Ш

VOGUE UA - - BEAUTY -

иро­ко рас­па­хи­ваю рот, жду три се­кун­ды, по­ка рас­сла­бят­ся мыш­цы, а за­тем рас­тя­ги­ваю гу­бы, что­бы по­лу­чи­лась улыб­ка-оскал. у ме­ня пер­вое за­ня­тие в шко­ле ора­тор­ско­го ма­стер­ства «ари­сто­тель», на курсе ве­ро­ни­ки се­ле­ги, и я де­лаю упраж­не­ние «от­кры­тая пасть», что­бы разо­греть мыш­цы ар­ти­ку­ля­ци­он­но­го ап­па­ра­та. мышц все­го 21, и ра­бо­та­ют они так се­бе. во-пер­вых, по­то­му, что в сла­вян­ской куль­ту­ре, в от­ли­чие от аме­ри­кан­ской, ис­то­ри­че­ски не при­ня­то ак­тив­но ар­ти­ку­ли­ро­вать. во-вто­рых, с воз­рас­том мыш­цы ста­но­вят­ся бо­лее за­жа­ты­ми. это на­кла­ды­ва­ет от­пе­ча­ток на то, как че­ло­век го­во­рит, и, ко­неч­но, на то, как его речь вос­при­ни­ма­ют окру­жа­ю­щие.

ве­ро­ни­ка уве­ре­на, что ар­ти­ку­ля­ци­он­ная гим­на­сти­ка по­ка­за­на всем, а осо­бен­но тем, кто ча­сто вы­сту­па­ет пе­ред пуб­ли­кой, бы­ва­ет в эфи­ре или про­сто хо­чет зву­чать кра­си­во и убе­ди­тель­но. ес­ли за­гля­нуть за ку­ли­сы лю­бо­го ток­шоу, го­во­рит она, мож­но уви­деть, как спи­ке­ры с буд­нич­ным ви­дом рас­тя­ги­ва­ют мыш­цы – де­ла­ют «ло­шад­ку», «ме­ду­зу» (ко­гда ниж­няя гу­ба с си­лой про­че­сы­ва­ет зу­бы), ку­са­ют язык. «Кста­ти, ес­ли во вре­мя вы­ступ­ле­ния пе­ре­сох­ло во рту, то мож­но про­сто по­ку­сать язык – это вы­зо­вет мгно­вен­ный при­ток слю­ны»,– го­во­рит она. и это лишь один из сот­ни лай­фх­а­ков, ко­то­рые мне пред­сто­ит узнать в бли­жай­шие несколь­ко дней.

сре­ди кли­ен­тов ве­ро­ни­ки – по­ли­ти­ки, ад­во­ка­ты и про­чие ти­пич­ные «ора­то­ры»: же­ны ди­пло­ма­тов, биз­не­сме­нов, лю­ди, не­дав­но по­лу­чив­шие по­вы­ше­ние и так да­лее. всем им на­до не про­сто кра­си­во го­во­рить, но и знать эти­кет, уметь на­хо­дить те­мы для раз­го­во­ра и по­да­вать се­бя, вы­би­рать пра­виль­ную ауди­то­рию и со­бе­сед­ни­ков, от­ве­чать на неудоб­ные, а под­час и на хам­ские во­про­сы, эле­гант­но ухо­дить от от­ве­тов.

«пуб­лич­ное вы­ступ­ле­ние,– объ­яс­ня­ет ве­ро­ни­ка,– это необя­за­тель­но огром­ный зал и спи­кер с мик­ро­фо­ном. это и ра­бо­чее со­ве­ща­ние, и пре­зен­та­ция сво­е­го про­ек­та, и тост на дне рож­де­ния, и объ­яс­не­ние де­тям, что та­кое хо­ро­шо и что та­кое пло­хо». Кур­сы нель­зя от­не­сти к ка­те­го­рии «раз­вле­че­ния»: это все-та­ки труд (хо­тя и очень бла­го­дар­ный) – с до­маш­ни­ми за­да­ни­я­ми, упраж­не­ни­я­ми, чте­ни­ем до­пол­ни­тель­ной ли­те­ра­ту­ры. все­го 16 за­ня­тий, а по­том лю­ди ино­гда воз­вра­ща­ют­ся, что­бы усо­вер­шен­ство­вать на­вы­ки,– на­при­мер, «вы­бить» рус­ские зву­ки из укра­ин­ской ре­чи.

