Спа­сти нель­зя. По­те­рять

В люб­ви есть два гре­ха: рвать жи­вые от­но­ше­ния и удер­жи­вать мерт­вые. Во Но как к же ино­гда бы­ва­ет слож­но по­нять, под­ле­жат п чув­ства ре­ани­ма­ции или нет

Vdvojem - - В Горе И Радости? -

Ядол­го жму на пу­гов­ку звон­ка, но когда ни­кто так и не от­кры­ва­ет, ищу в сум­ке свои клю­чи и за­хо­жу в квар­ти­ру. Встре­ча­ет ме­ня тем­но­та и ти­ши­на, но я все рав­но спра­ши­ваю «Ва­ня?», по­ни­мая, что до­ма-то его нет. К хо­ло­диль­ни­ку при­кле­е­на за­пис­ка: «По­ехал к Шу­ри­ку, оста­нусь но­че­вать». Ни­ка­ких «це­лую», «люб­лю» или «не ску­чай». И я по­ни­маю, что долж­на бы злить­ся, на­вер­ное, ведь он уже тре­тий раз за по­след­ние две неде­ли но­чу­ет у бра­та, но ни ка­пель­ки ни злюсь. И силь­нее то­го, что я не знаю, по­че­му муж за­ча­стил в го­сти к род­ствен­ни­ку, ме­ня пу­га­ет то, ÷òî я чув­ствую, когда его нет ря­дом. Об­лег­че­ние...

