Ра­у­ля Ка­стро мо­гли за­стре­лить в ссср

Под­пол­ков­ник 9-го управ­ле­ния кгб ссср сер­гей голосов: «То­гда сра­бо­та­ла ин­туи­ция. Толь­ко спу­стя мно­го лет выя­сни­лось, что Хо­се рен­са­ли был за­вер­бо­ван аме­ри­кан­ской ра­звед­кой. Он и ушёл на за­пад че­рез Фин­лян­дию»

Sovershenno sekretno Spetsvyipusk (Ukraine) - - История/хх Век - Але­ксей БОГОМОЛОВ Спе­ци­аль­но для «Со­вер­шен­но се­кре­тно»

Га­зе­та «Со­вер­шен­но се­кре­тно» про­дол­жа­ет пу­бли­ка­цию бе­сед с ве­те­ра­ном 9-го управ­ле­ния КГБ СССР Сер­ге­ем Яков­ле­ви­чем Го­ло­со­вым. Он в те­че­ние мно­гих лет ра­бо­тал в по­дра­зде­ле­нии, ко­то­рое за­ни­ма­лось ли­чной охра­ной со­вет­ских и ино­стран­ных го­су­дар­ствен­ных ли­де­ров. Во мно­гом его спе­ци­а­ли­за­цию опре­де­ли­ли не толь­ко чи­сто про­фес­си­о­наль­ные и фи­зи­че­ские ка­че­ства (он ма­стер спор­та СССР и 30-кра­тный чем­пи­он «де­вя­тки» по бо­рьбе сам­бо), но и то, что он хо­ро­шо вла­де­ет испан­ским языком.

Ге­рой се­го­дня­шней пу­бли­ка­ции – дей­ству­ю­щий гла­ва Ку­бы, ко­то­рый игра­ет за­ме­тную роль в се­го­дня­шнем ми­ре, – Ра­уль Мо­де­сто Ка­стро Рус. С млад­шим бра­том Фи­де­ля Ка­стро Ра­у­лем Сер­гей Голосов ра­бо­тал бо­лее 10 лет, при­чём встре­чал­ся с ним не толь­ко во вре­мя ви­зи­тов в Со­вет­ский Со­юз, но и на Ку­бе, в Эфи­о­пии и Ан­го­ле.

на­ши сан­кции – МЕЛОЧЬ по срав­не­нию с ку­бин­ски­ми

– Сер­гей Яков­ле­вич, вы мно­го лет ра­бо­та‑ ли с ку­бин­ски­ми ли­де­ра­ми, до­ве­ри­тель­но об­ща­лись с ни­ми. В чём, по‑ва­ше­му, се­крет их стой­ко­сти и ста­биль­но­сти?

– В пер­вую оче­редь в том, что они 60 лет не изме­ня­ют своим иде­а­лам и опи­ра­ю­тся на ши­ро­кую под­держ­ку на­ро­да. А уже во вто­рую – в ли­чных ка­че­ствах на­сто­я­щих го­су­дар­ствен­ных му­жей, спосо­бных да­же при отнюдь не те­пли­чных усло­ви­ях не про­сто удер­жи­вать власть, но и по­сте­пен­но, без эксцес­сов изме­нять си­сте­му в со­о­твет­ствии с тре­бо­ва­ни­я­ми сов­ре­мен­ной жи­зни.

40 лет на­зад мы встре­ча­ли Ра­у­ля Ка­стро на Се­вер­ном Кав­ка­зе. У нас была боль­шая ко­ман­ди­ров­ка – Ар­хыз, Дом­бай. Мы да­же про­шли пе­шком че­рез пе­ре­вал до Су­ху­ми. Во вре­мя это­го пе­ре­хо­да я ра­зго­во­рил­ся с за­ве­ду­ю­щим се­кто­ром Ку­бы в ап­па­ра­те ЦК КПСС Оле­гом Ти­хо­но­ви­чем Да­ру­сен­ко­вым. То ли по то­гда­шней наив­но­сти, то ли по до­ве­рию я за­дал во­прос, ко­то­рый се­го­дня за­да­вать бы не стал. Спро­сил его, на­сколь­ко про­чна со­вет­ско-ку­бин­ская дру­жба. И он мне то­гда отве­тил: «По­ка су­ще­ству­ют Фи­дель и Ра­уль с ку­бин­ской сто­ро­ны, ни­ка­ких изме­не­ний не бу­дет». Его сло­ва были про­ро­че­ски­ми. Они оста­лись вер­ными своим обе­ща­ни­ям, в отли­чие от нас. Мы 25 лет на­зад бро­си­ли Ку­бу.

– А по­че­му мы их оста­ви­ли? По день­гам не по­тя­ну­ли? Или чи­сто по­ли­ти­че­ски – хо­те­ли дру­жить с Аме­ри­кой, сбра­сывать бал­ласт?..

– Я ду­маю, что при­чи­на была ско­рее по­ли­ти­че­ской. Окон­ча­тель­но вывод всех на­ших по­зи­ций был уже в 2002 го­ду. Ко­не­чно, нам Ку­ба об­хо­ди­лась до­ро­го, но с учётом ныне­шней ме­жду­на­ро­дной об­ста­нов­ки она как со­ю­зник нам очень бы при­го­ди­лась. Я не ра­бо­таю с ку­бин­ски­ми ли­де­ра­ми с 1983 го­да, с тех пор как я пе­ре­шёл в ра­звед­ку. Но моё отно­ше­ние к Ку­бе и её ли­де­рам вызыва­ет у ме­ня ещё боль­шее ува­же­ние и лю­бо­вь. К обоим ли­де­рам: Фи­де­лю и Ра­у­лю. Ко­не­чно, Фи­дель был глав­ным в одних вре­мен­ных рам­ках, Ра­уль – в дру­гих. Но то, что сей­час де­ла­ет Ку­ба, – это ве­щь осо­бен­ная. Она де­ся­ти­ле­ти­я­ми жи­ла в усло­ви­ях по­чти пол­ной изо­ля­ции. И высто­я­ла.

– Сей­час ка­кие‑то по­движ­ки в отно­ше­ни‑ ях Ку­бы и США всё‑та­ки есть…

– Но эти по­движ­ки про­ди­кто­ва­ны не дав­ле­ни­ем, не сан­кци­я­ми, а вре­ме­нем. И они взаим­ны. Аме­ри­кан­цы по­ня­ли, что сло­мать че­рез ко­ле­но Ку­бу они не смо­гли. И се­го­дня выну­жде­ны строить мир­ные отно­ше­ния.

