Со­чи­ни­тель се­мей­ной муд­ро­сти

Мож­но ли ос­но­вать ре­ли­гию, в ко­то­рой нет ме­ста сверхъ­есте­ствен­но­му? Стать свя­тым, не тво­ря чу­дес? Вдох­но­вить мил­ли­о­ны лю­дей, лич­но на­пи­сав толь­ко од­ну кни­гу и на­дик­то­вав дру­гую? Для это­го по­тре­бо­ва­лось бы стать рав­ным Кон­фу­цию — од­но­му из ве­ли­чай­ших фи­лос

Veliky Providents - - Уникум - Сер­гей ЕВТУШЕНКО

Наслед­ник ро­да Кун

Как пра­ви­ло, ес­ли че­ло­век жил 2,5 ты­ся­чи лет на­зад и впо­след­ствии об­рел ми­ро­вую сла­ву, све­де­ния о его жиз­ни мо­мен­таль­но об­рас­та­ют проч­ней­шей бро­ней из ми­фов. Ну не мог кто-то при­ду­мать уче­ние, раз­рос­ше­е­ся до та­ких мас­шта­бов, не ис­це­ляя при этом неиз­ле­чи­мо боль­ных, не ле­ви­ти­руя или, на ху­дой ко­нец, не из­гнав де­ся­ток-дру­гой де­мо­нов. Не мог ни­кто, кро­ме Кон­фу­ция. Чи­тая био­гра­фию са­мо­го зна­ме­ни­то­го ки­тай­ско­го муд­ре­ца, хо­чет­ся про­те­реть гла­за: где же чу­де­са? Где неве­ро­ят­ные по­дви­ги? Как этот дя­дя, пусть и на ред­кость та­лант­ли­вый, за­нял столь вы­со­кое ме­сто в ис­то­рии?

Нач­нем с то­го, что слово «Кон­фу­ций» — не точ­ное имя, а слег­ка ис­ка­жен­ное ки­тай­ское Кун Фу-цзы, т. е. «учи­тель Кун». Са­мо­го же фи­ло­со­фа зва­ли Кун Цю, он ро­дил­ся в 551 го­ду до на­шей эры и про­ис­хо­дил из ро­да знат­но­го, но из­ряд­но обед­нев­ше­го. Ве­ро­ят­нее все­го, имен­но вы­со­кое про­ис­хож­де­ние поз­во­ли­ло так тща­тель­но за­пи­сать об­сто­я­тель­ства во­круг рож­де­ния и пер­вых лет жиз­ни Кон­фу­ция. Будь он от­прыс­ком ме­нее из­вест но­го се­мей­ства, ин­фор­ма­ция бы ка­ну­ла в небы­тие. Его от­ца Шу­лян Хэ, во­ен­но­го на служ­бе у пра­ви­те­ля кня­же­ства Лу, по­стиг­ло страш­ное по тем вре­ме­нам про­кля­тие — вплоть до 63 лет обе же­ны ро­жа­ли ему ис­клю­чи­тель­но до­че­рей. Да­же в со­вре­мен­ном Ки­тае рождение маль­чи­ка це­нит­ся зна­чи­тель­но вы­ше, что уж го­во­рить о тех дав­них вре­ме­нах? В ка­кой-то мо­мент сын все же по­явил­ся на свет, но на­столь­ко бо­лез­нен­ный, что в наслед­ни­ки не го­дил­ся. В даль­ней­шем о бра­те Кон­фу- ция, про­зван­ном Бо Ни, ис­то­рия умал­чи­ва­ет.

Уда­ча улыб­ну­лась Шу­лян Хэ, ко­гда тот уже по­чти от­ча­ял­ся. Мо­ло­дая на­лож­ни­ца (по дру­гим све­де­ни­ям — тре­тья же­на) Янь Чж­энц­зай все же спра­ви­лась с за­да­чей, ро­див ему здо­ро­во­го маль­чи­ка. Хэ вздох­нул с об­лег­че­ни­ем… Да и скон­чал­ся че­рез пол­то­ра го­да, оста­вив сы­на на по­пе­че­ние двух ста­рых вдов и од­ной мо­ло­дой. По ска­зоч­но­му, но вполне по­нят­но­му мо­ти­ву пер­вые две невзлю­би­ли ни са­му Янь, ни ее от­прыс­ка, и той при­шлось бе­жать из до­ма без гро­ша в кар­мане. Един­ствен­ное, что до­ста­лось юно­му Кон­фу­цию в дар от се­мьи, — па­мять о слав­ном ро­де и ве­ли­ких пред­ках. Все­го осталь­но­го при­шлось до­би­вать­ся са­мо­му.

