«Ре­фоР­мы УкРа­и­ны — это ин­ве­сти­ции в ее бУдУ­щее»

Segodnya (Kyiv) - - ИНТЕРВЬЮ - КРи­сти­на Зе­ле­нюК

— По­сле пер­вой встре­чи с Эм­ма­ну­элем Ма­кро­ном Петр Порошенко анон­си­ро­вал раз­ра­бот­ку «фор­му­лы Ма­кро­на». Что она бу­дет вклю­чать? Ес­ли мы пра­виль­но по­ня­ли, «фор­му­ла Ма­кро­на» — это по­ша­го­вый план им­пле­мен­та­ции «Мин­ска», ко­то­рую долж­ны бы­ли об­на­ро­до­вать еще в но­яб­ре про­шло­го го­да.

— Я ду­маю, не нуж­но го­во­рить о «фор­му­ле Ма­кро­на» как о го­то­вом к ис­поль­зо­ва­нию ре­ше­нии. Дей­ствия пре­зи­ден­та Рес­пуб­ли­ки пол­но­стью со­от­вет­ству­ют Мин­ским со­гла­ше­ни­ям, ко­то­рые яв­ля­ют­ся ба­зой для раз­ре­ше­ния кон­флик­та. Но­виз­на его под­хо­да за­клю­ча­ет­ся ско­рее в его ре­ши­мо­сти по­ста­вить чет­кие и кон­крет­ные це­ли для до­сти­же­ния ре­зуль­та­тов. Пре­зи­дент Рес­пуб­ли­ки — праг­ма­тик, ис­поль­зу­ю­щий праг­ма­тич­ные под­хо­ды для до­сти­же­ния мир­но­го и проч­но­го уре­гу­ли­ро­ва­ния кон­флик­та.

— Смо­жет ли роль Ма­кро­на в «нор­манд­ском фор­ма­те» стать ре­ша­ю­щей? Как вы от­но­си­тесь к вы­ска­зы­ва­ни­ям неко­то­рых немец­ких по­ли­ти­ков о том, что нам на вре­мя нуж­но за­быть о Кры­ме, что­бы вер­нуть Дон­басс?

— При­вер­жен­ность Фран­ции су­ве­ре­ни­те­ту Укра­и­ны ре­аль­на, и тот факт, что пре­зи­дент Ма­крон при­нял сво­е­го укра­ин­ско­го кол­ле­гу в Ели­сей­ском двор­це ме­нее чем че­рез два ме­ся­ца по­сле вступ­ле­ния в долж­ность, до­ка­зы­ва­ет при­о­ри­тет­ность укра­ин­ско­го во­про­са. Фран­ция под­дер­жи­ва­ет «нор­манд­ский фор­мат» и де­ла­ет все воз­мож­ное для то­го, что­бы об­суж­де­ния при­ве­ли к кон­крет­ным ре­зуль­та­там на бла­го ми­ра и граж­дан­ско­го на­се­ле­ния. Что ка­са­ет­ся Дон­бас­са и Кры­ма, то на­ша по­зи­ция не из­ме­ни­лась, и, как и по­зи­ция Ев­ро­пей­ско­го со­ю­за, за­клю­ча­ет­ся преж­де все­го в за­щи­те тер­ри­то­ри­аль­ной це­лост­но­сти и су­ве­ре­ни­те­та Укра­и­ны.

— Вы со­глас­ны с тем, что «нор­манд­ский фор­мат» за­шел в ту­пик? Что нуж­но сде­лать, что­бы сдви­нуть про­цесс с мерт­вой точ­ки?