– Но ведь на­ша стра­на не­сколь­ко лет заи‑ грыва­ла с США, при­чём в ущерб соб­ствен­ной без­о­па­сно­сти…

– У ка­ждо­го на­ро­да есть своя гор­дость. Да, ку­бин­цы сей­час жи­вут не лу­чше всех, ска­жем так, не­бо­га­то. Рань­ше было ещё сло­жнее. Но они не дро­гну­ли.

За что я це­ню Ра­у­ля се­го­дня? За то, что он, со­хра­няя вер­ность основ­ным прин­ци­пам Ку­бин­ской ре­во­лю­ции, про­яв­ля­ет по­ли­ти­че­скую гиб­кость и дей­ству­ет не под дав­ле­ни­ем эмо­ций, как, ска­жем, Трамп, а в рам­ках ра­зум­но­го и взве­шен­но­го под­хо­да, выра­бо­тан­но­го де­ся­ти­ле­ти­я­ми.

Ну­жно отме­тить и то, что вос­ста­но­ви­лись ди­пло­ма­ти­че­ские отно­ше­ния с США. Ко­не­чно, аме­ри­кан­ский пре­зи­дент пытал­ся по­хло­пать Ра­у­ля по пле­чу – не по­лу­чи­лось. Ра­уль по­ни­ма­ет, что цель США – вер­нуть отно­ше­ния в пре­жнее, до­ре­во­лю­ци­он­ное ру­сло. Но это­го уже не бу­дет. А по­зи­тив­ные изме­не­ния на­ли­цо. Ста­ли гра­ж­да­не ездить ту­да-сю­да, ту­ризм ра­зви­ва­е­тся, тор­гов­ля на­ча­лась. Но все эти дви­же­ния с ку­бин­ской сто­ро­ны очень осто­ро­жны и до­зи­ро­ва­ны. Имен­но та­ких под­хо­дов и тре­бу­ет ныне­шняя ме­жду­на­ро­дная си­ту­а­ция.

«сей­час я по­бу­ду, ПО­ТОМ ра­уль. а ПО­ТОМ при­дут но­вые Лю­ди»

– Ко­гда вы с Ра­у­лем Ка­стро на­ча­ли ра­бо‑ тать? Как по­зна­ко­ми­лись?

– Ещё в на­ча­ле 1970-х. Сна­ча­ла были от­дель­ные по­ру­че­ния, а по­том я ра­бо­тал в ка­че­стве при­кре­плён­но­го. В об­щей сло­жно­сти мы с ним ре­гу­ляр­но об­ща­лись бо­лее 10 лет. Встре­ча­лись мы не толь­ко в на­шей стра­не, но и на Ку­бе, в Эфи­о­пии и Ан­го­ле.

– Он ча­сто при­е­зжал в СССР? – К нам он при­е­зжал ка­ждый год. Ино­гда и ча­ще. Я ду­маю, что он объе­здил весь Со­вет­ский Со­юз.

– Его ин­те­ре­со­ва­ли все аспе­кты на­шей жи­зни?

– Да, от обо­ро­ны до куль­ту­ры. Он 50 лет был ми­ни­стром обо­ро­ны и уже 11 лет фа­кти­че­ски испол­ня­ет фун­кции гла­вы го­су­дар­ства. А в СССР его ин­те­ре­со­ва­ло пра­кти­че­ски всё: за­во­ды, кол­хо­зы, уро­вень жи­зни, прес­са.

– Как Ра­уль к Фи­де­лю отно­сил­ся? Что он вам о нём рас­ска­зывал?

– Очень ува­жи­тель­но. Мы мно­го ра­зго­ва­ри­ва­ли с ним и про бра­та, и про се­мью во­об­ще. Осо­бен­но во вре­мя дли­тель­ной по­е­зд­ки по Кра­сно­дар­ско­му краю – вре­ме­ни было мно­го. На охо­те мы дол­го жда­ли, ко­гда за­го­нят зве­ря, и Ра­уль го­во­рил про Фи­де­ля, про его же­ну, рас­ска­зывал, как они встре­ти­лись, как она по­том уе­ха­ла в Испа­нию. Го­во­рил о том, кто у них в боль­шой мно­го­де­тной се­мье при­нял ре­во­лю­цию, кто не при­нял. Их стар­ший брат был вме­сте с Фи­де­лем и Ра­у­лем, а дру­гой брат и сёстры всё слу­чив­ше­е­ся в 1959 го­ду не при­ня­ли.

Ра­уль Ка­стро рас­ска­зывал о ре­во­лю­ции, о су­дьбе Фи­де­ля, о том, что за­па­дные СМИ пи­шут, что яко­бы Че Ге­ва­ра и Сьен­фу­эгос ста­ли жер­тва­ми по­ли­ти­че­ской бо­рьбы за власть. Во­об­ще у нас с Ра­у­лем Ка­стро было очень мно­го за­ду­шев­ных бе­сед. Ко­гда он при­е­зжал в СССР, из-за 9-ча­со­вой ра­зни­цы во вре­ме­ни но­ча­ми ему ча­сто не спа­лось, и он ме­ня при­гла­шал по­об­ща­ться. Мы с ним встре­ча­лись и на Ку­бе, у ме­ня было шесть ко­ман­ди­ро­вок ту­да, и во вре­мя мо­ей ко­ман­ди­ров­ки в Ан­го­лу. Так что мо­гу ска­зать, что с Ра­у­лем Ка­стро у ме­ня в тот пе­ри­од сло­жи­лись до­воль­но близ­кие отно­ше­ния.

– Со­зда­ётся та­кое впе­ча­тле­ние, что Фи­дель и Ра­уль все­це­ло до­ве­ря­ли друг дру­гу и ра­зно­гла­сий ме­жду ни­ми не было…

– До­ве­рие было аб­со­лю­тным, а если они и спо­ри­ли, то по ка­ким-то та­кти­че­ским во­про­сам, и не выно­си­ли это в пу­бли­чную пло­скость. Ста­биль­ность ку­бин­ско­го строя обу­слов­ле­на имен­но тем, что ме­жду ли­де­ра­ми, Фи­де­лем и Ра­у­лем пре­жде все­го, не было бо­рьбы за власть. Та­кая бо­рьба по­гу­би­ла мно­гие ре­во­лю­ци­он­ные дви­же­ния, на­при­мер в Пор­ту­га­лии, в Чи­ли, ра­зли­чные на­ци­о­наль­но-осво­бо­ди­тель­ные дви­же­ния.

