КТО Убил Яна ма­са­ри­ка?

Отец ма­са­ри­ка — то­маш гар­ри ма­са­рик — был со­зда­те­лем че­хо­сло­ва­цкой ре­спу­бли­ки. Сын, Ян ма­са­рик, стал ми­ни­стром ино­стран­ных дел в пра­ви­тель­стве Кле­мен­та го­тваль­да.

Sovershenno sekretno Spetsvyipusk (Ukraine) - - Первая Страница - Иван СВИТАК Спе­ци­аль­но для «Со­вер­шен­но се­кре­тно»

Вно­чь с 9 на 10 мар­та 1948 го­да Ян Ма­са­рик тра­ги­че­ски по­гиб при ве­сьма стран­ных об­сто­я­тель­ствах. Офи­ци­аль­ная вер­сия – са­мо­у­бий­ство. Рас­сле­до­ва­ние об­сто­я­тельств смер­ти Ма­са­ри­ка не да­ло че­тко­го отве­та о при­чи­нах смер­ти. Этот во­прос оста­е­тся спор­ным и по­ныне.

В 1990 го­ду в праж­ском изда­тель­стве «Ака­де­мия» вышла кни­га Ива­на Сви­та­ка «Тяж­кий груз исто­рии. Со­ве­ти­за­ция Че­хо­сло­ва­кии», отрыв­ки из ко­то­рой, ка­са­ю­щи­е­ся ги­бе­ли ми­ни­стра-де­мо­кра­та, мы пре­дла­га­ем ва­ше­му вни­ма­нию.

Ав­тор кни­ги фи­ло­соф Иван Свитак во вре­мя «праж­ской ве­сны» стал ор­га­ни­за­то­ром и ли­де­ром но­вых ле­вых де­мо­кра­тов, а по­сле ок­ку­па­ции стра­ны в 1968 го­ду был при­го­во­рен к во­сьми­ле­тне­му тю­рем­но­му за­клю­че­нию, но вско­ре ли­шен гра­ж­дан­ства и выслан из Че­хо­сло­ва­кии. Про­фес-сор Свитак пре­по­да­вал в Уни­вер­си­те­те шта­та Ка­ли­фор­ния в Чи­ко, а за­тем вер­нул­ся на ро­ди­ну.

Я имею на­де­жную ин­фор­ма­цию, Что Ян Ма­са­рик был убит. Пре­зи­дент Гар­ри Тру­мэн – Вла­ди­ми­ру Про­хаз­ке, по­слу Че­хо­сло­ва­кии 30 ав­гу­ста 1951 го­да, Бе­лый дом Ува­жа­е­мый то­ва­рищ Ге­не­раль­ный про­ку­рор! Су­дя по со­об­ще­ни­ям в прес­се, в бли­жай­шее вре­мя пла­ни­ру­е­тся на­чать ре­а­би­ли­та­цию не­за­кон­но ре­прес­си­ро­ван­ных в го­ды ста­ли­ни­зма. <... > В ин­те­ре­сах укре­пле­ния не­за­ви­си­мо­го су­да и но­вых де­мо­кра­ти­че­ских про­цес­сов в стра­не про­шу Вас не­за­ме­дли­тель­но на­чать рас­сле­до­ва­ние об­сто­я­тельств ги­бе­ли ми­ни­стра ино­стран­ных дел в пра­ви­тель­стве Го­тваль­да (по­сле фев­ра­ля 1948 го­да) Яна Ма­са­ри­ка и выя­снить, не был ли он убит в ре­зуль­та­те за­го­во­ра и не стал ли пер­вой жер­твой на пу­ти на­шей стра­ны к то­та­ли­тар­но­му ди­кта­тор­ско­му ре­жи­му.

На­сто­я­тель­но про­шу Вас опу­бли­ко­вать про­то­ко­лы до­про­сов сви­де­те­лей, да­вав­ших по это­му де­лу по­ка­за­ния под при­ся­гой в ев­ро­пей­ских су­дах, а та­кже во­зо­бно­вить след­ствие с це­лью вос­ста­но­вить со­бытия ро­ко­вой но­чи с 9 на 10 мар­та 1948 го­да. Ча­сти­чно это уда­лось сде­лать Ми­хаи­лу Ран­ду, ав­то­ру ста­тьи «Пя­те­ро при­шли по­сле по­лу­но­чи», опу­бли­ко­ван­ной 7 апре­ля 1965 го­да в жур­на­ле «Шпи­гель». В ста­тье Ран­да сде­лан не­дву­смыслен­ный вывод, что Яна Ма­са­ри­ка уби­ли. <...>

На­чать та­кое рас­сле­до­ва­ние – де­ло не­сло­жное для опытно­го по­ли­цей­ско­го, осо­бен­но если он по­ло­жит в осно­ву фа­кты, изло­жен­ные в ста­тье Ран­да. По­зволь­те мне ко­ро­тко на­пом­нить эти фа­кты, не ком­мен­ти­руя их. <... >

На­чну с то­го, что Ка­рел Ма­кс­ба­у­эр, исто­пник Чер­нин­ско­го двор­ца, за­явил в от­де­ле­ние ми­ли­ции при ми­ни­стер­стве ино­стран­ных дел, что в 5 ча­сов 27 ми­нут утра, вый­дя во вну­трен­ний двор, что­бы по­днять фла­ги, он обна­ру­жил... те­ло Яна Ма­са­ри­ка, ко­то­рый был мертв. Все­го че­рез шесть ча­сов по­сле это­го по­яви­лась офи­ци­аль­ная вер­сия о «са­мо­у­бий­стве» Ма­са­ри­ка, со­вер­шен­ном под вли­я­ни­ем бо­ле­зни, бес­сон­ни­цы и пе­ре­во­збу­жде­ния из-за ка­ких-то те­ле­грамм, яко­бы по­лу­чен­ных им от ре­а­кци­о­не­ров. Этой вер­сии про­ти­во­ре­чат как по­ка­за­ния лю­дей, ви­дев­ших Яна Ма­са­ри­ка на­ка­ну­не его смер­ти, так и ма­те­ри­а­лы по­ли­цей­ско­го рас­сле­до­ва­ния:

1. Пред­ста­ви­те­ли след­ствен­ной груп­пы до­ктор Фран­ти­шек Бор­ко­вец, за­ме­сти­тель на­чаль­ни­ка от­де­ла гос­бе­зо­па­сно­сти в МВД, и до­ктор Яро­мир Те­плый, по­ли­цей­ский вра­чэк­сперт, при­быв в Чер­нин­ский дво­рец, отме­ти­ли не­о­бычный бе­спо­ря­док в спаль­не Яна Ма­са­ри­ка. На по­сте­ли отсут­ство­ва­ли по­ду­шки, на по­лу при­ле­га­ю­щей к спаль­не ван­ной ком­на­ты были рас­сыпа­ны оскол­ки сте­кла, а окно в ван­ной ра­спа­хну­то на­сте­жь.

2. При осмо­тре те­ла до­ктор Яро­мир Те­плый обна­ру­жил фи­зи­о­ло­ги­че­ские сим­пто­мы смер­тель­но­го испу­га, ко­то­рые ни­ко­гда не встре­ча­ю­тся у са­мо­у­бийц.

