От русь­ко­го пле­ме­ни до пре­тен­зий Моск­вы. Как ры­ца­ри в ка­за­ков пре­вра­ти­лись

Дол­гое вре­мя укра­ин­цам бы­ло не важ­но, в ка­ком го­су­дар­стве они жи­вут

Vlast Deneg - - ШОПОМАН–ПРОМО -

Один из са­мых груст­ных пла­чей укра­ин­ских пат­ри­о­тов о том, что в XIV в. Укра­и­на пе­ре­шла «под Лит­ву», а с се­ре­ди­ны XVI в.— под Поль­шу. Прав­да, то­гдаш­ним укра­ин­цам бы­ло все рав­но, в ка­кой дер­жа­ве они на­хо­дят­ся. На­род был бо­е­вой, си­дел под кре­по­стя­ми и от­би­вал­ся муш­ке­том да­же на кре­стьян­ских по­лях — это на­зы­ва­лось «на сто­ро­же» или «в ор­дын­ке». Так про­дол­жа­лось лет две­сти, по со­вре­мен­но­му ев­ро­пей­ско­му под­хо­ду — во­семь по­ко­ле­ний.

Русь­кое пле­мя поль­ской на­ции

За­мет­ным про­цес­сом в Га­ли­ции и За­пад­ной По­до­лии в XIV–XV вв. ста­ла за­пад­ная ко­ло­ни­за­ция, вы­зван­ная за­пу­сте­ни­ем зе­мель по­сле та­тар­ских на­бе­гов и крайне мед­лен­ным вос­ста­нов­ле­ни­ем го­род­ской жиз­ни. На­чал­ся он еще при Да­ни­ле Га­лиц­ком, ко­то­ро­му при­хо­ди­лось ре­ани­ми­ро­вать слои об­ще­ства, вы­би­тые мон­го­ла­ми, но крайне необ­хо­ди­мые для мест­ной эко­но­ми­ки. На га­лиц­кие зем­ли при­бы­ва­ли поль­ские шлях­ти­чи, ча­сто со сво­и­ми кре­стья­на­ми, а го­ро­да по эт­ни­че­ско­му со­ста­ву ста­но­ви­лись поль­ски­ми, немец­ки­ми, ев­рей­ски­ми. Нем­цы по­сте­пен­но рас­тво­ря­лись в го­род­ской ка­то­ли­че­ской сре­де и по­ло­ни­зи­ро­ва­лись. Украинцы-ру­си­ны про­дол­жа­ли оста­вать­ся в ос­нов­ном сель­ски­ми жи­те­ля­ми и быв­ши­ми кня­жи­ми бо­яра­ми или бо­яр­ски­ми слу­га­ми (во­ен­ное со­сло­вие), ко­то­рые с раз­ви­ти­ем за­ко­но­да­тель­ства ста­но­ви­лись шлях­ти­ча­ми.

Как при­шель­цев, так и мест­ных бо­яр бес­по­ко­ил их со­ци­аль­ный ста­тус, за­ви­сев­ший от ста­ту­са са­мой Га­ли­ции. В 1434 г. Ед­лин­ской при­ви­ле­ги­ей ста­тус Га­лиц­кой Ру­си был при­рав­нен к ста­ту­су дру­гих во­е­водств Поль­ши. Воз­ник­ло Русь­кое во­е­вод­ство. Это был пе­ре­лом­ный мо­мент для фор­ми­ро­ва­ния мест­но­го шля­хет­ско­го со­сло­вия, ко­то­рое объ­еди­ни­ло в сво­ей сре­де и ка­то­ли­че­ское, и пра­во­слав­ное ры­цар­ство, поль­зу­ю­ще­е­ся зна­чи­тель­ны­ми пра­ва­ми и сво­бо­да­ми. Этот про­цесс про­ис­хо­дил па­рал­лель­но с фор­ми­ро­ва­ни­ем в Поль­ше строя шля­хет­ской де­мо­кра­тии, за­креп­лен­но­го уже в на­ча­ле XVI в. Мно­гие ру­си­ны на­ча­ли де­лать ка­рье­ру, в част­но­сти — при ко­ро­лев­ском дво­ре. Но эта со­ци­аль­ная мо­биль­ность и пе­ре­ори­ен­та­ция на поль­ские стан­дар­ты нес­ли с со­бой по­ло­ни­за­цию и пе­ре­ход в ка­то­ли­че­ство. Лишь шлях­та, вы­рос­шая из «пан­цир­ных слуг бор­ских», со­хра­ня­ла пра­во­слав­ную ве­ру сво­их пред­ков.