Ра­уль Ка­стро под­дер­жи­вал отно­ше­ния с Юрой Чур­ба­но­вым. Юру по­са­ди­ли, он отси­дел своё. А по­том Ра­уль его при­гла­сил и встре­тил на Ку­бе.

Да­же во вре­мя гра­ж­дан­ской вой­ны в Испа­нии у ре­спу­бли­кан­цев во­зни­кли кон­фли­кты в бо­рьбе за власть.

– То есть Ра­уль пре­кра­сно по­ни­мал своё ме­сто и знал, что он бу­дет пре­ем­ни­ком?

– Фи­дель го­во­рил: «Нам уже сей­час ну­жно го­то­вить но­вое по­ко­ле­ние вла­сти. Сей­час я по­бу­ду, по­том Ра­уль. А по­том при­дут но­вые лю­ди». Я знаю, что ко­го-то на Ку­бе го­то­вят к это­му.

– Сей­час Ра­у­лю Ка­стро уже 86 лет… – Во вре­мя на­шей по­е­зд­ки по Кра­сно­дар­ско­му краю в 1979 го­ду у нас с Ра­у­лем за­шёл ра­зго­вор о во­зра­сте го­су­дар­ствен­ных ли­де­ров. Он спро­сил ме­ня, как они (ку­бин­ские ру­ко­во­ди­те­ли) вы­гля­дят по срав­не­нию с на­ши­ми ру­ко­во­ди­те­ля­ми, и сде­лал пред­по­ло­же­ние, что как ком­со­моль­цы в срав­не­нии с чле­на­ми пар­тии. Я отве­тил, что ско­рее как пи­о­не­ры. Ра­у­лю в то вре­мя было 47 лет, а Бре­жне­ву – 72. На­вер­ное, в жи­зни так быва­ет, что ко­гда мы мо­ло­дые, то ни о ка­ких бо­ля­чках не ду­ма­ем и, есте­ствен­но, на ста­рость смо­трим свысо­ка, не за­ду­мыва­ясь, что на­сту­пит мо­мент, и пре­клон­ный во­зраст ка­ждо­го, вне за­ви­си­мо­сти о за­ни­ма­е­мой дол­жно­сти, бу­дет вызывать у мо­ло­дых ана­ло­ги­чные ощу­ще­ния. Се­го­дня Ра­уль Ка­стро на 14 лет стар­ше то­гда­шне­го Бре­жне­ва…

– Где обычно жил Ра­уль? – На Ле­нин­ских го­рах, где ра­спо­ло­же­ны пра­ви­тель­ствен­ные ре­зи­ден­ции, по­стро­ен­ные ещё при Хру­щёве. В се­дьмом осо­бня­ке. По­на­ча­лу в этих ре­зи­ден­ци­ях жи­ли чле­ны Пре­зи­ди­у­ма ЦК Ка­га­но­вич, Бул­га­нин, Мо­ло­тов, Ми­ко­ян, Во­ро­ши­лов и дру­гие. По­том они от­ту­да съе­ха­ли. Боль­ше всех не хо­тел уе­зжать Ка­га­но­вич. По­сле это­го пред­ста­ви­тель­ские осо­бня­ки по­де­ли­ли на три ка­те­го­рии. Одна отно­си­лась к нам, к 9-му управ­ле­нию КГБ, дру­гая – к ЦК КПСС, тре­тья – к Со­ве­ту Ми­ни­стров. Я сна­ча­ла не по­ни­мал ра­зни­цы, а по­том во­шёл в курс де­ла. В тех, ко­то­рые при­на­дле­жа­ли ЦК КПСС, к на­шей ра­бо­те отно­си­лись с боль­шим ува­же­ни­ем, а вот в сов­ми­нов­ских де­ла об­сто­я­ли по-дру­го­му.

– А прав­да, что за ка­ждым се­кре­та­рём «брат­ских ком­пар­тий» был за­кре­плён свой осо­бняк?

– У лю­дей есть свой­ство при­выкать к ме­сту жи­тель­ства. Я вот, ко­гда еду на ле­че­ние, про­шу по­се­лить ме­ня в тот же но­мер, где я был рань­ше, хо­тя он ни­чем не отли­ча­е­тся от дру­гих. Вот так же и они. Ра­уль жил в ше­стом, Це­ден­бал – в тре­тьем, Фи­дель – в пя­тнад­ца­том, Хо­нек­кер – в пя­том. В те вре­ме­на это было впол­не оправ­дан­ным. Со­ци­а­ли­сти­че­ские стра­ны были на­ши­ми со­ю­зни­ка­ми, хо­тя и отно­си­лись к нам по-ра­зно­му. Но со­здать для всех их ру­ко­во­ди­те­лей ре­жим нор­маль­ной ра­бо­ты и пол­но­цен­но­го от­дыха во вре­мя ви­зи­тов в СССР было ва­жной за­да­чей.

под при­це­лом у шпи­о­на

– Сер­гей Яков­ле­вич, вы ча­сто рас­ска­зыва‑ ли про то, как охо­ти­лись с за­ру­бе­жными го­стя­ми. А Ра­уль Ка­стро был за­я­длым охо­тни‑ ком?

– Я не ска­зал бы. Про­сто выда­ва­лось вре­мя для от­дыха. Ку­ра­то­ра­ми из ЦК КПСС со­став­ля­лась про­грам­ма. Не ка­ждый при­езд охо­та была. Кста­ти, по­сле­дняя охо­та была не­по­да­лёку от то­го ме­ста, где мы с ва­ми бе­се­ду­ем: в Бар­су­ках Ка­луж­ской обла­сти. По­сле неё я пе­ре­шёл в дру­гое по­дра­зде­ле­ние КГБ. Были там ку­ра­то­ры из Ми­н­обо­ро­ны, по­сколь­ку это их охо­тхо­зяй­ство. Утром по­сле охо­ты по­шли мы по­гу­лять. Он ме­ня спра­ши­ва­ет: «Как ре­зуль­та­ты охо­ты?» Я ему отве­чаю: «Один лось, пять или се­мь оле­ней, ка­ба­ны. Все­го 15 туш». Он го­во­рит: «Сли­шком мно­го». Мы по­шли, он по­смо­трел тро­феи, а я спро­сил, что с ни­ми де­лать. Он го­во­рит: «Ра­зде­лать ту­ши и выдать мя­со все­му об­слу­жи­ва­ю­ще­му пер­со­на­лу, ми­ли­ции, ко­то­рая нас со­про­во­жда­ла. По­слать мя­со мар­ша­лу Огар­ко­ву, быв­ше­му по­слу Але­ксан­дру Але­ксе­е­ву, актёру Ми­хаи­лу Улья­но­ву, ру­ко­вод­ству «де­вя­тки». Так было при­ня­то. Бре­жнев, на­при­мер, лю­бил по­сылать ка­ба­ня­ти­ну или ло­ся­ти­ну со­ра­тни­кам, ко­то­рые по ка­ким-то при­чи­нам не были с ним в За­ви­до­во.

