Да­рья Коль­цо­ва и Ро­ман Ми­хай­лов Д

VOGUE UA - - STREETSTYLE -

арья Коль­цо­ва и Ро­ман Ми­хай­лов, ко­то­рых на­зы­ва­ют са­мы­ми мно­го­обе­ща­ю­щи­ми мо­ло­ды­ми ху­дож­ни­ка­ми Укра­и­ны, по­зна­ко­ми­лись на пер­вом кур­се Харь­ков­ской ака­де­мии ди­зай­на и ис­кусств – и вот уже седь­мой год вме­сте. На первую го­дов­щи­ну Ро­ман по­да­рил Да­рье соб­ствен­но­руч­но сде­лан­ный арт-бук под на­зва­ни­ем «Вол­шеб­ство», со­став­лен­ный из его ри­сун­ков и вы­ска­зы­ва­ний о вол­шеб­стве. Ну, на­при­мер: «Вол­шеб­ство – это за­пах мо­е­го сви­те­ра по­сле встре­чи с то­бой» (или ее лю­би­мое «Вол­шеб­ство – это то, что на тво­ем ков­ри­ке в ма­шине мож­но вы­ра­щи­вать кар­тош­ку»).

Вол­шеб­ство на­ча­лось с мо­мен­та встре­чи: «Уви­дел – и влю­бил­ся»,– го­во­рит Ми­хай­лов. Он да­же пом­нит, что бы­ло на Да­рье: об­тя­ги­ва­ю­щее пла­тье с ви­шен­ка­ми («Max Mara»,– уточ­ня­ет она). А Коль­цо­ва пом­нит его гла­за. По­сле это­го путь от сту­ден­тов (фа­куль­те­та ис­то­рии ис­кусств – Да­рья и стан­ко­вой жи­во­пи­си – Ро­ман) до ла­у­ре­а­тов глав­ных ху­до­же­ствен­ных пре­мий стра­ны, участ­ни­ков мно­го­чис­лен­ных вы­ста­вок в Ев­ро­пе и ре­пу­та­ции са­мых мно­го­обе­ща­ю­щих ху­дож­ни­ков Укра­и­ны они про­шли уже вме­сте. В том чис­ле и по­то­му, что в ра­бо­ты друг дру­га они то­же влю­би­лись.

«Ром­ка – очень силь­ный жи­во­пи­сец,– за­яв­ля­ет Коль­цо­ва.– И он ни­ко­гда не по­вто­ря­ет­ся, не мо­жет по­вто­рить­ся». «Мо­гу, но не хо­чу,– уточ­ня­ет Ми­хай­лов.– Это слиш­ком боль­шой ком­про­мисс с со­бой, ко­то­рый при­во­дит к тя­же­лым по­след­стви­ям: пе­ре­кры­ва­ет энер­ге­ти­че­ский по­ток. Ка­кая жи­во­пись – та­кой и че­ло­век».

Ему нра­ви­лись ран­ние ра­бо­ты Да­рьи, и он счи­тал, что ей нуж­но про­дол­жать. Но к соб­ствен­ным ра­бо­там она при­шла не так дав­но – не остав­ляя, впро­чем, ку­ра­тор­ских: «И ку­ра­тор­ский про­ект, и ав­тор­ский – это вы­ска­зы­ва­ние,– объ­яс­ня­ет Коль­цо­ва.– И оно мо­жет быть как лич­ным, так и груп­по­вым, по­ли­фо­нич­ным». Да­рья успеш­на в обе­их ипо­ста­сях: ее личный про­ект «Тео­рия за­щи­ты» по­лу­чил в про­шлом го­ду Гран-при кон­кур­са мо­ло­дых ху­дож­ни­ков МУ­ХИ, а ее ра­бо­ты как ку­ра­то­ра зна­ет вся стра­на – ху­дож­ни­ца от­ве­ча­ет за ви­зу­аль­ное искус­ство на «Гогольfest».

