ло­до­сти, в от­ли­чие от сво­е­го укра­ин­ско­го ку­ми­ра, иг­рал в фут­бол на по­зи­ции гол­ки­пе­ра. Вра­та­ри ред­ко при­зна­ют­ся в сим­па­тии к на­па­да­ю­щим. И вот он — ред­кий слу­чай. Впро­чем, сам Герт Ант­су — ред­кий слу­чай. Ди­пло­мат необы­чай­но от­крыт, улыб­чив, он сво­бод­но го­во­рит на ан­глий­ском, фран­цуз­ском, рус­ском, дат­ском, немец­ком и поль­ском язы­ках. Сей­час изу­ча­ет укра­ин­ский.

— В на­ча­ле ну­ле­вых я неод­но­крат­но бы­ва­ла в Эсто­нии и пом­ню, как в цен­тре Тал­лин­на ста­ла сви­де­те­лем си­ту­а­ции, ко­гда по­ли­цей­ский оштра­фо­вал ми­ни­стра обо­ро­ны за пре­вы­ше­ние ско­ро­сти. В Укра­ине до сих пор слож­но пред­ста­вить нечто по­доб­ное. Штра­фу­ют ли вы­со­ких чи­нов­ни­ков в Эсто­нии се­го­дня? Впе­чат­ля­ет ли это эс­тон­цев или они уже при­вык­ли?

— На­ру­ше­ния, ко­неч­но, шо­ки­ру­ют эс­тон­цев, так как они очень за­ко­но­по­слуш­ны. Да, ес­ли что-то на­ру­ша­ет­ся, штра­фу­ют всех, невзи­рая на ран­ги, и под­ни­ма­ют шум в прес­се. И это­му ни­кто не удив­ля­ет­ся. Эс­тон­цы при­вык­ли ко мно­гим по­зи­тив­ным пе­ре­ме­нам, ко­то­рые при­нес­ла вос­ста­нов­лен­ная неза­ви­си­мость.

— Со­глас­но ин­дек­су вос­при­я­тия кор­руп­ции Transparency International, Эсто­ния — са- мая некор­рум­пи­ро­ван­ная стра­на сре­ди быв­ших со­вет­ских рес­пуб­лик. А бы­ла ли в Эсто­нии кор­руп­ция во­об­ще или При­бал­ти­ка и в со­вет­ские, и в пост­со­вет­ские вре­ме­на бы­ла чи­ста от это­го по­ро­ка?

— У нас в этом плане здо­ро­вая си­ту­а­ция не толь­ко в срав­не­нии с пост­со­вет­ски­ми рес­пуб­ли­ка­ми, но и в срав­не­нии с За­пад­ной Ев­ро­пой. А в Се­вер­ной Ев­ро­пе кор­руп­цию прак­ти­че­ски ис­ко­ре­ни­ли. В со­вет­ские вре­ме­на бы­ло сфор­ми­ро­ва­но за­кры­тое об­ще­ство, и от всех пе­ре­жит­ков про­шлой куль­ту­ры невоз­мож­но из­ба­вить­ся мгно­вен­но. Ко­гда мы вос­ста­нав­ли­ва­ли неза­ви­си­мость, бы­ли очень бед­ной стра­ной. Однако все­гда срав­ни­ва­ли се­бя с се­ве­ро­ев­ро­пей­ски­ми со­се­дя­ми, все­гда бы­ли близ­ки с ни­ми, и биз­не­скуль­ту­ра к нам при­ш­ла имен­но от них. В на­ча­ле 1990-х Эсто­ния

вы­бра­ла путь ра­ди­каль­ных ре­форм. Я то­гда был сту­ден­том и пом­ню, какие жар­кие дис­кус­сии воз­ни­ка­ли в каж­дой се­мье, в мо­ей — не ис­клю­че­ние. Лю­ди рас­суж­да­ли: вот мы уже три го­да са­мо­сто­я­тель­ные, но по­че­му на­ша жизнь не так хо­ро­ша, как, на­при­мер, в Шве­ции? Ожи­да­ния то­гда бы­ли немно­го на­ив­ны­ми.