Бла­го­род­ней­ший из чи­нов­ни­ков

Как вы­яс­ни­лось, па­мять ока­за­лась да­ле­ко не худ­шим на­след­ством. Маль­чик рос, слу­шая ис­то­рии ма­те­ри о по­дви­гах от­ца, и по­ста­вил пе­ред собой цель не опо­зо­рить род. Кон­фу­ций вплот­ную за­нял­ся са­мо­обу­че­ни­ем, при­чем в первую оче­редь ис­кус­ства­ми: без зна­ния кал­ли­гра­фии и уме­ния сла­гать сти­хи в те вре­ме­на ни­кто не мог бы пре­тен­до­вать на зва­ние чи­нов­ни­ка! Его ста­ра­ния быст­ро при­нес­ли пло­ды: уже в 17 лет он за­нял весь­ма вы­со­кий пост хра­ни­те­ля ам­ба­ров кня­же­ства Лу, а че­рез па­ру лет — хра­ни­те­ля ско­та. Сам Кон­фу­ций от­но­сил­ся к долж­но­стям со спо­кой­ным юмо­ром: «Мои сче­та долж­ны быть вер­ны, бы­ки и ов­цы — хо­ро­шо от­корм­ле­ны, и это мои един­ствен­ные за­бо­ты». В 25 лет чи­нов­ни­ку, про­сла­вив­ше­му­ся сво­ей по­ря­доч­но­стью и умом, пред­ло­жи­ли за­нять ме­сто ми­ни­стра пра­во­су­дия, фак­ти­че­ски глав­но­го судьи. Но чест­ное су­дей­ство не мог­ло спа­сти его стра­ну: им­пе­рия Чжоу, в со­став ко­то­рой вхо­ди­ло кня­же­ство Лу, стре­ми­тель­но раз­ва­ли­ва­лась из­нут­ри. Осо­знав свое бес­си­лие, Кон­фу­ций, уже со­здав­ший к то­му мо­мен­ту соб­ствен­ную шко­лу, оста­вил го­су­дар­ствен­ный чин и от­пра­вил­ся в пу­те­ше­ствие. Его це­лью ста­ло на­став­ле­ние на путь ис­тин­ный пра­ви­те­лей дру­гих кня­жеств и об­ла­стей. Нель­зя ска­зать, что он до­стиг в этом ве­ли­ких успе­хов, но при­умно­жил ко­ли­че­ство как уче­ни­ков, так и зна­ний и вер­нул­ся на ро­ди­ну в по­чет­ном воз­расте 60-лет­не­го му­жа. По­след­нее де­ся­ти­ле­тие за­ни­мал­ся лишь обу­че­ни­ем и си­сте­ма­ти­кой ли­те­ра­тур­но­го на­сле­дия про­шло­го. Не слиш­ком за­хва­ты­ва­ю­щая ис­то­рия, прав­да? И все же в Ки­тае жиз­не­опи­са­ние Кон­фу­ция це­нит­ся очень вы­со­ко — воз­мож­но, как раз из-за точ­но­сти и прав­до­по­доб­но­сти. Един­ствен­ным же про­из­ве­де­ни­ем, на­пи­сан­ным лич­но Кон­фу­ци­ем, счи­та­ет­ся ле­то­пис­ный текст «Чу­нь­цю», а из его вы­ска­зы­ва­ний уче­ни­ки со­ста­ви­ли «Лунь Юй» — впо­след­ствии глав­ную кни­гу кон­фу­ци­ан­ства.

На­став­ле­ние на ве­ка

В чем же за­клю­ча­ет­ся уче­ние Кон­фу­ция, ока­зав­шее нево­об­ра­зи­мое вли­я­ние на Азию с глу­бо­кой древ­но­сти до на­ших дней, иг­рав­шее в им­пе­ра­тор­ском Ки­тае роль как идео­ло­гии, так и ре­ли­гии сот­ни, ты­ся­чи лет? Фак­ти­че­ски это про­сто-на­про­сто ко­декс по­ве­де­ния для граж­да­ни­на го­су­дар­ства, сле­дуя ко­то­ро­му мож­но по стро­ить иде­аль­ное об­ще­ство. Об­ще­ство, в ко­то­ром глав­ную роль иг­ра­ет гар­мо­ния, а каж­дый че­ло­век вы­сту­па­ет как вин­тик в хо­ро­шо от­ла­жен­ном ме­ха­низ­ме. Вин­тик, впро­чем, в са­мом луч­шем смыс­ле сло­ва.