При­над­леж­ность шлях­ты к «поль­ской по­ли­ти­че­ской на­ции» из Ру­си сфор­ми­ро­ва­ла сте­рео­тип шлях­ти­ча «русь­ко­го пле­ме­ни поль­ской на­ции». При­жи­лось пред­став­ле­ние о бла­го­род­ном ры­цар­стве, по ста­ту­су (не по сред­ствам) рав­но­му в сво­ей сре­де — в от­ли­чие от За­пад­ной Ев­ро­пы с ее раз­де­ле­ни­ем на ти­ту­ло­ван­ную ари­сто­кра­тию и обыч­ных дво­рян. Этот «на­род-шлях­та» воз­во­дил свое про­ис­хож­де­ние к древним сар­ма­там, от од­ной из ча­сти ко­то­рых (рок­со­лан) по то­гдаш­ним пред­став­ле­ни­ям про­изо­шла и шлях­та русь­кая.

Важ­ным для по­ли­ти­че­ской куль­ту­ры Га­лиц­кой Ру­си бы­ло раз­ви­тие шля­хет­ско­го са­мо­управ­ле­ния, ко­то­рое ра­бо­та­ло че­рез си­сте­му ло­каль­ных со­бра­ний-сей­ми­ков, и рас­про­стра­не­ние го­род­ско­го са­мо­управ­ле­ния на ос­но­ве Маг­де­бург­ско­го пра­ва (с 1356 г.). При­ход ла­тин­ско­го об­ра­зо­ва­ния от­крыл для ру­си­нов во­ро­та ев­ро­пей­ских уни­вер­си­те­тов. Один из ярких при­ме­ров — аст­ро­ном и ме­дик Юрий Дро­го­быч, быв­ший в 1481–1482 гг. рек­то­ром Бо­лон­ско­го уни­вер­си­те­та. При­шли с За­па­да и ве­я­ния Ре­нес­сан­са, от­ра­зив­ши­е­ся на бур­ном раз­ви­тии ли­те­ра­ту­ры и ис­кус­ства Га­лиц­кой Ру­си в XVI в.

Ли­тов­ский кон­гло­ме­рат

Что ка­са­ет­ся тер­ри­то­рий на во­сто­ке, то ли­тов­ские кня­зья в се­ре­дине XIV в. за­вер­ши­ли свое «со­би­ра­ние русь­ких зе­мель». Оно про­шло без осо­бых во­ен­ных уси­лий: ли­тов­цы до­сти­га­ли ком­про­мис­сов с мест­ны­ми эли­та­ми, бы­ли ве­ро­тер­пи­мы (ибо еще оста­ва­лись языч­ни­ка­ми) и ча­сто вы­сту­па­ли в ро­ли осво­бо­ди­те­лей сла­вян­ско­го на­се­ле­ния от ор­дын­ско­го кон­тро­ля. Чис­лен­ное и куль­тур­ное до­ми­ни­ро­ва­ние ру­син­ско­го на­се­ле­ния де­ла­ло кня­же­ство «ли­тов­ским» толь­ко по при­выч­но­му нам на­зва­нию. В дей­стви­тель­но­сти го­су­дар­ство офи­ци­аль­но на­зы­ва­лось Ве­ли­кое кня­же­ство Ли­тов­ское, Же­ма­ит­ское и Рус­ское. В се­ре­дине XIV в., по­сле Си­не­вод­ской бит­вы 1362 г., ли­тов­цы объ­еди­ни­ли под сво­ей вла­стью клю­че­вые зем­ли Древ­ней Ру­си— за ис­клю­че­ни­ем Нов­го­ро­да, Пс­ко­ва и кня­жеств бу­ду­щей Цен­траль­ной Рос­сии.