– А ка­ков был по­ря­док охо­ты? Кто был ря­дом с пер­вым ли­цом?

– Обычно толь­ко егерь. Да­же на­чаль­ник охра­ны мог быть ря­дом, а мог и не быть. В этой свя­зи я вспо­ми­наю охо­ту, на ко­то­рой мне при­шлось быть ря­дом с Фи­де­лем. Он убил трёх боль­ших ка­ба­нов. Ему на­до­е­да­ли с во­про­са­ми, ку­да их отпра­вить. Он го­во­рит: «С со­бой на Ку­бу во­зьму». На­ши во­с­при­ня­ли это все­рьёз и ста­ли го­то­ви­ться к отправ­ке. Дол­го шла эта ка­ни­тель. По­том всё-та­ки ре­ши­ли, что по са­ни­тар­ным нор­мам это не­во­змо­жно.

– Стре­ля­ли Фи­дель и Ра­уль хо­ро­шо? – От Фи­де­ля я был на охо­те да­ле­ко­ва­то, а вот на­счёт Ра­у­ля ска­зать мо­гу то­чно. Он ме­ткий стре­лок. Одна­жды ме­трах в ста от нас по про­се­ке пе­ре­бе­га­ет до­ро­гу ка­кой-то зверь, не­боль­шой. Ока­за­лось, что ди­кая ко­шка. И он со ста ме­тров без опти­че­ско­го при­це­ла су­мел зве­ря под­стре­лить. А пе­ред этим он вме­сте с же­ной Виль­мой Эспин при­стре­ли­вал ка­ра­би­ны, ко­то­рые им выда­ли. Виль­ма из ка­ра­би­на без опти­ки из трёх три по­па­ла в де­ся­тку. Пар­ти­зан­ское про­шлое, ви­ди­мо, ска­за­лось. У Ра­у­ля пу­ли ушли чуть ни­же, ли­шь одна по­па­ла в цель. Он да­же рас­строил­ся. При­шлось при­цел по­прав­лять. Но во вре­мя охо­ты он се­бя «ре­а­би­ли­ти­ро­вал».

– Как ор­га­ни­зо­выва­лась охо­та для охра­ня‑ емых и их го­стей?

– Охо­та для высо­ко­по­став­лен­ных лиц быва­ет трёх ви­дов. Пер­вая – са­мая ра­с­про­стра­нён­ная: с вышки. Зве­рей в опре­де­лён­ном ме­сте при­карм­ли­ва­ют. И за 40 ми­нут (не по­зже) на­до при­е­хать и по­дня­ться на вышку. За­тем в опре­де­лён­ное вре­мя (в 4 или 5 ча­сов) ка­ба­ны под­хо­дят и ню­ха­ют во­здух. Убе­див­шись, что ни­ко­го вро­де бы нет, они на­чи­на­ют есть. Тут и на­чи­на­е­тся от­стрел. Егерь по­ка­зыва­ет, ко­го не стре­лять: сви­ней не­же­ла­тель­но, обычно ка­ба­нов стре­ля­ют. Но мя­со ка­ба­на нев­ку­сное, осо­бен­но во вре­мя го­на. Так что и сви­ней стре­ля­ли. Если го­стя не устраи­вал способ или ре­зуль­тат охо­ты, то стре­ля­ли «с под­хо­да». То­же во вре­мя кор­мёж­ки по­дво­ди­ли охо­тни­ков, и те из укрытия стре­ля­ли. А тре­тий – за­гон­ная охо­та. Ты ле­жи­шь на ма­я­ке, на но­ме­ре, и на те­бя за­го­ня­ют зве­ря.

– Это наи­бо­лее при­бли­жён­ный к «на­стоя‑ щей» охо­те способ, да?

– Да. Но с то­чки зре­ния без­о­па­сно­сти – са­мый не­у­до­бный для охра­ны. На за­гон­ной охо­те в Кра­сно­дар­ском крае слу­чил­ся сра­зу по­ка­зав­ший­ся мне стран­ным и опа­сным ин­ци­дент. Ря­дом с Ра­у­лем вдруг по­явил­ся один из его по­мо­щни­ков, Хо­се Рен­са­ли. Он ра­бо­тал и с Фи­де­лем, выпол­нял обя­зан­но­сти по­мо­щни­ка и пе­ре­вод­чи­ка. Я уже го­во­рил вам, что в про­цес­се за­гон­ной охо­ты с охра­ня­е­мым дол­жен быть толь­ко егерь, ино­гда при­кре­плён­ный. А тут по­явил­ся ещё один че­ло­век, что по пра­ви­лам без­о­па­сно­сти не до­пу­ска­е­тся. Рен­са­ли же бу­кваль­но на­вя­зал­ся ид­ти с на­ми, да ещё ка­ра­бин по­тре­бо­вал. Ка­ра­бин ему да­ли, но я пра­кти­че­ски про­гнал его с ру­бе­жа. Отпра­вил его на без­о­па­сное рас­сто­я­ние и ра­звер­нул так, что он всё вре­мя на­хо­дил­ся у ме­ня под при­це­лом. А я был ме­жду ним и Ра­у­лем. Во­змо­жно, это нас и спа­сло.

– Ва­ши опа­се­ния име­ли под со­бой ре­аль‑ ную осно­ву?

– То­гда сра­бо­та­ла ин­туи­ция, чу­тьё про­фес­си­о­на­ла. Толь­ко спу­стя мно­го лет выя­сни­лось, что Хо­се Рен­са­ли был за­вер­бо­ван аме­ри­кан­ской ра­звед­кой. Он и ушёл на За­пад че­рез Фин­лян­дию…

Та охо­та была дол­гой, мы ле­жа­ли на по­зи­ции не­сколь­ко ча­сов. А оле­ни и ло­си, ко­то­рых гна­ли на нас, ни­как не хо­те­ли под­хо­дить близ­ко. Ко­гда же по­явил­ся лось на рас­сто­я­нии 250 ме­тров, Ра­уль не­сколь­ко раз выстре­лил и го­во­рит: «На­вер­ное, не по­пал». При­бе­жа­ли еге­ря и ста­ли убе­ждать го­стя, что выстрел был имен­но его. Он смо­трит на ту­шу оле­ня, уби­то­го при­цель­ным выстре­лом, и го­во­рит: «Не я, ско­рее все­го». А по­том, обра­ща­ясь ко мне, го­во­рит: «Вот ты, ко­мис­сар, ска­жи, кто по­пал. Как ска­же­шь, так и бу­дет». Я, ко­не­чно, ска­зал, что это был имен­но его выстрел.

