ТЫ, Я и двое меж­ду на­ми

В мо­ей жиз­ни есть двое до­ро­гих мне муж­чин. И вот на­ко­нец при­шло вре­мя по­зна­ко­мить их друг с дру­гом...

Uspiehi i Porazenia - - Откровенное Признание -

ла­ва не­лов­ко одер­нул ру­ка­ва пи­джа­ка и сно­ва ис­ко­са гля­нул на вход. Каж­дый раз, ко­гда кто-то за­хо­дил в ка­фе, он при­ни­мал та­кой важ­ный вид, что мне хотелось просто прыс­нуть со сме­ху. — Ты вол­ну­ешь­ся, — от­ме­ти­ла с улыб­кой.улыб­кой — А ведь все долж­но быть на­обо­рот. Тим — просто маль­чиш­ка, и вы обязательно по­нра­ви­тесь друг дру­гу. — Знаю я этих маль­чи­шек, — бурк­нул Слав­ка.— Им в та­ком воз­расте па­лец в рот не кла­ди... В этот мо­мент, толк­нув мас­сив­ную дверь, сти­ли­зо­ван­ную под крыш­ку трю­ма, в ка­феш­ку за­шел Ти­ма. Без шап­ки, курт­ка на­рас­паш­ку — в об­щем, в сво­ем ре­пер­ту­а­ре. — Где шап­ка? — про­вор­ча­ла, об­ни­мая сы­на. — У па­пы за­был, — по­жал пле­чом он и тут же со­вер­шен­но бес­пар­дон­но спро­сил, кив­нув на Сла­ву: — А это кто? — Ти­мо­фей! — вспых­ну­ла я. — А что? — уди­вил­ся сы­ну­ля.— Я его не знаю. — Вла­ди­слав, — под­нял­ся Сла­вик и про­тя­нул ему ру­ку. — Мож­ноо просто — дя­дя Сла­ва. — Тим, — тот от­ве­тил на ру­ко­по­жа­тие и тут же, ски­нув курт­ку,у, плюх­нул­ся в крес­ло. — Вы уже ели? Я го­лод­ный, как со­ба­ка! — Как волк, — ма­ши­наль­но ис­пра­ви­ла я его, пе­ре­да­вая ме­ню. —

Встре­тив Сла­ви­ка, я на­ко­нец по­ня­ла: в со­рок лет жизнь и вправ­ду толь­ко на­чи­на­ет­ся... Пер­вые же вы­ход­ные, ко­то­рые мы про­ве­ли вме­сте с детьми, обер­ну­лись пол­ным кош­ма­ром