3. Ли­чный слу­га Яна Ма­са­ри­ка Бо­гу­мил Пши­го­да за­стал в спаль­не пол­ный ра­згром. Осо­бен­но его по­ра­зи­ло ра­спа­хну­тое окно в ком­на­те, ко­то­рое ни­ко­гда не открыва­лось. По­ду­шки ва­ля­лись в ван­ной ком­на­те.

4. Ви­ли­балд Хоф­фман, по­ли­цей­ский вра­чэк­сперт, изме­рил рас­сто­я­ние от по­ла до по­до­кон­ни­ка в обеих ком­на­тах. В спаль­не окно ра­спо­ла­га­лось на высо­те 60 см, а в ван­ной – 130 см. Ни­кто ни­ко­гда не за­да­вал­ся во­про­сом, по­че­му че­ло­век, ре­шив­ший све­сти сче­ты с жи­знью в соб­ствен­ной квар­ти­ре, выбрал для это­го са­мое не­у­до­бное окно. Тот же Ви­ли­балд Хоф­фман на­счи­тал в спаль­не че­тыр­над­цать окур­ков си­га­рет ра­зных сор­тов.

5. До­ктор Оскар Клин­гер, ли­чный врач Яна Ма­са­ри­ка, не был допу­щен к те­лу. До­ктор Клин­гер осма­три­вал Ма­са­ри­ка 8 мар­та и на­шел его в хо­ро­шем фи­зи­че­ском со­сто­я­нии.

6. Про­то­кол вскрытия те­ла Яна Ма­са­ри­ка под­пи­сал про­фес­сор Га­ек, ко­то­рый, по его соб­ствен­но­му при­зна­нию, сде­лан­но­му по­зже, не под­хо­дил к те­лу бли­же чем на три ме­тра.

7. Те­ле­грам­мы, яко­бы тол­кнув­шие Ма­са­ри­ка на са­мо­у­бий­ство, ни­ко­гда ни­где не были опу­бли­ко­ва­ны.

8. Ра­с­про­стра­нен­ная ра­нее по ре­да­кци­ям га­зет офи­ци­аль­ная фо­то­гра­фия Яна Ма­са­ри­ка была кон­фи­ско­ва­на по­ли­ци­ей в день его похо­рон. (Ра­зум­но­го объя­сне­ния этой акции по­ли­ция не да­ла.) На фо­то­гра­фии, сня­той в про­филь спра­ва, ухо ле­жа­ще­го в гро­бу Ма­са­ри­ка было при­крыто цве­тком.

9. Офи­ци­аль­ное ком­мю­ни­ке о са­мо­у­бий­стве Яна Ма­са­ри­ка было со­став­ле­но без уче­та ре­зуль­та­тов след­ствия все­го че­рез шесть ча­сов по­сле то­го, как обна­ру­жи­ли его те­ло.

10. Ми­нистр вну­трен­них дел Ва­цлав Но­сек за­пре­тил по­ли­ции за­ни­ма­ться даль­ней­шим рас­сле­до­ва­ни­ем сра­зу же по­сле похо­рон Ма­са­ри­ка. До­ктор Бор­ко­вец про­дол­жил след­ствие на свой страх и риск и обна­ру­жил сле­ды, ве­ду­щие к ма­йо­ру Фран­цу Шрам­му и Ва­цла­ву Се­дму, ко­то­рые, по всей ве­ро­я­тно­сти, были за­ме­ша­ны в убий­стве.

11. Ма­йор Франц Шрамм, ра­бо­тав­ший на свя­зи че­шской гос­бе­зо­па­сно­сти и НКВД и ор­га­ни­зо­вав­ший, по мне­нию Ран­да, по­ку­ше­ние на Яна Ма­са­ри­ка, был убит ле­том 1948 го­да неи­зве­стными ли­ца­ми, во­змо­жно аген­та­ми За­па­да.

12. Ва­цлав Седм из охра­ны Чер­нин­ско­го двор­ца по­гиб в ию­не 1948 го­да в ав­то-мо­биль­ной ка­та­стро­фе при не­выя­снен­ных об­сто­я­тель­ствах...

13. На осно­ва­нии дан­ных ча­стно­го рас­сле­до­ва­ния до­кто­ра Бор­ков­ца ко­мис­сар по­ли­ции Йо­зеф Ка­длец пре­дло­жил про­ве­сти экс­гу­ма­цию, что­бы выя­снить, была ли пов­ре­жде­на область за пра­вым ухом Ма­са­ри­ка в ре­зуль­та­те уда­ра, ли­бо там име­лись сле­ды инъе­кции. Вско­ре по­сле это­го ко­мис­сар Ка­длец умер пря­мо в по­ли­ции во вре­мя до­про­са.

14. В кон­це 1948 го­да до­ктор Фран­ти­шек Бор­ко­вец был обви­нен в ор­га­ни­за­ции вос­ста­ван­ной

ния в Ли­то­мер­жи­це. Под пытка­ми он при­знал­ся, что яко­бы был гла­вой вос­став­ших, и по­сле ин­сце­ни­ров­ки су­да был ка­знен.

Ува­жа­е­мый то­ва­рищ Ге­не­раль­ный про­ку­рор, ра­зу­ме­е­тся, Вы не ста­не­те отри­цать, что при чте­нии да­же это­го со­кра­щен­но­го пе­ре­чня фа­ктов нель­зя исклю­чить во­змо­жность убий­ства Яна Ма­са­ри­ка. Со­вер­шил ли это пре­сту­пле­ние агент НКВД ма­йор Шрамм со своим со­об­щни­ком Се­дмом, ли­бо они са­ми, как не­же­ла­тель­ные сви­де­те­ли, были ли­кви­ди­ро­ва­ны? Были ли уби­ты Фран­ти­шек Бор­ко­вец и Йо­зеф Ка­длец? Выя­снить это – сло­жная за­да­ча для след­ствен­ных и су­де­бных ор­га­нов, но тем не ме­нее про­шу Вас сде­лать это во имя спра­ве­дли­во­сти и тор­же­ства за­ко­на. У Вас есть ве­ли­ко­ле­пный шанс стать че­хо­сло­ва­цким Гар­ри­со­ном (но­во­ор­ле­ан­ский окру­жной про­ку­рор Джеймс Гар­ри­сон рас­сле­до­вал по­ку­ше­ние на пре­зи­ден­та Кен­не­ди. – Прим. пер.). Ва­ше по­ло­же­ние да­же пред­по­чти­тель­нее, так как все ар­хи­вы МВД бу­дут не­за­ме­дли­тель­но пред­став­ле­ны в Ва­ше ра­спо­ря­же­ние, ибо это в ин­те­ре­сах на­ше­го но­во­го ру­ко­вод­ства стра­ны, стре­мя­ще­го­ся по­кон­чить с ошиб­ка­ми и не­спра­ве­дли­во­стя­ми про­шло­го. <...>

С искрен­ней сим­па­ти­ей к мо­е­му быв­ше­му сле­до­ва­те­лю и с за­ве­ре­ни­ем в со­дей­ствии, если по­тре­бу­е­тся,

Иван Сви­ток 10 мар­та 1968 г., Пра­га

Это был но­вый Мюн­хен. Я отпра­вил­ся в Мо­скву как ми­нистр су­ве­рен­но­го го­су­дар­ства, а во­зв­ра­ща­юсь от­ту­да ма­ри­о­не­ткой Ста­ли­на. Ян Ма­са­рик – своим дру­зьям по­сле при­зем­ле­ния в Пра­ге 12 ию­ля 1947 го­да