– Он вас ко­мис­са­ром на­зывал? – Да, ме­ня ко­мис­са­ром, а я его – «ка­ма­ра­до ми­ни­стре», то есть «то­ва­рищ ми­нистр».

ку­бин­цы УМЕЮТ дру­жить

– Вы не раз го­во­ри­ли о сво­ём тёплом отно‑ ше­нии к Ра­у­лю Ка­стро. А с его сто­ро­ны вы чув­ство­ва­ли отве­тную ре­а­кцию?

– Я не знаю ни одно­го быв­ше­го или дей­ству­ю­ще­го ли­де­ра дру­же­ствен­ных СССР и Рос­сии стран, ко­то­рый бы так лю­бил Рос­сию и рус­ских. И он на этих по­зи­ци­ях остал­ся до сих пор. У нас были бол­га­ры, ко­то­рые кля­лись нам в лю­бви и хо­те­ли вой­ти в СССР, мон­го­лы те же са­мые. В отли­чие от них, Ку­ба все­гда про­во­ди­ла свою, са­мо­сто­я­тель­ную по­ли­ти­ку. Ку­бин­ские ли­де­ры умеют дру­жить. Они на­сто­я­щие. И не за­быва­ют ни­че­го хо­ро­ше­го.

Ра­уль Ка­стро, на­при­мер, под­дер­жи­вал отно­ше­ния с Юрой Чур­ба­но­вым. Юру по­са­ди­ли, при­чём всем по­ня­тно, что это было по­ли­ти­че­ское ре­ше­ние. Юра отси­дел своё. А по­том Ра­уль его при­гла­сил и встре­тил на Ку­бе. И это не­смо­тря на то, что отно­ше­ния с на­шей стра­ной были сов­сем дру­ги­ми…

Или ми­нистр обо­ро­ны ГДР. Он то­же у се­бя отси­дел в тю­рьме. Ра­уль его та­кже при­гла­сил к се­бе и при­ни­мал как ста­ро­го дру­га. И не обра­щал вни­ма­ния на ра­з­дра­же­ние офи­ци­аль­ных не­ме­цких вла­стей… Это вызыва­ет у ме­ня искрен­нее ува­же­ние.

По­ли­ти­че­ская по­зи­ция Фи­де­ля и Ра­у­ля, ко­не­чно, в ка­кой-то ме­ре была ком­про­мис­сной, но в отно­ше­нии обя­за­тельств и офи­ци­аль­ных, и про­сто дру­же­ских они все­гда были без­упре­чны.

У Ра­у­ля сло­жи­лись очень хо­ро­шие отно­ше­ния с Ни­ко­ла­ем Ле­о­но­вым, ге­не­ра­лом Ва­ле­ри­ем Стрель­ни­ко­вым из Ми­н­обо­ро­ны, на­шим по­слом Кон­стан­ти­ном Ка­ту­ше­вым, Кон­стан­ти­ном Мо­на­хо­вым, пред­ста­ви­те­лем КГБ на Ку­бе. Кто-то из них пе­ре­шёл на дру­гую ра­бо­ту, кто-то ока­зал­ся на пен­сии. Не­ко­то­рые на­ши ру­ко­во­ди­те­ли про­сто вычёр­ки­ва­ют та­ких лю­дей из жи­зни, уби­ра­ют из кру­га об­ще­ния. А отно­ше­ния же Ра­у­ля с быв­ши­ми чи­нов­ни­ка­ми СССР и Рос­сии, с те­ми, кто был ему бли­зок, оста­ва­лись нав­се­гда.

Я вспо­ми­наю исто­рию с Кон­стан­ти­ном Фёдо­ро­ви­чем Ка­ту­ше­вым. В 1977 го­ду он был са­мым мо­ло­дым се­кре­та­рём ЦК КПСС, ему не было ещё и 50. А ещё он мно­го лет был за­ве­ду­ю­щим от­де­лом ЦК КПСС по свя­зям с ком­му­ни­сти­че­ски­ми и ра­бо­чи­ми пар­ти­я­ми со­ци­а­ли­сти­че­ских стран. И, ко­не­чно же, ре­гу­ляр­но об­щал­ся с Ра­у­лем. И вот он по­е­хал по слу­чаю выбо­ров в свой изби­ра­тель­ный округ то ли в Кра­сно­ярск, то ли в Омск. По­сле выбо­ров было за­сто­лье. Он, кста­ти, во­об­ще из охра­ня­е­мых лиц был са­мым мо­ло­дым. И кто-то на этой ве­че­рин­ке прои­знёс тост: «За бу­ду­ще­го ге­не­раль­но­го се­кре­та­ря!» Кон­чи­лось всё тем, что он не успел ещё до­ле­теть до Мо­сквы, как при­шла весть о том, что его по­ли­ти­че­ская ка­рье­ра за­кон­че­на и его пе­ре­во­дят на хо­зяй­ствен­ную ра­бо­ту, не са­мым ва­жным за­ме­сти­те­лем пред­се­да­те­ля Сов­ми­на.

И вот ко­гда его «по­ни­зи­ли» (а по­пасть с дол­жно­сти се­кре­та­ря ЦК в зам­пре­ды Сов­ми­на – это по­ни­же­ние), Ра­уль Ка­стро ре­шил про­ве­дать сво­е­го то­ва­ри­ща. Да­ча, на ко­то­рой была за­пла­ни­ро­ва­на встре­ча, была очень не­боль­шой. Ра­уль выска­зал по­же­ла­ние, что­бы я си­дел за сто­лом с ним и Ка­ту­ше­вым. За сто­лом ме­ня всё вре­мя убе­жда­ли выпить рюм­ку-дру­гую. Ра­уль го­во­рит: «Я те­бе при­ка­зываю. Выпей одну!» Смо­трят, я при­гу­бил и по­ста­вил. Ра­уль го­во­рит: «Я те­бе ска­зал: «Одну! На­лей фу­жер и выпей! Вот ко­гда Фи­де­лю вра­чи за­пре­ти­ли ку­рить боль­ше одной си­га­ры в день, он за­ка­зал се­бе си­га­ру сан­ти­ме­тров в 40». Я вам её по­ка­жу. И то­гда, ко­гда я отка­зал­ся, Ка­ту­шев ска­зал: «Да, это че­кист шко­лы Ан­дро­по­ва». То­гда я пер­вый раз услышал эту фра­зу. По­том, в 1982 го­ду, Ка­ту­ше­ва отпра­ви­ли по­слом на Ку­бу. У не­го с ку­бин­ским ру­ко­вод­ством сло­жи­лись очень хо­ро­шие отно­ше­ния.