На фе­сти­ва­ле про­шло­го го­да ку­ра­тор Коль­цо­ва пред­став­ля­ла и ра­бо­ту ху­дож­ни­ка Михайлова «Ожог ре­аль­но­сти», при­нес­шую Ро­ма­ну впо­след­ствии пре­мию за луч­шую ин­стал­ля­цию в лон­дон­ской Saatchi Gallery. Ро­ман участ­во­вал и в дру­гом про­ек­те Да­рьи – «Де­ком­прес­сия», ко­то­рый при­зна­ли са­мым успеш­ным про­ек­том куль­тур­ной ди­пло­ма­тии го­да и по­ка­зы­ва­ли в сред­не­ве­ко­вом хра­ме в Па­ри­же.

И Коль­цо­ва, и Ми­хай­лов при­зна­ют, что вряд ли мог­ли бы жить с «неху­дож­ни­ком»: «Да­же за­сы­пая, мы об­суж­да­ем ка­кие-то идеи и про­ек­ты. Есть че­ло­век, ко­то­ро­му до­ве­ря­ешь, к ко­то­ро­му при­слу­ши­ва­ешь­ся, от ко­то­ро­го мож­но услы­шать чест­ную кри­ти­ку и ко­то­рый мо­жет под­толк­нуть к че­му-то»,– го­во­рит Да­рья.

Они ча­сто и успеш­но ра­бо­та­ют вме­сте, но са­мым слож­ным сов­мест­ным про­ек­том ока­зал­ся ин­те­рьер соб­ствен­ной квар­ти­ры. Пе­ре­ехав год на­зад из Харь­ко­ва в Ки­ев, па­ра сня­ла со­вер­шен­но пу­стую сту­дию в ста­рин­ном до­ме на По­до­ле, на­ча­ла ее об­жи­вать – и тут вы­яс­ни­лось, что у каж­до­го ху­дож­ни­ка свой взгляд на эс­те­ти­ку окру­жа­ю­ще­го про­стран­ства. «Ро­мин иде­ал – си­гар­ная ком­на­та, ко­жа­ный ди­ван, бе­тон, эта­кий Хе­мин­гу­эй»,– го­во­рит Коль­цо­ва. «А Да­ше нра­вит­ся функ­ци­о­наль­ный минимализм с эле­мен­та­ми ар-ну­во – та­ки­ми ми­ми­миш­ны­ми ве­ща­ми»,– про­дол­жа­ет Ми­хай­лов. «Я страш­ный пер­фек­ци­о­нист, а Ром­ка – на­обо­рот, и в ис­кус­стве это от­чет­ли­во про­сле­жи­ва­ет­ся. Да, это его силь­ная чер­та: он экс­прес­си­вен, им­пуль­си­вен, воз­мож­но, у него нет сто­про­цент­ной за­кон­чен­но­сти в де­та­лях в клас­си­че­ском по­ни­ма­нии, но есть мак­си­мум экс­прес­сии, и его вы­ве­рен­ность – в дру­гом. Но ес­ли в ра­бо­тах это очень кру­то, то в ре­мон­те, ко­гда вме­сто од­ной дырки в стене по­яв­ля­ет­ся че­ты­ре и они оста­ют­ся на пол­го­да, это не так кру­то».

Се­го­дня в со­здан­ном ин­те­рье­ре ком­форт­но обо­им – и не толь­ко по­то­му, что оба го­то­вы слы­шать друг дру­га. При­чи­ну хо­ро­шо ил­лю­стри­ру­ет недав­няя исто­рия: по­ка­зы­ва­ет ве­че­ром Коль­цо­ва Ми­хай­ло­ву ра­бо­ты фо­то­ху­дож­ни­ка Хи­ро­си Су­ги­мо­то, ко­то­рые уви­де­ла в Ин­тер­не­те. Ро­ман не в вос­тор­ге: ерун­да, мол, я вот не пом­ню име­ни, но сей­час по­ка­жу те­бе дей­стви­тель­но хо­ро­ше­го ху­дож­ни­ка! Да­рье нра­вит­ся, она ищет имя ав­то­ра – и чи­та­ет: Хи­ро­си Су­ги­мо­то.

ВОЛ­ШЕБ­СТВО НА­ЧА­ЛОСЬ СРА­ЗУ: «УВИ­ДЕЛ – И ВЛЮ­БИЛ­СЯ»,– ГО­ВО­РИТ МИ­ХАЙ­ЛОВ

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.