В ПОРЫВЕ ПЕР­ВОЙ СТРАСТИ

В спальне мы с Ар­те­мом что т так не увлек­лись услы­ша­ли, друг как дру­гом, ч в в квар­ти­ру кто-то про­ник

Vdvojem - - Первая Страница -

Пер­вый опыт люб­ви все­гда са­мый неза­бы­ва­е­мый. Мо­е­го маль­чи­ка Ар­те­ма я встре­ти­ла в уни­вер­си­те­те, мы оба учи­лись на био­фа­ке. Влюб­лен­ные, мы три ме­ся­ца хо­ди­ли за руч­ку, це­лу­ясь и об­ни­ма­ясь вез­де, где толь­ко мог­ли. И жда­ли мо­мен­та, ко­гда ста­нем на­сто­я­щей па­рой... И вот счаст­ли­вый день на­стал: ро­ди­те­ли Ар­те­ма ука­ти­ли в от­пуск к Чер­но­му мо­рю, в Одес­су, на це­лых две не­де­ли. Мы ото­рва­лись по пол­ной про­грам­ме! Из квар­ти­ры вы­би­ра­лись толь­ко пе­ред сном, что­бы ку­пить про­дук­ты и все са­мое необ­хо­ди­мое. Так про­шла пер­вая неде­ля на­ше­го рая. На­ча­лась вто­рая. Од­на­жды, за­ва­ли­ва­ясь в квар­ти­ру, мы бы­ли так за­ня­ты сво­ей стра­стью и бук­валь­но ею по­до­гре­ты, что за­бы­ли за­пе­реть дверь на ключ... Ар­тем на­пал на ме­ня пря­мо с по­ро­га, как сде­лал бы это лю­бой маль­чиш­ка его воз­рас­та, с тем неудер­жи­мым шква­лом гор­мо­нов, ко­то­рые на­прочь сно­сят го­ло­ву мо­ло­дым лю­дям в во­сем­на­дцать лет. Це­лу­ясь, мы про­дви­га­лись к спальне, по пу­ти бро­сив па­кет с по­куп­ка­ми, да­же не за­ду­мы­ва­ясь, а ку­да он, соб­ствен­но, упал... Вз­мах­нув ру­кой, я что-то за­це­пи­ла. Раз­дал­ся звон раз­бив­ше­го­ся стек­ла. — Ой, Ар­тем!.. Я раз­би­ла тво­им ро­ди­те­лям что-то... — в ис­пу­ге оста­но­ви­лась, огля­нув­шись. — Да не пе­ре­жи­вай! Это ва­за, де­шев­ка из ларь­ка в мет­ро... А где на­ши губ­ки? Где тут на­ши губ­ки? — Ар­тем сно­ва при­нял­ся за свое, це­луя и об­ни­мая жар­че ог­ня... На пол по­ле­те­ли на­ши курт­ки, шап­ки, Ар­тем, ни­сколь­ко не за­бо­тясь о со­хран­но­сти окру­жа­ю­щих пред­ме­тов, пин­ком но­ги сбил та­бу­рет, за­сло­няв­ший нам до­ро­гу к за­вет­ной спальне... В сто­ро­ны по­ле­те­ли и бо­тин­ки, и мой шарф. По­след­ний Ар­тем, рас­сме­яв­шись, сна­ча­ла обер-

