Али­стер Кро­ули: скан­даль­ный маг

Али­стер Кро­ули, из­вест­ней­ший ан­глий­ский ок­куль­тист и та­ро­лог — фи­гу­ра чрез­вы­чай­но лю­бо­пыт­ная, воз­мож­но, мно­гие да­же ска­жут — оди­оз­ная. Ос­но­ва­тель ре­ли­ги­оз­но­фи­ло­соф­ско­го уче­ния Те­ле­ма, со­зда­тель зна­ме­ни­той ныне ко­ло­ды «Та­ро То­та» и прак­ти­ку­ю­щий маг, чье ск

Veliky Providents - - Знак Зодиака - Еле­на ЛА­ЗА­РЕ­ВА

Ро­дом из дет­ства

Ро­дил­ся Эд­вард Александр Кро­ули (та­ко­во бы­ло его на­сто­я­щее имя) в кон­це XIX ве­ка — что­бы быть точ­ны­ми, 12 ок­тяб­ря 1875 го­да, в са­мом серд­це Ан­глии — пре­лест­ном го­ро­де Рой­ал-Ле­минг­тон-Спа в граф­стве Уо­рик­шир. Граф­ство это из­вест­но как ро­ди­на Уи­лья­ма Шекс­пи­ра — его род­ной Страт­форт-на-Эй­воне так­же рас­по­ло­жен в Уо­рик­ши­ре. Вот и го­род Ро­аял-Ле­минг­тон-Спа, как сле­ду­ет из при­став­ки «Рой­ал» — «ко­ро­лев­ский», вы­де­ля­ет­ся сре­ди мно­же­ства дру­гих го­род­ков граф­ства. Это по­пу­ляр­ный ку­рорт, в ме­сте рас­по­ло­же­ния ко­то­ро­го реч­ка Лем вли­ва­ет­ся в пол­но­вод­ный Эй­вон. Кро­ме то­го, Ле­минг­тон-Спа про­сла­вил­ся как Мек­ка лю­би­те­лей боль­шо­го тен­ни­са: имен­но там в 1870-х го­дах по­явил­ся пер­вый в ис­то­рии тен­нис­ный клуб. Как ви­дим, го­род этот — от­нюдь не про­вин­ци­аль­ное за­хо­лу­стье, а вполне себе бо­монд­ное ме­стеч­ко. Отец ге­роя на­ше­го рас­ска­за, Эд­вард Кро­ули, был че­ло­ве­ком за­жи­точ­ным, хо­зя­и­ном се­мей­ной пи­во­вар­ни Crowley's Alton Ales. Ка­за­лось бы, у Эд­вар­да Алек­сандра бы­ли все пред­по­сыл­ки для счаст­ли­во­го дет­ства: бо­га­тая се­мья, хо­ро­шая сре­да обитания. Но нет, дет­ство бу­ду­ще­го ма­га и ок­куль­ти­ста не бы­ло счаст­ли­вым! Де­ло в том, что его ро­ди­те­ли при­над­ле­жа­ли к сек­те «Пли­мут­ские бра­тья» — весь­ма ра­ди­каль­но­му и кон­сер­ва­тив­но­му от­ветв­ле­нию про­те­стант­ской ре­ли­гии. Стро­гие ро­ди­те­ли за­став­ля­ли маль­чи­ка с утра до ве­че­ра шту­ди­ро­вать Би­б­лию, что вы­зы­ва­ло в ре­бен­ке чув­ство про­те­ста и за­ро­ни­ло в его ра­зум пер­вые се­ме­на скеп­ти­циз­ма. Се­ме­на эти да­ли обиль­ные всхо­ды, рас­цве­ли пыш­ным цве­том и при­нес­ли щед­рый уро­жай, ко­гда скон­чал­ся па­пень­ка Кро­ули. Как ни ста­ра­лась мать уго­мо­нить сы­на и до­бить­ся от него сми­ре­ния, жен­щине это­го не уда­лось. По­ве­де­ние юно­ши де­ла­лось все бо­лее вы­зы­ва­ю­щим: он вы­сме­и­вал все то, во что ве­ри­ли «Пли­мут­ские бра­тья», при­стра­стил­ся к та­ба­ко­ку­ре­нию, на­чал по­се­щать про­сти­ту­ток. На­до ска­зать, в мо­ло­дые го­ды Кро­ули был весь­ма неду­рен со­бой, это по­том бур­ный об­раз жиз­ни на­ло­жил на его внешность свой от­пе­ча­ток. На­бож­ная ма­туш­ка, от­ча­яв­шись, ста­ла звать за­блуд­ше­го сы­на не ина­че как Зве­рем 666, что толь­ко ра­до­ва­ло от­бив­ше­го­ся от рук мо­ло­до­го че­ло­ве­ка.

