Обе ЖДЕМЖДЕМ

Ко­гда мы мо­ло­ды, то твер­до убеж­де­ны, что то все дер­жим под кон­тро­лем ем и ни­ко­гда не сде­ла­ем то­го, что про­ти­во­ре­чит на­шим прин­ци­пам. Но у жиз­ни на нас свои пла­ны...

Vdvojem - - Запретная Зона -

Яду­маю, са­мое страш­ное сло­во в ми­ре — «ни­ко­гда». Оно хлад­но­кров­ное, ре­ши­тель­ное и без­раз­лич­ное, оно ру­шит на­деж­ды, и ко­гда ты огля­ды­ва­ешь­ся на­зад, ви­дишь лишь за­ре­во по­лы­ха­ю­щих мо­стов по­за­ди те­бя, а всмат­ри­ва­ясь впе­ред, упи­ра­ешь­ся взгля­дом в ту­ман­ную пу­сто­ту. Ни на­деж­ды, ни воз­мож­но­сти, ни еди­но­го шан­са. Ни­ко­гда... — Не хо­чу те­бя об­ма­ны­вать, — шеп­чет он, го­ря­чим дыханием об­жи­гая мне шею там, где под тон­кой ко­жей быст­ро-быст­ро бьет­ся пульс.— Я те­бя очень люб­лю, но я ни­ко­гда не смо­гу ее бро­сить... Боль вне­зап­но по­ло­су­ет ме­ня на­от­машьшь где-то в об­ла­сти серд­ца. Я знаю, там на­дол­го оста­нет­ся рва­ный ру­бец, ко­то­рый бу­дет кро­во­то­чить каж­дый раз, ко­гда я бу­ду вспо­ми­нать это «ни­ко­гда».». Но од­но­вре­мен­но по­ни­маю: те­перь я не смо­гу бро­сить его. Луч­ше бы он н со­врал, по­обе­щал — «ко­гда-ни­будь»,», «непре­мен­но», «ско­ро»... Был та­кимм же, как сот­ни дру­гих муж­чин, лгу­щих­щих х лю­бов­ни­цам о том, че­го они ни­ко­гда ан нее сде­ла­ют. Но он был не та­ким — он былл чест­ным, силь­ным, пря­мо­душ­ным, и по­это­му, ко­гда ска­зал, что ни­ко­гда да не бро­сит же­ну, я ста­ла еще боль­ше лю­бить его. В то утро, ко­гда мы по­зна­ко­ми­лись,, я просну­ласьр у с ди­кой зуб­нойу бо­лью. «На­до«На­а­до немед­лен­но бежать к сто­ма­то­ло­гу!» ма­то­логгу!» — за­яви­ло зер­ка­ло, от­ра­зив мое лиц­цо, ли­цо, став­шее сстав­шее в два ра­за ши­ре с ле­вой сто­ро­ны.стто­ро­о­ны. — Здрав­ствуй­те, Здравв­стввуй­те, Ин­на Сер­ге­ев­на при­ни­ма­ет се­год­ня? се­го­од­ня? — мор­щась от бо­ли, я на­би­раю на­би­ра­ю­ю­ю­но­ноомер но­мер ре­ги­стра­ту­ры.ре­ги­стра­ту­ры — Доб­рое Добр­рое утро,у Ин­на Сер­ге­ев­на в от­пус­ке, сей­часс­сейч при­ни­ма­ет Ста­ни­слав Мар­ко­вич. Мар­ко­в­вич. За­пи­сы­вать вас? Это на­до на­доо же,же как не ве­зет! К Инне я хо­ди­ла уже лет пять и пол­но­стью ей до­ве­рял до­ве­ря­ла,ла, а вот кто та­кой этот Ста­ни­слав... как ка­ак егое там? — За­пи­сы­вай­те,За­пи­и­сыв — го­во­рю я в труб­ку и осто­рож­но осто­ро­жж­но ка­са­юсь рас­пух­шей ще­ки.— На са­мо­е­са­мо­ое бли­жай­шеебл вре­мя. На ули­це улиц­це сы­ро­сы и мерз­ко, и гля­дя в ок­но ав­то­бу­са­автто­бу по пу­ти в кли­ни­ку, я по-на­сто­я­ще­му­по-на­сто­оящ по­ни­маю, что та­кое «пять­де­сят «пять­де­е­сят от­тен­ков се­ро­го». Это вот та­кая маз­ням­мазн во­дя­ни­стой серой ак­ва­ре­лью, ко­то­рой­ко­то­ро бес­по­ря­доч­но за­кра­си­ли все во­круг: небо, тро­туа­ры, лю­дей. В сто­ма­то­ло­ги­че­ском ка­би­не­те пах­нет боль­ни­цей и рас­тво­ри­мым ко­фе, ко­то­рый пьет улыб­чи­вая ре­ги­стра­тор­ша за стой­кой ре­сеп­шен: «Бук­валь­но па­ру ми­нут, у Ста­ни­сла­ва Мар­ко­ви­ча за­дер­жи­за­дер­жи ва­ет­ся па­ци­ент. Хо­ти­те ко­фе?» От­ри­ца­тель­но мо­таю го­ло­вой, пря­ча рас­пух­шую ще­ку в ши­ро­кий вя­за­ный шарф, и тут из ка­би­не­та вы­хо­дит по­жи­лая жен­щи­на, за ко­то­рой сле­ду­ет муж­чи­на чи­на в бе­лом ха­ла­те — коп­на гу­стых каш­та­шта­но­вых во­лос, пря­мой нос, му­же­стве­нен­ный под­бо­ро­док... «Гос­по­ди, — ду­маю я, — хоть бы это был не Ста­ни­слав Мар­ко­вич!» Но ин­ту­и­тив­но по­ни­маю, что это имен­но он, и сей­час пе­ред ним мне при­дет­ся ле­жать в крес­ле, всхли­пы­вая от бо­ли и спле­вы­вая кро­ва­вые сгуст­ки в фар­фо­ро­вую пле­ва­тель­ни­цу. — Ост­рый пе­ри­остит, — на­хму­рясь,

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.