— В клас­си­фи­ка­ции ООН бал­тий­ские стра­ны от­но­сят­ся не к Во­сточ­ной, а к Се­вер­ной Ев­ро­пе. Эсто­ния до­воль­но эмо­ци­о­наль­но от­ре­а­ги­ро­ва­ла на эти, ка­за­лось бы, тех­ни­че­ские из­ме­не­ния. “На­ко­нец ООН при­зна­ет Эсто­нию и дру­гие стра­ны Бал­тии го­су­дар­ства­ми Се­вер­ной Ев­ро­пы. Все ло­гич­но как в гео­гра­фи­че­ском, так и в гео­по­ли­ти­че­ском плане”,— на­пи­сал на сво­ей стра­нич­ке в Фейс- бу­ке пред­се­да­тель ко­мис­сии по ино­стран­ным де­лам эс­тон­ско­го пар­ла­мен­та Мар­ко Мих­кель­сон. По­че­му это так важ­но для Эсто­нии?

— Быть ча­стью Се­вер­ной Ев­ро­пы очень важ­но для Эсто­нии. Наш быв­ший пре­зи­дент Иль­вес То­о­мас Хенд­рик в кон­це 1990-х, бу­дучи ми­ни­стром ино­стран­ных дел, за­явил, что Эсто­ния долж­на стать “скуч­ной се­вер­ной стра­ной”. Два­дцать лет спу­стя во­прос о том, ста­ли ли мы “скуч­ны­ми се­вер­ны­ми” по-на­сто­я­ще­му, оста­ет­ся от­кры­тым. Но мы од­но­знач­но ста­ли на­мно­го бли­же к Се­вер­ной Ев­ро­пе. Хо­тя гео­гра­фи­че­ски, ис­то­ри­че­ски, мен­таль­но мы свя­за­ны с этим ре­ги­о­ном ис­по­кон ве­ков. Се­го­дня де­сят­ки ты­сяч эс­тон­цев ра­бо­та­ют в Фин­лян­дии, при­ез­жа­ют до­мой на вы­ход­ные. Кон­так­ты очень тес­ные. Еще в со­вет­ское вре­мя эс­тон­цы смот­ре­ли фин­ское те- ле­ви­де­ние и кри­тич­но срав­ни­ва­ли ре­а­лии двух стран. На­ши язы­ки при­над­ле­жат к од­ной груп­пе, мы хо­ро­шо по­ни­ма­ем фин­ский.

А в Шве­ции осе­ло мно­го эс­тон­ских эми­гран­тов со вре­мен Вто­рой ми­ро­вой вой­ны. И хо­тя эс­тон­цы ез­ди­ли за гра­ни­цу неча­сто — толь­ко имея раз­ре­ше­ние ор­га­нов гос­бе­зо­пас­но­сти,— за­то они ак­тив­но пе­ре­пи­сы­ва­лись со сво­и­ми род­ствен­ни­ка­ми за ру­бе­жом. В раз­ное вре­мя мы на­хо­ди­лись в со­ста­ве раз­ных им­пе­рий. Так, эс­тон­цы бы­ли под вла­стью Шве­ции в XVI– XVIII ве­ках. И это вспо­ми­на­ет­ся сей­час как “хо­ро­шее швед­ское вре­мя”. Ко­неч­но, мы го­во­рим об этом с горь­кой улыб­кой, ведь бы­ли под­не­воль­ны­ми. Но цар­ское вре­мя, ко­то­рое по­сле­до­ва­ло за ним, бы­ло еще ху­же. По­это­му эс­тон­цы не очень лю­бят, ко­гда их при­чис­ля­ют к Во­сточ­ной Ев­ро­пе,— воз­ни­ка­ет ал­лер­ги­че­ская ре­ак­ция.

— В 2017 го­ду Эсто­ния уве­ли­чи­ла рас­хо­ды на обо­ро­ну до ре­корд­ных раз­ме­ров. Это бы­ло необ­хо­ди­мо? Для без­опас­но­сти Эсто­нии, яв­ля­ю­щей­ся чле­ном НАТО, по­яви­лись но­вые угро­зы? От­ку­да они ис­хо­дят?