– Сер­гей Яков­ле­вич, вам ка­ки­ми‑то при‑ ка­за­ми было за­пре­ще­но выпи­вать с охра­няе‑ мыми?

– Фор­маль­но – нет. Но ответ­ствен­ность была сли­шком боль­шая, что­бы до­пу­скать слу­чай­но­сти. Хо­тя в на­шей стра­не и Фи­дель, и Ра­уль чув­ство­ва­ли се­бя в без­о­па­сно­сти.

– А сам Ра­уль ка­кие на­пи­тки пред­по­чи‑ тал? Ром, на­вер­ное?

– На­шу вод­ку, но в не­боль­ших ко­ли­че­ствах. Как-то раз у нас с ним за­шёл ра­зго­вор о том, как на Ку­бе во­с­при­ни­ма­ют спосо­бность рус­ских к упо­тре­бле­нию кре­пких на­пи­тков. Са­ми ку­бин­цы пьют ром, но, как пра­ви­ло, в ко­ктей­лях с до­бав­ле­ни­ем со­ка или дру­гих про­хла­ди­тель­ных на­пи­тков. Пре­дель­ная нор­ма – око­ло 60 грам­мов. А на­ши гра­ж­да­не мо­гли эту нор­му пре­высить в 10–15 раз. «Что ви­дел я ли­чно, – рас­ска­зывал Ра­уль Ка­стро, – ко­гда ста­ли по­яв­ля­ться со­вет­ские спе­ци­а­ли­сты на Ку­бе, то мне до­ло­жи­ли, что в апте­ках исчез ме­ди­цин­ский спирт. Он обычно сто­ял на пол­ках в ём­ко­стях, на эти­ке­тках ко­то­рых был изо­бра­жён изве­стный сим­вол смер­тель­ной опа­сно­сти – че­реп и две скре­щён­ные ко­сти. Как ле­кар­ство спирт, есте­ствен­но, стоил дёше­во, что прив­ле­ка­ло со­вет­ских муж­чин-спе­ци­а­ли­стов».

– А су­пру­га Ра­у­ля Виль­ма Эспин – она как во­с­при­ни­ма­ла ал­ко­голь?

– Рас­ска­жу та­кую исто­рию. Одна­жды по­сле уда­чной охо­ты в крым­ском охо­тхо­зяй­стве «Со­сны», в ко­то­рой Виль­ма при­ни­ма­ла уча­стие, было по рус­ской тра­ди­ции устро­е­но за­сто­лье. Я знал, что су­пру­га Ра­у­ля кре­пких на­пи­тков не упо­тре­бля­ла, да и дру­гие не очень-то жа­ло­ва­ла. Де­ла­ла она исклю­че­ние ли­шь для одно­го ви­на – аб­хаз­ско­го «Лыхны». Я же, зная её вку­сы, за­хва­тил с со­бой бу­тыло­чку-дру­гую. Виль­ма улыбну­лась, по­смо­тре­ла на ме­ня, про­тя­ну­ла свой бо­кал. По­том она ча­сто вспо­ми­на­ла тот день. Ко­гда мы са­ди­лись за стол и ей пре­дла­га­ли что-то выпить, она уко­ри­знен­но смо­тре­ла на ме­ня и отве­ча­ла: «Я же не пью, вы зна­е­те, ра­зве что «Лыхны».

– Ра­уль не при­гла­шал вас к се­бе в го­сти?

– У нас были слу­чаи, что ино­стран­ные ли­де­ры при­гла­ша­ли к се­бе в го­сти тех охран­ни­ков, ко­то­рые им пон­ра­ви­лись. На­ши, на­при­мер, в Вен­грию езди­ли. Ме­ня Ра­уль при­гла­шал к се­бе. Но на Ку­бу нас не пу­ска­ли. Ви­ди­мо, пе­ре­лёт до­ро­гой был. Я ему ска­зал про это. Он отве­ча­ет: «Я соби­ра­юсь с пред­се­да­те­лем КГБ Че­бри­ко­вым встре­ча­ться, по­го­во­рю с ним». Встре­ча про­шла кон­стру­ктив­но.

По­сле встре­чи Ра­уль уви­дел ме­ня и го­во­рит: «Сер­гей, я за­был с Че­бри­ко­вым по­го­во­рить на­счёт тво­ей по­е­зд­ки. Пой­дём сей­час обра­тно». Я еле удер­жал его, го­во­рю: «Для ме­ня ра­бо­та с ва­ми – во­об­ще боль­шой по­да­рок». В об­щем, уго­во­рил не во­зв­ра­ща­ться. – А сей­час не хо­ти­те сле­тать?

– Сей­час уже здо­ро­вье не по­зво­ля­ет, та­кой длин­ный пе­ре­лёт для ме­ня ри­ско­ван­ный. А по­е­здом на Ку­бу не до­бе­рёшься…

– В отли­чие от Фи­де­ля, у Ра­у­ля была бо­лее ра­зме­рен­ная се­мей­ная жизнь…

– Ра­уль – хо­ро­ший се­мья­нин. Его су­пру­га Виль­ма Эспин де Ка­стро по­зна­ко­ми­лась с Ра­у­лем ещё в те вре­ме­на, ко­гда они пар­ти­за­ни­ли в го­рах в 1957 – 1958 го­дах.

Она при­ни­ма­ла актив­ное уча­стие в го­су­дар­ствен­ных и пар­тий­ных де­лах Ку­бы вплоть до сво­ей смер­ти в 2007 го­ду. При­е­зжа­ла она или вме­сте с Ра­у­лем, или от­дель­но от не­го как пред­се­да­тель Фе­де­ра­ции ку­бин­ских жен­щин, ре­гу­ляр­но об­ща­лась с Ва­лен­ти­ной Те­ре­шко­вой, вме­сте с ней по­се­ща­ла шко­лы, боль­ни­цы, пи­о­нер­ские ла­ге­ря, те­а­тры, му­зеи и дру­гие ин­те­ре­со­вав­шие её ме­ста.