До кон­ца XIV в. Лит­ва пред­став­ля­ла со­бой кон­гло­ме­рат кня­жеств, во гла­ве ко­то­рых сто­я­ли мно­го­чис­лен­ные Ге­ди­ми­но­ви­чи — по­том­ки ве­ли­ко­го кня­зя Ге­ди­ми­на (1316– 1341). На Во­лы­ни, в Ки­е­ве и Чер­ни­го­ве то­же про­дол­жи­ли свою ис­то­рию мест­ные кня­же­ства, креп­ко си­дя­щие на тра­ди­ци­ях древ­не­рус­ской пре­ем­ствен­но­сти. Дру­гая «фа­ми­лия» пра­вя­щей ди­на­стии ма­ло что ме­ня­ла в обы­ден­ном те­че­нии жиз­ни.

Раз­ви­тие это­го фе­де­ра­тив­но­го «ри­мей­ка» Ру­си бы­ло оста­нов­ле­но уси­ле­ни­ем агрес­сии немец­ких ры­ца­рей в При­бал­ти­ке и пре­ры­ва­ни­ем ко­ро­лев­ской ди­на­стии в Поль­ше. По Крев­ской лич­ной унии 1385 г. поль­ский король и ве­ли­кий князь ли­тов­ский Ягай­ло Оль­гер­до­вич объ­еди­нил Лит­ву и Поль­шу под сво­ей вла­стью — на­чал­ся про­цесс по­ли­ти­че­ской и ре­ли­ги­оз­ной ин­те­гра­ции. Русь­кое куль­тур­ное на­сле­дие че­рез неко­то­рое вре­мя пе­ре­ста­ло от­ве­чать мно­гим тре­бо­ва­ни­ям вре­ме­ни: кон­сер­ва­тив­ное во­сточ­ное хри­сти­ан­ство по сво­е­му об­ра­зо­ва­тель­но­му и об­ще­куль­тур­но­му уров­ню все бо­лее от­ста­ва­ло от за­пад­но­го.

Са­мым из­вест­ным до­сти­же­ни­ем Унии ста­ла по­бе­да над тев­тон­ски­ми ры­ца­ря­ми под Грюн­валь­дом в 1410-м. Но про­цесс срас­та­ния двух го­су­дарств не был непре­рыв­ным, встре­чая вре­мя от вре­ме­ни жест­кую оп­по­зи­цию в Лит­ве и на Ру­си. Сна­ча­ла Ве­ли­кое кня­же­ство от­во­е­вал в 1392-м у ко­ро­ля Ягай­ла его дво­ю­род­ный брат Ви­то­вт Ве­ли­кий (1392–1430). Он про­во­дил цен­тра­ли­за­тор­скую по­ли­ти­ку и упразд­нил по­лу­не­за­ви­си­мые кня­же­ства, на­прав­ляя в русь­кие го­ро­да сво­их на­мест­ни­ков. Та­кие дей­ствия при­ве­ли к фор­ми­ро­ва­нию двух пар­тий зна­ти — услов­но «ли­тов­ской» и «русь­кой». Во гла­ве пар­тий сто­я­ли все те же Ге­ди­ми­но­ви­чи, но од­ни вы­сту­па­ли за уси­ле­ние кон­тро­ля Виль­но, а дру­гие, «об­ру­сев­шие», от­ста­и­ва­ли сво­бо­ды мест­ных элит. Наи­бо­лее яр­ким пер­со­на­жем ди­на­сти­че­ской вой­ны 1430-х го­дов был князь Свид­ри­гай­ло Оль­гер­до­вич — ли­дер «русь­кой пар­тии», раз­вер­нув­ший бур­ную де­я­тель­ность с при­вле­че­ни­ем Ма­зо­вец­ко­го кня­же­ства, та­тар и Моск­вы. Смерть его ви­лен­ско­го кон­ку­рен­та Зиг­мун­та в 1430 г. при­ве­ла к до­сти­же­нию ком­про­мис­са: Во­лынь бы­ла от­да­на Свид­ри­гай­лу, а Ки­ев — Вла­ди­ми­ру Оль­гер­до­ви­чу. В Ки­е­ве эта ди­на­стия пра­ви­ла на про­тя­же­нии трех по­ко­ле­ний — до 1470-го. Ком­про­мисс успо­ко­ил знать русь­ких зе­мель, и по­ли­ти­че­ская ак­тив­ность здесь по­утих­ла. Да и со­ци­аль­ных кон­флик­тов осо­бо не бы­ло.