еще Одна во­тчи­на СССР

Опа­са­ясь прои­грать выбо­ры, Кле­мент Го­твальд ре­шил спро­во­ци­ро­вать пра­ви­тель­ствен­ный кри­зис. Его зять Але­ксей Че­пи­чка, де­пу­тат от Оло­мо­у­ца, взял­ся по­мо­чь ему. Кол­ле­га Че­пи­чки, то­же де­пу­тат от Оло­мо­у­ца, Юрай Со­снар ор­га­ни­зо­вал изго­тов­ле­ние бомб-«сюр­при­зов», за­ма­ски­ро­ван­ных под ко­роб­ки с ду­ха­ми, ко­то­рые были ото­сла­ны по по­чте 10 сен­тя­бря 1947 го­да Яну Ма­са­ри­ку, Пе­тру Зен­клу и Про­ко­пу Др­ти­не. Но по­ку­ше­ние сор­ва­лось, пре­сту­пни­ков аре­сто­ва­ли, Юрай Со­снар ли­шил­ся де­пу­тат­ской не­при­ко­сно­вен­но­сти, одна­ко след­ствие по за­го­во­ру было прер­ва­но фев­раль­ски-ми со­быти­я­ми.

Че­рез де­сять лет по­сле Мюн­хе­на, в фев­ра­ле 1948 го­да, че­хо­сло­ва­цкая тра­ге­дия вно­вь пов­ли­я­ла на су­дьбы ми­ра. Па­ло по­сле­днее де­мо­кра­ти­че­ское пра­ви­тель­ство в Во­сто­чной Ев­ро­пе. В счи­тан­ные дни в про­мышлен­но ра­зви­той стра­не про­за­па­дной ори­ен­та­ции с бо­га­тыми и дав­ни­ми де­мо­кра­ти­че­ски­ми и гу­ма­ни­сти­че­ски­ми тра­ди­ци­я­ми были ан­ну­ли­ро­ва­ны пра­ва че­ло­ве­ка.

За­па­дные ди­пло­ма­ты ожи­да­ли че­го-то по­до­бно­го, но были не в си­лах пре­до­тв­ра­тить тра­ге­дию. Са­ми че­хи не при­слу­ша­лись к со­ве­ту ан­гли­чан не под­пи­сывать ро­ко­вой до­го­вор с Со­вет­ским Со­ю­зом в 1943 го­ду, са­ми че­хи до­бро­воль­но всту­пи­ли в со­вет­ский блок, са­ми че­хи отка­за­лись от аме­ри­кан­ской по­мо­щи по пла­ну Мар­шал­ла. Мо­гла ли аме­ри­кан­ская ар­мия втор­гну­ться в стра­ну со­вет­ско­го бло­ка, если че­шская ар­мия не сде­ла­ла ни еди­но­го выстре­ла в свою за­щи­ту? Если пре­зи­дент стра­ны Бе­неш, он же вер­хов­ный глав­но­ко­ман­ду­ю­щий, сми­рил­ся с тем, что его дру­зей-де­мо­кра­тов по­про­сту вышвыр­ну­ли из пра­ви­тель­ства?

Пра­ви­тель­ствен­ный кри­зис ра­зра­зил­ся 13 фев­ра­ля 1948 го­да. На­пря­же­ние на­ра­ста­ло с ка­ждым днем.

Двад­ца­то­го фев­ра­ля по­да­ли в от­став­ку ми­ни­стры-де­мо­кра­ты – до­воль­но не­уклю­жая ин­сце­ни­ров­ка, ко­то­рая, впро­чем, да­ва­ла Кле­мен­ту Го­тваль­ду уни­каль­ный шанс уре­гу­ли­ро­вать кри­зис пар­ла­мент­ски­ми ме­то­да­ми. По­сле пя­ти дней со­про­тив­ле­ния под дав­ле­ни­ем де­мон­стра­ций во­о­ру­жен­ной ра­бо­чей ми­ли­ции и угро­зы со­вет­ской ин­тер­вен­ции Бе­неш сфор­ми­ро­вал но­вое пра­ви­тель­ство, где боль­шин­ство со­став­ля­ли ком­му­ни­сты. Пре­зи­дент Че­хо­сло­ва­кии пред­по­чел не ри­ско­вать, ибо опа­сность гра­ж­дан­ской вой­ны была ре­аль­на.

В дни кри­зи­са Ян Ма­са­рик за­не­мог «ди­пло­ма­ти­че­ской бо­ле­знью», хо­тя, бу­ду­чи бе­спар­тий­ным ми­ни­стром, не по­двер­гал­ся трав­ле со сто­ро­ны ком­му­ни­стов. В кон­це кон­цов не все было по­те­ря­но: со­ци­ал­де­мо­кра­ты по-пре­жне­му оста­ва­лись в пра­ви­тель­стве, а их ли­дер Бо­гу­мил Ла­у­шман не по­да­вал в от­став­ку. Ве­че­ром 22 фев­ра­ля Ма­са­рик встре­тил­ся с Ла­у­шма­ном, пре­дме­том их бе­се­ды были пла­ны со­тру­дни­че­ства на бу­ду­щее. Еще до кри­зи­са Ма­са­рик соби­рал­ся вы­ста­вить свою кан­ди­да­ту­ру на ве­сен­них выбо­рах от со­ци­ал-де­мо­кра­ти­че­ской пар­тии. Одна­ко сей­час во­о­ру­жен­ная ми­ли­ция мар­ши­ро­ва­ла по праж­ским ули­цам, из ми­ни­стерств и учре­жде­ний уволь­ня­ли «ре­а­кци­о­не­ров», лю­ди тыся­ча­ми бе­жа­ли из стра­ны, со­вет­ские вой­ска в Са­ксо­нии и Ав­стрии про­яв­ля­ли не­о­бычную актив­ность вбли­зи че­шской гра­ни­цы, аме­ри­кан­цы пря­мо за­яви­ли, что вме­ши­ва­ться не бу­дут – Бе­неш по­жи­нал пло­ды по­ли­ти­ки пан­сла­ви­зма, ко­то­рая прои­зве­ла на не­го столь глу­бо­кое впе­ча­тле­ние пя­тью го­да­ми рань­ше при под­пи­са­нии до­го­во­ра в Мо­скве.

Фев­раль­ский пе­ре­во­рот был тща­тель­но по­дго­тов­лен Слан­ским, ге­не­раль­ным се­кре­та­рем ком­пар­тии и де­ле­га­том от Че­хо­сло­ва­кии на се­кре­тном со­ве­ща­нии Ин­форм­бю­ро ком­му­ни­сти­че­ских пар­тий в поль­ском ме­сте­чке Скляр­шска По­ре­ба в сен­тя­бре 1947 го­да. План пе­ре­во­ро­та был ра­зра­бо­тан при по­мо­щи Мо­сквы и под на­блю­де­ни­ем со­вет­ско­го по­сла Ва­ле­ри­а­на Зо­ри­на. На гра­ни­це Че­хо­сло­ва­кии в по­вышен­ную го­тов­ность были при­ве­де­ны со­вет­ские вой­ска, а вну­три стра­ны – ко­ман­ды со­вет­ских аген­тов и че­шских на­ем­ных убийц ти­па Шрам­ма, сло­вом, вся «ко­ро­лев­ская рать».