— Это очень важ­ный для нас во­прос. В по­след­ние го­ды Эсто­ния яв­ля­ет­ся од­ной из пя­ти стран НАТО, ко­то­рые тра­тят на обо­ро­ну ми­ни­мум 2% от ВВП (при­мер­но €500 млн). В на­ча­ле фев­ра­ля те­ку­ще­го го­да пра­ви­тель­ство Эсто­нии при­ня­ло ре­ше­ние тра­тить на обо­ро­ну на €60 млн боль­ше. Ко­неч­но, хо­ро­шо, ес­ли бы все стра­ны НАТО де­ла­ли то же са­мое. По­сле рас­па­да Со­вет­ско­го Со­ю­за, ка­за­лось, Ев­ро­пе ни­че­го не мо­жет угро­жать. Однако се­го­дня неред­ко мож­но услы­шать или про­честь в раз­ных ми­ро­вых СМИ, что эс­тон­ская Нар­ва в част­но­сти и бал­тий­ские стра­ны в це­лом — сле­ду­ю­щая ми­шень. Однако мы тща­тель­но за­бо­тим­ся о сво­ей обо­роне. Мы ви­де­ли по­ве­де­ние на­ше­го со­се­да в Гру­зии в 2008 го­ду и ви­дим те­перь его в Укра­ине, по­это­му нам нель­зя оста­вать­ся бес­печ­ны­ми. Мы ра­ды, что вой­ска на­ших со­юз­ни­ков бу­дут пре­бы­вать в Эсто­нии и дру­гих стра­нах Бал­тии. Ко­неч­но же, это все пре­вен­тив­ные ме­ры. Но ес­ли хо­чешь ми­ра, го­товь­ся к войне. Под­чер­ки­ваю: мы не чув­ству­ем, что зав­тра мо­жет слу­чить­ся что-то пло­хое. Но быть го­то­вым ко вся­ким рис­кам се­го­дня про­сто необ­хо­ди­мо.

— Зна­чи­тель­ная до­ля на­се­ле­ния Эсто­нии — рус­ские по на­ци­о­наль­но­сти. Чуть мень­шая, но то­же су­ще­ствен­ная часть — под­дан­ные Рос­сии или ли­ца без граж­дан­ства. Как эс­тон­ские по­ли­ти­ки ве­дут диа­лог с этой ка­те­го­ри­ей граж­дан? Что укра­ин­ские по­ли­ти­ки мо­гут взять на во­ору­же­ние из опы­та эс­тон­цев? — Что ка­са­ет­ся цифр, в Эсто­нии со­кра­ща­ет­ся ко­ли­че­ство на­се­ле­ния, у ко­то­ро­го нет граж­дан­ства. Та­ких оста­лось око­ло 75 тыс. (5% на­се­ле­ния). Ко­ли­че­ство граж­дан Рос­сии в Эсто­нии умень­ша­ет­ся та­к­же, по­то­му что все боль­ше лю­дей по­лу­ча­ют эс­тон­ское граж­дан­ство. Мно­гие рус­ские от­да­ют сво­их де­тей в эс­тон­ские шко­лы и дет­ские са­ды. А в рус­ско­языч­ных шко­лах все ча­ще вво­дят эс­тон­ский, так как в уни­вер­си­те­тах пре­по­да­ва­ние ве­дет­ся на эс­тон­ском. Ес­ли хо­чешь де­лать ка­рье­ру в Эсто­нии, то, бес­спор­но, нуж­но вла­деть го­су­дар­ствен­ным язы­ком. А зна­ние или незна­ние го­су­дар­ствен­но­го язы­ка опре­де­ля­ет по­ло­же­ние в об­ще­стве, кон­ку­рен­то­спо­соб­ность на рын­ке тру­да и т.д. Что взять на во­ору­же­ние Укра­ине? Это слож­ный во­прос. Да, мы уме­ем вы­стра­и­вать ме­ж­эт­ни­че­ские от­но­ше­ния. У нас нет та­ко­го меж­на­ци­о­наль­но­го на­пря­же­ния, ко­то­рое на­блю­да­ет­ся се­го­дня в За­пад­ной Ев­ро­пе. Эс­тон­цы то­ле­рант­ны, но в рам­ках са­мо­со­хра­не­ния. У нас один го­су­дар­ствен­ный язык — эс­тон­ский. На тер­ри­то­рии на­шей стра­ны про­жи­ва­ет при­мер­но 1 млн эт­ни­че­ских эс­тон­цев. Все­го в ми­ре тех, кто го­во­рит на эс­тон­ском, немно- го боль­ше мил­ли­о­на. Язык — это яд­ро на­шей иден­тич­но­сти, и мы долж­ны его бе­речь.