На подли­тов­ских русь­ких зем­лях в XIV– XV вв. из­ме­ни­лось зна­че­ние сло­ва «бо­ярин»: «бо­яр­ская служ­ба» на­ча­ла озна­чать во­об­ще во­ен­ную служ­бу, а при ее потом­ствен­ном ха­рак­те­ре опре­де­лять бла­го­род­ный ста­тус. По­яви­лись тер­ми­ны «шля­хет­ный (бла­го­род­ный) бо­ярин» и «шля­хет­ный ры­царь». А еще «слу­ги бо­яр­ские», и «слу­ги пан­цир­ные», от ко­то­рых пойдут ос­но­ва­те­ли ка­за­че­ства.

Москва как за­щит­ни­ца пра­во­слав­ных

Москва за­ни­ма­лась сво­им «со­би­ра­ни­ем русь­ких зе­мель». Во вре­ме­на Ви­то­вта меж­ду Виль­но и во­сточ­ным со­се­дом уста­но­вил­ся опре­де­лен­ный па­ри­тет: ли­тов­ско-русь­ко­му го­су-

Пан­цир­ные слу­ги, для ко­то­рых в ан­глий­ской пе­ре­да­че су­ще­ству­ет про­стое по­ня­тие «сквай­ры» («ору­же­нос­цы ры­ца­ря»), вы­па­ли из мест­ной пра­во­вой си­сте­мы. Ки­ев­ское кня­же­ство ушло в про­шлое, но лю­ди, ко­то­рые ре­ша­ли его судь­бу, оста­лись. Они-то и ста­ли «ка­за­ка­ми»

дар­ству при­над­ле­жал Смо­ленск, а Ря­зан­ское и Твер­ское кня­же­ства бы­ли свое­об­раз­ным бу­фе­ром. В вер­хо­вьях Оки на­хо­ди­лись так на­зы­ва­е­мые «Вер­хов­ские кня­же­ства», при­над­ле­жав­шие по­том­кам чер­ни­гов­ских Оль­го­ви­чей. Они при­зна­ва­ли се­бя ли­тов­ски­ми вас­са­ла­ми, но в прин­ци­пе бы­ли воль­ны в сво­их сим­па­ти­ях.

На­ру­ши­лось это равновесие в прав­ле­ние Ива­на ІІІ (1462–1505). Мос­ков­ское го­су­дар­ство мо­дер­ни­зи­ро­ва­ло свою про­вин­ци­аль­ную идео­ло­гию и на­ча­ло ори­ен­ти­ро­вать­ся на про­дол­же­нии им­пер­ских ви­зан­тий­ских тра­ди­ций (Кон­стан­ти­но­поль пал от уда­ров ту­рок-осма­нов в 1453-м), вы­дви­гая пре­тен­зии на объ­еди- нение «всея Ру­си», то есть об­шир­но­го ки­ев­ско­го на­след­ства.

