« ТЫ БЫ­ЛА ПРА­ВА, МА­МА!»

Я бы­ла го­то­ва от­но­сить­ся к этой де­вуш­ке, д как Яд к доч­ке. А как ина­че: раз р мой сын ее лю­бит, то и я бу­ду лю­бить, при­му п Ин­гу в се­мью, слов­но род­ную

Vdvojem - - Повороты Судьбы -

Доч­ка жи­вет на со­сед­ней ули­це, но в буд­ни за­хо­дит ко мне ред­ко — ра­бо­та, дом, муж, двое де­тей­школь­ни­ков, не до ви­зи­тов к ма­те­ри. А тут неожи­дан­но при­шла ве­че­ром в сре­ду, да еще без звон­ка. Я, ко­неч­но, пе­ре­пу­га­лась: — Оля, у те­бя что-то слу­чи­лось? — спро­си­ла вдруг осип­шим го­ло­сом. — Слу­чи­лось. Толь­ко не у ме­ня, а у всех нас. Я се­го­дня узна­ла, что Де­нис взял Ин­гу к се­бе в ма­га­зин. — К-к-ка­кую Ин­гу? — от вол­не­ния я да­же за­и­кать­ся ста­ла. — Ту са­мую. Фею незем­ную, прин­цес­су рас­пре­крас­ную... — доч­кин го­лос зве­нел нена­ви­стью. Не­на­ви­стьН Нена­висть — чу­до­вищ­ное, раз­ру­ши­тель­ное чув­ство, но я как ни­кто по­ни­ма­ла Олю, са­ма от это­го име­ни на­чи­на­ла за­ды­хать­ся от зло­сти. А ведь еще ка­ких-ни­будь пол­то­ра го­да на­зад я бы­ла го­то­ва не толь­ко при­нять эту де­вуш­ку в на­шу се­мью, но и от­но­сить­ся к ней, как к род­ной до­че­ри! А как же ина­че? Раз мой сын лю­бит ее, зна­чит, и я бу­ду! Они с Де­ни­сом встре­ча­лись чуть боль­ше пя­ти ме­ся­цев, по­том по­да­ли за­яв­ле­ние в загс. Сын то­гда весь аж све­тил­ся от сча­стья, толь­ко и слыш­но от него бы­ло: «Ин­гу­ша, Ин­гу­шеч­ка...» А эта са­мая Ин­гу­шеч­ка-шлю­шеч­ка за неде­лю до сва­дьбы взя­ла и ука­ти­ла с ка­ким­то бо­га­тым ита­льяш­кой в Рим. Не тай­ком сбежала, по­сту­пи­ла «бла­го­род­но» — встре­ти­лась с Де­ни­сом и объ­яс­ни­лась с ним: «По­ни­ма­ешь, я по­лю­би­лаб Па­о­ло,П Па­о­ло, про­сти, но это силь­нее ме­ня!» По­лю­би­ла она! И ко­гда это, поз­воль­те спро­сить, успе­ла, ес­ли все дни со сво­им же­ни­хом про­во­ди­ла, к сва­дьбе го­то­ви­лись. И ре­сто­ран уже за­ка­за­ли, и му­зы­кан­тов, и ма­ши­ны. Коль­ца об­ру­чаль­ные куп­ле­ны, пла­тье неве­сти­но... И все на мои и Де­ни­са день­ги. Ин­га ведь си­ро­та, из род­ни толь­ко ба­буш­ка-пен­си­о­нер­ка в се­ле. Гос­по­ди, да что это я?! Раз­ве де­ло в по­тра­чен­ных зря день­гах? Де­ня по­сле пре­да­тель­ства (а дру­го­го сло­ва я и по­до­брать не мо­гу!) да­же по­чер­нел весь. Пе­ре­жи­вал так, что я все­рьез бо­я­лась: что-то страш­ное с собой со­тво­рит. Сла­ва бо­гу, уго­во­ри­ла к вра­чу пой­ти. Тот ока­зал­ся опыт­ным, помог сы­ну из де­прес­сии вы­ка­раб­кать­ся. Но не сра­зу, нет, не сра­зу... Несколь­ко ме­ся­цев Де­нис по­чти не спал, ви­деть ни­ко­го не хо­тел, есть не мог — ото­щал так, что у ме­ня серд­це

