Все на ди­е­ту!

Осо­знав, что лиш­них ки­ло­грам­мов ста­ло слиш­ком мно­го, я при­ня­ла ре­ше­ние сроч­но по­ху­деть!

Vdvojem - - Содержание -

Сто­и­ло толь­ко вой­ти в дом, как нос уло­вил ап­пе­тит­ные за­па­хи. Опять! Я по­бре­ла на кух­ню. Так и зна­ла: папа сто­ял у пли­ты и кол­до­вал над ка­стрю­ля­ми и ско­во­род­ка­ми. Все это ак­тив­но буль­ка­ло, ки­пе­ло и шквар­ча­ло…

Сто­и­ло толь­ко вой­ти в дом, как нос уло­вил ап­пе­тит­ные за­па­хи. Я, как ищей­ка, взя­ла след и по­бре­ла на кух­ню. Так и зна­ла! Папа сто­ял у пли­ты и кол­до­вал над ка­стрю­ля­ми и ско­во­род­ка­ми. Все это ак­тив­но буль­ка­ло, ки­пе­ло и шквар­ча­ло. По­ме­ши­вая что-то, ро­ди­тель уви­дел ме­ня и с улыб­кой змея ис­ку­си­те­ля про­тя­нул лож­ку с ап­пе­тит­ны­ми ку­соч­ка­ми. О нет! Не нуж­но! И за что мне та­кое на­ка­за­ние? — Ка­тюш­ка, иди по­про­буй. А то что-то не пой­му, уга­дал ли с при­пра­вой. В тот мо­мент я бы­ла го­то­ва его убить, ко­неч­но, об­раз­но вы­ра­жа­ясь. Про­сто именно се­го­дня при­шло судь­бо­нос­ное ре­ше­ние. Встав на ве­сы и ужас­нув­шись, я по­ня­ла, что нуж­но сроч­но что-то де­лать. Мне уже два­дцать пять лет, а я еще ни ра­зу не бы­ла влюб­ле­на. Все сви­да­ния, в ко­ли­че­стве двух штук, ни­чем не за­кон­чи­лись, про­дол­же­ния не бы­ло. Ви­ди­мо, мои лиш­ние ки­ло­грам­мы не вдох­но­ви­ли по­тен­ци­аль­ных уха­же­ров. А мне, как и лю­бой жен­щине, хо­чет­ся быть лю­би­мой. Так что нуж­но по­про­щать­ся со все­ми вкус­но­стя­ми и по­си­деть на ди­е­те. Но раз­ве с мо­им от­цом это ре­аль­но? Ко­гда-то в нем проснул­ся ве­ли­кий ку­ли­нар. Ко­гда бы я ни при­шла до­мой, он по­сто­ян­но что-то го­то­вит. То вы­ду­мы­ва­ет ре­цеп­ты сам или на­чи­та­ет­ся ку­ли­нар­ных книг — и да­вай тво­рить. А те­перь по­ду­май­те са­ми, о ка­кой ди­е­те мо­жет быть речь, ко­гда в квар­ти­ре та­кие за­па­хи и де­ли­ка­те­сы?! Да еще род­ные по­сто­ян­но под­ли­ва­ют мас­ла в огонь, уго­ва­ри­вая ме­ня по­про­бо­вать все­го по чуть-чуть. Так и осе­ли их уго­во­ры у ме­ня на та­лии и бед­рах! Родители совершенно не хо­те­ли слу­ша­ли мо­их воз­ра­же­ний. — Пап, спа­си­бо, но я не хо­чу есть! Ми­лая, дет­ская на­ив­ность. Ду­ма­ла, такого объ­яс­не­ния бу­дет до­ста­точ­но. От­ца не оста­но­ви­ли го­ря­чие за­ве­ре­ния, что я сы­та. Даже по­бег в свою ком­на­ту не по­мог. Че­рез па­ру минут ту­да за­явил­ся мой дра­го­цен­ный ро­ди­тель с пол­ным под­но­сом еды. Я де­мон­стра­тив­но ото­дви­ну­ла под­нос и про­мар­ши­ро­ва­ла на кух­ню к хо­ло­диль­ни­ку. До­ста­ла два яб­ло­ка и ке­фир и с на­иг­ран­ным удо­воль­стви­ем съе­ла. Па­пу­ля чуть не упал в об­мо­рок. Как же тут не упасть — лю­би­мое и един­ствен­ное ди­тят­ко не на­ле­та­ет, как обыч­но, на вкус­но­ти­щу, а изоб­ра­жа­ет из се­бя иг­ри­вую ко­зоч­ку — трав­ку щип­лет. Ме­ня на­силь­но уса­ди­ли за ку­хон­ный стол и при­зва­ли на по­мощь тя­же­лую ар­тил­ле­рию — ма­му. Та вплы­ла на кух­ню с недо­воль­ным ли­цом: мы по­сме­ли от­влечь ее от лю­би­мо­го сериала. — И что у нас опять про­ис­хо­дит? — то­ном вдов­ству­ю­щей им­пе­ра­три­цы по­ин­те­ре­со­ва­лась ма­му­ля. По те­ли­ку, ви­ди­мо, кру­ти­ли ка­кой-то исто­ри­че­ский се­ри­ал, и она бы­ла в об­ра­зе. — Да вот, — по­жал пле­ча­ми