— По­сле со­бы­тий 2007 го­да, ко­гда был пе­ре­не­сен мо­ну­мент Брон­зо­вый сол­дат, Эсто­ния пе­ре­жи­ла несколь­ко се­рьез­ных ки­бе­р­атак на свои ве­дом­ства. Ка­ков был ха­рак­тер этих атак и сте­пень на­не­сен­но­го вре­да? И в этом кон­тек­сте рас­ска­жи­те по­дроб­нее о ра­бо­те не­дав­но со­здан­но­го Цен­тра ки­бер­без­опас­но­сти в Эсто­нии.

— Нет ни су­деб­ных при­го­во­ров, ни офи­ци­аль­ной по­зи­ции по по­во­ду то­го, от­ку­да эти ата­ки ве­лись. Но всем яс­но, от­ку­да и по­че­му.

Что бы­ло осо­бен­но­го в про­изо­шед­шем? Впер­вые в ми­ре бы­ла со­зда­на си­ту­а­ция, ко­гда ор­га­ны вла­сти, ме­диа, бан­ки и пред­при­я­тия од­ной стра­ны бы­ли на па­ру дней па­ра­ли­зо­ва­ны. Де­сять лет спу­стя ки­бе­р­ата­ки про­во­дят­ся по­все­мест­но. Не­дав­ний при­мер: гром­кий скан­дал, свя­зан­ный с вы­бо­ра­ми пре­зи­ден­та США. А то­гда в Эсто­нии это про­изо­шло впер­вые. Однако мы пре­вра­ти­ли этот горь­кий опыт в свое пре­иму­ще­ство, про­де­лав се­рьез­ную ра­бо­ту в сфе­ре соб­ствен­ной без­опас­но­сти. Это бы­ла и ре­кла­ма для на­шей стра­ны, по­то­му как на­пи­са­ли об этих ки­бе­р­ата­ках СМИ все­го ми­ра. Все это слу­чи­лось до по­яв­ле­ния на­ше­го зна­ме­ни­то­го стар­та­па Skype. Те­перь у нас в Тал­линне на­хо­дит­ся Центр НАТО по ки­бер­без­опас­но­сти. Он име­ет ста­тус меж­ду­на­род­ной во­ен­ной ор­га­ни­за­ции, в де­я­тель­но­сти ко­то­рой при­ни­ма­ют уча­стие 15 го­су­дарств, сре­ди ко­то­рых США, Гер­ма­ния, Ве­ли­ко­бри­та­ния, Фран­ция, Ав­стрия, Лат­вия, Лит­ва и дру­гие. Се­го­дня центр про­во­дит ки­бер­экс­пер­ти­зу во мно­гих стра­нах, вхо­дя­щих и не вхо­дя­щих в НАТО. Та­к­же под па­тро­на­том цен­тра был со­здан Tallinn Manual (Тал­линн­ское ру­ко­вод­ство по при­ме­не­нию юри­ди­че­ских норм меж­ду­на­род­но­го пра­ва к во­ен­ным дей­стви­ям в ки­бер­про­стран­стве).

— Ка­кое ме­сто в гео­по­ли­ти­ке Эсто­нии за­ни­ма­ет Укра­и­на?

— Под­дер­жать Укра­и­ну в та­кие слож­ные вре­ме­на — это де­ло че­сти для Эсто­нии. Укра­и­на за по­след­ние го­ды ста­ла для нас од­ним из важ­ней­ших парт­не­ров. Боль­шая часть на­ших де­нег на раз­ви­тие на­прав­ля­ет­ся имен­но в Укра­и­ну. Эсто­ния се­го­дня — это стра­на, ко­то­рая боль­ше все­го по­мо­га­ет Укра­ине в пе­ре­сче­те на ду­шу на­се­ле-