— Ко­гда Рос­сия и Укра­и­на под­пи­са­ли Мин­ские со­гла­ше­ния, это предот­вра­ти­ло эс­ка­ла­цию на­си­лия. Раз­го­вор про­дол­жа­ет­ся и те­перь, но его содержание не пре­да­ет­ся оглас­ке, что мо­жет дать ощу­ще­ние без­вы­ход­но­сти по­ло­же­ния. Тем не ме­нее по мно­гим во­про­сам был до­стиг­нут про­гресс, как то: в во­про­сах об­ме­на плен­ны­ми и гу­ма­ни­тар­ной по­мо­щи. На­ря­ду с Гер­ма­ни­ей Фран­ция де­мон­стри­ру­ет пол­ную при­вер­жен­ность та­ко­му об­суж­де­нию и стре­мит­ся к ак­ти­ви­за­ции диа­ло­га. Но сле­ду­ет от­да­вать се­бе от­чет в том, что буду­щее Мин­ских со­гла­ше­ний за­ви­сит, преж­де все­го, от воли сто­рон кон­флик­та.

— При ка­ких усло­ви­ях Рос­сия уй­дет с Дон­бас­са и из Кры­ма?

— Усло­вия из­вест­ны всем. Они свя­за­ны с со­блю­де­ни­ем ос­нов­ных прин­ци­пов меж­ду­на­род­но­го пра­ва и Мин­ских со­гла­ше­ний.

— Мо­жем ли мы ска­зать, что друж­ба меж­ду Фран­ци­ей и Рос­си­ей за­кон­чи­лась по­сле ан­нек­сии Кры­ма и на­ча­ла вой­ны на Дон­бас­се? Ведь мы же все пом­ним скан­дал с «Ми­стра­ля­ми».

— По­зи­ция Фран­ции, как и по­зи­ция ЕС, яс­на и неиз­мен­на: мы оста­ем­ся при­вер­жен­ца­ми вос­ста­нов­ле­ния су­ве­ре­ни­те­та Укра­и­ны в ее меж­ду­на­род­но при­знан­ных гра­ни­цах и не при­зна­ем ре­зуль­та­тов «ре­фе­рен­ду­ма», про­ве­ден­но­го в Кры­му 16 мар­та 2014 го­да, а так­же при­со­еди­не­ния это­го укра­ин­ско­го ре­ги­о­на к России. Меж­ду тем для раз­ре­ше­ния кон­флик­та необ­хо­ди­мо под­дер­жи­вать по­ли­ти­че­ский диа­лог с Рос­си­ей. Мы вы­сту­па­ем за со­хра­не­ние раз­лич­ных пу­тей пе­ре­го­во­ров, в том чис­ле в рам­ках «нор­манд­ско­го фор­ма­та», посколь­ку бы­ло бы ошиб­кой по­ла­гать, что кон­фликт раз­ре­шит­ся сам по се­бе. Во вре­мя встре­чи с Вла­ди­ми­ром Пу­ти­ным в Вер­са­ле в мае это­го го­да пре­зи­дент Фран­ции Эм­ма­ну­эль Ма­крон дал чет­кий сиг­нал, что диа­лог с Моск­вой бу­дет «тре­бо­ва­тель­ным» и «без усту­пок».

— Вы раз­де­ля­е­те мнение ЖанК­ло­да Юн­ке­ра о том, что в бли­жай­шие 25 лет Укра­и­на не ста­нет чле­ном ЕС?