Тут что-то вро­де ры­бац­ко­го ка­фе, мно­го блюд с мо­ре­про­дук­та­ми. — Буэ-э, — про­тя­нул сын, де­лая вид, буд­то его тош­нит. — А че­го вы ре­ши­ли имен­но тут встре­тить­ся? Мне от шко­лы при­шлось на трол­лей­бу­се та­щить­ся... Мы со Сла­ви­ком пе­ре­гля­ну­лись. — Ря­дом дом дя­ди Сла­вы, — с неко­то­рой за­мин­кой ска­за­ла я и, на­брав в грудь по­боль­ше воз­ду­ха, со­об­щи­ла: — И ско­ро мы то­же бу­дем в нем жить. С от­цом Ти­мо­фея мы раз­ве­лись, ед­ва сы­ну ис­пол­ни­лось пять. Ду­ма­ла, раз­вод ста­нет для ме­ня чем-то вро­де воль­ной, с ко­то­ры­ми в ста­ри­ну от­пус­ка­ли кре­пост­ных кре­стьян, — быв­ший су­пруг был власт­ным и нетер­пи­мым че­ло­ве­ком с тя­же­лым ха­рак­те­ром. Но вы­шло ина­че: ока­за­лось, быть раз­ве­ден­ной трид­ца­ти­трех­лет­ней жен­щи­ной с ре­бен­ком на ру­ках не так уж и сладк­слад­ко. На ра­бо­ту устро­ить­ся бы­ло не пр­про­спро­сто — Тим­ка еще хо­дил в сад, и я ис­кис­ка­ла­кал долж­ность с ча­стич­ной за­ня­то­стью. УяУязв­лен­ный до глу­би­ны ду­ши тем, что я в ито­ге пер­вой по­да­ла на раз­вод, бывш­быв­ший­ший муж прак­ти­че­ски не по­мо­гал нам­нам.м. ППри­хо­ди­лось кру­тить­ся бел­кой в ко­леско­ле­се:се: с утра бе­жать в офис, за­тем — в дет­сад,, а ппо но­чам еще за­ни­мать­ся пе­ре­во­да­ми,, ко­ко­то­рые бра­ла на дом. Жизнь про­ле­тал­про­ле­та­ла­ла мми­мо, по­хо­жая на ка­лей­до­скоп эпи­эпи­зо­дов,изод каж­дый из ко­то­рых хо­те­ла бы, нно нне мог­ла, не успе­ва­ла це­нить. И вот в оди­о­дин пре­крас­ный день просну­лась и по­няп­по­ня­ла: мне уже со­рок, а я до сих пор тол­ком и не по­жи­ла. И сча­стья не на­шла. Груст­но...Груст — Де­вуш­каДе­вуш­ка, вы­об­ро­вы­об­ро­ни­ли!! — кто-то тро­нул ме­ня за пле­чо. При­ят­но удив­лен­ная этим вне­зап­ным «де­вуш­ка», обер­ну­лась: пе­ре­до мной сто­ял муж­чи­на лет со­ро­ка пя­ти в чер­ном паль­то и се­ром вя­за­ном шар­фе. — Спа­си­бо, — улыб­ну­лась я, за­би­рая вы­пав­шие из кар­ма­на пер­чат­ки. — Очень кра­си­вые, — неожи­дан­но ска­зал незна­ко­мец. — Жал­ко бы­ло бы та­кие по­те­рять, прав­да? —А у вас — от­лич­ный шарф, — ляп­ну­ла в от­вет. — Жена, на­вер­ное, свя­за­ла? Это бы­ло со­вер­шен­но не в мо­ем сти­ле: зна­ко­мить­ся с муж­чи­на­ми на ули­це, да еще за­да­вать та­кие во­про­сы. — Нет, — мот­нул он го­ло­вой. — Моя су­пру­га уже мно­го лет вя­жет шар­фы но­во- му му­жу. А этот я в ма­га­зине ку­пил. Так мы по­зна­ко­ми­лись со Сла­вой. «В со­рок лет жизнь толь­ко на­чи­на­ет­ся», — го­во­ри­ла ге­ро­и­ня мо­е­го лю­би­мо­го со­вет­ско­го филь­ма, и сей­час, в свои со­рок два, я на­ко­нец по­ня­ла, что она име­ла в ви­ду. Со Сла­вой мне бы­ло так хо­ро­шо, как ни­ко­гда и ни с кем — он ока­зал­ся за­бот­ли­вым, лю­бя­щим, неж­ным. От пер­во­го бра­ка у него был сын Жень­ка — ро­вес­ник мо­е­го Ти­мо­фея. Он жил с ма­те­рью и от­чи­мом, но каж­дые вы­ход­ные и ка­ни­ку­лы про­во­дил у от­ца. Мы со Слав­кой не спе­ши­ли зна­ко­мить дру­га дру­га с детьми, все-та­ки че­тыр­на­дцать лет — слож­ный воз­раст, и преду­га­дать ре­ак­цию под­рост­ка слож­но. Но ко­гда Сла­вик пред­ло­жил нам съе­хать­ся, я по­ня­ла, что от­тя­ги­вать неку­да... — Жить тут? — удив­лен­но пе­ре­спро­сил Тим. — С кем? — С дя­дей Сла­вой, — от­ве­ти­ла я. — И с его сы­ном Же­ней — прав­да, он бу­дет при­ез­жать