Одна­ко во­пре­ки со­вет­ско­му пла­ну пе­ре­во­ро­та пре­зи­дент Бе­неш и ми­нистр ино­стран­ных дел Ян Ма­са­рик в от­став­ку не по­да­ли. По­сле чис­тки ка­би­не­та их при­сут­ствие в пра­ви­тель­стве со­зда­ва­ло опре­де­лен­ные тру­дно­сти для за­го­вор­щи­ков. Бо­лее то­го, Бе­неш и Ма­са­рик ста­ли опа­сны, ибо, пе­ре­ме­тнув­шись на За­пад, они мо­гли стать ли­де­ра­ми пра­ви­тель­ства в из­гна­нии. Ан­ти­со­вет­ские взгля­ды Яна Ма­са­ри­ка были хо­ро­шо изве­стны, рав­но как и его отно­ше­ние к Фир­лин­ге­ру и Сво­бо­де. Его ядо­ви­тые анек­до­ты и шу­тки о со­вет­ских ди­пло­ма­тах не ка­за­лись сме­шными в Мо­скве.

Для ком­му­ни­стов Ян Ма­са­рик пре­жде все­го был близ­ким дру­гом шпи­о­на Брю­са Лок­кар­та, а та­кже че­ло­ве­ком, соби­рав­шим­ся же­ни­ться на ре­а­кци­он­ной аме­ри­кан­ке Мар­сии Дэйвн­порт – наи­ме­нее под­хо­дя­щей кан­ди­да­ту­ре на роль пер­вой ле­ди Че­хо­сло­ва­кии, если Ма­са­рик ста­нет пре­ем­ни­ком смер­тель­но боль­но­го и ча­сти­чно па­ра­ли­зо­ван­но­го Бе­не­ша. Со­ве­ты, не­сом­нен­но, зна­ли, что че­твер­то­го мар­та Ма­са­рик отка­зал­ся под­пи­сать при­каз об уволь­не­нии де­мо­кра­ти­че­ски на­стро­ен­ных со­тру­дни­ков сво­е­го ми­ни­стер­ства. Ше­сто­го мар­та Мар­сия Дэйвн-порт по­ки­ну­ла Пра­гу, уво­зя пи­сьма Ма­са­ри­ка Лок­кар­ту и гла­ве бри­тан­ско­го Фо­рин Оф­фи­са сэру Ор­ме Сар­дже­ту, в ко­то­рых Ма­са­рик про­сил по­мо­чь ему по­ки­нуть стра­ну. На сле­ду­ю­щий день Бе­неш дал Го­тваль­ду кля­тву не вые­зжать за пре­де­лы Че­хо­сло­ва­кии. Ме­жду про­чим, и Ма­са­рик в тот же день, вы­сту­пая пе­ред высши­ми офи­це­ра­ми, за­явил, что «пой­дет с на­ро­дом». По­сле это­го он на­ве­стил мо­ги­лу отца на кла­дби­ще в Ла­нах и был за­дум­чив и мра­чен. Де­вя­то­го мар­та Ма­са­рик вме­сте с поль­ским ми­ни­стром ино­стран­ных дел на­нес ви­зит Бе­не­шу. Су­дя по по­сле­дним фо­то­гра­фи­ям, в этот день Ма­са­рик пре­бывал в хо­ро­шем на­стро­е­нии.

На­зав­тра Ма­са­ри­ка дол­жны были пред­ста­вить пар­ла­мен­ту как ми­ни­стра но­во­го пра­ви­тель­ства. Го­твальд по­про­сит про­го­ло­со­вать за во­тум до­ве­рия это­му пра­ви­тель­ству, при­дав ви­ди­мость за­кон­но­сти свер­шив­ше­му­ся пе­ре­во­ро­ту. Но на этом пред­став­ле­нии, зна­ме­ну­ю­щем три­умф со­ве­ти­за­ции стра­ны, Ма­са­ри­ка не бу­дет. Ли­шь бу­кет кра­сных роз бу­дет ле­жать на пу­стом ме­сте пра­ви­тель­ствен­ной ска­мьи ме­жду ге­не­ра­лом Лю­дви­гом Сво­бо­дой и пре­мье­ром Го­тваль­дом...

Ян Ма­са­рик по­чти до са­мо­го кон­ца ве­рил, что ком­му­ни­сти­че­ское дви­же­ние в его стра­не пред­став­ля­ет со­бой не­что осо­бое, что его мо­жно при­ми­рить с иде­ей на­ци­о­наль­ной сво­бо­ды, ко­то­рой Ян Ма­са­рик, как и его отец, был фа­на­ти­чно при­вер­жен... Гос­се­кре­тарь США Джон Фо­стер Дал­лес на Ме­жа­ме­ри­кан­ской кон­фе­рен­ции в

Ка­ра­ка­се 8 мар­та 1954 го­да

если ра­зво­ро­шить Оси­ное гне­здо…

Что по­бу­ди­ло ме­ня на­пи­сать «Открытое пи­сьмо Ге­не­раль­но­му про­ку­ро­ру»? Глав­ной и не­по­сред­ствен­ной при­чи­ной стал про­зву­чав­ший 10 мар­та 1968 го­да над мо­ги­лой Яна Ма­са­ри­ка во­прос: «По­бе­дит ли прав­да в на­шей стра­не?» Имен­но этот во­прос, а не то, кто во­згла­вит ком­пар­тию, был основ­ным ве­сной 1968 го­да.

Вто­рая су­ще­ствен­ная при­чи­на, за­ста­вив­шая бе­ре­дить ста­рые ра­ны, но­си­ла ско­рее су­гу­бо пра­кти­че­ский по­ли­ти­че­ский ха­ра­ктер. Ни­кто уже не сом­не­вал­ся, что Ру­доль­фа Слан­ско­го и дру­гих жертв по­ли­ти­че­ских про­цес­сов 1952 го­да ре­а­би­ли­ти­ру­ют. Тем ва­жнее было прив­ле­чь вни­ма­ние к пре­сле­до­ва­ни­ям не­ком­му­ни­стов. Ведь, ко­гда ре­чь шла о ре­прес­си­ро­ван­ных ком­му­ни­стах, тер­ро­ри­сти­че­ские ме­то­ды осу­жда­лись, но едва де­ло ка­са­лось так на­зыва­е­мых «клас­со­вых вра­гов», и те же ме­то­ды ре­прес­сий на­хо­ди­ли оправ­да­ние. Ре­а­би­ли­та­ция Ру­доль­фа Слан­ско­го была та­кой же ло­жью, как и суд над ним. Ныне ему пред­сто­я­ло стать ге­ро­ем – столь же не­за­слу­жен­но, как он был осу­жден и ка­знен. Ан­то­нин Но­во­тный на­звал это «за­ко­ном жер­но­вов». Со­здав ре­прес­сив­ный ме­ха­низм, Слан­ский сам сде­лал­ся его жер­твой, то­чно так же, как ле­нин­ские со­ра­тни­ки и чи­ны ГПУ – во вре­мя чи­сток трид­ца­тых го­дов в СССР.