нул во­круг мо­ей шеи, а по­том рез­ко по­тя­нул вниз: — Шар­фи­ки лю­бишь? — он сде­лал на­ро­чи­то хищ­ное ли­цо. — Да, а что? — Осто­рож­нее с шар­фи­ка­ми, лю­би­мая! Та­кой вот длин­ню­щий шарф стал при­чи­ной смер­ти ве­ли­кой тан­цов­щи­цы, же­ны Сер­гея Есе­ни­на... — Дуль­си­нея То­бос­ская? — я сде­ла­ла круг­лые гла­за, да­вясь от сме­ха. Он бы еще ка­мен­ный век вспом­нил, чест­ное сло­во!.. — Нет, лю­би­мая! Дуль­си­нея — это да­ма серд­ца До­на Ки­хо­та Ла­манч­ско­го... Вы что, на сво­ем био­фа­ке кни­жек не чи­та­е­те, что ль? — А вы на сво­ем? — я по­ка­за­ла язык. — Чи­та­ем! Да знаю я, о ком ты, об Ай­се­до­ре Дун­кан! Но за­чем рас­ска­зы­вать столь зло­ве­щие ис­то­рии пе­ред но­чью люб­ви, а, ми­лый? — Ага, ис­пу­га­лась! Ну, сей­час я те­бя пой­маю и... съем!!! — Ар­тем гроз­но за­ры­чал и бро­сил­ся за мной. Я пу­сти­лась на­у­тек в сто­ро­ну спаль­ни. По­ка бе­жа­ла, схва­ти­лась за по­ло­тен­ца на две­ри ван­ной, и они то­же спла­ни­ро­ва­ли на пол. Но это ме­ня не оста­но­ви­ло: са­мый страш­ный и са­мый быст­рый саб­ле­зу­бый тигр вот-вот мог на­стиг­нуть и рас­тер­зать свою жерт­ву! В спальне у нас все шло про­сто за­ме­ча­тель­но, од­на­ко в раз­гар про­цес­са мой нена­гляд­ный вдруг оста­но­вил­ся и при­слу­шал­ся. — Ты слы­ша­ла? — ти­хо спро­сил он. Я удив­лен­но при­под­ня­лась: — Нет, а что? — Кто-то во­шел в квар­ти­ру! — Ар­тем вско­чил и на­тя­нул в джин­сы. Ясен пень, я то­же по­то­ро­пи­лась одеть­ся, за­бы­ла раз­ве что про лиф­чик, за­ва­лив­ший­ся ку­да-то под кро­вать. Лю­би­мый на­дел сви­тер, за­чем-то схва­тил мед­ную ста­ту­эт­ку об­на­жен­ной Ве­не­ры и, кра­ду­чись, дви­нул­ся в при­хо­жую. Я шла за ним, ста­ра­ясь гром­ко не ды­шать. При­от­крыв дверь в при­хо­жую, мой па­рень тут же сва­лил­ся навз­ничь, а я гром­ко за­во­пи­ла от ужа­са... — Ар­тем?! — вскрик­ну­ла со мной в уни­сон незна­ко­мая ста­руш­ка, ре­ши­тель­но от­бра­сы­вая в сто­ро­ну со­рван­ное со сте­ны при­хо­жей бра (им-то она и огре­ла мо­е­го нена­гляд­но­го по лбу). — Ба­буш­ка, те­бе бы в ганг­сте­ром ра­бо­тать, — бурк­нул Ар­тем, пы­та­ясь под­нять­ся с по­ла. — Да жи­вой я, жи­вой... — А я-то ду­ма­ла, бан­ди­ты за­бра­лись, дом в щеп­ки раз­нес­ли. Ай да вну­чек! Чай пить бу­де­те? Я тут ва­ре­ньи­ца ма­ли­но­во­го при­нес­ла... — Бу­дем, ба! А мы, меж­ду про­чим, ре­ши­ли, это ты — бан­дит. За­чем во­об­ще при­шла? — Цве­ты по­лить, вот за­чем. Ты же за­гу­бишь мам­ки­ну ор­хи­дею! Хоть ра­зок-то по­ли­вал? — стро­го по­ин­те­ре­со­ва­лась ба­буш­ка. — На про­шлой неде­ле по­ли­вал... — Ар­тем осто­рож­но по­тро­гал здо­ро­вен­ную шиш­ку на при­пе­ча­тан­ном све­тиль­ни­ком лбу. — Прин­цес­са, — ба­буш­ка по­смот­ре­ла на ме­ня. — Так и бу­дешь сто­ять и смот­реть? Ну-ка, да­вай от­кры­вай ап­теч­ку, до­ста­вай бин­ты, пе­ре­кись и все та­кое... Бу­дем прин­ца тво­е­го ле­чить! По­на­ча­лу я сму­ти­лась, но, уви­дев улыб­ку на ба­буш­ки­ном ли­це, с го­тов­но­стью кив­ну­ла. Пер­вым де­лом при­ло­жи­ли к уши­бу лед из хо­ло­диль­ни­ка, а по­том, ко­гда я бин­то­ва­ла Ар­тем­ки­ну го­ло­ву, ба­буш­ка огля­де­лась по сто­ро­нам: раз­ру­ха... — Ба­тюш­ки! Ну, вы и на­ве­ли кра­со­ту, — вздох­ну­ла она. — Не рас­слаб­ляй­ся. Сей­час с то­бой при­бе­рем­ся, по­ка этот в сто­рон­ке от­ды­ха­ет... — она ука­за­ла на при­тих­ше­го вну­ка. — А по­том ми­ло­сти про­шу на кух­ню! — Я все са­ма сде­лаю, и чай, и убор­ку! Вы са­мая луч­шая ба­буш­ка на све­те!

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.