толь­ко по вы­ход­ным. Твой ро­вес­ник, кста­ти. —И я пе­рей­ду в но­вую шко­лу? — Нет, в этом не бу­дет нуж­ды. Я пла­ни­рую те­бя за­во­зить по до­ро­ге на ра­бо­ту. — Это гуд, — успо­ко­ил­ся сын. — Ну что же, пе­ре­езд — зна­чит, пе­ре­езд. У ме­ня же бу­дет своя ком­на­та? — Ко­неч­но, — кив­нул лю­би­мый. Под­це­пив со сто­я­щей пе­ре­до мной та­рел­ки ку­сок огур­ца, сы­нок удо­вле­тво­ри­тель­но хмык­нул. — Я со­гла­сен. Тут рай­он­чик по­луч­ше, чем у нас. И ста­ди­он близ­ко. С об­лег­че­ни­ем вы­дох­нув, я по­ду­ма­ла: сла­ва бо­гу, все про­шло хо­ро­шо. Де­ло оста­ва­лось за ма­лым — по­зна­ко­мить сы­на с Же­ней. Но ведь под­рост­ки обыч­но быст­ро на­хо­дят об­щий язык, прав­да? Ох, зна­ла бы я, как оши­ба­юсь... Пер­вые же вы­ход­ные, про­ве­ден­ные на­ми в об­нов­лен­ном со­ста­ве, обер­ну­лись пол­ней­шей ка­та­стро­фой. Же­ня, при­вык­ший все­гда на­хо­дить­ся в цен­тре вни­ма­ния от­ца, безум­но рев­но­вал его к Ти­му. Мой сы­ну­ля, в свою оче­редь, ще­ти­нил­ся, как еж, сто­и­ло мне ед­ва об­ра­тить­ся к Жень­ке. Кро­ме то­го, у маль­чи­шек со­вер­шен­но не ока­за­лось то­чек со­при­кос­но­ве­ния: Тим с дет­ства увле­кал­ся спор­том, обо­жал фут­бол и знал на­изусть со­ста­вы мно­гих фут­боль­ных клу­бов; Же­ню боль­ше при­вле­ка­ли кни­ги и на­уч­ные филь­мы про осво­е­ние кос­мо­са, на по­тол­ке в его ком­на­те бы­ла на­ри­со­ва­на схе­ма Сол­неч­ной си­сте­мы. — Те­бе что, шесть лет? — прыс­нул Ти­мо­фей, впер­вые уви­дев это. — Ну да, луч­ше об­кле­ить свою ком­на­ту по­сте­ра­ми с фут­бо­ли­ста­ми, — ехид­но па­ри­ро­вал Жень­ка. — Но я же не гей, что­бы сут­ка­ми пя­лить­ся на му­жи­ков. — Что ты ска­зал?! — взвизг­нул Тим­ка. — Маль­чи­ки, про­шу, успо­кой­тесь! — за­ка­ти­ла я глаза. Услы­шав пе­ре­пал­ку, в ком­на­ту за­г­ля­нул Сла­ва. На­ши взгля­ды встре­ти­лись, и мы оба по­ня­ли: на­деж­ды на то, что де­ти по­дру­жат­ся, не оправ­да­лись. Так мы ста­ли жить в усло­ви­ях пер­ма­нент­ной хо­лод­ной вой­ны, ино­гда — по вы­ход­ным — пе­ре­хо­дя­щей в го­ря­чую фа­зу. Маль­чиш­ки ссо­ри­лись по лю­бым по­во­дам: из-за пуль­та от те­ле­ви­зо­ра, лю­би­мой чаш­ки, ме­ста за сто­лом. Ес­ли Ти­мо­фею хотелось пой­ти в ки­но, Жень­ка был ка­те­го­ри­че­ски про­тив; ес­ли Же­ня про­сил по­ехать в ак­ва­парк, Тим на­прочь от­ка­зы­вал­ся. — Я уста­ла от них, — не вы­дер­жав од­на­ж­ды, при­зна­лась Сла­ви­ку. — Знаю, ми­лая, — кив­нул он. Позд­ний ве­чер, ко­гда мы ло­жи­лись в по­стель и в квар­ти­ре за­ти­ха­ли кри­ки, стал мо­им лю­би­мым вре­ме­нем су­ток. Я лю­би­ла Сла­ву, и ни ра­зу не по­жа­ле­ла бы о том, что мы съе­ха­лись... Ес­ли бы не двое эго­и­стич­ных под­рост­ков меж­ду на­ми. Призна­юсь чест­но: ино­гда по­ду­мы­ваю о том, что­бы за­кон­чить все это, со­брать ве­щи и вер­нуть­ся с сы­ном в на­шу ма­лень­кую квар­тир­ку, где мне бы­ло пусть и оди­но­ко, но за­то спо­кой­но. Но за­тем я вспо­ми­наю лю­би­мо­го, об­ни­ма­ю­ще­го ме­ня во сне, и со­мне­ва­юсь: раз­ве мы не за­слу­жи­ва­ем хоть немно­го сча­стья? Ведь че­рез три го­да де­ти вы­рас­тут, разъ­едут­ся, и с чем то­гда оста­нем­ся мы? И я ре­шаю тер­петь, дер­жать­ся и ждать. А еще на­де­ять­ся на то, что ра­но или позд­но маль­чиш­ки по­взрос­ле­ют и все пой­мут.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.