И на­ко­нец, у ме­ня был ли­чный по­вод на­пи­сать пи­сьмо про­ку­ро­ру. Как и боль­шин­ство моих со­гра­ж­дан, я был по­тря­сен в 1948 го­ду смер­тью Яна Ма­са­ри­ка. Ра­зу­ме­е­тся, до ме­ня до­хо­ди­ли все­во­змо­жные слу­хи отно­си­тель­но его кон­чи­ны, но я не при­да­вал им осо­бо­го зна­че­ния, счи­тая спле­тня­ми. Одна­ко в 1955 го­ду я вно­вь услышал о ра­згро­ме в спаль­не Ма­са­ри­ка, ца­ра­пи­нах от ног­тей на окон­ной ра­ме и то­му по­до­бном – на этот раз от близ­ко­го мне че­ло­ве­ка. Мой стар­ший ку­зен пол­ков­ник ВВС Адольф Петр-бар­тонь был че­ло­ве­ком отча­ян­ной хра­бро­сти. В кон­це вой­ны фа­ши­сты при­го­во­ри­ли его к смер­ти за уча­стие в пе­ре­бро­ске на За­пад че­шских ле­тчи­ков, а по­сле вой­ны ком­му­ни­сты по­са­ди­ли в тю­рьму за то, что он был спа­сен от смер­ти аме­ри­кан­ца­ми. В са­мой ги­блой во­ен­ной тю­рьме, в Ми­ро­ве, он по­пал в одну ка­ме­ру с лю­дьми, при­сут­ство­вав­ши­ми при осмо­тре спаль­ни Яна Ма­са­ри­ка 10 мар­та 1948 го­да.

То­гда, в 1955 го­ду, я не по­ве­рил ему. Но вско­ре, в фев­ра­ле 1956 го­да, по­сле ра­зо­бла­че­ния ста­лин­ских пре­сту­пле­ний Хру­ще­вым, от рас­ска­за мо­е­го ку­зе­на было не так про­сто отма­хну­ться. Ме­жду тем я по-пре­жне­му во­здер­жи­вал­ся от ка­ких-ли­бо су­жде­ний по по­во­ду ги­бе­ли Яна Ма­са­ри­ка и же­сто­ких пыток по­лит­за­клю­чен­ных. Я не хо­тел ве­рить. Чем стра­шнее прав­да, тем упор­нее мы отка­зыва­ем­ся ве­рить ей. Лу­чший способ со­хра­нить ду­шев­ное спо­кой­ствие – ни­че­го не знать.

Ста­тья М. Ран­да в «Шпи­ге­ле» бу­кваль­но по­тря­сла ме­ня. В 1965 го­ду в за­па­дно­гер­ман­ском жур­на­ле, тай­ком при­ве­зен­ном мо­ей ма­те­рью из Ав­стрии, по­вто­ря­лась та же вер­сия ги­бе­ли Яна Ма­са­ри­ка, ко­то­рую я де­ся­тью го­да­ми рань­ше слышал от сво­е­го ку­зе­на! И хо­тя в ста­тье не при­во­ди­лось не­о­про­вер­жи­мых улик, обви­не­ния были столь ве­ски­ми, что их нель­зя было прои­гно­ри­ро­вать.

В сво­ем пи­сьме Ге­не­раль­но­му про­ку­ро­ру я по­вто­рил основ­ные по­ло­же­ния вер­сий мо­е­го ку­зе­на и Ран­да, под­чер­кнув, что не тре­бую до­ка­зать убий­ство. Я не утвер­ждаю это­го и се­го­дня. Для то­го что­бы все­сто­рон­не ра­зо­бра­ться в тра­ге­дии Ма­са­ри­ка, не­до­ста­то­чно знать, до­бро­воль­но ли он выбро­сил­ся из окна в 1948 го­ду. Не­об­хо­ди­мо ра­зо­бра­ться в при­чи­нах, ко­то­рые при­ве­ли к кра­ху че­хо­сло­ва­цкой не­за­ви­си­мо­сти и на­ци­о­наль­но­го са­мо­со­зна­ния и в ко­не­чном сче­те – «де­мо­кра­ти­че­ско­го со­ци­а­ли­зма», про­во­згла­шен­но­го ре­фор­ма­то­ра­ми из ком­пар­тии дву­мя де­ся­ти­ле­ти­я­ми по­зже.

Пи­сьмо было адре­со­ва­но Ге­не­раль­но­му про­ку­ро­ру, уни­вер­си­тет­ско­му про­фес­со­ру Яну Бар­ту­шке, и опу­бли­ко­ва­но в га­зе­те Кар­ло­ва уни­вер­си­те­та «Сту­дент» 3 апре­ля 1968 го­да. Я уже имел удо­воль­ствие по­зна­ко­ми­ться с про­фес­со­ром тре­мя го­да­ми рань­ше, ко­гда он ре­ти­во изыски­вал по­вод упря­тать ме­ня за ре­ше­тку.

Эф­фект пу­бли­ка­ции мо­е­го пи­сьма в открытой прес­се был по­до­бен взрыву бом­бы. По­на­ча­лу лю­ди отка­зыва­лись ве­рить своим гла­зам. Весь ти­раж «Сту­ден­та» ра­зо­шел­ся мо­мен­таль­но – за но­мер стои­мо­стью одна кро­на пе­ре­пла­чи­ва­ли сто­кра­тно. Это было не­о­жи­дан­но­стью и для ме­ня са­мо­го, ибо я не стре­мил­ся к сен­са­ции, пи­сьмо было рас­счи­та­но на не­боль­шую груп­пу сту­ден­тов фи­ло­со­фско­го фа­куль­те­та уни­вер­си­те­та. Но сам факт по­яв­ле­ния та­ко­го ма­те­ри­а­ла в га­зе­те не­дву­смыслен­но сви­де­тель­ство­вал, что цен­зу­ра уже бес­силь­на и по­до­бные пу­бли­ка­ции мо­гут по­яв­ля­ться и в даль­ней­шем. Пи­сьмо вызва­ло ла­ви­ну ин­те­ре­са и всплеск жур­на­лист­ской актив­но­сти – оно зна­ме­но­ва­ло на­ча­ло по­чти не­о­гра­ни­чен­ной сво­бо­ды пе­ча­ти.

К мо­мен­ту пу­бли­ка­ции пи­сьма дол­жность Ге­не­раль­но­го про­ку­ро­ра уже за­ни­мал Фран­ти­шек За­бран­ский. В тот же день га­зе­ты со­об­щи­ли: про­ку­ра­ту­ра на­ча­ла но­вое рас­сле­до­ва­ние и в бли­жай­шее вре­мя вы­сту­пит с офи­ци­аль­ным за­яв­ле­ни­ем. Пя­то­го апре­ля 1968 го­да «Ру­де пра­во» опу­бли­ко­ва­ла ин­тер­вью с на­чаль­ни­ком след­ствен­но­го от­де­ла про­ку­ра­ту­ры до­кто­ром Ир­жи Ко­тляр­жом, за­явив­шим, что он за­нят сбо­ром до­сто­вер­ной ин­фор­ма­ции, что часть ма­те­ри­а­лов де­ла ока­за­лась не­то­чной.