ния. В 2017 го­ду мы преду­смат­ри­ва­ем пе­ре­да­чу €2,2 млн Укра­ине. Это 20% об­ще­го бюд­же­та Эсто­нии, на­прав­лен­но­го на раз­ви­тие со­труд­ни­че­ства и гу­ма­ни­тар­ную по­мощь. В 2016 го­ду Эсто­ния пе­ре­да­ла ва­шей стране €2,5 млн, в 2015-м — €2,7 млн. У нас мно­го ин­те­рес­ных и по­лез­ных про­ек­тов для Укра­и­ны, ко­то­рые мы про­во­дим в раз­ных ре­ги­о­нах и сфе­рах. В част­но­сти, наш сов­мест­ный про­ект по раз­ви­тию элек­трон­но­го управ­ле­ния и элек­трон­но­го пра­ви­тель­ства. Та­к­же в 2017 го­ду мы сов­мест­но с Фин­лян­ди­ей и Но­р­ве­ги­ей на­ме­ре­ны под­дер­жать от­кры­тие но­во­го цен­тра iHub в Ива­но-Фран­ков­ске. Та­к­же в Эсто­нии на­би­ра­ет по­пу­ляр­ность со­рев­но­ва­ние по уст­но­му сче­ту сре­ди школь­ни­ков под на­зва­ни­ем Пран­гли­мине (эст. Pranglimine). Во Ль­во­ве ты­ся­чи укра­ин­ских школь­ни­ков за­ни­ма­ют­ся по этой ме­то­ди­ке. Успех Укра­и­ны во всех сфе­рах — это и успех Эсто­нии. Ес­ли дан­ная часть Ев­ро­пы бу­дет ста­биль­ной, то это по­зи­тив­но по­вли­я­ет и на нас.

— Все стра­ны Бал­тии пол­но­стью за­ви­сят от рос­сий­ско­го га­за. На слу­чай, ес­ли вдруг про­изой­дет эс­ка­ла­ция в от­но­ше­ни­ях, какие ша­ги в сфе­ре энер­го­без­опас­но­сти пред­при­ни­ма­ют­ся Эсто­ни­ей сей­час?

— Ко­гда мы с бал­тий­ски­ми стра­на­ми во­шли в ЕС, то са­ми се­бя наз­ва­ли энер­ге­ти­че­ским ост­ро­вом, у ко­то­ро­го нет свя­зей с дру­ги­ми ча­стя­ми Ев­ро­пы. Мы уже не ост­ров. В Эсто­нии осо­зна­ли, что за­ло­гом энер­ге­ти­че­ской без­опас­но­сти яв­ля­ет­ся ди­вер­си­фи­ка­ция по­ста­вок и ис­точ­ни­ков энер­гии, а та­к­же еще бо­лее ши­ро­кие вы­хо­ды на со­сед­ние энер­ге­ти­че­ские се­ти. Так, у нас на­ла­же­но элек­три­че­ское со­об­ще­ние с Фин­лян­ди­ей. Ко­гда недо­ста­точ­но энер­гии в Фин­лян­дии, мы бе­рем ее из Се­вер­ной Ев­ро­пы, где вес­ной мно­го де­ше­вой гид­ро­энер­гии. Что ка­са­ет­ся га­за, то, ко­неч­но, мы на 100% за­ви­сим от его им­пор­та из Рос­сии. Но и тут пред­при­ни­ма­ют­ся ре­ши­тель­ные ша­ги. Осе­нью про­шло­го го­да Эсто­ния, Фин­лян­дия и ЕС под­пи­са­ли до­го­вор о со­фи­нан­си­ро­ва­нии про­ек­та га­зо­про­во­да Balticconnector на сум­му €187 млн. Однако сле­ду­ет за­ме­тить, что Эсто­ния по­треб­ля­ет все­го 15% га­за, это один из са­мых низ­ких по­ка­за­те­лей в Ев­ро­пе. У нас по­чти нет тя­же­лой про­мыш­лен­но­сти, ко­то­рая яв­ля­ет­ся ос­нов­ным по­тре­би­те­лем это­го ви­да энер­го­но­си­те­лей. — Эсто­ния ста­ла пер­вой стра­ной на пост­со­вет­ском про­стран­стве, ко­то­рая уза­ко­ни­ла брач­ные со­ю­зы меж­ду людь­ми од­но­го по­ла. Со­глас­но за­ко­ну, ко­то­рый был при­нят в ок­тяб­ре, од­но­по­лые бра­ки ста­ли за­клю­чать­ся в Эсто­нии с 2016 го­да. Про­ком­мен­ти­руй­те, по­жа­луй­ста.