Но­вой бы­ла мысль о «за­щи­те пра­во­слав­ных» в со­сед­них го­су­дар­ствах. Брак Ива­на с Со­фи­ей Па­лео­лог, до­че­рью по­след­не­го ви­зан­тий­ско­го им­пе­ра­то­ра, во мно­гом сго­дил­ся Мос­ков­ско­му го­су­дар­ству: с Со­фи­ей при­е­ха­ло мно­го ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных и об­ра­зо­ван­ных лю­дей. «Идео­ло­ги­че­ская ра­бо­та» со­про­вож­да­лась и вполне ма­те­ри­аль­ны­ми из­ме­не­ни­я­ми. Мас­штаб­ное стро­и­тель­ство в Крем­ле долж­но бы­ло по­вы­сить до «пред­ста­ви­тель­ско­го клас­са» сто­ли­цы Моск­ву. Нуж­на бы­ла со­лид­ная кре­пость, боль­шие ка­мен­ные хра­мы (шла борь­ба за от­дель­ный пат­ри­ар­ший ста­тус Моск­вы). Внед­ря­лась так­же ви­зан­тий­ская ле­ген­да «шап­ки Мо­но­ма­ха», из­го­тов­лен­ной на са­мом де­ле сред­не­ази­ат­ски­ми ма­сте­ра­ми XIV в. и по­пав­шей в Моск­ву че­рез Ор­ду.

В 1478-м был по­ко­рен Нов­го­род. Ре­прес­сии и де­пор­та­ция мест­но­го на­се­ле­ния ста­ли на­ча­лом ас­си­ми­ля­ции пско­во-нов­го- род­ско­го во­сточ­но­сла­вян­ско­го эт­но­са. В 1480-м, по­сле «сто­я­ния на ре­ке Уг­ре», фор­маль­ный вас­са­ли­тет Моск­вы от Ор­ды за­кон­чил­ся (хо­тя от­ку­па­лись от та­тар еще 200 лет). Вско­ре по­сле это­го под власть кня­зя Ива­на пе­ре­шли Твер­ское и Ря­зан­ское кня­же­ства.

Всту­пив в со­юз с Крым­ским хан­ством, Иван ІІІ скло­нил ха­на Менгли-Ги­рея к раз­ру­ши­тель­ным по­хо­дам про­тив ли­тов­ской Ру­си — тер­ри­то­рии со­вре­мен­ной Укра­и­ны и Бе­ла­ру­си. В 1482 г., по­сле та­тар­ско­го по­гро­ма из со­жжен­но­го до­тла Ки­е­ва, Иван ІІІ по­лу­чил в по­да­рок от ха­на золотую ча­шу и блю­до-дис­кос из Со­фий­ско­го со­бо­ра. С это­го пе­ри­о­да ре­гу­ляр­ные по­хо­ды за «ясы­рем» — пра­во­слав- ны­ми ра­ба­ми — ста­ли су­ще­ствен­ной со­став­ля­ю­щей бюд­же­та Крым­ско­го хан­ства.

Ли­тов­ско-мос­ков­ское равновесие на­ру­ши­лось на ру­бе­же XV–XVI вв. Лит­ва на­ча­ла шаг за ша­гом от­сту­пать. Не­воз­мож­ность для Виль­но га­ран­ти­ро­вать це­лост­ность вла­де­ний сво­их вас­са­лов — вер­хов­ских кня­зей (в рай­оне верх­ней Оки и Дес­ны) — озна­ча­ла их по­сте­пен­ный пе­ре­ход под власть Моск­вы. В ре­зуль­та­те Лит­ва утра­ти­ла Чер­ни­гов­скую зем­лю.

След­стви­ем ослаб­ле­ния цен­траль­ной ли­тов­ской вла­сти бы­ло и вос­ста­ние Ми­ха­и­ла Глин­ско­го, ко­то­рое ино­гда счи­та­ет­ся по­след­ним про­яв­ле­ни­ем «русь­ко­го» ари­сто­кра­ти­че­ско­го се­па­ра­тиз­ма в Лит­ве. Та­та­рин по про­ис­хож­де­нию, ев­ро­пе­ец по об­ра­зо­ва­нию, ка­то­лик по ве­ре и рус­ский по свя­зям, он пы­тал­ся сде­лать в Виль­но при­двор­ную ка­рье­ру, но при кня­зе Зиг­мун­те утра­тил вли­я­ние, всту­пил в лич­ную вен­дет­ту и вы­нуж­ден был под­нять в 1508 г. вос­ста­ние.

