М

VOGUE UA - - LIVING -

адам Му­мум и ее кро­хот­ная, вы­кра­шен­ная в цве­та Hello Kitty со­бач­ка ме­ня уже жда­ли. Хо­зяй­ка же­ста­ми и с по­мо­щью те­ле­фон­но­го пе­ре­вод­чи­ка объ­яс­ни­ла мне, где вклю­ча­ет­ся го­ря­чая во­да, по­ка­за­ла, как най­ти про­дук­ты, да­ла па­роль от Wi-fi и код зам­ка на вход­ной две­ри. И я остал­ся один. В цен­тре огром­но­го, чет­вер­то­го в ми­ре по раз­ме­рам го­ро­да. В ти­шине.

Дом был устро­ен про­сто: все спаль­ни, кро­ме двух, вы­хо­ди­ли во внут­рен­ний двор; две остав­ши­е­ся бы­ли со­еди­не­ны об­щей го­сти­ной с низ­ким сто­лом и по­душ­ка­ми, за­ме­ня­ю­щи­ми крес­ла; го­сти­ная, в свою оче­редь, вы­хо­ди­ла во двор. Как и не­боль­шая кух­ня. По пе­ри­мет­ру дво­ра – вер­нее, по трем его сто­ро­нам – шел неши­ро­кий по­мост; пе­ред тем, как за­брать­ся на него, на­до бы­ло ра­зуть­ся. На этом по­мо­сте и про­шла боль­шая часть мо­е­го се­уль­ско­го вре­ме­ни: я за­би­рал­ся на него с но­га­ми, под­кла­ды­вал под спи­ну по­душ­ку, брал с кух­ни чай­ник с ко­рей­ским ча­ем и куп­лен­ную непо­да­ле­ку, в ма­стер­ской гон­ча­ра, чаш­ку, кни­гу – и про­ва­ли­вал­ся в ко­ло­дец вре­ме­ни. Ино­гда я про­гу­ли­вал­ся к бли­жай­ше­му ма­га­зи­ну или, услы­шав при­зы­вы тор­гов­ца (пред­ва­ри­тель­но за­пи­сан­ные на маг­ни­то­фон), вы­хо­дил из сво­е­го убе­жи­ща ку­пить про­дук­тов – ри­са, ово­щей, су­ше­ной ры­бы, сви­ни­ны. По ве­че­рам хо­дил в мест­ные за­ве­де­ния, в ко­то­рых ме­ня уса­жи­ва­ли на пол, ста­ви­ли пе­ре­до мной очаг и гриль, и я сам жа­рил се­бе мра­мор­ное мя­со выс­ше­го ка­че­ства из всех воз­мож­ных. И за­пи­вал ка­кой-то мест­ной мыль­ной браж­кой мак­го­ли, сва­рен­ной из пе­ре­бро­див­ше­го ри­са.

Нет, я вы­би­рал­ся из убе­жи­ща. Ес­ли шел на­ле­во, то ми­нут че­рез пять упи­рал­ся в сте­ну ста­ро­го двор­ца Чхандок­кун и его сек­рет­ный сад; прой­дя в во­ро­та, я углуб­лял­ся в парк, и там ока­зы­вал­ся еще один дво­рец, то­же ста­рый, по име­ни Чхан­ген­гун. Ста­рость их, впро­чем, бы­ла весь­ма от­но­си­тель­ной. Чхандок­кун, к при­ме­ру, был по­стро­ен в 1412 го­ду. Сто­ле­ти­ем поз­же – пол­но­стью раз­ру­шен япон­ца­ми. Вос­ста­нов­лен. Раз­ру­шен ог­нем. Вос­ста­нов­лен. И так – до бес­ко­неч­но­сти: ны­неш­няя вер­сия «ста­ро­го» двор­ца при­над­ле­жит по­чти на­ше­му вре­ме­ни. Имен­но в этом двор­це им­пе­ра­тор Сун­джон, по­след­ний ко­рей­ский мо­нарх, жил – ли­шен­ный япон­ца­ми вла­сти, но не ли­шен­ный ни жиз­ни, ни двор­цов – до са­мой сво­ей смер­ти в 1926 го­ду.

Ино­гда я шел на­пра­во – и то­гда упи­рал­ся в сте­ну двор­ца Кен­бок­кун, по­след­ней офи­ци­аль­ной ре­зи­ден­ции ко­рей­ских ко­ро­лей. Или же в сте­ну нового зда­ния Му­зея со­вре­мен­но­го ис­кус­ства, так к ме­сту сто­я­ще­го на­про­тив двор­ца. Ста­рое по­ме­ще­ние му­зея, квар­ти­ру­ю­щее в огром­ном до­ме, где при ко­ро­лях рас­по­ла­га­лось ми­ни­стер­ство дво­ра, а при ны­неш­ней вла­сти – что-то вро­де ген­шта­ба ар­мии, то­же непо­да­ле­ку: са­мое со­вре­мен­ное из ис­кусств и са­мое несо­вре­мен­ное зда­ние Се­ула на­хо­дят­ся прак­ти­че­ски ря­дом.

За пре­де­ла­ми мо­е­го рай­о­на Чон­но­гу ки­пе­ла ка­кая-то со­всем дру­гая жизнь: в ги­гант­ских тор­го­вых цен­трах, при­над­ле­жа­щих груп­пе Lotte, тол­пы лю­дей за­ни­ма­лись ге­ро­и­че­ским шо­пин­гом. В огром­ных оте­лях Lotte, рас­тя­нув­ших­ся на це­лые квар­та­лы, ты­ся­чи при­ез­жих пе­ре­клю­ча­ли ка­на­лы и упле­та­ли еду в де­сят­ках ре­сто­ра­нов. Си­я­ла ре­кла­ма. А в мо­ей де­ревне бы­ло ти­хо и по­чти тем­но. И толь­ко утром, ко­гда на­сту­па­ло вре­мя вста­вать, на улоч­ках Бук­чо­на по­яв­ля­лись пе­ре­движ­ные лав­ки тор­гов­цев про­дук­та­ми – лав­ки, раз­го­ва­ри­ва­ю­щие за­пи­сан­ны­ми на маг­ни­то­фон го­ло­са­ми муль­ти­пли­ка­ци­он­ных пер­со­на­жей.

Newspapers in Russian

Newspapers from Ukraine

© PressReader. All rights reserved.