отец, — по­хо­же, наш ре­бе­нок со­шел с ума… — То­же мне но­вость, — хмык­ну­ла ма­ма. — Се­рьез­но, что слу­чи­лось? —И я се­рьез­но. Ху­де­ет она… — Что-о-о??? — бед­ная ма­моч­ка даже на­ча­ла за­и­кать­ся от вол­не­ния. — То! На­ша дочь вби­ла се­бе в голову, что са­дит­ся на ди­е­ту. А те­перь возь­ми и по­вли­яй на нее, ты же мать... Я вжа­лась в крес­ло и по­ста­ра­лась пол­но­стью слить­ся с обив­кой. Уж боль­но хо­ро­шо знаю свою ма­му­лю. Да­ром убеж­де­ния она вла­де­ет в со­вер­шен­стве. Ей бы в по­ли­ции работать. Все пре­ступ­ни­ки при­зна­ва­лись бы в сво­их зло­де­я­ни­ях спу­стя пять минут. — Та-а-ак… И что ты на­ду­ма­ла? Ка­кое ху­деть? Посмот­рись в зер­ка­ло, сплош­ные ко­жа да ко­сти. Под гла­за­ми си­ня­ки. Ты взгля­ни хо­тя бы на ме­ня или те­тю Га­лю — кровь с мо­ло­ком! Это точ­но. По срав­не­нию с ни­ми я про­сто Дюй­мо­воч­ка. Мне до их га­ба­ри­тов еще есть и есть. — Мам, все уже ре­ше­но. Не пы­тай­ся ме­ня пе­ре­убе­дить! — мед­лен­но, но вер­но я на­чи­на­ла за­ки­пать. — Да в чем убеж­дать? В том, что ты пре­крас­но вы­гля­дишь? — опе­ши­ла ма­ман от мо­е­го уве­рен­но­го то­на. — В ка­ком ме­сте? Посмот­ри на эти бо­ка, тут столь­ко лиш­не­го! Про­из­не­ся эту ти­ра­ду, я на­ча­ла де­мон­стри­ро­вать это самое лиш­нее, но те­перь мо­их вы­ска­зы­ва­ний не вы­дер­жал папа: — Ты очень кра­си­вая, Ка­тюш­ка. Твоя внеш­ность нестан­дарт­ная. Это ред­кость. Не бе­ри дур­но­го в голову. Все мод­ные нын­че па­ра­мет­ры при­ду­ма­ли иди­о­ты, ко­то­рые ни­че­го не по­ни­ма­ют в на­сто­я­щей кра­со­те. — Пап, ты что, сам не ви­дишь, что эти ки­ло­грам­мы ме­ша­ют мне жить? У ме­ня ни­ко­го нет, мой вес от­пу­ги­ва­ет уха­же­ров. Мо­жет, бо­ят­ся, что объ­ем их? — даже в та­кие тя­же­лые ми­ну­ты мое чув- ство юмо­ра не от­ми­ра­ло. — Да они про­сто сле­пые! Или ты не там хо­дишь. Уж я-то ви­жу, как на те­бя за­смат­ри­ва­ют­ся на ули­це! — Спа­си­бо, пап­ка. Я знаю, что вы с ма­мой бу­де­те ме­ня лю­бить лю­бой, но по­ху­деть все же нуж­но. Лю­би­мые джин­сы пе­ре­ста­ли на­ле­зать, а такого еще не бы­ло. Мне очень нуж­но прий­ти в фор­му и влезть в те шта­ны. Не пе­ре­жи­вай­те вы так. Родители мол­ча пе­ре­гля­ну­лись и вы­шли из кух­ни. Я долго слы­ша­ла их при­глу­шен­ные спо­ры. А че­рез ча­са два при­е­ха­ла те­тя Га­ля. О ужас! В чем я так про­ви­ни­лась? Те­перь мне не бу­дет спо­кой­ной жиз­ни. Ес­ли чест­но, хо­те­лось бро­сить