Здесь я по­лу­чаю са­мый цен­ный со­вет в жиз­ни по укра­ин­ско­му про­из­но­ше­нию. ока­зы­ва­ет­ся, что­бы го­во­рить, как те­ле­ве­ду­щая (или про­сто ки­ев­ская ин­тел­ли­гент­ка в пя­том по­ко­ле­нии), до­ста­точ­но пра­виль­но про­из­но­сить «ч» и «щ»: ч – все­гда твер­дая (бук­валь­но – «чор­ный», «чы­стый»), щ – об­ра­зо­ва­на дву­мя зву­ка­ми: «ш» и «ч». Как толь­ко я по­про­бо­ва­ла вы­го­во­рить «Шчед­рый» и «Шча­стя», все из­ме­ни­лось – я по­ня­ла, что мо­гу зву­чать не ху­же ека­те­ри­ны осад­чей. Кста­ти, ее ар­ти­ку­ля­ция («боль­шой от­кры­тый рот») и дик­ция (пре­дель­но чет­кие зву­ки) счи­та­ют­ся эта­лон­ны­ми. и ко­неч­но, над ни­ми осад­чей при­шлось по­тру­дить­ся. глав­ный ре­дак­тор сай­та vogue.ua на­та­лья ва­сю­ра, несколь­ко лет про­ра­бо­тав­шая шеф-ре­дак­то­ром «свет­ской жиз­ни», го­во­рит, что сце­ни­че­ской ре­чью с осад­чей за­ни­ма­лась на­род­ная ар­тист­ка укра­и­ны ли­дия во­вкун. За­ня­тия по­стро­е­ны так, что­бы од­но­вре­мен­но с увле­ка­тель­ным про­цес­сом са­мо­по­зна­ния быст­ро ухва­тить по­лез­ные на­вы­ки. се­ле­га счи­та­ет, что, ко­гда че­ло­век зна­ет свою сверх­за­да­чу (на­при­мер, «об­ще­ние с прес­сой»), ре­зуль­тат при­хо­дит быст­ро. «с те­ми, кто про­сто чув­ству­ет, что че­го-то не хва­та­ет в его вы­ступ­ле­ни­ях, мы пер­вым де­лом ана­ли­зи­ру­ем про­бле­мы, за­тем раз­ра­ба­ты­ва­ем про­грам­му за­ня­тий и опре­де­ля­ем же­ла­е­мый ре­зуль­тат».

ве­ро­ни­ка за­да­ет про­стые слож­ные во­про­сы вро­де «Ко­гда лю­ди лю­бят вас слу­шать?» («Ко­гда я хо­ро­шо раз­би­ра­юсь в том, о чем го­во­рю»); «по­че­му вы де­ли­тесь ин­фор­ма­ци­ей?» («обо­жаю де­лить­ся хо­ро­шим»), «на­сколь­ко ва­ша внеш­ность рас­по­ла­га­ет к об­ще­нию?» («на­вер­ное, сто­и­ло бы быть бо­лее ми­ло­вид­ной»). мои от­ве­ты ве­ро­ни­ка те­зис­но фик­си­ру­ет на дос­ке – так ей ста­но­вит­ся яс­но, над чем при­дет­ся по­ра­бо­тать, а что и так в по­ряд­ке. во­про­сы пе­ре­те­ка­ют из од­но­го в дру­гой, пе­ри­о­ди­че­ски всплы­ва­ют но­вые де­та­ли. глав­ная моя про­бле­ма и есть са­мая рас­про­стра­нен­ная: спич пе­ред ауди­то­ри­ей. Ко­гда моя го­ло­ва стре­ми­тель­но пу­сте­ет, и вме­сто от­ве­ден­ных на вы­ступ­ле­ние 30 ми­нут я справ­ля­юсь за пять, от­ба­ра­ба­нив все од­ним ма­хом и упу­стив глав­ное.

что ин­те­рес­но, прось­бы к ско­рост­ным спи­ке­рам го­во­рить мед­лен­нее за­ча­стую бес­смыс­лен­ны. лю­ди не спо­соб­ны кон­тро­ли­ро­вать темп сво­ей ре­чи доль­ше па­ры ми­нут. от­лич­но по­мо­га­ет чте­ние вслух. вы­яс­ня­ет­ся, что чи­тать в тем­пе, в ко­то­ром обыч­но объ­яс­ня­ют ка­кие-то про­стые ве­щи,– не так уж и лег­ко. но еще слож­нее – пер­вая ско­рость, ко­гда па­у­зы на­до де­лать меж­ду все­ми сло­ва­ми. мне это уда­ет­ся толь­ко со вто­рой по­пыт­ки. для это­го при­хо­дит­ся за­нять спе­ци­аль­ную по­зу: ва­льяж­но сесть, за­ки­нув но­гу на но­гу, и по­ло­жить ру­ку на спин­ку крес­ла. по­ло­же­ние те­ла по­мо­га­ет го­во­рить со­всем ина­че – но об этом я узнаю чуть поз­же, на за­ня­тии с те­лес­но ори­ен­ти­ро­ван­ным пси­хо­те­ра­пев­том. а по­ка ве­ро­ни­ка от­кры­ва­ет мне еще один сек­рет: что­бы за­мед­лить речь и зву­чать бо­лее вну­ши­тель­но, на­до чет­ко про­го­ва­ри­вать со­глас­ные. и по­боль­ше чи­тать на пер­вой ско­ро­сти – имен­но так и пе­ре­учи­ва­ют тех, кто та­ра­то­рит.

для чет­кой, лег­кой и сво­бод­ной ре­чи есть еще один лай­фх­ак – как у эли­зы ду­литтл в «пиг­ма­ли­оне» Бер­нар­да Шоу, ко­гда она тре­ни­ро­ва­лась го­во­рить с пол­ным ртом оре­хов. вме­сто оре­хов ве­ро­ни­ка со­ве­ту­ет за­жать в зу­бах проб­ку – что­бы не по­вре­дить эмаль. вы­би­раю од­ну от шам­пан­ско­го – и при­сту­паю: «пк­ти, пктэ, пк­та, пкто, пк­ту, пк­ты» – и дру­гие труд­но­про­из­но­си­мые со­че­та­ния. но сто­ит убрать проб­ку – и слу­ча­ет­ся вол­шеб­ство: зву­ки вы­ска­ки­ва­ют лег­ко, как у дик­то­ра. «это как ес­ли бы вы де­ла­ли упраж­не­ния с ган­те­ля­ми, а по­том от­ло­жи­ли их»,– го­во­рит ве­ро­ни­ка.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.