Сту­ден­че­ские го­ды

Будь на то ма­те­рин­ская во­ля, она не да­ла бы пар­шив­цу ни гро­ша из тех де­нег, что оста­лись по­сле смер­ти от­ца се­мей­ства. Но за­ве­ща­ние есть за­ве­ща­ние. Кро­ули по­лу­чил треть от­цов­ско­го со­сто­я­ния, что да­ло ему воз­мож­ность по­сле окон­ча­ния шко­лы про­дол­жить об­ра­зо­ва­ние в пре­стиж­ней­шем Кем­бридж­ском уни­вер­си­те­те. Да и то ска­зать — по­ми­мо склон­но­сти к сво­бод­но­му об­ра­зу жиз­ни, Кро­ули об­ла­дал и дру­ги­ми та­лан­та­ми, и ост­рым умом. Ве­се­ло и бес­печ­но про­жи­вая в Кем­бри­дже от­цов­ские де­неж­ки, юно­ша все успе­вал — и гу­лять, и на­у­ки по­сти­гать (по­на­ча­лу он за­нял­ся фи­ло­со­фи­ей, пси­хо­ло­ги­ей и эко­но­ми­кой, а по­сле — ан­глий­ской ли­те­ра­ту­рой), пи­сать сти­хи, быть пре­зи­ден­том шах­мат­но­го клу­ба, за­ни­мать­ся аль­пи­низ­мом. Юно­ша ле­ле­ет че­сто­лю­би­вые меч­ты о ди­пло­ма­ти­че­ской ка- рье­ре — вот ко­гда его зна­ние пси­хо­ло­гии при­го­дит­ся!..

Но вско­ре Кро­ули на­шел себе дру­гое при­зва­ние. Кебридж­ский уни­вер­си­тет в кон­це XIX ве­ка был не толь­ко хра­мом ака­де­ми­че­ской на­у­ки, в нем, как в ки­пя­щем кот­ле, бур­ли­ли раз­ные ве­я­ния: сту­ден­ты и пре­по­да­ва­те­ли увле­ка­лись вся­че­ски­ми ми­сти­че­ски­ми и ок­культ­ны­ми уче­ни­я­ми, мод­ным то­гда спи­ри­тиз­мом. За­ин­те­ре­со­вал­ся этим и Кро­ули, при­чем все­рьез. Он при­ни­ма­ет­ся шту­ди­ро­вать кни­ги по ал­хи­мии, аст­ро­ло­гии, изу­ча­ет тол­стен­ные гри­му­а­ры по магии и ми­сти­ке.

Недоб­ро­же­ла­те­ли, впро­чем, утвер­жда­ли, что «оза­ре­ние» бы­ло все­го лишь след­стви­ем пер­во­го го­мо­сек­су­аль­но­го опы­та, в ко­то­ром Кро­ули со­зна­тель­но от­вел себе пас­сив­ную роль.

Со­зна­тель­ным и трез­вым был вы­бор и его твор­че­ско­го пу­ти. Кро­ули возо­мнил себя по­этом, по­за­им­ство­вав ма­не­ру пись­ма у Су­ин­бер­на, а те­ма­ти­ку и ха­рак­те­ры — у Де Са­да. При­чем в по­след­нем Али­стер Кро­ули пре­успел на­столь­ко, что дав­но по­чив­ший в бо­зе мар­киз, будь та­кая воз­мож­ность, усты­дил­ся бы сво- ей скром­но­сти. В опи­са­ни­ях сек­су­аль­ных ор­гий Кро­ули был чрез­вы­чай­но изоб­ре­та­те­лен и убе­ди­те­лен, че­му спо­соб­ство­вал его лич­ный опыт.