— Речь идет о со­ю­зах, од­но­по­лых и раз­но­по­лых, ко­то­рые ре­гу­ли­ру­ют ма­те­ри­аль­ные от­но­ше­ния. В срав­не­нии с пост­со­вет­ским про­стран­ством, ко­неч­но, мы до­би­лись зна­чи­мо­го ре­зуль­та­та в этой сфе­ре. Но по это­му во­про­су в на­шем об­ще­стве раз­го­ра­лись нешу­точ­ные спо­ры. На­вер­ное, за го­ды вос­ста­нов­лен­ной неза­ви­си­мо­сти эта те­ма вы­зва­ла эмо­ци­о­наль­ную дис­кус­сию на­равне с во­про­сом о ста­ту­се эс­тон­ско­го язы­ка 25 лет на­зад. Ведь во вре­ме­на со­вет­ской ок­ку­па­ции мы не мог­ли да­же го­во­рить о та­ких ве­щах. Но ком­про­мисс был до­стиг­нут, пар­ла­мент при­нял за­кон. На­вер­ное, в этом есть урок и для Укра­и­ны. Невоз­мож­но до­стичь всех це­лей очень быст­ро. Да­же в на­шей до­воль­но ли­бе­раль­ной стране это ста­ло воз­мож­ным толь­ко сей­час.

— На­зо­ви­те ме­ста в Эсто­нии, ко­то­рые непре­мен­но сто­ит по­се­тить, что­бы по­чув­ство­вать стра­ну.

— Ко­неч­но, Тал­линн, Ста­рый го­род, ко­то­рый вне­сен в спи­сок Все­мир­но­го на­сле­дия ЮНЕСКО. Но Тал­линн — не му­зей, это серд­це на­ше­го циф­ро­во­го ми­ра. Тал­линн очень со­вре­мен­ный. В нем по­ло­ви­на на­шей эко­но­ми­ки. Та­к­же по­со­ве­тую осво­ить зе­ле­ный ту­ризм, ко­то­рый неве­ро­ят­но по­пу­ля­рен в Эсто­нии. Ведь по­ло­ви­на тер­ри­то­рии стра­ны — ле­са, еще 20% — бо­ло­та. Плот­ность на­се­ле­ния в неко­то­рых ча­стях стра­ны та­ко­ва, что мож­но це­лый день ид­ти пеш­ком и ни­ко­го из лю­дей не встре­тить (улы­ба­ет­ся). И, ко­неч­но, са­мое эк­зо­ти­че­ское в Эсто­нии — это ее ост­ро­ва. Добрать­ся на круп­ные ост­ро­ва мож­но на па­ро­ме. Для взрос­лых и де­тей это на­сто­я­щее при­клю­че­ние. Каж­дый раз, ко­гда мы с се­мьей плы­вем на боль­шом па­ро­ме, де­ти при­хо­дят в экс­таз.

— Сколь­ко у вас де­тей?

— Трое. Две доч­ки, и пол­то­ра ме­ся­ца на­зад ро­дил­ся сын.

— По­здрав­ля­ем! Какие те­мы луч­ше все­го об­суж­дать с эс­тон­ца­ми, что­бы им бы­ло-

при­ят­но? И о чем луч­ше все­го при эс­тон­цах не упо­ми­нать и по­че­му?

— Мы лю­бим го­во­рить о при­ро­де. Та­к­же эс­тон­цы мо­гут быть рас­тро­га­ны, ес­ли по­хва­лить нас за се­рьез­ные успе­хи на­шей ма­лень­кой стра­ны (сме­ет­ся). Прав­да, ре­ак­ция мо­жет быть и дру­гой, что-то вро­де: да-да, мы это зна­ем (улы­ба­ет­ся). Что ка­са­ет­ся нега­ти­ва, то, как под­ска­за­ла мне же­на, с ли­бе­раль­ны­ми эс­тон­ца­ми труд­но най­ти та­кую те­му. Однако мы на­шли: нель­зя го­во­рить эстон­цам, что рас­пад Со­вет­ско­го Со­ю­за был несча­стьем. Ду­маю, укра­ин­цам то­же.

УНИВЕРСИТЕТ

ТАРТУ: Пре­по­да­ва­ние в мест­ных ву­зах ве­дет­ся на эс­тон­ском, и по­сол утвер­жда­ет, что зна­ние или незна­ние го­су­дар­ствен­но­го язы­ка опре­де­ля­ет по­ло­же­ние в об­ще­стве и кон­ку­рен­то­спо­соб­ность на рын­ке тру­да

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.