Я в свою оче­редь дал ин­тер­вью га­зе­те «Пра­це», под­чер­кнув, что ме­ня ин­те­ре­су­ет ли­шь прав­да, что я на­ме­рен изу­чить все отно­ся­щи­е­ся к де­лу до­ку­мен­ты и что был бы да­же рад, если бы в ито­ге бес­спор­но под­твер­ди­лась вер­сия са­мо­у­бий­ства Ма­са­ри­ка. В то же вре­мя я под­чер­кнул, что если это было убий­ство, то, ско­рее все­го, оно было со­вер­ше­но без ве­до­ма Кле­мен­та Го­тваль­да, ибо тот был заин­те­ре­со­ван со­хра­нить Яна Ма­са­ри­ка в сво­ем пра­ви­тель­стве. И на­ко­нец, я вно­вь при­звал к открытой пу­бли­ка­ции всех до­ку­мен­тов и сви­де­тельств, че­го, увы, не прои­зо­шло ни то­гда, ни по­сле...

Я по­лу­чил со­тни пи­сем. Лю­ди, бо­яв­ши­е­ся го­во­рить об этом двад­цать лет, опи­сыва­ли по­дро­бно­сти смер­ти Яна Ма­са­ри­ка. По­пу­тно при­шлось сми­ри­ться с тем, что мое рас­сле­до­ва­ние было со­пря­же­но с ри­ском. Ко­гда по­лу­ча­е­шь по не­сколь­ку ано­ним­ных пи­сем в день, где обе­ща­ют убить те­бя, за­стре­лить, по­ве­сить, не­воль­но на­чи­на­е­шь нерв­ни­чать. Еще бо­лее зло­ве­ще зву­ча­ли угро­зы по те­ле­фо­ну, ре­гу­ляр­но ра­зда­вав­ши­е­ся в пол­но­чь. Са­мым не­при­я­тным пе­ре­жи­ва­ни­ем ста­ла но­чь на 15 апре­ля, ко­гда за­зво­нил те­ле­фон и низ­кий муж­ской го­лос со­об­щил: «У нас есть отли­чные яды. Ты сдо­хне­шь, а по­ли­ции бу­дет нев­до­мек – отче­го. Вспом­ни Оль­гу Шейн­пфлю­го­ву...»

Это слу­чи­лось вско­ре по­сле то­го, как один из глав­ных сви­де­те­лей по де­лу о смер­ти Яна Ма­са­ри­ка, быв­ший со­тру­дник МИДА Па­вел Стра­ка, дал свои зна­ме­ни­тые по­ка­за­ния. В тра­ги­че­скую но­чь с 9 на 10 мар­та 1948 го­да он ра­бо­тал в зда­нии ми­ни­стер­ства. Вне­за­пно кто-то за­пер дверь его ка­би­не­та сна­ру­жи и отклю­чил те­ле­фо­ны. Око­ло по­лу­но­чи он слышал зву­ки по­дъе­зжав­ших и отъе­зжав­ших ма­шин. А утром те­ло Ма­са­ри­ка было най­де­но во дво­ре ми­ни­стер­ства. Оль­га Шейн­пфлю­го­ва под­твер­ди­ла его по­ка­за­ния... и умер­ла не­де­лей по­зже. Се­рия очень стран­ных са­мо­у­бийств в те дни на­гне­та­ла атмо­сфе­ру стра­ха.

Я знал, что аген­ты се­кре­тных служб исполь­зу­ют по­до­бные ме­то­ды. Во вся­ком слу­чае, са­мо­у­бий­ства По­че­пи­чки, Бр­же­стан­ско­го, Ян­ко и дру­гих вы­гля­де­ли по­до­зри­тель­но. Но стол­кну­ться са­мо­му с по­до­бной угро­зой для ме­ня было вно­ве. Не скрою, что я по-на­сто­я­ще­му испу­гал­ся. По­сле но­чно­го звон­ка я впер­вые ре­шил за­пе­реть дверь сво­ей ком­на­ты, но за­мок зар­жа­вел и за­крыться изну­три было по­про­сту не­во­змо­жно. Сле­ду­ю­щие три но­чи я про­вел у дру­зей.

Одна­жды ра­здал­ся зво­нок мо­е­го зна­ко­мо­го. Он яв­но нерв­ни­чал и все по­вто­рял: «Они убьют нас всех, они убьют нас всех, они убьют нас всех...» До сих пор не знаю, что с ним то­гда слу­чи­лось. Тя­же­ло было слышать со­ве­ты близ­ких дру­зей, уму­дрен­ных опытом, ко­то­рые го­во­ри­ли, что с мо­ей сто­ро­ны про­сто глу­по сом­не­ва­ться в эф­фе­ктив­но­сти ме­то­дов се­кре­тных служб. Я и не сом­не­ва­юсь в этом до сих пор.

В те дни у ме­ня было мно­го по­се­ти­те­лей. Боль­шую часть услышан­но­го от них я впо­след­ствии опу­бли­ко­вал, но не­ко­то­рые ва­жные сви­де­тель­ства так и не по­яви­лись в пе­ча­ти:

1. Х.Х., быв­ший со­ци­ал-де­мо­крат, рас­ска­зал мне 7 апре­ля 1968 го­да сле­ду­ю­щее. Он ча­сто играл в ша­хма­ты с бра­том Ру­доль­фа Слан­ско­го, Ри­чар­дом, и во вре­мя игры они обычно спо­ри­ли о по­ли­ти­ке. Одна­жды ра­зго­вор за­шел о том, буд­то бы Ян Ма­са­рик хо­чет всту­пить в со­ци­ал-де­мо­кра­ти­че­скую пар­тию. Ри­чард Слан-ский ка­те­го­ри­че­ски во­скли­кнул: «Ни­ко­гда!» Та­кая ре­а­кция по­ка­за­лась Х.Х. стран­ной, и он вно­вь за­вел ра­зго­вор об этом в день смер­ти Ма­са­ри­ка. То­гда Ри­чард рас­ска­зал ему, что его брат Ру­дольф, вто­рой че­ло­век в че­шской ком­пар­тии, был ра­збу­жен те­ле­фон­ным звон­ком в пол­тре­тье­го но­чи, пом­чал­ся в Чер­нин и, при­быв ту­да, яко­бы уви­дел те­ло мер­тво­го Яна Ма­са­ри­ка. Прав­да ли это, мо­жно было про­ве­рить у остав­ши­хся в жи­вых чле­нов се­мьи Слан­ско­го.

2. Х.Y., по­лит­за­клю­чен­ный в 1949– 1954 го­дах, рас­ска­зывал мне: «В быв­шей во­ен­ной тю­рьме близ Опа­вы я по­пал в одну ка­ме­ру с Яном Пе­ше­ком, а за­тем ле­жал с ним в тю­рем­ном го­спи­та­ле. Пе­шек был со­тру­дни­ком праж­ско­го кри­ми­но­ло­ги­че­ско­го цен­тра и от­бывал свой срок в 1950–1952 го­дах. Он при­знал­ся мне, что вхо­дил в след­ствен­ную груп­пу, за­ни­мав­шу­ю­ся смер­тью Яна Ма­са­ри­ка. При­быв 10 мар­та в Чер­нин­ский дво­рец, он за­ме­тил груп­пу лю­дей, ко­то­рые зло­бно по­смо­тре­ли на при­е­хав­ших и вско­ре ку­да-то скрылись. В спаль­не Ма­са­ри­ка пе­пель­ни­цы были пол­ны окур­ков, на окон­ной ра­ме яв­но ви­дне­лись ца­ра­пи­ны, слов­но кто­то отча­ян­но за­щи­щал­ся, на по­до­кон­ни­ке он за­ме­тил сле­ды экскре­мен­тов. Пе­ше­ку ста­ло ясно, что здесь было со­вер­ше­но убий­ство».