Он при­звал на по­мощь Моск­ву, Мол­дав­ское кня­же­ство и Крым, к нему при­со­еди­ни­лись мно­го­чис­лен­ный клан Глин­ских, бо­яре Ки­ев­щи­ны и Ту­ров­щи­ны. Ве­ли­кий князь мос­ков­ский Ва­си­лий ІІІ обе­щал пе­ре­дать Глин­ско­му все зем­ли, до­бы­тые в хо­де вос­ста­ния и вой­ны с Лит­вой. По­тер­пев по­ра­же­ние, Глин­ский с ча­стью род­ствен­ни­ков эми­гри­ро­вал в Моск­ву. Но с Ва­си­ли­ем он то­же в ито­ге по­ссо­рил­ся, по­сколь­ку тот так и не пе­ре­дал ему от­би­тый Смо­ленск. Улуч­шил его по­ло­же­ние брак пле­мян­ни­цы с ве­ли­ким мос­ков­ским кня­зем (от это­го бра­ка ро­дил­ся Иван Гроз­ный), но в ито­ге по­ли­ти­че­ские про­тив­ни­ки об­ви­ни­ли его в узур­па­ции вла­сти и бро­си­ли в тюрь­му, где он и умер.

По­сле Глин­ско­го мис­сия за­щи­ты «вы­со­ких» ин­те­ре­сов и тра­ди­ций Ру­си ре­а­ли­зо­вы­ва­лась ча­стью вли­я­тель­ных и про­све­щен­ных кня­же­ских ро­дов (Острож­ские, За­слав­ские, Сан­гуш­ки, Виш­не­вец­кие), но в ос­нов­ном в по­лит­кор­рект­ной от­но­си­тель­но Виль­но фор­ме. Вла­де­ния, эко­но­ми­че­ские ре­сур­сы и тра­ди­ци­он­ный объем пол­но­мо­чий де­ла­ли этих кня­зей по­чти неза­ви­си­мы­ми пра­ви­те­ля­ми на укра­ин­ских зем­лях.

Па­рал­лель­но на юж­ной окра­ине Ру­си, в Ди­ком По­ле, неза­мет­но вы­зре­вал но­вый со­ци­аль­ный ин­сти­тут — ка­за­че­ство, ко­то­ро­му су­ди­лось впо­след­ствии сме­нить кня­же­скую ари­сто­кра­тию и сфор­ми­ро­вать но­вую эли­ту. Это бы­ло со­об­ще­ство лю­дей раз­лич­но­го эт­ни­че­ско­го про­ис­хож­де­ния и ре­ли­ги­оз­ной при­над­леж­но­сти (ру­си­ны, та­та­ры, мол­да­ване, чер­ке­сы, вен­гры), в ко­то­ром с кон­ца XV в. («офи­ци­аль­но» — с 1492 г., ко­гда «кы­яне и чер­кас­цы» на­па­ли на ту­рец­кий ко­рабль в устье Дне­пра) ста­ли до­ми­ни­ро­вать пра­во­слав­ные. Ки­ев­ское кня­же­ство, упразд­нен­ное в 1470 г., по­ро­ди­ло про­слой­ку во­ен­но­го лю­да, ко­то­рый по­сле это­го упразд­не­ния утра­тил ра­бо­ту.

Пан­цир­ные слу­ги, для ко­то­рых в ан­глий­ской пе­ре­да­че су­ще­ству­ет про­стое по­ня­тие «сквай­ры» («ору­же­нос­цы ры­ца­ря»), вы­па­ли из мест­ной пра­во­вой си­сте­мы. Ки­ев­ское кня­же­ство ушло в про­шлое, но лю­ди, ко­то­рые ре­ша­ли его судь­бу, оста­лись. Они-то и ста­ли «ка­за­ка­ми».

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.