— В це­лом про­це­ду­ра вступ­ле­ния в ЕС яв­ля­ет­ся дли­тель­ным про­цес­сом. При­мер го­су­дарств Цен­траль­ной и Во­сточ­ной Ев­ро­пы по­ка­зал, что го­су­дар­ство, же­ла­ю­щее при­со­еди­нить­ся к ЕС, долж­но для на­ча­ла со­от­вет­ство­вать ря­ду по­ли­ти­че­ских и эко­но­ми­че­ских кри­те­ри­ев, а так­же про­де­мон­стри­ро­вать свою спо­соб­ность вы­пол­нять обя­за­тель­ства, свя­зан­ные с член­ством. Эти кри­те­рии, на­зы­ва­е­мые «Ко­пен­га­ген­ски­ми кри­те­ри­я­ми», пред­став­ля­ют со­бой важ­ный этап на пу­ти к вступ­ле­нию в Ев­ро­пей­ский со­юз. И толь­ко по­том на­чи­на­ют­ся пе­ре­го­во­ры о при­со­еди­не­нии. Важ­но так­же по­нять воз­мож­но­сти к рас­ши­ре­нию са­мо­го Ев­ро­пей­ско­го со­ю­за. Мы ча­сто за­бы­ва­ем о том, что ЕС дол­жен по­сто­ян­но укреп­лять и за­креп­лять до­сти­же­ния, по­лу­чен­ные в со­ста­ве 28 го­су­дарств, преж­де чем про­дол­жить рас­ши­рять­ся. По­это­му это мно­го­пла­но­вый про­цесс, вклю­ча­ю­щий в се­бя мно­же­ство фак­то­ров. По­ми­мо про­че­го, я счи­таю, что те ре­фор­мы, ко­то­рые про­во­дит Укра­и­на, име­ют важ­ное зна­че­ние для ее соб­ствен­но­го раз­ви­тия. Это ин­ве­сти­ции в ее буду­щее. Свою борь­бу за внед­ре­ние ре­форм — су­деб­ной, зе­мель­ной, ре­фор­мы си­сте­мы здра­во­охра­не­ния, — Укра­и­на долж­на ве­сти для сво­е­го бла­га, а не толь­ко в кон­тек­сте сбли­же­ния с ЕС.

— Ка­кой, по ва­ше­му мне­нию, са­мый боль­шой вы­зов, ко­то­рый сто­ит пе­ред Укра­и­ной? Ка­кие глав­ные за­да­ния вы бы вы­де­ли­ли?

— С мо­ей сто­ро­ны бы­ло бы непра­виль­но учить че­му-ли­бо стра­ну, ко­то­рая так мно­го пе­ре­жи­ла и про­шла столь­ко ис­пы­та­ний. Мо­гу толь­ко ска­зать, что мы осо­зна­ем, с ка­ки­ми пре­пят­стви­я­ми стал­ки­ва­ет­ся Укра­и­на, и де­ла­ем все воз­мож­ное, что­бы ей по­мочь. Ряд необ­хо­ди­мых ре­форм был про­ве­ден очень быст­ро, но еще мно­гое пред­сто­ит сде­лать. Это дол­гий про­цесс, ко­то­рый тре­бу­ет непо­ко­ле­би­мой по­ли­ти­че­ской воли и со­лид­ных зна­ний. За­ко­ны, про­го­ло­со­ван­ные Вер­хов­ной Ра­дой, долж­ны со­блю­дать­ся, а для это­го необ­хо­ди­мы во­ля и ре­ши­тель­ность вла­сти. Мы пре­крас­но по­ни­ма­ем, что не­ко­то­рые ре­фор­мы очень непо­пу­ляр­ны, но Укра­и­на мо­жет мно­гое от это­го вы­иг­рать. Сре­ди важ­ней­ших вы­зо­вов, сто­я­щих се­го­дня пе­ред Укра­и­ной, я на­зо­ву преж­де все­го ре­фор­му су­деб­ной си­сте­мы, ко­то­рая долж­на об­лег­чить борь­бу с кор­руп­ци­ей на всех уров­нях и вос­ста­но­вить до­ве­рие лю­дей. Укра­ин­ский на­род, меж­ду­на­род­ное со­об­ще­ство и ин­ве­сто­ры ожи­да­ют, что су­ды бу­дут неза­ви­си­мы­ми и что за­кон бу­дет од­ним для всех. Я счи­таю: про­ве­де­ние та­кой ре­фор­мы бу­дет клю­чом к успе­ху.

Диа­лог с Моск­вой бу­дет тре­бо­ва­тель­ным и без усту­пок

Ре­фор­мы Укра­и­на про­во­дит для сво­е­го же бла­га

По­сол. «Су­деб­ная ре­фор­ма об­лег­чит борь­бу с кор­руп­ци­ей и вос­ста­но­вит до­ве­рие лю­дей»

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.