Вот глав­ные до­сто­ин­ства, ко­и­ми на­до об­ла­дать пра­вед­но­му му­жу: он обя­зан быть ми­ло­серд­ным, спра­вед­ли­вым, сле­до­вать тра­ди­ци­ям, быть муд­рым и ис­крен­ним. Он дол­жен бес­пре­ко­слов­но под­чи­нять­ся вы­ше­сто­я­ще­му на­чаль­ству, так же как и ему долж­ны под­чи­нять­ся под­чи­нен­ные и чле­ны се­мьи. Кон­фу­ций по­ла­гал, что гар­мо­ния мо­жет быть до­стиг­ну­та толь­ко в том слу­чае, ко­гда го­су­дар­ство вос­при­ни­ма­ет­ся как боль­шая се­мья, а се­мья — как ма­лень­кое го­су­дар­ство. Ес­ли пра­ви­тель как стра­ны, так и се­мьи несет в се­бе все ка­че­ства пра­вед­но­го му­жа, что спо­соб­но по­ко­ле­бать его? В при­мер ста­вил­ся ми­фи­че­ский зо­ло­той век, су­ще­ство­вав­ший за­дол­го до рож­де­ния Кон­фу­ция, ко­гда чи­нов­ни­ки не во­ро­ва­ли, им­пе­ра­тор ду­мал о на­ро­де, а простые лю­ди жи­ли в до­стат­ке. Уди­ви­тель­но при­вле­ка­тель­ный и вме­сте с тем до бо­ли знакомый об­раз!

Хо­тя кон­фу­ци­ан­ство неиз­мен­но ста­ви­ло об­щие ин­те­ре­сы над част­ны­ми и за­пре­ща­ло вы­ска­зы­вать мне­ние, от­лич­ное от на­чаль­ствен­но­го, как ни стран­но, для Ки­тая оно сра­бо­та­ло на ура. Воз­мож­но, по­то­му, что по­гряз­ший в меж­до­усо­би­цах ре­ги­он с радостью хва­тал­ся за идео­ло­гию, ос­но­ван­ную на еди­ной вла­сти, ста­биль­но­сти и се­мей­ных цен­но­стях. Воз­мож­но, по­то­му, что на­ря­ду с бес­пре­ко­слов­ным под­чи­не­ни­ем Кон­фу­ций неиз­мен­но де­лал упор на необ­хо­ди­мость гу­ма­низ­ма, вос­пи­та­ния и об­ра­зо­ва­ния. Со вре­ме­нем его уче­ние столь плот­но про­пи­та­ло ази­ат­ское об­ще­ство, что то на­ча­ло сле­до- вать ему «по умол­ча­нию». Ки­та­ец ува­жал се­мью, по­кло­нял­ся пред­кам, со­блю­дал об­ря­ды и ри­ту­а­лы, под­чи­нял­ся на­чаль­ству и, ес­ли да­же впо­след­ствии при­ни­мал буд­дизм, дао­сизм или хри­сти­ан­ство, в ду­ше все рав­но оста­вал­ся по­сле­до­ва­те­лем Кон­фу­ция.

По­нять Кон­фу­ция

Да­же со­ци­а­ли­сти­че­ский ре­жим не смог уни­что­жить вли­я­ние кон­фу­ци­ан­ства в Ки­тае, хо­тя и по­ко­ле­бал его незыб­ле­мый ав­то­ри­тет. Ко­неч­но, к на­ча­лу XX ве­ка уче­ние муд­ре­ца, жив­ше­го за­дол­го до на­шей эры, пре­тер­пе­ло су­ще­ствен­ные из­ме­не­ния, рас­хо­дясь на де­сят­ки вет­вей и сли­ва­ясь с ев­ро­пей­ским вос­при­я­ти­ем ми­ра. Нео­кон­фу­ци­ан­ство рас­полз­лось по ми­ру, най­дя се­бе ме­сто как в дру­гих ази­ат­ских стра­нах, так и в необыч­ных ме­стах вро­де Бо­сто­на в 1970-х го­дах. Учи­ты­вая ослаб­ле­ние со­ци­а­ли­сти­че­ской идео­ло­гии в кон­це XX — на­ча­ле XXI ве­ка в Ки­тае, свод пра­вил для пра­вед­но­го му­жа вновь на­чал на­би­рать по­пу­ляр­ность, тем бо­лее что для это­го ему не тре­бо­ва­лось ни хра­мов, ни жре­цов.

Что­бы по­нять фе­но­мен аб­со­лют­но неве­ро­ят­ной по­пу­ляр­но­сти Кон­фу­ция, нуж­но… На­вер­ное, не так уж и мно­го. Кто-то ска­жет, что по-на­сто­я­ще­му кон­фу­ци­ан­ство мо­жет про­чув­ство­вать толь­ко жи­тель Ки­тая, кто-то нач­нет рас­суж­дать о ты­ся­че­лет­ней ис­то­рии, и в чем-то они бу­дут пра­вы. Но ведь се­мей­ные цен­но­сти и по­ве­де­ние, пред­по­ла­га­ю­щее ми­ло­сер­дие и ис­крен­ность, столь же нуж­ны в на­ши дни, как и це­лую веч­ность на­зад. Кон­фу­ций яв­но это по­ни­мал — и по­то­му остал­ся в па­мя­ти ци­ви­ли­за­ции как ве­ли­чай­ший из муд­ре­цов.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.