В 1898 го­ду Кро­ули по­ки­да­ет Кем­бридж­ский уни­вер­си­тет, ре­шив це­ли­ком по­свя­тить себя ок­куль­тиз­му. В том же го­ду про­ис­хо­дит судь­бо­нос­ное зна­ком­ство Али­сте­ра Кро­ули с Сэмю­элем Ма­зер­сом.

Учи­те­ля и на­став­ни­ки

Сэмю­эль Ма­зерс ока­зал за­мет­ное вли­я­ние на раз­ви­тие эзо­те­ри­че­ской мыс­ли в XX ве­ке. Ма­зерс, про­шед­ший путь от ря­до­во­го чле­на ма­сон­ской ло­жи, за­тем Ма­сте­ра, по­сле — ро­зен­крей­це­ра и, на­ко­нец, до ос­но­ва­те­ля соб­ствен­но­го ма­ги­че­ско­го ор­де­на Зо­ло­той За­ри, яв­лял­ся че­ло­ве­ком неза­у­ряд­ных спо­соб­но­стей. Он был на­сто­я­щим по­ли­гло­том: по­ми­мо фран­цуз­ско­го, ла­тин­ско­го и гре­че­ско­го вла­дел иври­том, галль­ским и копт­ским язы­ка­ми. Имен­но он пе­ре­вел на ан­глий­ский мно­гие ок­культ­ные и ма­ги­че­ские тру­ды. Али­стер Кро­ули всту­пил в ор­ден Зо­ло­той За­ри и стал рев­ност­ным адеп­том Ма­зер­са. Од­на­ко вли­я­тель­ные чле­ны ор­де­на вско­ре на­ча­ли вы­ра­жать недо­воль­ство креп­нув­шей друж­бой меж­ду Ма­зер­сом и Кро­ули, и ав­то­ри­тет Ма­зер­са как ру­ко­во­ди­те­ля по­шат­нул­ся. Тут же и Али­стер Кро­ули стал осты­вать к сво­е­му учи­те­лю, раз­вив бур­ную са­мо­сто­я­тель­ную де­я­тель­ность, за­ни­ма­ясь ма­ги­ей и прак­ти­ка­ми ра­джай­о­ги. А в 1904 го­ду, по­сле по­се­ще­ния Егип­та, Али­стер Кро­ули на­чи­на­ет пи­сать «Кни­гу За­ко­на», в ко­то­рой из­ла­га­ет по­ло­же­ния уче­ния Те­ле­мы (от гре­че­ско­го θέλημα — «во­ля»). Яко­бы в Егип­те с ним че­рез его же­ну Ро­зу как че­рез ме­ди­у­ма об­щал­ся ве­ли­кий бог Хор, а так­же его слу­га — некто Ай­вас, на­дик­то­вав­шие текст «Кни­ги За­ко­на». В том же 1904 го­ду Кро­ули окон­ча­тель­но по­ры­ва­ет с быв­шим дру­гом и учи­те­лем Ма­зер­сом и впо­след­ствии в сво­ем ро­мане «Лун­ное Ди­тя» пред­став­ля­ет его как зло­дея и чер­но­го ма­га.