3. Z.Z. со­об­щил мне, что на­дол­го по­пал за ре­ше­тку и да­же был по­двер­гнут пыткам ли­шь за то, что ви­дел, как не­сколь­ко муж­чин убе­га­ли из Чер­нин­ско­го двор­ца но­чью 10 мар­та 1948 го­да. Z.Z. был изря­дно за­пу­ган и уго­ва­ри­вал ме­ня не лезть в это де­ло. Не­сколь­ко раз он нев­ня­тно на­ме­кал на ка­кую-то стычку в аэро­пор­ту. Во­змо­жно, там был Ва­ле­ри­ан Зо­рин, по­сол СССР и ре­зи­дент Бе­рии в Во­сто­чной Ев­ро­пе, ко­то­рый сор­вал по­пытку бег­ства Яна Ма­са­ри­ка за гра­ни­цу на са­мо­ле­те.

4. Не­кто неи­зве­стный пи­сал: «Вы за­ни­ма­е­тесь смер­тью Яна Ма­са­ри­ка. Даю вам ни­то­чку: спро­си­те Ру­ду Ба­ра­ка, и, быть мо­жет, он рас­ска­жет вам о Чер­ном, аген­те STB (тай­ная по­ли­ция гос­бе­зо­па­сно­сти), ко­то­рый мно­гое зна­ет об этом де­ле. Чер­ный зна­ет тех, кто это сде­лал, а мо­жет быть, да­же один из них. По край­ней ме­ре, он хва­стал­ся этим мно­го лет на­зад и го­во­рил все в то­чно­сти, как вы на­пи­са­ли в сво­ей ста­тье».

5. Ано­ним из По­гор­же­лец, ра­йо­на Пра­ги, при­ле­га­ю­ще­го к Гра­ду, утвер­ждал, что жил в 1948 го­ду во­зле Чер­нин­ско­го двор­ца. Он слышал го­ло­са че­тырех лю­дей, про­шед­ших во дво­рец по­сле по­лу­но­чи. Те­ле­фо­ны в ту но­чь были отклю­че­ны, а на­у­тро из двор­ца выне­сли гроб.

6. М.М., пи­са­тель, рас­ска­зал мне, что один из его дру­зей во­зв­ра­щал­ся до­мой по­здно но­чью с 9 на 10 мар­та 1948 го­да из окре­стно­стей аэро­пор­та Ру­жи­не. По до­ро­ге он встре­тил че­ло­ве­ка, ко­то­рый ска­зал ему, что Ян Ма­са­рик мертв – его за­би­ли до смер­ти в Ру­жи­не. На­у­тро по ра­дио пе­ре­да­ли о са­мо­у­бий­стве.

7. Ше­сто­го апре­ля 1968 го­да у ме­ня со­сто­ял­ся те­ле­фон­ный ра­зго­вор с со­тру­дни­цей по­ли­цей­ской ла­бо­ра­то­рии, ко­то­рая со­об­щи­ла мне свое имя и ска­за­ла, что ра­бо­та­ла с до­кто­ром Те­плым, прои­зво­див­шим вскрытие те­ла Яна Ма­са­ри­ка. По­сле это­го до­ктор Те­плый вы­гля­дел очень по­дав­лен­ным, а 4 ян­ва­ря 1949 го­да по­кон­чил с со­бой, при­чем офи­ци­аль­ная вер­сия – из-за се­мей­ных не­уря­диц – была за­ве­до­мой ло­жью. Со­тру­дник гос­бе­зо­па­сно­сти, при­хо­див­ший на их слу­жбу по­сле смер­ти до­кто­ра Те­пло­го, за­явил, что тот сли­шком мно­го знал и по­это­му дол­жен был уме­реть.

8. Ше­сто­го апре­ля 1969 го­да неи­зве­стная по­жи­лая жен­щи­на, по­зво­нив­шая по те­ле­фо­ну, утвер­жда­ла, буд­то зна­ет, кто спла­ни­ро­вал убий­ство Яна Ма­са­ри­ка, и обе­ща­ла со­об­щить мне по­дро­бно­сти при ли­чной встре­че в сле­ду­ю­щий по­не­дель­ник. Если это была Оль­га Шейн­пфлю­го­ва, то она не до­жи­ла до на­зна­чен­но­го дня.

9. Во­сьмо­го апре­ля 1968 го­да неи­зве­стный со­об­щил мне, что зна­ет шо­фе­ра, ко­то­рый вез Яна Ма­са­ри­ка обра­тно в Чер­нин по­сле ви­зи­та к пре­зи­ден­ту Бе­не­шу. В хо­де ра­зго­во­ра неи­зве­стный не раз на­ме­кал, что шо­фер ли­бо его мать до сих пор были жи­вы, он яко­бы встре­чал их, и они го­то­вы под­твер­дить его сло­ва. Зво­нив­ший ту­ман­но на­ме­кал на при­ча­стность к де­лу по­ва­ра Ма­са­ри­ка с ев­рей­ской фа­ми­ли­ей, ко­то­ро­го он не­дав­но встре­чал и ко­то­рый то­же со­гла­сен с его вер­си­ей убий­ства. У ме­ня не было во­змо­жно­сти про­ве­рить услышан­ное – это вхо­ди­ло в обя­зан­но­сти Ге­не­раль­но­го про­ку­ро­ра.

Во втор­ник, 16 апре­ля 1968 го­да, «Ру­де пра­во» опу­бли­ко­ва­ла ста­тью Ир­жи Го­хма­на, где го­во­ри­лось о зло­ве­щей ро­ли бан­ды Бе­рии в ра­спра­вах над ви­дными де­я­те­ля­ми че­хо­сло­ва­цкой ком­пар­тии в 1949– 1952 го­дах. Хо­тя ав­тор, в су­щно­сти, под­дер­жи­вал вер­сию са­мо­у­бий­ства Яна Ма­са­ри­ка, он не исклю­чал, что убий­цы из ве­дом­ства Бе­рии мо­гли при­ло­жить ру­ку к ги­бе­ли че­шско­го ми­ни­стра ино­стран­ных дел. Го­хман счи­тал, что убий­ство тру­дно объя­снить с ра­зум­ных по­зи­ций. Ав­тор шел по тон­ко­му льду: ни­что­же сум­ня­ше­ся он по­вто­рял оче­ви­дную ло­жь пар­тий­ной иде­о­ло­гии, ссылал­ся в под­держ­ку вер­сии са­мо­у­бий­ства на ЦРУ и ав­то­ри­те­тно­го аме­ри­кан­ско­го жур­на­ли­ста Уол­те­ра Лип­пма­на – ко­ро­че, ста­тья ни­чем не была бы при­ме­ча­тель­на, если бы не по­яви­лась в цен­траль­ном ор­га­не че­хо­сло­ва­цкой ком­пар­тии и если бы ав­тор не про­сил в за­клю­че­ние со­вет­ских дру­зей по­мо­чь ра­зо­бра­ться в пре­сту­пле­ни­ях, со­вер­шен­ных кли­кой Бе­рии.

