Не­рав­ный брак жи­во­пис­ца Брюл­ло­ва

…С дет­ства так груст­но бы­ло смот­реть на кар­ти­ну «Не­рав­ный брак». Вот злой ста­рик; он же­нит­ся на мо­ло­день­кой невин­ной де­вуш­ке, ко­то­рая пе­чаль­но сми­ри­лась со сво­ей уча­стью. Ве­ро­ят­но, за­муж ее вы­да­ли алч­ные род­ные — из-за бо­гат­ства зло­го ста­ри­ка.

Veliky Providents - - Рок и судьба - Ан­на КИРЬЯНОВА, пси­хо­лог-фи­ло­соф, пи­са­тель.

Ды­ха­ние тра­ге­дии

Вен­ча­ние из­вест­но­го жи­во­пис­ца Кар­ла Пав­ло­ви­ча Брюл­ло­ва от­ча­сти на­по­ми­на­ло со­бы­тие, изоб­ра­жен­ное на по­лотне Пу­ки­ре­ва. Толь­ко про­ис­хо­ди­ло дей­ство не в пра­во­слав­ной церк­ви, а в кир­хе. Осталь­ное по­хо­же: же­ни­ху по­чти 40 лет — по­жи­лой че­ло­век по тем вре­ме­нам, по­жив­ший, по­и­с­тас­кав­ший­ся, лю­би­тель вы­пить, слег­ка неурав­но­ве­шен­ный, глу­хой на од­но ухо… Это отец в дет­стве уда­рил ма­лень­ко­го Кар­лу­шу так, что ре­бе­нок оглох. Же­них был мра­чен; он «непри­лич­но под­го­нял пас­то­ра» и не смот­рел на юную пре­лест­ную неве­сту, ко­то­рая бы­ла блед­на и за­дум­чи­ва, в точ­но­сти как де­вуш­ка на кар­тине «Не­рав­ный брак». Горст­ка го­стей недо­умен­но пе­ре­гля­ды­ва­лась. Что слу­чи­лось? По­че­му вме­сто пыш­ной сва­дьбы та­кой ко­рот­кий об­ряд? И обе­да не бу­дет — Брюл­лов да­же рост­би­фа не за­ка­зал! Хо­тя так недав­но он был вос­тор­жен, ве­сел, стро­ил пла­ны и до­воль­но саль­но шу­тил про свою неве­сту Эми­лию, на­зы­вая ее «мой иде­аль­чик»: этот, мол, иде­аль­чик по­ско­рее бы под оде­яль­чик!

Эми­лия меж тем бы­ла на­ту­рой воз­вы­шен­ной. Дочь риж­ско­го бур­го­мист­ра Геор­га Фри­дри­ха Тим­ма, че­ло­ве­ка про­грес­сив­но­го и об­ра­зо­ван­но­го. Бра­ла уро­ки му­зы­ки у луч­ших му­зы­кан­тов по вы­бо­ру от­ца и са­ма в 16 лет да­ла пер­вый урок. Ее уче­ни­ком стал ма­лень­кий Ан­то­ша Ру­бин­штейн. Эми­лия бы­ла пре­крас­на, об­ра­зо­ван­на, та­лант­ли­ва, но отец ее по­че­му-то стре­ми­тель­но со­гла­сил­ся на брак до­че­ри с немо­ло­дым жи­во­пис­цем Брюл­ло­вым. Вот и сва­дьба, на ко­то­рой же­них мра­чен и раз­дра­жен, а неве­ста пе­чаль­на и блед­на. По­то­му что оба чув­ству­ют: тра­ге­дия не за го­ра­ми.

Не от­ме­нять же сва­дьбу!