Воль­но­му во­ля

Со­глас­но Те­ле­ме, каж­дый че­ло­век име­ет свою ис­тин­ную во­лю, ко­то­рая долж­на быть узна­на, и при этом не тре­бу­ет­ся по­мощь бо­га или дру­го­го бо­же­ствен­но­го ру­ко­вод­ства. Что­бы узнать ис­тин­ную во­лю, че­ло­век дол­жен осво­бо­дить­ся от бес­со­зна­тель­ных вли­я­ний и взять их под кон­троль со­зна­ния. Кро­ули был осо­бен­но скон­цен­три­ро­ван на осво­бож­де­нии то­го, что на­зы­вал сек­су­аль­ной энер­ги­ей, и на сня­тии раз­лич­ных за­пре­тов, на­ло­жен­ных на сек­су­аль­ность тра­ди­ци­он­ны­ми ре­ли­ги­я­ми. Се­го­дня ис­сле­до­ва­те­ли по­ла­га­ют, что Те­ле­ма Кро­ули — это адап­ти­ро­ван­ная смесь из ри­ту­а­лов Зо­ло­той За­ри, во­сточ­ных уче­ний и за­пад­ной магии, а так­же по-сво­е­му трак­ту­е­мых им йо­ги и тан­тры. Все это из­ряд­но при­прав­ле­но иде­я­ми лю­би­мо­го пи­са­те­ля Кро­ули — Фран­с­уа Ра­б­ле, из­ло­жен­ны­ми в ро­мане «Гар­ган­тюа и Пан­тагрю­эль» при опи­са­нии Те­лем­ско­го аб­бат­ства. Что ж, в об­ра­зо­ван­но­сти, на­чи­тан­но­сти и уме Кро­ули не от­ка­жешь! Вско­ре он и сам ста­но­вит­ся от­цо­мос­но­ва­те­лем соб­ствен­но­го ор­де­на «Се­реб­ря­ная Звез­да». Кро­ули ве­дет до­воль­но бур­ную жизнь, пу­те­ше­ствуя и эпа­ти­руя об­ще­ствен­ность на­ро­чи­то амо­раль­ным по­ве­де­ни­ем. Сло­вом, ста­ра­тель­но на­ра­ба­ты­ва­ет имидж экс­цен­трич­но­го, необыч­но­го че­ло­ве­ка, вы­де­ля­ю­ще­го­ся из об­щей се­рой мас­сы. Он ор­га­ни­зу­ет на Си­ци­лии свое­об­раз­ное «аб­бат­ство» Те­ле­мы, где, окру­жен­ный уче­ни­ка­ми и по­сле­до­ва­те­ля­ми, пус­ка­ет­ся во все тяж­кие, осво­бож­дая сек­су­аль­ную энер­гию: там прак­ти­ко­ва­лась не толь­ко ма­гия, но и бес­по­ря­доч­ные по­ло­вые свя­зи, ор­гии, упо­треб­ле­ние наркотиков. В до­ме Кро­ули бы­ла обо­ру­до­ва­на ком­на­та-Храм, где про­во­ди­лись ми­сте­рии. В цен­тре воз­вы­шал­ся ал­тарь. На него во вре­мя ри­ту­а­лов ло­жи­лась об­на­жен­ная су­пру­га Зве­ря, ино­гда ее за­ме­ня­ла слу­жан­ка Ни­нет­та Ша­му­эй. Под про­тяж­ное пе­ние ма­га они от­да­ва­лись ли­бо ему, ли­бо его адептам, но ча­ще — всем участ­ни­кам ми­сте­рии. В кон­це кон­цов ита­льян­ская по­ли­ция при­ка­зы­ва­ет Кро­ули и его окру­же­нию по­ки­нуть Си­ци­лию. Да и по­том ма­га не еди­но­жды вы­сы­ла­ли из стран Ев­ро­пы. На­чи­на­ют­ся го­ды ски­та­ний и бед­но­сти — со­сто­я­ние Кро­ули рас­та­я­ло как дым. Дни это­го необыч­но­го че­ло­ве­ка за­кон­чи­лись в де­ше­вой го­сти­ни­це в при­мор­ском ан­глий­ском го­ро­де Га­стингс. Маг умер, но де­ло его жи­во и по сию пору — у Те­ле­мы и сей­час мно­го по­сле­до­ва­те­лей. А лич­ность Али­сте­ра Кро­ули вдох­но­ви­ла нема­ло пи­са­те­лей (от Со­мер­се­та Мо­э­ма до Тер­ри Пратт­чет­та) и му­зы­кан­тов, в чьих про­из­ве­де­ни­ях при­сут­ству­ет об­раз скан­даль­но­го ок­куль­ти­ста.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.