У Ра­у­ля три до­че­ри и сын. Я пом­ню, мы встре­ча­ли но­вый, 1983 год. Сын Ра­у­ля был юно­шей го­ря­чим и впе­ча­тли­тель­ным. А по­здра­вить ком­па­нию при­е­ха­ли Дед Мо­роз и Сне­гу­ро­чка. Сне­гу­ро­чка так пон­ра­ви­лась сыну Ра­у­ля, что он дол­го во­круг неё хо­дил. На­чи­нал взро­слеть, лет 14 ему то­гда было. Про­сил ме­ня: «По­зна­ко­мь ме­ня с ней». Он со Сне­гу­ро­чкой то­гда да­же сфо­то­гра­фи­ро­вал­ся.

– Вы зна­ко­мы с дей­ству­ю­щим гла­вой го­су­дар­ства. Ка­кие у не­го то­гда были ув­ле‑ че­ния?

– Ко­не­чно, да. Он был че­ло­ве­ком до­ста­то­чно ра­зно­сто­рон­ним. Бывал во мно­гих ме­стах. Со спортс­ме­на­ми зна­ко­мил­ся, с му­зыкан­та­ми, с ли­те­ра­то­ра­ми. Как-то раз мы езди­ли в го­сти к актёру Ми­хаи­лу Улья­но­ву. Там была ин­те­ре­сная исто­рия. Мы были втро­ём: Ра­уль, Виль­ма и я. И се­мья Улья­но­ва. А его зять, ко­то­рый там при­сут­ство­вал, как выя­сни­лось, пи­сал дис­сер­та­цию по Ку­бе. И же­на Ми­хаи­ла Улья­но­ва (она игра­ла глав­ную жен­скую роль в филь­ме «Не­бе­сный ти­хо­ход») по-про­сто­му ста­ла зон­ди­ро­вать по­чву отно­си­тель­но то­го, что­бы зять за­щи­тил­ся на Ку­бе. Во­об­ще-то про­сить вто­рое ли­цо ино­стран­но­го го­су­дар­ства о та­кой пре­фе­рен­ции, тем бо­лее ко­гда пер­вый раз в жи­зни его ви­ди­шь, не сов­сем при­ня­то. По­ня­тно, что если бы это было ор­га­ни­зо­ва­но, то озна­ча­ло бы ав­то­ма­ти­че­скую выда­чу ди­пло­ма кан­ди­да­та на­ук. Но Ра­уль эту прось­бу как-то ди­пло­ма­ти­чно обо­шёл. Про­сто не ска­зал ни «да», ни «нет». Это прои­зве­ло на ме­ня хо­ро­шее впе­ча­тле­ние.

как Мы «сле­ди­ли» за КОСМОНАВТОМ Ле­о­но­вым

– Сер­гей Яков­ле­вич, а Ра­уль ча­сто об­щал­ся с ко­смо­нав­та­ми?

– Ко­не­чно, у не­го это была часть про­грам­мы. В те вре­ме­на лю­дей, по­бывав­ших в ко­смо­се, было ещё не так мно­го и на них смо­тре­ли как на на­ци­о­наль­ных ге­ро­ев, обла­дав­ших свер­хсп­осо­бно­стя­ми. Во мно­гом, ко­не­чно, это так и было. Сей­час мы зна­ем, что отнюдь не все­гда шан­сы вер­ну­ться с ор­би­ты были ве­ли­ки. Я пом­ню, ка­кие чув­ства мы испытыва­ли по­сле по­лёта Юрия Га­га­ри­на. Это­го сло­ва­ми не выра­зи­шь! При­мер­но так во­с­при­ни­мал­ся ку­бин­ца­ми по­лёт пер­во­го ку­бин­ско­го ко­смо­нав­та Ар­наль­до Та­ма­йо Мен­де­са. В 1980 го­ду я при­сут­ство­вал на Бай­ко­ну­ре вме­сте с ку­бин­ской де­ле­га­ци­ей, ко­то­рую во­зглав­лял Ра­уль Ка­стро. Есте­ствен­но, я ви­дел, с ка­ким эмо­ци­о­наль­ным по­дъёмом ку­бин­ские го­сти во­с­при­ни­ма­ли со­бытие. И, ко­не­чно, они за­хо­те­ли не­ме­длен­но его отпра­здно­вать.

Хо­зяй­ствен­ни­ки все­го ми­ра – лю­ди «ма­те­ри­аль­но ответ­ствен­ные» – не про­сто скру­пу­лёзно счи­та­ю­щие бю­джет чи­нов­ни­ки, но и на­сто­я­щие скря­ги. Не были исклю­че­ни­ем и со­тру­дни­ки КГБ, ра­бо­тав­шие в на­шем от­де­ле обе­спе­че­ния. Из пред­став­лен­но­го мной спи­ска не­об­хо­ди­мых про­ду­ктов и на­пи­тков (на всю де­ле­га­цию в 30 че­ло­век) они оста­ви­ли бу­тыл­ку вод­ки, бу­тыл­ку ко­нья­ка, ба­тон кол­ба­сы и ящик «Бор­жо­ми». При этом ком­мен­ти­ро­ва­ли это сло­ва­ми о том, что ну­жно «бе­ре­чь на­ро­дное до­сто­я­ние», и ин­те­ре­со­ва­лись: «Ты что, еде­шь ту­да пьян­ку устраи­вать?»

– И как вы вышли из по­ло­же­ния? – Про­сто ку­пил на свои день­ги не­об­хо­ди­мый за­пас. И пра­виль­но сде­лал, по­то­му что по­сле за­пу­ска Ра­уль по­до­шёл ко мне и ска­зал: «Де­лай что хо­че­шь, но дол­жно быть кое-что на сто­ле». Слу­чил­ся обычный ра­зрыв ме­жду ре­аль­ным и же­ла­е­мым. На Бай­ко­ну­ре-то фор­маль­но был су­хой за­кон. Тор­же­ствен­ный бан­кет по по­во­ду по­лёта пер­во­го ку­бин­ско­го ко­смо­нав­та дол­жен был со­сто­я­ться на сле­ду­ю­щий день, а ку­бин­цы хо­те­ли отме­тить его не­ме­длен­но. Мне уда­лось всё ор­га­ни­зо­вать без, как го­во­рят се­го­дня, «ре­пу­та­ци­он­но­го ущер­ба».

