Тер­рор ста­но­вит­ся важ­ней­шим ору­жи­ем

Вой­на с ис­поль­зо­ва­ни­ем ак­ций за­пу­ги­ва­ния при­об­ре­та­ет пер­ма­нент­ный ха­рак­тер, ста­но­вясь неот­ли­чи­мой от ми­ра

Vlast Deneg - - ГЕОПОЛИТИКА -

Ис­то­рия тер­ро­ра раз­би­ва­ет­ся на две от­дель­ных его раз­но­вид­но­сти: мас­со­вый и ин­ди­ви­ду­аль­ный. Ин­ди­ви­ду­аль­ный тер­рор по­стро­ен на экс­плу­а­та­ции жи­вот­ных стра­хов кон­крет­но­го ли­ца, за­ни­ма­ю­ще­го в со­ци­у­ме ка­ку­юли­бо важ­ную по­зи­цию. Мас­со­вый опе­ри­ру­ет жи­вот­ны­ми стра­ха­ми боль­шо­го ко­ли­че­ства лю­дей. В обо­их слу­ча­ях рас­чет тер­ро­ри­стов ос­но­ван на том, что под вли­я­ни­ем стра­ха жерт­вы тер­ро­ра (речь не о тех, кто ока­жет­ся в боль­ни­це или на клад­би­ще, для тер­ро­ри­ста они за ред­ким ис­клю­че­ни­ем все­го лишь рек­ви­зит) из­ме­нят свое по­ве­де­ние в хо­де вы­пол­не­ния от­ве­ден­ной им в со­ци­у­ме ро­ли. Важ­но под­черк­нуть этот мо­мент: це­ля­ми тер­ро­ри­стов и их жерт­ва­ми вы­сту­па­ют не по­стра­дав­шие, а те, чье по­ве­де­ние долж­но из­ме­нить­ся под вли­я­ни­ем стра­ха. Что ка­са­ет­ся чис­ла по­гиб­ших и ма­те­ри­аль­но­го ущер­ба, на­но­си­мо­го в хо­де тер­ро­ри­сти­че­ских ак­ций, то они все­гда незна­чи­тель­ны: три че­ло­ве­ка или три ты­ся­чи, мил­ли­он дол­ла­ров или миллиард — это ка­жет­ся огром­ным для кон­крет­но­го че­ло­ве­ка, но не в мас­шта­бах стра­ны.

Обе раз­но­вид­но­сти тер­ро­ра име­ют свои пре­иму­ще­ства и недо­стат­ки. Пер­вая хо­ро­ша в об­ще­ствах с силь­ной вер­ти­ка­лью вла­сти, вто­рая эф­фек­тив­нее там, где управ­ле­ние рас­пре­де­ле­но бо­лее го­ри­зон­таль­но, то есть силь­ны де­мо­кра­ти­че­ские ин­сти­ту­ты. Тер­рор, по су­ти, яв­ля­ет­ся пе­ре­ход­ной ме­то­ди­кой меж­ду мир­ны­ми ме­то­да­ми воз­дей­ствия и соб­ствен­но вой­ной в ее клас­си­че­ском по­ни­ма­нии: уже не вполне мир, но еще не со­всем вой­на.

42

Итак, чис­ло жертв тер­ак­тов и на­не­сен­ный ими ущерб не име­ют боль­шо­го зна­че­ния. Зна­че­ние име­ет толь­ко всплеск жи­вот­но­го стра­ха, дез­ор­га­ни­зу­ю­щий нор­маль­ные мыс­ли­тель­ные про­цес­сы в ата­ку­е­мом со­ци­у­ме и, как след­ствие, за­став­ля­ю­щий его при­ни­мать невер­ные ре­ше­ния. При этом аб­со­лют­ное боль­шин­ство жертв тер­ро­ра узна­ют о тер­ак­те из СМИ — чис­ло непо­сред­ствен­ных сви­де­те­лей столь ни­чтож­но, а их сви­де­тель­ства столь ма­ло­зна­чи­мы, что ими мож­но пре­не­бречь. Од­на­ко осо- бен­но­сти рас­про­стра­не­ния и из­го­тов­ле­ния ин­фор­ма­ции в ин­тер­не­те, а так­же тех­но­ло­гии со­зда­ния кон­тен­та се­го­дня поз­во­ля­ют эф­фек­тив­но опе­ри­ро­вать не толь­ко сре­жис­си­ро­ван­ны­ми, но и про­сто вы­мыш­лен­ны­ми со­бы­ти­я­ми. Те­р­акт как та­ко­вой ста­но­вит­ся в прин­ци­пе необя­за­тель­ным. За­то важ­ней­шее зна­че­ние при­об­ре­та­ет его по­да­ча. Так что бу­ду­щее — за вир­ту­а­ли­за­ци­ей тер­ро­ра, «вир­ро­риз­мом».

Здесь на­до за­ме­тить, что ре­аль­ные тер­ак­ты, как, кста­ти, и ре­аль­ные во­ен­ные дей­ствия, в прин­ци­пе ма­ло­зре­лищ­ны. Во­ен­ные фо­то- и ви­део­кор­ре­спон­ден­ты дав­но это зна­ют. Боль­шая часть кон­тен­та, по­став­ля­е­мо­го ими, — ли­бо ре­кон­струк­ция ре­аль­ных со­бы­тий, разыг­ран­ная пе­ред ка­ме­рой, ли­бо по­ста­нов­ка от на­ча­ла до кон­ца. И да­же немно­го­чис­лен­ные под­лин­ные фо­то- и ви­деодо­ку­мен­ты, за­те­сав­ши­е­ся в этот по­ток, на­мно­го про­иг­ры­ва­ют в воз­дей­ствии на со­зна­ние це­ле­вой ауди­то­рии, чем по­ста­но­воч­ные ма­те­ри­а­лы. Что ка­са­ет­ся, к при­ме­ру, ху­до­же­ствен­ных филь­мов о войне,

Чис­ло жертв тер­ак­тов и на­не­сен­ный ими ущерб не име­ют боль­шо­го зна­че­ния. Зна­че­ние име­ет толь­ко всплеск жи­вот­но­го стра­ха, дез­ор­га­ни­зу­ю­щий нор­маль­ные мыс­ли­тель­ные про­цес­сы в ата­ку­е­мом со­ци­у­ме и, как след­ствие, за­став­ля­ю­щий его при­ни­мать невер­ные ре­ше­ния

то их эмо­ци­о­наль­ное воз­дей­ствие несрав­ни­мо ни с ка­кой до­ку­мен­та­ли­сти­кой или да­же псев­до­до­ку­мен­та­ли­сти­кой.

Та­ким об­ра­зом, эф­фек­тив­ное воз­дей­ствие тер­ро­ра на его жертв до­сти­жи­мо пу­тем при­ме­не­ния «двух­сту­пен­ча­той» тех­но­ло­гии: вслед за опо­ве­ще­ни­ем о фак­те тер­ро­ра, воз­мож­но, да­же лож­ном, но непро­ве­ря­е­мом и при­ни­ма­е­мом за ис­тин­ное, сле­ду­ет по­дроб­ное осве­ще­ние и ис­тол­ко­ва­ние это­го фак­та, при­чем ху­до­же­ствен­ность и эмо­ци­о­наль­ная на­сы­щен­ность

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.