кро­вью об­ли­ва­лось. Толь­ко пол­го­да на­зад в фор­му во­шел, сно­ва ра­до­вать­ся жиз­ни на­чал, и вот опять... И от­ку­да эта Ин­га сно­ва сва­ли­лась на на­шу го­ло­ву? Че­го ей в Ита­лии не си­де­лось? А ес­ли уж вер­ну­лась, ну и еха­ла бы к баб­ке в се­ло. Или в Ки­ев... Там бо­га­тень­ких па­пи­ков, вро­де Па­о­ло, пруд пру­ди, под­це­пи­ла бы еще од­но­го, бла­го опыт есть. А то при­пер­лась как ни в чем не бы­ва­ло: зд­расте, дав­но не ви­де­лись! Ну лад­но, ее как раз мож­но по­нять, но Де­ни­сто, Де­нис! Не­уже­ли жизнь ни­че­му и не на­учи­ла? Ведь не маль­чик — два­дцать семь ско­ро стук­нет.стукк Се­ди­на уже в во­ло­сах мель­ка­ет, а ве­дет се­бя, как пят­на­дца­ти­лет­ний па­цан!п Это ж на­до, дев­ка его бро­си­ла, а он би­сер пе­ред ней ме­чет, вот на ра­бо­ту взял, хо­тя в его па­лат­ке еще один про­да­вец не нужен — это я точ­но знаю. Ну, пусть толь­ко при­дет, вы­ска­жу все, что ду­маю... Сын в обыч­ное вре­мя до­мой не явил­ся. Прав­да, по­зво­нил и пре­ду­пре­дил, что бу­дет позд­но. Очень позд­но. Ска­зал: «Ты ме­ня не жди, ло­жись» и тут же по­ве­сил труб­ку. По­нят­но: бо­ял­ся, нач­ну до­пы­ты­вать­ся. А что тут до­пы­ты­вать­ся? И так яс­но, с кем со­брал­ся до­позд­на вре­мя ко­ро­тать. Яс­ное де­ло, уснуть я не смог­ла — си­де­ла на кухне и пи­ла ва­ле­рьян­ку, раз­ве­ден­ную во­дой. Стоп­ка­ми. В оди­ноч­ку, как хро­ни­че­ская ал­ко­го­лич­ка. По­пла­ка­ла немно­го, не без это­го. В на­ча­ле тре­тье­го но­чи в зам­ке за­ело­зил ключ. По­том ша­ги в при­хо­жей. Ти­хие: на цы­поч­ках кра­дет­ся. Вот оста­но­вил­ся, на­вер­ное, уви­дел свет в кухне. Зай­дет или сде­ла­ет вид, что не за­ме­тил? За­гля­нул все-та­ки... — Мам, ты че­го не спишь? — Те­бя жду. Ты был с Ин­гой? Де­нис чер­тых­нул­ся и плюх­нул­ся на та­бу­рет. Спро­сил, не гля­дя на ме­ня: — Оль­ка на­сту­ча­ла? — Рас­ска­за­ла, — по­пра­ви­ла я. — Она бес­по­ко­ит­ся о те­бе. И я то­же. Не­уже­ли ты так и не по­нял, что Ин­га... — Она ни о чем ме­ня не про­си­ла! — рез­ко пе­ре­бил Де­нис. — Ни о ра­бо­те, ни о том, что­бы... что­бы мы сно­ва бы­ли вме­сте. Я случайно узнал, что она в го­ро­де. Этот Па­о­ло... он... В об­щем, ред­ким по­дон­ком ока­зал­ся. Ин­га вер­ну­лась без ко­пей­ки де­нег, та­кая... по­тух­шая. По­верь, ей очень неслад­ко при­шлось, так еще и я дол­жен ее по­пи­нать?! — Да кто го­во­рит, что дол­жен ее пи­нать! — я со­рва­лась. — Но сно­ва на­чи­нать от­но­ше­ния с де­вуш­кой, ко­то­рая так под­ло с то­бой обо­шлась! Нет, не по­ни­маю... — Ма­ма, она не под­лая! — сын то­же по­вы­сил го­лос. — Она... несчаст­ная! Ну со­вер­ши­ла ошиб­ку, влю­би­лась в га­да, с кем не бы­ва­ет... — В бо­га­то­го га­да, — на­пом­ни­ла я. — Да ка­кое это име­ет зна­че­ние?! — А что име­ет?! — я по­чти кри­ча­ла. — То, что мне... мне ее жал­ко. Пой­ми: толь­ко жа­лость и же­ла­ние по­мочь, ни­че­го боль­ше! — И что, ты те­перь каж­дый день со­би­ра­ешь­ся ей «по­мо­гать» до позд­ней но­чи? — уточ­ни­ла у сы­на с из­дев­кой. — Мам, мне не нра­вит­ся твой тон... — А мне не нра­вит­ся, что ты сно­ва