— У ме­ня в ин­сти­ту­те по­друж­ка бы­ла, Рит­кой зва­ли, — рас­ска­зы­ва­ет Ма­ша, по­пут­но успе­вая стро­ить глаз­ки сим­па­тич­но­му офи­ци­ан­ту и есть ти­ра­ми­су. — А на па­рал­лель­ном по­то­ке учил­ся Же­ня, хо­ро­ший та­кой па­рень, ши­кар­но на ги­та­ре иг­рал. На каж­дой сту­ден­че­ской ве­че­рин­ке, на всех квар­тир­ни­ках мы про­си­ли его что-то ис­пол­нить. Он со­гла­шал­ся, а Рит­ка кра­си­во под­пе­ва­ла. Они на­ча­ли встре­чать­ся, по­же­ни­лись. Я пом­ню, Жень­ка да­же на сва­дьбе сво­ей на ги­та­ре иг­рал, а Ри­та, есте­ствен­но, пе­ла. А недав­но я встре­ти­ла на­ше­го об­ще­го зна­ко­мо­го, ко­то­рый то­гда, во­семь лет на­зад, у них сви­де­те­лем был. Он рас­ска­зал, что у Же­ни все хорошо, он стал парт­не­ром в юри­ди­че­ской фир­ме, мно­го ез­дит по ми­ру, на­пи­сал да­же кни­гу по пра­вам жен­щин в стра­нах Ази­ат­ско­го ре­ги­о­на. — А Рит­ка? Ма­ша улыб­ну­лась од­ним угол­ком губ, ото­дви­ну­ла та­рел­ку и же­стом по­до­зва­ла офи­ци­ан­та. — А Рит­ка по-преж­не­му кра­си­во по­ет под ги­та­ру. На­вер­ное. Толь­ко иг­рать на ней уже неко­му. — По­че­му ты мне все это рас­ска­зы­ва­ешь? — на­хму­ри­лась я. — Да по­то­му, что в жиз­ни бы­ва­ет так, — груст­но по­смот­ре­ла на ме­ня по­дру­га, — что лю­ди схо­дят­ся, объ­еди­нен­ные ка­ки­ми-то об­щи­ми ин­те­ре­са­ми, но по­том по раз­ным при­чи­нам их до­рож­ки рас­хо­дят­ся. И кто-то оста­ет­ся там, где иг­ра­ют на ги­та­ре, а кто-то идет даль­ше. Или идут вме­сте, но каж­дый сво­ей до­рож­кой. Так и жи­вут: вро­де бы ря­дом, но каж­дый в сво­ей па­рал­лель­ной ре­аль­но­сти. И тут воз­ни­ка­ет во­прос: за­чем? — Ты хо­чешь ска­зать, что я — Рит­ка? — ти­хо спро­си­ла. — Нет, — по­ка­ча­ла го­ло­вой при­я­тель­ни­ца. — Ты не Рит­ка и не Жень­ка. Но вы с Ва­ней — Рит­ка и Же­ня. По­ни­ма­ешь? Я ки­ваю, без­участ­но гля­дя в та­рел­ку с са­ла­том, и ду­маю: «Гос­по­ди, не­уже­ли это да­же со сто­ро­ны за­мет­но?» Мы с Ва­ней по­зна­ко­ми­лись на мо­ей пер­вой ра­бо­те. Он был стар­шим ме­не­дже­ром по сбы­ту в ком­па­нии, ку­да я при­шла на ста­жи­ров­ку. Ма­лень­кая ка­мор­ка, от­ве­ден­ная под мое ра­бо­чее ме­сто, на­хо­ди­лась сра­зу за ка­би­не­том Ва­ни, и каж­дый раз, когда я шла в убор­ную или по­пить ко­фе, ло­ви­ла на се­бе его за­ин­те­ре­со­ван­ный взгляд. Спу­стя две неде­ли па­рень на­брал­ся храб­ро­сти и при­гла­сил ме­ня на сви­да­ние, а че­рез год мы рас­пи­са­лись. — Как де­ла на ра­бо­те? — спра­ши­ва­ет Ва­ня, когда я за­хо­жу на кух­ню, где он го­то­вит ужин. Мы не ви­де­лись со вче­раш­не­го утра, а он спра­ши­ва­ет о ра­бо­те.... — Хорошо, — ко­рот­ко от­ве­чаю я и, на­брав в грудь по­боль­ше воз­ду­ха, го­во­рю: — Нам нуж­но по­го­во­рить. Спу­стя несколь­ко ме­ся­цев по­сле на­шей сва­дьбы ме­ня по­вы­си­ли, а Иван вдруг за­явил, что хо­чет уво­лить­ся и по­ис­кать се­бя в чем-то дру­гом. Я под­дер­жа­ла его и про­дол­жа­ла под­дер­жи­вать да­же то­гда, когда эти по­ис­ки се­бя за­тя­ну­лись на пол­го­да, за­тем на год, хо­тя нам все это вре­мя нуж­но бы­ло вы­пла­чи­вать ипо­те­ку. За­тем он по­шел на кур­сы веб-ди­зай­не­ров и уже че­рез че­ты­ре ме­ся­ца устро­ил­ся фри­лан­се­ром в неболь­шую кон­то­ру. Каж­дое утро я ухо­ди­ла на ра­бо­ту, а муж оста­вал­ся до­ма, и я по­ня­тия не име­ла, чем он за­ни­ма­ет­ся, по­ка ме­ня нет. И ес­ли рань­ше нас объ­еди­ня­ло об­щее де­ло, то в по­след­ние па­ру лет мы ино­гда не мог­ли най­ти о чем по­го­во­рить, кро­ме бы­то­вых во­про­сов. Так и жи­ли — каж­дый в сво­ем мир­ке, в сво­ей па­рал­лель­ной ре­аль­но­сти. И лишь недав­но я с уди­ви­тель­ной чет­ко­стью по­ня­ла, что боль­ше двух лет на­стой­чи­во пы­та­лась ожи­вить то, что дав­но мерт­во и не под­ле­жит ре­ани­ма­ции. — Мне ка­жет­ся, так не мо­жет боль­ше про­дол­жать­ся, — го­во­рю я, гля- дя ему в гла­за. — На­ши от­но­ше­ния уже нель­зя спа­сти, по­это­му ка­кой смысл их про­дол­жать? Мы по­чти не го­во­рим, дав­но не за­ни­ма­ем­ся сек­сом и не ин­те­ре­су­ем­ся жиз­нью друг дру­га. Мы боль­ше не па­ра, а про­сто со­се­ди, де­ля­щие жил­пло­щадь... — Со­гла­сен, — про­сто от­ве­ча­ет он. Я ожи­да­ла ка­кой угод­но ре­ак­ции: гне­ва, зло­сти, оби­ды, но толь­ко не это­го ко­рот­ко­го «со­гла­сен». И вдруг осо­зна­ла: по­след­ние па­ру лет мы, хоть и жи­ли в па­рал­лель­ных ми­рах, чув­ство­ва­ли од­но и то же. — Мо­жем ка­кое-то вре­мя по­жить от­дель­но, — пред­ла­га­ет су­пруг. — Разо­брать­ся в том, что де­лать даль­ше. — Да, — ки­ваю я. Мы улы­ба­ем­ся друг дру­гу, как за­го­вор­щи­ки, ведь оба по­ни­ма­ем: «ка­кое-то вре­мя» — это на­все­гда. Тем же ве­че­ром Ва­ня со­би­ра­ет ко­е­ка­кие ве­щи и от­прав­ля­ет­ся к бра­ту. Так рас­ста­ем­ся мы — без ссор, скан­да­лов, упре­ков и вза­им­ных обид. Я за­кры­ваю за ним две­ри, а за­тем иду на кух­ню пить чай. «От ме­ня толь­ко что ушел муж», — шеп­чу и ду­маю, что нуж­но, на­вер­ное, хо­тя бы вы­пить ви­на или по­пла­кать. Но по­ни­маю, что пла­кать не бу­ду...

Ва­ня то­же по­ни­мал, что наш брак не спа­сти, но ни­как не ре­шал­ся по­го­во­рить со мной

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.