за­тею с ди­е­той. Но по­том во мне просну­лось са­мо­лю­бие. Не­уже­ли не справ­люсь? У ме­ня всегда по­лу­ча­лось до­би­вать­ся по­став­лен­ной це­ли. Цель есть, стрем­ле­ние то­же. Впе­ред! Но у мо­их род­ствен­ни­ков на этот счет иное мне­ние, ко­то­рое они не за­мед­ли­ли мне вы­ска­зать. — Ес­ли не пре­кра­тишь из­де­вать­ся над со­бой, мо­жешь за­бо­леть ано­рек­си­ей, — на­пу­га­ла тет­ка сво­и­ми ме­ди­цин­ски­ми по­зна­ни­я­ми. — Те­бе это нуж­но? Уго­мо­нись, ра­ди все­го свя­то­го! По­жа­лей ро­ди­те­лей. Ты их взбу­до­ра­жи­ла та­ким ре­ше­ни­ем. Иди по­ешь, не упрямь­ся. Я вновь сбе­жа­ла в свою ком­на­ту. На­ва­ли­лась на дверь всем ве­сом и ка­те­го­рич­ным то­ном по­тре­бо­ва­ла оста­вить ме­ня в по­кое. По­шу­мев у вхо­да, род­ствен­ни­ки уда­ли­лись — ви­ди­мо, по­шли раз­ра­ба­ты­вать но­вый план, как ме­ня на­кор­мить. Я вы­дох­ну­ла с об­лег­че­ни­ем. На­ко­нец-то по­кой, пусть и вре­мен­ный. Как в во­ду гля­де­ла. Не про­шло и ча­са, как ме­ня по­зва­ли... ужи­нать! Я по­ня­ла, что тут ни­ко­гда не по­ху­дею. — Зна­чит, так, до­ро­гие мои, с ра­до­стью со­об­щаю, что ва­ши со­ве­ты, уго­во­ры и на­став­ле­ния до­стиг­ли це­ли. Прав­да, не той, ко­то­рую вы пре­сле­до­ва­ли. Я ре­ши­ла уехать от вас. Бу­ду жить от­дель­но, мо­жет, лич­ная жизнь на­ла­дит­ся... И тут по­шла вто­рая часть Мар­ле­зо­н­ско­го ба­ле­та. Ма­ма за­ка­ты­ва­ла гла­за и за­ла­мы­ва­ла ру­ки. Папа с уби­тым ви­дом смот­рел на ме­ня. Спек­такль пе­ри­о­ди­че­ски пре­ры­вал­ся го­рест­ны­ми сто­на­ми. Я уста­ла на­блю­дать за этим цир­ком. — Пой­ду со­бе­ру вещи, — про­бор­мо­та­ла ти­хонь­ко и уда­ли­лась. Бу­ду от­кро­вен­на: ре­ши­тель­но­сти хва­ти­ло толь­ко на то, что­бы вы­та­щить че­мо­дан. И тут раз­дал­ся осто­рож­ный стук в дверь. — Мы по­со­ве­то­ва­лись и ре­ши­ли, что из двух тво­их за­ду­мок мо­жем под­дер­жать од­ну — ди­е­ту! — тор­же­ствен­но про­из­нес папа, вхо­дя в ком­на­ту. — Этим я бу­ду за­ни­мать­ся лич­но. Го­то­вить ста­ну толь­ко на па­ру... Ни­че­го жир­но­го, слад­ко­го и муч­но­го! И тут я по­ня­ла, как влип­ла. Знаю своего от­ца — те­перь толь­ко ди­е­та. А шо­ко­лад, тор­ти­ки и жа­ре­ная кар­тош­ка... О них лучше за­быть. Мо­жет, сто­ит все же пе­ре­ехать?!

Обо­жаю сво­их ро­ди­те­лей! Бо­лее друж­ной и лю­бя­щей па­ры я не встре­ча­ла. Они всегда го­то­вы под­дер­жать друг дру­га!

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.