свя­зал­ся с этой де­ви­цей. — Я про­сто по­мо­гал Ин­ге пе­ре­вез­ти ве­щи. Она по­сле воз­вра­ще­ния две неде­ли жи­ла у при­я­тель­ни­цы, а се­го­дня сня­ла ком­на­ту в ком­му­нал­ке. — За ка­кие это ши­ши, ес­ли толь­ко вче­ра ра­бо­тать на­ча­ла? Или ты ей аванс уже вы­дал? Ну да, по гла­зам ви­жу, вы­дал. Ин­те­рес­но толь­ко, за что? За бу­ду­щую удар­ную ра­бо­ту или за что-то дру­гое? — Ма­ма, я не знал, что ты мо­жешь быть та­кой злой! — За­то ты че­рес­чур доб­рень­кий. Вот уви­дишь, не прой­дет и... — Все, я по­шел спать, мне ра­но вста­вать. — Де­нис ре­ши­тель­но под­нял­ся с та­бу­ре­та. — И ты за­кан­чи­вай с ноч­ны­ми по­си­дел­ка­ми... Он вы­шел, я оста­лась си­деть. На ду­ше бы­ло мут­но. Вот дурак, ой, дурак... На сле­ду­ю­щий день не сдер­жа­лась и поехала по­лю­бо­вать­ся на Ин­гу. Под­хо­дить к ней, есте­ствен­но, не ста­ла, из­да­ле­ка смот­ре­ла. Толь­ко что на нее смот­реть: ка­кой бы­ла, та­кой и оста­лась. А вот сын... Он, ока­зы­ва­ет­ся, то­же ни­чуть не пе­ре­ме­нил­ся. Я хоть и да­ле­ко сто­я­ла, но от­лич­но ви­де­ла, как он по­жи­ра­ет Ин­гу взгля­дом. В гла­зах и лю­бовь, и от­ча­я­ние, и... ис­кра безу­мия. Вдруг вспом­ни­лись про­чи­тан­ные в юно­сти и, как я ду­ма­ла, дав­но по­за­бы­тые сло­ва Шекс­пи­ра: «Ко­нец та­ких стра­стей бы­ва­ет стра­шен...» Внут­ри все за­ле­де­не­ло, ведь страш­но за Де­ни­са! Ес­ли уж так лю­бит эту про­фур­сет­ку, пусть бу­дет с ней, глав­ное, что­бы она сно­ва ка­кой­ни­будь фор­тель не вы­ки­ну­ла. И здесь, за ры­ноч­ной па­лат­кой с ры­бой, я по­кля­лась се­бе, что боль­ше сло­ва про­тив Ин­ги не ска­жу. Для ме­ня ведь важ­но, что­бы сын был счаст­лив. И ес­ли ему для сча­стья непре­мен­но нуж­на эта де­ви­ца... Сле­ду­ю­щие два ме­ся­ца Де­нис слов­но на кры­льях ле­тал. Гла­за по­сто­ян­но бле­стят, с ли­ца бла­жен­ная улыб­ка не схо­дит, сме­ет­ся не к ме­сту, от­ве­ча­ет нев­по­пад. За эту его ще­ня­чью ра­дость я бы­ла го­то­ва про­стить Ин­ге все ее гре­хи. А вот сын... В тот ве­чер Де­нис вер­нул­ся до­мой непри­выч­но ра­но. Блед­ный в си­не­ву, а в гла­зах та­кая лю­тая тос­ка, что у ме­ня от жа­ло­сти серд­це об­ру­чем сда­ви­ло. Мол­ча про­шел на кух­ню, так же мол­ча зал­пом вы­пил стоп­ку вод­ки, дру­гую... По­том сел, об­хва­тил го­ло­ву ру­ка­ми и за­пла­кал. — Сы­ноч­ка, что? — об­ня­ла я его. — Ты бы­ла пра­ва, ма­ма! Ин­га... — Де­нис длин­но и гряз­но вы­ма­те­рил­ся. — Она те­бя сно­ва бро­си­ла, да? — На этот раз еще и ки­ну­ла. — А это раз­ве не од­но и то же? Сын по­ка­чал го­ло­вой и рассказал, что его лю­би­мая ис­чез­ла в неиз­вест­ном на­прав­ле­нии, при­хва­тив вы­руч­ку за два дня, за­то оста­ви­ла по­сле се­бя неопла­чен­ный счет за пе­ре­го­во­ры с Ри­мом на сум­му семь ты­сяч гри­вен. С тех пор про­шло три го­да, а Де­нис все один. Не знаю, смо­жет ли он те­перь по­ве­рить хоть од­ной жен­щине...

Гля­дя, как стра­да­ет­страа сын, я и са­ма не все­гда мог­ла сдде сдер­жать сле­зы. И на­до же бы­ло маль­чи­ку маль­чик­ку влю­бить­ся в стерву!

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.