Не­при­ят­ная тай­на ста­ла из­вест­на Брюл­ло­ву на­ка­нуне вен­ча­ния: неве­ста не невин­на. Впро­чем, име­ни лю­бов­ни­ка де­вуш­ка не от­кры­ла, толь­ко ли­ла сле­зы… Но не от­ме­нять же сва­дьбу… В кон­це кон­цов, Эми­лии все­го 18 лет, кто не со­вер­шал оши­бок в этом воз­расте, кто не под­да­вал­ся со­блаз­нам? Сам Карл под­да­вал­ся, да еще как! Так мно­го кра­са­виц пе­ре­бы­ва­ло в его объ­я­ти­ях, и в Рос­сии, и в Ита­лии. Он быст­ро про­явил свой та­лант, стал зна­ме­ни­тым жи­во­пис­цем, лю­бим­цем об­ще­ства. К то­му же был очень кра­сив. Куд­ри, страст­ный взгляд, пра­виль­ные чер­ты ли­ца. Необы­чай­но хо­ро­ша со­бой бы­ла и гра­фи­ня Юлия Са­мой­ло­ва, с ко­то­рой жи­во­пи­сец встре­тил­ся в са­лоне кня­ги­ни Зи­на­и­ды Вол­кон­ской — и про­пал. Юлия при­зна­лась в люб­ви «бес­цен­но­му Брюл­лош­ке», од­на­ко быть с ним не по­же­ла­ла: кру­ти­ла ро­ма­ны на­пра­во и на­ле­во, не стес­ня­ясь мне­ни­ем об­ще­ства. И Кар­ла по­буж­да­ла рас­ска­зы­вать о его увле­че­ни­ях: по­че­му бы и нет? Сво­бо­да от­но­ше­ний и лю­бовь мо­гут пре­крас­но ужи­вать­ся в серд­це! Брюл­лов стра­дал, ему нелег­ко бы­ло де­лить воз­люб­лен­ную с дру­ги­ми, и он пи­сал ее порт­ре­ты, за­пе­чат­ле­вал пре­крас­ный об­раз в сво­их кар­ти­нах…

Юлия бы­ла со­вер­шен­но пра­ва: Карл яв­лял­ся на­ту­рой увле­ка­ю­щей­ся, страст­ной. Гра­фи­ня уже пе­ре­жи­ла из­ме­ну му­жа — че­рез ме­сяц по­сле сва­дьбы. И по­ни­ма­ла, что из­ме­ны и увле­че­ния мо­гут про­изой­ти ко­гда угод­но и с кем угод­но, луч­ше дер­жать ди­стан­цию и со­хра­нять сво­бо­ду… Их стран­ный ро­ман длил­ся до­воль­но дол­го, по­ка Брюл­лов не встре­тил неж­ную де­вуш­ку Эми­лию. Встре­тил и за­ду­мал же­нить­ся — в са­мом де­ле, по­ра! Со­рок лет — тот воз­раст, ко­гда хо­чет­ся иметь се­мью, де­тей, уют и соб­ствен­ный дом…

При­нуж­ден­ный мол­чать

Се­мьи не вышло… «Брюл­лов из­бил мо­ло­дую же­ну, вы­гнал ее на хо­лод­ную ули­цу в од­ной со­роч­ке и вы­рвал из ушей серь­ги вме­сте с моч­ка­ми!» — вот что про­изо­шло че­рез ме­сяц по­сле сва­дьбы. И вот о чем го­во­ри­ло с него­до­ва­ни­ем все пе­тер­бург­ское об­ще­ство. Кро­ме то­го, Брюл­лов в пья­ном ви­де уда­рил бу­тыл­кой по го­ло­ве от­ца Эми­лии, бур­го­мист­ра Геор­га Фри­дри­ха Тим­ма. Это про­сто звер­ство ка­кое-то! С ху­дож­ни­ком пе­ре­ста­ли об­щать­ся, его кар­ти­ны вы­бро­си­ли из га­ле­рей, но­вых ни­кто не за­ка­зы­вал. Ста­рик с кар­ти­ны «Не­рав­ный брак» по­ка­зал свое ис­тин­ное ли­цо! Раз­де­лал­ся с крот­кой юной же­ной! От­ца несчаст­ной из­бил! И это при­том что мо­ло­дые оби­та­ли в до­ме от­ца Эми­лии. Бур­го­мистр очень на­ста­и­вал на этом, он про­сто не мог пред­ста­вить се­бе жиз­ни без лю­би­мой до­че­ри.