Есте­ствен­но, та­кие обви­не­ния, по­явив­ши­е­ся на стра­ни­цах че­шских га­зет, не мо­гли обра­до­вать пред­се­да­те­ля КГБ Але­ксан­дра Ше­ле­пи­на – гла­вы ве­дом­ства, ко­то­рое не­сло ответ­ствен­ность за эти пре­сту­пле­ния. И 14 мая 1968 го­да га­зе­та «Со­вет­ская Рос­сия» про­ве­ла це­ле­на­прав­лен­ную ата­ку на То­ма­ша Ма­са­ри­ка. Со­вет­ская прес­са обви­ни­ла его в фи­нан­си­ро­ва­нии по­ку­ше­ния на Ле­ни­на. Та­ким обра­зом, Ян Ма­са­рик прев­ра­щал­ся из сына осно­ва­те­ля че­хо­сло­ва­цко­го го­су­дар­ства в сына тер­ро­ри­ста, вра­га со­ци­а­ли­зма и при­спе­шни­ка бур­жу­а­зии. Со­вет­ские на­пад­ки были на­столь­ко де­ма­го­ги­че­ски­ми, что это не мо­гло быть про­стой слу­чай­но­стью. Вме­сто то­го что­бы до­ста­то­чно лег­ко отыгра­ться, при­знав не­ко­то­рые ошиб­ки ста­ли­ни­зма и за­клей­мив се­кре­тную слу­жбу Че­хо­сло­ва­кии в пре­сту­пле­ни­ях, со­вет­ская про­па­ган­да по­сле пер­вой исте­ри­че­ской ре­а­кции на­ча­ла обви­нять че­шских жур­на­ли­стов в ра­зжи­га­нии ан­ти­со­вет­ских на­стро­е­ний.

Да­лее си­ту­а­ция во­круг смер­ти Яна Ма­са­ри­ка всту­пи­ла во вто­рую фа­зу ра­зви­тия, ко­то­рая и про­дол­жа­лась вплоть до ав­гу­ста 1968 го­да. Эта фа­за ха­ра­кте­ри­зо­ва­лась тем, что про­ку­ра­ту­ра пред­по­чла ве­сьма сом­ни­тель­ную вер­сию, пре­дло­жен­ную быв­шим со­тру­дни­ком Яна Ма­са­ри­ка Лю­бо­ми­ром Со­у­ко­пом. Он счи­тал, что Ма­са­рик по­кон­чил с со­бой в знак про­те­ста, что име­ло ме­сто не фи­зи­че­ское, а мо­раль­ное убий­ство.

Эту вер­сию с не­боль­ши­ми до­пол­не­ни­я­ми под­дер­жа­ли дру­гие со­тру­дни­ки ми­ни­стер­ства ино­стран­ных дел. Про-ку­рор Ир­жи Ко­тлярж ездил в мае 1968 го­да в Ан­глию для ли­чной бе­се­ды с до­кто­ром Со­у­ко­пом. Было по­хо­же, что фор­му­ла «Фи­зи­че­ское убий­ство? – Нет. Ду­хов­ное убий­ство? – Да!» ля­жет в осно­ву ком­про­мис­сно­го ре­ше­ния. Тем не ме­нее по­сле со­вет­ской ок­ку­па­ции да­же та­кой вывод по­ка­зал­ся че­ре­счур сме­лым, и «рас­сле­до­ва­ние» за­кон­чи­лось в де­ка­бре 1969 го­да за­клю­че­ни­ем о том, что прои­зо­шел не­сча­стный слу­чай. Яко­бы при бес­сон­ни­це Ма­са­рик лю­бил си­деть по-ту­ре­цки на по­до­кон­ни­ке.

Лю­бо­пытна и дру­гая офи­ци­аль­ная вер­сия, выдви­ну­тая де­ся­тью го­да­ми рань­ше Ин­др­жи­хом Ве­се­лым, пред­ста­ви­те­лем «твер­до­ло­бых» в пар­тий­ной эли­те. Он счи­тал, что Яна Ма­са­ри­ка хо­те­ли по­хи­тить ан­глий­ские ком­ман­дос. Ве­сьма ин­те­ре­сное мне­ние, осо­бен­но если учесть, что оно исхо­дит от одно­го из ру­ко­во­ди­те­лей ТВ, ко­то­рый знал мно­гое.

...Ко­гда-ни­будь исче­знут все су­бъе­ктив­ные и объе­ктив­ные, ли­чные и го­су-дар­ствен­ные при­чи­ны, ко­то­рые удер­жи­ва­ли лю­дей по­де­ли­ться прав­дой о ги­бе­ли Яна Ма­са­ри­ка, и уви­дят свет но­вые до­ку­мен­ты и сви­де­тель­ства. Где же пред­стоит искать сле­ды, ве­ду­щие к ра­згад­ке дав­не­го пре­сту­пле­ния?

Во-пер­вых, в ар­хи­вах хра­ня­тся еще не­о­бна­ро­до­ван­ные до­ку­мен­ты и ра­пор­ты се­кре­тных служб и ра­зве­док. Если Ма­са­рик дей­стви­тель­но соби­рал­ся бе­жать за гра­ни­цу, то по­чти на­вер­ня­ка обра­тил­ся бы за по­мо­щью к бри­тан­ской ра­звед­ке и сво­е­му близ­ко­му дру­гу Брю­су Лок­кар­ту. Но мы зна­ем, что в то вре­мя на высо­кие по­сты в бри­тан­ской се­кре­тной слу­жбе про­ни­кли со­вет­ские аген­ты Ким Фил­би, Гай Бер­джесс и До­налд Ма­клин, так что лю­бая за­пла­ни­ро­ван­ная акция по спа­се­нию Ма­са­ри­ка ста­ла бы не­за­ме­дли­тель­но изве­стна Со­ве­там.

И на­ко­нец, до сих пор оста­ю­тся без отве­та во­про­сы: по­се­щал ли Ма­са­ри­ка Ру­дольф Слан­ский в ту ро­ко­вую но­чь? Что прои­зо­шло на са­мом де­ле во двор­це Чер­нин? Убе­гал ли кто-то из двор­ца но­чью? Был ли Ма­са­рик в аэро­пор­ту Ру­жи­не в ту но­чь? Был ли аэро­порт бло­ки­ро­ван ми­ли­ци­ей? Не исче­зли ли ка­кие-ли­бо до­ку­мен­ты из ка­би­не­та ми­ни­стра? Ка­кие имен­но? При­ве­зен­ные им от Бе­не­ша? Соби­рал­ся ли Ма­са­рик бе­жать? По­че­му сов­па­да­ют по­чти до­слов­но по­ка­за­ния его се­кре­та­рей о са­мо­у­бий­стве ше­фа?

Ключ к тай­не ги­бе­ли Ма­са­ри­ка – не по­сле­дние се­кун­ды его жи­зни, а то, с чем он стол­кнул­ся ли­цом к ли­цу пе­ред сво­ей смер­тью.

...Ано­ним из По­гор­же­лец, ра­йо­на Пра­ги, при­ле­га­ю­ще­го к Гра­ду, утвер­ждал, что жил в 1948 го­ду во­зле Чер­нин­ско­го двор­ца. Он слышал го­ло­са че­тырех лю­дей, про­шед­ших во дво­рец по­сле по­лу­но­чи. Те­ле­фо­ны в ту но­чь были отклю­че­ны, а на­у­тро из двор­ца выне­сли гроб

ян и то­маш ма­са­рик

ме­сто тра­ге­дии – чер­нин­ский дво­рец

Newspapers in Ukrainian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.