– А что было на сле­ду­ю­щий день? – Всё по пол­ной про­грам­ме. С вы­сту­пле­ни­я­ми глав­ко­ма ра­ке­тных войск мар­ша­ла То­луб­ко, се­кре­та­ря ЦК Ком­пар­тии Ка­зах­ста­на Нур­сул­та­на На­зар­ба­е­ва, Ра­у­ля Ка­стро, ко­смо­нав­тов. Кста­ти, ря­дом со мной си­де­ли все са­мые изве­стные по­ко­ри­те­ли ко­смо­са: Але­ксей Ле­о­нов, Ге­ор­гий Бе­ре­го­вой, Хру­нов и дру­гие. При­я­тно было на­хо­ди­ться в ком­па­нии этих то­гда ещё мо­ло­дых и ве­сёлых ре­бят с хо­ро­шим чув­ством юмо­ра, без ко­то­ро­го в ко­смо­се было бы тру­дно­ва­то. Осо­бен­но отли­чал­ся свои­ми шу­тка­ми и остро­та­ми Але­ксей Ле­о­нов.

– Изве­стно, что он во­об­ще че­ло­век ши­ро‑ кой ду­ши, об­щи­тель­ный и ве­сёлый...

– То­гда на Бай­ко­ну­ре он не знал, что у ме­ня на не­го есть сво­е­го ро­да «ком­про­мат». За ме­сяц до опи­сыва­е­мых со­бытий мы с кол­ле­га­ми по­сле оче­ре­дно­го де­жур­ства ре­ши­ли сде­лать вылаз­ку на при­ро­ду, по­за­го­рать, иску­па­ться, сыграть в пре­фе­ранс. Выбра­ли ме­стом на­ше­го от­дыха Ме­две­жьи озёра, на­хо­дя­щи­е­ся не­по­да­лёку от Звёздно­го го­род­ка, где в то вре­мя про­жи­ва­ли по­чти все на­ши ко­смо­нав­ты. Вдруг в по­лу­со­тне ме­тров от нас оста­нав­ли­ва­е­тся чёр­ная «Вол­га», из ко­то­рой выхо­дит муж­чи­на в ге­не­раль­ской фор­ме и с ним две мо­ло­дые де­ву­шки. Мы осо­бо­го вни­ма­ния на них не обра­ща­ли, но че­рез не­ко­то­рое вре­мя одна из мо­ло­дых особ на­пра­ви­лась к нам и по­про­си­ла у нас ста­ка­ны, «что­бы ра­злить шам­пан­ское». Ста­ка­ны мы, ко­не­чно, выде­ли­ли, а по­смо­трев в сто­ро­ну ста­тно­го ге­не­ра­ла, узна­ли в нём Але­ксея Ле­о­но­ва. Ми­нут че­рез 20 де­ву­шки вер­ну­ли нам по­су­ду и уго­сти­ли на­шу ком­па­нию кон­фе­та­ми. На этом, соб­ствен­но, сю­жет и за­кон­чил­ся, хо­тя мне при­шлось его вспом­нить во вре­мя встре­чи на Бай­ко­ну­ре.

Ко­гда бан­кет под­хо­дил к кон­цу и Ра­уль Ка­стро встал, мы то­же на­ча­ли по­дни­ма­ться. Я по при­вычке по­пра­вил пи­сто­лет, ви­сев­ший у ме­ня на по­ясе. Это за­ме­тил Але­ксей Ле­о­нов. И тут же ехи­дно ска­зал: «Что, ком­пле­ктность про­ве­ря­е­шь?» И тут я ему го­во­рю: «У ме­ня, в отли­чие от не­ко­то­рых, с ком­пле­ктно­стью всё в по­ряд­ке». «Ты что име­е­шь в ви­ду?» – спро­сил ко­смо­навт. Я отве­чаю: «Как это что? Кто ме­сяц на­зад на Ме­две­жьих озёрах про­сил ста­ка­ны, что­бы ра­злить шам­пан­ское?» Ле­о­нов остал­ся сто­ять с открытым ртом, но че­рез не­ко­то­рое вре­мя при­шёл в се­бя и го­во­рит: «Ну, обло­жи­ли! Со всех сто­рон, как ме­две­дя на охо­те». Ко­не­чно, он по­ду­мал не о слу­чай­ной встре­че, а о кон­троль­ном ме­ро­при­я­тии. Я не стал его ра­зо­ча­ро­вывать в отно­ше­нии бди­тель­но­сти оте­че­ствен­ных спец­служб…

В ян­ва­ре 1983 го­да мы про­во­жа­ли Ра­у­ля Ка­стро в аэро­пор­ту Вну­ко­во. Это были по­сле­дние дни мо­ей ра­бо­ты в «де­вя­тке», по­сколь­ку уже было ре­ше­ние о мо­ём пе­ре­во­де в дру­гое по­дра­зде­ле­ние КГБ СССР, за­ни­мав­ше­е­ся ра­звед­кой. Ра­уль обнял ме­ня на про­ща­ние, ска­зал тёплые сло­ва. Боль­ше мы с ним ли­чно не ви­де­лись, но я до сих пор со­хра­няю к не­му искрен­нее чув­ство при­зна­тель­но­сти за пре­кра­сное об­ще­ние и ува­же­ние как к че­ло­ве­ку и по­ли­ти­ку ми­ро­во­го мас­шта­ба. n

Бе­се­до­вал Але­ксей Богомолов Фо­то из ар­хи­ва Сер­гея Го­ло­со­ва

ра­уль ка­стро и ко­смо­навт але­ксей Ле­о­нов на ко­смо­дро­ме Бай­ко­нур

ра­уль ка­стро и виль­ма эспин (в цен­тре) на от­дыхе в кра­сно­дар­ском крае. 1979

ра­уль ка­стро – Пре­кра­сный стре­лок

ча­е­пи­тие в но­чь По­сле успе­шно­го По­лёта Пер­во­го ку­бин­ско­го ко­смо­нав­та

ра­уль ка­стро и сер­гей голосов. Фо­то на Па­мять

Про­ща­ние ра­у­ля ка­стро с сер­ге­ем го­ло­со­вым. ян­варь 1983

ра­уль ка­стро, виль­ма эспин и сер­гей голосов в го­стях у за­слу­жен­но­го ар­ти­ста ссср ми­хаи­ла улья­но­ва

Newspapers in Ukrainian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.