В до­ме Тим­ма тай­на неве­сты и от­кры­лась: ста­ло из­вест­но имя лю­бов­ни­ка Эми­лии. Это был ее соб­ствен­ный па­па! В по­сте­ли с от­цом за­стал жи­во­пи­сец свою же­ну… Что про­изо­шло в этот мо­мент — труд­но ска­зать. Воз­мож­но, аф­фект и слу­чил­ся, удив­лять­ся осо­бо нече­му. Скан­дал со­вер­шен­но точ­но про­изо­шел, и устро­ен он был весь­ма уме­ло. Те­перь бед­ная Эми­лия оста­нет­ся с от­цом! Нель зя от­да­вать ее в ла­пы пья­но­го чу­до­ви­ща. Кста­ти, непло­хо бы в су­деб­ном по­ряд­ке взыс­кать с чу­до­ви­ща пен­сию, ведь Эми­лии на­до на что-то жить, уни­жен­ной и опо­зо­рен­ной. Пен­сию бур­го­мистр с до­че­рью вы­тре­бо­ва­ли, кро­ме то­го за­бра­ли се­бе кар­ти­ны Брюл­ло­ва, ко­то­рые на­хо­ди­лись в до­ме. А Карл да­же рас­ска­зать тол­ком не мог о про­изо­шед­шем: све­де­ния оста­лись толь­ко в цер­ков­ных кру­гах, где ху­дож­ни­ку мо­мен­таль­но да­ли раз­ре­ше­ние на раз­вод.

Жизнь Эми­лии по­сле раз­во­да с Брюл­ло­вым сло­жи­лась вполне бла­го­по­луч­но. Она вы­шла за­муж, ро­ди­ла де­тей, страст­ный па­па пре­вра­тил­ся в доб­ро­го де­душ­ку. А вот у Брюл­ло­ва де­тей не бы­ло. По­чти ни­че­го уже не бы­ло: он жил у сво­е­го дру­га, скуль­пто­ра Клод­та. Тот был в кур­се си­ту­а­ции, но ни­чем не мог по­мочь, кро­ме как кро­вом — не все мож­но рас­ска­зы­вать, есть ве­щи гнус­ные на­столь­ко, что о них луч­ше мол­чать.

И не мог­ли на­го­во­рить­ся…

Спас­ла Брюл­ло­ва его веч­ная воз­люб­лен­ная — недо­ся­га­е­мая Юлия Са­мой­ло­ва. Она при­мча­лась из Ита­лии в Пе­тер­бург, при­ня­ла са­мое де­я­тель­ное уча­стие в вос­ста­нов­ле­нии ре­пу­та­ции Кар­ла: по­тра­ти­ла огром­ные день­ги, что­бы его кар­ти­ны сно­ва вы­став­ля­ли, ис­поль­зо­ва­ла все свои свя­зи при дво­ре. И — са­мое глав­ное — ез­ди­ла с Брюл­ло­вым на про­гул­ки… Они все го­во­ри­ли и го­во­ри­ли и не мог­ли на­го­во­рить­ся…

Ула­див де­ла, Юлия по­це­ло­ва­ла «бес­цен­но­го Брюл­лош­ку» и ис­чез­ла сно­ва. Боль­ше они не ви­де­лись, по край­ней ме­ре в зем­ной жиз­ни, ко­то­рой не так уж мно­го оста­ва­лось ху­дож­ни­ку…

Юлия пе­ре­жи­ла Кар­ла по­чти на чет­верть ве­ка. От гро­мад­но­го ее со­сто­я­ния ни­че­го не оста­лось. Со­хра­ни­лись толь­ко кар­ти­ны Брюл­ло­ва, ко­то­рые она не бра­ла в по­да­рок — по­ку­па­ла тай­но. И с эти­ми кар­ти­на­ми Са­мой­ло­ва не рас­ста­лась да­же в бед­ной ста­ро­сти. Лю­ди ухо­дят, кар­ти­ны оста­ют­ся. И не все­гда мож­но по­нять их смысл с пер­во­го взгля­да.

Ва­си­лий Пу­ки­рев. Не­рав­ный брак. 1862 г.

Карл Брюл­лов. Ав­то­порт­рет. 1848 г.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.